Pavlova Sandra: другие произведения.

Зависимость

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
Оценка: 6.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    PL9kw8FIEhY Ты искала во мне, то что во многих утратила, И ждала перемен, роняя слезы на скатерть, Разбавляла грусть бокалами виски. Знала что я вернусь, а позже уйду по-английски, Пыталась меня забыть, удаляла контакты, Но гнев остывал, ты возвращалась обратно, В спальню из парадной - мой привычный маршрут В этой квартире, я знал меня всегда там ждут. Я просто приходил за дозой лжевдохновения, Прогнать не было сил, да ты и не хотела наверно, И снова по венам наркотик на букву Л, Что вызывал привыкание и близость наших тел. Гулял с другой, доходил до тебя лишь под утро, Нет, не родной, но все же любимый ублюдок, Мои фирмовые блюда - причинять тебе боль, А ты кричала надрывисто - "Я больна только тобой" РОМАН ЗАВЕРШЕН!!!

   Зависимость.
   Pavlova Sandra
  
  
  Саундтрек: Black - Ее любимый ублюдок
  
   Ты искала во мне, то, что во многих утратила,
   И ждала перемен, роняя слезы на скатерть,
   Разбавляла грусть бокалами виски.
   Знала, что я вернусь, а позже уйду по-английски,
   Пыталась меня забыть, удаляла контакты,
   Но гнев остывал, ты возвращалась обратно,
   В спальню из парадной - мой привычный маршрут.
   В этой квартире, я знал - меня всегда там ждут.
   Я просто приходил за дозой лжевдохновения,
   Прогнать не было сил, да ты и не хотела, наверно,
   И снова по венам наркотик на букву Л,
   Что вызывал привыкание и близость наших тел.
   Гулял с другой, доходил до тебя лишь под утро,
   Нет, не родной, но все же любимый ублюдок,
   Мои фирмовые блюда - причинять тебе боль,
   А ты кричала надрывисто - 'Я больна только тобой',
  
   Я подавал тебе блюда и добавлял туда яда,
   И ты пресытилась вдоволь этим вкусом разврата,
   И ароматы греха отравили твою душу,
   Я оставил тебе боль своим рецептом на ужин.
  
   Я подавал тебе блюда и добавлял туда яда,
   И ты пресытилась вдоволь этим вкусом разврата,
   И ароматы греха отравили твою душу,
   Я оставил тебе боль своим рецептом на ужин.
  
   Ты теряла рассудок, когда хлопала дверь,
   Но наша грязная нежность вряд ли покинет постель,
   Сколько еще недель яд будет жить в крови,
   Играл тобой подло, ты думала все по любви,
   Но о любви не могло идти и речи,
   Я трахал твои мечты почти каждый вечер,
   Бесчеловечный, но ты ждала меня такого,
   Запах порока меняла на честь снова.
   Не говорил ни слова, но дарил печаль,
   И ты знаешь, мне никогда не было жаль,
   Я был шеф-поваром, что оставлял тебе раны,
   Делал больно часто, часто? Да постоянно.
   Это всего лишь часть моего амплуа,
   Смирись с мыслью, что ты такая не одна,
   И напоследок - вот рецепт моего блюда.
   С уважением - твой любимый ублюдок!
  
   Я подавал тебе блюда и добавлял туда яда,
   И ты пресытилась вдоволь этим вкусом разврата,
   И ароматы греха отравили твою душу,
   Я оставил тебе боль своим рецептом на ужин.
  
   Я подавал тебе блюда и добавлял туда яда,
   И ты пресытилась вдоволь этим вкусом разврата,
   И ароматы греха отравили твою душу,
   Я оставил тебе боль своим рецептом на ужин.
  
  
  
  
  ***
  
  
   Мирослав равнодушным взглядом скользил по толпе внизу, где под клубную музыку отрывалась молодежь. Его взгляд то и дело вылавливал в толпе знакомые лица. С кем-то он учился в школе, с кем-то в университете. Вот с этой девушкой у него был первый секс, а с этим парнем первая драка. Он никогда не жаловался на плохую память, поэтому с легкостью узнавал лица. За пять лет, которых его здесь не было, некоторые изменились, а некоторые остались прежними.
   - Рад, что вернулся? - спросил подошедший к нему Егор.
   - Еще не определился, - ответил Мир, закуривая сигарету.
   - Зато тебе здесь рады.
   - Есть кто-то помимо тебя? - усмехнулся молодой человек, не отрывая взгляда от толпы внизу.
   - Есть, - хмыкнул Егор, кивнув головой в сторону.
   Мир скосил взгляд и ухмыльнулся при виде двух красавиц, не спускающих с него голодных взглядов и не скрывающих призывных улыбок.
   - Тут таких много, - рассмеялся Егор, хлопнув друга по плечу.
   - Иногда мне кажется, что слишком много.
   - Ты так не говорил, когда был помоложе и имел все, что движется, - рассмеялся Данилов.
   Мирослав только хмыкнул.
   - А есть те, кто и не очень, - нахмурился Егор, пристально глядя вниз.
   Мир проследил за его взглядом и увидел внизу у бара Гордеева. Денис смотрел прямо на него, не мигая и не отрывая своего холодного презрительного взгляда от Филиппова.
   - Напомни-ка мне, почему он тебя так ненавидит? - попросил Данилов, отворачиваясь от перил и опираясь бедрами о поручни балкона.
   - Потому что не хватило ума удержать жену в своей постели, - ответил Мир, удерживая взгляд Дениса.
   Егор только головой покачал.
   - Да уж, вроде пять лет уже прошло, а все тебя помнят. И друзья, и враги, и любовницы. Какая ты незабываемая личность, - хмыкнул Егор.
   - Есть такое, - улыбнулся в ответ Мир, когда Гордеев отвел, наконец, свой взгляд.
   Мирослав тоже отвернулся от танцевальной площадки и осмотрел второй этаж клуба. Здесь были столики с мягкими диванами вокруг них, где гости могли отдохнуть от танцев и спокойно пообщаться и выпить. Его друг потрудился на славу, когда создавал этот клуб. Красиво, со вкусом и стилем.
   Среди столиков тоже мелькали знакомые лица. Дружелюбные и не очень. Репутация Мирослава в этом городе была ему хорошо известна, поэтому он не питал иллюзий насчет радушия. Он прекрасно знал, что был порядочной скотиной, но ему было все равно, что думают окружающие.
   - Что планируешь делать? - поинтересовался Егор планами друга.
   - Сейчас или вообще? - уточнил Мир, пристально глядя на компанию девушек за ближайшим столом, где и сидели те две красавицы.
   - Ну, сейчас я твои 'планы' и сам вижу, - хмыкнул Данилов.
   - Я только два дня как приехал, а ты от меня уже ждешь грандиозных решений, - хмыкнул Мирослав, подмигнув одной из девушек.
   Та тут же расцвела соблазнительной улыбкой.
   - Кстати, помоги квартиру подыскать. А еще нужно помещение под зал.
   - Собираешься открыть здесь еще один клуб?
   - Почему нет? Возможно, я здесь задержусь.
   - Не вопрос. Завтра пришлю знакомого агента по недвижимости. Он все тебе найдет.
   - Отлично, - поблагодарил Мир друга, делая еще одну затяжку.
   Девушка, пристально наблюдающая за ним, даже дышать перестала - настолько сексуальным был этот его жест. А поверх тлеющего уголька слегка прищуренный циничный взгляд серых глаз, буквально гипнотизирующий ее. Она прекрасно поняла, что на сегодняшний вечер его выбор пал на нее, и была несказанно этому рада.
   Мирослав прекрасно осознавал, как действует на женщин и не гнушался этим пользоваться. Вот сейчас он легко направлял свои действия в сторону брюнетки, которая не сводила с него глаз. Красивая, сексуальная, а самое главное - готова с ним пойти. Сейчас ему очень нужно расслабиться. И она идеально ему подходит.
   - Где, говоришь, у тебя тут вип-комнаты? - спросил Мир друга.
   - Третий этаж. Держи, - ответил Егор, протягивая ему ключи от одной из них.
   Мирослав бросил на девушку пристальный взгляд и пошел в сторону лестницы, нисколько не сомневаясь, что она последует за ним.
   Егор только головой покачал, усмехаясь в след поднявшейся из-за столика брюнетке. Все они так реагировали на его друга. Знали прекрасно, чем это закончится, знали, что ему нужно, и все равно шли. Каждая из многочисленных пассий Филиппова мечтала о том, что именно она станет той, кто заставит бабника и Казанову стать примерным семьянином. Но ни одной пока не улыбнулась удача. Мирослав всегда был привлекателен в глазах женщин. Высокий, атлетичный парень, с копной густых темных волос, зачесанных назад, и пронзительными серыми глазами. Но даже не идеальная внешность была причиной его привлекательности. В нем была уверенность в себе и своих силах, была хищная притягательность самца в полном смысле этого слова. Но при этом он не был гордецом и самовлюбленным. Эгоист до мозга костей, циник и просто сволочь, он был магнитом для тех, кто любил плохишей. Да и не только для них. Он мог соблазнить и ангела, не делая при этом ничего сверхъестественного. В нем просто была заложена сексуальность и порок. Он был груб, равнодушен, холоден и, тем не менее, заставлял женские сердца биться быстрей от одного своего прищуренного взгляда.
   Мирослав зашел в комнату и оглядел сумрачную обстановку. Большой диван. Перед ним столик с напитками. Чуть в стороне шест и музыкальный центр. Интимно приглушенное освещение и тихая музыка отлично составляли атмосферу комнаты. Пока Мирослав наливал себе выпить, дверь за его спиной открылась и закрылась. Он лишь удовлетворенно улыбнулся и сел на диван, откинувшись на спинку. Пригубил коньяк и только после этого поверх бокала посмотрел на девушку.
   Высокая стройная красавица, с призывно раскрытым ротиком и розовым язычком, то и дело скользящим по пухлым губкам. На ней мини платье, туфли на шпильке и вызывающий макияж. Все говорило о том, что она знает, что ищет. Так же как и он.
   - Станцуй, - произнес Мирослав, чуть кивнув в сторону шеста.
   Девушка послушно пошла в ту сторону и выбрала подходящую песню. Мир стал лениво наблюдать за ее плавными, пусть и не совсем умелыми движениями, полными секса и дикости. Она не отрывала от него своего взгляда, медленно двигаясь под музыку вокруг пилона. Молодой человек медленно потягивал коньяк, неотрывно глядя на танцующую девушку. Сделав последний глоток, он отставил в сторону бокал и слегка прищурился, откинувшись на спинку дивана, забросив руки туда же.
   - Иди сюда, - требовательно произнес мужчина, расслабленно наблюдая, как девушка идет к нему, покачивая бедрами.
   Она плавно встала на колени между его раздвинутых ног и томно провела ладонями по его бедрам. Взялась за ремень на его брюках и ловко расстегнула его и пуговицу с молнией. Наклонила темноволосую головку вниз. Мир блаженно прикрыл глаза и откинул голову назад, погружаясь в наслаждение.
  
