Панина Валерия: другие произведения.

Все комедии заканчиваются свадьбами!

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние Истории на ПродаМане
Peклaмa
Оценка: 9.51*15  Ваша оценка:
  • Аннотация:


    История о любви, легкая и веселая, как вы можете понять из названия)) Сюрприз даже для меня - она очень настойчиво пролезла ко мне в голову и просит ее рассказать)) История о любви, легкая и веселая, как вы можете понять из названия)) Сюрприз даже для меня - она очень настойчиво пролезла ко мне в голову и просит ее рассказать))

    за обложку традиционно громадное спасибо и восхищение Тане Ansa!

    продолжение от 14.07.19

  
  
   Глава 1.
  
  
  
   - Золотой медалью за отличную учебу, примерное прилежание и хорошее поведение награждается Серебро Маргарита, - объявил ведущий.
   В первых рядах, где сидели выпускники, засвистели, заорали. Родители зааплодировали. Громче всех, конечно, с того ряда, где сидели ее родители, крестные, друзья. Мама, глядя на поднимающуюся на сцену дочь, поднесла к дрожащим губам платочек.
   - Красивая какая, - хлюпнула носом Маша Колодей.
   - Мам, ты-то что плачешь? - повернулся к ней с переднего ряда старший сын. - Че вы вообще плачете? - посмотрел он на трех сидящих рядом женщин.
   Тем временем улыбающаяся широкой улыбкой директриса вручила Рите коробочку с медалью, букет цветов, фотограф суетился, отрабатывая гонорар.
   - Маргарите вручается грамота за успехи в спорте...
  - Маргарита награждается за активное участие в жизни школы...
   Где-то на пятой или шестой награде в зале захихикали.
   - Белоснежка, ты лучшая! - крикну кто-то из одноклассников. Остроумие было вознаграждено хмурым директорским взглядом.
   - А почему у Риты "хорошее поведение"? - вдруг ни с того, ни с сего спросила Маша. - У золотых медалистов поведение же "отличное"? У меня в аттестате "отличное", например. Её, вон, даже одноклассники Белоснежкой зовут!
   - Поведение у нее "хорошее", потому что она вечно с учителями спорит, - просветил Клим. - Особенно с англичанкой. А "Белоснежка" - потому, что у нее братьев, как гномов.
   - Клим, - шикнула на него мать.
   - Нет, а что я такого сказал? - Клим пожал широкими костлявыми плечами, отворачиваясь.
  
   - Равняйсь! Смирно! - майор Никитин оглядел неровный строй девушек, покачал головой. Каждый год одно и тоже. Обязательно найдется пара-тройка "моделей" - абитуриенток в мини и на шпильках. Вроде умные, высшие баллы по ЕГЭ получили. Хотя это точно не показатель... Майор хмыкнул.
   - Товарищи абитуриенты, - он прошелся вдоль строя. - Поскольку девушки в нашей стране не военнообязанные, первым делом вам предстоит пройти медицинскую комиссию и психологическое тестирование. Напоминаю - вы поступаете в военное училище. В первую очередь это означает порядок и дисциплину. Поросячьим стадом никуда не бегаете, суету не разводите. Сержант! Выйти из строя.
   Из строя шагнула девушка в кадетской форме с сержантскими нашивками.
   - Представьтесь.
   - Ангелина Королева.
   - Абитуриент Королева назначается старшей. Будут вопросы - она подходит к дежурному офицеру, спрашивает, разъясняет. Всем! Сержант, командуй.
   - Нале-во! - скомандовала та хорошо поставленным голосом.
   Майор с бесконечным терпением на лице смотрел, как барышни якобы строем идут в военкомат.
  
   - Тебя как зовут? - негромко спросила Ангелина девушку с пышной длинной косой, одетую в простую белую рубашку и серую строгую юбку. Девушка только что вышла их кабинета терапевта и теперь спокойно дожидалась остальных.
   - Маргарита Серебро.
   Голос у девушки был мелодичный, "блюзовый", как было написано в любимой Гелиной книжке. Неожиданно вместо чувства соперничества Ангелина испытала к незнакомке симпатию. И та вроде бы смотрела просто и доброжелательно.
   - А я Ангелина, можно Геля.
   - Я запомнила, - улыбнулась девушка. - Рита.
   - Что там врач спрашивает?
   - Да ничего особенного. Рост, вес измеряют, длину рук, ног.
   - Как измеряют? И зачем? - удивилась Геля.
   - Обычным сантиметром. Длина рук не должна быть меньше 76 сантиметров, а длина ног - меньше 90 сантиметров, иначе до штурвала и до педалей не дотянешься. Мне папа давно сказал.
   - У тебя папа пилот?
   - Раньше был. Иди, ты последняя осталась.
  
  На сдачу нормативов по физподготовке пошли только нормативно длиннорукие и длинноногие.
  - Бежим на время километр и стометровку, делаем упражнение на пресс - пятьдесят пять раз за минуту, - подпрыгивая, чтобы размяться, объявила Ангелина. - Потом барокамера, психологическое тестирование и итоговая комиссия. Девочки, соберитесь!
  В кабинет для прохождения тестов из большого зала приглашали по восемь человек. Перед началом все тот же майор Никитин, как объяснила всеведающая Ангелина, будущий начальник курса, выступил с речью. 'О целях и задачах', хихикнула про себя Рита.
  - Психологическое тестирование должно отсеять тех, кто пришел учиться просто из романтического порыва. Выявить стрессоустойчивых, максимально сконцентрированных и ответственных. В тесте около двухсот пятидесяти вопросов, после начала тестирования включается тайминг. Результаты теста обсчитает программа, присвоит вам одну из категорий: от первой до четвертой. Первая - самая подходящая, а вот девушкам с четвертой придется с полетами попрощаться.
  Рита про себя хмыкнула, нахмурилась. Маме ничего не стоило показать ей пару тестов, наверняка у них в Центре подготовки космонавтов такие же, или похожие. Если не подготовиться, так хоть примерно знать.
  - Нет, Рита, - отрезала Людмила Евгеньевна. - Во-первых, все должно быть честно, а во-вторых, от этих тестов зависит твоя жизнь. И не только твоя. Не пройдешь, значит, не пройдешь.
  И Вадька с Женькой туда же! Вадим сказал короткое 'нет', Женька смайлик прислал, с выпученными глазками. Хорошо папа не пожалел - засунул в барокамеру, так что она хоть тут в курсе была. Рита вспомнила, какие у девчонок глаза были, когда они из барокамеры вываливались - точно, как у Женькиного смайлика.
  - Ну что, ты прошла? - рядом села Славка Григоренко.
  - Так результат же не говорят, - вздохнула Рита.
  - Мне кажется, я прошла, - убежденно заявила Владислава, доставая из сумки карамельку. - Будешь?
  - Буду, если кисленькая.
  - Что, после барокамеры тошнит?
  - Нет, есть хочу, - Влада поделилась конфетой, некоторое время девчонки молчали.
  Пискнул смартфон, Рита потянулась посмотреть. 'Зачислили. У тебя что?' Фыркнула, кинула телефон обратно.
  - Кто интересуется? - кивнула Григоренко на телефон. - Родители беспокоятся?
  - Братья, - неохотно ответила. Сейчас начнешь отвечать, придется рассказывать, что два брата тоже тут, приехали на месяц раньше. Парней на первый курс почти пятьсот человек набирают, а девчонок всего пятнадцать. С ними-то то что месяц возиться, хоть, как у парней, конкурс семь человек на место.
  - Внимание! - зычно призвала Королева. - На комиссию вызываются...
  Двадцать девять человек, чьи фамилии огласила Ангелина - себя первую назвала, кто бы сомневался, уселись у дверей, где заседала приемная комиссия. Остальные, кто со слезами, кто хмуро, поплелись к выходу.
  - Как бы догонять не пришлось, - нервозно заметила темноволосая девушка.
  - Терехина, - позвал от двери офицер.
  Названная нетвердой походкой пошла в кабинет, остальные уткнулись в список.
  - По какому принципу вызывают? - вслух подумала Рита. - Она не первая, не последняя.
  - Да у нас у всех сто баллов по физподготовке и первая-вторая группа профессиональной пригодности. Может, у нее льготы? - предположила Королева.
  - Точно, - вспомнила темноволосая. - Её Татьяна зовут, мы с ней рядом в очереди к терапевту сидели, так она сказала, что у них в семье все военные. Дедушка - летчик, а отец командир корабля. Говорит, в морскую авиацию пойду. Медкомиссию она легко прошла, 'зрение стопроцентное, рост, вес и все остальные параметры у меня идеальные', - передразнила рассказчица нарочито жеманным голосом.
  - У всех идеальные. Не у всех у папы двадцать лет выслуги, - ревниво высказалась кареглазая блондинка.
  Маргарита промолчала. У ее папы выслуги было тридцать восемь лет. Она бы и рада поступить сама, без всяких льгот, но про родителей в анкете написано. Дети же не виноваты, что у них родители героические!
  
  Шли строем по главной аллее в жилой корпус. Рита все прокручивала в голове последние два часа. Комиссия заседала долго, каждую кандидатуру разбирала вдумчиво. Если отказывали - то душевно и сопереживательно. Саму Риту вызвали второй. Вошла, поздоровалась. За длинным столом сидели пять человек.
  - Серебро Маргарита, - председатель комиссии полистал ее дело. - Расскажите о себе, Маргарита. Давно решили выбрать эту профессию?
  Ну, дядя Слава!
  - С детства хочу стать пилотом, - стараясь, что бы голос не дрожал, ответила вежливо.
  - Родители поддерживают ваше увлечение? - поинтересовалась миловидная улыбчивая женщина.
  - Да, - ограничилась однозначным ответом.
  - У вас, я смотрю, есть льготы, - посмотрел поверх очков лысоватый мужчина. Пролистнул несколько страниц. - Жаль, они вам не пригодятся.
  У Риты первый раз в жизни захолонуло сердце. Даже когда первый раз с парашютом прыгала - не было так беспричинно страшно. Что ж не так-то?!
  - Вы первая по рейтингу, - ласково пояснил дядя Сережа.
  Три человека из пяти знали Риту с тех пор, как она гуляла в пинетках и памперсе на детской площадке в городке. Дядя Слава - Владислав Германович Келлер, нынешний главком ВКС и председатель комиссии, был заместителем папы в отряде космонавтов. Жанна Есина - летала с ними в Первую Лунную, до сих пор была членом отряда, ее каждый год приглашали в приемную комиссию училища. Сергей Васильевич Серов - папин ведомый, когда они метеоритную атаку отражали, теперь начальник управления кадров ВКС. Четвертого, начальника училища, Александр Ивановича Григорьева, она видела три года назад, когда они всей семьей приезжали на выпускной Ярика и Стаськи Золотаревых. Только пятого мужчину она видела первый раз, но, наверняка, он или папин однокашник, или сослуживец. Мелькнула короткая мысль - это не преимущество, это совсем наоборот! Меня же всегда сравнивать будут, спрашивать строже. А если не так? 'По знакомству'? Только не это!
  - Маргарита Игоревна, - поднялся Келлер. - Поздравляю с зачислением.
  Пожал ей руку, шепнул тихонько в самое ухо.
  - Молодец! Я тобой горжусь!
  
