Паришкуро Вячеслав Михайлович: другие произведения.

Заводская повесть

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
Оценка: 7.44*4  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Это повесть о людях, построивших в провинциальном городке Украины крупный завод. Это мои мемуары, и через свои воспоминания и восприятие я хочу рассказать о некоторых моментах жизни знакомых людей, судьбе завода и нашей страны. Все упомянутые в повести люди - реальные лица, а не вымышленные персонажи, фамилии не изменены.

  
  Посвящается работникам Смелянского радиоприборного завода "Оризон", ныне живущим и покойным, оставивших о себе добрую память в истории Смелы своими творческими делами.
  
  З А ВО Д С К А Я П О В Е С Т Ь.
  
  1. Директор, побеждающий проблемы.
  
  Уже имеется книга "Всё остаётся людям", изданная в Смеле в 2010 г. Это правдивые воспоминания разных людей о совместной работе с Юрием Александровичем Банниковым. Прошу прощения у авторов книги за некоторый повтор событий. Обещаю, что их будет немного. Они нужны, чтобы осветить деятельность Банникова в первый период работы, а не отсылать читателя к предыдущей книге. Собственно говоря, сам Банников и другие персонажи, упомянутые в моей повести, не являются главными героями. Главный герой - историческая правда описываемых событий. Поэтому в изложении буду к этому стремиться. Возможно, не все согласятся с моим мнением в оценке некоторых событий, я излагаю их через своё восприятие.
  Завод начал выпускать свою первую продукцию - столы монтажника, когда не был построен ещё ни один производственный корпус. Сборка деталей производилась в сарае, который оставил в наследство асфальтовый завод. Первым руководителем производственного участка стал Карпович Леонид Иванович, а контролёром продукции - Полищук Владимир Иванович. Собранные из поступивших из Харькова деталей столы отправляли на заводы оборонной отрасли. Напуганный большой ответственностью контролёр жестоко браковал продукцию, замечая малейшие изъяны в окраске или царапины на столешнице. Так было до дождей. Когда же перед входом в сарай образовалась большая лужа, Полищук попросил своего начальника перенести его на спине, тот был в резиновых сапогах. Карпович донёс контролёра до середины лужи и спросил: "Продукцию примешь?". Тот вынужден был согласиться, после этого случая они работали дружно, а Полищуку выдали резиновые сапоги.
  Наш директор завода Банников Юрий Александрович прибыл в Смелу из Москвы в мае 1980 года с должности главного инженера 10-го Главного управления Министерства общего машиностроения СССР. Предшествующий директор завода Червяков был уволен, напросившись на приём к министру. Хотел порадовать того проявленной им инициативой: "Коллектив Смелянского радиоприборного завода решил взять шефство над отстающим колхозом и вывести его в передовые!". Такие почины тогда приветствовали. Попал под горячую руку крутого министра, был изгнан из кабинета и лишён должности за невыполнение плана по жилищному и производственному строительству.
  По сути дела, министр Афанасьев С. А. был прав. К началу 80-х годов наметилось явное отставание нашей страны от США в отрасли космической и ракетной техники. Американские астронавты, работающие по совместным космическим программам, приезжая в Советский Союз, откровенно подшучивали, иногда наклеивая на стекло перевозившего их автобуса обидные карикатуры на "Мишку" - эмблему Московских олимпийских игр. На некоторых картинках был нарисован русский медведь на цепи и с ошейником на шее. Правда, насмешки прекратились, когда водитель автобуса, заметил карикатуру и, не сумев её соскоблить, попросту заклеил поверху настоящей эмблемой. Американцы изумились и обратились к советским с вопросом: "Как вам удалось создать вещество, способное удалить "вечный" клей, на разработку которого наши фирмы потратили несколько лет и сотни миллионов долларов?".
  План строительства новых заводов в космической отрасли, в числе которых значился и наш завод, постоянно срывался, в основном из-за отсутствия жилья. Из жилого фонда прежние руководители сумели построить лишь два 5-тиэтажных и один 9-тиэтажный дом. Многоэтажка была возведена из панелей, привезенных из Черкасс, качество строительства было удовлетворительное. В первом доме, построенном в центре Смелы за счёт нашего министерства, заводчанам городские власти выделили лишь 20 квартир из 100. Ну, кто же пойдёт работать на новый завод с неразвитой инфраструктурой, без наличия детских садиков, школ, поликлиники, магазинов и жилья? Второй дом малосемейного типа построили уже вблизи завода, и заселили приглашёнными из других городов специалистами. При распределении жилья решающее слово имел тогда главный инженер Агамян Константин Иванович. В этом доме получил свою первую квартиру и автор этих строк. Остальное забрали городские власти, ведь ордера на 1-комнатные квартиры малосемейного типа распределял и горисполком, хотя на заводе уже был свой профком. Тут всё справедливо, для строителей тоже нужно жильё.
  Запомнился мне Агамян и по такому случаю. К нему обратился рабочий Шевченко с просьбой помочь в трудоустройстве своей жены, которой было всего 16 лет. С такого возраста уже разрешалось выходить замуж, но на завод принимали только после 18. Главный инженер помог, пошутив: "Эх, мне бы твои заботы".
  Забот у главного инженера строящего завода хватало с избытком. Нужно было создавать отделы: конструкторский, технологический, инструментальный, главного механика и главного энергетика, да ещё просматривать планировки размещения оборудования в строящихся производственных корпусах. Кавказская горячая кровь и обострённое чувство справедливости обернулись против Агамяна, ему пришлось уйти с должности главного инженера, а потом покинуть завод. Главные инженеры часто менялись, пока эту должность не занял Викулов Виктор Николаевич, работавший до этого директором электромеханического завода в г. Томске и снятый министром за невыполнение плана по какому-то второстепенному показателю.
  Качество строительства жилья в доме малосемейного типа было очень низкое. Достаточно сказать, что приглашённый из Москвы на должность главного технолога Ольховец Иван Маркович получил комнату, в которой раковина умывальника была расположена над унитазом, пользоваться последним было невозможно. Вдоволь посмеялись и принялись своими силами приводить комнаты в порядок. Завод помогал, выделяя материалы для ремонта из своих фондов, в основном покрытие сверху деревянных полов, которые быстро рассохлись и скрипели.
  Не выдержал Ольховец беспокойной заводской жизни и уволился с завода. А на должность главного технолога Банников привёз из Москвы Буркова, бывшего командира вертолёта, уволенного из армии за незаконное пересечение воздушной границы с Турцией. Просто он поспорил с лётчиками, что пересечёт границу туда и обратно, а пограничные службы этого не заметят, что и сделал, выиграв бутылку армянского коньяка. Слух об этом происшествии достиг ушей начальства. Отчаянного лётчика подвели под статью о сокращении за воздушное хулиганство.
  Главный технолог Бурков решил уменьшить количество оснастки, подлежащей изготовлению инструментальным производством и, таким образом, помочь заводу с выполнением производственного плана. Начал со спора с Ткаченко Николаем Ивановичем, руководившим КБ штампов и пресс-форм, пытаясь доказать тому, что часть оснастки лишняя, детали можно изготовить механическим путём. Я со стороны слушаю их отчаянный спор, убеждаясь, что грамотный начальник КБ прав, мысленно аплодируя ему, когда тот, устав от спора, предлагает Буркову перецеховать изготовление сложных деталей на инструментальное производство, что тот и делает. Узнав об этом, возмутились инструментальщики. Им проще делать единичные штампы, а не изготавливать партии сложных деталей. Всё вернулось к прежнему порядку, а Бурков понял, что управлять технологическими службами сложнее, чем вертолётом и уволился с завода.
  Следует заметить, что в Советском Союзе денег на строительство жилья не жалели, выделяли достаточно, но требовали от руководителей отчёта за каждый потраченный рубль. В случае невыполнения плана финансирование снижали. Иногда и вовсе в нём отказывали, а виновных наказывали, лишая должностей. И так было во всех отраслях, не только в оборонных. Поэтому "отцы" городов, пригревшись на тёплых местах, предпочитали не рисковать и мощности строительной индустрии развивали очень медленно. Уж очень хлопотным и ответственным было дело строительства жилья.
  А завод остро нуждался в рабочих и специалистах, так как помимо задачи освоения основной продукции, приступил в 1977 году к выпуску "ширпотреба" - модулей для сборки телевизоров на заводах Киева и Харькова. Производственный корпус телевизионного производства был ещё не построен. Сборку вели во временно приспособленных помещениях механического производства. Электромонтажниц и рабочих других специальностей начало готовить своё техническое училище. Но общежития сначала не было, пришлось в транспортном цехе создавать автобусную колонну для доставки учащихся и заводских рабочих на завод из окружающих сёл, а в конце смены увозить домой. Разумеется, перевозка людей автобусами была бесплатной.
  Тяжёлую ношу взвалил на свои плечи Банников. Сначала на короткое время появился на заводе и познакомился со своими заместителями. Снимать и ругать никого не стал, просто на период своего отсутствия возложил ответственность за выполнение планов по строительству производственных корпусов на Кондратенко Анатолия, за производственные дела на Коханенко Владимира, а за материально-техническое снабжение на Полоневича Аркадия. Сказал и на две недели исчез с завода.
  Позже, по воспоминаниям самого Банникова, мы узнали, чем он в это время занимался. Помимо устройства семейных дел, связанных с оставлением квартиры в Москве, он "думал и действовал". В Москве сначала заручился поддержкой своих планов у заместителя министра по капстроительству Мазура Е. В. и начальника Главка Антуфьева О. Ф. Потом встретился в Киеве с первым секретарём Компартии Украины Владимиром Щербицким и имел с ним обстоятельную беседу. Заодно, познакомился с находившимся в приёмной секретарём Черкасского обкома Компартии Украины Иваном Лутаком. Отклонил лестное предложение того проехать на его машине и, в пути, поговорить о заводских делах. Сказал, что уже вызвал свою машину из Смелы, а о делах лучше будет говорить после посещения завода секретарём обкома, и пригласил товарища Лутака посетить завод.
  Секретарь обкома на завод приехал, ознакомился с ходом строительства и поручил заведующему сектором промышленно-транспортного отдела обкома следить за ходом строительства и оказывать необходимую помощь. Самосвалов для транспортировки строительного песка и засыпки его под фундаменты домов катастрофически не хватало, поэтому Банников попросил доставлять песок из речного порта Черкасс на железнодорожных вагонах-вертушках, а разгружать их прямо возле завода вдоль колеи, которая уже была построена. Тяжёлая транспортная проблема была решена.
  Потом директор организовал работу по созданию строительных мощностей завода, построив свой домостроительный цех численностью до 600 человек. Использовал мощности домостроительного комбината г. Черкассы, организовав доставку крупнопанельных конструкций 9-тиэтажных домов на трайлерах. Решительно настоял на строительстве трёх жилых микрорайонов, вместо застройки центральной части города вдоль пруда, на чём настаивали городские власти. Зачем загружать городской транспорт и создавать пассажирам неудобства, перевозя их на значительное расстояние? Основная часть работников завода должна жить вблизи, на работу необходимо ходить пешком - таково было кредо Банникова. Прогулка на свежем воздухе перед началом и в конце смены полезна для здоровья и положительно влияет на производительность труда.
  Очень задерживали движение автотранспорта многочисленные железнодорожные переезды, которых в Смеле очень много. Шутники даже говорили, что в нашем городе их больше, чем во всех штатах США, вместе взятых. Нужен был путепровод через основную железнодорожную магистраль. Помог Банникову "выбить" 3 млн. рублей на строительство замминистра Мазур Е. В. Строили длинный путепровод железнодорожники, это их участок.
  Свой рабочий день директор начинал с раннего обхода строительных площадок, невзирая на непогоду и грязь, которой вокруг строительства было в избытке. В багажнике директорской "Волги" всегда возил с собой резиновые сапоги. Обязательно здоровался с рабочими-строителями, произнося: "Привет строителям коммунизма в условиях развитого социализма", неизменно вызывая на их лицах улыбки. Потом выслушивал мнение рабочих о ходе строительства. Личные просьбы и жалобы в это время не принимал, говоря: "Пожалуйста, зайдите ко мне во вторник или четверг во время приёма по личным вопросам". После обхода площадок проводил планёрку с руководителями строительных организаций, подрядчиками и субподрядчиками.
  За 10 лет завершил в г. Смела строительство большого завода оборонного назначения, и выстроил три жилых микрорайона с двумя школами, детскими садиками, медсанчастью и коммунальными предприятиями. Обеспечил бесперебойное централизованное снабжение жителей города газом, питьевой водой из новых, пробуренных возле древней речки Ирдынь скважин и построил городскую канализационную станцию для перекачки бытовых и промышленных стоков. Постоянно искал и находил резервы ускорения темпов строительства без снижения качества. Показателен будет пример строительства медсанчасти для работников завода.
  Когда были получены от проектного института строительные чертежи на возведение 4-х этажной поликлиники, 6-ти этажного стационара, 2-х этажной аптеки и назначены сроки завершения работ, неожиданно "забастовал" Медведенко Дмитрий, назначенный прорабом строительства. Заявил Банникову, что сроки работ нереальны, проект неправильный. Только для вывоза земли из котлованов потребуется автоколонна самосвалов и несколько экскаваторов. А где их взять? Поэтому глубокие котлованы под фундамент не нужны, а подвалы под зданиями можно убрать.
  Банников внимательно выслушал прораба и согласился с ним. Были вызваны на завод проектанты и в чертежи внесены необходимые изменения. Здания медсанчасти были построены в срок.
  Каждый год завод строил 500 - 600 новых квартир, около тысячи работников с семьями бесплатно получали ордера на квартиры и вселялись в новые 9-ти этажные дома. В центре Смелы возвышается и 14-ти этажный дом с магазином на первом этаже, построенный по заказу руководителей города, но благодаря Банникову. Правда, перед началом строительства директор завода предупредил горисполком, что за счёт города должна быть приобретена новая пожарная машина с удлинённой лестницей. "Отцы" города клятвенно заверили, что такую машину они приобретут. 14-тиэтажку построили и заселили, а пожарной машины нет до сих пор.
  Помог директор и сельским жителям с. Куцовки, взяв шефство над совхозом "Правда", который выращивал овощи. Строителями добровольно стали 7 комсомольцев завода, которые работали только с мая по октябрь месяц и периодически менялись, но бригадир Виктор Сватуха и Дмитрий Горбенко оставались постоянно. Директор изредка наведывался в село и следил за ходом строительства, предоставив полноту власти председателю совхоза и бригадиру. Тот директора не подвёл, за 5 лет строительный отряд возвёл 27 новых 3-х комнатных домов со всеми удобствами, закончил строительство бани и продовольственного магазина, помог заасфальтировать не менее трёх километров сельских дорог. Село помолодело, улучшились и производственные показатели местного совхоза. В село переехали пять азербайджанских семей и переселенцы из зоны Чернобыля, которые были обеспечены жильём и работой. Кирпича не хватало, сараи строили из самана, который делали цыгане, приехавшие на летний сезон по приглашению директора совхоза из Закарпатья. Свой табор цыгане расположили на берегу речки.
  Заводским строителям выплачивали только командировочные, за возведённые домики расплачивался совхоз. Можно ещё долго перечислять трудные проблемы строительства, которые жизнь ставила перед директором, но чаще всего задачи ставил он сам себе. И неизменно выходил из трудных положений победителем.
  Производственные корпуса Банников посещал редко, делая иногда обход по субботам или воскресеньям, когда работали только некоторые участки. Ходил обычно без свиты, в сопровождении главного инженера Викулова и начальника цеха, расширением площадей которого интересовался. Площади механических цехов директор ограничивал, считая их вспомогательными, не приносящими прибыль заводу в виде готовой продукции. Его можно понять, он отчитывался перед министерством за съём продукции с каждого квадратного метра. После каждого такого посещения директор находил резервы для увеличения сменности и организации новых сборочных участков. Только инженерным службам приходилось работать в крайнем напряжении, особенно начальнику бюро планировок Хисамовой, рисуя новые планировки. Трудно было работать отделам главного механика и главного энергетика, перетаскивая оборудование с места на место, каждый раз создавая в цехах новую разводку кабельной сети.
  По этому поводу выступил против Банникова главный энергетик Иванченко Николай Кондратьевич, за что директор пригрозил его уволить. Иванченко угрозы не испугался и ответил, что это невозможно, так как первоначальные чертежи кабельной сети утеряны, только он помнит их расположение. Постепенно Банников перепланировал завод по своему разумению, часто непонятному не только для инженеров завода, но и для проверяющих комиссий, не посвящённых в его планы. Его ругали, грозили выговорами, чтобы отвязаться от надоедливых визитёров он позволял себе небольшой отдых, уходя на больничный. За него отдувался перед комиссией главный инженер Викулов Виктор Николаевич. Уставал от многочисленных проверок так, что в конце рабочего дня возвращался домой измученный. Сил хватало, чтобы прилечь на диван лицом к стенке и немного отдохнуть.
  Моя первая беседа с Банниковым состоялась в одну из суббот, тогда я занимал должность начальника техбюро отдела главного технолога. В порядке самокритики следует признать, что я был плохим начальником. По образованию электромеханик, технологических процессов никогда не разрабатывал, чувствовал себя на своей должности неуверенно. Первые на заводе два токарных станка с программным управлением я сам отладил и разработал для них на перфоленте программы для изготовления детали, которая имела сферу. Называлась она "пята" и ввинчивалась в основания столов монтажника, которые в большом количестве выпускал наш завод. Обслуживание станков передали в отдел главного механика, туда ушёл и Глущенко Виталий, один из первых на заводе молодых специалистов, навсегда посвятив себя отладке станков с ЧПУ. В моём подчинении оставили небольшую группу программистов, которой позже с успехом руководила Зуева Галина. Разработкой и написанием техпроцессов стал фактически руководить Суханов Сергей, мне же большую часть времени приходилось проводить в механическом цехе, "расшивая" узкие места.
  Для изготовления кабелей нужны были новые угловые разъёмы. Конструктора их в документацию внесли, но завод-изготовитель, находящийся на Урале, производство ещё не освоил. Обычная картина тех времён, когда сложные литые детали приходилось изготавливать механическим путём. Ответственность за их изготовление возложили на меня, это справедливо, но как изготовить детали, я не знал, самые опытные технологи советовали перецеховать их на инструментальное производство. Это выход, но не для меня, решать технические задачи административным путём я не умею.
  Вспоминаю про токаря Федосенко Анатолия, он как-то хвастал, что на токарном станке может выточить даже топор. Иду к нему, объясняю задачу, показываю образец подобного разъёма и чертёж требуемого. Он легко соглашается их изготовить, мы согласуем размеры прямоугольных заготовок, которые нужно доставить ему в ближайшую субботу. Прошу сообщить мне размер премии, которую он желает получить за работу. Федосенко отказывается, моё вмешательство не нужно, он сам решит этот вопрос с нормировщиком и начальником цеха. У него своя бригада из трёх токарей, они работают совместно, каждый выполняет только одну операцию, передавая деталь на доработку соседу. Таким образом, не нужно каждый раз тратить время на переналадку станка.
  В субботу с утра приходим в механический цех, Федосенко закрепляет заготовку в 4-х кулачковый патрон и начинает работу, а нас гонит от станка, чтобы не мешали. Выхожу из цеха в широкий проход и стою, о чём-то задумавшись. Вдруг слышу окрик: "Ты чего здесь болтаешься, дядя?". Оборачиваюсь и вижу Банникова, он грозно смотрит на меня поверх очков. Вежливо здороваюсь и представляюсь, кто я и зачем здесь нахожусь. Он говорит: "Прикажу проверить результат работы", и следует дальше, потеряв ко мне интерес. Мне обидно за слово "дядя", как он меня назвал.
  Корпуса разъёмов токари изготовили, кабели ушли к заказчику. Куда, об этом нам знать не положено, но позже я узнаю, что Банников решительно отказался от строительства в Смеле завода цветного литья, который уже фигурировал в планах. Так мастерство токаря Федосенко повлияло на планы министерства и привело к экономии миллионов рублей, часть из них пошла на расширение действующего завода цветного литья на Урале. Токарь Федосенко об этом не знает. Много позже он приобрёл в собственность токарный станок и зарабатывал деньги, изготавливая на нём распределительные валы для "Жигулей" и другие сложные детали.
  Работа в цехе мне нравится. Когда организовывается участок токарных автоматов, составляю график перевода деталей с универсальных станков на токарные автоматы, что значительно ускоряет время изготовления. Назначаю ответственным за участок технолога Дударенко Михаила, он быстро осваивает наладку станков и проектирует оснастку - "кулачки". Начальник цеха понимает, что быстрое снижение трудоёмкости ему невыгодно, под разными предлогами тормозит нашу работу. Поручает своему токарю-автоматчику вникнуть в процесс проектирования и изготовления оснастки. Токарь Дырда Анатолий постепенно осваивает это дело, ему помогает технолог Малёваная Наташа, теперь полновластным хозяином участка становится начальник цеха. Я не возражаю, а Дударенко приглашают в инструментальное производство на должность заместителя начальника цеха.
  Мне поручают ускорить изготовление экранов для телевизионного производства. Экран представляет собой тонкостенную полую деталь прямоугольной формы, предназначен для защиты катушек от магнитных полей. Сразу изготовить сложный штамп не удалось, приходится дорабатывать экраны, высверливая центральное отверстие и обрезая по длине в размер. Вспоминаю о двух бездействующих токарно-револьверных станках с цикловым программным управлением, полученных из Бердичева. Если изготовить цангу из полиамида для "нежного" зажима, то можно будет за один проход сверлить отверстие и торцевать по длине. Удалось. Привлекаю к работе молодого специалиста Голосинского Александра, он налаживает станок и работает на нём, только вставляя детали в цангу. Остальные операции станок делает сам по цикловой программе. Оформляем рационализаторское предложение на двоих и получаем вознаграждение. Начальник цеха доволен и направляет работать на станках двух молодых женщин-токарей.
  Конструкторскую документацию на изготовление основной продукции получаем из Свердловска. Чертежей много, отдел технической документации не успевает их принимать и ставить на учёт, да ещё вслед за чертежами следует масса конструкторских изменений после изготовления опытных образцов. Нашему заводу предстоит освоить по этим чертежам серийное производство приборов. Отдел главного конструктора лихорадит от обилия изменений, каждое обязательно подлежит исполнению. Хотя можно и возразить, направив разработчику предварительное извещение. Но на эту переписку уходит масса времени.
  Про технологов и говорить нечего, каждое изменение нужно отследить, изменить размер заготовки и технологию изготовления. На каждом конструкторском извещении должен поставить подпись начальник техбюро. Я злюсь, так как не всегда согласен с предложенным вариантом изменения конструкции деталей. С учётом наличия и возможностей нашего оборудования некоторые изменения абсурдны. Хотя я понимаю, что перечня наших станков у разработчика нет, они ориентируются на свой опытный завод.
  Одно извещение я подписать отказываюсь и убегаю в цех. Меня находят, ругают, отказываться от подписи начальник техбюро не имеет права. Я рву лист извещения. На глазах у девушки-конструктора выступают слёзы. Главный конструктор Мерзляков Борис Дмитриевич делает мне замечание, обещает доложить руководству. Я понимаю, что поступил неправильно, но у меня произошёл нервный срыв. Направляюсь на совещание к главному инженеру, куда меня приглашают для взбучки.
  До моей персоны совещание не успело добраться, главный удар принимает на себя начальник ОТД - отдела технической документации. Его нещадно ругают за отсутствие учёта и элементарного порядка. Он оправдывается, объясняя причины. Потом у здорового мужика, отслужившего 4 года на флоте, не раз попадавшего в шторм и видевший крушения, начинается нервный тик, щека дёргается. Говорить он не может, из глаз текут слёзы. Мы потрясены этим зрелищем, совещание прерывается.
  Начальник ОТД Каченюк хочет уйти с завода, но у него университетское образование, его уговаривают, предлагают другие должности. В итоге, Банников назначает его директором радиотехнического техникума. Штатных преподавателей не хватает, их замещают инженерами. Одно время преподавал в техникуме и я. Директор техникума посетил моё занятие со студентами, сделал ряд толковых замечаний методического характера, сдержанно похвалил.
  Взаимоотношения завода с разработчиками значительно улучшились, благодаря Банникову, когда по его просьбе они предоставили права Заместителя главного конструктора работнику завода Калашнику В. И. Спорить с более грамотными коллегами новый зам не решался, поддерживая предложения технологов и конструкторов, после чего изменения направлялись в цеха для реализации. Как правило, заводские изменения разработчиками утверждались. Мне до сих пор непонятно, почему Банников тянул вверх по служебной лестнице Калашника В. И., конструктора малограмотного, но исполнительного. Может для того, чтобы не вдаваться в объяснения своих замыслов?
  Улучшилась работа ОТД после увеличения штатов и назначения мастером светокопировального участка Акулова Юрия, создания на заводе отдела стандартизации. Его начальником стала Галик Елена Григорьевна, все стандарты ОТД передал в её отдел. Но главное, Банников улучшил показатели производства, поступив очень оригинально. Увеличил объём производства, взвалив на него ответственность за изготовление крупной партии приборов одного наименования, уже освоенного заводом. Начальником цеха назначил толкового конструктора Конду Алексея. Его расчёт оказался точным, крупные партии изготавливать легче, чем мелкие.
  Меня командируют в Луганск на станкостроительный завод, для оформления наряда на получение фрезерных станков с числовым программным управлением. С этими станками я знаком, работая в Ижевске, сам участвовал в их отладке, не вызывая специалистов с завода-изготовителя. С тех пор прошло больше 5-ти лет, за это время системы ЧПУ морально устарели, о чём я и сообщаю Банникову. Он недовольно смотрит на меня, потом роняет слова: "Зато самые дешёвые. Для подготовки операторов и программистов сгодятся. Приказываю брать".
  Узнав о цели приезда, меня сопровождают к директору станкозавода Новохатько Энгельсу Ивановичу. Он лично визирует заявку, расспрашивает о заводе, предлагает ещё станки. Я отказываюсь, сообщаю, что мы не имеем комплекса подготовки программ для записи на магнитную ленту, придётся запись программ вести на одном из заводов Черкасс. Поняв, что сбыть ещё некоторое количество станков не удастся, Новохатько теряет ко мне интерес.
  Станки из Луганска прибыли и были установлены в быстро собранном из труб здании облегчённого типа - строительном модуле. Так появился на заводе механический цех станков с ЧПУ. Постепенно он пополнялся новыми, более современными станками, в том числе и обрабатывающими центрами. В цехе создали своё техбюро с программистами. Впоследствии его начальником был назначен Носенко Николай, человек творческий, с оригинальными техническими идеями. Свою работу с цехом ЧПУ я и сейчас вспоминаю с удовольствием.
  У Банникова новая идея - на базе станков с ЧПУ создать полностью автоматизированное производство. Такой участок уже создан и работает на Томском электромеханическом заводе. Меня командируют в Томск для ознакомления с работой автоматизированного участка.
  На самолёте прибываю в Москву и замечаю, что возле аэровокзала необычно много милиции. Ощущается какое-то тревожное ожидание, но авиарейсы на вылет не отменены, и я улетаю в Томск. После приземления пассажирам объявляют, что 10 ноября 1982 года скончался Генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Ильич Брежнев, в стране объявлен траур. Но Томск и заводы живут обычной жизнью, я посещаю завод и знакомлюсь с работой автоматизированного участка. Сибиряки неизменно со мной приветливы, охотно отвечают на вопросы, а вот их ответы я не всегда понимаю. С вычислительной машиной, управляющей работой станков, я не знаком, поэтому убеждаюсь, что уровень моих знаний не достаточен для восприятия такой сложной техники.
  Возвращаюсь из Томска поездом, так как Москва самолёты ещё не принимает. В Новосибирске в купе подсаживается пассажир в форме майора внутренних войск. Знакомимся, завязывается разговор. Майор работает начальником колонии, в которой имеется свой заводик, изготавливающий бороны и сельхозинвентарь, на котором работают заключённые. Жалуется, что с каждым годом состав заключённых ухудшается. Раньше сидели "домушники", "медвежатники", люди мастеровые, с технической смекалкой, сейчас же преобладают директора баз, бухгалтеры, кассиры и прочие торговые работники, а какой толк от них на производстве? Выручает его вольнонаёмный главный инженер, немец по национальности. Из колонистов, проживавших до войны в Поволжье. После нападения Гитлера на СССР был мобилизован в Трудармию, строил на Урале цех по производству зарядов для "Катюш". После войны женился, завёл семью, но всё время пытался отыскать родственников, проживавших ранее в Англии. Наконец узнал, что после начала Второй мировой войны англичане их арестовали и вывезли в концлагерь на остров Мэн, расположенный в Ирландском море, где они погибли.
  К тому времени я уже прочитал "Архипелаг Гулаг" Солженицына, ещё не опубликованный в нашей печати, но давно изданный за рубежом. В СССР его распространяли в распечатках сначала нелегально. Меня интересует мнение начальника колонии об этом произведении. Он отвечает: "Сборник лагерного фольклора былых времён в антисоветском изложении. Сейчас на работу в Сибирь заключённых не отправляют, лес валят завербованные работники, получая за труд хорошие деньги".
  Возвращаюсь в Смелу, Банникова на заводе нет, отчёт о командировке принимает Викулов. Сразу ему заявляю, что работу по созданию автоматизированного участка мне не осилить, необходимо поручить это дело специалистам по вычислительной технике. На заводе уже имеются две большие ЭВМ, создан свой информационно-вычислительный центр (ИВЦ). Ничего не говоря, главный инженер меня отпускает, мы оба понимаем, что решающее слово в этом вопросе принадлежит директору.
  Через некоторое время главный инженер созывает совещание, на котором заслушиваем доклад Пискуна Николая, инженера ИВЦ. Докладчик подготовился хорошо, выставив на всеобщее обозрение огромный лист бумаги, на котором нарисован сетевой график выполнения предстоящих работ. Говорит убедительно, но Викулов его прерывает, прося указать на графике точку начала работ. Докладчик тычет указкой в начало графика. Главный инженер совещание закрывает.
  После этого Банников создаёт на заводе отдел автоматизированных систем управления технологическими процессами (АСУТП), пригласив из Томска на должность начальника отдела Стоецкого Н. И. Он и руководит этой работой, перетащив из Томска в Смелу несколько знакомых ребят, соблазнив их предоставлением квартир. В те времена многие были согласны переселиться из Сибири на Украину, а Стоецкому запретили появляться на прежнем заводе.
  Министр решил распространить опыт томичей в части создания автоматизированных участков на заводах Украины, приказав направить в Томск сразу целые группы, состоящие из начальников производств, цехов и участков. От нашего завода Банников посылает в командировку не менее 10 человек. Прибываем, как приказано, в аэропорт Внуково-2, где нас уже ждёт выделенный Министром самолёт Ту-154. Кроме смелян, собраны работники отраслевых заводов со всей Украины. Погода нелётная, зимний ветер, снег, но наш самолёт взлетает и набирает высоту. Стюардессы нет. Командир экипажа выходит в салон и прохаживается, внимательно всматриваясь в наши лица. Но о самочувствии не спрашивает, сообщая, что сейчас в небе над огромной страной находится только наш самолёт. Экипаж опытный, часто приходится возить космонавтов. Кто-то предлагает по этому поводу выпить, командир разрешает.
  Водка на высоте около десяти километров кажется необыкновенного вкуса, но никто не злоупотребляет, закусывая захваченной из дома едой.
  После приземления нас на автобусе везут в заводской дом отдыха, расположенный в бору на берегу Оби, поселяют в деревянных домиках и сразу приглашают в столовую. Столы уже заставлены едой и напитками, директор Томского электромеханического завода произносит приветственный тост за дружбу и сотрудничество между украинцами и сибиряками, начинается весёлое застолье. Мне нравится заливное из осетров, а ещё маринованные корни папоротника и грибочки. Сижу рядом с начальником инструментального производства Шалаховым Владимиром Николаевичем, и начальником цеха Галиком Александром Петровичем. Мы принесли с собой бутылку водки, при обилии напитков на столе она явно лишняя. Решаем произнести тост и вручить её хозяевам. Шалахов произносит: "Мы приехали к вам с чистым сердцем и дарим украинскую горилку с перцем". Директор благодарит, обещает поставить подарок в заводской музей и охранять, как зеницу ока. Сам тут же разливает содержимое по ближайшим рюмкам. Раздаётся хохот, звучат аплодисменты.
  С нами находится и экипаж самолёта. Насытившись, лётчики переходят в соседнюю комнату, где стоит бильярд. Игроки они классные, я и несколько человек присутствуем в качестве наблюдателей.
  На следующий день мы посещаем автоматизированный участок станков с программным управлением, размещаемся на балконе, смотрим на работу участка. При этом посещении я разочарован, большинство станков - устаревших моделей, много ручного труда при смене деталей. В стране станкозавод в г. Иваново уже выпускает многоинструментальные обрабатывающие центры, но за техническим прогрессом угнаться трудно, да и затрат это требует значительных.
  