  
  ***
  
  
   Сабина с трудом поднялась с кровати и поплелась в сторону гостиной, где остался ее мобильник, теперь истошно орущий каким-то металлом, что стоял на звонок подруги. Споткнувшись пару раз обо все, что можно, девушка, наконец-то, взяла телефон в руки и ответила.
   - Имей совесть - ночь на дворе! - прозевала она в трубку.
   - Он ушел! - дрожащим заплаканным голосом прошептала Юля.
   Сон как рукой сняло.
   - Как ушел? Вы же только что помирились. Буквально час назад! - воскликнула девушка, плюхаясь на диван.
   Дальше последовал плачущий монолог ее подруги, которая пересказала детали их с Максимом ссоры. Сабина, честно говоря, мало что поняла, но суть уяснила.
   - Вот сволочь! - воскликнула Сабина. - Скотина эгоистичная.
   Сабина очень редко позволяла себе столько яркие эпитеты в отношении кого бы то ни было, что говорило о том, как сильно она зла. И плевать, что она отзывается так о собственном брате. Их родство все равно не делает ее более лояльной к нему. И слезы подруги только подтверждали собственные слова девушки. Она уже давно перестала понимать брата. Он никогда не был таким, каким стал сейчас. А все она, эта стерва, с которой Макс встречался до того, как переехал к Юле. Милена очень отрицательно повлияла на ее брата. Макс всегда был уравновешенным и спокойным, пока не повстречался с ней. Эта девушка сделала с ним что-то непонятное. Он будто впал в зависимость от нее. А потом она его бросила. Вот только продолжала манипулировать Максом. Стоило ей позвонить, как он тут же мчался к этой дамочке. Сабина посоветовала брату отвлечься от нее, пообщаться с другой девушкой. И брат внял ее предложению и выбрал ее подругу. Сначала все шло хорошо. Юля, которая с ума сходила по Максиму с детства, была счастлива, когда он пригласил ее сначала в кино, потом погулять, а потом и предложил встречаться. У нее словно крылья выросли. Макс тоже вроде успокоился, стал самим собой. Он переехал жить к Юле и наладил с ней достаточно серьезные отношения и планы. Пока в один прекрасный день ему не позвонила Милена и не потребовала срочно приехать к ней. И что вы думаете? Макс, наплевав на плачущую Юлю, подорвался и поехал к Милене! Потом та снова его прогнала, а он, как побитый пес, пришел вымаливать прощения у Юли. И она простила. А потом еще раз и еще. За последние полгода, что брат и подруга жили вместе, Максим уже четыре раза бросал свою девушку ради прихоти Милены. А Сабина все больше злилась на брата, поскольку видела состояние подруги. И понимала, как ей больно. Макс тоже все это видел, но не мог бросить Юлю, потому что она была единственной, кто всегда его ждал и прощал. Он мог в любой момент к ней прийти, и она его примет назад.
   Вся эта ситуация была до боли знакома Сабине. Она сама очень долгое время была на месте Юли. В ее жизни тоже был момент, когда была рядом одна сволочь. Он мог приходить к ней, когда ему захочется, а девушка, как глупая дурочка, всегда ждала его и впускала в свою душу и свою постель. И благодаря этому Сабина сейчас хоть как-то понимала брата, поскольку сама была зависима когда-то от другого человека. Понимала, но не прощала. Она устала от того, что Макс страдает сам и заставляет страдать близкого им обоим человека. Сабина если страдала от неразделенной любви, то страдала сама, никого не увлекая за собой. А Макс отчаянно цеплялся за Юлю, не в силах при этом отпустить Милену.
   - Он сказал куда поехал? - устало спросила Сабина, направляясь к шкафу с одеждой.
   - Нет, - всхлипнула Юля. - А что? Что ты хочешь сделать? Он ведь все равно вернется.
   - А ты этого хочешь? Хочешь, чтобы он вернулся?
   - Ты же знаешь, что да, - как-то обреченно ответила подруга.
   - Да знаю, - вздохнула Сабина. - Вот только, сколько ты еще намерена терпеть? Я же уже говорила тебе, что ни к чему хорошему не приведет твое всепрощение. Он будет делать так постоянно. Его уже не изменить. Так хоть свою жизнь не порти.
   - Не могу я! - плакала в трубку Юля.
   У Сабины сердце сжималась от боли и сострадания. Слишком хорошо она понимала, что сейчас чувствует подруга. И хочется и колется. Но ведь нельзя себя в грязь затаптывать. Вот она уже это сделала однажды, и с трудом выбралась обратно. А для Юли и Макса она такого не желала. И если ее братец не в силах выбрать, с кем ему быть, Сабина сделает это за него. Если он сам не хочет разбираться в себе и своих отношениях с девушками, так она хоть подруге поможет.
   - Что ты хочешь сделать?
   - Поговорить. Просто поговорить. И мне нужна твоя поддержка.
   - В чем? - всплакнула Юля.
   - Я сейчас его найду и поговорю с ним по душам. Поставлю его перед выбором: либо ты, либо она. Без возможности еще хоть раз вернуться к тебе. Ты меня поняла? Если он сейчас выбирает ее, ты просто переворачиваешь эту страницу. И если вдруг он одумается и снова приползет к тебе, ты просто не откроешь ему дверь. Ясно?
   - Бин, я...
   - Хватит, Самохина! - разозлила девушка на подругу. - Хватит! Ты не помнишь, что было со мной, когда я была на твоем месте? Не помнишь?! А я помню! И не собираюсь смотреть на тебя такую же: разбитую и раздавленную, униженную и оскорбленную!
   - Но я же люблю его! - простонала Юля.
   - Я тоже любила, но это больная любовь, и ничего хорошего она не принесет. Тебе просто нужно время, - устало вздохнула Сабина.
   - Да, ты права, - безжизненным голосом ответила Самохина.
   Сабина понимал, как сейчас Юле тяжело принять это решение. Пройдет очень много времени, прежде чем она сможет попробовать еще раз. Сабина по себе знала, как трудно искоренить из сердца любовь. А порой это просто невозможно. Вот ей иногда казалось, что это как раз ее случай. После тех больных отношений, что у нее были еще на первом курсе, прошли уже годы, а она до сих пор ни разу не попробовала еще раз влюбиться, не позволяя себе этого чувства. Потому что знала, что не получится. Не получится полюбить, пока в сердце еще живет любовь. Но, по крайней мере, сейчас она хотя бы дышит спокойно. И пусть это тоже получилось не сразу, зато стало легче. А любовь... Любовь пройдет, рано или поздно пройдет. Она еще молода и у нее есть время. Так же как есть время у Юли. Ей нужно лишь подтолкнуть подругу к правильному решению. А насчет Макса... она любит его, конечно, но он, во-первых, старше, а, во-вторых, есть голова на плечах. И, в-третьих, она из чисто женской солидарности даст ему пострадать. За свои поступки надо отвечать, а пока Юля его прощает, он этому не научится.
   Сабина свернула разговор с Юлей и быстро оделась, думая о том, куда мог поехать Макс после ссоры с девушкой. Насколько она знала, и он, и Милена облюбовали недавно открывшийся клуб. Туда она в первую очередь и поедет. Она твердо решила, что сегодня будет последний разговор с братом на тему отношений Милена-Макс-Юля. Пора бы ему уже определиться. Вроде взрослый мужик уже, двадцать семь лет парню, а все играется.
   Волкова выбежала из квартиры и спустилась в гараж. Завела свой жучок и поехала. Перед клубом, с ярким названием 'Sex', стояла уйма народа и такое же количество машин. Кое-как припарковавшись, Сабина вышла из авто и направилась к дверям клуба, обойдя толпу галдящих подростков, пытающихся протиснуться мимо охраны. Кивнула знакомому секьюрити на входе и без проблем вошла внутрь.
   На нее сразу же обрушился звук и свет. Моментально она оказалось в толпе танцующих. Разглядеть хоть что-то не получалось. А уже с ее-то ростом, пусть и на каблуках, и подавно. Поэтому она стала целенаправленно двигаться в сторону лестницы на второй этаж, откуда сможет попытаться рассмотреть в толпе брата или Милену. Но стоило ей подняться наверх, как она тут же увидела Макса. Он был на другой стороне балкона и направлялся к еще одной лестнице, держа за руку красивую холеную блондинку. Милену.
   - Кобель, - прорычала Сабина и стала пробираться в ту сторону, пытаясь не упустить из виду брата.
   Но он очень быстро поднялся наверх, исчезнув из ее поля зрения. Добравшись, наконец, до лестницы, Сабина быстро стала подниматься за ними. Но наверху у дверей стояла еще охрана.
   - Сюда без ключей не пропускают, - пояснил одни из ребят.
   - Эээ... так моя пара уже прошла, - смело заявила девушка. - Я немного отстала от них. Парень темноволосый, и блондинка такая красивая. Я с ними.
   Парни переглянулись и недоверчиво посмотрели на девушку.
   - А что вы на меня так смотрите! - невинно пожала плечами Сабина. - Что, ни разу про групповушку не слышали?
   - Эмм, - промычал один из парней и почесал затылок, глядя на напарника.
   - Ладно, проходи, - сказал второй и открыл перед ней дверь.
   Сабина сложила губки бантиком и громко причмокнула, посылая парням воздушный поцелуй. Они глупо улыбнулись, и пошло подмигнули ей. Как только за ней закрылась дверь, с лица девушку слетела улыбочка, и она хмуро уставилась на коридор. Почти неосвещенный, он предлагал ей на выбор несколько дверей, за которыми находились вип-комнаты.
   - Ну и где ты есть? - пробормотала Сабина и подошла к первой двери, прислушиваясь.
   Тишина. Возле второй тоже. И так еще несколько. Впереди оставалось лишь две двери. Она подошла к одной из них и прислушалась, когда из-за противоположной раздался громкий женский стон.
   - Ага! - прошипела девушка, отходя от ненужной уже двери и мстительно прищуривая глаза. - Извини братец, трахнешься в другой раз.
   С этими словами девушка без лишней вежливости распахнула дверь, буквально вваливаясь внутрь. Ее глазам предстала следующая картина.
   На диване сидел парень, держа в руках обнаженную девушку, сидящую на нем верхом. По спине стонущей девицы рассыпались темные волосы. Одного этого хватило Сабине, чтобы понять, что она ошиблась дверью. А уж когда брюнетка повернулась лицом к незваной гостье, то и подавно: перед ней была абсолютно незнакомая девушка.
   - Ох! - только и смогла выдохнуть Сабина. - Извините, я, кажется, ошиблась дверью.
   Она неловко попятилась назад, берясь рукой за ручку только что вышибленной двери. На лице брюнетки отразилось недовольство происходящим, но она тут же вновь вернулась к своему занятию, а именно расстегиванию пуговиц на рубашке сидящего под ней парня. Но в этот момент этот самый парень немного отклонился назад и в упор посмотрел на Сабину.
   У девушки перехватило дыхание, когда она окунулась в холод серых глаз, таких пронзительных и... знакомых.
   Мирослав!!!
   Сабина замерла на месте, не в силах пошевелиться и сделать вдох. В груди быстро-быстро заколотилось сердце, когда до него дошло, кого увидела хозяйка. Оно стало рваться наружу, туда, где был тот, кого оно так любило.
   На мгновение Сабина выпала из реальности. Воспоминания, одно за другим пронеслись перед глазами.
  
  
   Шесть лет назад...
  