  - Внимание! - Рита вздрогнула от зычного голоса Григорьева, огляделась. Они стояли у ряда постаментов. На курсанток смотрели летчики, герои. Среди мужских лиц нежный женский профиль.
  - Это Герой Советского Союза Магуба Сыртланова. В Великую Отечественную она была замкомандира эскадрильи женского авиационного полка ночных бомбардировщиков. Тех самых 'ночных ведьм'. Если их сбивали, в плен не сдавались: погибали вместе с горящими самолётами, при приближении вражеских солдат кидали себе под ноги гранату. За один такой сбитый самолёт вручали железный крест. Совершили почти двадцать пять тысяч боевых вылетов. Из них семьсот восемьдесят на счету Магубы. Ни разу не ошиблась при выходе на цель для поражения противника. Ее подбили в апреле 1944 года. Маргуба и ее штурман Татьяна Сумарокова решили погибнуть в море, но не садиться на вражеской территории. Дотянули до своего берега, сумели сесть - хвост самолёта оказался в воде, колёса - на гальке. Последний вылет совершила 2 мая 1945 года. Я вас прошу, дорогие мои девушки, взять с нее пример. Особенно в главном - она сумела выжить. Воевала, летала - но осталась живой. Родила детей, оставила после себя внуков, правнуков.
  Помолчали. Александр Иванович улыбнулся.
  - Майор, веди своих барышень заселяться. С завтрашнего дня у вас распорядок дня армейский, а сегодня отдыхайте, заслужили.
  
  
  Женские группы жили в отдельном корпусе, стоявшем ближе всех остальных к обширному парку. Чистота, много зелени.
  - На первом этаже пост дежурного, учебная комната, служебные помещения, - показывал Никитин. - Начиная со второго этажа жилые комнаты. Первый и второй курс на четвертом этаже, третий и четвертый - этажом ниже, пятый курс на втором. Да, комната отдыха тоже на втором этаже. За мной поднимайтесь.
  Пошли гуськом по коридору, потом по лестнице, опять по коридору, широкому, светлому. Девчонки шли, примериваясь к широким шагам майора и оглядываясь на ходу. Двери только с одной стороны, по другой - огромные окна. На каждой двери - таблички с фамилиями курсанток.
  - В училище пока только вы, у старших курсов отпуск, - остановившись в небольшом холле, разделявшем коридор пополам, объявил Никитин. - Сейчас заселитесь, идете на ужин и получать форму. С завтрашнего дня вы - курсанты, живете по распорядку, одеваетесь соответственно. Подъем в 6-30. На сегодня все.
  Козырнул, девушки нестройно попрощались, проводили взглядом.
  - Девчонки, тут наши фамилии, - окликнула светленькая девушка. - Когда успели только!
  Рита подошла. На двери первой от холла комнате на табличке в два столбика значилось:
  Королева А. Григоренко В.
  Серебро М. Огнева П.
  Маргарита решительно открыла дверь. Просторная прихожая, справа двери в ванную и туалет, слева небольшой закуток со встроенными маленьким холодильником и стиральной машиной, над ними на столешнице чайник, кувшин и стаканы на подносе. На стене два шкафчика. Прямо две смежные спальни, довольно просторные.
  - Рита, - окликнула Ангелина. - Ты слева или справа спишь?
  - Справа, - решила Рита. Слава Григоренко и четвертая их соседка, Полина, уже переговаривались за стеной, чем-то гремели.
  - Это разве казарма? - скептически оглядывая персиковые обои и зеркало во весь рост на стене, проговорила Геля.
  - Да уж, - согласилась Рита. - Домик Барби.
  - Меня эта домашняя обстановка даже напрягает, - пожаловалась Ангелина. - Я к настоящей армии готовилась...
  - Ладно, вытерпим, - Рита подошла к тумбочке, понюхала розы. - И потом, учиться начнем, к нам не будут иначе, чем к парням относиться. У меня братья двоюродные здесь учились, рассказывали - на первом построении начальник училища приветственный адрес от имени министра обороны зачитал, первые погоны вручил, всем по мягкой игрушке подарил - Мишку-лётчика, а потом и говорит: 'Самолетов для девочек не бывает. И учить вас будут так, чтобы в небе за штурвалом самолёта девушки ничем не отличались от парней'. Так что гонять будут, - обнадежила.
  - Девочки, - заглянула Слава. - На ужин пойдем?
  - Конечно, - удивилась Рита. - Я есть хочу!
  - Да у меня с собой, мне мама положила, - смущенно сказала Слава.
  - И мне, - откликнулась Поля.
  Рита вдруг опустила чемодан на пол, торопливо расстегнула, покопалась. Вытащила плотно завязанный пакет, понюхала.
  - И мне, оказывается.
  - Мало ли что, - категорично заявила Ангелина. - Мы в армии. Здесь все по уставу. Ужинать, значит ужинать в столовой.
  В дверь сначала постучала, потом радостно ввалилась Лерка Абдуллина.
  - Девчонки! А давайте поступление отметим! Ну, все вместе! Катюха даже вина привезла...
  - Какое вино?! - возмутилась Королева. - Вы что? Мы курсантки, в училище спиртное категорически запрещено!
  - Курсантки мы с завтрашнего дня, а сегодня мы гражданские, - Поля посмотрела на Риту, Славу в поисках поддержки.
  - Ну что, договорились? - в комнату ворвалась еще одна заговорщица. - У вас или у нас?
  - Да что вы не едите толком, девочки? - сокрушалась Валентина Ивановна, повариха. - Как говорится, война войной, а обед по распорядку. Мы старались, скатерочки вам отгладили, цветочки поставили. В меню сегодня суп гороховый и борщ, три вида второго и гарнира, салат-бар. Все свежее, натуральное. И, главное, очень вкусное. Или нет?
  - Спасибо большое, - нестройно поблагодарили абитуриентки. - Очень вкусно!
  - Устали, - посочувствовала женщина. - Ну, последний денечек сегодня свободный, отдохните. Завтра уж служба.
  - А почему мы одни ужинаем? - удивилась Оля Шаповалова. - Где парни?
  - Да через полчаса и их покормим, - Валентина Ивановна поправила хлебницу. - Потом-то в одно время, со своим курсом обедать будете, только сидеть также, отдельно. А сегодня ни к чему, глазеть только на вас будут.
  
  Рита полюбовалась аккуратно развешанной в шкафу формой, чёрными лодочками на небольшом каблучке и берцами на нижней полке. Девчонки тем временем вытащили в соседнюю спальню тумбочки и стулья, Ира расстелила на полу бумажную скатерть, и они с Лерой раскладывали по бумажным же тарелкам мамины 'подорожники'.
  - Рита, стаканы давай, - позвала Саша Трусова. - Девочки, все свои принесли?
  - Дверь запри! - напомнила Ангелина. Она не скрывала недовольства, потому что немного опасалась. 'Застукают, как пить дать', - мрачно думала Геля. - 'И выгонят'. Но ругаться с девчонками в первый же вечер или прослыть слишком правильной не хотелось.
  Маргарита втиснулась между Королевой и Огневой, села на пятки. Ира забрала у нее стаканы, подставила Кате. Рита слушала, как булькает о стекло вино и не могла избавиться от мысли, что в первый же день нарушает свой главный принцип - никогда не идти за толпой, быть 'как все'. Она никогда не пила спиртного, не курила. Также, как Вадим и Женька. Интересно, а они сегодня тоже собрались поступление отметить?
  Поля толкнула ее в бок, сунула стакан.
  - Девочки! Давайте выпьем за нас! Мы поступили! Ура! - счастливо протараторила Катя.
  - За нас! За поступление! - загалдели без пяти минут кадетки.
  Сидели, отпивали по глоточку, ели. Кто-то первый предложил.
  - А давайте рассказывать, почему мы сюда поступили!
  Ирина подняла руку, покосилась на стакан, фыркнула, опустила.
  - Я сама из Краснодара. Познакомилась с мужем - он этом в этом училище учился, на пятом курсе пошел в увольнительную, а тут я, молодая и красивая десятиклассница. Влюбились по уши, год за ручку гуляли и на у нас на кухне сидели, потому что у нас комната одна на двоих с младшей сестрой. Только и оставалось, что про самолеты слушать. Димка так рассказывал интересно, поневоле загорелась. Муж и говорит - поступай, будешь у меня ведомым. В субботу у меня выпускной в школе, в воскресенье у нас с Димкой свадьба. На две недели съездили в Сочи и все. Я здесь!
  - Следующей пусть Ангелина скажет! Сержант наш!
  - Я из Москвы, - негромко начала Королева. - До этого хотела идти в Военную академию воздушно-космической обороны в Твери, но потом сюда решила.
  - Я тоже из Краснодара, меня Анжелика зовут, если что, - крикнула от окна румяная кудрявая девушка. - Я всегда хотела стать именно летчиком, с тех пор, как в детстве 'Два капитана' прочитала.
  - А у меня вообще вариантов не было, - Катя Пчела грустно посмотрела на пустую бутылку. - У меня отец - командир тяжёлой бомбардировочной авиационной дивизии. Он меня воспитывал, как мальчиков в Древней Спарте. Но летчицей стать не заставлял, я сама захотела, после одиннадцатого класса выполнила первый полёт на тренировочном самолёте. Я второй раз поступаю, первый раз баллов не хватило, в училище гражданской авиации пошла. Получила свидетельство коммерческого пилота, 150 часов налёта, а все равно хочу быть военным летчиком. И буду! Полковником, как минимум. Звучит как тост, а выпить нечего...
  Дамы согласно загудели.
  - Девчонки, а нас вроде пятнадцать должно быть? А нас шестнадцать. Кто шестнадцатая-то? - закрутила головой Поля.
  - Я, - помахала ей девушка напротив. - У меня с пятнадцатым местом один балл разрыв, знаете, как обидно?! У меня первая категория профпригодности! Начали смотреть - оценка ЕГЭ по физике так себе и не очень высокий балл по физической подготовке. Переглядываются. Я чувствую - расплачусь, еле сдержалась. Говорю - мне всего лишь одного балла не хватает. У меня брат служит в Ракетных войсках, я космонавтом хочу быть. Председатель комиссии приказал выйти, через пять минут обратно зовут. 'Учитывая ваши высокие результаты, комиссией принято решение ходатайствовать перед министром обороны о вашем зачислении. Только что я говорил с министром, он дал добро. Поздравляю, вы зачислены'. Я вышла, добежала до туалета. Я так орала, девчонки!
  Рита слушала и про себя репетировала речь. Что-то начала рассказывать Поля Огнева, но тут, перекрывая разговоры, в коридоре раздались тяжелые мужские шаги и в дверь решительно и властно постучали.
  
  
  
   Глава 2.
  