  2.Партком и его работа.
  
  Численность коммунистов на заводе превысила 1000 человек, положено иметь свой партийный комитет. Созданием его руководит горком в лице инструктора Скороварова Владимира Дмитриевича. Помогает ему полковник в отставке Перехрест Иван Михайлович, недавно принятый на завод руководить отделом мобилизационных ресурсов. Начали они с подбора кандидатов в члены парткома, выискивая хороших производственников, победителей социалистического соревнования. В их число попадаю и я. Со мной беседуют, я даю согласие, мне интересно узнать, чем будет заниматься заводской партком. А ещё подогревает самолюбие поработать вблизи от Банникова, личности необычной и для меня непонятной.
  На общезаводском собрании коммунисты избирают членов парткома, я в их числе. На первом заседании избираем секретарём парткома Скороварова и двух его заместителей - по идеологической работе и по организационной. Остальные члены парткома должны отвечать, совместно с начальниками, за результаты деятельности закреплённых за ними цехов и отделов. Я обязан, помимо основной должности начальника техбюро, отвечать ещё и за работу транспортного цеха Љ 430. Это партийная нагрузка, она не оплачивается. Выбрав свободное время, иду знакомиться с цехом.
  Возле въездных ворот лежит собака, зовут её Нигролка. Я раньше тут бывал, она меня узнаёт и лениво шевелит хвостом: "проходи". У собаки удивительная зрительная память, помнит не только лица людей, но и машины водителей, встречая их с рейса. Никогда не облает "свою" машину, но чужих не пропускает, вызывая лаем вахтёра. Автомашин же в транспортном цехе более 300, да ещё за территорией цеха расположены электрокарный и железнодорожный участки.
  Знакомлюсь с секретарём цеховой парторганизации, он же и механик цеха, вместе с двумя слесарями сейчас занят ремонтом одной из автомашин. Разговаривать ему некогда, предупреждает только меня, что на собрания водителей собрать трудно, большинство в рейсах. Договариваемся, что он будет проводить собрания с теми коммунистами, которые есть. За низкую явку ругать его не будут. Но собрания нужно проводить раз в месяц.
  Перехрест И. М. приглашает меня и ещё двоих товарищей после работы приехать к нему домой, он хочет отметить какое-то памятное событие в своей военной биографии. После смерти жены живёт в одиночестве, не побрезгуйте посидеть в кампании со стариком. Я соглашаюсь, надеясь услышать от него что-то интересное из событий прошлого, историю я люблю.
  Иван Михайлович радушно встречает нас на пороге квартиры, расположенной на втором этаже небольшого домика. Стол уже накрыт, скромно, но со вкусом, думаю, с помощью женских рук. Хозяин приглашает нас за стол, просит налить себе спиртного, что кому нравится. Мне нравится армянский коньяк, беру бутылку и наполняю рюмки, сначала хозяина, потом свою. Похоже, вкус отставного полковника я угадал.
  На стене комнаты висят фотографии людей, большинство - в военной форме. Иван Михайлович указывает на молодого флотского лейтенанта - это он после окончания радиолокационного училища. Потом знакомит с другими фото - своей жены, тоже в военной форме, а на групповых снимках показывает лица генералов, под командованием которых ему довелось служить после войны, называет известные всей стране фамилии и рассказывает памятные эпизоды.
  Так случилось, что он присутствовал на совещании, которое проводил в Киеве командующий округом ПВО дважды Герой Советского Союза генерал-лейтенант Лавриненков. Зазвонил телефон правительственной связи, выслушав сообщение, Лавриненков громко произнёс: "Передайте Хрущёву, что я отказываюсь участвовать в выносе тела товарища Сталина из мавзолея". Иван Михайлович вспоминает, что после таких смелых слов у него возникло желание залезть под стол. Я ловлю себя на мысли, что поступок Лавриненкова сейчас одобряю. Сталин был в быту очень скромен, а культ ему создавали подхалимы, в первую очередь сам Хрущёв. Он же и отомстил Сталину за казнь своего сына, попавшего к немцам в плен и ставшего предателем. Став генсеком, Хрущёв организовал антисталинскую компанию против "культа личности" умершего вождя, который был очень популярен в народе.
  Вспоминает Иван Михайлович и встречи с трижды Героем Советского Союза Покрышкиным, сбившим в воздушных боях 59 немецких самолётов. Прилетал в Смелу инспектировать батальон ПВО, которым Перехрест командовал. Во время войны его жена, Антонина, служила на узле связи в дивизии полковника Покрышкина. Вот эту квартиру, где мы сейчас сидим, помог получить для его семьи сам Покрышкин. Поздравил с новосельем, вспомнил трудное время войны и предложил выпить "по-фронтовому". Сам налил себе полстакана спирта, Антонина в другой стакан налила тоже сто грамм. Маршал выпил из одного стакана, потом из другого, только после этого закусил.
  Иван Михайлович объясняет, что во время войны действовал приказ Сталина: участникам боевых действий полагалось в конце дня по сто грамм спирта. Норму не смели нарушить даже трижды Герои. Покрышкин этот запрет иногда обходил, "ошибочно" выпивая под видом воды вторые сто грамм.
  Мы заслушались интересными воспоминаниями рассказчика. Хозяин предлагает выпить, "как Покрышкин", только водки, а не спирта, напоминая, что у нас отсутствует фронтовая закалка, второй стакан по желанию можно наполнить водой. Я выпиваю только сто грамм и запиваю водой. Иван Михайлович вопросительно смотрит на меня, объясняю, что я старший лейтенант запаса, буду соблюдать приказ Сталина об ограничении нормы потребления спиртного, это разумно и сейчас.
  В парткоме сообщают, что я вызван в горком на собеседование с Гончаровой Полиной Иосифовной, вторым секретарём горкома партии, ответственным за идеологическую работу в городе. Она внимательно меня осматривает и сразу задаёт множество вопросов, которые и запомнить нелегко, но с памятью тогда было всё в порядке, я отвечаю: "Выписываю и читаю журналы "Политсамообразование", "Наука и жизнь", а также несколько газет. Собственную библиотеку пополняю книгами, которые получаю за сданную макулатуру. Партийное образование - вечерний университет марксизма-ленинизма, философское отделение. Тема выпускного реферата - "Диалектика и диагностика". Нет, с медициной знаком только в качестве пациента, но считаю диалектику универсальным методом познания, применимым не только в технике, но и в медицине. Например, знаю, что абсолютно здоровые люди, живущие на высокогорье, имеют пониженное давление крови. В наших условиях медики сочли бы их больными. Нет, абсолютно правым я себя не считаю, но так сейчас думаю. Вы спросили - я ответил. Заблуждаться на определённом историческом этапе могут не только отдельные личности, но и народы. Привожу в качестве примера немцев, демократическим путём избравших лидером нации Гитлера".
  Полина Иосифовна подводит итог нашей беседы: "У вас мировоззрение вульгарного материалиста. Советую развернуть его на 180 градусов. Хотя нет, этого мало, нужно целых 360".
  Собеседование в горкоме я прошёл, догадываюсь, что их было два. Первое - во время выпивки в квартире отставного полковника, туда меня пригласили не случайно. Всё справедливо, горком должен проверять свои кадры, пьяницы им не нужны.
  Меня избирают заместителем секретаря парткома Скороварова. Он торопит принимать дела у предшественника, его кандидатуру Гончарова забраковала. Принимаю у того дела: список секретарей цеховых партийных организаций и журнал учёта оргпартработы. На прощание советует: "После первого же конфликта с Гончаровой тебя заменят, как заменили меня. В Смеле полно кандидатов, желающих занять эту должность".
  Новой должностью я не дорожу, но меры принимаю. Договариваюсь со своим начальником отдела Синаевским Валентином, чтобы оставил за мной прежнюю должность начальника техбюро, в штат парткома я идти не желаю. Секретаря парткома это устраивает. У него появилась свободная штатная единица, а я работаю "подснежником". Так тогда называли лиц, работающих не на своих должностях. Нарушением финансовой и трудовой дисциплины это не считалось.
  Первое заседание парткома происходит с повесткой об улучшении идеологической работы на заводе, на нём присутствует Гончарова. Заседание должен вести Скороваров, но Полина Иосифовна решительно берёт "бразды управления" в свои руки и Владимир Дмитриевич с этим смиряется. Он ещё чувствует себя инструктором горкома, а не секретарём парткома большого завода. Члены парткома, молча, воспринимают справедливую критику Гончаровой в свой адрес. Можно конечно возразить, что партком только образован. В будущем недостатки будут устранены. Но это будет признанием своей вины, наш завод потеряет авторитет в городе, а горком нас "задавит". Слово берёт Банников, скромно сидевший немного в стороне:
  - Вы справедливо упрекаете нас в отсутствии выпуска многотиражной газеты, но вам должно быть известно, что завод редакторов газет не готовит. Пожалуйста, назначьте нам редактора - появится газета.
  - Да, на заводе проводится недостаточно культурных мероприятий. Строительство дворца культуры ещё в проекте, я по требованию профкома выделяю заводской автобус для посещения театра в Черкассах. Не лучше бы было городскому отделу культуры чаще приглашать артистов в Смелу?
  - Вы упрекаете партком в отсутствии местного патриотизма, это не справедливо. Я и работники завода живём в Смеле, и делаем всё для развития родного города. Вы ехали к нам на завод по новому путепроводу, потом по широкой улице, подобной проспекту, мы её будем удлинять. Да, я понимаю, вы желаете, чтобы завод застраивал новыми многоэтажными домами центр города, а не новые микрорайоны. В ближайшие пару лет это неосуществимо, пока завод не выйдет на проектную мощность, определённую постановлением партии и правительства. Но несколько высотных домов в центре города мы обязательно построим. Я прошу вас, Полина Иосифовна, пошевелить уже сейчас горисполком и коммунальные службы; на выделение земли и согласование проектов уйдёт много времени.
  - Вы считаете, что партком занимается только производством, забросив идеологию, это не совсем так. Мы расширяем телевизионное производство, чтобы страна выпускала больше товаров для населения. Планируем изготавливать собственный телевизор. Надеюсь, вы не станете отрицать, что телевизор тоже является средством идеологической пропаганды?
  Гончарова произносит несколько благодарных фраз в адрес Банникова и уезжает, ничего не ответив на критику, будто её и не было. Выдержка у этой женщины замечательная. Банников обращается к нам: "Слышали? Вот так нужно реагировать на критику". Я понимаю, что он имеет в виду не только себя, но и Гончарову. Последовательных и упрямых противников своих взглядов Банников уважает. По-моему, они помогают ему публично отстоять свою позицию.
  Мой рабочий день в парткоме обычно начинается с планёрки, на которую приходят замсекретаря парткома по идеологии Сиренко Владимир, председатель профкома Кудря Владимир и секретарь комсомольской организации Озеряник Анатолий. Я зачитываю из своего журнала мероприятия, которые на контроле у парткома. Коротко их обсуждаем. Иногда для их выполнения необходимы кадровые решения. Например, Кудря заявляет, что детсад почти построен, пора отделу кадров подыскивать заведующую и персонал. Они лучше строителей замечают мелкие недоработки и будут активно участвовать в приёмке помещения и территории.
  Володя Сиренко предлагает некоторые повестки дня для проведения цеховых партийных собраний. Упрекает меня в слабой работе по приёму в партию молодых кандидатов в члены партии. Ещё он отвечает за строительство школы на 1200 учащихся в нашем микрорайоне. Школу нужно сдать к началу учебного года, а строительство затягивается. Под зданием оказался "плывун". Приходится откачивать воду. Потом насыпать слой глины и долго уплотнять её катком. Предлагает дополнительно направить в помощь строителям несколько десятков заводских рабочих. Лучше тех, чьи дети готовятся осенью пойти в школу. Руководителем строительства назначить начальника инструментального производства Шалахова, у того двое детишек-близнецов. Он заинтересован, чтобы его дети ходили в школу рядом с домом.
  Мы задумались, Шалахов - номенклатура главного инженера, он будет против, но сделает так, как решит Банников, а тот - член парткома. Договариваемся между собой вынести этот вопрос на ближайшее заседание и голосованием членов парткома "победить" Банникова. Чувствуем, что уровень адреналина в крови возрос, как у пиратов небольшой шхуны, готовых взять на абордаж адмиральский корабль.
  На заседании парткома Банников ведёт себя как обычно, не вмешиваясь без необходимости в обсуждение, рисуя непонятные узоры в своём блокноте. Сиренко толково докладывает не только о строительстве школы, но и мерах, принятых горкомом и отделом народного образования по обеспечению строящейся школы учителями, работниками столовой и даже дворником. Если мы не построим школы до 1 сентября, будет грандиозный скандал. Зачитывает план мероприятий по ускорению строительства и сразу же предлагает за него проголосовать. Большинство членов парткома голосуют "за". Банников поднимает голову, осматривает членов парткома и произносит: "Что, заранее сговорились? Ладно, выделю вам людей во главе с Шалаховым".
  Школу Љ 11 построили, качество строительства из-за спешки было низким, но другого выхода не было. Детская рождаемость в Смеле тогда была высокой, одних первых классов организовали девять в школе. Да ещё два в детсадах, этим детишкам только по шесть лет. Поступили правильно, немного дополнив приказ о приёме в школу с шестилетнего возраста, но сохранив для малышей привычный режим старшей группы детсада. Банников же выделяет из своего резерва часть квартир для предоставления их учителям. Получает квартиру и преподаватель физкультуры Гуля Анатолий Яковлевич, талантливый тренер и педагог. Среди его воспитанников известные спортсмены, даже чемпион Олимпийских игр по десятиборью Литвиненко Леонид.
  На митинге в честь открытия школы звучат похвалы в адрес Банникова и строителей, учительский коллектив школы и городской отдел народного образования упоминают изредка. Но я-то знаю, в какое положение их поставили строители, заставив последнюю неделю перед открытием работать на пределе сил, обеспечивая школьников учебниками и пособиями, подбеливая и подкрашивая, расставляя столы и стулья, отмывая от строительной пыли окна. Им активно помогает родительский комитет школы, избранный накануне, и жители микрорайона. Ловлю себя на мысли, что это типично для нашей страны - сначала любое дело завалить, а потом с помощью героических усилий завершить победой.
  В парткоме раздаётся телефонный звонок от Банникова. Сообщает, что ночью обходил цеха и застал замначальника цеха Лукьянова Юрия с товарищами за распитием заводского спирта. Приказывает объявить им партийное взыскание. Отвечаю, что для этого нужно созвать цеховое партсобрание, только оно правомочно наказать виновных. Высказав несколько неприятных слов в мой адрес, назвав партийным бюрократом, Банников прекращает разговор. Через пару минут звонит снова: "Ладно, ты не мельтешись, я накажу Лукьянова своей властью".
  Спирта-ректификата на заводе много. Он необходим по технологии пайки, для чистки кабельных соединений, для промывки ответственных деталей приборов и ещё бог его знает для чего. Самый крупный потребитель спирта - телевизионное производство, каждые сутки получает около 200 литров, столько же должен и расходовать. Это по теории, а на практике в специально оборудованной кладовой всегда имеются 2-3 неучтённых канистры, которыми начальники цехов распоряжаются по своему усмотрению.
  На всех радиозаводах нашей отрасли ведётся жесточайшая борьба с пьянством, включился в эту борьбу и наш завод. На секретаря парторганизации Ободовского я не надеюсь - он сам участвует в выпивках. Воспитывать его бесполезно, сам в этом вопросе любого воспитает. Пытались заменить чистый спирт на метиловый - нельзя по технологии. Да и возможно отравление пьющих, а это ЧП. Стали добавлять капли бензина в спирт и выдавать эту смесь монтажникам для пайки - запрет от врачей, запах бензина на рабочих местах недопустим. Частично решили эту проблему для пайки, приготавливая в ЦЗЛ спиртово-канифольную смесь и выдавая её в цеха. Сразу же в ЦЗЛ возникла проблема с дроблением большого количества канифоли, это тяжёлый ручной труд для женщин. Сделали дробилку механическую и сначала обрадовались, потом выяснилось, что при нагревании механизма кристаллическая канифоль превращается в тягучую липкую массу. Для промывки барабана дробилки опять же нужен спирт. Осталась только надежда на самосознание пьющих. Но всё равно, некоторые начальники цехов и их заместители выпивают понемногу в конце длинного, ненормированного рабочего дня, предварительно узнав, что Банникова уже нет на заводе. Выпив, спешат к проходной.
  Вернусь к проблеме транспортного цеха Љ 430. Нареканий на его работу нет. После аварии с вагоном на железнодорожном участке и проверки строгой комиссией, с участием представителей КГБ, люди подтянулись, стали более серьёзными. Проблема в том, что Банников долго не может или не хочет найти замену на место прежнего начальника цеха Новикова, который уволился по собственному желанию. Новикова я знал, жили в одном доме, здоровались, как соседи. Человек решительный, с твёрдым характером и большим опытом работы на автопредприятиях, пользовался авторитетом среди водителей, но произошла авария.
  Из-под колеса вагона, стоящего на заводской железнодорожной колее, кто-то вытащил "башмак", а возможно и подтолкнул. Набирая скорость, вагон покатился под уклон, чудом не сошёл с колеи на крутом повороте, сбил шлагбаум в конце тупика и кувыркнулся под откос. К счастью, обошлось без человеческих жертв. Причины аварии разбирала очень серьёзная комиссия, предполагая диверсию, но виновника так и не нашли. Никого не арестовали, но измучили вопросами начальника железнодорожного участка Авраменко и начальника цеха Новикова. Авраменко вытерпел. После лично ставя под колёса вагонов "башмаки" и бесконечное число раз проверяя их наличие, заработав этим прозвище "Башмак". Успокаивался только, когда маневровый тепловоз увозил пустые вагоны или платформы из его участка после разгрузки. Время простоя вагонов на заводской колее резко сократилось. Участок мастера Авраменко вышел в передовики.
  Новиков понял, что после первого же ДТП с человеческими жертвами его ждёт жестокое наказание и написал заявление на увольнение. В те годы дисциплина на транспорте и ответственность руководителей автохозяйств за её соблюдение были на уровне, не так, как нынешнее время, когда на дорогах погибают тысячи людей, а руководители остаются в стороне.
  Ко мне в партком приходит пару раз работник транспортного цеха Цёма, предлагает себя в кандидаты на вакантную должность начальника, просит походатайствовать за него перед Банниковым. Опыта руководящей работы не имеет, сам на личный приём идти не хочет. Подозреваю, что его кто-то на это подговорил, проверяя меня, насколько серьёзно я отношусь к подбору кадров. Я не считаю себя серьёзным человеком, часто совершаю необдуманные поступки, но у меня было время подумать, я просителю отказываю.
  Банников, наконец, назначает начальником транспортного цеха Лисового Николая Ивановича, бывшего до этого руководителем автохозяйства в Жёлтых Водах. Знакомых с ним работников на нашем заводе много. Думаю, что на основании их отзывов и личной беседы Банников и принял это решение. Возможно, он одобрил поведение Лисового в анекдотичном происшествии, когда тот с приятелем толкал сзади по дороге свою, якобы, заглохнувшую машину, а за рулём находилась жена. Николай Иванович поднял багажник и наслаждался с другом выпивкой и закуской, пока медленно движущаяся по дороге машина не попала на глаза инспектору ГАИ. Тот долго пытался отыскать нарушение в действиях водителя, но не нашёл и отправил "сигнал" в партком. Мы посмеялись и утвердили Лисового начальником цеха.
  Новый "хозяин" цеха оказался нужным человеком в нужное время. Тогда завод испытывал недостаток автомобилей для перевозки продукции в закрытых металлических кузовах типа "Кунг". Таких машин выпускали в стране мало и только для воинских частей. Лисовой соглашается получить в Москве на автозаводе "ЗИЛ" бортовые машины и отправляет за машинами 10 водителей для перегонки в Смелу. Далее привожу рассказ водителя Тимощенко Владимира:
  - Прибыли поездом в Москву, поселились неподалеку от "ЗИЛа" в гостинице, пришли в отдел сбыта. Нам сказали - гуляйте ребята 2-3 дня, ваш заказ ещё не готов. А нам так и нужно, необходимо побегать по Москве, купить подарки для родных и знакомых. Разбежались по магазинам, вечером собрались "обмыть" подарки, для этого привезли с собой самогон и чемодан сала. После второго стакана захотелось петь. Тихо петь мы не умеем, призыв " розпрягайте хлопці коней, та лягайте спочивать" жильцы не одобрили, пришла администратор с милиционером, нас выселили. Милиционер оказался земляком, наряд не вызвал, даже порекомендовал другую гостиницу.
  Утром проснулись и заскучали - гостиница далеко от автозавода, а мы ещё не купили крупные вещи. Возвращаться автоколонной через всю Москву нельзя - нас задержат. Подсчитали количество выданных нам государственных талонов на бензин и отправились к директору прежней гостиницы. После наших извинений по всем правилам международного этикета, директор талоны на 300 литров бензина принял, обозвал нас "черкасами" и дал разрешение на повторное поселение.
  Готовые автомобили стоят на площадке автозавода, работник отдела сбыта торопит нас уезжать. Мы заводим машины, прислушиваемся к звуку мотора, совершаем пробные поездки по двору, два авто бракуем, добиваемся их замены. Наконец, отправляемся в дорогу, не превышая скорости "обкатки". Движемся плотной автоколонной, не допуская вклинения других машин, мы знаем, что один раз проехав через пост ГАИ, на других постах нас проверять не будут, сообщая им по рации о движении 10-ти машин. Ничего крамольного мы не везём, только купленные в Москве за личные деньги товары. Тогда дефицитными товарами обеспечивали сначала столицу, потом покупки развозились по другим городам.
  Ночуем на автостоянке "Три сестры", расположенной на границе России, Украины и Белоруссии, соблюдая норму пробега: не более 500 км до отдыха. На заводе ставим на машины закрытые кузова "кунг", снятые со списанных воинских машин, и приобретённые за 2 телевизора. Потом гоним машины в Полтаву для установки газового оборудования и проходим учёбу. Так транспортный цех заимел 10 новеньких дефицитных автомобилей".
  Банников звонит в партком, приказывает встретить на проходной работника военкомата и провести его по цехам. Молодой майор не верит сведениям заводского военно-учётного стола о наличии мужчин-запасников, в процентном отношении к численности рабочих таковых должно быть больше. Веду майора сначала в цех сборки нестандартной аппаратуры, где за столами работают три десятка молодых девушек - выпускниц технического училища, все в чистых халатиках и шапочках, заняты работой, лишь изредка бросают любопытные взгляды на майора. Он поражён их красотой и молодостью, шепчет мне: "Никогда не видел сразу столько красивых девушек!". Далее веду его в сборочный цех телевизионных модулей, где молодых женщин ещё больше. Майор говорит: "У меня впечатление, что я побывал на конкурсе красоты". Отвечаю, что красавиц на заводе много, не только в цехах, но и отделах. В цех микроэлектроники майора не веду, там стены отделаны мрамором, свой климат, а посетителей встречают неохотно, чтобы не загрязняли помещение.
  Позже узнаю, что Банников договорился с военкоматом о создании на заводе из молодых ребят групп по подготовке призывников военных специальностей, даже парашютистов. Инструктора нашли на заводе, а прыжки с парашютом они совершают на аэродроме Кировограда, где Банников арендовал для этой цели самолёт. За 10 лет около 900 юношей и девушек совершили прыжки с парашютом.
  Наш завод посещает Шутов, директор радиозавода из Ижевска, ведёт с Банниковым переговоры. О чём договариваются - нам знать не положено, но Банников результатом доволен, поручает директору техучилища Толстопяту Виктору Ивановичу организовать на природе "козацький кулiш" для гостя. Меня включает в число лиц сопровождения и подготовки угощения. "Кулiш" Виктору Ивановичу удался на славу, Шутов его ест и похваливает, вспоминая похожее своё национальное блюдо. Шутов - удмурт по национальности, внешне простоват, в паузах между рюмками ведёт разговор о кормах для коров, спрашивает, "что представляет из себя кормовая единица"? Поучает нас - по питательной ценности она должна быть равна килограмму овса или ячменя. Рассказывает, что имеет подшефный колхоз им. Чапаева, надеется закупить на Украине комбикорм.
  Банников добился передачи на наш завод из Ижевска заказа на изготовление морской навигационной аппаратуры "Шхуна", а потом и разрешения на её модернизацию, для чего при отделе главного конструктора создаёт группу конструкторов. Впоследствии, после успешной разработки новых образцов, на заводе создали Отдел навигационной аппаратуры, который возглавил Бабаков Валерий Николаевич. К тому времени завод приобрёл несколько яхт, спортсмены активно участвовали в соревнованиях по парусному спорту, даже совершили морской переход до Греции. В этом плавании помогла в определении географических координат аппаратура, изготовленная на нашем заводе. Участником этого похода был и Логинов Владимир, тогда мастер инструментального цеха.
  Уходит в отставку старший представитель заказчика капитан 2-го ранга Калюжный, он назначен руководить отделом ввода в эксплуатацию и гарантийного надзора. Его должность занимает полковник ВМФ Абросимов, он имеет претензии к работе отдела, но высказать их Калюжному ему не позволяет офицерская этика. Приходит в партком, беседует со мной, после чего меня командируют на Северный машиностроительный завод для контроля работ по размещению и монтажу приборов на атомной подводной лодке.
  Поселяюсь в гостинице "Волна", где проживают несколько ребят с нашего завода, среди них знакомый мне Колос Николай. Моему приезду ребята рады, завтра предстоит загрузка приборов на корабль и размещение их по отсекам, пара моих рук пригодится. Ругают своего мастера, который должен руководить их работой, уехал из Смелы давно, но в Северодвинск ещё не прибыл. Фактически руководит малой бригадой наш представитель заказчика капитан 3-го ранга Третьяк Николай Петрович.
  Огромная лодка стоит у заводского причала, прижавшись к нему бортом. У входа на сходни молодая девушка в форме заводской охраны и с наганом в кобуре проверяет заводские удостоверения. Кап-3 для начала проводит меня по отсекам, следя за моим умением перешагивать высокие комингсы и пролезать в узкие круглые люки, диаметром чуть меньше метра. После этого Третьяк выстраивает бригаду цепочкой, и мы берёмся за ручки приборов, обе руки заняты. Разносим приборы по отсекам, располагая их на штатные места, крепить и подсоединять кабели будем потом. Наконец, все приборы разнесены, можно передохнуть. Я сдвигаю в сторону перегородку спального места в отсеке и присаживаюсь, опустив ноги в проход. На перегородке изнутри нарисованы фломастером любопытные картинки - глубины в метрах и денежные купюры разного достоинства, чем больше глубина, тем выше достоинство купюры. Догадываюсь, что нарисовал картинки кто-то из экипажа лодки при испытании во время погружения.
  В то время уже не являлось секретом отставание СССР от США в строительстве АПЛ типа "Трайдент". В США их было на боевом дежурстве 9, когда мы с трудом достраивали третью. Иногда лодка выходила в залив, чтобы американские спутники смогли её фотографировать, наивно надеясь, что они примут её за вновь построенную. Нашей стране навязали гонку вооружения, в которой не трудно было предсказать победителя.
  По Северодвинску ходит молва о нашем известном диссиденте академике Сахарове. Оказывается, в молодые годы он был яростным противником США, даже носился с бредовой идеей создать подводную лодку с торпедным аппаратом большого диаметра для стрельбы по берегу атомной торпедой. Замучил начальника вооружения флота контр-адмирала Дроздова, требуя финансирования своей идеи. Утихомирился только после резкого отказа со словами: "Советские подводники не террористы-смертники".
  После возвращения докладываю Абросимову и Калюжному о результатах командировки, упоминаю о загуле мастера. Договариваемся этот вопрос на рассмотрение парткома не выносить, начальник отдела накажет нарушителя трудовой дисциплины своей властью.
  Вспоминаю, как в начале зимы несколько заядлых рыбаков во главе с начальником цеха Шушпановым унесло на льдине в Кременчугское водохранилище, для их спасения пришлось вызывать катер. В партком пришло грозное письмо с требованием наказать виновных. Мы задумались, какое наказание придумать, чтобы все работники завода об этом узнали и впредь подобного не допускали? Выручил юмор главного инженера Викулова. На совещании начальников цехов он сделал Шушпанову простое замечание, но сравнил снятие рыбаков с льдины со спасением зимовщиков во главе с Папаниным. Сравнение понравилось и запомнилось, начальник цеха получил прозвище "Папанин", а рыбаков прозвали "шушпановцами".
  Профком завода решает организовать жилищную базу на Днепре для любителей рыбной ловли, обращается в отраслевой профсоюз, просит выделить теплоход и переоборудовать каюты под ресторан и жильё. Москвичам идея нравится, необходимые средства сразу же находятся. Как раз на Белом море терпит крушение теплоход, налетев на скалы. Его покупают, ремонтируют, потом перегоняют по системе каналов, через моря и реки до Днепра возле Черкасс. Здесь цементируют днище и ставят на вечный причал возле берега. Капитан-директором назначают работника завода, он подбирает штат из молодых официанток, заказывает для них фирменную одежду с укороченными юбочками, а для себя флотский костюм с тремя нашивками на рукаве и капитанскую фуражку. Прибывает комиссия из Черкасс для приёма "Дома рыбака", как скромно назвали это заведение. Комиссию кормят, поят, её члены уезжают довольные. Потом письменно извещают о запрете функционирования "Дома рыбака" по требованию экологов. Это правильно, засорять Днепр отходами никому не позволено. Судно разбирают на металлолом, а капитан-директора назначают начальником цеха Љ 243.
  Секретаря парткома Скороварова В. Д. вызывают в ЦК Компартии Украины с отчётом о ходе строительства главного корпуса телевизионного производства. Ссылаясь на занятость, он посылает в Киев меня, хотя сам лучше осведомлен о ходе строительства. Немного хитрит, не объясняя мне чётко цель вызова, тогда Банников уже вёл подготовку к производству на заводе собственного телевизора, а Москва и Киев были против.
  Захожу в здание ЦК, предъявив милиционеру на входе партбилет, другие документы не нужны. Начальника оборонного отдела ЦК на месте сейчас нет, меня направляют в кабинет одного из инструкторов. Знакомимся, он раньше работал в Харькове, куда мы отправляем телевизионные модули. Мнение о качестве нашей продукции у него отрицательное, харьковчанам пришлось создавать участок входного контроля и доработки части наших модулей. Сдержанно ругает меня, что партком не уделяет должного внимания качеству выпускаемой продукции. Я не оправдываюсь, зная, что он прав. Инструктор ЦК надеется, что с вводом в действие корпуса телевизионного производства положение изменится в лучшую сторону, начинает спрашивать меня о ходе строительства: создан ли внутри корпуса Љ2 тепловой контур, установлены ли грузовые лифты?
  Отвечаю, что окна закрыты плёнкой, тепло внутри здания частично сохраняется, но грузовые лифты не работают, поэтому материалы для отделочных работ приходится подавать через оконные проёмы. Вопрос о подготовке к выпуску собственного телевизора даже не прозвучал, в наши возможности ЦК не верит. Основная задача - наращивать объём производства телевизионных модулей для радиозаводов Киева и Харькова.
  После окончания строительства корпуса Љ2 поставки телевизионных модулей на эти заводы возросли, достигнув в 1986 году показателя 600 тысяч изделий в год. Это для нашего завода много, сразу же срабатывает закон о переходе количества в качество, радиозаводы бракуют наши модули и возвращают в Смелу. Приходится Банникову создать цех по ремонту брака, начальником он назначает Бандурина Александра. Без наличия ремонтного фонда выполнять ремонт сложно. Банников доказывает в самих верхах, что возить модули в Киев и Харьков нецелесообразно, телевизоры нужно собирать в Смеле. Он ещё в 1983 году поставил конструкторам задачу о создании собственного телевизора, а на следующий год - изготовить опытный образец телеприёмника в морском тропическом исполнении для поставки на Кубу.
  Эту очень сложную задачу конструкторам и технологам удалось решить сравнительно просто, создав при гальваническом цехе Љ170, которым руководил Мыхтюк Станислав, участок кадмирования для покрытия стальных деталей, а печатные платы с электрорадиоэлементами - покрывать после сборки двумя слоями влагозащитного лака. Несколько идей в улучшении качества изображения внёс и осуществил конструктор Спицкий Иван Павлович. Так в 1987 году смелянский телевизор выиграл тендер у японских компаний и ряда отечественных заводов, обогнав их по показателям надёжности, началось производство телевизоров для Кубы.
  Приведу один пример, свидетельствующий о высокой надёжности, когда в аэропорту Гаваны после разгрузки самолёта крупная партия наших телевизоров осталась на поле и попала под тропический ливень. Картонная упаковка размокла, телевизоры залило водой. После ливня представитель завода Украдыженко Николай Иванович решил просушить телевизоры, потом начал проверять их работоспособность. Заработали все!
  Резкое увеличение объёмов производства создаёт на заводе трудности с поставкой комплектующих, снабженцы не успевают их поставлять, но Банников неумолим, направляя им в помощь "толкачей" из числа своих заместителей, начальников производств и членов парткома. Дошла очередь и до меня, задача - получить в Северозадонске Тульской области конденсаторы для блоков питания, фура уже на месте.
  Прибываю на завод конденсаторов, встречаю снабженца и водителя, их даже на завод не пускают, сказали - приезжайте через месяц. Минуя отдел сбыта, иду к начальнику производства, а тот услышав, что я из Смелы, разражается руганью и выставляет меня из кабинета. Я на него не в обиде, у него предыдущие заявки не выполнены, а тут явился нахал, требуя конденсаторы вне очереди. Завод не большой, парткома здесь нет, еду на автобусе в Щёкино и прихожу в райком. Если и тут не помогут, буду обращаться в обком.
  Мне повезло, партработник оказался бывшим сотрудником завода конденсаторов, расспросил, зачем нужны конденсаторы. Я немного приврал, сказав, что готовим партию телевизоров для Кубы, он не поверил - для работы в тропиках электролитические конденсаторы не предназначены. Поверил, когда я объяснил, что их изделия мы покрываем двумя слоями лака УР-231. Разговаривает по телефону с директором завода конденсаторов, советуя тому обеспечить Смелу за счёт московского завода "Рубин", у них есть запас. Возвращаюсь в Северозадонск, нашу фуру уже требуют для загрузки на склад.
  Ко мне в партком заходит Поделяка Владимир, просит подписать заявление о направлении в областную партлечебницу своей жены, виза парткома обязательна. Так я узнаю о создании в СССР сети лечебных учреждений для партработников, это для меня неприятное известие, партию коммунистов отрывают от простого народа. Раньше было известно о существовании Кремлёвской больницы для членов Политбюро и руководителей высокого ранга, в ней лечились все, кроме Сталина. При появлении болей в пояснице он просил хорошо протопить на даче печь и ложился спиной на дубовую доску. Обычно боли исчезали и он подсмеивался над врачами, полностью им не доверяя.
  Оставляют желать лучшего мои взаимоотношения с секретарём парткома. С Владимиром Дмитриевичем мы никогда не ругались, но я не одобряю его привычки тщательно проверять протоколы собраний и заседаний партбюро, часто корректируя критические выражения выступавших коммунистов. Однажды он выразился: "Думаешь, работу парткома там будут оценивать по делам? Нет, по протоколам". Я осознаю, что частично он прав.
  Парткомиссия горкома поручает мне проверить жалобу коммуниста из села Николаевки на несправедливое исключение его из партии. Посещаю того на дому и выслушав рассказ убеждаюсь, что инвалид войны прав. В день выборов на дом к нему с урной не заехали, а из партии исключили якобы за отказ от участия в выборах. Объясняет настоящую причину - за критику председателя колхоза в воровстве, предупреждает меня, что родственник председателя - капитан милиции, за правду у меня тоже могут быть неприятности. Теперь становится понятно, почему послали с проверкой жалобы меня, а не членов парткомиссии горкома, вступать в конфликт со знакомым работником милиции нет желания даже у членов горкома. Обещаю инвалиду правдивое заключение, он растрогался, сообщает, что во время войны служил воздушным стрелком, летал в экипаже лётчика - Героя Советского Союза.
  После кончины Брежнева, Генсеком стал Андропов, потом Черненко. Оба вскоре скончались, не улучшив, но и не ухудшив ситуацию в стране. Правда, при Андропове несколько улучшилась дисциплина, возросла производительность труда по всей стране. Произошло это, когда после окончания дневного сеанса в одном из кинотеатров Москвы, вежливые люди в штатском задавали выходящим зрителям вопрос: "Вы где работаете, почему сейчас не на работе"?
  