  
   Сабина с любопытством и некоторой растерянностью смотрела по сторонам, глядя на веселящихся студентов. Ее первая студенческая вечеринка была в самом разгаре. Было море алкоголя и танцев, криков и веселья. Все это было для нее, наивной и невинной еще вчера школьницы, немного дико и слишком ярко.
   Каждый второй парень норовил с ней познакомиться, она даже не успевала запоминать их имена - настолько быстро они сменяли друг друга. А она каждый раз краснела и смущалась, стараясь как можно быстрей уйти от очередного предложения узнать друг друга поближе. Все эти нравы, свободные и легкие, были для нее, девушки консервативного и даже строгого воспитания, в новинку. Она пугалась и удивлялась все больше. Но глядя на старшекурсников, понимала, что скоро немного привыкнет и ей станет полегче. Но пока она решила немного отдохнуть от всего этого и уйти отсюда. Но ее одногруппница уговорила ее еще немного посидеть в баре и выпить за начало новой жизни и нового учебного года.
   Сабина не смогла отказать Юле, и они отправились на второй этаж клуба, где был бар и столики для желающих передохнуть. Здесь была та же уйма народу, но все же без музыки было потише, и они смогли найти свободные места, после того, как заказали по безалкогольному коктейлю.
   Сабина продолжала в любопытстве крутить головой по сторонам, глядя на разные лица парней и девушек, что были заняты разговорами и весельем, медленно потягивая напиток через трубочку. Ее взгляд скользил по кругу, пока резко не замер прямо напротив, где за соседним столиком сидела веселая компания молодежи. Все старшекурсники, даже уже выпускники, с шумом и гамом разговаривали и смеялись. Все, кроме одного из парней. Именно на нем и замер ее взгляд. А его замер на ней. Точнее - не замер, а наоборот скользил. От макушки до ног за прозрачным столиком. Красивый, высокий брюнет лениво и откровенно ее разглядывал. А у нее не появилось даже намека на недовольство от столь фамильярного и откровенного внимания. Но при этом он умудрялся выглядеть отстраненным. Отстраненным и сексуальным.
   Именно это слово пришло ей в тот момент на ум - сексуальный. Она даже немного смутилась от этого. Он медленно втягивал дым сигареты, что держал в красивых пальцах. Серые глаза пристально и напряженно всматривались в ее теперь уже лицо. И невозможно было прочитать по их холодному выражению хоть что-то. Он просто смотрел и курил. И столько властности и притягательности было в этом загадочном взоре, сколько она не видела еще никогда.
   В тот же момент она поняла, что в череде новых знакомств, его она не забудет, хоть и не была с ним знакома. Но этот его взгляд проникал в душу, въедаясь своей тайной и магнетизмом.
   Сабина сосредоточила все свои силы на том, чтобы отвести свой взгляд от него, что было сделать непросто, так как он буквально удерживал ее глаза на своих. И его, похоже, совсем не смущал ее интерес, в отличие от нее. Для Сабины это было не свойственно - ни быть под таким вниманием самой, ни уделять подобного кому-то в ответ.
   Но, даже отведя взгляд, она все равно чувствовала всей кожей, что он на нее продолжает смотреть.
   Все же уговорив Юлю уйти, Сабина даже вздохнула с облегчением от того, что в толпе перестала чувствовать на себе прожигающий взгляд серых глаз незнакомца.
  
  
   После той встречи в клубе, Сабина увидела этого парня в своем ВУЗе, в одном из коридоров, когда направлялась в аудиторию. Он просто прошел мимо, уткнувшись в изучение бумаг, что держал в своих красивых руках, в которых, как она помнила, медленно тлела сигарета в тот вечер. Так она поняла, что они учатся в одном универе.
   Потом она часто пыталась увидеть его в толпе студентов. И не понимала почему. А когда видела - сердечко замирало в груди, прежде чем пуститься вскачь. Нетрудно было догадаться, что бы это значило. И пусть она не верила в любовь с первого взгляда, во влечение с оного смогла убедиться на собственном опыте. И пусть это осознание немного пугало и приводило ее в смятение, отнекиваться от него она не собиралась. Просто признала как данность, сколь бы необычным для нее это ни было. И эти интерес и тяга к этому парню стали перерастать в нечто большее. Её это немного напрягало, но что-то делать она не намеревалась. Уже тогда она впала в зависимость от него. Просто увидеть его в течение дня - стало для нее своего рода наркотиком.
   Со временем она немного узнала об этом парне. Стоило лишь прислушаться к разговорам девушек вокруг, которые очень часто обсуждали противоположный пол
   Его звали Мирослав Филиппов. Учится на четвертом курсе экономического факультета. Двадцать один год. Помимо вот этого базового знания, до слуха Сабины доходило очень много разговоров и сплетен о парне. Он был бабником, что не удивительно при такой внешности и обаянии. Отлично учился, занимался боксом. Ни с кем не было постоянных отношений. И по разговорам можно было судить, что и не будет. Он был сам по себе. Рядом с ним было лишь двое друзей. Всех остальных он не подпускал к себе слишком близко. Сабина все гадала почему. Он казался общительным, был очень обаятелен. У такого человека должно быть много друзей. Но этого не было, что немного озадачивало. Но девушка об этом не задумывалась. Она просто вслушивалась в каждое слово о нем, ловя любую информацию. И сама присматривалась к нему более внимательно, пытаясь не выказывать своего интереса слишком явно никому вокруг.
   Она с восторгом украдкой любовалась на него, когда случайно могла застать его на выходе из спортзала. Весь в мыле, он сверкал своим накачанным телом в одних лишь шортах, пока не скрывался в мужской раздевалке. В такие моменты пальцы немели от желания пробежаться по его разгоряченной коже, а в теле появлялось приятное томление. Так же украдкой, но замирая уже от недовольства, она смотрела на него в компании очередной девушки, которые висли на нем гроздьями. А иногда с дикой ревностью в сердце наблюдала, как он жадно целовал одну из них, не стесняясь выражать своего желания ни при студентах, ни при преподавателях. Он просто брал то, что ему предлагали. И столько страсти и секса было в одном его поцелуе, что казалось, ты смотришь на до боли интимное действо.
  
  
   Снова он привлек ее внимание на следующей студвечеринке у кого-то дома. Она не собиралась туда идти, но опять-таки поддалась уговорам Юли. Она почти ни с кем не общалась и не веселилась, стоя в стороне и потягивая лимонад, лишь время от времени отводя взгляд от вида в окне, чтобы взглянуть на окружающих. Не было настроения.
   - Скучаешь? - неожиданно раздался бархатный голос прямо над ухом.
   Сабина вздрогнула от неожиданности и резко обернулась, расплескав на подошедшего напиток. Им оказался Мирослав.
   - Ой. Извини, я не хотела, - торопливо стала говорить девушка, пытаясь стряхнуть с него липкие капли.
   - Радует, - хмыкнул парень, бросив на нее свой загадочный взгляд серых глаз. - Здесь где-то есть вода, поможешь застирать?
   - Да-да, конечно.
   Они вдвоем нашли ванную комнату, где Мир без всякого стеснения стянул с себя мокрую футболку и протянул ей. Сабина даже сглотнула слюну, увидев его так близко в таком виде, и впервые в жизни почувствовала в своем теле яркие всплески желания. Покраснев от собственного смущения, Сабина резко взяла его футболку и отвернулась к рукомойнику. И даже не заметила слегка насмешливого взгляда парня. Дрожащими руками застирала одежду и хорошо выжала.
   - Немного влажно, - протягивая ему назад футболку, тихо ответила девушка, не решаясь поднять на него глаза.
   - Ничего, - ответил парень, не спуская с нее пристального взгляда, который она не видела, но чувствовала всем телом.
   И в тот момент она пожалела, что не пришла на вечеринку при полном параде и с макияжем на лице, вместо которых были широкие джинсы, кросы и безразмерная флиска, на лице ни грамма косметики и волосы небрежно собраны в конский хвост.
   - Спасибо.
   - Не за что, - проблеяла девушка, все так же не поднимая головы. - Я сама виновата.
   Она попыталась пройти мимо него и выйти из комнаты, когда его рука уперлась перед ней в косяк. Сабина тут же замерла на месте и подняла к его лицу робкий взгляд. Мир смотрел на нее сверху вниз, чуть склонив голову набок. А потом стал медленно наклоняться к ее лицу. Девушка перестала дышать, понимая, что он собирается делать. Другой рукой он аккуратно приподнял ее подбородок, и нежно коснулся ее губ своими. Сабина, до того ни разу не знавшая поцелуя, замерла на месте, наслаждаясь необычными новыми ощущениями восторга во всем теле. Она даже не могла поцеловать в ответ - настолько поразительными были впечатления. Но ему, казалось, и не требовался ответ, главное, что не оттолкнула. Тогда он легким эротичным движением скользнул в ее ротик языком, углубляя поцелуй. Он осторожно ласкал ее, пока томительно медленно не оторвался от нее.
   - Сладкая, - прошептал он ей в губы, почти касаясь их своими. - Поцелуй меня, - потребовал он и вновь прижался к ее губам.
   На этот раз более оживленно и страстно. И она ответила, легко поддаваясь движению его губ и языка. Ответила со всей страстью юного тела и влюбленной души. В тот момент она забыла, где находится, в чем одета и какой вообще сегодня день. Только его требовательные губы имели для нее значение. Только он.
   Когда дыхания почти не хватало, он отстранился от нее. Погладил костяшками пальцев ее щеку и отодвинулся, прошептал:
   - Как зовут?
   - Сабина, - тихо ответила девушка, млея от поцелуя и прикосновения его руки.
   - До встречи, Сабина.
   И ушел, натягивая на ходу влажную футболку.
   Сабина неверяще прикоснулась пальцами к горящим губам и счастливо улыбнулась. Но счастье продлилось недолго. Когда она немного пришла в себя и стерла с лица глупую улыбку, она вышла в общую комнату. Тут же стала искать глазами Мира, а когда нашла - почувствовала боль, которую он впервые ей подарил осознанно. Он сидел на одном из диванов и жадно целовал сидящую на его коленях девушку. Его руки беспрестанно и требовательно ласкали ее тело поверх одежды. Сдерживая слезы, Сабина вышла из квартиры и пошла домой, вытирая щеки.
  