  
  
  - Проверка! - вскочила Ангелина, заметалась. - Сколько времени? Отбой был? ...!
  - Последнюю малину накрыли мусора! - Катя Пчела подскочила к шкафу, стремительно открыла чей-то чемодан, сунула в тряпки пустые бутылки, жестами показывая девчонкам, чтобы убирали 'дастархан'. Рита быстро-быстро свернула скатерть со всем содержимым, метнулась в туалет, попыталась пристроить получившийся рулон в мусорное ведро. Получилось так себе. Стук повторился. Рита шагнула к входной двери, краем глаза наблюдая, как Геля открывает створку окна, девчонки рассаживаются на кровати, бегом принесенные стулья. Катерина жестом фокусника из шляпы достала откуда-то Устав, и хорошо поставленным голосом прочитала.
  - Защита Отечества является долгом и обязанностью гражданина Российской Федерации. Военная служба...
  Рита погляделась в зеркало у входа, провела рукой, поправляя прядь, и распахнула дверь.
  - Что так долго, - возмутился Женька, намереваясь протиснуться мимо сестры в прихожую.
  - Вы что тут делаете?! - Рита попыталась вытолкнуть братцев из дверного проема. - Кто вас пустил в наш корпус?
  - Мы тут учимся, - Вадим переставил ее, шагнул, заглянул в комнату, повернулся к сестре. - А вот ты тут что делаешь? Это что у вас, вечеринка? Ты что, пила?! - принюхался, сдвинул брови. Взял сестру за локоть, вывел в коридор. Следом, недовольно сопя, протопал Женька, прикрыл дверь.
  - Ты что творишь? - Вадим навис над сестрой. - Дорвалась до свободы? Ты зачем сюда приехала? Учиться или...
  Рита всегда удивлялась, как при разнице в росте семь сантиметров братья умудряются на нее смотреть с такого высока, что она начинала себя чувствовать им по пояс.
  - Хватит! - возмутилась. Отступила на шаг, вздернула подбородок. - Вы что, меня воспитывать пришли? Вроде погоны курсантские, а командуете!
  - При чем тут погоны? Голову включи! А если бы кто-то из офицеров пришел? Тут не гражданка! - Рита поняла, что Женя сейчас будет выступать на все деньги.
  - Мне опекуны, няньки, воспиталки не нужны! Вы курсанты, я тоже. У меня своя голова есть!
  - Толку-то? Она у тебя чем набита, опилками?
  Рита подумала и решила обидеться.
  - Или немедленно извинитесь, или я с вами не разговариваю!
  - Что ты на правду обижаешься? - Вадьку невозможно вывести из себя. - Что, скажешь, это нормально для тебя - в первый день же день пить спиртное, нарушать дисциплину?
  - Еще гордилась, выпендривалась, 'я не в толпе', а сама? - Женька стоял, расставив ноги, сложив руки на груди, прямо полисмен из американских боевиков, только без дубинки. - Завтра курить начнешь?
  Рита стояла вся красная. Трудно спорить, если люди просто озвучивают то, что ты сама думала час назад. Однако из чистого упрямства сказала.
  - Все. Я. С. Вами. Не. Разговариваю.
  Парни хмыкнули, пошли на выход.
  - Родителям позвони, деловая. Ты тут винишком балуешься, а мать там спать не ложится, звонка ждет, - добил контрольным через плечо старший.
  Рита вытянула из кармана джинсов, посмотрела.
   'Позвони, когда сможешь, солнышко. Обнимаю крепко-крепко, родная'.
  Вот теперь ей было стыдно совсем нестерпимо. Смахнула слезы, нажала вызов.
  - Мамуль, привет! Прости, что долго не звонила...
  
  - Ритка, это кто?
  - Я пищу! Какие парни!!!
  Стоило Рите войти в комнату, как девчонки загомонили, повскакивали.
  - Лакшери, - подвела жирную черту Ирина.
   'Эта туда же', - сердито подумала Рита. - 'А еще замужем'.
  - Что вы возбудились-то? - отодвигая Полю и вытаскивая из туалета мусор, удивилась Рита. - Только двоих увидели, а тут таких красивых две тысячи! Кто знает, где здесь мусор выбрасывают?
  - У столовой наверняка контейнер есть, - доставая из чемодана пустые бутылки, сообразила Геля. - Пойдем, выбросим.
  - Не надейся, что мы уйдем, - пообещал им в спину кто-то из девчонок. - Вернетесь, расскажешь!
  - А правда, откуда ты этих ребят знаешь? - негромко заговорила Ангелина по дороге. - Родственники? Вы похожи.
  - Мы близнецы, тройняшки, - со вздохом ответила Рита. Все равно ведь не скроешь. Но про родителей решила промолчать. И надеяться, что никто не будет разглядывать фотографии на доске 'Лучшие выпускники'.
  - Ого, вас трое! - уважительно протянула Геля. - А у меня только сестра, маленькая еще, ей семь лет всего.
  - Вообще-то, пятеро. У нас еще два брата младших, тоже близнецы, - с гордостью сказала Рита. - Надеюсь, я успею выпуститься до того, как они поступят, а то еще эти начнут за мной присматривать. Знаешь, как иногда тяжело - опекают, заботятся.
  - Нет, - рассмеялась Королева. - Я-то наоборот, старшая.
  - Да я тоже, - начала Рита, но так и не договорила. Из-за угла раздался характерный стук бутылок о металлический контейнер.
  - Слушай, давай подождем, - отходя к стене, предложила Марго. - Это наверняка парни стеклотару принесли. - Сейчас пристанут - не отвяжешься.
  - Да ладно, что бояться-то, - тем не менее, подходя ближе к Рите, возразила Ангелина.
  - Я не боюсь, я просто не хочу с ними встречаться. Сейчас начнется - 'девушки, а как вас зовут', да 'давайте познакомимся', и прочее бла-бла-бла.
  - У тебя парень есть?
  - Парня у меня нет, но я, знаешь, сюда учиться приехала.
  - Да, и знакомиться у мусорки... - девчонки захихикали.
  - Что там? Тихо? - прислушалась Рита минут через пять.
  - Вроде бы да. Идем?
  Девушки осторожно выглянули из-за угла. Фонарь горел только над дверью кухни и дальше, у какого-то одноэтажного строения - то ли склада, то ли гаража.
  - Никого.
  Быстрым шагом, но почти бесшумно и без суеты, подошли к контейнеру, большому бункеру-накопителю. Внутри что-то шуршало и перекатывалось.
  - Кошки, что ли? - вслух подумала Ангелина. - Надеюсь, никого не пришибем? Высоковато тут. Давай на три-четыре?
  Девчонки поднатужились и с размаху бросили через почти двухметровый край свою громоздкую поклажу. Следом полетел пакет с бутылками.
  - Вы что там, ***? - заревел мужской бас откуда-то из глубины. - Вылезу, ноги повыдергиваю! И руки! Ерема, ты где, ***? Вот же дятел, ни украсть, ни покараулить...
  Девчонки переглянулись и рванули в темноту, как на зачете по физподготовке.
  
  Девушки разошлись далеко за полночь. Позже, когда все дружно прибрались, сходили в душ и улеглись, Рита долго не могла уснуть. Ей было свойственна не очень приятная черта - она любое мало-мальски значимое событие тщательно анализировала, копалась в нем, повторяла диалоги, искала скрытые смыслы. Ну, по большому счету, все это свидетельствовало об аналитическом складе ума и очень помогало ей в понимании многих вещей в учебе, в отношениях с людьми. Но и мешало. Понятно, что вспоминались во всех мелочах вступительные испытания, комиссия. Было волнительно и радостно. Но к чему вспоминать в подробностях их посиделки? Кто что сказал, как именно сказал, как жестикулировал. Подмечала интонации, обращала внимание на самые незначительные детали. Мамины гены, что ли? Обязательно бы пошла на психолога учиться, если бы не мечта. Летать, космос увидеть. На Марсе побывать, в крайнем случае - на Луне. И не говорите, что девушка должна о шубе мечтать или о бриллиантах. Фу, ерунда какая.
  Рита перевернулась на другой бок, потыкала подушку кулаком. Так себе подушка, на блин похожа. Надо маму попросить из дому прислать, маленькую, чтобы прятать удобнее, а то вдруг тут со своими подушками нельзя. Опять вспомнились девчонки и поболтушки. Когда они с Гелей вернулись, разговоры вертелись вокруг парней. Ира была замужем, у Кати Пчелы был парень, вернее, мужчина. Остальные были настроены учиться, учиться и учиться, как кто-то древний сказал. Аристотель, кажется. Нет, Аристотель - друг Платона... Рита опять перевернулась. Что-то не туда... Так вот, про девушек. Что-то слишком много разговоров про парней для девушек, собравшихся только учиться. Вот лично она, Маргарита Серебро, про парней... Незаметно, как в детстве, подкрался сон и этот длинный день, наконец, закончился.
  В шесть часов пискнул телефон. Рита нашарила его, не глядя сунула к уху.
  - Да, - каркнула хриплым со сна голосом.
  - Ритка, вставай давай, - проговорил в динамике Вадим. - Подъем через полчаса. Ты ведь голову затеешься мыть, а тебе сушиться час. И имей в виду - тут русалкой ходить никуда нельзя! Заплетайся, шишку если будешь делать, то поменьше.
  - Да встаю я, встаю, - Рита высунула из-под одеяла сначала одну ногу, потом другую. - Что ты со мной, как с маленькой?!
  - Скажи, на сколько ты будильник поставила, и я признаю, что ты взрослая.
  - Все, я в душ, - беспечная сестра нажала отбой и поплелась в душ, с досадой думая, что Вадька прав до противности. Больше того, она будильник вообще не включала!
  
  Первые два или три дня девушки запомнили плохо. Все слилось в какую-то сплошную полосу, как трасса за окном гоночного болида. Приходилось привыкать к распорядку, жизни по команде. Проще всего было Ангелине и Кате, а вот Рите было трудновато.
  - Всю жизнь мне прививали порядок и дисциплину, - ворчала Рита, раскладывая вещи в шкафу 'по струнке' после нагоняя капитана Любезновой. - И всю жизнь я сопротивлялась казарме. И что?
  - Ты, вроде, говорила, что с детства в военное хотела? - Геля сидела на кровати и подпиливала ногти покороче. Даже ее скромный французский маникюр тут признали неуставным.
  - В военное хотела, а казарму все равно не люблю. Какая разница, как у меня трусы в ящике лежат?
  - Скажи спасибо, что трусы у нас свои, - Геля положила пилочку и взяла расческу.
  - Да уж! - с чувством произнесла Рита, вспоминая устроенную Женькой 'экскурсию'.
  