  3.Производственное объединение "Оризон"
  
  В 1985 году члены Политбюро СССР избрали из своей среды Генсеком Горбачёва Михаила Сергеевича, возложив на него ответственность за политическое и экономическое развитие страны. Люди приободрились, новый Генсек молод, энергичен, речи произносит по памяти, а не по бумажке, он наверняка приведёт страну к успехам в промышленности и в сельском хозяйстве, закончит непопулярные военные действия в Афганистане. Надежды начали сбываться, когда было принято решение о выводе на свою территорию 40-й Армии. Советские войска ушли, оставив после себя улучшенные автомобильные дороги и пробитые в горах туннели. Только почему-то это решение не принесло мир народам многострадальной страны, так как вместо наших войск в Афганистан пришли американцы, военные действия возобновились.
  Наш огромный завод живёт напряжённой трудовой жизнью. После аварии на Чернобыльской атомной электростанции отправили туда "ликвидаторов", призванных в армию через военкомат. По микрорайонам, по распоряжению Банникова, стала регулярно ездить водовозка, поливая водой дороги и смывая радиационные осадки. Очень правильное решение, я как-то читал, что на одном из атоллов Тихого океана, кажется Муруроа, через 10 лет после прекращения ядерных взрывов, следов радиации не обнаружили. Предполагают, что радиацию смыли в океан дожди. А как же с временем полураспада радиоактивных элементов?
  В ответ на аварию в Чернобыле, на заводах страны вводят Государственную Приёмку, сохранив штаты контролёров ОТК. Предложение вроде бы правильное, но улучшение качества на нашем заводе не произошло. Цеха работают в напряжённом ритме, качество - на втором плане, главная задача - выполнить план месяца и отгрузить товарную продукцию до 5-го числа следующего календарного месяца. За этим сроком строго следит Банников, не допуская никаких срывов. А качество..., в крайнем случае, можно отправить бригаду для доработки, если последует рекламация. Да и взаимоотношения между Госприёмкой и ОТК не узаконены, что порождает порой недоразумения.
  После изготовления первого телевизора для Кубы встал вопрос о его фирменном наименовании, по заводу объявили конкурс на лучшее название. Включился в конкурс и я, придумав название "Салют". Естественно, моё название отклонили, уже существуют фирмы с таким названием. Победил в конкурсе Банников, придумав телевизору название "Оризон". С того времени наше Производственное Объединение стало называться "Оризон", а Банников стал Генеральным директором. Хоть это, в некоторой мере, подсластило горечь от нескольких выговоров, полученных им ранее.
  На заводе появилась интересная пара - супруги Селивановы. Он возглавил юридический отдел, а жена зачислена временно технологом. По образованию Селиванова Тамара работник культуры, Банников метит её на должность директора дворца культуры или художественного руководителя. Строительство дворца ещё не начато, но культурные мероприятия можно проводить и на природе, чем Селиванова и занимается. Пришла морозная зима, между домов оборудовали хоккейную площадку и каток. На открытие сбежалась вся детвора микрорайона, был Дед Мороз с подарками, шутками и розыгрышами, праздник удался. Тамара неистощима в организации культурных мероприятий, вовлекая работников завода в постановки спектаклей, а однажды поставив даже шуточную оперу. Более талантливого организатора я не встречал.
  Мне надоела работа в парткоме, по образованию и стремлению я технарь, мне более по нраву решения технических задач. Пишу заявление с просьбой освободить меня от должности заместителя секретаря парткома и вручаю его Владимиру Дмитриевичу. После беседы со мной, Скороваров согласен меня отпустить, но..., что решит директор? Не знаю, что они говорили о моей персоне, но меня приглашают в отдел кадров, и я читаю приказ по заводу о переводе в отдел АСУТП начальником бюро программистов. В общем, правильно, мою прежнюю должность занял Суханов Сергей, сталкивать его с неё было бы нечестно.
  Начальник отдела Стоецкий Николай Иванович встретил меня настороженно, задачу конкретно не поставил, чем занимается отдел, не объяснил. Сказал только, что отдел растёт, я должен возглавить группу программистов, которой сейчас руководит Зуева Галина Николаевна. Я его понимаю, ощутимых результатов по созданию автоматизированного участка на заводе не наблюдается, решил, наверное, что я собираюсь его "подсидеть".
  Пару дней знакомлюсь с женским коллективом программистов, они разрабатывают программы для сверления печатных плат в цехе Љ190. Большинство станков импортные, надёжные в работе, а программы для них женщины готовят без ошибок. Кроме меня мужиков в бюро двое, Росляков Владилен Иванович сейчас работает инженером-программистом, да электрик, зовут Виктором. Росляков когда-то был главным технологом, после несправедливого, как он считает, смещения заболел, слёг в больницу, я даже возил сотрудников в Черкассы его проведать. Выздоровел, вернулся на завод, увлёкся программированием. Я понимаю, что по квалификации он и Зуева гораздо выше меня, ничему новому я их научить не смогу.
  Интересуюсь, чем занимается электрик Виктор. Он подводит меня к закрытой плёнкой аппаратуре, сообщает, что принят в отдел обслуживать устройство для распечатки техпроцессов, но с этой техникой не знаком, как её ввести в действие не знает. Ага, наконец-то появилась работа для меня. Подключаю аппарат к сети, изучаю инструкцию. К счастью, имеется перфолента с тестом для проверки работоспособности аппарата. Заправляю перфоленту в считыватель и наблюдаю, как на листе бумаги появляется фигура олимпийского "Мишки", нарисованная с помощью крестиков. Беру у Суханова пару техпроцессов, написанных тушью на кальке, большинство выражений в тексте повторяются, они стандартны, их можно один раз запрограммировать, а тушью от руки вписывать только переменные величины. Через месяц-другой технологи освоили механизированный способ распечатки техпроцессов.
  Меня вызывают в 1-й отдел, ведающий секретной документацией, начальник отдела Чурин А. Я. показывает перфоленту, её нашли в городе. Объясняю ему, что на перфоленте стандартные выражения типового техпроцесса без указания изделия, детали и переменных данных, никакой секретной информации нет, разработана перфолента кем-то из технологов, освоивших распечатку. Конечно, Чурин этого технолога нашёл и наказал за вынос информации с территории завода, а я радуюсь, что мой труд не пропал даром, отдел Синаевского В. П. первым на заводе освоил машинную распечатку техпроцессов.
  У меня появилась идея по организации между инженерными службами локальной компьютерной сети, связав её с мощной ЭВМ. Иду к Стоецкому Н.И., начинаю излагать свои соображения. Не дослушав до конца, он меня прерывает, ему нужно идти на совещание. На следующий день меня посылает работать на строительство станции канализации подсобным рабочим.
  Попадаю в бригаду каменщиков и штукатуров. У бригадира проблема, нужно наращивать в высоту металлические подмостки, но не хватает горизонтальных связей между опорами, Г-образные скобы отвалились, нужно их приварить. Сам работает за сварщика, потом ударяет молотком по скобе, она отваливается, бригадир нервничает. Я со стороны наблюдаю, потом советую ровнее держать дугу, сохраняя равное расстояние между электродом и деталью. В ответ он вручает мне щиток и держатель, сам попробуй, если ты такой умный. У меня получается, хотя я профессиональным сварщиком никогда не работал, научился сам, после окончания техучилища попав в бригаду монтажников. После приварки каждой скобы устраиваем жестокое испытание на прочность, но скобы держатся. Бригадир знает, что если одна из скоб не выдержит и конструкция с людьми завалится, его ждёт суд, но аттестованных сварщиков мало, а работа не терпит. После наращивания конструкции сам первый лезет на верхотуру и там работает. Вместо благодарности в конце дня загружает в багажник моих "Жигулей" два десятка кирпичей, я попросил, мне нужно заделать дыру на балконе.
  С бригадой я сдружился, во время работы заняты только руки, а язык свободен. Бригадир Сергей нарочно пропустил свою очередь на получение квартиры, ожидая рождения следующего ребёнка, теперь имеет право на получение 3-хкомнатной квартиры, но желает её получить не в микрорайоне, а в центре Смелы, где сейчас строится новый 9-ти этажный дом, рядом рынок и городской парк. Советую ему обратиться к Банникову, во время его визита на стройку, но вначале разговора предложить какие-то меры для ускорения строительства, хотя бы этой станции нейтрализации. Сергей задумывается, потом хитро подмигивает, "будут предложения".
  Штукатур Галина рада поговорить со мной о своём сыне, она им гордится. Рассказывает, что после школы поступал в престижный московский институт, но не прошёл по конкурсу, сам напросился в армию. Служил на границе с Афганистаном в пограничном авиаотряде, изучил таджикский язык, перед увольнением из армии подал документы и заявление на поступление в МГИМО. Успешно сдал сложные вступительные экзамены и зачислен студентом, живёт в общежитии и в свободное время занимается теннисом, пишет матери, что, не овладев этой игрой, трудно стать дипломатом. Теперь штукатур Галина не пропускает в телепередачах ни одной игры в теннис, а я узнаю, что среди смелян имеются талантливые ребята, выходцы из простых рабочих семей.
  После возвращения на завод со стройки я заскучал, девушки-программисты отлично справляются с работой и без меня. От скуки начал сочинять стихи, а в конце рабочего дня тороплюсь домой. Меня приглашают на новоселье супруги Линники, Виктор и Наташа. Виктор работает оператором станка с ЧПУ, а Наташа программистом в моём бюро. Молодой симпатичной паре трудно отказать. Когда на праздновании градус веселья повысился, набрался храбрости и начал читать свои стихи. Расплата от моих сотрудников в виде стихотворной эпиграммы последовала через несколько дней. Вижу в стенгазете своё старое флотское фото, читаю:
  Вячеслав Михайлович, старый волк морской,
  Курс он держит правильный - прямо к проходной!
  