  
   После того поцелуя прошел уже месяц, в течение которого Мир не обратил на Сабину свое внимание ни разу. Он, как и прежде, спокойно проходил мимо нее, не глядя и не удостаивая более внимательным взглядом, чем всех остальных мимо идущих. А девушка даже не удивлялась этому. Она не считала себя писаной красавицей. В ней не было высокого роста, модельной внешности. Она была самой обычной девушкой, каких вокруг море. А учитывая отношение Мирослава к противоположному полу - сегодня одна, а завтра другая - она и не рассчитывала на его внимание. Она даже сомневалась, что он запомнил ее имя.
   Было немного обидно, но вполне предсказуемо.
   Когда следующее их столкновение снова произошло на вечеринке, Сабина уже подумывала о том, что это рок.
   На этот раз она пошла развлекаться с остальными потому, что захотела развеяться. Ей надоело каждый день предаваться воспоминаниям о том мимолетном поцелуе и о Филиппове. И она сделала попытку немного расслабиться. Возможно, даже отдать свое внимание кому-либо из окружающих ее ребят. Все-таки гормоны делали свое, и ей хотелось романтики, встреч у фонтана в парке и просто внимания от противоположного пола. В универе не было времени смотреть по сторонам - все занимала учеба и мысли о Мире. Но здесь, в атмосфере всеобщего веселья, можно было немного отвлечься.
   Чего ей не удалось сделать, потому, как почти сразу ее внимание привлекло присутствие в клубе Мира. Он будто выделялся из толпы - она увидела его сразу и уже не смогла переключить свое внимание на кого-то еще. Одним лишь своим присутствием он затмевал остальных. И так думала не только она, поскольку половина находящихся здесь девушек не сводили взгляда с темноволосого красавца с холодными равнодушными глазами.
   Не желая смотреть, как очередная красотка повиснет на парне и уведет его сегодня ночью с собой, девушка пошла к бару. Она села за стойку и заказала кофе, старательно контролируя взгляд, чтобы не оборачиваться и не искать Мира глазами в толпе по привычке. Уж если у нее не получилось расслабиться, так хоть накручивать себя не стоит. А еще она решила выпить кофе и просто уйти отсюда, чтобы не травить себе душу различными соображениями на тему того, кем сегодня станет избранница Мирослава - брюнетка, блондинка или рыжая.
   Уже допив кофе и собираясь пойти на выход, девушка слезла с высокого стула и уткнулась носом в чью-то грудь. Поднимая глаза, она уже знала, кто перед ней - по запаху. Он не пах духами или чем-то подобным. Нет. Легкий запах сигарет и индивидуальный запах тела.
   - Потанцуешь со мной? - сходу спросил Мир, не поздоровавшись и не кивнув.
   - Да, - ответила девушка, также не задумавшись об элементарных правилах вежливости.
   Мир взял ее за руку и повел за собой в гущу танцующих пар. Он развернулся к ней лицом и твердо и крепко привлек к себе ее податливое тело. Из-за разницы в росте, Сабина оказалась лицом на уровне его шеи, чем тут же воспользовалась, чтобы глубже вдыхать в себя его запах. Ей нравилось чувствовать на теле его сильные руки. Нравилось ощущать под ладошками твердость его мышц и их движение. Она прикрыла глаза и просто наслаждалась тем, что он рядом. Сейчас в голове не было ни одной мысли: ни о том, что она к нему все-таки чувствует, и чувствует ли вообще что-то - вдруг это всего лишь игра тех же гормонов; ни о том, что он хочет от нее, зная его правила - никаких связей и привязанностей; ни о том, чем все это может закончиться для нее.
   Одна его рука крепко прижимала девушку к его телу за талию. Другая лежала чуть выше на спине. И через тонкий свитер она чувствовала, как он все время двигает пальцами, словно поглаживая и даря свою ласку. Потом верхняя ладонь стала едва заметно двигаться целиком, начиная поглаживать ее спину, пока не оказалась у ее шеи сзади. Он осторожно перебирал пальцами локоны, выпавшие из убранных наверх волос. Рука, сжимавшая талию, сжалась крепче, а пальцы буквально вцепились в тонкую шерсть.
   Сама Сабина так же крепко стискивала его плечи своими пальцами, совершенно не замечая этого. Девушка совершенно не противилась, когда его рука немного отодвинула ее голову от его плеча и приподняла ее вверх, к его лицу. И уж совершенно не возражала, когда он склонился к ней и настойчиво, но мягко поцеловал ее губы. Она с жадностью запустила руки в его темные волосы, трепетно наслаждаясь его лаской.
   - Пойдешь со мной? - тихо спросил Мир у ее губ, прервав поцелуй.
   В отличие от Сабины, он дышал ровно и спокойно. И голос был тверд и не дрожал. А вот ее тихое 'да' было полно трепета и нервного выдоха.
   Она не спросила зачем, потому что знала. Не подумала о причинах, потому что просто хотела этого, без всяких условий и мыслей о последствиях.
   С тем же равнодушным выражением на лице и скупой улыбкой на губах, Мир взял ее за руку и повел за собой на выход. Усадил в свою машину и повез к себе. За время пути Сабина ни разу не посмотрела на него, не издала ни звука. Просто молчала и ни о чем не думала. Красота ночного города пролетала за окнами движущейся машины, но она лишь прислушивалась к его дыханию, считая по нему секунды.
   Он остановил машину у многоэтажного дома и помог ей выйти. Не отпуская ее руки, он поставил авто на сигнализацию и повел ее за собой. Войдя в подъезд, прошел мимо лифта, потому как квартира была на третьем этаже. Быстро открыв дверь, он завел ее внутрь и закрылся изнутри.
   Сабина стояла и смотрела в темноту его дома, слыша, как за спиной защелкнулся замок. А уже через миг ощутила на талии его сильные руки, а всей спиной его тело, когда он прижал ее к себе и стал уверено покрывать поцелуями ее шею, оголяя попутно плечо от свитера, чтобы также коснуться его губами.
   Девушка медленно сходила с ума, чувствуя, как его руки умело касаются ее тела, а губы ни на миг не отрываются от ее кожи. Когда его ладони скользнули под свитер и легли на живот, внутри под кожей и мышцами тягуче напряглось наслаждение, томное и жгучее. Он будто знал, что она это чувствует, и еще сильней распалял эти ощущения, еле ощутимо поглаживая чувствительную кожу кончиками пальцев. Его руки неукротимо скользили все выше и выше, а она не смела и не хотела его останавливать. Не было ни страха, ни сомнения.
   Он быстро избавил ее от свитера, отбросив его в сторону. Почти сразу его пальцы оказались на пуговице ее джинс, а потом и на молнии. И вот уже его руки спускают с ее бедер мешающий предмет одежды, оставляя ее только в белье и белых носочках.
   Он становится перед ней и медленно рассматривает то, что только что обнажил, попутно взгляду касаясь пальцами одной руки ее шеи, плеча, ключицы. Очерчивает контуры белья на ее груди и напряженные мышцы на животе. Проводит по кромке белья внизу, чуть ниже по бедру. Возвращает взгляд к ее глазам.
   - Ты прекрасна, - тихо шепчет Мир, наклоняясь к лицу, чтобы подарить ей новый поцелуй.
   Его руки уверенно прижимают ее к его телу и начинают неспешно ласкать, пока он отступает назад, тяня ее за собой. Доведя ее до кровати, он окончательно ее обнажил. На нем же оставались только джинсы, с уже расстегнутой пуговицей. Он все делал сам, видя ее нерешительность и смущение от каждого прикосновения и ласки. Сабина осторожно касалась его груди, пока он смотрел на нее. Его кожа была горячей, а мускулы под ней напряжены и жестки.
   Он сел на кровати, заставляя ее встать между его раздвинутых коленей. Его губы касаются ее живота, а руки скользят по изгибу спины и бедрам.
   - Я девственница, - тихо шепчет девушка, глядя на его темноволосую макушку.
   Она говорит это не для того, чтобы его остановить или намекнуть на какую- либо ответственность. Просто, чтобы он знал, что до него ее никто так не касался. Ей это казалось важным.
   - Я буду нежным, - пообещал ей Мирослав, подняв голову и заглядывая ей в глаза.
   И он сдержал обещание. Его ласки были нежными, но при этом настойчивыми и решительными. Он уверенно отводил ее руки или заглушал малейший намек на протест губами. А она делала это скорей автоматически, чем сознательно, поскольку никакого страха не было.
   Она не помнила, как он окончательно избавился от одежды. Лишь его руки, губы и глаза были центром ее внимания. И сейчас последние не были привычно холодны. В них была страсть и желание, которые буквально расплавляли серебро его взгляда, от чего самой девушке становилось теплее. Она знала, что это она послужила тому, что ему хорошо и это было приятно. Безумно приятно. И пусть не любовь была в них, но и не пустота, что она видела раньше.
   Во всем великолепии происходящего была лишь одна маленькая вспышка мимолетной боли, когда он вошел в нее одним плавным движением. Из глаз скатилась лишь одна слезинка, которую она не сдержала.
   - Не плачь, - попросил ее Мир, вытирая ее губами.
   - Я не плачу, - тихо ответила девушка, потянувшись к его губам, чтобы заглушить последствия его проникновения новой лаской.
   Она сама подалась ему навстречу, не в силах оттягивать долгожданный момент их полного единения, о котором мечтала последнее время. И пусть оно будет временно и мимолетно, о чем она не забывала ни на миг, не теша себя напрасными иллюзиями, оно ей было необходимо.
   И он его ей подарил. Сладкое, дикое и невыносимо прекрасное в своем ощущении. Раз за разом в течение всей ночи. Не было ни усталости, ни остановки. Только удовольствие и ее тихие, робкие стоны в ответ.
   А утром снова боль. Когда она проснулась и нашла его на кухне, где он курил у окна, он сказал лишь несколько слов:
   - Одевайся, я отвезу тебя домой.
   Сдерживая слезы, ведь она знала, что чуда не произойдет, девушка выполнила его просьбу, а может требование, но отказалась от его услуг в качестве извозчика. Он только плечами пожал, закуривая новую сигарету.
   А в такси она все же не сдержала несколько слезинок. И не от обиды на него, потому как знала, что так будет. И не потому, что раскаивалась. А потому что полюбила. Впервые и надолго. А еще безответно.
   Но она твердо была уверена в том, что сможет побороть в себе все это. Стоит лишь подождать...
  
  
   Наше время...
  
  
   Все эти моменты в один миг проскользнули в сознании Сабины, когда она посмотрела в глаза своему ужасу. Своей зависимости. Своей любви. Она глубоко вздохнула, смогла, наконец, немного прийти в себя, чтобы отвернуться от него и выйти из комнаты, закрыв за собой дверь.
   Прислонившись в коридоре спиной к стене, Сабина приложила ладонь к груди, где неистово колотилось сердце, словно пытаясь унять его стук. В ушах пульсировала кровь, не давая ничего услышать. Сабина никогда больше не ожидала увидеть Мирослава. Пять лет назад он просто исчез из этого города, словно испарился. Только через несколько месяцев она узнала, что он уехал в Москву насовсем. В тот миг она испытала и боль, и радость. Боль от того, что больше не увидит его. А счастье по тому же поводу - она сможет попытаться его забыть.
   Ведь сразу не получилось...
  
  
   Шесть лет назад...
  
  
   Сабина ждала и верила в то, что сможет выкинуть из головы Мира. Но все оказалось не так просто, как представлялось. Он служил живым напоминание того, что она чувствовала. Возникла даже мысль уехать на время из города, перевестись в другой ВУЗ. Возникла и пропала. Потому как ей безумно хотелось видеть его каждый день. И пусть это называется мазохизмом, она готова была терпеть эту боль, лишь бы иметь возможность видеть его хоть иногда и мимолетно.
   Она ни разу не сделала попытки что-то ему сказать. Даже не подходила и старалась не попадаться на глаза, не желая быть назойливой. Ведь он прекрасно дал понять, что это ему не нужно. А украдкой все равно смотрела на него, когда выпадала возможность.
   Он пришел сам. В первый миг она была счастлива и дико рада. А потом боль, снова и снова. И она принимала эту боль раз за разом...
  
  
  Наше время...
  