  
  Перед походом в 'казарму' девчонки вдоволь настебались, в красках расписывая стройные ряды уходящих вдаль двухэтажных коек с панцирными сетками и густой аромат сохнущих портянок.
  - Откуда вы вообще слово 'портянки' знаете? - попыталась охладить язвительный пыл Марго. - Нормальное у них общежитие, почти как у нас, только комнаты на четырех человек. Ладно, прикалывайтесь дальше, я пошла.
  - Фоток наделай побольше, - велела Славка.
  - Мебель не фотографируй, - у девчонок не проходил приступ хихиканья. - Только парней!
  Брат встретил Риту у входа в женский корпус.
  - А Вадька где? - сестрица на всякий случай оглянулась.
  - Он в наряде по кухне, - они двинулись вдоль корпуса.
  - Картошку чистит?
  - Давно уже курсанты посуду не моют и картошку не чистят. А вас не привлекают, что ли? Каждый день один человек заступает ответственным за организацию питания. Ну, там, проконтролировать получение продуктов со склада, их количество, качество, закладку 'в котёл' и доведение норм довольствия до личного состава.
  - Значит, мешки таскает?
  - Я вчера дежурил - пальцем ничего не трогал. Только показывал. Вот жизнь пошла, деды не поверят!
  Первый курс жил ближе всех к женскому корпусу, тоже отдельно от старших.
  - На первом этаже прачечная, - Женька открыл дверь, за которой обнаружилось штук десять 'стиралок'.
  - Почти как в американских фильмах, - оценила Рита. - А что вы тут стираете?
  - Личные, дорогие сердцу вещи.
  - Трусы? - прыснула Ритка.
  - Демоны, есть кто? - средний Серебро бухнул по соседней двери кулаком. - Заходи, у нас помывка строго по распорядку, утром и вечером.
  Ритинья опасливо заглянула. Мало ли, может, какой особо чистоплотный выпал из обоймы? Но в раздевалке было пусто, в кабинках не шумела вода.
  - Носки, нижнее бельё перед душем снимаешь и бросаешь в специальные корзины - носки к носкам, майку - к майкам, трусы - к трусам, - показывал 'экскурсовод'. - После душа получаешь новые выстиранные и выглаженные. Полотенце тоже - раз, и в корзину. А у вас не так, что ли?
  - Еще чего, - фыркнула Рита. - Трусы мы сами постирать можем. Фу, в чужих ходить! - Демонстративно передернула плечиками. - А стол тут зачем?
  - Медик сидит за столом и наблюдает. Ссадину или синяк увидит - 'разбор полётов', вдруг неуставные отношения?
  - Были случаи? - посерьезнела сестра.
  - Пока нет, - пожал широкими плечами Женя. - Ты думаешь, в случае чего не отобьемся?
  - Лучше бы случая не было, - отрезала Рита.
  - Давай в темпе, - посмотрел на наручные часы, еще дедовские - Евгения Григорьевича. - Скоро в тренажорку.
  
  - А к вам?
  - Куда к нам?
  - Комнату посмотреть.
  Женька узнал сестрицыну интонацию, означавшую крайнюю степень заинтересованности.
  - Что там смотреть, - бубнил парень, тем не менее, ведя Риту к лестнице. - Четыре кровати, тумбочки, шкафы. Зайди в любую и найди хотя бы одно отличие.
  - Я же не с вашими буду сравнивать, а со своей, - возразила Рита, оглядываясь вокруг и хорошенько осматриваясь. В отличие от женского корпуса, у парней комнаты шли по обеим сторонам. На дверях точно также, как у девчонок, значились фамилии. На третьей слева Марго прочитала.
  Серебро В.,
  Серебро Е.,
  Пашкевич Э.,
  Волконский М.
  - О, у вас двери не запираются. А у нас можно и изнутри, и снаружи, - с этими словами Рита открыла дверь и шагнула внутрь.
  - Нам вроде бояться некого, - сказал сзади Женька. - Ты тут что ли, Матюха?
  Рита стояла, так и держась за ручку двери и как завороженная смотрела на огромного парня, что-то достававшего из шкафа.
  - Да развели барахла, по пять раз на день переодеваться. Что я им, Онегин? Полевой комплект, повседневка, спортивная, спецформа. В подштанниках заблудишься, - бурчал парень, не отрываясь от своего занятия. - Эдька где?
  - Не знаю, - и, углом рта, Рите. - Ты что стоишь, как Лотова жена? Парня в трусах никогда не видела?
  - А ты с кем это? - здоровяк стащил с полки необъятных размеров майку и шорты, повернулся. - Здрасьте!
  - Привет, - проблеяла Марго, чувствуя, как горят щеки. - Жень, я пойду.
  - Провожу, - Женька взял сестру за локоть, повернул. - Пошли уже, недоразумение! Правильно Вадька говорил, нечего тебе здесь делать. Нет, я повелся...
  Минут через пять вернулся, начал переодеваться. Матвей уже шнуровал кроссовки. Встал, попрыгал.
  - Красивая.
  - Кто? - удивился Серебро.
  - Сестра твоя.
  - На вкус и цвет, - хмыкнул Женька.
  - У нее парень есть?
  - Клеиться к ней даже не думай, - предупредил суровый брат.
  - Что, в глаз дашь? - усмехнулся претендент. - Так есть парень?
  - Нет. Нет у нее парня, - и про себя уже. - Кто ее вытерпит, язву эту...
  К себе в комнату Рита пришла с розами на щеках и на все вопросы отвечала очень односложно. Сходили с девчонками в спортзал, потом на ужин. Из столовой шли медленно, уселись на скамейках у входа в свой корпус. Через невысокую зеленую изгородь было отлично видно, как по парковым аллеям бегают парни. Будущие офицеры вели наблюдение и отпускали реплики, иногда даже остроумные.
  - Вы как на собачьей выставке, - прокомментировала Ритка.
  - Это как? - повелась Славка.
  - Сидите и кобелей оцениваете.
  Девушки прыснули, пробегавший мимо образец шире расправил и без того не маленькие плечи.
  В соседнем корпусе Вадим с Женей негромко переговаривались, сидя вдвоем на одной кровати. Матвей все еще был в качалке, Эдик Пашкевич трепался где-то на этаже.
  - ...три недели общевойсковой еще, потом полевой выход.
  - Девчонки тоже поедут?
  - Сам-то как думаешь?
  Женька фыркнул.
  - Не возьмут? Правильно, зачем командирам головняк.
  За стенкой говорили все громче, потом заржали, хлопнула дверь. Разговаривали теперь в коридоре.
  - Похоже, Краснокутский опять в ударе. Что в этот раз, интересно?
  Женька пошел было посмотреть, но в дверь, как медведь, пролез Матвей.
  - Эти дебилы бинокль ночного видения где-то надыбали, - ответил, вытирая коротко стриженую голову полотенцем. - Пошли с крыши шестого корпуса на девок смотреть, как стемнеет. На пятом этаже и занавески чисто символические, и трусы на девках...
  - Понятно, - непонятно протянул Женька, коротко хохотнув.
  - Ты про что? - Матвей сменил кроссовки на сланцы, вытащил несессер. - Удобную вещь, кстати, вещевая служба ВКС придумала - там компактно помещаются мыло, пена для бритья, крем, лосьон, шампунь, гель для душа. Взял и пошёл.
  - Понятно, зачем Яр и Стасян пристали Ритке рулонные жалюзи и двусторонний скотч, - братья коротко хлопнули друг друга по рукам, тоже засобирались.
  
  Три недели, пока мужская часть первого курса была на полевых сборах, девчонки привыкали к новому распорядку. Ранний подъем, пробежка, умывание. Потом общевойсковая 'учебка': Устав, строевой шаг, сборка-разборка оружия, стрельба, кроссы. Выматывались, конечно, но утром и вечером, даже в ущерб сну, пеклись о красоте - потчевали кремами и масками обветренные лица и руки, лечили набитые берцами мозоли. Волосы, а большинство носили длинные, ниже лопаток - настоящие пожиратели времени. Мытье, сушка, ежеутренние прически.
  - Хорошо парням, - в очередной раз позавидовала Геля, с сонным видом пытаясь сделать ровный пробор. - Вытерли голову - и уже красавцы. Максимум - два раза расческой провести. Я через день подстричься мечтаю.
  - Я то же, - Рита воткнула в пучок очередную шпильку. - Но как вспомню маму, так стыдно сдаваться. Она - воплощение женственности.
  - Скажи еще идеал, - хмыкнула Геля, зевая.
  - Для меня - да, - не обиделась подруга. - Я поражаюсь, как она все успевает? Нас пятеро, работа у нее ответственная. А она всегда ухоженная, красивая. Я никогда не видела ее в плохом настроении, чем-то недовольную, раздраженную.
  - Неудивительно, что ее выбрали для полета на Марс, - констатировала Королева. Посмотрела в два зеркала на затылок, оценивая 'гульку'. - Слушай, а она на день открытых дверей приедет? Я у нее автограф возьму!
  Про Марс девушки выяснили довольно скоро, однако Рита не заметила, что к ней стали относится как-то по-другому. По крайней мере, девочки из их блока. Да и со всеми остальными у нее сложились ровные дружеские отношения. Это у нее то же было от мамы. Та всегда говорила - друзей и приятелей может быть много. Но тех, кому можно рассказать по-настоящему личные вещи, поделиться проблемами или спросить совета - только единицы. Мама так дружила с Екатериной Юрьевной и Марией Всеволодовной, ну, и с сестрой Светланой. А Рита - с Линой и Алисой Русановыми.
  Они были знакомы с самого раннего детства, но ведь не это же главное. Можно с яслей сидеть на одном горшке и ничего общего, кроме этого, с человеком не иметь. А они втроем... Им было интересно вместе, у них были схожие взгляды на многие вещи, и даже разные увлечения и выбор будущей профессии их не разделяли. С возрастом появились тайны, которые можно было доверить только самой близкой подруге, хотя с мамами у девочек были очень доверительные отношения. Но не расскажешь же маме, что вчера поцеловалась с Сережкой Жуковым (не понравилось, что люди в этом находят?). Или что Лине очень нравится Вадим, а он никак не показывает, как к этому относится? И уж тем более не расскажешь, что Алиса с Климом в этом году первый раз занимались любовью теплой майской ночью, в цветущем саду? Девчонки потом втроем боялись последствий, но обошлось. Ангелинка, между прочим, Вадима перед его отъездом тоже подбивала, но он не соблазнился. Линка долго плакала и грозилась, что 'Раз он не хочет, то и я не хочу с ним. Другого найду, что я, уродина? Да на меня полкласса смотрит, а вторая половина чуть не замуж предлагала!' Конечно, ни с кем она мстить не стала, и не будет. Ритка сама была такая. Одно дело, когда любишь, а другое - просто от досады. Или потому, что у большинства девчонок в классе 'уже было'.
  Парням Рита нравилась, очень. И в соцсетях писали, в друзья просились, и на улице подходили. В школе - одноклассники, старшеклассники на всех школьных вечерах, в местном клубе приглашали танцевать, рвались провожать до дома, дарили подарки по поводу и без. Подарки, по большей части, она не брала, домой ходила исключительно с братьями. Конечно, понравься ей кто-то по-настоящему, никаким Вадьке с Женькой не удалось бы ей помешать. Но увы. Мальчишки казались ей не интересными. Плоскими какими-то, как иллюстрация в книге. Ей хотелось какого-то... Какого-то необыкновенного. Умного, талантливого, выдержанного. Еще симпатичного и высокого. Знаете, как трудно девушке с ростом сто восемьдесят три сантиметра?
  Три года назад она почти решила, что влюбилась. Здесь, в училище, когда приехала на выпускной к двоюродным братьям, познакомилась с парнем, курсантом первого курса. Переписывались, вроде поначалу было интересно общаться. Да еще он старше на четыре года, это ей немного льстило. Два года писали и созванивались, и еще он на каникулы приезжал в Москву. Первый раз - ей было пятнадцать - мама ее на свидание не отпустила. Через год он опять приехал. Родители подумали и разрешили съездить на день в столицу. Сперва хотели отправить ее под конвоем братьев, но она так развопилась, что если ей не доверяют, так лучше она совсем никуда не поедет! И что ей шестнадцать, а не шесть, что она уже работать может пойди и что когда она учиться поедет, к ней опять няньку приставят?! Короче, первый раз в жизни она взбунтовалась. Папа пытался убедить, говорил разумные вещи, но ее, что называется, несло. Они даже поссорились и не разговаривали два дня. Оба страшно переживали, она мучилась, но не хотела уступать. Папа, раз высказавшись, решения не менял. В конце концов она не выдержала, первой подошла к отцу - мириться. Он обнял, поцеловал в макушку. Было так спокойно в папиных руках, но на свидание очень хотелось. Мама нашла компромисс.
  - Мы поедем в Москву вместе. Ты будешь заниматься своими делами, я - своими. Два условия - ты будешь с ним гулять только в людных местах. Никаких гостиниц (тут Рита покраснела) и прочих сомнительных удовольствий. Второе - ты будешь мне писать каждые полчаса, где ты в этот момент находишься. Мы договорились?
  - Договорились, - буркнула Рита. Знала бы, чем это приключение закончится, ни за что бы так не хлопотала!
  