  Верно подметили...
  Через некоторое время встречает меня начальник механического производства Рубан Григорий Иосифович и ведёт в цех, где в отгороженном помещении стоит чудо-станок - координатно-револьверный пресс фирмы "Беренс", производства ФРГ. Такой станок я видел когда-то на выставке, теперь мне предлагают его отладить и ввести в действие. Ознакомившись с документацией, я соглашаюсь, немцы свои станки на экспорт готовят тщательно, надеюсь, проблем с запуском у меня не будет. Все организационные и подготовительные работы по подключению к пневмосети, электросети и установке на фундамент взял на себя Рубан, да ещё и контролирует меня, задавая хитрые вопросы. Опыт у Григория Иосифовича большой, мы отлично ладим друг с другом, да ещё с Болилым Иваном, назначенным работать оператором. Он уже закрепил в поворотном барабане необходимые вставки для пробивки отверстий и с интересом смотрит на дисплей, где появляются кадры программы, которую я по чертежу готовлю вручную, иногда спрашивая у него номера позиций инструмента. Так я контролирую себя и оператора.
  Первая деталь - заготовка для задней крышки телевизора - изготовлена, её подхватывает замначальника отдела ОТНП Плотников Анатолий и уносит для гибки. Возвращается довольный, просит продолжать работу, это обходной вариант, пресс-форма для литья детали из пластмассы ещё не изготовлена. Приходит главный технолог Панин Евгений, интересуется возможностями станка, обещает загрузить нас работой до предела. Я не успеваю готовить программы, назначаю программистом Веру Бабяк. Она работает некоторое время, потом до начальника цеха доходит, что совмещать должности оператора и программиста может Иван, мы свободны, хозяином чудо-станка становится цех, технологам не обязательно знать, какие ещё детали он изготавливает на этом высокопроизводительном оборудовании.
  Банников создаёт лабораторию НОТ - научной организации труда. Как всегда, поступает оригинально, назначив начальником женщину-педагога Ткаченко Галину Николаевну, но создав несколько нештатных рабочих комиссий по аттестации рабочих мест в цехах. Как ни удивительно, но деятельность лаборатории дала ощутимые результаты, прежде всего, благодаря руководителю и сотрудникам заводской санэпидемстанции, которые измеряют на рабочих местах температуру воздуха, освещённость, загазованность и другие параметры. При несоответствии параметров санитарным нормам недостатки устраняются, а если это невозможно, списки рабочих вредных профессий направляют в отдел кадров для записи в трудовых книжках.
  Потом рабочие комиссии проверяют наличие необходимого инструмента, приспособлений, оснастки на рабочих местах, только после этого место аттестуется. Я работаю в одной из комиссий по механическим цехам, вижу не только положительный результат своей работы, но и недостатки. Наиболее квалифицированные и грамотные рабочие, проработав несколько лет, заимели не одну, как положено, а две-три инструментальные тумбочки, а что они там хранят - известно только им, да немного мне.
  Банникова мы избрали делегатом нового, "горбачёвского" съезда КПСС. В печати и на телеэкранах замелькало слово "перестройка", конкретных её целей не озвучено, никаких данных о развитии промышленности и сельского хозяйства страны на ближайшие годы нет. Возвратившись со съезда, Банников делает короткий отчёт на партхозактиве, подчёркивая единство партии и народа. В его лексиконе появляются слова: "Рабочий всегда прав". Я недоумеваю, а если рабочий бракодел? Жаль, но на эту тему нам поговорить не удалось, у директора свой круг занятий и своё окружение. Вспоминаю случай со старшим мастером цеха Љ110 Пилипчуком Владимиром Петровичем, его рабочие допустили брак при сверлении глухого отверстия в моноблоке. Брак скрыли, заглушив сквозное отверстие гужоном, и отправили на сборку в цех микроэлектроники, где после окончательных операций моноблок не прошёл проверку на герметичность. Пилипчука судили и понизили в должности, а с рабочими провели разъяснительную работу, объяснив, что отказ одного из узлов системы телеметрии может привести к гибели космонавтов.
  Похоже, что в руководстве нашей отрасли идёт политическая борьба между сторонниками и противниками горбачёвской перестройки. На наше ПО "Оризон" прибывает комиссия из Москвы во главе с женщиной - главным экономистом нашего главка. Обнаруживает массу недостатков в экономической деятельности "Оризона" и в штатах должностей, на партхозактиве озвучивает их, делает вывод: "Ваш завод приносит отрасли одни убытки, предлагаю собранию лишить Банникова занимаемой должности". Партхозактив дружно голосует против этого предложения, Банникову мы верим, хотя его среди нас нет, чтобы не влиять на результат голосования, он ушёл на больничный.
  Комиссия уехала, а Банников занялся исправлением недостатков, отмеченных в акте нарушений финансовой и штатной дисциплины. Самое крупное нарушение - деятельность цеха автоматизации и робототехники Љ315. Нормирование в цехе на низком уровне, стоимость изготавливаемого оборудования очень высокая, конструктора подчинены начальнику цеха, что является грубым нарушением, полный комплект конструкторской документации отсутствует, начальник цеха незаконно назначен замглавного инженера. После разговора с Банниковым начальник цеха Кучеренко Адам Михайлович пишет заявление об увольнении и уходит работать на черкасский "Ротор". Начальником цеха назначают Грабового Виктора Николаевича, а должность начальника конструкторского отдела автоматизации и механизации остаётся вакантной, желающих её занять нет.
  Меня приглашает на беседу замдиректора по кадрам Нерознак Павел Петрович, в моей трудовой книжке обнаружили запись о квалификации инженера-конструктора 1-ой категории, предлагает должность начальника отдела. Я вначале отказываюсь, номенклатура изделий достигает за год более 200, вникнуть в их конструкцию одному человеку невозможно, предлагаю разделить конструкторов на два отдела по видам работ, например по формовке ЭРЭ и по сборке. Павел Петрович вздыхает, ты же знаешь Банникова, он сторонник единоначалия, такое деление ему уже предлагали.
  Размышляю, что более достойны занять эту должность Карпович Леонид Иванович или Лисицын Юрий Борисович. Карпович ранее руководил базовой лабораторией, много сделал для разработки конструкций первых на заводе автоматов формовки ЭРЭ, но он сейчас занимает должность замначальника производства. Лисицын тоже ранее работал в этой лаборатории, потом создавал и руководил отделом товаров народного потребления. Логика решения Банникова не предсказуема, как непонятны для зрителей ходы в шахматах мастера, думающего наперёд.
  Уговорил меня кадровик, и убежал с проектом приказа о моём назначении к Банникову, тот молча подмахнул приказ, не снизойдя до беседы с моей персоной. Я недоумеваю, что это, признак доверия или недоверия? Иду в цех 315 и к своим конструкторам только что созданного отдела Љ813 знакомиться с обстановкой, размышляя, что несколько спокойных дней у меня есть, успею составить план работы на ближайший месяц.
  Наивный, как я ошибался! В конце дня меня и начальника цеха Грабового вызывают в цех 245, на отладку вибростенда для испытания телевизоров на вибрацию. Изготовленный цехом 315 вибростенд не обеспечивает необходимую частоту и амплитуду вибрации, нам предлагают забрать его для доработки. Молча выслушиваем упрёки, пытаясь установить причину, похоже, что слабы пружины. Забрать стенд в цех-изготовитель отказываемся, завтра недостатки будут устранены на месте, а мы уходим домой на поздний ужин. За ночь конструктор Лизогуб Владимир Иванович нашёл решение - заменить слабые пружины подвесками для "Жигулей". Вибростенд заработал, цех молча подписывает акт приёмки.
  Конструктора размещены в трёх разных помещениях, уследить за работой трудно, их около 40 человек. В самом дальнем помещении, на антресолях, привлекает внимание громогласный конструктор Цех Игорь, требуя присвоения ему конструктора 1-категории. Знакомлюсь с его разработками - ножницы для резки стальных тросов "Бобёр" и ещё какие-то приспособления. По оформлению вижу, что он конструктор, подающий надежды, но для повышения категории этого мало, предлагаю разработать конструкцию одного из полуавтоматов для формовки ЭРЭ, Цех Игорь отказывается, грозит уйти из отдела. Через несколько дней вручает мне заявление о переводе замначальником одного цеха, я с удовольствием пишу "согласен". За эти дни я убедился, что Игорь - неуправляемый человек. Вслед за ним ушли в другие цеха ещё несколько конструкторов, на мой взгляд, профессию конструктора они выбрали ошибочно.
  Ситуацией решил воспользоваться Грабовый Виктор, просит увеличить штат цеха 315 за счёт моего отдела, я не возражаю, но уволенные конструктора ему не нужны, мнения об их квалификации у нас совпадают. Меня и Грабового вызывает Банников, оказывается, он лично следит за ситуацией в цехе автоматов и темпами разработки документации. Спрашивает меня: "Что, решил разогнать конструкторов, а потом смыться"? Отвечаю, что наоборот, укрепляю дисциплину, мне нужны толковые работники, а не просто клеточки в штатном расписании. Грозно смотрит на меня, потом отпускает, оставляя Грабового, о чём они ещё говорили, я не знаю, но штат цеха он увеличил за счёт моего отдела.
  Занимаюсь составлением совместного плана работ конструкторов и цеха на год вперёд, просматривая и изучая технические задания, поступившие от технологов ОТНП. Они молодцы, часто указывают даже образец изделия, уже разработанный или действующий на одном из телевизионных заводов, можно будет позаимствовать оттуда конструкторскую документацию. Правда, она с множеством ошибок, о чём предупреждает штамп: "Документация не учтена. Изменения не вносятся". Так работают все конструктора СССР, проектирующие изделия единичного изготовления, соблюдать требования ЕСКД практически невозможно из-за сжатых сроков проектирования и изготовления.
  Получаю от технологов сообщение, что деталь "Кронштейн", на которую крепятся платы телевизора, будет изменена, технические задания аннулируются. Механизацией изготовления этой детали занимается самый опытный конструктор Шевченко Александр Иванович. Иду к нему в цех, свой кульман он убирать из цеха не желает, представляя собой исчезающую прослойку конструкторов-единоличников. Для Александра Ивановича творческая работа - наслаждение, бывают случаи, когда в выходные дни он прорывается на завод, чтобы поработать за чертёжной доской. Сейчас он проектирует целую автоматическую линию для изготовления злополучного кронштейна. В осторожных выражениях сообщаю, что деталь будет изменена, работу необходимо прекратить. Александр Иванович просит оставить проектирование в плане отдела ещё на месяц, он хочет завершить интересную конструкторскую разработку, а будет она реализована или нет, его не волнует. Я разрешаю продолжать работу, это называется "удовлетворение собственного любопытства за счёт государства". Убеждаюсь, что постоянное присутствие в цехе 315 опытного конструктора просто необходимо при частой смене изделий. К Александру Ивановичу часто обращаются за советом не только слесари-сборщики, но и бригадиры: Прозор Григорий, Томусяк Валерий, Ильчук Александр, Бердецкий Владимир.
  Годовой план работы отдела и цеха разработан и согласован с заказчиками оборудования, представляю его на утверждение главному инженеру. Виктор Николаевич его утверждает, но просит съездить в командировку на симферопольский "Фотон" и ознакомиться с ходом работ по групповому переключению программ во время электротермоиспытания телевизоров. Возможно, нам придётся просить помощь института из Киева.
  Перед поездкой иду в цех, где бригада цеха Љ320 заканчивает монтировать многоярусный конвейер, телевизоры на поддонах будут перемещаться по горизонтали и подниматься подъёмником по вертикали. Это сложная конструкторская разработка, но ее сопровождают конструктора отдела Љ812, это их забота и начальника отдела Ярошенко Дмитрия. Убеждаюсь, что связать переключение программ телевизоров с помощью датчиков пути будет сложной задачей, нужно искать другое решение.
  Конструкторская разработка киевлян на "Фотоне" меня не устраивает, я хочу, чтобы от одного пульта дистанционного управления сразу переключать программы на всех телевизорах, а их более тысячи. Знакомлю с идеей своих конструкторов Марченко Виталия и Кривенько Игоря, поручаю им разработать мощный усилитель сигналов ДУ и излучатели этих сигналов, несколько десятков их нужно будет разместить перед фотоприёмниками телевизоров. Ребята этой идеей загорелись, приступили к разработке.
  Результат работы превзошёл надежды, пришлось даже уменьшать количество излучателей, конструкция здания отражает и повторяет сигналы, создавая радиоэхо, в расположенном напротив жилом доме были замечены переключения программ домашних телевизоров. Мы знаем, что в этом доме живёт Банников, окна его квартиры смотрят на корпус Љ2, где установлен конвейер электропрогона. Метод одновременного переключения программ на тысяче телевизоров впервые в СССР осуществлён на нашем "Оризоне".
  В отделе желает работать инженером-конструктором сантехник Лебедев Николай, инженер по образованию. Ранее работал конструктором, потом замначальника цеха на одном из заводов Хабаровска. Побывал под следствием, поэтому принят на наш завод только сантехником. Я соглашаюсь принять его на работу, поручаю разработку конструкций оснастки для автоматов формовки выводов ЭРЭ. Вариантов формовки множество, работа кропотливая и требует обязательного участия конструктора в наладке станка, но Лебедев отлично с ней справляется. Вскоре освобождается должность начальника бюро, я без раздумий рекомендую Лебедева. Не все конструктора довольны, женщины жалуются на его строгость, я их выслушиваю и стараюсь убедить в справедливости его требований.
  Начальником бюро электроники работает Зубалий, мы с ним сразу нашли общий язык, выполненную его конструкторами работу можно не проверять. Он лично участвует в отладке всех электросхем, выполняя одновременно обязанности инженера-испытателя.
  Увольняется с завода мой заместитель Грушевой Анатолий, его приглашают на СЭМРЗ начальником конструкторского отдела. Я сожалею об уходе грамотного и опытного конструктора, пытаюсь его удержать, необходимо решить сложную задачу ориентирования транзисторов КТ315при выходе из вибробункера, он соглашается и через неделю решает эту проблему. Прошу его назвать кандидатуру на должность заместителя, он отвечает: "Да не нужен вам заместитель, вы и сами справитесь". Я воспринимаю его слова, как не заслуженную похвалу, у меня проблема во взаимоотношениях с Ивановым, занимающим должность начальника бюро. Он назначен руководить десятком конструкторов по доброте душевной прежнего начальника Кучеренко Адама Михайловича, возможно потому, что Иванов - отец-одиночка, у него трое детей. Он откровенно слабый конструктор, но уволить его я не хочу и не могу, профком встанет на его защиту. Приходится терпеть и страдать от невозможности изменить ситуацию, хотя объём работ захлёстывает.
  Выручает замглавного инженера Магдалюк Евгений Михайлович, когда я как-то намекнул ему об Иванове, он его отлично знает. Предлагает тому хорошо оплачиваемую работу на одном из предприятий города и Иванов увольняется с "Оризона", получив на руки хорошую характеристику. Начальником КБ я назначаю Паутова Николая, серьёзного и грамотного конструктора, он заслужил это повышение в должности своим трудом.
  Совместно с технологами или в одиночку посещаю телевизионные заводы, надеясь заимствовать у них интересные разработки. С Харьковского филиала в Дергачах заимствуем документацию на линию каширования и монтируем её, устранив ручной труд при клейке плёнки на корпус телевизора. Московский завод "Рубин" занимается только сборкой телевизоров, получая узлы от филиалов, разбросанных по Подмосковью, от их посещения я отказываюсь. Москвичи удивляются моему сообщению о многопрофильном производстве "Оризона", недоверчиво улыбаются.
  Завод телевизоров в Кишинёве оснащался с помощью югославов, но ничего интересного при посещении я не обнаружил, только несколько отличное по внешнему виду конструкторское исполнение. Дожидаюсь, когда японцы закончат монтировать конвейер для сборки телевизоров на львовском заводе "Электрон", там будет на что посмотреть.
  Первыми смотреть японский чудо-конвейер едут Банников и начальник ОТНП Ксендзук Владимир Митрофанович, по возвращении Володя сообщает, что их даже на завод не пустили. Пропуск - только с разрешения зам. министра, а у нас разные министерства. Это сделано, чтобы ограничить наплыв посетителей с других заводов. У меня хорошие отношения с родственным по специфике работы начальником конструкторского отдела "Электрона", цех 315 изготавливает по его заявке полуавтоматы формовки ЭРЭ. Еду во Львов, надеясь на его помощь в оформлении пропуска.
  Надежда оправдалась, от главного корпуса "Электрона" едем на автобусе в пригород на филиал, меня пропускают с сопровождающим без проблем. Начинаю осмотр с цеха печатных плат, из новшества - штампы для пробивки отверстий в платах, а у нас их сверлят. Пробивка намного производительнее, но изготовление штампов - дорогое удовольствие, а вдруг конструктора изменят расположение отверстий? Тогда придётся изготавливать новый штамп.
  Восхищаюсь работой установки пайки волной припоя, у нас подобная есть, но качество пайки намного хуже, бывает непропай, который приходится паять вручную. У японцев такое исключено, качество припоя ЭРЭ к токоведущим дорожкам гарантировано технологией.
  На конвейере сборки телевизоров вижу только один робот, он устанавливает кинескоп в корпус, удерживая его присосками. Эту простую работу вполне может выполнять человек, всё равно он уже стоит возле робота, распаковывая и подвигая к нему кинескопы. Качество исполнения и эстетика конвейера несравнимы с нашим уровнем, тут нам предстоит ещё долго и упорно работать, чтобы приблизиться к японцам.
  В стране начинается компания по борьбе с пьянством, уничтожаются яблочные сады и виноградники, прекращают работу колхозные винзаводы по производству дешёвого плодоягодного вина. По партийным организациям распространяется антиалкогольная литература, где все победы Красной Армии в Гражданской войне объясняются тем, что в ней не было пьянства, а белые пили безбожно. Сведущие люди знают, что эта фальшивка состряпана сотрудниками ЦРУ США, но одобрена одним из членов Политбюро, а потом и самим Горбачёвым. Партия расколота на сторонников умеренного потребления алкоголя и противников. В Смелянском горкоме КПСС победили сторонники Горбачёва, коммунистам запрещают проводить свадьбы, похороны и другие массовые мероприятия с распитием спиртных напитков. Эта антиалкогольная компания совпала по времени со свадьбой дочери главного инженера. Виктор Николаевич рассказал о ней кратко: " Врагу не пожелаю проводить свадьбу без вина".
  Выиграли от антиалкогольной компании только зарубежные винодельческие фирмы, уничтожив своего главного конкурента не только в СССР, но и в Болгарии, Венгрии, Румынии. Из капиталистических стран начинают завозить вина, производимые из растворимого в воде порошка, с красителями и ароматизаторами сомнительного качества.
  Наш Генсек Горбачёв путешествует с супругой по странам земного шара, всюду встречая восторженный приём, похоже, он пребывает в состоянии эйфории и любования собственной персоной. Я смотрю передачи по телевизору и возмущаюсь - неужели люди не видят, что он позёр, играет на публику? А зачем ему было оставаться на ночь на американском линкоре во время встречи с президентом США Рейганом, ведь рядом стоял корабль СССР? О чём они говорили? Своё возмущение высказываю на собрании коммунистов цеха 315, предлагаю исключить Горбачёва Михаила Сергеевича из членов КПСС за предательство. Меня выслушали, сначала посмеялись, потом призадумались. На голосование предложение так и не поставили. Впоследствии узнаю, что коммунисты Ленинграда, по предложению Нины Андреевой, проголосовали за исключение из партии Горбачёва.
  В августе 1991 года Коммунистическая партия СССР сама распустилась, к большому неудовольствию украинских националистов, они желают полной победы над "комуняками", мы же не хотим гражданской войны, победа будет на их стороне. В автомагазине на Загребле становлюсь случайным свидетелем, как парень спортивного сложения на западно-украинскомдиалекте предлагает продавцу купить по дешёвке патроны к автомату Калашникова. Представитель КГБ в Смеле Кривошея знает о поступлении с Запада оружия в район, но ничего не предпринимает. Он человек военный, ждёт указаний с центра, но начальство в Киеве сменилось и молчит, а работнику КГБ тоже хочется дожить до пенсии.
  В украинское националистическое движение я не верю, в случае победы оно перерастёт в национал-шовинизм и фашизм. Да и переругаются между собой в будущем националисты всех мастей: англичане с немцами, поляки и украинцы с русскими, белорусами и литовцами. При последней поездке в Кишинёв возле моста через Днестр вижу лозунг: "Русские - за Днестр!". При этом под русскими подразумевают всех граждан Советского Союза. Уже воюют между собой за Нагорный Карабах Армения и Азербайджан, разгораются националистические страсти в Чечне. Лозунг "Националисты всех стран - объединяйтесь" неосуществим в принципе. Не срабатывает сейчас и лозунг "Пролетарии всех стран - объединяйтесь", рабочие и колхозное крестьянство лишаются работы и средств к существованию, да и название "пролетариат" устарело.
  Есть украинские националисты и среди конструкторов моего отдела. Молодой специалист Андрей Р. открыто поддерживает лозунг "Комуняку - на гиляку"! Пытаюсь узнать у него, может он или его родственники были ранее обижены советской властью? Наоборот, его родную тётку ранее даже пытались убить "бандеровцы", в неё стреляли. Во время учёбы в институте Андрей попал под влияние националистов, стал противником советской власти. Ну что же, у него своя правда, а у меня своя, жизнь покажет, какая власть более вороватая.
  В условиях нарастающих вооружённых конфликтов между республиками бывшего Союза, награждают Нобелевской премией мира бывшего Генсека Горбачёва Михаила Сергеевича. Народ в недоумении, за что? Ответ прост - за развал великой миролюбивой страны с чуждой капиталистам идеологией.
  Наш первый президент Кравчук подыгрывает националистам, не замечая, как разворовывают иностранные компании крупнейшее в мире Черноморское торговое пароходство, забирая, яко бы за долги СССР, новейшие суда. Народы СССР ограбили на 400 млрд. рублей, ликвидировав Сбербанк, а курс советского рубля был близок в то время к доллару. Обещали в ближайшем будущем вернуть, но не возвращают до сих пор.
  ПО "Оризон" в этих условиях продолжает ещё работать, сократив численность рабочих и номенклатуру выпускаемой продукции. Кинескопы для цветных телевизоров пришлось закупить в Южной Корее, так как Воронежский завод кинескопов купила голландская фирма, только для того, чтобы прекратить их выпуск и уничтожить конкурентов. Обычная практика выживания в условиях капиталистических джунглей, где сильный хищник пожирает более слабого. Тысячи рабочих увольняются с заводов и лишаются средств к существованию, растёт безработица и хаос.
  Банников баллотируется в депутаты Верховной Рады Украины, но проигрывает выборы железнодорожному машинисту Криволапу. Избиратели почему-то решили, что машинист будет лучше защищать их интересы, чем опытный хозяйственник, голосуя не обдуманно, а по наитию.
  Кинескопы с Южной Кореи прибыли в Ильичевск, но таможенники порта требуют от завода деньги за таможню и хранение. Их тоже можно понять, зарплату им государство задерживает, выжить можно, лишь ограбив клиентов. Наш завод выкупил телевизоры, задержав зарплату своим рабочим. Больше цветных кинескопов завод за границей не закупал, ликвидировав производство и поставку телевизоров для Кубы.
  На завод прибывает работник посольства Кубы, он озабочен прекращением поставки телевизоров на остров Свободы, как многие народы вполне справедливо именует Кубу. Банников ведёт с ним и правительством Украины трудные переговоры, пытаясь добиться выгодной закупки цветных кинескопов через Кубу под гарантии правительства Украины. Ничего не получается, США наложили запрет на торговлю с Кубой, это эмбарго независимая Украина строго соблюдает, боясь вызвать недовольство могущественного заокеанского "друга".
  Между тем, даже и после развала Союза, Куба продолжает ежегодно принимать и бесплатно лечить по 300 украинских детишек из зоны Чернобыля, пострадавших после катастрофы. Такова разница между мнимой демократией и "диктатурой" Фиделя Кастро.
  
  4.Сеялка.
  