  
   И когда он уехал, у нее появился шанс начать все заново. Но она не успела, не смотря на столь длительный срок - он вернулся. И что теперь? Неужели он снова придет? Вряд ли. Он стал другим человеком и наверняка поменял свои вкусы и приоритеты. Зачем ему она, непримечательная девушка, одна из многих? Да и она его больше не пустит. За долгое время его отсутствия она научилась бороться с собой. И она сможет противостоять ему и себе самой.
   Сделав еще один глубокий вздох, Сабина вспомнила, зачем пришла и направилась к последней двери, за которой тоже послышался звук. Решительно распахнув ее, она увидела того, за кем пришла.
   - Пошли. Поговорить надо! - решительно заявила Сабина, становясь на пороге и складывая руки на груди.
   Ее нисколько не смущал полуобнаженный вид брата и такой же Милены.
   - Тебя стучать не учили? - недовольно прошипела блондинка, прикрываясь простыней. - Как тебя вообще сюда впустили?
   - Что ты здесь делаешь? - обескуражено спросил Макс, вскакивая с кровати и застегивая джинсы.
   - Сказала же - поговорить надо! - рыкнула девушка. - Срочно! - воскликнула она, видя, что родственник собирается возразить.
   - А не пошла бы ты? - прищурила свои злые глаза Милена.
   - Только вместе с тобой, - мило улыбнулась Сабина.
   - Подожди, я скоро вернусь, - проговорил Макс Милене, подходя к сестре.
   - Я домой поеду - захочешь - придешь, - фыркнула в ответ холеная красавица.
   Сабина только глаза закатила. Решительно схватив брата за руку, она вышла в коридор и пошла на выход. Подтолкнув Макса вперед, она почти шагнула на лестницу, когда почувствовала на спине прожигающий взгляд. Резко обернувшись, встретилась с серыми глазами. Мирослав стоял возле своей комнаты. Подняв руку вверх, он опирался ладонью о косяк и пристально смотрел на девушку. На его груди была распахнута белая рубашка и закатаны рукава, являя ее взору великолепное тело, совершенное в своей притягательности и красоте. Ремень на брюках расстегнут. А в руках сигарета. Медленная затяжка и прищуренный взгляд поверх дыма. Обещающий и прожигающий. Выдохнув дым, Мир медленно растянул губы в ухмылке, порочной и многообещающей.
   Сабина резко втянула воздух и отвернулась, закрывая за собой дверь.
  
  
  ***
  
  
   Мирослав посмотрел вслед девушке и, довольно улыбаясь, вернулся в комнату. Эта встреча была удивительно неожиданной и приятной, если не сказать больше. На него нахлынули воспоминания.
   Когда он уезжал отсюда, он не желал брать с собой свою прежнюю жизнь в будущее. Поэтому практически не вспоминал ничего из того, что оставил. Особенно ее. Свою привычку. Зависимость. Слабость.
   Но сегодняшнее появление этой девушки всколыхнуло в душе знакомые эмоции. Он никогда ни к кому не испытывал привязанности. Ни к кому, кроме нее. Она стала для него откровением, страстью и страхом. Он боялся всего, что связано с зависимостью от других. А она стала первой, кто пробудил в нем это.
   Он помнил, как впервые увидел ее...
  
  
   Шесть лет назад...
  
  
   Первая в этом учебном, последнем для него, году студенческая вечеринка. Все как всегда: море веселья и новых лиц. За четыре года обучения он уже привык к подобному. Потому сейчас откровенно скучал, разглядывая яркую толпу вокруг их столика.
   Ловя на себе до боли знакомые жаркие и откровенно призывные взгляды, Мир равнодушно переводил свой дальше. Все приелось и стало даже надоедать. Уже не имело значения, кто бросал на него эти взгляды: уже знакомые ему или же те, кто лишь впервые видел его. Немое поклонение, или даже раболепие, было одинаковым, будь то хоть взгляд искушенной студентки-нимфоманки или же почти невинной девушки.
   Но неожиданно его взгляд зацепился за нечто новое.
   Ничем не примечательная первокурсница, хрупкая нежная девушка, со слегка испуганным взглядом восхитительно невинных глаз. Голубых, с легкой поволокой. Но не это привлекало - таких вокруг было много.
   Выражение этих глаз заставило его вглядеться в них. Не было привычной похоти и дикости. Она смотрела испуганно и смущенно. Восхищенно и жадно, но без всякого сексуального подтекста. И пусть к восхищению он также привык и был равнодушен, но именно в этих глазах оно казалось глотком свежего воздуха в затхлой комнате. В этом восхищении была уже привычная реакция на его внешность, но что более важно - там был немой вопрос. Будто она пыталась его разгадать. Будто пыталась увидеть в нем то, о наличие чего другие даже не задумывались, глядя на внешнюю оболочку. Ее взгляд искал что-то помимо того, что он готов был показать.
   И это напрягало. Он не готов был открыть кому-то душу.
  
  
   Время от времени он замечал эту девушку в ВУЗе. Просто отмечал ее присутствие, не больше. И удивлялся тому, что вообще обращает на нее внимание, пусть и такое поверхностное. В ней что-то было. Что-то цепляло. И его пугало то, что она стала для него интересна. Он не любил чувствовать себя зависимым, пусть даже так слабо, но все же. Силой воли он все же заставил себя о ней забыть.
  
  
   Спустя время он увидел ее одиноко стоящую в стороне на какой-то шумной вечеринке. И не сдержался, подошел. Она облила его лимонадом. Ему даже стало смешно - все кругом были уже пьяны от переизбытка алкоголя, а она пила просто лимонад. Так невинно и по-детски.
   Ему вдруг захотелось ее подразнить. Когда он снял футболку, ему понравилось ее смущение. Она вроде и смотрела на него жадно и любопытно и в то же время смущалась своего интереса. Он не удержался и поцеловал ее нежные губки. Сразу понял, что раньше она этого не делала. Робкая и до безумия сладкая, не омраченная опытом и развратом. Ему понравилось. Но ему было мало, а пугать ее он не собирался. Поэтому развернулся и нашел себе на вечер ту, с которой не нужно думать о том, чтобы не обидеть. Прямо там же он подцепил подходящую кандидатуру. Он видел, как со слезами на глазах убежала Сабина. Ему не было жаль. Не было стыдно. Но вдруг появилось презрение к той, кто так легко ему отдавалась сейчас почти на глазах у всех. Ему вдруг захотелось увидеть хоть каплю чистоты. Но кругом лишь грязь.
  
  
   Какое-то время он практически не видел девушку, не зацикливаясь на ней и вернувшись к прежним приоритетам. А потом опять его потянуло к ней. Он увез ее к себе. Был непривычно нежен ради нее. Всю ночь напролет касался ее тела и смотрел в сияющие глаза.
   А утром оттолкнул. Зачем? Ему не нужна привязанность, а к ней он почувствовал непреодолимую тягу. Впервые за свои двадцать с лишним лет чувствовал желание успокоиться и остановиться.
  
  
   Но привычку трудно побороть, да он и не пытался. Продолжал гулять, как обычно. Не смотреть по сторонам, чтобы увидеть ее в толпе. И был рад тому, что она не делала того же. Она не подходила, не просила и даже не смотрела. И он подумал, что все пришло в норму. Пока однажды ему просто до безумия захотелось ее увидеть.
   Он приехал к ней среди ночи, оставив перед этим в постели очередную девушку на раз. Уже в машине кому-то позвонил и узнал ее адрес. Стоя перед ее дверью, сжимал кулаки, пытаясь удержать пальцы, чтобы не нажать на звонок.
   Не смог. Позвонил. Она открыла дверь. Вся сонная, заспанная и удивленная сверх меры. А он стоял и смотрел в ее чистые глаза и понимал, почему приехал к ней. В ней было столько чистоты и нежности, что он мог в них купаться. И она позволяла это. Эти глаза смывали с него порок, которым он был сам, от которого чувствовал себя грязным.
   Она стояла на пороге и просто смотрела, и уже одного этого хватило ему, чтобы расслабиться и забыть о том, что он не хочет быть здесь, с ней.
   В ее глазах он видел понимание того, что она знает, что он только что был с другой. Об этом говорил и его помятый вид, и запах женского тела и секса. И все равно она его впустила. Молча отошла в сторону, давая ему пройти.
   И он вошел, не отрывая взора от ее глаз. В которых видел не только грусть от того, что он был с другой. Но и причину этой грусти - любовь. И он готов был наслаждаться этой любовью, которая позволяла и ему чувствовать себя окрыленным. Да, это было эгоистично. Но он и был таким.
   Она это знала. Никогда ничего не требовала, все терпела и прощала. А он все больше причинял ей боли. Еще ни к кому он не возвращался так часто и постоянно. Всегда были лишь однодневки. Но не она. С каждым его приходом он видел, как медленно, но верно потухал огонь любви и чистоты в ее глазах, сменяясь болью и отчаянием.
   Когда она доходила до предела - прогоняла. Он уходил. Но возвращался, зная, что она все равно ждет его.
   Это была зависимость. И его, и ее. Она зависела от него всем - и телом и душой. А он зависел от ее тела, пользуясь душой как своего рода очистительным средством для своей. Ее любовь давала ему почувствовать себя по-другому. Не таким грязным, каким он был на самом деле.
   Так продолжалось почти год. Неизменно он приходил к ней. Целовал, ласкал, держал в своих руках, чувствуя, как эта девушка на миг дает ему чистый свободный вдох. Он просто брал, ничего не давая взамен. А уходя, он оставлял за собой слезы и боль.
   А закончив учебу, он уехал в столицу, сделав очередную попытку оборвать свою зависимость ею. А еще чувствовал, что и для нее так будет лучше. Иначе совсем скоро от нее не останется ничего. Наверно, это было впервые, когда он сделал что-то для ее души...
  
  
  Наше время
  
  
   Она изменилась. Он видел это по ее взгляду. Ушла покорность, обреченность и появилась искра жизни, которую он так бездушно погасил своим отношением к ней. Искра, которой ему так не хватало, пусть и понял он это только сейчас, когда увидел ее спустя пять лет. Искра, которой хотелось вновь овладеть. Только он видел, что сейчас это не получится так легко, как шесть лет назад. Она научилась жить без него, смогла преодолеть себя, когда его не оказалось рядом, чтобы бередить раненое сердце.
   И внешность тоже поменялась. Ушла детская походка, фигура, остались лишь по-прежнему невинные глаза. Она стала более привлекательной, обретя соответствующие возрасту формы тела. Тогда она была почти еще ребенком, юное, нежное тело, которое он учил любить. Сейчас перед ним была уже взрослая девушка. Волосы более длинные, густые и блестящие, не испорченные краской, в которые так и хотелось зарыться лицом и вдыхать ее такой родной запах. Он был почти уверен, что она по-прежнему пахнет жасмином и мятой, запах такой же свежий и чистый, как и она сама. Не смотря на все то, что он сделал с ее телом и душой, для него она по-прежнему оставалась нетронутым цветком. Хотя сама она вряд ли считает себя таковой. Наверняка, она зла и обижена на него за то, что он вымарал ее в своей похоти, грязи и равнодушии. Наверняка поняла, что он делал с ней, когда его не стало в ее жизни. Ведь находясь рядом, он не давал ей шанса осознать его пагубное влияние на нее. Не давал понять, что без него ей будет лучше.
   А еще он задался вопросом - есть ли у нее кто-то. Любовник? Жених? Может она уже замужем? И вдруг почувствовал, что даже это его не остановит. Он хочет ее. Как и раньше. А если он этого хочет, то добьется любыми путями. Пусть он опять все будет разрушать и топтать, зато хоть на миг почувствует ее рядом, ту, которая заставляет его свободно дышать.
   Да, он понимал, что начинает путь по той же дороге. Но и поменять себя и свои потребности не мог. Она ему нужна. И в этот раз он просто заставит ее дать ему то, что он хочет.
   От мыслей о Сабине его отвлекли проворные ручки брюнетки, торопливо расстегивающие его брюки. Почему-то девушка уже не казалась ему такой уж желанной, но она умело пробудила в нем желание, и он погрузился в него с головой, оставляя размышления на потом.
  