  
  
   Глава 3.
  
  
  
  -Гордо реет над нами
  Нашей Родины знамя.
  Головы вверх гордо поднять
  За тебя, Родина-мать!
  Мы до конца будем стоять
  За тебя, Родина-мать!
  Мы будем петь, будем гулять
  За тебя Родина-мать!
  И за страну трижды ура
  За тебя, Родина-мать!
  
  - Про петь и гулять они пели особенно проникновенно, - заметила мужу красивая женщина в светлом костюме и изумительных туфлях.
  Муж, высокий седой мужчина с подтянутой сухощавой фигурой, усмехнулся.
  - У них до присяги увольнительных не было. Предвкушают.
  Уже многократно прозвучали слова присяги, выступили мэр и председатель гордумы, начальник училища и казачий атаман, отгремел гимн. Родители смотрели, как курсанты торжественным маршем проходят по площади, переговаривались.
  - Игорь, на встречу с руководством училища пойдем? В концертном зале Кубанского казачьего хора? Потом, вроде, концерт обещали.
  - Ты хочешь? Если нет, то, может, лучше с детьми побудем?
  - Им разрешат? - обрадовалась Мила.
  - Я договорился.
  - Ого! - прониклась жена. - Генеральские привилегии, кто бы мог подумать!
  - Первый и последний раз, - предупредил Игорь Вадимович. - Ладно, давай выбираться ближе к трибуне, Григорьев обещал наших туда прислать.
  Шли сквозь толпу, Игорь то и дело отвечал на приветствия встречных курсантов, офицеров.
  - Здорово, Батя, - окликнул звучный мужской голос.
  - Здравствуй, - Игорь шагнул к мужчине, обнялись.
  - Знакомься, Мила. Александр Владимирович Титаренко, мы служили вместе.
  - Отец Александр, - представился мужчина. - Настоятель храма, здесь, в училище. У вас сын поступил?
  - Сыновья и дочь, - улыбнулась Людмила Евгеньевна. Глаза были грустные.
  - Красивая девочка такая? Улыбается когда, на вас похожа.
  - Вон они идут, - кивнула Мила, непроизвольно делая шаг навстречу.
  - Здравия желаю! - почти хором поздоровались курсанты, вытягиваясь в струнку.
  Игорь без улыбки поднес руку к козырьку.
  - Вольно.
  Обменялся рукопожатием сыновьями, обнял дочь за плечи. Людмила по очереди крепко обняла, долго вглядывалась в лица, трогала плечи, руки.
  - Здравствуй, мамуль, - Рита так и стояла, обнявшись с мамой. - Ты как? Как малые?
  - К вам просились, - Мила погладила дочку по спине. - Пойдемте, вас в отпустили. Игорь, во сколько им в училище надо быть?
  До квартиры, снятой родителями, добрались за полчаса. Мама ушла в спальню, позвала за собой Риту. Отец кивнул сыновьям на диван.
  - Переодевайтесь, не в парадке же сидеть, - сам тоже одел футболку, джинсы.
  Мила вышла в свободном легком платье, на ходу шлепнула сыновей по голым спинам.
  - Сейчас обедать будем. Мы вчера прилетели, мама скомандовала закупаться, а потом до двух ночи готовила.
  - Отец скромничает. Он мне помогал, - крикнула Людмила Евгеньевна. - Идите, все готово!
  - Солянка, - Женька нюхал воздух, как Майор. - И рулет!
  - Пирожки, - простонала Ритка, заскакивая в кухню и хватая с блюда выпечку. - С яблоками! Мммм!
  - Рита, поешь нормально, не в сухомятку, - мама наливала суп. - Садитесь, не стойте! Игорь, порежь еще хлеба.
  Долго сидели за столом, потом перешли в комнату. Рита, правда, ненадолго осталась с мамой в кухне, посекретничать о женском. Разговаривали, смеялись. Родителям было все важно, все интересно. Отец вспомнил, как он присягу принимал. Рассказал и про отца Александра.
  - Отличный летчик. У него не только про духовное, но и про матчасть спросить можно.
  Ближе к вечеру Рита спохватилась.
  - Мам, я девчонкам твой автограф обещала! Распишись на чем-нибудь... У тебя есть три раза по сто рублей?
  - Ладно, распишусь, - Мила паковала детям с собой еду, сладости.
  - Пап, по дороге остановишь, мы еще конфет шоколадных купим. И печенья.
  - И орешков со сгущенкой. И пряников. И колбасы.
  - У вас холодильник разве есть? - удивилась мать.
  - У нас Матвей есть, - повернулся к ней Женька. - Денег дал, просил, чтобы купили.
  - К нему никто не приехал?
  - Он детдомовский.
  - Деньги ему верните, на свои как-нибудь купим.
  - Нет. Он не возьмет. Но можете еще на свои купить, да, Вадь? Ритка, а ты с собой брать будешь или вы на диете?
  - Бубу, - подтвердила Рита, дожевывая плюшку.
  
  Вечером, после лекций и самоподготовки и до ужина, курсанты обязательно занимались спортом. Спортзал у женской части курсантов был свой, а бегали все в парке. Правда, для девушек негласно выделили две аллеи ближе к их корпусу, но нередко парни сбивались с курса, как потерявшие ориентацию птицы, и, совершенно нечаянно, забегали на девичью территорию. Чаще всего так поступали влюбленные, получавшие, таким образом, почти свидания, притом совершенно легально. Еще это был способ познакомиться с понравившейся девушкой. Аншлаг пришелся на первые дни сентября, когда вернулись из отпуска старшие курсы. Первокурсницы, бегавшие в шортах и майках, были оценены и новый набор признан годным. Весьма и весьма! Девчонки, которым предоставлялся такой прекрасный выбор (пропорции одна к двадцати пяти), не спешили, и потенциальных кавалеров игнорировали, а особо настойчивых - и посылали. В свою часть парка. К Рите тоже подбегали, в смысле подкатывали, но она привычно язвила, оправдывая второе школьное прозвище - Колючка, и претенденты ретировались. Поэтому, в очередной раз услышав за спиной топот, тяжелое мужское дыхание, и, простите, запах мужского пота, девочки - Рита с Гелей - просто сморщили носы и невозмутимо продолжили пробежку.
  - Привет, Ритуля, - сказал над ухом знакомый голос.
  - Привет, - она даже головы не повернула.
  - Поступила, значит. Все, как мечтала?
  Молчание.
  - Может, погуляем? Встретимся попозже, - он наклонился ближе.
  - Махаловский, иди отсюда. Мы уже гуляли, мне хватило.
  - Рит, не нуди. Я же извинился.
  - Махаловский, ты русский язык понимаешь? Повторяю по слогам - иди отсюда и не подходи ко мне больше. Никогда!
  Парень высокомерно хмыкнул и побежал дальше, обгоняя девчонок.
  - Знакомый? - Геле было очень любопытно, это чувствовалось и по голосу, и по взглядам.
  - Да придурок он, - Рита остановилась, начала делать повороты, растяжку.
  - Расскажи, Рит, - Геля неожиданно состроила умильную рожицу. Это было так не похоже на их сержанта, что обе расхохотались.
  - Мы с ним тут познакомились, я к двоюродным братьям на выпускной приезжала, - девушки медленно бежали, потом пошли по дорожке, - два года виртуально встречались, любовь-морковь, потом в реале встретились - и все. Прошла любовь, завяли помидоры.
  - Давай, по делу рассказывай, а не этот вот... овощной гарнир! Откуда у тебя выражения такие?!
  - От дедушки, - просветила Маргарита. - Не хочу я вспоминать эту муть!
  - Рит!
  Рита не ответила, потом подумала: 'Если не скажу, то ведь может напридумывать себе ерунду всякую, ужасов. А скрывать-то особо нечего'.
  - Он приехал в отпуск в Москву, договорились погулять в Парке Горького. Мама меня до входа довезла и уехала. Встретились у Голицинского пруда, на Пушкинской набережной.
  Ангелина понятливо вздохнула.
  - Романтично...
  - Ага. Парочки кругом... А, я сама виновата, - перебила сама себя Рита. - Я же себе придумала идеальное свидание...
  - А у вас было не идеальное?
  - Ладно, то, что он цветов не купил, я пережила. Мало ли, денег нет, все же курсант, на билеты потратился, на жилье в Москве. Но он в майке пришел и шортах.
  - В каких? - не поняла Геля.
  - В грязных и мятых, - развернулась к ней подруга. - Как будто он в них в поезде ехал. Из Владивостока.
  Ангелина пожала плечами.
  - Да я в жизни не видела, чтобы мужчина так выглядел, - поклялась Рита. - Папа забор на даче красил, презентабельней смотрелся. Ладно, подхожу, вся такая нарядная...
  - Одна я в белом пальто стою красивая, - прыснула Ангелина, повторив где-то слышанное.
  - Вот-вот, - важно согласилась Ритка, хихикая, но тут же стала серьезной. - Поздоровались, он наклоняется в щечку поцеловать, я чувствую, чем-то пахнет. Присмотрелась. Лин, представляешь - он пьяный!
  - Что, сильно? - удивилась та. - Совсем?!
  - Ну, не совсем, - Рита отмахнулась от какой-то надоедливой мошки. Они уже какое-то время не бежали, а стояли под старым каштаном. - Но пил, я же вижу!
  - И что? Ты пьяных никогда не видела?! - поразилась Ангелина.
  - Вот и он что-то такое сказал, - грустно проговорила Рита, глядя куда-то в сторону. - Что тут такого, да что я сделал? Я хотела сразу уйти, но он уговаривать начал, давай погуляем. Согласилась, дура. Идем, несет какую-то пургу. Зашли подальше, целоваться полез, лапать. Врезала ему, чтобы руки не распускал, маме позвонила, и мы с ней пошли по магазинам и на Старый Арбат - поесть котлет по-киевски...
  - Королева, Серебро! - рявкнула над ухом капитан Любезнова. Девчонки сорвались с места, слушая вдогонку. - Два круга по парку бегом марш! Стоят, как у английской королевы на приеме!
  