  В конце декабря 1992 года главный инженер Викулов собирает в своём кабинете начальников конструкторских отделов, садиться не предлагает, просит сначала рассмотреть конструкцию двух незнакомых агрегатов сельскохозяйственного назначения. Потом задаёт вопрос: "Кто берётся разработать по этим образцам чертежи и изготовить к посевной действующие агрегаты для полевых испытаний"? Сомнений у меня в квалификации конструкторов и возможностях цеха 315 нет, я первым соглашаюсь, боясь, чтобы меня кто-то не опередил. Все облегчённо вздыхают, а я вызываю несколько конструкторов, и мы перетаскиваем пневмоагрегат и высевную секцию незнакомой французской сеялки к себе в отдел. Сразу же распределяю работу между начальниками КБ: Лебедеву - высевную секцию, Паутову - пневмоагрегат.
  Дело в том, что завод сокращает объёмы производства из-за отсутствия централизованного финансирования, оборотные средства у промышленных предприятий изъяли, мне и конструкторам грозит сокращение. А где можно найти хоть какой-нибудь заработок? Только на базаре, занимаясь спекуляцией. Правда, базар заменили более модным словом - рынок, а слово спекуляция совсем исключили из употребления, назвав это занятие бизнесом. Спекуляция - младшая сестра коррупции, это моё мнение.
  Разбираем и копируем в КБ Паутова детали пневмоагрегата, сразу же заменяя чертежи литых деталей на сварные, это дело привычное. Находим замену герметичным французским подшипникам, подойдут наши от задних полуосей "Жигулей". Ставит в тупик плоский ремень с мелкими продольными канавками, такого мы ещё не встречали. После трудных поисков находим в Свердловске завод РТИ, выпускающий подобные приводные ремни.
  В конструкторов Лебедева забот ещё больше, так как высевная секция состоит из большего количества деталей, но главная проблема - литой алюминиевый корпус высевного блока и угловой редуктор. Изготовить их сварным путём будет сложно, но другого выхода нет. Передаём чертежи в цех и облегчённо вздыхаем. Цех же требует от конструкторов новых заказов для производства, после изготовления их кто-то купит и будет зарплата.
  Виктор Грабовой добыл в Ленинграде комплект документации на пресс для установки швейной фурнитуры, завод-изготовитель для него разработчики не нашли, из-за сложной детали, которая называется "мальтийский крест". Но в цехе изготовление этой детали фрезеровщики давно освоили, проблемы для нас нет. Я еду в Киев, на Бессарабской площади в огромном здании, где размещаются министерства, пытаюсь найти отдел, который занимается обеспечением швейных фабрик оборудованием. Такового нет, мне посоветовали обращаться к директорам напрямую, первый же разговор оказался полезным.
  Завязываются отношения с директорами швейных фабрик, мы изготавливаем для них прессы, они оплачивают их изготовление. Иногда, в виде поощрения, доставляют на "Оризон" костюмы и продают рабочим по цене себестоимости. От швейников узнаём, что они нуждаются в промышленных швейных машинах типа "оверлок". Я еду на Ростовский завод "Легмаш" в надежде получить заказ на изготовление некоторых узлов. Мне с радостью выдают на руки вал "оверлока", изготовите его - будет заказ. Осмотрев деталь, я качаю головой, деталь сложная, изготовление её потребует создание специального участка, цеху 315 это не по силам.
  Пользуясь близостью Азова, посещаю оптико-механический завод, они начали изготавливать сеялки "ТАНАИС". Вручили на руки только рекламу, посмотреть сеялку не разрешили, она ещё не прошла испытания.
  Наш завод "Оризон" осваивает производство телевизоров чёрно-белого изображения на филиале в с. Орловец, созданном на территории бывшего винзавода. Кинескопы получаем из Ельца, туда наши западные "друзья" ещё не добрались, завод работает. Завод так же продолжает изготовление блоков и модулей телевизоров по кооперации и освоил завод производство "тарелок" с приёмниками спутникового телевидения. Сразу уничтожить такого мощного конкурента, как "Оризон" зарубежным фирмам оказалось не по силам, завод ещё продолжает работать, даже наращивает объём производства медицинских шприцов. У Банникова мечта - создать на "Оризоне" завод медицинской аппаратуры, для чего начинается, совместно с ВНИИ медицинского приборостроения проектирование компьютерного томографа.
  Цех завершил изготовление пневмоагрегата и высевной секции для французской сеялки "Пневмасем", я проверяю точность высева семян сахарной свеклы, вручную прокручивая вал и регулируя положение ограничителя лишних семян. Настройкой, после подсчёта выпавших на подставленную крышку семян свеклы, доволен, агрегаты везём в с. Воронивку Городищенского района и устанавливаем на французскую 12-ти рядную сеялку, сняв с неё родные. Прибываем машиной на поле и высматриваем появление трактора с навесной сеялкой. Он появляется, двигаясь по ухабам с максимальной скоростью 30 км/час. Наша секция сорвалась с упора и ее бьёт о землю на каждом ухабе. Чувствую, что сердце в груди сбилось с ритма, считая каждый удар. Думаю, что на этом и закончатся полевые испытания.
  Осматриваем секцию, ничего не поломано, удары о землю пришлись на сошник, он выдержал. Начинаем пробный посев сахарной свеклы, расстояние между семенами должно быть равно 15 см. Излазили на коленях десятки метров рядка, выискивая в земле одиночные семена и радуясь каждому совпадению, но решающее слово принадлежит главному агроному совхоза. Он поднимается с колен, отряхивая джинсы произносит: "Расстояние между семенами и глубина посева соответствуют нормам. А мне опять влетит от жены за испачканные джинсы".
  На поле прибывает на "Волге" глава правления концерна "Укрцукор" Заяц Александр Семёнович, интересуется, что нужно "Оризону", чтобы освоить изготовление сеялок, а не отдельных узлов? Подумав, отвечаю, что конструкторам нужно ознакомиться с производством на заводе, который сеялки выпускает, а что нужно заводу, это решит Банников. Заяц тут же даёт команду директору Ольшанского сахарного завода оформить заграничные паспорта на двух конструкторов "Оризона", я сразу называю фамилию Лебедева Николая. Догадываюсь, что Заяц А.С. с Банниковым знаком, финансовое положение завода ему известно.
  В начале августа 1993 г. наша группа собирается в аэропорту "Борисполь" и ждёт посадки на авиарейс до Парижа. В группе 6 человек, кроме меня и Лебедева ещё работник концерна Пшенник Юрий Леонтьевич, замначальника отдела из министерства экономики Украины Лыськов Виталий Владимирович, и две женщины. С 13 апреля 1993 г. Банников уже занял кресло министра экономики, сменив на этой должности Пинзеника. Из отрывочных разговоров догадываюсь, что он намеревается продать французской фирме избыток сахара, его сотрудники летят в Париж, чтобы выполнить необходимые формальности. Всё правильно, на Украине имеется около 200 действующих сахарных завода, после развала Союза прямой сбыт затруднён по политическим разногласиям, сахар девать некуда.
  В аэропорту "Шарль де Голль" высматриваем среди встречающих табличку с надписью "СЮКДЕН КЕРРИ", её держит в поднятой руке худенькая женщина. Это наша переводчица Натали, объясняет, что она из Пензы, во время учёбы познакомилась с французом, вышла замуж, он сейчас работает директором школы, муниципалитет Парижа выделил им квартиру. Рассказывает, что первое время была без работы, перебивалась случайными переводами, недавно получила постоянную работу в фирме. Напоминает нам о культуре поведения во время проживания в гостинице и посещения предприятий, это может отразиться на её работе.
  Поселяемся в гостинице "Бон сежур", она расположена недалеко от Триумфальной арки. Номера одноместные, со всеми удобствами, но склонный к полноте Юрий Леонтьевич просит заменить номер, входная дверь для него узковата. Ему сразу же представляют другой номер, а в первый поселяют семью из Марокко: муж, жена и двое детей.
  Первый ужин в Париже происходит в кафе на Елисейских Полях, это недалеко от гостиницы. Натали сообщает, что все расходы по приёму нашей делегации взяла на себя фирма "Сюкден", просит не стесняться в выборе еды и напитков. В обширном меню мы профаны, просим заказать обычный французский ужин. Его заказывает гарсону сопровождающий нас Филипп Жерен, по визитной карточке техник-агроном. Он же пробует на вкус принесённое вино, удовлетворённо кивает, только после этой процедуры наполняются наши бокалы.
  Большинство французских мужчин - рослые, физически крепкие люди, они хорошо питаются. На закуску нам подали порцию телятины, потом второе мясное блюдо и десерт. Расплачивается франками Филипп Жерен, он исполняет роль банкира. Уже темнеет, после прогулки до гостиницы Натали напоминает, что утром для нас заказан завтрак в небольшом кафе на первом этаже, просит не опаздывать. Я по утрам занимаюсь бегом трусцой, интересуюсь, удобно ли будет парижанам смотреть на бегущего человека. Натали смеётся, но рекомендует пробежку по Авеню де Фош, от Триумфальной арки до Булонского леса.
  Утром микроавтобус везёт нашу делегацию на юго-восток в город Монтеро, расположенный при слиянии двух рек - Сены и Йены. В пути Натали сообщает, что приток воды в Сене снизился, а в Йене повысился, правильнее было бы именовать после их слияния реку Йеной, а не Сеной. Пейзаж вдоль дороги не впечатляет, встречаются песчаные карьеры, почва выработанная, до украинских чернозёмов ей далеко. Натали объясняет, что хорошие урожаи здесь получают только после внесения в грунт солидной дозы минеральных удобрений.
  Прибываем на завод, выпускающий сеялки, он принадлежит фирме "Нодэ-Гужи", директор сопровождает нас в заводской музей, рассказывает историю возникновения и развития фирмы. С гордостью показывает фотографию, на которой запечатлён основатель фирмы Нодэ с президентом Франции господином Пуанкаре. После этого осматриваем завод, рабочих мало, он практически не работает.
  Конвейер на заводе один, предназначен только для окраски деталей. Рабочий навешивает на подвеску деталь, по пути она проходит через ёмкость с сухим порошком-красителем, потом через высокотемпературные облучатели, а на другом конце замкнутого кольцевого конвейера снимает окрашенные детали.
  Я восхищён конструкцией поворотных столов для ручной электросварки деталей с множеством приспособлений для зажима, но не вижу вытяжной вентиляции. Мне объясняют, что достаточно одной общей вентиляции помещения, в чём я сомневаюсь, но молчу. Изготовление литого корпуса высевного блока из алюминия посмотреть не удалось, его получают с другого завода.
  Наконец нас приглашают на заводской двор, где выставлена сеялка. Объяснение конструкции и принципа действия ведёт невысокий Юбер де Морож, ответственный по экспорту, он хорошо говорит на русском языке, но заметно волнуется, в объяснениях не точен. С чего бы это? Я с Лебедевым прихожу ему на помощь, объясняем, что участвовали в изготовлении некоторых узлов, видели сеялку в работе, подробные объяснения нам не нужны. В разговор вступает Юрий Леонтьевич, его интересует работа Юбер де Морожа по экспорту, в какие страны фирма экспортирует сеялки. Получает обстоятельный ответ с указанием более десяти стран, расположенных на разных континентах, показывает блокнот и называет страны, где он вскоре должен побывать.
  Наши сердобольные женщины его жалеют, работа - вечные командировки, а как же хозяйство, кто им управляет? Француз отвечает, что имеет ферму на 100 га земли, в его отсутствие управляется родственник. Меняет тему разговора, достаёт из сумки солдатскую шапку-ушанку с красной звездой, надевает её и предлагает спеть песню про эскадрилью "Нормандия-Неман". Мы поём:
  - Я волнуюсь, заслышав
  Французскую речь,
  Вспоминаю далёкие годы.
  Я с французом дружил,
  Не забыть наших встреч
  Там, где Неман несёт свои воды.
  Там французские лётчики
  В дождь и в туман
  По врагу наносили удары,
  А советские парни
  В рядах партизан
  Воевали в долине Луары.
  
  В небесах мы летали одних,
  Мы теряли друзей боевых,
  Ну, а тем, кому выпало жить,
  Надо помнить о них и дружить.
  
  Мне кажется, что с СССР связано у Юбера де Морожа что-то глубоко личное, какие-то переживания, глаза его блестят. Неужели слёзы?
  Хочется узнать о новых конструкторских разработках фирмы, я понимаю, что представленная нам сеялка - вчерашний день. Одна из женщин думает так же, просит показать новинку. Отказать в просьбе женщине галантные французы не смеют, нас ведут в другое помещение и открывают замкнутую дверь. Новинка стоит на опорно-приводных колёсах над прямоугольным углублением в виде неглубокого бассейна, дно которого усыпано белым песком, на котором чётко выделяются оранжевые семена после контрольного прохода сеялки. Кроме некоторых изменённых форм сеялки ничего нового увидеть и узнать не удалось, новинка находится в стадии патентования.
  Мне дарят инструкцию по эксплуатации, прекрасно выполненные фотографии узлов сеялки, желают делать такие же, но не хуже, передачи конструкторской документации не будет. В ответ наша делегация дарит три бутылки водки, и мы расстаёмся, довольные друг другом. Судя по прекрасному настроению Натали и Филиппа, посещением фирмы "Нодэ-Гужи" они чрезвычайно довольны. Я размышляю, правильно ли поступил, не настояв на передаче документации? За неё нужно было платить фирме "Сюкден", но я уверился, что всё равно конструкцию сеялки придётся модернизировать, заимствуя отечественные комплектующие. Быть в зависимости от поставки некоторых узлов из Франции я не хочу. Похоже, что мне и Лебедеву здесь отведена роль "тёмных лошадок", в сложную комбинацию переговоров с французами мы не посвящены. Ну и пусть, меньше знаешь - крепче спишь.
  Возвращаясь в Париж, проезжаем Фонтенбло, когда-то здесь были охотничьи угодья французских королей, останавливаемся на обед возле ресторана "Наполеон". Напротив, за решёточным металлическим забором видим продолговатое здание, вышедший из ресторана гарсон объясняет, что в нём размещалась в средние века летняя королевская резиденция. Мы не спорим, хотя и не очень верим, так владельцы ресторанов привлекают рекламой доверчивых иностранцев.
  После возвращения в гостиницу Натали объявляет, что за правильное поведение во время посещения предприятия делегация заслужила награду - билеты в театр "Лидо". Всем принять душ, форма одежды - парадная.
  В театре для нас заказаны столики, уставленные едой и напитками, правильнее было бы именовать этот очаг культуры ресторан-театр, большинство зрителей иностранцы, среди них много японцев и китайцев. Смотрим представление, где декорации на сцене меняются с непонятной быстротой и поражают воображение зрителей невероятной фантазией. Наблюдаем извержение огнедышащих вулканов, появление жизни на Земле, охоту на мамонтов и пляски неандертальцев после удачной охоты. Потом сцены из древней истории и Средневековья, вплоть до нашего времени. В конце представления посреди сцены всплывает подводная лодка, а над ней кружит вертолёт. Нам остаётся только аплодировать виртуальному мастерству коллектива, ни одного артиста не представили.
  На следующий день едем на юг Франции, в долину Луары, по хорошей платной дороге. Микроавтобус мчится на максимальной скорости, чтобы сократить время и, естественно, оплату. Вдоль дороги по обе стороны тянутся сеточные ограждения, чтобы исключить проход диких животных на проезжую часть. Пейзаж удивительно похож на украинский, за сеткой виднеются лесные посадки. Не доезжая Орлеана, съезжаем с платной дороги, водитель сбавляет скорость, даёт нам время полюбоваться узкими каналами, по которым плывут прогулочные катера. Мы удивляемся, ширина канала меньше длины катера, как же он разворачивается?
  Приезжаем в городок Сен-Дени де Отель, где находится фирма "Карюэль", производящая опрыскиватели для сельского хозяйства. Наша задача - наладить торговые отношения с фирмой, желательно освоить на "Оризоне" производство запчастей для опрыскивателей, поставляемых на Украину. Встречаем любезный приём, осматривая вначале комнату-музей, знакомимся по фотографиям с ковшовым устройством для непрерывного подъёма воды из колодцев, с него фирма когда-то начинала свою производственную и торговую деятельность.
  Завод поражает малой численностью рабочих и большим количеством наименований выпускаемой продукции, входит в южное объединение заводов сельхозмашиностроения Франции. Нас знакомят с девушкой в фирменном комбинезоне, не прекращая работы, она отвечает, что учится в Парижском политехническом институте, на каникулах подрабатывает. В конце осмотра я и Лебедев решаем, что "Оризон" вполне может освоить изготовление распылителей жидкости, их много, на 24-х метровой стреле установлено 48 шт. Я интересуюсь, из какого материала изготовлен бак ёмкостью 2500 литров, мне тут же вручают образец пластмассы.
  На трёх автомобилях фирмы "Рено" нашу делегацию везут на заводской полигон, где проводятся ходовые испытания опрыскивателей. Я заметил, что все сотрудники предпочитают "Рено" другим производителям. Ответ прост, эта государственная фирма курирует работу заводов сельхозмашиностроения, изготавливает для них сложные штампы и пресс-формы, со скидкой продаёт работникам автомобили, поддерживает льготными кредитами новую продукцию, если она повышает престиж Франции.
  Полигон испытания прицепных опрыскивателей представляет собой кольцевую грунтовую дорогу длиной около 300 метров. Нас уже поджидает трактор с опрыскивателем на прицепе, ширина захвата 24 м. Директор фирмы "Карюэль" предлагает кому-то из нас занять место тракториста и совершить поездку по кругу. Члены нашей делегации неловко переглядываются - тракториста среди нас нет. Первый решаюсь я, в надежде, что переключение передач в тракторе унифицировано с легковыми авто. Занимаю место в кабине трактора, на подножку вскакивает тракторист-француз. Включаю первую передачу, но трактор остаётся недвижим, пока француз не передвинул вперёд небольшой рычажок на передней панели, он определяет движение вперёд-назад. Дальше включаю высшие передачи, управлять трактором легко, двигаясь по узкой колее. После поворота замечаю выстроившихся в шеренгу членов нашей делегации и французов, они смотрят на опрыскиватель и чего-то ждут. Бросаю взгляд влево-вправо на концы стрел и замечаю бетонный столб, концом стрелы я его сейчас задену, но успеваю крутануть руль и миновать препятствие. Лихо притормаживаю в конце поездки и покидаю кабину, здесь меня ожидает только Филипп Жерэн, остальные отошли в сторону, они чем-то разочарованы. Оказывается, столб закопали нарочно, чтобы я задел его концом стрелы, она оборудована предохранительным устройством, при ударе крайняя секция складывается без повреждения. Я же лишил публику удовольствия насладиться моим испугом и переживаниями, не сломал ли опрыскиватель? Французы - большие шутники, впрочем, мы тоже, это нас роднит.
  Нас ожидает обед в местном ресторане, стилизованном под сельскую хату, крыша покрыта материалом, похожим на камыш. Один из автомобилей ведёт Лыськов Виталий Владимирович, в конце поездки он хвалит "Рено" за комфорт и лёгкость в управлении. Я иду к умывальнику помыть руки, путаю двери и попадаю на кухню, там работают несколько женщин. Догадываюсь произнести "Бонжур", мне дружно отвечают, смотрят на меня с интересом, указывают на умывальник. Я мою руки, они что-то лопочут в ответ на моё "Мерси". Оказывается, в ресторанах на кухне работают и женщины, а гарсонами только мужчины.
  Директор фирмы "Карюэль" произносит несколько дружеских фраз в адрес Украины и Франции, предлагает выпить вина из долины Луары. Вино чудесное, приготовлено по старинной французской технологии. Завязывается непринуждённая беседа, Натали едва успевает переводить. Юрий Леонтьевич роняет неосторожную фразу о религии и политике, этой темы в разговорах мы стараемся не затрагивать, но французы говорят свободно. Итог дискуссии подводит директор фирмы, выходец из Греции:
  - У меня большая семья, в ней есть католики и православные, коммунисты, националисты и демократы, но, несмотря на различную веру и политические взгляды, ничто не мешает нам не только дружить между собой, но и любить друг друга.
  Тепло прощаемся с гостеприимными французами, на прощание нам вручают фотографии, отснятые во время застолья и посещения фирмы. Мне дарят красивый портфель с проспектами фирмы "Карюэль". Принимают ответный подарок - три бутылки водки.
  Водкой мы запаслись на Украине, когда узнали - в самолёт разрешается брать не больше трёх бутылок. По моим подсчётам, мы привезли не менее 12-ти бутылок, исключая женщин, завтра предстоит последнее посещение фирмы "Матро", водки на подарки должно хватить.
  Утром едем на север от Парижа, в городок Нувайе Сен Мартин, где расположен завод, производящий самоходные опрыскиватели и свеклоуборочные комбайны. В заводском музее нас встречает седая женщина - госпожа Матро, предлагает выпить аперитив, расспрашивает о цели посещения, говорит, что её муж сейчас занят, он является ещё и мэром города, не уверена, что господин Матро в чём-то будет нам полезен. Похоже, что нашему приезду здесь не рады. Я выступаю с небольшой речью, говоря, что хотелось бы познакомиться с человеком, генералом в области свекловичного машиностроения, по сравнению с ним мы не заслужили даже звания сержанта. Госпожа Матро говорит по телефону, сообщает, что г-н Матро скоро будет, предлагает осмотреть фотографии.
  Первая юношеская конструкция Матро - двухрядный копатель свеклы, все корни аккуратно уложены в один ряд. Потом он изобретал более сложные машины, основал свою фирму с небольшим заводиком. Его конструкции заметили и оценили фермеры, завод получил заказы на изготовление и расширился. После начала изготовления самоходных опрыскивателей и свекловичных комбайнов, повышающих престиж Франции в этой области, фирма "Матро" получила льготный государственный кредит.
  Появляется президент фирмы и её генеральный директор Жан Поль Матро, пожилой худощавый человек с лёгкой походкой. Здоровается и жестом приглашает делегацию следовать за собой для осмотра оборудования завода. Он будет показывать, а я должен отвечать, имеет ли "Оризон" подобные станки. Завод работает и оглушает нас шумом.
  Подводит к станку для резки труб, я отвечаю, что подобные станки есть, но только для резки под прямым углом. Потом указывает пальцем на несколько обрабатывающих центров, я утвердительно киваю головой. Наша делегация отстала, но переводчик нам не нужен, мы отлично понимаем друг друга. В конце осмотра выходим в широкий и высокий проход, где идёт крупная сборка. Мостовой кран немецкой фирмы "Демаг" проносит над нашими головами кабину комбайна, я замедлил с ответом, потом вспоминаю, что сейчас пустует высокое здание строительного производства, с помощью переводчика объясняю, что помещение и мостовой кран для крупногабаритной сборки имеется, но требуется ремонт. Г-н Матро обещает прислать на "Оризон" своего представителя.
  В заключение осмотра мы едем на кладбище, где похоронены во время войны советские военнопленные. Г-н Матро объясняет, что рядом был концлагерь, в котором немцы содержали пленных красноармейцев, используя рабочую силу на сельскохозяйственных работах и в строительстве оборонных объектов. Сейчас кладбище огорожено аккуратным забором из розового кирпича, следить за сохранностью захоронений - обязанность мэра. Мы отвешиваем в сторону кладбища поклон. Г-н Матро прощается и уезжает.
  Немного информации о достопримечательностях Парижа, которые мы успели осмотреть. Собор Нотр Дам де Парис - слева от входа на стульях сидят католики, идёт богослужение, справа - зал для осмотра посетителями, никто не мешает друг другу. Иногда здесь идут платные концерты для ценителей серьёзной музыки. Поражают воображение цветные оконные витражи, изготовленные пять сотен лет назад, когда здания строили в расчёте на века.
  Музей Помпиду объехали вокруг и осмотрели снаружи, архитектура напоминает промышленное здание с вентиляционными системами, прообраз можно увидеть и на Украине, от осмотра внутри мы отказываемся. Натали кратко объясняет - такова сейчас мода в архитектуре.
  Эйфелева башня интересна не только ажурной красотой металлической конструкции, но и действующими до сего времени гидравлическими подъёмниками, они обеспечивают плавное торможение лифта с пассажирами при подъёме на второй этаж. Осматриваем с высоты окрестности Парижа, не уверен, что они красивы. Портит впечатление вид на грузовой речной порт, с грудами щебня и песка. От предложения подняться выше мы отказываемся.
  На площади Инвалидов осматриваем с галереи гробницу Наполеона, она расположена внизу. Это сделано для того, чтобы каждый посетитель наклонил голову и отвесил поклон великому французу. Я знаю, что камень для гробниц добыт в Карелии и подарен Франции императором России.
  Великолепный мост через Сену тоже построен на деньги России. На мосту сохранилась табличка с надписью: "Бедной Франции от богатой России".
  На набережной Сены стоит и статуя Свободы, а известная всему миру статуя в Нью-Йорке - только увеличенная во много раз копия.
  10-го августа возвращаемся на самолёте в Борисполь, с нами и Филипп Жерэн. Он везёт в Киев какие-то документы с фирмы "Сюкден" возможно, договор между фирмой, концерном "Укрцукор" и министром экономики Украины Банниковым. Что там написано, об этом нам знать не положено. Усталый от поездки, но довольный, возвращаюсь в Смелу.
  Недолго продержался Банников на посту министра экономики, его свалил инсульт, 30 августа его кресло занял Роман Шпек.
  
  4.Модернизация и производство сеялок.
  