  
  ***
  
  
   Сабина почти с облегчением вздохнула, когда выпроводила Макса домой. Разговор был тяжелым для них обоих. Она в последний раз попыталась достучаться до брата. Макс понуро кивал головой, со всем соглашаясь, но она видела, что он еще ничего не решил.
   - Ты просто побудь сейчас один, а не мчись к Милене, - посоветовала Сабина брату. - Разберись в себе, а завтра, на свежую голову, примешь решение. Только учти, что на этот раз окончательное, - предупредила девушка.
   Максим только кивнул и ушел. Но стоило двери закрыться за ним, как на Сабину навалилось еще одно событие этого вечера.
   Мирослав.
   Что ей делать? Почему ее сердце никак не успокоится? Ведь прошло пять лет, долгих пять лет!! Почему она не может выкинуть этого ублюдка из головы? Он втоптал ее в грязь, и не один раз. Он делал это постоянно. Он дарил ей только боль и разочарование. А она все равно продолжала его ждать. И сейчас ждет. Не хочет, но ждет. И знает, что он придет. Слишком уж многообещающим был его последний взгляд. Ей осталось лишь дождаться его и доказать им обоим, что в этот раз все будет по-другому. Она уже не та наивная девочка. Она повзрослела, поумнела и многое поняла. Подняла свою самооценку, что удалось с трудом. Начала по-новому смотреть на многие вещи. Она просто стала другой. Осталось убедить в этом лишь себя. Почему-то Сабина догадывалась, что пока она этого не сделает, в это не поверит и он. Его очень трудно в чем-то убедить. Всегда было трудно. Сколько раз она пыталась доказать ему, что покончила с этой зависимостью им, а он в тот же миг с легкостью доказывал обратное, заставляя ее признавать его власть над своим сердцем. Ей казалось, что он получает садистское удовольствие от того, как ломает ее. Он с таким наслаждением смотрел на нее, когда она открывала перед ним свое сердце, что казался ей дьяволом, требующим свою купленную душу.
   Сейчас помимо воли в голове всплыли и картинки тех удовольствий, что он ей подарил. Кроме своего тела, он больше ничего ей не отдавал. Лишь оно было тем, что могла иметь Сабина. Он целиком и полностью погружался в блаженство их соединения. Их тела идеально дополняли друг друга, дарили море наслаждения, оставляя после себя горечь в душе. Но даже эта горечь не могла затмить экстаза. Даже зная, что он приходит к ней из чужой постели, она неизменно хотела его. До боли, до ломки во всем теле. Одного его взгляда хватало, чтобы она тут же загорелась. Его поцелуи сводили с ума, а ласки доводили до грани. Для него она была готова всегда и везде. Ей порой становилось стыдно из-за этого. Но одного его довольного и горячего взгляда хватало, чтобы тут же забыть об этом. И очень скоро она перестала стесняться своего желания. Любовь затмевала все: и гордость, и самоуважение, и стыд. Он мог в любой момент к ней подойти в институте и увести в какую-то пустую аудиторию, где овладевал ею в торопливом безумии, всего лишь подняв ее юбку и отодвинув в сторону белье. Мог на несколько дней оставить ее в своей постели, давая лишь перекусить и подремать пару часов. Сейчас все это казалось ей безумием, а тогда только так она могла ловить его внимание. Пусть примитивно, но хоть как-то. Хотя девушка все-таки понимала, что он тоже к ней что-то чувствует. Ведь только к ней он возвращается раз за разом, только она была с ним чаще, чем все остальные. Она однажды попыталась поговорить с ним об этом...
  
  
   Пять-шесть лет назад...
  
  
   Когда он впервые пришел к ней, она была ошеломлена, удивлена и поражена. Она никогда не верила в то, что он вернется. Он никогда ни к кому не возвращался. И она вряд ли станет исключением.
   Но вот он, перед ней. Просто стоит и смотрит. А в глазах какая-то... затравленность что ли. А еще холод и жар одновременно. Он смотрел на нее, как на что-то такое необходимое, но болезненное. Как наркотик. И от этого взгляда ей стало просто хорошо. Она нужна. Она это видела, пусть он и не хотел показывать. Но будь по-другому он ведь не пришел бы, верно? И все равно, что только что был с другой: по нему это видно, но и сама она это чувствовала.
   Она молча чуть отступила в сторону, приглашая его войти. Он бросил взгляд вперед и с каким-то обреченным тихим, почти незаметным, выдохом вошел. Сабина закрыла за ним дверь и повернулась к нему лицом. Она смотрела на него открыто и честно, не скрывая того, что было в ее душе. Даря ему эти чувства и эмоции. А он жадно их поглощал, просто глядя в ее глаза.
   За доли секунды он сократил расстояние между ними и впился в ее губы жестким поцелуем. Не было той нежности, что он дарил ей в их первую ночь. Тогда он явно старался для нее. Сейчас же был самим собой. И такого Мира она хотела не меньше. Ей не нужны были долгие ласки и прелюдии. Довольно было того, что он просто рядом.
   В тот раз он овладевал ею с такой жадностью и страстью, что впору было испугаться. Но в этом он показывал свою потребность в ней, поэтому она не боялась, а только наслаждалась и радовалась.
   Так было раз за разом. И со временем ее радость поутихла, когда она поняла, что это не его желание, это просто его требование, эгоистичное и безжалостное. Она поняла, что он просто пользуется ею. Зачем и с какой целью - не знала. Просто видела, что он зависим от нее не меньше, чем она от него. Но не в чувствах было дело, как в ее случае. Нет. Он не чувствовал к ней ничего. Абсолютно. Иначе не причинял бы столько боли и страданий. Не приходил бы к ней от одной, чтобы после нее пойти к следующей, зная, что она чувствует к нему.
   Однажды она решилась поговорить с ним об этом. Попытаться понять, почему он так поступает с ней, с ними обоими. Он холодно прервал этот разговор, а потом исчез на пару недель. А когда появился - предупредил о том, что приходит к ней не за разговорами по душам.
   - А зачем ты приходишь?! - не выдержала девушка и повысила голос, чего с ней никогда раньше не было. - Ты приходишь просто потрахаться?
   - Да! - безжалостно обрушил ее надежды Мир. - Я прихожу только потрахаться. И я никогда не обещал тебе большего! Ни-ког-да! И не надо ждать от меня ничего другого! Ты лишь одна из многих в моей постели. Всё!
   Тогда она впервые выгнала его сама, понимая, что не должна быть на таком месте в его жизни. Не должна и не хочет.
   Он вернулся через некоторое время. А она впустила, тут же бросившись в его объятья. И что бы она ни говорила, как бы ни заклинала его не приходить больше, он все равно возвращался, нарушая ее покой и уединение. А она не находила в себе сил отказаться от этого, ждала и принимала. С каждым разом он приносил в ее жизнь все больше боли и разочарования. Но оттолкнуть его было выше ее сил. Она не могла отказаться от него. Не могла показать свою гордость, растоптав ее в грязи его измен, обмана и порока. Пусть это больная любовь, но она не могла тогда от нее отвернуться. В Мирославе она видела все отрицательные черты, какие только возможно увидеть. Видела все его недостатки, которые он не считал нужным скрывать. Видела, а все равно любила...
  
  
   Наше время
  
  
   За всеми сегодняшними разговорами и размышлениями Сабина и не заметила, как быстро прошло время. На часах уже почти четыре утра. Быстро приняв теплый душ, девушка забралась в постель и тут же отрубилась без сновидений, за что была очень благодарна подсознанию - ну не в силах она больше что-либо сегодня переживать, пусть и не в реальном мире.
  