  - К кому это ты клеился? - лениво спросил Ивана Махаловского Олег Курапов. Пятикурсники сидели в зале после занятий на тренажерах, не слишком, кстати, интенсивных. После отпуска в полную силу тренироваться было напряжно. Поодаль какой-то первокурсник методично тягал железо. - Это не та ли чика, с которой ты на третьем курсе мутил?
  - Она, - Махаловский откинулся на стенку.
  - Ты че, опять с ней хочешь?
  - Я?! Да она сама ко мне липнет.
  - А что, девочка красивая. Если тебе не катит, так я бы с ней...
  - Давай. Она девушка безотказная, - хохотнул Махаловский.
  - Что, ты ее ...? И как? - под сальный хохот поинтересовался третий собеседник, Макс Низамов.
  - Под пиво потянет...
  Матвей опустил аккуратно стукнувшую штангу, поднялся со скамьи.
  - Ты, членистоногий. Хлеборезку закрой, - встал перед напрягшимся Махаловским.
  - А то что? - прищурился тот.
  - Заварю наглухо, - пообещал Матвей. - Что б не разевал не по делу.
  Пятикурсники начали нарочито медленно подниматься, обходя его с боков, один шагнул за спину. Матвей коротко оглянулся, опять перевел взгляд на Махаловского.
  - Да ты, молодой, никак борзый? - Иван осклабился, оглянулся на многообещающе улыбавшихся однокурсников и, коротко замахнувшись, ударил.
  
  - Что это у тебя, Волконский? - дежурный врач легонько постучал парня ручкой по костяшкам на правой руке.
  - Неаккуратно штангу положил, Артур Викторович.
  Майор медицинской службы саркастически хмыкнул, но промолчал. Других повреждений на курсанте не было, держался парень абсолютно спокойно, поэтому Хлынов даже дежурному офицеру после вечерней поверки ничего не сказал.
  Утром начальнику училища позвонил заместитель.
  - Александр Григорич, у себя? Разговор есть.
  - Заходи.
   Вильчик отодвинул стул, сел, пригладил короткий ершик. Григорьев молча ждал.
  - Видеофайл открой, я тебе в папку скинул.
  Генерал-майор клацнул мышью, некоторое время смотрел на экран.
  - Мда... Что скажешь, Сергей Васильевич?
  - Да что говорить, сам видел. ЧП. Дедовщина!
  - Дедовщина, полковник, это когда старослужащие молодого бьют. А тут один салага троих пятикурсников уложил, а по нему не разу не попали. Кстати, бил он их грамотно, наверняка синяков не оставил. Это кто такой уникум?
  - Волконский Матвей Михайлович, восемнадцать лет, воспитывался в детском доме Одинцово. КМС по рукопашному бою...
  - Слушай, когда Ключников заявку подает на участие в Кубке Вооруженных Сил?
  - В октябре, вроде, - Вильчик как будто не удивился смене темы.
  - Константин Алексеич, - Григорьев повернулся к селектору. - Зайди.
  - Давненько мы Кубок не выигрывали, - генерал довольно потер руки, как будто пропустил стопку с мороза.
  - Александр Григорьевич, так что с курсантами делать будем?
  - Этих троих сегодня ко мне после лекций, я им мозги на место поставлю. Кстати, от них жалобы по медицинской части были?
  - Никак нет. Волконскому взыскание?
  - Ты, смотрю, лютуешь, - Григорьев встал, прошелся по кабинету. - За что его наказывать? Сам же видел - начал драку Махаловский.
  - Так оставить? - по тону было понятно, что полковник недоволен.
  - Вот что, Сергей, - Григорьев сел рядом с подчиненным. - С парнем я поговорю. Не похож он на гопоту, на быдло.
  В кабинет, коротко постучав, вошел заместитель по военно-патриотической подготовке.
  - Садись, Константин Алексеевич. Мы тут тебе с Сергей Василичем помогли маленько - кандидата в сборную училища по АРБ нашли. Ты пошерсти там первогодков - может, еще бойцы есть - дзюдо там, самбо.
  - Есть, как не быть, - садясь по другую сторону стола, с расстановкой ответил Ключников.
  - Надо пацанов проверить, отобрать, тренера им найти. Или, вон, пусть Волконский займется, организует.
  - Есть, понял, - замполит делал пометки. - А что, только парней ищем?
  - А у нас и девицы дерутся? - развеселился Григорьев. - Ну, раз летать одинаково учим, и тут дискриминации не допустим!
  
  - Так, Рита! В увольнительную пойдешь с Волконским, а то мало ли. Город незнакомый...
  - Вадька, ты обалдел? - вяло, поскольку новость, если можно так выразиться, была не нова, поинтересовалась сестра. - Ты что, телохранителя мне нанял, или, может, дуэнью? Я сама кого хочешь обижу!
  Ангелина Королёва со скучающим видом стояла рядом, ожидая итогов переговоров.
  - Девчонки, ну возьмите, - проканючил басом Матвей Волконский. - Вы вон какие смелые, а я боюсь-боюсь!
  Девчонки прыснули, братья Серебро остались невозмутимы.
  - Давай возьмем, Ритка, - сквозь смех проговорила Геля, разглядывая парня с интересом и даже заинтересованностью. Подруга перехватила взгляд, перестала смеяться и скомандовала.
  - Пошлите уже. Увольнительная час как идет, а мы за КПП не вышли, - скомандовала Рита на ходу.
  Парни переглянулись, Матвей поднял бровь.
  - Ладно, признаю. Ты был прав, - негромко проговорил Женька. Матвей огрел его по спине и пошел догонять девчонок.
  - Куда, девчонки? - Матвей поднял руку, останавливая такси.
  - Город посмотреть. Погулять.
  - В салон. Мне надо волосы подравнять.
  - Пироженку хочу!
  - И мороженку!
  - Кофе хочу, не растворимого, а настоящего. Вот сейчас даже чувствую. Как кофе пахнет!
  Седой грузный водитель обернулся к девушкам, сидевшим на заднем сиденье.
  - Это вам на Красную надо. И погуляете, и поедите вкусно. Может, и парикмахерскую где поблизости найдете.
  - Красная это что? Улица?
  - Да, вроде наш местный Арбат, - мужчина посмотрел на девушек в зеркало. - А вы что же, к парням на свидание в летное приехали? Что ж у вас жених один на двоих?
  - Нет. У нас увольнительная.
  - Сколько лет у нас девчонки на летчиков учатся, а все не привыкну. Первый год? То-то я вас в лицо не помню. Я часто ваших вожу, таких красавиц бы точно запомнил.
  В голосе послышались было игривые нотки, но тут дядька наткнулся на взгляд Матвея и уставился на дорогу.
  Девушки, пересмеиваясь, вышли из салона, прошли пару кварталов до уличного кафе. Под огромным платаном за столиком сидел Матвей Волконский в компании довольно неумытых пацанят лет семи-десяти. Ватага смеялась, о чем-то оживленно болтала и ела мороженое.
  - Слушай, а он ведь очень симпатичный, - Геля даже остановилась. - Смотри, лицо приятное, а тело вообще - бомба бомбическая.
  Рита утвердительно кивнула. Она могла бы добавить, что у него очень красивые руки - не ладони-лопаты, как можно было бы подумать, глядя на богатырское телосложение, а сильные длинные пальцы, твердая сухая ладонь. Еще - тут она чуточку покраснела - от него очень хорошо пахло. Как-то не навязчиво и очень по-мужски. Эти важные детали она заметила, когда он подал ей руку, помогая выйти из машины. Она не удивилась - в конце концов, папа всегда так делал, и братья, даже младшие, но ей было приятно.
  Матвей что-то спросил у одного из ребятишек, послушал, кивая и поглядывая в сторону улицы. Увидел Риту с Ангелиной, подозвал официанта с подносом, вручил малым по кульку. Парнишки попрощались, хлопая грязными ладошками по мужской ладони и улетучились. Официант засуетился, собирая салфетки, стаканы, начал протирать стол.
  - Тут вкусно, я разведал, - вставая девушкам навстречу, отчитался Матвей. Смотрел вроде бы на обеих, а видел только одну. Стройную, в светлом платье чуть выше колена. Пушистая темная коса через плечо, улыбчивые глаза, улыбающиеся губы.
  - Что тут вкусно? - подходя и усаживаясь, начала Геля, беззастенчиво рассматривая парня.
  - Кофе точно вкусно пахнет, - принюхалась Рита, тоже садясь и чуть ревниво глядя, куда сядет Матвей. Он сел ближе к ней, напротив Ангелины.
  - Я пробовал киш и тарт, - заглядывая в меню, поведал Матвей. - Киш - это который с местной форелью, а тарт - открытый пирог с вишней. Нет бы так и писать, а то путают людей. Вот профитроли - это что?
  - Заварные пирожные с кремом, - объяснила Рита.
  - Пирожные с куриным муссом? - уставился на нее Матвей.
  - Давайте уже есть, - рассмеялась Рита. - Я тебе по мере поедания расскажу. Это как я братьям объясняла, в чем разница между свитшотом и лонгсливом.
  - Свитшот - это когда женами меняются? - невинно уточнил Матвей под возмущенные возражения девушек. Рита смотрела в смеющиеся глаза на абсолютно серьезном лице и чувствовала, что начинает глупо улыбаться.
  
  - Чтобы я еще с Риткой в увольнительную пошла?! Да ни в жизнь! - бурчала Ангелина, разуваясь у порога.
  - Вы что, поругались? - выглянула из комнаты Поля. - Где Рита-то?
  - У входа стоит с Волконским. Весь день болтали-болтали, все не наговорились, - довольно ядовито съехидничала Королёва, заходя к соседкам и ставя на стул пухлый пакет с логотипом кафе. - Налетайте, мы вам вкусного купили.
  Внизу сгущались сумерки, ветер играл с нарядными листьями.
  - ... 'Лунную радугу' я, наверное, раз двадцать читал. А продолжение не зашло. Там уже не столько фантастика, а эзотерика, философия. Я не особо разбираюсь, но, вроде, Рерих что-то такое писал.
  - Я помню, мы с девчонками одно время начитались - Шамбала, мистика, я даже на выставку его картин ходила. И знаешь, это меня совершенно разочаровало. В его картинах нет Света, о котором он столько писал.
  Матвей покивал.
  - Я подлинников не видел, но смотрел в инете. Ты озябла?
  Рита действительно непроизвольно поглаживала предплечья.
  - Так, чуть-чуть. Ерунда. А ты читал Маккефри? Я с ума сходила просто!
  - Всадников Перна? Еще бы!
  - Тебе не показалось, что там последние романы уже много слабее? Я читала по инерции, а когда дошла до Голубых и Зеленых, плеваться хотелось.
  - Ну, в то время это уже стало обязательным штампом, а потом, книжные 'сериалы' почти все к концу сливают. Даже Мартин не смог вытянуть. И Желязны.
  - Я от 'Хроник Амбера' прямо фанатела! Да, там в конце ушло все очарование, Тайна. Говорят же, что исключение подтверждает правило. Я про 'Королевскую кровь'. Там по нарастающей и сюжет, и слог...
  - Рита!
  - О! - Рита закатила глаза. - Давно не виделись...
  - Как погуляли?
  - Пока вас не увидела, всё было замечательно. Ладно, Матвей. Забирай этих бдительных, я пошла. Пока.
  - Пока, - Матвей проводил девушку взглядом. - Пацаны, правда, что вы нас пасете? Я не олень, она не шалашовка.
  Братья переглянулись. Ситуативно за такие слова хотелось дать в бубен, но врожденное чувство справедливости не позволяло.
  - Ладно, замнем для ясности, - усмехнулся Волконский. - Пошли, что ли. Девчонки своим роллы купили, а я вам шашлыков и шаурмы.
  