  Сначала нужно проверить сеялку на патентную чистоту. Стараниями Банниковой Галины Степановны на заводе создан патентный отдел, она поручает патентоведу Безручко Александре произвести проверку. Имеются два французских патента, но на Украине они не зарегистрированы, патентная пошлина не уплачена, можно приступать к изготовлению.
  Главный инженер Викулов торопит с разработкой комплекта конструкторской документации на сеялку, к весне нужно успеть изготовить её и отправить на испытания. Я прошу изготавливать сразу две сеялки, вдруг в одной какая-то деталь поломается, замена всегда будет под рукой, он соглашается и отправляет моих конструкторов в с. Воронивку, где стоит сеялка "Пневмасем". Едут Лебедев, Паутов, Ивашов и Кривенёк. Распределяю ребят на копирование узлов, сам беру в руки ножовку и отпиливаю от 6-ти метровой балки образец профиля, по нему будет выполнен чертёж.
  Иду к директору совхоза Янковенко и прошу продать по мешку сахара для конструкторов по льготной цене, он не возражает. В Смелу возвращаемся с эскизами узлов сеялки и мешками сахара. Показываю Викулову образец профиля балки, прошу заказать её изготовление на специализированном заводе по изготовлению труб или закупить их во Франции. Через несколько дней он сообщает, что принято решение заказать изготовление балок на трубном заводе в Днепропетровске, но после поставки им комплекта валков для прокатных клетей. Оснастку поручает изготовить инструментальному производству, ответственным за своевременное её изготовление назначает Кудрю Владимира.
  Равноценную замену французским опорно-приводным колёсам удалось найти на "Днепрошине". Протектор крупный, исключающий проскальзывание, это важно для сохранения точности посева, но шины шире французских. Сохранить междурядье в 45 см. не удастся, поэтому решаю сделать уже на 8 мм корпуса высевных блоков. Зазор в кармане для семян уменьшится, но это на пользу - уменьшится расстояние между семенами и улучшится вакуумный присос семян к отверстиям. Заодно и уменьшаю количество лепестков на диске, их было 11, я оставляю 10, чтобы ворошить семена этого будет достаточно.
  Размеры прямоугольных труб для высевных секций не соответствуют французскому стандарту, переходим на отечественный. Долго не можем найти шланги пневмопроводов нужного диаметра, пока завод в Херсоне не соглашается изготавливать для "Оризона" требуемые. Уменьшать диаметр шлангов я не хочу, так как это изменит степень вакуумного разрежения в системе и потеряется взаимозаменяемость с французскими сеялками.
  Французские гидроцилиндры для подъёма маркеров меняем на отечественные, а также резиновые шланги для гидравлики, они выглядят не эстетично, но другого выхода у нас нет. Также приходится изменить вал пневмоагрегата из-за размера кардана, 6-ти шлицевых карданов Украина не производит.
  Комплект документации на сеялку готов, Викулов назначает ответственным за изготовление и сборку цех Љ 110 основного производства, а пневмоагрегат будут изготавливать инструментальщики. В помощь этим цехам подключает цех станков с ЧПУ Љ 112. Мне немного обидно за цех Љ 315, но я молчу, сознавая, что он прав, цех малочисленный и места для сборки сеялки там нет. Напоминаю, что необходимо ещё спроектировать и изготовить три стенда: гидравлический - для испытания маркеров, пневматический для определения степени разрежения в системе пневмоагрегата, и основной стенд для испытания сеялки после сборки всех узлов. Главный инженер обеспокоен - успеют ли твои конструктора? Я отвечаю утвердительно, если он освободит их от проектирования сварного варианта алюминиевого корпуса высевного блока, без подгонки отдельных "лоскутов" там не обойтись, проще это делать прямо в цехе. Викулов соглашается и поручает эту работу замначальника цеха по технике Глебову Михаилу, а проектирование стенда для испытания маркеров конструкторам отдела Љ 812, которым руководит Ярошенко Дмитрий. Я облегчённо вздыхаю, работать с Викуловым на этом этапе легко.
  Стенд для испытания сеялки проектируют конструктора из КБ Лебедева, а для испытания пневмоагрегата - из КБ Паутова. По-моему, молодой конструктор Марикуца Виктор допустил ошибку, снабдив барабаны для вращения колёс сеялки шипами, трения резинового протектора по стали будет вполне достаточно для сцепления, но я не вмешиваюсь, шипы можно будет потом легко срезать.
  Задерживается поставка профильных балок от Днепропетровского трубного завода им. Ленина, хотя агрегаты на сеялку уже готовы. Викулов приказывает наварить на стандартные прямоугольные балки профили для зацепов и вызывает из подсобного хозяйства "Тясмин" трактор для испытания. Испытание заканчивается неудачно, сеялка тяжёлая, при транспортировании в навесном положении передние колёса трактора приподнимаются от земли, а я радуюсь - есть время для облегчения за счёт сверления больших отверстий в задних чугунных колёсах сеялки. Эти колёса предназначены для засыпания борозды с семенами и уплотнения, чтобы семена имели контакт с почвой и этим ускорить поступление влаги и прорастание.
  Завод получает несколько профильных балок из Днепропетровска, после осмотра я их бракую - они имеют дефект, именуемый пропеллером. На меня давит производство, требуя подписать решение и допустить дефектные балки на сборку, я отказываюсь. Вызывают в цех Лебедева, он тоже непреклонен. Нас посылают в Днепропетровск исправлять дефекты, коль мы такие умные.
  Приезжаем на трубный завод, идём в цех, где в ряд стоят прокатные клети, они поочерёдно формуют из круглой трубы нужный для нас профиль. Похоже, что обжимные валки в двух последних клетях установлены с перекосом. Идём к начальнику цеха, требуем произвести наладку клетей. Он нас даже не дослушал, дефект ему известен, через час будет устранён, мы же ему нужны, чтобы подписать техническое решение о замене материала на более мягкую сталь, а также разрешить использовать в качестве исходных заготовок трубы длиной 9 м., других не будет. У меня уже созрело к тому времени решение о размещении опорно-приводных колёс сеялки не на концах балки, а ближе к середине, чтобы не переустанавливать их каждый раз при смене междурядий с 45 на 70 см, нагрузка на балку в этом случае уменьшается. Поэтому с предложением начальника трубного цеха я соглашаюсь и бумагу подписываю.
  Испытание сеялки происходит в свеклосовхозе с. Воронивка 14 апреля 1994 г. Немного рановато для посева свёклы, главный агроном измеряет температуру почвы, смотрит на яркое солнце и командует: "Двигай". Нашу сеялку тянет трактор с трактористом из Ольшанского сахзавода, за ним движется трактор с французской сеялкой. Посев происходит нормально, поломок не наблюдается, и я возвращаюсь в Смелу.
  Банников занимает должность генерального директора ПО "Оризон", но подлечившись, много времени проводит в Киеве, занимая небольшой номер-офис в гостинице "Предславинская". От него поступает команда вторую сеялку отправить в совхоз Белгородской области для посева лекарственных растений, размеры семян не известны, это меня смущает. Для решения технических вопросов на месте формируют команду во главе с Глебовым Михаилом, в неё включают Лебедева и двух слесарей. По их возвращении узнаю, что посев некоторых семян прошёл успешно, заправлял всем Глебов, а Лебедев использовал время командировки, чтобы проведать мать, проживавшую в Поволжье.
  От экс-министра экономики Банникова поступает новая команда: готовить производство к выпуску 1200 сеялок в год. Банников видит выход Украины из экономического кризиса в максимальном расширении производства и номенклатуры выпускаемых товаров. Я целиком разделяю точку зрения Юрия Александровича, смущает только отсутствие рынка сбыта. Наши сеялки Европе не нужны, у них свои есть, намного дороже, но по качеству лучше. Значит, нужно улучшать качество наших сеялок.
  Начинаю улучшение с внешнего вида. Прямоугольные трубы высевной секции имеют вмятины, изгиб их производили без песка-наполнителя. Прошу Глебова проследить, чтобы рабочие перед гибкой наполняли трубы песком, а после вытряхивали. Через некоторое время мне кладут на стол разорванную трубу, вот результат твоего предложения. Думаю, что я обратился не к тому начальнику, нахожу мастера Грецкого Владимира и прошу его проследить за процессом гибки труб. Всё происходит отлично, вмятин не наблюдается.
  Везём сеялку в с. Чубинское Киевской области, где происходит сельскохозяйственная выставка, её определяют на место возле сеялок завода "Червона зирка", но видеть "чужую" сеялку рядом со своей продукцией кировоградцы не хотят, её переставляют на другое место. Это результат конкуренции, к тому времени они уже изготовили украинскую сеялку СПС-12 подобной конструкции, по внешнему виду она выглядит хуже.
  На "Оризон" прибывает руководитель оборонной промышленности Украины, знакомится с образцами продукции, осматривает сеялку, его интересует, в чём её отличие от кировоградской. Я называю: более точный посев, уплотнённая борозда для семян за счёт килевидного сошника, более мощная крыльчатка для создания вакуума, большая номенклатура высеваемых семян и высокая производительность. Высокий гость уезжает, а через пару дней от Банникова поступает команда: Викулову выехать в Кировоград и ознакомиться с производством сеялок. Едем вдвоём с Виктором Николаевичем и осматриваем крупнейший завод по производству сеялок различного назначения. Нас хорошо встречают, показывают, рассказывают.
  Едем с Викуловым в Киев по вызову Банникова, он заводит нас в здание правительства, в кабинет руководителя "Оборонпрома" в ранге министра, там уже находится директор завода "Червона зирка". Краткое вступление делает министр: он хочет, чтобы Украина производила сеялки, не уступающие по качеству зарубежным, первые образцы изготовлены на "Оризоне", нужно организовать их серийное производство в Кировограде, что для этого необходимо?
  Директор возражает, их новая сеялка не уступает по техническим показателям сеялке "Оризона", а внешний вид они улучшат. Я выступаю в качестве технического оппонента: высевные диски в их сеялке меньшего диаметра, что снижает точность посева, устранение только этого недостатка потребует коренной переделки высевного блока, что приведёт к изменению конструкции всей сеялки. Кроме того, конструкция рамы сварная, что делает невозможной крепление узлов с двух сторон при изменении междурядий, у нас профильная балка позволяет легко передвигать по ней агрегаты на требуемое расстояние.
  Директор выдвигает последний аргумент: "Оризон" - государственное предприятие, а у него - ассоциация акционеров, в каком виде предусматривается совместная деятельность двух разных форм собственности, кто кому должен подчиняться в случае возникновения разногласий, а они неизбежны?
  Банников и министр смотрят друг на друга, но молчат. Я догадываюсь, что они думают. Банников: "Выкупи у этих чёртовых акционеров часть завода, я сделаю там свой филиал!". Министр: "Если я только попытаюсь затронуть интересы акционеров, журналисты поднимут шум
   и я лишусь своей должности. Да и нет в моём распоряжении денег!".
  Выходим из кабинета министра и дружески прощаемся с умным директором "Червоной зирки". Он одаривает нас стишком: "Ты лиса, а я бобёр, ты хитра и я хитёр".
  На "Оризоне" начинается конкретная реализация подготовки производства к выпуску 1200 сеялок в год. В новом корпусе готовится производственный участок с несколькими рядами слесарных верстаков и площадкой крупногабаритной сборки одновременно не менее пяти сеялок, к его планировке приглашают и меня. В цехе 110 создаётся участок литья блоков высевных корпусов методом выжигания моделей. Это новинка в литейном деле, для её реализации заключается договор с киевским "Институтом проблем литья". Начальником литейного участка назначают Калинина Виктора, без должного образования, но с твёрдым характером. Первые образцы литья получаются бракованными, с раковинами и недоливами, их приходится дорабатывать. По мере роста квалификации рабочих качество несколько улучшается, но этого недостаточно. На Калинина обрушивается шквал критических замечаний, он долго терпит, потом пишет заявление об уходе.
  Начальником литейного участка становится Манько Николай, по характеру спокойный и рассудительный, он налаживает взаимоотношения с рабочими и руководством. Медленно, но верно качество литья улучшается, но хлопот метод литья по выжигаемым моделям принёс заводу очень много, а в экономическом отношении - одни убытки. Моё мнение - необходимо было изготавливать части конструкции литьём под давлением, а потом эти куски сваривать, как это делали французы. Впрочем, задним умом мы все сильны, я тоже не представляю собой исключение.
  Исправляю недостаток французских сеялок - они не имеют грузоподъёмных зацепов, рассчитаны на подъём снизу с помощью вилочных погрузчиков. На Украине такие погрузчики имеются в редких хозяйствах, большинство подъёмных операций производится с помощью автокранов. Чертежи деталей разрабатываю и вычерчиваю сам, они должны быть лёгкими и выдержать 2,5 кратную перегрузку. Конструкция мне удалась, коль заслужила похвалу въедливого и грамотного слесаря Бондаренко, самого "злого", но часто и справедливого цехового критика конструкторских решений. Грамотным слесарям из цеха я даже благодарен: критика "снизу" полезна и помогает конструкторам в поиске лучших вариантов.
  Я надоедаю толковому конструктору пресс-форм Маширю Сергею просьбой о конструировании оснастки для литья из резины задних прикатных колёс сеялки. Они представляют шины атмосферного давления, очистка поверхности от налипшей земли происходит автоматически. Сергей просвещает меня - технология изготовления таких шин требует горячего пара, в условиях нашего завода невыполнима. Чтобы убедить меня, предлагает ознакомиться с производством на заводе РТИ, я еду с Маширем в Белую Церковь. Нас хорошо встречают, предлагают оформить заказ на изготовление таких шин, но услышав цифру в 10 - 20 тыс. штук в год, решительно отказывают. Им нужен заказ на сотни тысяч или миллион штук.
  Иду на свой участок изготовления резиновых изделий, советуюсь с его руководителем, обсуждаем возможность изготовления не цельной, а разрезной шины, края будут зажиматься металлическими дисками. Он меня обнадёживает - нет проблем. Через пару недель в цех начали поступать шины атмосферного давления в требуемом количестве и хорошего качества. Это позволило снизить вес сеялки, отказаться от скребков и загортачей.
  К концу года производство изготавливает несколько десятков сеялок, мы получили разрешение на изготовление опытной партии, количество в ней умно не указано, можно потянуть время государственных испытаний и сертификации. Для финансирования работ создаётся совместно с концерном "Укрцукор" предприятие "Оризон-Агро". Директором назначают Кононенко Юрия Денисовича, имеющего опыт работы начальника производства.
  Меня беспокоит балансировка крыльчатки пневмоагрегата, она вращается со скоростью 5000 оборотов, стенд для динамической балансировки необходим, но его нет. Пока что балансировку производит опытный слесарь-инструментальщик статическим методом, вручную вращая крыльчатку, установленную на призмах. Уму непостижимо, но балансировка ему удаётся, я восхищён мастерством умельца. Стенд для балансировки завод так и не приобрёл. Зачем, если имеется мастер "золотые руки"!
  После изготовления первых сеялок "Оризон" посещают французы, кажется с фирмы "Сюкден". Я составляю для них программу посещения и осмотра завода, согласовав с Викуловым, указываю время обеда. В конце дня - знакомство с конно-спортивной школой в подсобном хозяйстве "Тясмин". Тренер Чернат Николай Петрович предупреждён, готовит к приезду гостей интересную конную программу, включая рубку лозы шашкой.
  Гостей встречает директор завода Сиренко Владимир Евгеньевич, догадываюсь, что с Банниковым французы уже встречались в Киеве. Осмотр сеялок и обед затянулись, гостеприимные хозяева организовали встречу по высшему разряду, правда, не в ресторане, а в отдельном помещении заводской столовой на первом этаже. Среди французов находятся знакомые мне Филипп Жерен и киевлянин Пшенник Юрий Леонтьевич. Пытаюсь узнать их впечатление от замены комплектующих сеялки на украинские. Юрий Леонтьевич замену хвалит, Филипп отвечает, что всё сфотографировал, снимки покажет специалистам. Понимаю, что этот визит носит ознакомительный характер. Показать гостям конноспортивную программу не удалось, время истекло, гости уезжают в Киев.
  Следующий визит французов на "Оризон" происходит осенью. За день до посещения прилетает из Парижа Юбер де Морож, мне Кононенко предлагает встретить его в аэропорту "Борисполь", по пути забрать в Черкассах переводчицу Оксану. Я недоумеваю, зачем Юберу переводчица, он прекрасно говорит на русском языке, но молчу.
  С Юбером встречаемся, как старые знакомые, он просит подождать получения багажа, указывает на большой чемодан на колёсиках, мне приходится его принять, так как француз увлёкся разговором с Оксаной. Выходим на площадь, где его уже поджидает машина и Юбер с Оксаной уезжают в Киев, а я возвращаюсь в Смелу.
  Делегация французов на этот раз представительная, около шести человек из разных фирм, запомнились только названия - "Делепланк" и "Матро". Некоторые французы проживают в Киеве, имея там постоянные представительства, а господин Д АЛЭС Фредерик даже в Шполе, на ул. Слободской, если верить сохранившейся у меня визитной карточке. Предлагают организовать на "Оризоне", кроме сеялок, совместное производство культиваторов и некоторых других сельхозмашин, просят показать производство и ознакомиться с обширной территорией завода. Я воздерживаюсь от конкретных ответов - решение этих вопросов в компетенции только руководства завода.
  Объезжаем на автобусе территорию внутри завода, в некоторых местах французы просят остановиться и осмотреть корпуса снаружи. После одной из таких остановок обнаруживаю, что исчез Юбер де Морож. Иду его искать и нахожу в заброшенном котловане, выкопанном для строительства здания. Он разговаривает по радиотелефону, увидев меня смутился. Я приглашаю его в автобус, нас ждут. Зачем он залез в котлован, деликатно не спрашиваю.
  Делегация французов уезжает, пообещав приехать снова с конкретными предложениями о совместном производстве, а я анализирую поведение Юбер де Морожа. Из состава делегации он был самым неразговорчивым, говорил только через переводчика, своё знание языка скрыл, Оксану с собой на завод не привёз, сказал, что возвратилась в Черкассы.
  К этому времени я уже прочитал "Ледокол" Виктора Суворова, нашумевшее произведение сбежавшего на Запад советского разведчика Владимира Резуна. Знаю, что его родители проживают в Черкассах, жизнь у пенсионеров сейчас тяжёлая, возможно, он через Оксану оказывал родителям материальную помощь. Поступок вполне достойный для сына, с какой стороны его не рассматривай. Правда, за предательство Владимир Резун осуждён судом к высшей мере наказания. Советского Союза уже нет, но остались в живых бывшие коллеги Резуна, которые могут привести приговор в исполнение. После прочтения "Аквариума" я автору не верю, что сбежав к англичанам, он никого не выдал. Все разведки мира одинаковы, в благородство англичан я не верю. Решаю о своём подозрении, что Владимир Резун скрывается под именем Юбер де Морожа никому не говорить, дальнейшая жизнь всё расставит по своим местам.
  Последнее посещение "Оризона" делегацией французов происходит в присутствии Банникова. Юрий Александрович лишился поста министра экономики после болезни из-за своего неугомонного характера. Киевскому окружению Президента не понравилась самостоятельность Банникова в принятии решений, особенно курс на резкое увеличение производства украинских товаров. Многие желают покупать товары с запада, ссылаясь на их лучшее качество, не обращая внимания на плачевное состояние экономики Украины, можно неплохо жить, загоняя страну в долги.
  Я присутствовал в кабинете Банникова на приёме делегации. Представитель французских фирм по изготовлению сельскохозяйственной техники предлагает организовать на "Оризоне" совместное производство на условиях поставки 50% узлов из Франции для сборки сеялок, свеклоуборочных комбайнов, опрыскивателей и культиваторов. Сбыт этой техники должен быть рассчитан на страны СНГ и Украину. Для руководства этим Объединением необходимо создать Директорат из представителей "Оризона", концерна "Укрцукор" и от французов. Рисует мелом на доске круги, соединяет их стрелками и просит высказать своё мнение присутствующим работникам "Оризона".
  Мы молчим и сморим на Банникова, как он скажет, так и будет, к самостоятельным решениям таких крупных вопросов мы не готовы, хотя я знаю мнение Викулова - хорошо бы организовать сборку комбайнов и опрыскивателей в пустующем корпусе строительного производства, этот корпус мы с ним ходили осматривать, но он тоже молчит. Банников смотрит на меня и Викулова сверху очков, как бы говоря: "Высказывайтесь, привыкайте к видимости демократии, а будет так, как я решу". Первым высказываюсь я, поддерживая предложение французов. Банников выставляет меня из кабинета, предлагая ещё раз хорошо обдумать последствия такого решения.
  Усаживаюсь в приёмной на диван и обдумываю своё решение и его последствия. На меня изредка бросает участливые взгляды Лена, секретарь Банникова. Решаю, что я правильно поступил, поддержав предложение о создании совместного украинско-французского предприятия. Конечно, это отступление экономически слабого "Оризона" перед сильным западным партнёром, но это позволит создать не меньше сотни рабочих мест, заимствовать передовую технологию и получить доступ к инвестициям. И никто ещё не доказал, что в борьбе за выживание нет места временному отступлению. Правда, отступление очень даже значительное, по сравнению с 1961 годом, когда свеклоуборочный комбайн КС-3 с приспособлением для поточной уборки получил диплом и Гран-при на всемирной выставке в Брюсселе.
  Начинаю рассуждать с позиции Банникова. Он - генеральный директор государственного предприятия, не имеющий заказов и поддержки от государства, наоборот, "Оризон" должен отчислять какую-то долю от своей мизерной прибыли на содержание государственного аппарата. В этой ситуации Банников связан по рукам и ногам, не смея нарушить структуру завода, поэтому предложение французов он не принял. Решаю, что правы мы оба, я и Банников. С облегчением на сердце возвращаюсь в конструкторский отдел.
  Перед Рождеством получаю по факсу именное поздравление из Франции от фирмы "Матро", подписанное генеральным президентом и директором Жан Поль Матро. Конечно, фирма разослала подобные поздравления многим адресатам, но мне дорого внимание этого талантливого конструктора, руководителя и чуткого человека, заботящегося и сейчас о сохранении памяти по советским военнопленным, погибших в немецком концлагере. Решаю послать ответное поздравление с помощью переводчика из отдела навигации, знающего французский язык. Он пишет текст, и я направляюсь к факсу. Ответный аппарат стоит на автоответчике, иностранным языком я не владею, поэтому не знаю, дошло ли моё послание до фирмы "Матро".
  Такого вида "общение" с фирмой вселяет в меня уверенность, что я был прав, поддержав идею о создании совместного с французами предприятия. Предлагаю Викулову поговорить с Банниковым и послать господину Матро факс, с приглашением посетить "Оризон" вместе с супругой. Удобный номер для их проживания в заводской гостинице имеется. Не знаю, говорил ли Викулов на эту тему с Банниковым, а я сам с ним вести разговор не решаюсь.
  Финансовое положение "Оризона" продолжает ухудшаться, особенно после банкротства банка "Украина", конструкторам всё чаще задерживают зарплату или предлагают вместо денег сахар, я получаю шесть мешков, но продать их не могу, запас сахара у населения есть. Рабочим в цехе, собирающим сеялки, зарплату ещё выплачивают. Уходит работать сантехником в котельную Лебедев Николай, им зарплату пока выплачивают регулярно.
  Узнаю, что в Киеве произошли сокращения и среди артистов театра оперы и балета. Вытолкали на пенсию и 63-х летнего певца Анатолия Соловьяненко, руководящие работники культуры не желают, чтобы публика слушала лауреата Ленинской премии. В Коммунистической партии артист никогда не состоял, перед работниками культуры не пресмыкался, всегда говорил то, что думал. Через два года решили увеличить мизерную пенсию, присвоив Соловьяненко звание Народного артиста Украины, на что певец ответил так: "Только в нашей стране это высокое звание могут присвоить безработному артисту".
  
  5. Командировка в Туркменистан.
  