  
  ***
  
  
   Прошла неделя с тех пор, как Сабина увидела Мирослава, и все это время она ждала, когда он придет. А в том, что придет, девушка не сомневалась. С каждым днем напряжение возрастало все больше и больше, и Сабина уже готова была сама к нему пойти, лишь бы поскорей разобраться со всем происходящим и отрешиться от его появления в этом городе. Она очень надеялась, что разговора хватит для ее успокоения. Главное, чтобы он понял ее и просто оставил в прошлом, как уже однажды сделал.
   А еще Сабина была не уверена в том, что сможет достойно выйти из всей этой ситуации. Главное для нее - это быть холодной и отстраненной, чтобы он не увидел тех отголосков чувств, что еще жили в ней. Она боялась того, что какое-нибудь его слово или жест всколыхнет в ее душе и теле ненужные воспоминания.
   На выходные Сабина отказалась от всех предложений друзей куда-нибудь сходить. Во-первых, не было настроения. Во-вторых, она очень сильно устала за рабочую неделю. А в-третьих, она просто боялась встретить Мирослава. Она не хотела показываться ему на глаза, в робкой надежде, что он уже ее забыл, что было весьма сомнительно - он никогда ничего не забывает, если не хочет. А по его последнему взгляду было ясно, что он явно заинтересован во встрече с ней. Зачем? Она даже не догадывалась - Мир был слишком непредсказуем. Да и времени много прошло - вдруг он изменился? Хотя вряд ли - такие как он не меняются. Так и остаются эгоистами и циниками до конца жизни.
   Когда воскресенье подошло к концу, Сабина облегченно вздохнула. Закончились два дня лихорадочных раздумий. Завтра понедельник, и она легко загрузиться работой, чтобы не думать о нем. Девушка приняла душ и надела свою любимую пижаму - свободные бриджи на завязке и футболка с жирафиком. Она уже направлялась в спальню, когда зазвонил ее мобильник.
   - Привет, Юлек.
   - Привет. Ты дома? Не разбудила?
   - Что хотела?
   - В гости.
   - Не поздновато ли? - хмыкнула Сабина.
   - А мне теперь вечера занять нечем, - грустно ответила подруга.
   - В смысле?
   - Макс сегодня приходил. Забрал вещи, - судя по голосу, Самохина с трудом сдерживала слезы.
   - Он к Милене?
   - Не знаю. Просто сказал, что больше не вернется. Не хочет меня мучить. Не поверишь, но я даже вздохнула с облегчением. Такое чувство на душе... будто я дышать могу всей грудью. Я люблю его, но терпения, правда, уже нет.
   - Я понимаю, - вздохнула Сабина.
   - Мне так выпить хочется, - тихо и вкрадчиво прошептала Юля в трубку.
   Сабина даже рассмеялась. Ее подруга всегда относилась к алкоголю негативно, а тут вдруг такое желание. Она сама наверно от себя в шоке.
   - Приходи, у меня все есть, - согласилась девушка и сбросила звонок.
   Отправилась на кухню и начала готовить легкий ужин в качестве закуски. Нарезала фрукты и достала шоколад. Она как раз заканчивала нарезать колбасу, когда прозвенел звонок.
   - Входи, открыто, - прокричала Сабина, не отрываясь от готовки. Хлопнула дверь, и послышался звук снимаемой обуви. - Юль, прикрой дверь на замок.
   Послышался характерный щелчок.
   - Милая пижамка, - раздался за спиной бархатный голос.
   Сабина вздрогнула от неожиданности и резко развернулась. Мирослав расслабленно стоял перед ней в дверях кухни, сложив руки на груди и опираясь плечом о косяк.
   - Что ты здесь делаешь? - глухо спросила девушка, ошеломленно глядя в серые глаза.
   - Ты сама меня пригласила, - хмыкнул Мир.
   - Я не думала, что это ты.
   - Это я понял, - хмыкнул молодой мужчина. - Ты порезалась.
   Только в этот момент Сабина обратила внимание на боль в пальце левой руки. Достаточно легкий порез, ничего серьезного. Но она продолжала стоять и просто смотреть на него, не обращая внимания на стекающую по пальцу кровь. Мир сделал шаг ей на встречу и взял в свои руки ее пораненную ладошку. От одного его прикосновения девушка вздрогнула всем телом. А он, как ни в чем не бывало, поднял ее палец и втянул его в рот. Сабина судорожно вздохнула от прикосновений его языка и губ к своей коже. Он нежно и осторожно зализывал ранку, пристально глядя в ее глаза. А она всеми силами пыталась взять себя в руки.
   Он здесь, стоит рядом с ней, в ее кухне и оказывает ей элементарную помощь. Ей казалось, что и не было тех пяти лет, что она не видела его. Не было одиночества и пустоты. Он, как и раньше, просто пришел к ней домой и чувствует себя здесь спокойно и раскрепощено.
   Мир сделал еще одно движение языком и медленно вытащил ее палец изо рта.
   - Вот и все, - произнес он, отпуская ее руку, отчего девушка тут же почувствовала себя опустошенной, обманутой. - Нужно быть осторожней.
   - Ты меня напугал, - тихо ответила девушка.
   - Прости? - спросил Мир, будто не знал, что в таких случаях надо говорить.
   - Зачем ты пришел? - выдавила из себя девушка, чуть отступая от него.
   - Ты знала, что я приду.
   - Знала. Только не знала зачем, - раздраженно ответила девушка.
   Злость на него помогла ей немного взять себя в руки.
   - Хотел тебя увидеть.
   - Увидел? Уходи, - недовольно произнесла девушка, сверля его гневным взглядом.
   Мир негромко спокойно рассмеялся.
   - Ты изменилась. Раньше всегда встречала либо молча, либо с радостной улыбкой.
   - Не надо делать вид, что ты не понимаешь происходящего.
   - Я пришел просто поговорить.
   - Не смеши меня, - фыркнула девушка. - Ты никогда не приходил ко мне, чтобы просто поговорить. Ты приходил, чтобы просто потрахаться!
   Сейчас эти слова уже не причиняли боли как раньше. Это была просто констатация факта, не больше. Даже не обидно.
   - Верно. Ну а вдруг я изменился? - усмехнулся парень.
   - Такие как ты не меняются, - безжалостно возразила девушка.
   - Тоже правда, - хмыкнул Мирослав в ответ.
   - А вот я изменилась! Уходи!
   - А если нет? - вкрадчиво спросил Мирослав, чуть прищурено и с легкой улыбкой на лице.
   - Чего ты хочешь от меня?! - не выдержала девушка и сорвалась на крик.
   - Тебя. Я хочу тебя. Как раньше, - честно ответил мужчина, делая шаг в ее сторону.
   - Ты как был, так и остался эгоистичной свиньей! - презрительно ответила девушка, стараясь не сходить с ума от его сексуального голоса. - Думаешь только о себе!
   - Как ты верно заметила, такие как я не меняются. И ты знаешь, что если я чего-то хочу, то всегда получаю. Это тоже не изменилось.
   - Мир, не надо! Хватит! Уходи! Я не собираюсь больше иметь с тобой ничего общего! Я не та наивная девочка, какой была пять лет назад!
   - И мне это безумно нравится, - улыбнулся молодой мужчина, касаясь пальцами ее щеки.
   Сабина не смогла подавить дрожь восторга от его прикосновений. Как давно она не ощущала его рук на своем теле! Как давно не чувствовала этого томления! Всего лишь одно прикосновение - и она уже начинает сдаваться. Она чувствовала на себя злость, чувствовала отчаяние и презрение к своей слабой натуре.
   - Уйди, - тихо прошептала девушка, глядя ему в лицо. - Прошу!
   В ее голосе было столько мольбы и отчаяния, сколько он никогда в ней не слышал.
   - Нет.
   Он коснулся пальцами ее подбородка, большим погладил ее дрожащие нежные губки, на которые смотрел не отрываясь. От нее действительно все так же пахло жасмином и мятой. Он стал медленно наклоняться к ее лицу, а Сабина даже не могла пошевелиться, не могла заставить себя оттолкнуть, будто была загипнотизирована. Но было хуже - она была зависима. Даже сейчас, пять лет спустя, она по-прежнему не могла отказаться от него.
   - Не делай этого, - еще раз попросила девушка тихо-тихо.
   Мир только головой покачал, а потом резко преодолел последние сантиметры и жадно прильнул к ее губам, обхватив ее за шею сзади, чтобы она не смогла отклониться. Но она и не собиралась. Вместо этого - обреченно закрыла глаза и сдалась.
   Мир знал, что она не сможет устоять. Он почувствовал, что она не собирается сопротивляться и тут же углубил поцелуй, обвивая руками ее стан. Тонкая талия в его руках, округлые бедра, плоский животик, прижатый к его восставшей плоти и напряженная грудь - все как раньше. Она не может ему противиться, а ее тело просто создано для него.
   - Все такая же сладкая, - прошептала мужчина, оторвавшись от ее губ. - Ответь.
   И снова поцелуй, и она не смогла противиться его приказу. Сама раскрыла ротик, впуская в себя его умелый язык. Схватилась руками за его широкие плечи, потому что ноги уже не держали. С каждой секундой поцелуй становился все более горячим и диким. Он так изголодался по ней, что даже не представлял себе, что такое возможно. Не представлял, что еще помнит ее поцелуи, вначале робкие, а потом такие же жадные как его собственные. Его руки скользнули под свободную футболку и коснулись бархатной кожи спины. Сабина тут же задрожала в его руках, чувствуя, как быстро разгорается в ней желание. Острое, сильное и быстро растущее. Ее собственное тело предало ее! Так скоро и так легко! И сама она чувствовала себя предательницей, отвечая на поцелуй. Но не могла не отвечать! Это был инстинкт, рефлекс - отдать себя именно этим губам без всяких тормозов.
   Мир томительно медленно оторвался от нее и посмотрел в замутненные желанием голубые глаза, невинные и развратные одновременно. Но развратные только для него, только он мог видеть их такими. Снова наклонился и медленно, томно покрыл поцелуями ее шею, ключицы. Вернулся к лицу и опять пленил ее губы. Сабина обняла его за шею и со всей накопившейся страстью ответила. Он крепко прижал к себе ее хрупкое тело, давая ей снова ощутить свое желание. Девушка вновь растворялась в нем, как когда-то, забывая обо всем.
   Мир с сожалением оторвался от нее.
   - К тебе пришли, - тихо произнес мужчина, вынимая руки из-под ее пижамы.
   Он коснулся костяшками пальцев ее щеки, наблюдая, как на ее лице проступает понимание всего происходящего. Его всегда поражала ее полная отдача всему, что она делает. Вот и сейчас она полностью выпала из реальности от его поцелуя.
   Постепенно до Сабины дошло, что в дверь звонят. Но она даже не пошевелилась, плененная взглядом серых глаз.
   - Мне пора, - произнес Мир, отходя от нее на шаг. - Я вернусь, - пообещал он, направляясь к двери.
   Он открыл замок и встретил пораженный удивленный взгляд подруги Сабины.
   - Ты?! - то ли воскликнула, то ли зарычала Юля.
   - Рад, что ты меня помнишь, - хмыкнул Мир.
   - Какого черта...
   - Мне пора, - перебил ее молодой мужчина и прошел мимо, быстро спускаясь по лестнице.
  
  
  ***
  
  
   Юля все еще неверяще смотрела вслед Филиппову, понимая, что значит его приход к Сабине. Новую боль для ее подруги. Девушка резко влетела в квартиру и, не разуваясь, пошла искать Волкову. Она нашла Сабину на кухне.
   Та стояла у мойки и потерянно смотрела в никуда. Юля тихонько подошла к ней и прикоснулась к ее плечу. И только тогда Сабина заметила присутствие подруги.
   - Привет, - тихо прошептала девушка, грустно улыбаясь.
   - Что он здесь делает? Зачем приходил? Он что-то сделала тебе?
   - Нет. Все в порядке.
   - Ну да, конечно, - скептически фыркнула Юля, усаживая подругу за стол.
   - Нет, правда, все нормально, - вяло произнесла девушка. - Пока.
   Юля только вздохнула, слушая глухой голос Сабины. Села напротив. Налила в рюмки водку, что стояла на столе и подвинула одну ей. Обе резко глотнули горький напиток.
   - Когда он вернулся?
   - Неделю назад. Я видела его в 'Sex', когда ходила туда за Максимом.
   - И как всегда он трахал очередную девку?
   - В точку, - поджав губы, кивнула Сабина.
   - К тебе зачем приходил?
   - Напомнить о себе.
   Юля проворчала себе что-то под нос, что было очень похоже на 'можно подумать, ты когда-нибудь его забывала'.
   - Что будешь делать?
   - Не знаю, - сокрушенно вздохнула Сабина.
   Юля не случайно задала этот вопрос, потому как обе понимала, что что-то делать все равно нужно. Иначе в этот раз Сабину уже не склеить. Если Мир будет вести себя по-старому, девушка просто сойдет с ума.
   - Он еще не знает, что ты с....
   - Нет, - покачала головой Сабина, уловив мысль подруги. - Да, даже если узнает - это не поможет. Его не остановит ничто, тем более такая мелочь, как мой любовник.
   - Но ведь... - растерянно протянула Юля.
   - Нет, - снова перебила девушка, сокрушенно качая головой.
   Подруга даже забыла о собственных бедах. Юля всегда была такой - за проблемами других забывала о своих. Видимо, так ей было легче переносить все происходящее. А вот Сабина так не умела. Ни о чем другом она не могла думать, если в голове был Мирослав.
   А сейчас он там просто поселился, потому, как девушка не знала, чего от него ждать помимо привычных и до боли знакомых действий. Но одно знала точно - Мир не отступится о того, чего хочет. А хочет он ее.
   С одной стороны, эта мысль пугала, зная, что он принесет с собой в ее жизнь. А с другой - сердечко сбивалось с ритма, как раньше, при мысли о том малом хорошем, что она сможет получить от него.
  