  - Волконский, не нашли мы толкового тренера по рукопашному бою, - старший преподаватель Рафаэль Чапаев посмотрел на курсанта. - Я кое-что умею, но до КМС мне далековато. Поможешь подтянуть несколько человек до приемлемого уровня за месяц?
  - Не с нуля?
  - АРБ никто не занимался. Самбо, дзюдо. Боксер один есть.
  Матвей пожал широченными плечами.
  - Смотреть надо.
  - Вот сегодня и посмотрим. В пятнадцать ноль-ноль, вместо самоподготовки.
  Рита пришла в зал в начале третьего, сразу после символического обеда, забаррикадировалась в туалете, переоделась в кимоно и пошла осмотреться.
  Большое прямоугольное помещение, крашенные стены, вдоль одной из длинных стен штук восемь макетов фигуры человека с обозначен?ными спереди и сзади болевыми точками. Напротив - стенки для отработки ударов, гимнастические скамьи, стенки, на стендах фо?тографии техники выполнения болевых приемов, бросков.
  - Интересно, а это для чего? - вслух подумала Рита, глядя на странную конструкцию из отрезков метал?лических труб, вмонтированных в стену, гирь и резиновых жгутов и на ящики с песком чуть поодаль.
  - Кисть и пальцы укреплять, а в песке суставы, - ответил неслышно подошедший Матвей, тоже в кимоно. - Хорошее здесь оборудование, я такое только на сборах видел, когда со сборной тренировался. Макеты с датчиками, качество удара программа определяет, на табло все видно.
  - А почему ты не в сборной? - не удержавшись, спросила Рита. - Ну, там, медали, олимпиада? Ой, прости... - ей только что пришло в голову, что вопрос мог показаться обидным. Или болезненным. Ведь большой спорт чаще всего бросают не по своей воле.
  - Потому что сюда поступил, - улыбнулся Матвей, начиная укладывать маты под стеной с плакатами о морально-психологической за?калке.
  - Интересно, - перевела разговор Рита, принимаясь помогать. - У нас все по-другому. Тебе мои говорили - мы в секцию по дзюдо ходили? Я так жалела, что заниматься больше не удастся. А вчера сказали, что набирают рукопашному бою учиться.
  - Я вообще-то думал, что только мужиков, - Волконский натя-гивал сверху покрышку из какой-то плотной ткани, заправляя край под маты. Рита потянула с другой стороны.
  - А чем я хуже? - девушка даже помогать бросила.
  - Рита, ты только не обижайся, - Матвей аккуратно заправил угол, расправил складку. - Дзюдо как называют? Боевое искусство, философия. А у самбо и рукопашка - мордобой обыкновенный. Рукопашник бьет из любого положения, самбист бросает и ломает из любого положения, а так в принципе и то, и то - техничная драка.
  - Если я тебя уроню - возьмете? - начиная разминаться, предложила Рита сделку.
  - Рит, во мне сто десять кил, - Матвей смотрел серьезно и с сомнением. - Ты меня разве бросишь? Надорвешься!
  - Разогревайся давай, - скомандовала Ритка. - А то порвешься еще.
  Не то, что он решил бороться всерьез, но и поддаваться не хотел. Она бы сразу поняла, и обиделась. Так что минут пять он уклонялся от захватов и аккуратно переставлял её подальше от себя. Потом она как-то ловко и быстро на мгновение повернулась к нему спиной, он почувствовал жесткий захват на запястье и неожиданно перелетел через нее и грохнулся на спину. Лежал, улыбаясь, глядя как она вскочила, поправила куртку, перетянула пояс и с легким вызовом перекинула косу за спину.
  - Вставай, что разлегся?
  - Ритуль, ты готовить умеешь?
  - Конечно, умею, меня мама научила, - она немного растерялась. - А что?
  Он поднялся с ковра одним движением, не касаясь руками пола, как в кино, и оказался совсем близко.
  - Да я просто так спросил, я бы на тебе женился, даже если б не умела.
  Она смотрела на улыбку и серьезные глаза и совсем забыла, что надо ругаться. Или хоть что-то сказать, дуреха!
  
  
  
   Глава 4.
  
  
  
  По крайней мере два человека поверили в провозглашенную Матвеем Волконским декларацию о намерениях. Мало того, они это намерение, похоже, одобрили. Иначе как объяснить полученные Ритой немыслимые вольности? Ее перестали под конвоем водить с тренировки в корпус, отпускали бегать без сопровождающих и у нее появилось не номинальное, а самое настоящее 'личное время'. Ей предоставили столько свободы, что она успела соскучиться по братьям, и в следующий раз попросилась в увольнительную вместе с ними. Прочие не были оповещены о том, что Рита просватана, но о чем-то подозревали, иначе чем объяснить, что к ней единственной из первокурсниц никто не подходил знакомиться, не писал смс и записок, и вообще не проявлял никакого интереса? Будь Рита честолюбивей, ее бы это непременно задело, или, по крайней мере, удивило. Впрочем, возможно, что отсутствие внимания противоположного пола объяснялось тем, что у курсанта Волконского была к девушке явная склонность и хорошо поставленный удар? И это не считая двух братьев, тоже прекрасно тренированных. Так что к ноябрю все училище, от начальника до поварих в столовой, знало, что у Маргариты Серебро и Матвея Волконского роман и вообще, 'все серьезно'. Сама Рита не то, что ни о чем не подозревала, но насчет романа была настроена скептически. Да и как иначе? Впрочем, обо всем по порядку.
  Прежде всего, на первом месте у нее была учеба. И не только по тому, что объем большой и предметы новые, мало общего со школьным курсом, но и потому, что ей очень нравилось учиться, узнавать новое. Она сидела на самоподготовке, обложенная книжками, с горящими глазами. Она приставала к девчонкам на пробежке и в спортзале на тренажерах с обсуждением изучаемой темы. Она бубнила в душе, повторяя термины.
  - Она даже во сне разговаривает, - жаловалась Ангелина девчонкам за завтраком. - Сегодня проснулась от того, что она говорит что-то, тихо, но четко. Прислушалась. 'Окклюзия - слияние холодного и тёплого фронтов в заполняющемся циклоне'. Вот мне это надо в три часа ночи?! И тебе тоже! - это уже персонально Рите. - Лучше бы тебе про любовь что-нибудь снилось.
  - Матвей что-то недорабатывает, - прыснула Поля. - После свидания девушка должна спать как убитая, в крайнем случае, страстно стонать во сне 'да, любимый'!
  - Они на свиданиях приемы рукопашного боя изучают, хорошо еще, она во сне 'кийя!' не кричит.
  - Надо у Жеки спросить, может, Матвей кричит.
  Девушки, кроме Риты, смеялись, Рита насупилась.
  - Не смешно!
  Посмотрела через проход. За крайним к девушкам столом сидели Вадька с Женькой и Матвеем, и с еще одним парнем, с которым они вместе жили. Матвей с Вадимом всегда садились лицом к той части зала, где стояли столы девушек. Рита считала, что Вадька делает это с целью проконтролировать, 'хорошо ли она кушает', а то у бабушек это первый вопрос, когда она им звонит. С Матвеем они переглядывались, и даже, кажется, научились разговаривать взглядом. Это было очень важно, потому что проявлять в училище эмоции как-то по-другому она считала неправильным. Посыл дал подполковник Мальчинский на одной из первых лекций.
  - Очень важно, чтобы девушки научились регулировать своё эмоциональное состояние, потому что это основополагающий принцип при работе в стрессовых ситуациях. Взлёт - это уже стресс для психики, и сложности с этим могут возникать и у юношей. Например, были случаи, когда курсант в первом полёте от захлестнувших эмоций и эйфории не слышит команд инструктора.
  И она решила сдерживаться и быть непроницаемой, как женский вариант графа Монте-Кристо. На людях это получалось неплохо, а вот наедине - никогда. Матвей ее смешил. Или заинтересовывал. Или трогал, в смысле, растрагивал. Ужас, какой сложный у нас язык! Короче, это та ситуация, когда девушка смаргивает слезинку и шепчет: 'Это так трогательно!' С ним никак не получалось быть равнодушной и спокойной, никогда не было скучно. Не хватало только одного, и Рита была не тот человек, чтобы пустить все на самотек.
  
  На День народного единства был выходной и множество культурно-патриотических мероприятий, как сообщала доска объявлений.
  - 4 ноября на базе КВВУ будут проводится показательные выступления по всем видам единоборств и открытый финал Кубка атамана Кубанского казачьего войска по армейскому рукопашному бою. Серебро, Волконский, Кузнецов, Пойда, Абдульмянов, Гурьянов, - объявил на последней перед праздником тренировкой Рафаэль Маратович. - Выезжаем 4 ноября в 8 утра, организовано. Маргарита, - строго посмотрел на единственную девушку. - Там будут только мужчины, поэтому в соревнованиях ты не участвуешь. Только показательные.
  - Товарищ майор!
  - Отставить. Регламент не позволяет. Разойдись!
  Рита ворчала про себя и вслух в этот вечер, и весь следующий день, и даже усевшись в микроавтобус.
  - Хватит уже, - негромко одернул ее Вадим, садясь рядом. - Как маленькая.
  Ритка фыркнула, как кошка, и отвернулась к окну.
  К мероприятию офицеры и курсанты Краснодарского высшего военного училища подготовились тщательно. Раздевалки, душевые, тренировочный зал. Даже Риту приятно удивили - ей выделили крохотную комнатушку - тренерскую, забитую всяким инвентарем. Зато там была душевая кабинка! Волосы она еще утром заплела в тугую косу, заколола пучок шпильками и сверху еще затянула эластичной резинкой, быстро переоделась, взяла защиту, отперла дверь.
  - Пошли, - кивнула Женьке, дежурившему у двери.
  - Пошли, - брат пошел рядом. - Меня с тобой на демонстрационный бой поставили.
  - Бой? Рукопашный? - не поверила Рита. - Не дзюдо?
  - На татами Вадьку кинешь. Или он тебя. Как договоритесь. Хватит трепаться, давай на разминку.
  Как водится, какую-то часть времени заняли разговоры, вернее, речи. Официальные. Выступил атаман, заместитель мэра, начальник училища.
  - Я сейчас выйду и побью кого-нибудь по-настоящему, - шипела Рита, стоя в строю рядом с Женькой. - Что они на меня все пялятся? Бесит уже.
  На нее правда смотрели, особенно после демонстрационных поединков. Казачий генерал подошел к судейской коллегии, о чем-то поговорил, потом главный судья - Георгий Георгиевич Шакуров, мастер спорта России по классической борьбе и самбо, президент Краснодарской федерации рукопашного боя и старший тренер по единоборствам Кубанского казачьего войска, как его представили, подозвал Чапаева.
  - Ритка, - ткнул ее в бок Женька. - Тебя Чапаев зовет.
  Маргарита подошла к судейскому столу, возле которого стояли трое мужчин.
  - Серебро, вы хотите принять участие в соревнованиях? - обратился к ней Шакуров. - У вас весовая категория до шестидесяти?
  - Да, - сдерживая радость, коротко отрапортовала Ритинья. - Хочу. До семидесяти пяти.
  Мужчины рассмеялись.
  - Сколько точно?
  - Семьдесят три килограмма.
  - До семидесяти пяти не разрешу, выступите в категории до семидесяти. Идите готовьтесь.
  Хотелось идти, пританцовывая, но она шла, даже не улыбаясь.
  - Меня на бой ставят, - объявила своим.
  Пока братья хмурили соболиные брови, Матвей отвел ее в сторону.
  - С кем?
  - Какой-то Кулешов. 17 номер.
  Матвей осмотрелся.
  - Этот? У него с реакцией не очень, долго не возись, пока он на тебя таращится - работаешь в левосторонней стойке, бьешь бэкфист локтем. Не достала или он на удар пошел - бьешь основанием кулака со стороны мизинца, помнишь?
  Рита внимательно слушала, кивала.
  - Кулак сильнее сжимай, иначе кисть повредишь. Если точно попадешь, то нокаут девять из десяти. Поняла?
  