  Банников отправляет одну из сеялок в Россию, пытаясь организовать там их продажу. Я разговариваю на эту тему с Викуловым, приходим к выводу, что без сопровождения сеялки подготовленным слесарем или конструктором, эта затея обречена на провал, тем более что политические взаимоотношения с Россией продолжают ухудшаться. Украинские добровольцы уже воюют в Чечне на стороне Джохара Дудаева, пытающегося создать независимую от России республику. Он надеется на финансовую помощь со стороны США, предлагая им богатые нефтяные месторождения за 50 млрд. долларов.
   Сделка не состоялась, правительство США не решилось на явное нарушение международного права, решив действовать через своих друзей-исламистов. Кто-то из союзников Дудаева предложил нефтяным королям отвоевать для них эти месторождения всего за 33 млрд. Началась кровавая война в Чечне и террористические акты в России. Чеченцы и приехавшие на Кавказ исламисты воюют с россиянами и соперничают между собой за право получения долларовых влияний от различных частных организаций. Кто за ними стоит, остаётся только догадываться. Мечта генерала Дудаева, бывшего командира советской авиадивизии, базировавшейся на аэродроме Полтавы, женатого на украинке, терпит крах. Он же мечтал на деньги США создать Чечню, где в каждом доме лилось бы из крана верблюжье молоко.
  Украина испытывает острую нехватку хлопка, едва работает Херсонский хлопчатобумажный комбинат, крупнейший в Европе. Заяц Александр Семёнович предлагает Банникову организовать производство сеялок для посева хлопка на "Оризоне", возобновить хлопководство возможно в южных областях Украины, раньше там хлопчатник сеяли. Меня командируют в Ашхабад, столицу Туркменистана, с заданием ознакомиться с производством хлопчатника и возможностью сбыта наших сеялок. Для этого находят огромную сумму в купонах, равную более 200 долларам. При получении денег в заводской кассе присутствует главный экономист "Оризона" Усенко Наташа, рекомендует часть купонов поменять на доллары.
  Лечу из Борисполя в Ашхабад на самолёте, принадлежащем авиакомпании Туркменистана, топлива для украинских авиаперевозчиков нет. Таможенники в аэропорту Ашхабада спрашивают, нет ли у меня водки или порнографической литературы, провоз их запрещён, потом пропускают в здание. Уже наступила ночь, необходимо доехать в город до гостиницы. Соседи в зале рекомендуют дождаться утра, сейчас курсируют только такси, с иностранцев водители требуют огромные суммы, а могут и ограбить. Цены в гостиницах для иностранцев тоже высокие, не менее 30 долларов за сутки проживания. Решаю дождаться утра, сидя на скамейке и часто просыпаясь.
  Ранним утром приезжаю на улицу Азады кеч в Министерство сельского хозяйства и продовольствия Туркменистана. Сегодня 8 Марта 1995 года, но Министр Нурыев Тагандурды Нурыевич уже на работе. Захожу в кабинет, представляюсь, что я с Украины. Не дослушав до конца, Нурыев свирепеет:
  - Почему правительство Украины не выполняет своих договорных обязательств о поставке в Туркменистан зерновых сеялок из Кировограда, шин из Белой Церкви, поликлиновых ремней из Лисичанска, подшипников из Харькова и Винницы, разбрасывателей удобрений из Хмельника? Я чем должен проводить посевную? Ваш президент Кучма при недавнем посещении наобещал нам три короба в обмен на поставку газа из Туркменистана и уехал, оставив в Ашхабаде два украинских троллейбуса. Он что, думает, что я этими троллейбусами буду проводить посевную?
  Когда министр облегчил душу, высказав ещё несколько неприятных фраз в адрес Украины, объясняю, что я и приехал, чтобы организовать сбыт сеялок в Туркменистан, показываю проспекты, рассказываю, какие семенные культуры они могут сеять. Нурыев выслушивает и меняет гнев на милость, говоря:
  - Всё будем брать, что дадите, но только по клирингу за газ. Другой валюты у меня нет! Иди к Аристову, я ему дам команду.
  Нахожу начальника управления растениеводства Аристова Юрия Александровича, он внимательно меня выслушивает, вникая во все детали. Предлагает одну сеялку отправить на испытания в Южную машиноиспытательную станцию, расположенную возле Теджена, а пока поставлять агрегаты сеялок и соединительные детали на предприятие "Ника", там он намерен организовать сборку сеялок. Интересуется возможностями сеялки, для посева хлопка, я отвечаю утвердительно, необходимо только изменить диаметр и количество отверстий в дисках. Аристов сомневается, голые семена хлопчатника имеют короткую опушку, сцепляются друг с другом, поэтому на сеялки приходится усаживать сзади людей, которые палками ворошат в баках семена.
  Прошу дать указание о подготовке для меня технического задания на разработку конструкции хлопковой сеялки в условиях Туркменистана. Аристову это предложение нравится, сразу же вызывает подчинённого инженера из отдела механизации, даёт ему команду совместно со мной такое техзадание подготовить. Сетует на то, что республика не имеет собственного сельхозмашиностроения, раньше хлопковые сеялки поставлял им Узбекистан, сейчас политические взаимоотношения осложнились. Рекомендует за основу конструкции принять сеялку часто-гнездовую СЧХ, снабжает меня руководством по эксплуатации, шутит, говоря, что в случае успеха туркмены будут называть меня "великим человеком". Расстаёмся хорошими друзьями.
  Контора предприятия "Ника" расположена в одной из комнат 4-х этажного здания, возле завода "Туркменэнерголегпром", на первом этаже размещается их заводик, точнее мастерская. О моём приезде они предупреждены, меня встречает директор фирмы Саркисов Сергей Сергеевич, ведёт в контору, только после пары пиал ароматного чая начинается деловой разговор. Показываю им проспект нашей сеялки, рассказываю о конструкции и характеристике, мне задают толковые вопросы. Оказывается, они уже изготавливают сеялки собственной конструкции, заимствовав ряд узлов от разных сеялок. Конструкция получилась немного тяжёлая для 3-х колесных маломощных тракторов. Предлагают организовать поставку с Украины высевных секций, пневмоагрегатов и укороченной балки, сборку 4-х рядных сеялок они будут производить сами. Маркеры для сеялок не нужны, борозды для орошения готовятся заранее. Обещаю им организовать поставку после решения вопроса о клиринге.
  На предприятии узнаю, что недавно в Ашхабад прилетал француз Юбер де Морож, предлагал покупать сеялки, посетил и предприятие "Ника", разговаривал на русском языке. Я убеждаюсь, что это мой старый знакомый. Очевидно, он сочетает работу по экспорту сеялок с работой в разведке на одну из стран NATO, а может, просто подрабатывает, забросив шпионскую и литературную деятельность под псевдонимом Виктора Суворова. Жизнь за границей требует больших расходов, охранять и подкармливать перебежчиков из СССР британская разведка не обязана.
  Меня поселяют в дешёвой министерской гостинице. В номере клопы, на общей кухне тараканы, но жить можно. Хочу вскипятить на газовой плите чай, но на кухне нет спичек, приходится идти в ближайший магазин, да и съестного нужно купить, хорошая столовая в здании министерства по вечерам не работает. В магазине с меня требуют талоны, я удивляюсь, спички по талонам? Продавец расспрашивает, откуда я такой наивный появился? Отвечаю - с Украины. Он, молча, подаёт мне две коробки спичек, предлагает купить колбасу, рис, и развесной чай, если у меня есть рубли, доллары или манаты. Расплачиваюсь манатами, которые обменял за доллары в аэропорту. Продавец советует поспешить в хлебный магазин, объясняет, что на хлеб талоны не требуются, а всё остальное - по талонам. Спешу за хлебом, беру буханку, но на кассе продавец отсутствует. Мне объясняют, цена за буханку хлеба ещё советская - 20 копеек, каждый покупатель платит, сколько хочет, а кассиры на это время со своих рабочих мест уходят, чтобы не иметь лишних хлопот со сдачей, в накладе они не будут. Узнаю, что в Туркменистане для населения бесплатные газ, вода и электроэнергия, все расходы на их производство и доставку несёт государство.
  В гостинице полно жильцов, оказывается, это возвратились с занятий слушатели семинара хлопкоробов, который проходит в это время в Ашхабаде. Пожилые и среднего возраста туркмены хорошо говорят на русском языке, многие раньше служили в Советской Армии. По характеру я не очень общительный человек, но мне необходимо узнать мнение туркмен о сеялке "Оризон". Дождавшись конца чаепития, захожу в большой номер, за столом и на койках сидят около шести человек. Представляюсь и кладу на стол несколько проспектов сеялки. Посмотрев картинки, хлопкоробы устраивают мне настоящий экзамен, спрашивая, сможет ли сеялка, кроме свёклы, кукурузы и хлопка высевать ещё кунжут и кенаф. Интересует их точность высева, глубина и расстояние между семенами, возможность высева нескольких семян в одно гнездо. Похоже, что перекрёстный допрос-экзамен я выдержал.
  Старший туркмен объясняет, что сеялки им нужны 4-х рядные, для поливного земледелия трудно найти большие ровные поля, где вода может долго задержаться в бороздах для полива. Размер поля в каждом случае определяет ответственный за полив - арыкчи. Размер междурядий в районе возле Ашхабада составляет 60 см, а возле Ташауза - 90 см. Средний размер поля для хлопка составляет около 2,5 га, это связано ещё с семейным подрядом, который широко распространён в колхозах Туркменистана, где средний состав семьи состоит из пяти и более человек.
  Неодобрительно качают головами, узнав, что на Украине колхозы уничтожили, по мнению хлопкоробов, колхозы - идеальная форма сельскохозяйственного производства, при наличии семейного подряда, лучше придумать невозможно. Без колхозного строя неизбежно появятся богатые баи и бедняки. Пытаюсь узнать их мнение о фермерстве, туркмены объясняют - зажиточные фермеры, захватив большие участки земли, сами на них работать не смогут и станут баями, на них будут работать бедняки.
  В качестве успешного хозяйства называют свой колхоз им. Садулы Разметова возле Ташауза, которым ещё руководит дважды Герой Социалистического Труда Садула Разметов. Колхоз владеет хлопкоочистительным заводом, и каждый год расширяет поля для посева хлопчатника, удлиняя канал и расчищая старое русло Узбоя. Оживляются, рассказывая, что под слоем песка часто находят огромные стволы корней винограда, много веков назад вокруг Узбоя была процветающая страна с прекрасным климатом, а город Астрахань в дельте Волги основал их соотечественник Астра-хан.
  Колхозники угощают меня вкусными ядрышками абрикосов, ловкими ударами раскалывая скорлупу. У каждого из них имеется по мешочку высушенных косточек. Я выражаю опасение, что имеющаяся в ядрах синильная кислота может быть опасна для здоровья. Туркмены смеются, это их традиционное лакомство, которое они берут в дорогу, если кислота там была, то она давно высохла.
  Днём я занимаюсь составлением техзадания на сеялку совместно с Малофеевым Юрием Николаевичем, инженером отдела механизации из Ассоциации " Обахызмат". Быстро набрасываем проект текста, можно отдавать в печать, но происходит заминка с фамилиями должностных лиц, с которыми нужно согласовать техзадание. Юрий Иванович сообщает, что один из них иранец, а второй турок, они имеют своих сторонников в окружении министра. Нурыев - патриот своей страны, может не посчитаться с мнением советников, но с нашей стороны будет нечестно добавлять министру лишние неприятности. Решаем на утверждение министра техзадание не представлять, ему сейчас навязывают покупку большой партии семенного картофеля из Ирана, нужно заново переделывать готовый и согласованный с хозяйствами план посевной.
  Я купил железнодорожный билет до Теджена, в его окрестностях находится Южная машиноиспытательная станция, где намечается испытание наших сеялок. Малофеев - пессимист, считает такую поездку без сеялки преждевременной, для испытателей важен только действующий образец. Его доводы выглядят разумными, я соглашаюсь. Он сопровождает меня на биржу, указывает на окошко, здесь необходимо сделать отметку в товарной накладной о поставке продукции в счёт клиринга за газ. Сотрудник биржи сообщает мне, что на накладной должна быть отметка ашхабадской таможни, я на троллейбусе еду в таможню. Таможенник обрадовал меня, сказав, что таможенных сборов за поставку товаров по клирингу не берут.
  Вечером делюсь с соседями по гостинице своими заботами. Хлопкоробы сообщают, что они рассказали преподавателю семинара о сеялке "Оризон", предлагали покупать такие сеялки для Туркменистана, чем вызвали его замешательство. Преподаватель ответил, что Туркменистан находится в зоне влияния Ирана и Турции, только эти страны будут решать, какими сеялками производить посев, а для поставки газа в Иран будет построен газопровод. Утешают меня, предлагая написать письмо председателю колхоза Садуле Разметову, президент Ниязов - его друг, он разрешит поставку наших сеялок в Туркменистан.
  Я сочиняю письмо дважды Герою, а мусульмане побежали в магазин за водкой. Приносят бутылку турецкой, очень дорогой, водочный завод в Ашхабаде не работает второй месяц из-за отсутствия спирта. Меня угощают, всем досталось грамм по 50. Турецкая водка отвратительная на вкус, но я молчу, боясь вызвать недовольство у гостеприимных туркменов, они же эту водку ругают, ударившись в приятные воспоминания о русских крепких напитках.
  В качестве подарка раздаю проспекты, хлопкоробы просят их подписать, обязательно указать фамилию того лица, кому предназначен проспект. Называют по очереди свои труднопроизносимые имена и фамилии, я пишу, стараясь не делать ошибки. Тепло прощаемся, завтра рано утром они улетают домой в Ташауз, сейчас он переименован в Дашховуз, а слово район заменили на виайлет. Топлива в Туркменистане много, авиабилеты дешёвые, колхозники предпочитают путешествовать на самолётах, а не объезжать пустыню Кара-кум на поезде.
  Выходной день решаю провести в Фирюзе. Это дачный район возле Ашхабада, по слухам очень красивый, с подземным озером в огромном гроте. Становлюсь в очередь на микроавтобус "Тоёта", но водитель, признав во мне иностранца, запрашивает деньги за проезд в пятикратной цене, я молча отхожу в сторону. Вместо Фирюзы еду троллейбусом на центральный рынок. На троллейбусе красивая надпись на украинском языке "Незалежному Туркменистану від незалежної України". Билеты за проезд очень дешёвые.
  Рынок поражает обилием овощей, зелени и фруктов, особенно красивы пирамиды из огромных туркменских дынь, распространяющие вокруг приятный аромат. В чайханах сидят, вытянув горизонтально ноги, седобородые старики в тюбетейках, расшитых красивым узором, пьют из пиал чай и ведут неторопливую беседу. На вертелах чайханщики жарят мясо, подогреваемое лучами электрических рефлекторов. Цены на рынке дешёвые, талоны здесь не действуют.
  После рынка посещаю историко-краеведческий музей, удивляюсь чучелу орла с 4-мя лапами. Его подстрелил охотник-туркмен, а чучело подарил музею. Захожу в книжный магазин и за смешную цену приобретаю книгу "Всадники в Каракумах". Поражает описанное в книге достижение туркменских джигитов, которые в 1935 году совершили пробег от Ашхабада до Москвы на конях ахалтекинской породы. Все тридцать участников пробега были награждены орденами Красной Звезды.
  Завершаю выходной посещением русского драматического театра, смотрю комедийный спектакль. Ночью пешком возвращаюсь в гостиницу, на улицах горят фонари, обстановка спокойная, хотя ни одного стража правопорядка я не заметил. В отличие от Киева, полицейских в Ашхабаде мало.
  На другой день в канцелярии министерства получаю несколько фирменных бланков, объяснив, что на них будет отпечатан протокол с итогами моей командировки, потом иду в управление растениеводства. Аристову разговаривать со мной некогда, он сообщает, что в министерстве намечается сокращение штатов, его должность ликвидируют, итогового протокола никто не подпишет. Советует мне решать вопросы поставки сеялок по клирингу через посольство Туркменистана в Киеве, со стороны Ашхабада препятствий не будет.
  Возвращаюсь в Борисполь 14 марта на самолёте, заплатив за билет 103 доллара, для граждан Туркменистана стоимость пролёта составляет лишь 30% от этой суммы. Салон самолёта и багажное отделение заполнен картонными коробками и сетками с ранней зеленью, дынями, овощами и фруктами, пассажиры дышат приятным ароматом. Завтра эти дары природы появятся в магазинах и на рынках Киева.
  Письменный отчёт о результатах командировки отдаю Викулову. Виктор Николаевич выглядит озабоченным, своё мнение о результатах командировки не высказывает. Я понимаю, что вопрос о поставке сеялок по клирингу в правительстве Украины ещё не решён, заводу же нужна предоплата за сеялки, которую он надеется получить из Киева.
  Забегая вперёд, сообщаю читателям, что дешёвого газа из Туркменистана в обмен на промышленные товары и продукцию сельхозмашиностроения Украина так и не получила, несмотря на старания Банникова и доводы правления концерна "Укрцукор". Слишком большую власть заимели прозападные советники в окружении двух президентов - Кучмы и Ниязова. Такова цена фиктивной "незалежності" этих стран. В связи с резким подорожанием цены на газ и мазут начинают постепенно прекращать работу сахарные заводы, сокращаются посевы сахарной свеклы.
  Во время одной из командировок посещаю посольство Туркменистана в Киеве, разговариваю по телефону с помощником посла Ахмамедовым Ашуром Атаевичем. В ответ на мои вопросы о поставках по клирингу он ответил, что вопрос решён положительно в пользу частных компаний, назвать украинскую компанию отказался, сославшись на коммерческую тайну. Мне кажется, что впоследствии я владельца этой компании вычислил, узнав из СМИ, кто участвует в строительстве моста через Амударью. Дешёвый Туркменский газ владелец компании получил, а кому перепродал и по какой цене - неизвестно. Любознательный читатель фамилию этого новоявленного украинского миллиардера сам может отгадать, узнав, откуда у президента появились деньги на создание благотворительного фонда своего имени. Впрочем, это материал для детективов, криминальными разборками я не занимаюсь.
  В апреле 1995 г. мощное производственное объединение "Оризон" распадается на 22 предприятия, которые Банников отпускает в свободное плавание, сохранив должность и авторитет генерального директора. Каждое предприятие создаёт свою дирекцию, резко поднялся спрос на бухгалтеров, специалистов по отчётности. Работает предприятие или нет, но ежемесячную отчётность они обязаны представлять вовремя, за этим следят ревизоры.
  Меня с остатками конструкторского отдела сначала переводят в фирму "Оризон-СКТБ", потом в "Оризон-прибор", потом в "Оризон-маш", а заканчиваю свою трудовую деятельность в должности ведущего инженера-конструктора приборостроительного завода "Радуга". Сообщаю эти подробности, чтобы читатели имели возможность ознакомиться с историей выживания и развала некогда могущественного предприятия "Оризон".
  
  6. Борьба за жизнь завода и сеялки.
  
  Между тем, завод продолжает работать, разделившись на мелкие предприятия и списав часть долгов на фирму "Радиоприборный завод", которой согласился руководить Стоецкий Николай Иванович, набрав штат работников на период оформления банкротства. Продолжает работать телевизионное производство, разделившись на два завода по производству цветных и чёрно-белых телевизоров. Успешный старт взял завод "Спектр", который возглавил Волошин, а также предприятие по производству электронных весов под руководством Коханенко Владимира Степановича.
  Транспортный цех преобразовали в предприятие "Оризон-транс", им стал руководить Слипченко, бывший водитель Банникова. Предприятие некоторое время выживало, продавая автомобили, потом разрушилось.
  Предприятие "СКТБ-Оризон", директором которого стал Терехов Сергей, совместно с Институтом монокристаллов разработало конструкторскую документацию и приступило к серийному выпуску томографов "ТАМАРА" для ведущих медицинских учреждений Украины и России. Около года мой конструкторский отдел работает под руководством Терехова, я занимаю должность главного конструктора сельскохозяйственной техники фирмы "СКТБ-Оризон", занимаясь подготовкой сеялки к сертификации и сопровождением производства. У Терехова полно своих забот с выпуском томографа, в дела моих конструкторов он разумно не вмешивается, но поступившие на сертификацию сеялки деньги расходует на томограф. Я надоедаю ему своими претензиями, он ссылается на отсутствие указания о сертификации в денежном переводе. Формально он прав, но потом меняет своё решение, конструктора моего отдела получают задолженность по зарплате и возможность продолжать работу. Сергей Терехов в сложной ситуации проявил себя честным человеком, а я - конфликтным, меня с отделом переводят в "Оризон-прибор", которому подчиняется цех, выпускающий сеялки.
  По прежнему "Оризон" лидирует в разработке навигационных приёмников, выпустив около трёх тысяч комплектов аппаратуры проекта "Чёлн", разделившись на три предприятия - "Оризон-Навигация", "Навис-Украина" в Смеле и "КБ Навис" в Москве. Некоторое время, по моей просьбе, им приходится заниматься и вопросами точного земледелия, предоставив приборы Национальному аграрному университету для определения координат посевных полей, потом это направление исчезнет из-за отсутствия финансирования. Точное земледелие предназначено для определения участков с разной урожайностью, с помощью датчиков, установленных на комбайнах, связанных с навигационным прибором. Потом на участки, где урожайность выше, будут вноситься большие дозы удобрений, чтобы компенсировать вынос питательных веществ из почвы и обеспечить высокий урожай в следующем году. Эксперимент мы проводим, составляя карту кукурузного поля в с. Сидоровка Корсунь-Шевченковского района.
  На несколько лет растянулись сроки разработки и утверждения технических условий на сеялку универсальную 12-тирядную модели Су-12 "Оризон". В помощь моим конструкторам Викулов подключает КБ Баля Валентина и решает вопрос финансирования при копировании документации на кальку, чтобы иметь заводской учтённый экземпляр. Я заканчиваю чертить кинематическую схему сеялки, разрабатываю техзадание и проект ТУ. Стакиваюсь необходимостью перевода компьютеров на украинский язык, приглашаю из "Навигации" отличного программиста Гудкова Владимира, он и выполняет эту работу, а я с облегчением вздыхаю, когда с трудом удалось "выбить" для него обещанные 70 гривен.
  Копированием конструкторской документации на кальку занимаются, вместо чертёжниц, квалифицированные конструктора: Сахацкая, Войтенко, Моисеенко и другие. Кальки не жалеют, оплата зависит от размеров чертежей, а им тоже хочется заработать. После проведения нормоконтроля и сбора необходимых подписей сдают кальки на хранение в архив. Меня не устраивает эта рутинная работа, так работали ещё вначале века, но необходимой современной техники у меня нет, даже большого ксерокса. Кальки чертежей на сеялку хранятся в архиве ОТД без применения, цех продолжает производство сеялок по своему старому конструкторскому экземпляру, за сохранностью и выдачей чертежей на рабочие места следит архивариус цеха Душко Антонина да я, корректируя лишь цеховой экземпляр.
  Становится немного легче работать после образования ассоциации "Механика", которую возглавил Ищенко Николай Иванович. Он заключает договоры на поставки сеялок и через него идёт оплата за изготовление. Службу снабжения возглавил Мазур Александр, я просто сообщаю ему необходимые изменения в материалах и комплектующих, отпала необходимость корректировать ведомость покупных и комплектующих изделий, которую составило бюро АСУП и его начальник Озеряник Нина. Конечно, это нарушения ЕСКД и заводских стандартов, но многие инженерные службы завода сократились, а некоторые перестали функционировать, по-другому работать невозможно.
  Уходит работать замдиректором начальник цеха Довженко Леонид Кузьмич, на его место назначают сначала Петриченко Ивана Михайловича, а потом бригадира слесарей Галактионова Анатолия. Первое время он пытается покомандовать отделом конструкторов, то есть мной. Приказывает сборщикам сеялки сместить опорно-приводные колёса на края балки, так удобнее будет производить сборку. Убеждается в недопустимо большом изгибе балки и возвращает колёса на место, определённое по чертежу. Потом приказывает слесарям перед гибкой труб заполнять их обрезками металла, вместо песка, чтобы увеличить норму расхода металла. Цена на него выросла в несколько раз, получить лишний металл цеху выгодно. Я отказываюсь увеличивать массу сеялки. Галактионов пристаёт с предложением нанести на балку разметку с указанием размеров междурядий, так сборщикам будет удобнее размещать высевные секции. Потом соглашается со мной, что это возможно только в случае ужесточения допусков на изготовление, сошники расположены на расстоянии около метра от балки, а допуск на расстояние между рядками после посева не должен превышать 0,5 см. Этого можно добиться только с помощью простейшего цехового приспособления с прорезями для сошников. В дальнейшем нападки начальника цеха на конструкторов прекратились, мы работали почти дружно.
  Ежегодные государственные испытания сеялка проходит в пос. Дослидное, в лаборатории посевных машин института "Сельхозмашсистема", которым руководит Погорелый Леонид. При первой встрече я пытаюсь убедить его, что наша сеялка - копия французской, которая ранее уже прошла у них сертификацию, дополнительные испытания не нужны. Академик тактично убеждает меня, что требования к сеялкам зарубежного и отечественного производства разные, у нас производство не всегда соблюдает технологию изготовления, просит зайти к нему после начала испытаний.
  После взвешивания и замера усилий при переводе секций сеялки из транспортного положения в рабочее и наоборот, убеждаюсь, что он прав. Сеялка весит тяжелее французской, за счёт чугунных литых деталей с плюсовыми допусками. Лить тонкостенные детали наши литейщики не хотят, за план они отчитываются в тоннах. Усилие при подъёме руками высевных секций также превышает допустимые 20 кгс. Возвращаюсь к Погорелому и приношу извинения, обещаю устранить недостатки. После непродолжительной беседы ухожу уверенный, что здесь я найду поддержку и взаимопонимание. Так и получилось, работники лаборатории посевных машин, которой руководил Кулиш Виктор Семёнович, всегда тактично указывали на недостатки и советовали, как их устранить, а наш завод ежегодно отправлял им сеялку для испытания.
  Викулов берёт меня в поездку до Александрии на завод "Автоштамп". В пути Виктор Николаевич кратко объясняет, что их директор, имел встречу с Банниковым, предложил тому принять участие в производстве украинского зернового комбайна, подобному германскому фирмы "Клаас". Нам предлагают производить жатки для комбайна и поставлять их на "Автоштамп". Цель поездки - определить технические возможности нашего завода и сроки изготовления первой жатки.
  "Автоштамп" - работающее на полную загрузку предприятие, производит мельничное оборудование и поставляет его в страны СНГ, в основном для Казахстана. Оснащение завода и культура производства на высоком уровне. Я восхищён участком размножения конструкторской документации, где вся информация хранится на нескольких дискетах. Вставил дискету в компьютер, определил номер чертежа по классификатору - получай готовый чертёж с установленного тут же чертёжно-графического аппарата. Конструктор объясняет, что директор завода приобрёл в Германии несколько дискет с записью на них полного комплекта КД на комбайн, если примете заказ на изготовление жатки - получите комплект немецких чертежей.
  Главный конструктор Богун сейчас проводит ходовые испытания комбайна, сидя на месте комбайнера и гоняя машину по заводскому двору. Первый комбайн заводчане собрали в основном из узлов, закупленных в Германии. Вся прибыль завода от продажи мельничного оборудования уходит на производство комбайна, правительство в возможности "Автоштампа" не верит, государственной помощи не оказывает. Единственный сторонник создания украинского комбайна - спикер Верховной Рады Александр Мороз, но включить финансирование в бюджет ему не удаётся, вопрос увяз в бесконечных дебатах между депутатами.
  Директор завода "Автоштамп" принимает меня с Викуловым в своём кабинете, лёжа на кушетке. Извиняется, от него только что ушла врач, он пообещал ей пять минут полежать спокойно, а обещания необходимо выполнять. Интересуется нашими впечатлениями от осмотра завода и первого образца комбайна, сетует на дороговизну дизеля "ВОЛЬВО", закупленного в Швеции, но у него уже имеется план замены на дешёвые украинские дизеля, их ещё выпускает завод в г. Токмак Запорожской области. Они предназначены для установки на бронетранспортёры, но должны подойти и для комбайна, после некоторой перекомпоновки конструкции. Взглянув на часы, вскакивает с кушетки, предлагает пообедать, а потом поговорить о жатке.
  Директор "Автоштампа" очаровал меня своими знаниями и деловыми качествами, а главное - порядком, царившим на заводе. Викулов обещает приступить к изготовлению жатки, как только будет решён вопрос финансирования, главная трудность будет в изготовлении и термической закалке режущего аппарата. Уезжаем из Александрии и всю дорогу молчим, думая лишь об одном - финансировании. Все технические вопросы по изготовлению можно ещё решить при относительно низком уровне зарплаты, но где её взять при отсутствии рынка сбыта и хаосе в экономике? Мы постепенно становимся пессимистами.
  На Украине проходит кампания по сбору средств на постройку украинского зернового комбайна в г. Александрии. Патриоты-пенсионеры жертвуют последние гривны из своей мизерной пенсии, которую, наконец, стали выплачивать более-менее регулярно. Добиться государственной поддержки социалистической партии Александра Мороза не удалось, он сам лишился своего поста в Верховной Раде. Такой государственный деятель, стоящий на позиции за возрождение отечественного сельхозмашиностроения, Украине не нужен, проще покупать зарубежные комбайны, в случае покупки определённые лица получают вознаграждение в валюте. Мзда за содействие в закупке иностранной техники взяткой не считается, это - бизнес.
  При встрече с Тереховым Сергеем узнаю, что такое же положение и при сбыте наших томографов. Руководители медицинских учреждений отечественные томографы по цене 80 тыс. гривен покупать не желают, добиваясь от государства выделения средств на приобретение иностранных по цене около 1 млн. долларов, искусственно завышая цену. Коррупция развращает мораль, но депутатов такие мелочи не волнуют, хотя иногда возникают конфликты, чтобы отвлечь общественное мнение, они выдвигают альтернативные проекты.
  Так получилось, что конструкцию украинского комбайна поляки объявили несовершенной, предложили свою на базе "Бизона", им пошли навстречу, выделили государственные средства для производства комбайнов в Харькове. Чтобы не утомлять читателя подробностями, сразу сообщаю, что ничего хорошего из этой затеи не получилось. Вопиющая бесхозяйственность и непоследовательность в принятии решений правительством стали нормой.
  В "Оризон-Агро" пришёл работать кандидат сельскохозяйственных наук Карпенко, до этого работавший в Весёлом Подоле на Полтавщине. Во времена существования Союза он побывал в Японии, изучая их опыт в выращивании свеклы с высоким содержанием сахара, более 20%. Достигают этого японцы, искусственно удлиняя вегетативный период дозревания, ожидая, когда весь сахарный сок из листьев перейдёт в корни. Ради этого применяют рассадный метод посадки, высевая семена в теплицах сначала в горшочки, а после появления нескольких листочков и весеннего тепла рассаду пересаживают в почву с помощью рассадо-посадочных машин. Сроки начала уборки свёклы японцы тоже удлиняют, дожидаясь холодов. Так выращивали листовую свёклу ещё римляне в странах Средиземноморья, высоко ценя ботву за вкусовые и целительные качества, а корешки выбрасывали.
  Убедил Карпенко Банникова в преимуществах японского метода выращивания свеклы, мне Викулов поручает разработать конструкцию посадочной машины по японской фотографии. Внимательно рассматриваю снимок машины, изучаю переданный мне отчёт, сразу же возникает масса вопросов. Идея хороша, но как её реализовать? Японцы используют для обогрева теплиц тёплые воды земных недр из пробуренных скважин, у нас таковых нет, а цены на газ очень высокие. Взвалить эту, в общем, не мою проблему выращивания рассады на подсобное хозяйство "Тясмин" будет не честно. Да и будет ли экономически выгоден японский метод выращивания свёклы в условиях Украины?
  Приступаю к компоновке посадочной машины, ознакомившись с аналогичными конструкциями для посадки рассады капусты. Сразу же убеждаюсь, что разместить сиденья для женщин при междурядье 45 см не удастся, габариты мелких японок и украинок резко отличаются. Выручает замдиректора "Черкассыцукор" Демченко Николай Константинович, когда я в присутствии Викулова задаю ему вопрос о возможности внедрения японской технологии на полях Украины. Получаем громкий ответ: "Внедрить можно, но для этого придётся приглашать для работы японок". После такого ответа задание с меня сняли.
  На работе меня посещает женщина-агроном из хозяйства в с. Березняки, расположенного вблизи Смелы. Озадачивает просьбой изготовить для посева сои высевные диски с расстоянием 2,7 см между семенами, таким путём она хочет повысить урожайность, размер 3 см её не устраивает. Объясняю, что семена сои крупные, число отверстий в дисках увеличить невозможно. Получаю ответ: - "На то ты и конструктор, чтобы удовлетворять требования агрономов, я поставила тебе задачу, а ты её должен решить". Подумав, отвечаю, что могу расположить отверстия в дисках в два ряда, но при этом она обязана проследить, чтобы ограничитель лишних семян в сеялках был поднят на высоту. Агроном сразу соглашается, с устройством сеялок она знакома, в их хозяйстве имеется таких три, трактористы на них опытные, её указания исполнят в точности, а она проверит расстояние между семенами после пробного посева.
  На следующий год прошёл слух, что хозяйство в Березняках получило рекордный урожай сои среди областей центральной зоны Украины. Жаль, что я не запомнил фамилию грамотной женщины-агронома, знаю только, что её вскоре пригласили на должность главного агронома и научного сотрудника в крупное семенное хозяйство на Полтавщине, и она уехала из Березняков, оставив добрую память в сердцах местных жителей.
  В нашей области появляются первые фермеры-иностранцы - господин Мюллер и фрау Марта. Не знаю, каким путём они обошли запрет на продажу земли, но их достижения меня интересуют. Господин Мюллер после анализа почвы строго соблюдает агротехнические требования, внося необходимые дозы удобрения, но урожаем не доволен. Наконец, соображает, что главную роль на украинских чернозёмах играют не удобрения, а дожди. При отсутствии осадков удобрения лежат в почве мёртвым грузом.
  Фрау Марта приобрела нашу сеялку СУ-12 "Оризон", её прельстила возможность легко менять требуемую ширину междурядий. Покупкой осталась недовольна, я с двумя слесарями собрался ехать к ней на ферму, чтобы выполнить гарантийный ремонт, но приглашения не последовало. Очевидно, в её хозяйстве нашёлся свой умелый ремонтник.
  В 2000 году увольняется с завода замдиректора Довженко Леонид Кузьмич и уходит работать главным инженером на украинско-французское сельхозпредприятие. Французские предприниматели предпочитали брать в аренду земли, принадлежащие совместным товариществам по обработке (СТОВ), как переименовали бывшие колхозы, списав с них старые долги, но лишив элементарной поддержки государства. Бывшие колхозные председатели охотно отдавали земли в аренду, получая взамен от французов технику и топливо. Таких совместных предприятий на Украине было 18, выжили несколько. Председатели расходовали топливо по своему усмотрению, обиженные механизаторы за сохранностью техники не следили, часто оставляя её на зиму без консервации. Бесхозяйственность и бесконтрольность со стороны государства распространилась и в сельском хозяйстве, процветают рэкет и воровство, прибыли хозяйства не получали. С высших эшелонов власти воровство распространилось и среди бывших колхозников, уходя с работы, домой, тащат всё, что плохо лежит. Недаром говорят, что дурной пример заразителен.
  Приятным исключением является знакомство с механизаторами из посёлка Петровское возле Кривого Рога, когда они приехали забирать купленную сеялку. Им удалось сохранить колхоз от развала, защитив от нападок вороватой власти разумного председателя. Хозяйство крупного колхоза процветает, имея даже возможность держать под чёрным паром до 1000 га земли, не истощая почву, а давая ей возможность отдохнуть.
  Наш завод ещё строго выполняет гарантийные обязательства по проданным сеялкам, посылая двух слесарей, а часто и меня, в однодневные командировки. Чаще всего, едут опытные слесари-сборщики Левченко Василий и Кисленко Владимир, не было случая, чтобы они не устранили поломку. Иногда вызовы бывают ложными, некоторые трактористы не соблюдают требование о проверке горизонтального положения длинных сошников, царапая почву не носком, а пяткой. На других сеялках сошники анкерные, короткие, проверки горизонтали не требуют, поэтому трактористы не приучены соблюдать требование по наклону сеялки вперёд с помощью тяги.
  