  - Не буду я с ней драться, - возмущался Ритин визави, за пару минут до поединка понявший, что Серебро М. зовут Маргаритой. - Потом скажут, что я бабу побил.
  - Ты сначала побей, - Рита так разозлилась, что неожиданно ушло все волнение, и она чувствовала себя спокойной, даже расслабленной. - И вообще - бабами сваи бьют.
  - Чего? - не понял парень.
  - А! - махнула Ритка рукой на такую дремучесть. Надо же - Германа не узнать!
  Поединок закончился очень быстро и нокаутом, как и говорил опытный Матвей. Она села к своим, сняла перчатки, шлем. Волконский и Кузнецов разминались, Рустам Абдульмянов вел бой, остальные изощрялись.
  - Ты зачем с ним так? Парень айтишник, они так все повернутые, еще ты его по голове!
  - Видели, он глаза открывать не хотел? Надеялся, в медпункт унесут и забудут.
  - Ритка, ты в финале второго тоже сразу выноси, им вдвоем веселее будет.
  - Да ну вас, дураки, - отмахнулась Рита.
  Состав участников, как поняла Рита, был смешанный. Курсанты, кадеты, казаки. В основном молодежь. Но в самой престижной категории, свыше ста килограммов, против Матвея сначала в полуфинале, потом в финале вышли взрослые мужики, лет под тридцать.
  Это были настоящие бои, профессиональные. Рита разрывалась между азартом, удовольствием от того, что видела - быстроту, силу, отличную тактику, красоту поединков, и волнением. Все-таки было страшно за Матвея - а вдруг травма? У его соперника кулачищи были прямо пудовые. И хотелось, чтобы выиграл. Конечно, проиграй он, она бы не стала к нему по-другому относится, но очень хотелось, чтобы выиграл!
  Награждение начали с сверхтяжелой категории. Атаман Дмитрий Архипович Диденко вручил невозмутимому Матвею грамоту, кубок и ... шашку.
  - Лично от меня, - с чувством пожал руку. - Казацких кровей у тебя точно нет? Поспрашивай у батьки, у мамки. Молодец!
  - Поздравляю. Порадовал, сынок, - пожал руку своему курсанту подъехавший к финалам Григорьев.
  Матвей с заклеенной пластырем бровью молча кивнул, отошел к своим.
  Дальше награждали победителей и призеров в других категориях, начиная с самой легкой, но Риту почему-то пропустили. Диденко все поглядывал на дверь, как будто кого-то ждал. После того как отзвучали аплодисменты в честь победителя в тяжелом весе, атаман взял слово, и судя по всему, настроился говорить долго.
  - Меня сегодня некоторые упрекнули, дескать, зачем я авторитетом регламент продавил, девушку до соревнований допустил. Армейский рукопашный бой - только для мужчин, так? - обернулся к кому-то, опять обратился к залу. - Когда стали девушек в войско принимать, тоже скептики кричали - обычаи нарушаете, в старину такого не было! Историю надо знать, казаки! Я вам приведу множество примеров воинской доблести женщин-казачек, не раз становившихся на пути врага рядом со своими отцами, мужьями и сыновьями, управлявшихся иной раз с конем и шашкой получше иных мужчин. Женщин-казачек, оборонявших от шведов Нежин, наградил Петр Первый. В конной казачьей разведке воевала в первую мировую наша кубанская казачка Елена Чоба, родом из станицы Роговской. Два Георгиевских креста у нее! В Великую Отечественную войну в рядах 4-го Кубанского гвардейского кавалерийского казачьего корпуса Зинаида Корж прошла от Кубани до Праги. Будучи совсем юной девушкой, она добровольцем отправилась на защиту Родины и защищала ее так, что ее боевым наградам могли позавидовать многие фронтовики-мужчины. И таких героинь были сотни! Так почему мы сегодня девушке не могли разрешить себя показать, свое умение? И ведь доказала - ничем не хуже парней! Победила честно. Маргарита, выходи!
  - Так, время семнадцать, - взглянул на часы Григорьев, посмотрел на курсантов. - Победителей отпускаю в город, праздновать. До вечерней поверки! Волконский, холодное оружие сдай!
  - Товарищ генерал-майор, разрешите обратиться!
  - Говори, героиня наша.
  - А вы букетик мой не заберете, заодно?
  Командир с улыбкой протянул руку за огромным - в сотню роз - букетом.
  - Давай свой 'букетик'. Всё, свободны.
  - Куда пойдем? - парни (и Рита, куда ж они без нее) встав кругом, обсуждали, куда пойти отмечать общекомандное первое место.
  - Праздник, везде народ, - констатировал очевидное Давид Пойда. - Где мы сейчас на восемь рыл кафе найдем?
  - Надо искать где подороже, - выдвинула логичное предложение Рита. - там народу меньше.
  - Пошли в 'Говядину', - Абдульмянов был местный, ему верить было можно. - У меня там тетка работает.
  - Веди, Сусанин. Далеко?
  - На такси минут десять.
  - Только такси нет.
  - Мы час будем решать и так и не решим ничего. Давайте пойдем в сторону центра, где место будет, там и сядем, - предложил Вадим.
  - Я есть хочу, - пожаловалась Рита Матвею, пока они брели вдоль оживленной улицы в шумящих музыкой и людьми сумерках. - Давайте хоть в блинную, хоть в чебуречную.
  - Это подойдет? - братья Серебро остановились у ярко освещенного широкого окна, в которое было видно огромных зверей из крафтовой бумаги, стороживших вход, гирлянды и бонсаи. - Народу почти нет.
  - Судя по названию, азиатская кухня.
  - Да пофиг, пошли саранчу жрать, - Стас Кузнецов потопал наверх.
  Саранчу им, кстати, не предложили, хоть меню было подчеркнуто азиатское - от супов том-ям до китайского жареного мороженого.
  - Тут реально для японцев или китайцев, - расстроился Денис Гурьянов, посмотрев на первое поданное блюдо. - Мало же!
  - Берем все по два, проблем-то, - Матвей жестом позвал официанта. - Главное, чтобы стейки не с пуговицу были.
  Поели от души. Как сказал администратор, 'таким гостям можно простить даже то, что алкоголь не заказали' и вручил Рите коробочку - 'японские моти, комплимент от шефа'.
  - Давайте тут посидим, что ли, - предложил Женька. - Чай еще закажем, чтобы не выгнали.
  - Что вы как тюлени, - ругнулась Рита. - Пойдемте погуляем!
  - Идем, - Матвей положил на стол несколько крупных купюр, встал, отодвинул Рите стул. - Пусть сидят.
  Шли по улице, сворачивали в аллеи, незаметно вышли на набережную. Остановились, любуясь подсвеченной огнями рекой.
  - Хорошо, - проговорила Рита, запрокидывая голову и глубоко вдыхая.
  - Хорошо, - Матвей взял ее руку, провел пальцем по запястью.
  Рита положила вторую руку ему на грудь, легонько погладила. Неслышно звякнул браслет золотых часов - подарка Диденко.
  - Так неожиданно, - поделилась Рита. - Но очень приятно.
  - Мне, помню, первый тренер за первую победу часы подарил. Так и не поменял, хоть и не золотые. Ремешок порвался, чуть не потерял. Представляешь, после поступления посидели с пацанами, отметили. Со стола убрали, смотрю - мля, часов нет! А мусор выкинули уже. Пришлось в мусорку лезть. Шебуршу там, как кот помоечный, хрена се, прилетает в голову! Главное, Еременко на стрему поставил, а он... Ты что, Рит?
  - Прости! Это мы с Ангелиной были, - Рита смеялась, уткнувшись в него, вдруг резко замолчала. - Ой! Мы в тебя попали?! Больно было?
  - Да что мне сделается. Быстро вы бегаете, я вылез, никого не было уже.
  Посмеялись.
  - А часы нашел? - спохватилась Рита.
  - Нашел. Вылез, помойкой воняю. Если бы дежурного встретил - вылетел бы из училища быстрее, чем 'здравия желаю' сказал. Добежал короткими перебежками, вещи в стирку, сам в душ.
  - Вот, оказывается, зачем вам стиралки! - Рита вытерла слезы.
  - Да я бы и так выстирал, в тазике. Я умею.
  - Хозяйственный какой!
  - Я ж говорю - незаменимый в семейной жизни. Или ты думала, я насчет свадьбы шучу?
  - Ну, не знаю. Жениться собрался, а сам ни разу не поцеловал! - выпалила Рита, не успев затормозить.
  Матвей очень по-мужски усмехнулся, обнял ее за талию и пониже ягодиц, легко поднял и поцеловал. Губы были твердые и требовательные, нежный и долгий поцелуй пах кофе.
  
Оценка: 9.51*15  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com М.Боталова "Невеста под прикрытием"(Любовное фэнтези) М.Лунёва "К тебе через Туманы"(Любовное фэнтези) Б.Толорайя "Чума-2"(ЛитРПГ) Д.Маш "Строптивая и демон"(Любовное фэнтези) В.Старский "Интеллектум"(ЛитРПГ) М.Снежная "Академия Альдарил: роль для попаданки"(Любовное фэнтези) Б.лев "Призраки Эхо"(Антиутопия) В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда"(Боевик) А.Вильде "Эрион"(Постапокалипсис) В.Свободина "Прикованная к дому"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"