  7. Проекты без реализации.
  
  Снова возникает вопрос о производстве сеялок для посева хлопчатника, на этот раз на юге Украины. С директором ассоциации "Механика" Ищенко едем в Институт орошаемого земледелия, расположенный возле Херсона. Любуемся рослой пальмой, растущей в высоком здании, потом разговариваем с директором Института Снеговым. Он сообщает, что в Белозёрке на площадях учебного хозяйства сельхозинститута уже выращивают хлопок, областная администрация решила расширить посевные площади, для этого нужны сеялки. Его интересуют технические возможности сеялок "Оризон", однозерновой точный высев семян его устраивает, а я обрадован сообщением, что семена будут в дражированной оболочке. Обладая гладкой поверхностью, они не сцепляются в клубок, проблема в дополнительной ворошилке семян отпадает. Ищенко Николай Иванович готов заключить договор на поставку сеялок хоть сейчас. Директор Института просит подождать прибытия из Польши оборудования для дражирования семян.
  Оказалось, что проект финансирует государство США в рамках оказания помощи Украине, но только через Польшу, такой тогда существовал порядок. Замгубернатора Херсонщины дважды посетил Варшаву, добиваясь поставки оборудования для дражирования семян, или выделенных США денег, но чиновники в Польше отделывались обещаниями. Правительство Украины также не смогло решить этот вопрос, денежная помощь от США куда-то исчезла, а хлопчатобумажный комбинат в Херсоне остался без сырья и был обречён на умирание.
  Меня не устраивает надёжность наших пневмомеханических сеялок. Если избавиться от угловых редукторов, цепных передач, валов и подшипников скольжения, то конструкция значительно упростится. Решаю снабдить сеялку электрическим генератором напряжением до 36 вольт и шаговыми двигателями для непосредственного привода высевных дисков. Некоторым примером могут служить сеялки, выпускаемые в Луганске, но они имеют привод дисков от шаговых двигателей, расположенных снаружи высевных аппаратов и снабжены ещё ременной передачей. Решаю поместить двигатель непосредственно в высевном блоке, возможность для этого имеется.
  Поиски среди выпускаемых промышленностью двигателей дали отрицательный результат, пришлось мне создавать конструкцию оригинального шагового двигателя. Таких двигателей изготовили для пробы два. Конструктор Перехрест Юрий начертил детали крепления двигателя, встроенного в корпус высевного блока. Киреев Виктор из цеха моточных изделий произвёл намотку статора, двигатель заработал от блока питания, вращая высевной диск на определённое число шагов при прохождении через бесконтактные концевые выключатели. Я надоедаю Викулову просьбами об изготовлении штампа для вырубки колец статора, способ изготовления на электроэрозионном станке не отвечает требованиям серийного производства шаговых двигателей. Власть Викулова на инструментальное производство уже не распространяется, а денег в "Оризон-приборе" на оплату "Спектру" нет. Хорошая идея остановилась на стадии технического проекта, закончившись стендовыми испытаниями двигателей.
  Кононенко Юрий Денисович привозит пучок стеблей пшеницы с налитыми зерном колосьями и развитой корневой системой. Объясняет, что селекционеры из Херсонщины создали сорт многоростковой пшеницы, когда из одного посеянного зерна вырастает куст из более двадцати стеблей с колосьями. Для распространения нового сорта требуется создать конструкцию зерновой сеялки с расширенными расстояниями между рядами и зёрнами. Я увлёкся этой идеей, начал знакомиться с новыми технологическими приёмами возделывания озимой пшеницы. Узнаю, что куст - экологическая форма существования злаковых, традиционные рядковые посевы не отвечают хозяйственным интересам сеятеля.
  Обычно из одного зерна вырастает при нормальных условиях кустик из 3-4 стеблей, значит, для многоростковой пшеницы нужно увеличить расстояние между зёрнами при посеве в 7-10 раз, чтобы сохранить требуемую площадь питания. Это элементарно при возможностях нашей сеялки точного высева. Сложнее решается задача с междурядьями в 22,5 см, для этого придётся переделывать конструкцию литого высевного блока, чтобы установить диски на одном валу с двух сторон, а также потребуется заменить сошники и крепления вакуумных шлангов. Можно попробовать посев пшеницы и с междурядьями 45 см, высевая рядышком несколько семян, тогда переделки сеялки "Оризон" будут незначительными. Конструкторские проблемы есть, но они решаемы, а в результате, вместо рекомендуемых для посева 5 млн. зёрен на гектар, нужно будет высевать меньше 1 млн. Экономия семян элитных сортов пшеницы при одинаковой урожайности очень даже ощутимая. Свойство озимой пшеницы образовывать куст закрепилось в природе, как целесообразная форма устойчивости растительного организма в экстремальных условиях зимовки, засухи, против болезней и вредителей. Таким образом, между побегами равномерно распределяется влага, пища и происходит отбор наиболее жизнеспособных растений.
  Идею реализовать не удалось. Возможно, в будущем к ней вернутся, если удастся преодолеть монополию производителей рядковых сеялок и вырастить сорта многоростковой пшеницы, прошедшие испытания.
  Я знаком с книгой Иллевича С. В. "Уникальный корнеплод", где в популярной форме читателя знакомят с огромной работой селекционеров по созданию одноростковых сортов сахарной свеклы. Для разведения устойчивых многоростковых сортов пшеницы необходим эксперимент "наоборот", подбирая посевной материал из зёрен, которые дали из одного корня больше 20 стеблей. Нет ничего проще, рассуждаю я, сидя на диване и обдумывая эту идею.
  Банников ушёл на пенсию по состоянию здоровья и проживает на даче в с. Жаботин. Состояние здоровья ухудшается, но его ум продолжает генерировать идеи, иногда простые, а чаще очень сложные, сначала недоступные для обычного восприятия. Приведу пару примеров, которые довели до моего сведения, навещавшие его Викулов и Сиренко Владимир.
  Начну с простейшей идеи. В стране возникла мода на тонирование стёкол легковых автомобилей, появились небольшие предприятия, которые занялись этим бизнесом. Банников поручает Викулову организовать участок тонирования оконного стекла, для начала использовать его для мебели, например в качестве столешниц журнальных столиков. Я создаю конструкцию столика на трёх ножках с двумя тонированными столешницами, получаю на чертеже даже подпись нормоконтролёра - Рымар Татьяны, похвалившей меня за хорошую графику. Иду на участок резки стекла для окон, которым руководит Змунчило, здесь меня ждёт разочарование. Программист Кучеренко Пётр сообщает, что машина для резки стекла работает только в прямоугольной системе координат, радиусные закругления выполнять не может, а острые грани в столике недопустимы.
  Сиренко Владимир вручает мне книгу о тепловых генераторах, предлагает ознакомиться с идеями автора о создании таковых, генерирующих дешёвую энергию при минимальных затратах. Книга написана убедительным языком, со ссылкой даже на учёных из центра управления космическими полётами, высоко оценивших и испытавших одну из предложенных автором конструкцию генератора. Меня смущает идея автора о создании конструкции генератора с коэффициентом полезного действия больше 100%, при преобразовании энергии такого достичь невозможно. Возвращаю книгу Владимиру Евгеньевичу и отказываюсь от участия в создании авантюрной конструкции. Он ничего не говорит, но смотрит участливо, явно меня жалея. Очевидно, для создания теплового генератора кем-то выделены деньги.
  В своей работе руководствуюсь законом: практика - критерий истины. При испытании на стенде вакуумного пневмоагрегата сеялки убеждаюсь, что при закрытии входных отверстий и возрастании степени разрежения резко повышается температура корпуса. Значит, тепло появляется внутри корпуса, когда крыльчатка вращается с большой скоростью и пытается вытолкнуть остатки воздуха через дефлектор в атмосферу. Природа появления тепла для меня ясна - оно выделяется при дроблении молекул воздуха в вакуумной среде. При этом возрастает нагрузка на двигатель и расходуется энергия, превращаясь в тепловую, но корпуса двигателя и пневмоагрегата разделены расстоянием, любой вид теплопередачи отсутствует. Значит, можно создать конструкцию мощного вакуумного дезинтегратора для дробления зерна, а корпус охлаждать проточной водой, используя её для отопления, но это большой и сложный проект, он превышает мои возможности.
  В нашей области, как и в других, происходят веерные отключения электроэнергии от потребителей, хотя генерирующие мощности электростанций огромны, а количество потребляемой энергии сократилось за счёт неработающих предприятий. При изменении государственной формы собственности на частную, владельцы облэнерго не желают терять прибыль, повышая тарифы на электроэнергию. Решаю использовать энергию ветра и создать конструкцию индивидуальной электростанции мощностью не менее 30 кВт.
  В центральных районах Украины имеется в году всего около 70 ветровых дней, этого явно мало для самоокупаемости затрат, но на Донбассе и в Крыму ветряных дней значительно больше. Решаю, что лучше всего поместить ветряное колесо с генераторами на вершине усечённого конуса бездействующего шахтного террикона, поэтому проект называю "Террикон". Полученную электроэнергию можно будет использовать и для двигателей насосов, предохраняя шахту от затопления.
  Проект предусматривает ветряное колесо большого диаметра, вращающееся вокруг вертикальной оси. Нижним кольцом оно должно опираться и прокатываться по автомобильным шинам, расположенным на стояках по периметру, и вращать их, а заодно и несколько генераторов через клиноременные передачи. Для создания опытного образца выбираю генераторы, применяемые в железнодорожных пассажирских вагонах, мощностью 30 кВт на напряжение 150 вольт. При скорости ветра 10 м/с колесо должно делать около 30 оборотов, а генераторы не менее 1500 оборотов. Так, как при изменении скорости ветра будет меняться частота генерируемого тока, необходим выпрямитель переменного в постоянный ток. За отсутствием финансирования проект не был осуществлён.
  Кроме необходимого труда, который я затрачиваю на содержание себя и своей семьи, я работаю и дополнительное время, задерживаясь на работе. Так было и при социализме, но тогда это был труд для общества, он создавал дополнительный продукт, который использовался в интересах страны. Сейчас на Украине не только дополнительный, но и необходимый труд стране и правительству не нужен, я с конструкторами получаю мизерную зарплату с большими задержками, это всех возмущает. Решаем добиться справедливости через суд, подав коллективное заявление на приборостроительный завод "Радуга".
  Наш завод ещё входит в "Оборонпром", поэтому заявление рассматривается в специализированном суде Киева. Приезжаю на Лукьяновку, нахожу судью. Прочитав заявление, он ведёт меня в соседнюю комнату, показывает лежащие на полу папки с подобными судебными делами, сообщает, что у него даже помощник-юрист ушла работать в какую-то частную фирму; ему зарплату платят тоже с большими задержками. Заявление регистрирует, надеясь взыскать с ответчика какую-то сумму на судебные издержки. Объясняет, что решение суда будет в нашу пользу, но задолженность по зарплате выплатят после объявления завода банкротом и продажи оставшегося оборудования.
  Директор Сиренко упрекает меня в отсутствии заводского патриотизма, наши уважительные отношения испортились. Вскоре настали тяжёлые времена и для него, его обвиняют в использовании денег не по назначению, грозят судом. Он вынужден написать заявление на увольнение, директором "Радуги" становится Нерознак Павел Петрович. Я по-прежнему советуюсь по техническим вопросам с главным инженером Викуловым Виктором Николаевичем, иногда мы ездим с ним в командировки.
  Не выдержал Нерознак тяжёлой ноши директора и ушёл работать в "Оризон-навигацию", а директором "Радуги" стала Ромашова. В то время, кроме сеялок, завод выпускал ещё и оборудование для автоматизации отопительных котлов средней мощности. Конструктором автоматики был Щербак Виктор, разработавший аналоговую аппаратуру, позволяющую экономить топливо в зависимости от температуры, а не только от датчика пламени. Выпускаемой заводом продукции недостаточно для покрытия затрат предприятия, а кредит на развитие предприятия банк предлагает под 40 % годовых. Такой высокий процент установил новый президент Украины, ранее руководивший национальным банком. Это ведёт к экономическому разорению предприятий и предпринимателей, рискнувших взять кредит, а банкиры получат сверхприбыль. Президент же этого не признаёт, демонстрируя стране по телевидению свои "чистые руки".
  Мне исполнилось 60 лет, я оформляю пенсию. Мне предлагают работать ведущим инженером-конструктором. Я соглашаюсь, так как хочу разработать для сеялки оборудование внесения в почву минеральных удобрений. Рассчитываю, что при этом возрастёт нагрузка на балку с увеличением массы сеялки на 500 кг, но я нашёл решение крепления дополнительных бункеров за передний выступ. Частично усилия будут направлены навстречу друг другу. По теории должны ослабляться. Моими помощниками становятся Хвостова Людмила и Чурилов Виктор, остальные конструктора постепенно ушли, не выдержав испытания бедностью. Начальником у меня теперь главный технолог Бойко Александр Александрович, замечательный человек и хороший товарищ. Он пытается обучить меня компьютерной графике, но я нетерпелив, учиться не хочу, проще и быстрее выполнять чертежи дедовским методом на кульмане.
  С целью экономии тепловой энергии, нас выселяют из тёплого помещения в холодное, не отапливаемое в зимнее время. В цехе тоже нет отопления, люди работают в зимней одежде, изредка забегая погреться в единственную обогреваемую комнату. От холода страдают ноги, пришлось положить на пол деревянные доски от кульманов.
  Добавление в конструкцию сеялки оборудования для внесения минеральных удобрений прошло удачно, даже улучшив её дизайн. После испытания в Дослидном я заслужил похвалу начальника лаборатории Виктора Семёновича, правда, он деликатно заметил, что рукоятки регулировки норм внесения минеральных удобрений выглядят примитивно. Конструкцию рукояток я потом переделал, но при этом нарушил регулировку норм внесения удобрений. Я стал самоуверенным конструктором, увлёкся внешней красотой в ущерб функционированию и был наказан уменьшением доз удобрений.
  Главным инженером "Радуги" назначают Калашника Владимира Ивановича, мы с ним не ладим, у нас разные понятия, что такое хорошо и что такое плохо. Викулов Виктор Николаевич переселяется в не отапливаемое помещение, холод и курение приводят к обострению болезни бронхов, потом лёгких. В 2001-м его не стало, я глубоко сожалею о преждевременном уходе из жизни Главного инженера, сумевшего ориентироваться и направлять техническую политику разных инженерных направлений, оставаясь человеком в самых неприятных для него ситуациях.
  По воспоминаниям Касенкова Виктора, долгое время работавшего начальником отдела подготовки производства и заместителем Викулова, был эпизод, когда на космодроме при предстартовой проверке ракеты обнаружили выход из строя микросхемы в одном из приборов телеметрии. На исправление заводского брака требовалось по нормативам две недели, что грозило сорвать назначенный правительством срок запуска ракеты в космос и снятие с должностей директора и главного инженера "Оризона". Викулов обругал начальника цеха микроэлектроники и главного технолога Панина Евгения, выгнал обоих за проходную завода, пообещав уволить, а сам стал искать выход из тупиковой ситуации. Нашёл, когда Касенков принёс ему отраслевой стандарт, где допускалась замена микросхемы с проверкой прибора только на функционирование и герметичность. Представитель заказчика Идобаев замену разрешил, брак немедленно устранили и отправили прибор на космодром.
  Касенков, по просьбе Викулова, отправился искать косвенных виновников брака, нашёл их в квартире Панина, где они за бутылкой водки уже отмечали своё увольнение, и сообщил, что наказание Викулов отменил. В цехе Љ 280 усилили контроль продукции, но никого не наказали. Только Викулов после этого случая стал чаще курить и принимать аспирин.
  С двумя слесарями еду в Котовск Одесской области, сахарный завод приобрёл три наши сеялки. Одна из сеялок находится в отличном состоянии. Опытный тракторист её хвалит. Даже боится подпускать нас к осмотру, вдруг мы что-то нарушим в регулировке. Благодарим его за отличное содержание техники. Две других сеялки находятся в запущенном состоянии, трактористы даже не шприцуют места смазки. Молча делаем профилактику. Ругать мужиков бесполезно. Обещаю сообщить об их нерадивости руководству сахарного завода. Это их не пугает. Говорят, что скоро свеклу сеять не будут, коль завод перешёл на переработку тростникового сахара-сырца, привозимого на судах из-за границы.
  На сахарном заводе наблюдаем разгрузку вагонов-вертушек прямо на не подготовленную грязную площадку вдоль железнодорожной колеи. Потом эту кучу кристаллов сырца жёлто-коричневого цвета кое-как подберут и отправят на осветление с помощью извести, а вагоны вертушки срочно отправят в порт за новой партией сырца. Скорее, скорее, на подходе к порту и в ожидании разгрузки новые суда! Нужно помочь друзьям из-за рубежа в осветлении сырца, у них, бедных, так мало известняка для осветления сахара, а на Украине его много. Только доставлять его с Украины на свои сахарные заводы зарубежные коллеги не желают. Зачем, если стоимость доставки можно включить в цену тростникового сырца, да ещё спихнуть проблему сбыта на доверчивую Украину? Тяжёлое впечатление от увиденного вечером, в гостинице Котовска заливаем виноградным вином.
  Завод посещает бывший директор правления концерна "Укрцукор" Заяц Александр Семёнович. Он уже на пенсии, ходит с трудом, но по слухам, ещё сохраняет от разрушения сахарный завод в г. Мироновка Киевской области, частично его приватизировав. Специально для него в цехе выставили для обозрения готовые к отправке сеялки с оборудованием для внесения удобрений. Смотрятся они и вправду красиво, дизайн превышает французскую сеялку, конструкцию которой мы первоначально взяли для копирования. Александр Семёнович произносит несколько благодарных фраз в мой адрес, хвалит за сохранение двух цветов окраски, зелёной и красной, добавление ещё одного цвета превратило бы сеялку в подобие попугая. Уезжает довольный, его мечта о создании украинской сеялки превратилась в реальность.
  На очередной демонстрации сельхозтехники в Киеве сеялку Су-12 "Оризон" заметили руководители правительства и решили отправить в Стамбул на международную выставку, как образец продукции украинского производства. Рекламировать продукцию в Стамбуле будет работник Украинского выставочно-информационного центра Орешникова Ольга Евгеньевна, отлично знающая английский язык.
  В Киев прибывает из Франции Ксавье Делапланк, мне предлагают встретить его в фойе гостиницы "Президент Палас" и ознакомить с сеялкой. Всё правильно, завод в Смеле показывать иностранцу уже стыдно, он доживает свои последние годы, продавая станки и металлолом, следы разрушения видны везде.
  В фойе гостиницы сразу замечаю молодого француза, он спокойно сидит в кресле и работает на ноутбуке, не тратя напрасно времени. Знакомимся, Ксавье сносно разговаривает на русском языке, переводчик не нужен. Сообщаю ему, что авто у меня нет, придётся ехать до выставочного центра троллейбусом. Француз легко соглашается, так ему даже интереснее. После поездки завожу его в помещение администрации выставки и знакомлю с Ольгой Евгеньевной, сеялку я сдал, её хозяином стал выставочный центр. Ольга и Ксавье долго разговаривают по-английски, наконец, Ольга милостиво разрешает мне проводить гостя к южным воротам и показать сеялку. Расстояние приличное, француз тащит тяжёлую сумку с ноутбуком и расспрашивает о моей поездке во Францию, где был, с кем встречался. Судя по вопросам, он не очень верит о встрече с представителями фирмы "Нодэ-Гужи", сообщает, что такой фирмы в городе Монтеро нет. Я, молча, пожимаю плечами, с тех пор прошло десяток лет, ему лучше знать.
  Осматриваем сеялку, Ксавье просит разрешения сфотографировать, я разрешаю. Особенно тщательно он фотографирует узлы возле сошников, мне объясняет, что владеет небольшой фирмой и хочет изготавливать для нашей сеялки электронные устройства контроля семян при посеве. Прибор будет стоять в кабине трактора, и извещать звуковым и световым сигналом тракториста о нарушении посева при пролёте семян возле фотодиодов. Я отвечаю уклончивыми фразами, с подобными устройствами и их работой в пыльной возле сошников среде я знаком, да и завод наш находится на грани банкротства, о закупке из Франции не может быть и речи.
  Возвращаемся до гостиницы троллейбусом, я начинаю прощаться, но Ксавье меня удерживает, предлагая поговорить о перспективах применения электронных устройств контроля посева на Украине, сидя за столиком ресторана. Заводит меня в шикарную гостиницу "Президент Палас", где одних ресторанов несколько, отличающихся разными национальными кухнями, но Ксавье предпочитает европейскую. Во время обеда рассказывает, что окончил институт в городе Ним на юге Франции, владеет небольшой фирмой, которую помог создать ему отец, в дальнейшем от помощи отца отказался, живёт скромно, но надеется расширить свой бизнес на Украине, продавая ей сельхозтехнику. Он хочет узнать моё мнение по установке устройств контроля посева на сеялках.
  Такое мнение у меня уже сложилось давно - они не нужны, хотя их требуют наши стандарты. Нужно идти по пути улучшения надёжности узлов, чтобы исключить сбои при посеве, а не усложнять конструкцию контрольными устройствами. Я давно уже убрал из сеялки предохранительные пальцы и звонки, трактористу трудно их услышать за шумом двигателя. Гоны при посеве на Украине длинные, количество мешков с семенами для посева заранее заданной площади определяет агроном, исходя из посевных единиц. Заправщики семян ждут возврата трактора обычно в посадке, от безделья играя в карты. У них всегда найдётся время заглянуть в бункеры и дополнить их. Да и трактористу необходимо иногда вылезть из кабины и осмотреть сеялку.
  Всё это я сообщаю Ксавье, но добавляю, что это моё личное мнение, если у него другие взгляды, ему нужно продолжать конструкторскую работу, не сейчас, так в будущем она окупится. Француз задумывается, его внимание отвлекает звонок мобильника, он ведёт с кем-то разговор. Потом сообщает мне, что фирма "Нодэ-Гужи" разорилась после посещения нашей делегацией. Надежды на сбыт на Украину новых сеялок и запасных узлов не оправдались. Косвенным виновником разорения считает меня, создавшим конструкцию украинской сеялки. Сейчас завод в Монтеро купила американская фирма "Кун" и выпускает сельхозмашины под этой маркой. Он, Ксавье сожалеет, что его соотечественников потеснили американцы. Я также выражаю ему сожаление и прощаюсь с патриотом Франции, но не Украины. Моё мнение - быть одновременно патриотом двух стран невозможно, но нужно быть другом страны, с которой совпадают интересы экономики.
  Судя по поступавшим из Турции факсам, наш завод получил хорошую рекламу на международной выставке в Стамбуле, но предложения больше касались покупки турецких товаров.
  Здоровье Банникова ухудшилось, его перевезли с дачи на квартиру, расположенную на втором этаже дома в посёлке Почтовом. Меня просят помочь в переносе носилок со второго этажа в машину. Юрий Александрович лежит неподвижно, глаза закрыты, похоже, он находится в коме, но когда водитель Черняховский Александр произносит для женщин: - "Да вы не волнуйтесь, после обследования на томографе врачи его вылечат, скоро мы с ним ещё по чарке водки выпьем", по его лицу скользнула тень от улыбки.
  В 2006 году Банников Юрий Александрович скончался. Его вклад в развитие города Смелы, часто сравнивают с достижениями графа Бобринского. С реальной точки зрения это не совсем верно. Безусловно, граф много сделал для развития города и района, получая при этом прибыль для себя и семьи. "Красный директор" Банников сделал гораздо больше, но всё это оставил людям, а завод разорила новая власть, не умеющая и не желающая управлять государственными предприятиями.
  
  Конец.
Оценка: 7.44*4  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com LitaWolf "Враг мой. Академия Блонвур 2"(Любовное фэнтези) М.Юрий "Небесный Трон 3"(Уся (Wuxia)) Т.Мух "Падальщик 3. Разумный Химерит"(Боевая фантастика) М.Лафф, "Трактирщица-3. Паутина для Бизнес-леди"(Любовное фэнтези) М.Юрий "Небесный Трон 5"(Уся (Wuxia)) Т.Мух "Падальщик"(Боевая фантастика) В.Бец "Забирая жизни"(Постапокалипсис) В.Чернованова "Попала! или Жена для тирана"(Любовное фэнтези) М.Юрий "Небесный Трон 2"(Уся (Wuxia)) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Институт фавориток" Д.Смекалин "Счастливчик" И.Шевченко "Остров невиновных" С.Бакшеев "Отчаянный шаг"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"