  
  ***
  
  
   Мирослав вышел из подъезда Сабины, прикурил сигарету и глубоко затянулся, направляясь к машине. Он сел за руль и задумался на мгновение, вспоминая только что случившееся.
   Эта девочка - как бы она ни повзрослела, для него она всегда будет только девочкой - снова вошла в его жизнь и снова заняла в ней непонятное, но твердое место. Он думал, что в этот раз такого не случится. Что он переборол свою тягу к ней, но нет - все осталось по-прежнему. А ее поцелуй!
   Мир откинул голову назад и выпустил из легких струю дыма, вспоминая свои ощущения от губ Сабины. Такие же сладкие, нежные и робкие поцелуи, как и раньше. Та же тяга к ее нежному хрупкому телу, которое до боли хотелось сжимать в руках, ласкать и целовать каждые его уголок. Он помнил, какой отзывчивой она была в постели. Никто никогда не отдавался ему так полно и покорно. Она была такой юной, когда он взял ее к себе в постель, такой трепетной и нежной. А сейчас она повзрослела, но от того стала еще привлекательней. Раньше ему казалось, что он держит в руках ребенка, а сейчас он держал в объятьях уже женщину, с соблазнительной фигурой и страстной натурой, которую он пробудил еще тогда.
   Тяжело и как-то обреченно Мир вздохнул и завел двигатель. Он еще обязательно вернется сюда - слишком уж притягательной оказалась эта новая Сабина. А ее нрав делал ее еще соблазнительней. Раньше она никогда не сопротивлялась ему и его требованиям. Была послушной куклой в его жестких руках. Но сейчас такого уже не будет - он это видел и понимал. Но как бы она ни сопротивлялась и ни просила - все равно покорялась.
  
  
  ***
  
  
   Сабина задумчиво смотрела в окно, обхватив себя руками, в одной из которых был бокал с вином. Периодически она подносила его к губам, делая маленький глоток, все так же глядя в окно на ночной город.
   - Что с тобой? - раздался за спиной мужской голос, а виска коснулись ласковые губы. - Ты сама не своя сегодня.
   - Почему ты не сказал, что Мир приехал? - Сабина повернулась к любовнику лицом и посмотрела на него чуть обвиняюще. - Ты ведь наверняка видел его.
   - Он был у тебя? - тут же нахмурился мужчина.
   - Да, - тихо выдохнула Сабина, вновь отворачиваясь, но опираясь спиной о крепкую грудь.
   - Я не думал, что он придет к тебе. Я поговорю с ним, - голос был задумчивым, решительным и резким.
   - Нет! Не нужно, - Сабина вновь посмотрела не него, поймав его странный взгляд и заметив ухмылку на губах - невеселую и понимающую.
   - Все еще любишь его?
   Девушка опустила взгляд, но ответила:
   - Мы не говорим с тобой о любви. Мы просто хорошо проводим время вместе.
   Так было изначально - их отношения строились лишь на сексе. Им обоим было хорошо друг с другом, и Сабина просила не заводить разговоров о чувствах. Тогда, в самом начале, это казалось нормальным - обоих все устраивало. Но в последнее время нетрудно было заметить в глазах своего любовника не только страсть и желание.
   - Чего он хотел?
   - Как обычно, - скривилась девушка. - Растоптать меня и свалить восвояси.
   В голосе было море горечи и обиды, сожаления, тоски. Мужчина смотрел на ее опущенную голову, уже зная, что увидит в ее глазах, как только она поднимет лицо - боль. Он не хотел, чтобы она страдала. А потому решил все же поговорить с Мирославом. Он не мог просто игнорировать происходящее. Сабина вновь будет страдать и плакать, а он не хотел этого, не желал ее слез, не готов был снова собирать заново ее разбитое сердце. И сам не желал быть обманутым. А ведь так и будет: он знал, что Сабина просто не устоит перед Миром, как не могла устоять и годы назад. Она слаба перед ним душевно, да и физически, что уж скрывать. Кому как не ему знать это? Он долгое время наблюдал, как она покорялась Миру, как прогибалась под его нужды и желания, не щадя себя. Видел ее слезы, истерики, воочию видел, во что превращал ее этот человек. И не желал повторения так же сильно, как и сама девушка. Он любил ее, пусть и не сказал ни разу вслух - табу, что б его! Он не хотел терять Сабину. С ней хотел завести семью, детей, остепениться. И он ждал, пока она будет готова к этому. Знал, что не любила, но готов был любить за двоих, надеяться, что рано или поздно добьется от ее ледяного сердца хоть капли тепла.
   И что теперь? Он просто отступит и ничего не сделает? Нет. Он не будет сидеть, сложа руки, и смотреть на все со стороны. Он понимал, почему Сабина не хочет его разговора с Миром - девяносто восемь процентов из ста, что он будет бесполезен. Мир идет по пути, что наметил, всегда бескомпромиссно, не глядя на препятствия и ухабы, плюя на всех вокруг, эгоистично добиваясь своего. Кому, как ни лучшему другу, знать об этом?
   - Егор? - Сабина нахмурено посмотрела на серьезно задумавшегося любовника. - Я не хочу вставать между вами. Он перешагнет через меня и забудет. Но вы с ним друзья.
   - Именно поэтому я буду рассчитывать, что он услышит меня, - произнес мужчина, посмотрев на нее сверху вниз. - Или что ты предлагаешь? Просто дать ему взять, что он хочет? Если ты готова к этому, то я нет.
   Он не ставил ей ее слабость в упрек, он просто излагал голые факты. А они были именно таковы.
   - Считай это мужской гордостью. Сейчас - ты моя. И если наша с ним дружба дорога ему так же как мне, он не станет на тебя давить.
   Сабина ничего не сказала. Она была бы рада, если бы все было так легко и просто. Но зная Мира, не стоит на это рассчитывать. Да и Егор вряд ли так уже верит в свои слова - он знает друга не хуже себя самого.
   - Не хочу говорить о нем, не сейчас, - покачал головой Егор, оставляя в сторону свой бокал и забирая такой же из рук Сабины. - Я соскучился.
   Он мягко притянул ее к себе впритык и наклонился к ее губам. Девушка тут же обвила руками его плечи, отвечая. Вот почему, почему она не чувствует сейчас того моментального всплеска страсти в себе, который вызвал в ней Мир одним лишь прикосновением губ? Почему не загорается в мгновение ока? Егор был потрясающим любовником: умелым, чувственным, заботливым и разным. Он умел доставлять ей наслаждение, умел добиваться ее криков и стонов, заставляя забывать обо всем. Но все же это было не так, как с Миром. С ним это был ураган от и до, а с Егором все развивалось постепенно. Или же она просто не могла уже без той дикой, безумной страсти, к которой ее приучил Мирослав? Ну не может же быть так, что лишь он один теперь будет вызывать в ней подобные чувства?
   Пусть Егор и не умел выбивать ее из колеи своими поцелуями, разум все равно замутнялся - медленно, но верно. И уже через несколько минут Сабина перестала думать о Мире - сильные руки, жадные губы и крепкие объятья любовника заставляли думать лишь о нем самом.
   - Не думай о нем. Здесь я, - выдохнул Егор ей в губы, укладывая девушку на постель и нависая сверху.
   - Я знаю, - чуть улыбнулась Сабина, глядя на него мутными глазами.
   Мужчина был доволен тем, что увидел в голубых омутах, и вновь жадно приник к пухлым губам, пробираясь руками под одежду, оглаживая мягкое желанное тело, заводя его быстро и умело, доводя до того, что оно податливо гнулось в его руках и под его губами. Он и сам сейчас забыл об угрозе своим отношениям - Сабина выбивала своими стонами все разумные мысли из его головы. Своим великолепным телом пленила его разум и душу. Пусть на эти несколько часов или ночь, но лишь они были друг у друга, без третьих лишних.
  
  
   ***
  
  
   Выходные прошли легко, не смотря на постоянные размышления о Мирославе. Все же сейчас Сабина чувствовала себя уверенней, потому чуть поспокойней. Она умеет учиться на своих ошибках, поэтому постарается избежать их повторения.
   В понедельник девушка отправилась на работу с твердым намерением отвлечься на целый день. У нее был очень напряженный график. Сегодня был новый клиент, с которым она должна просмотреть несколько квартир и складских помещений на окраине. Она уже созвонилась с девушкой, с которой работала и договорилась о встрече на первом адресе. Заскочив в офис, Сабина уже на выходе наткнулась на Татьяну, свою коллегу.
   - Бин, я как раз тебя искала! - запыхавшись, сообщила Таня.
   - Что-то случилось?
   - У меня Димка заболел, а сегодня после обеда у меня клиент. С ним надо квартиру посмотреть и аренду на зал оформить. Сможешь меня заменить?
   Сабина прикину, сможет ли она справиться со своей клиенткой до обеда, и дала согласие на помощь.
   - Спасибо огромное! - облегченно воскликнула Татьяна. - Половина комиссионных твои.
   - Да о чем речь! Не нужно мне ничего. Купишь что-нибудь Диме от меня.
   - Спасибо, Бинка, - чмокнув ее в щеку, девушка выскочила из офиса и помчалась к больному ребенку.
   А Сабина, чтобы все успеть, поторопилась на встречу.
   Девушка попалась не капризная и почти сразу определилась с тем, что хочет приобрести. Она четко описала свои запросы, и Волкова сразу же отвезла ее на требуемый объект. Первая же квартира пришлась заказчице по душе, и она не стала смотреть остальные. Вместо этого они отправились на окраину, осматривать складские помещения для ее мужа, обсудив по дороге договор на покупку квартиры и прочие детали. Поэтому к указанному Таней времени Сабина уже была по нужному адресу, где ее клиент желал посмотреть квартиру. Она приехала чуть раньше по времени и, оставив дверь открытой, вошла внутрь.
   Конкретно эта квартира была абсолютно пуста - без мебели и каких-либо декораций. Голые однотонные стены и полы. Вариант для тех, кто готов был тратить время на ремонт, подборку мебели и всего остального. А значит, это мог быть дополнительный заказ на полную комплектацию квартиры в их же фирме, в отделе дизайна. Татьяне повезет, если все обернется именно так - большие комиссионные и много интересной работы. Ведь все закупки и наблюдение за ремонтом будет на ее плечах. Сама Сабина очень любила подобные заказы.
   От размышлений о работе ее отвлекли шаги за спиной. С улыбкой на лице она развернулась к клиенту. Профессиональная маска сменилась чуть удивленной.
   - Егор? Что ты здесь делаешь?
   Мужчина ничего не ответил, лишь нахмурился.
   - Почему не сказал, что хочешь купить квартиру? Я бы помогла, - чуть растерянно протянула Сабина, подходя к нему и целуя в щеку.
   - Не я покупаю, - нахмурился Егор, - а Мир. Он уже поднимается. Черт, я же просил в твоем агентстве кого угодно, кроме тебя! - раздраженно и даже зло прошептал он.
   - Меня Татьяна попросила подменить ее, у нее ребенок заболел, - немного сбито с толку объяснила Сабина. - Черт, как же не вовремя! Ты только не уходи, - почти отчаянно девушка вцепилась в руку Егора, умоляюще глядя ему в глаза.
   Мужчина кивнул, и в этот момент в квартиру вошел сам объект переживаний. Сабина тут же непроизвольно отпустила руку Егора и сделала шаг от него, как-то виновато бросив короткий взгляд. Мужчина же никак не высказал своего волнения. Он твердо был намерен поговорить с другом в ближайшее время, и не собирался прятаться как малолетка.
   - Какая приятная неожиданность, - широко улыбнулся Мир, окидывая Сабину взглядом.
   - Кому как, - враждебно и резко ответила девушка, но волнительно прикусывая губку.
   - Спасибо, что помог, дальше я сам, - положив руку на плечо Егора, произнес Мир, не отрывая смеющегося взгляда от Сабины, которая откровенно запаниковала.
   - Я останусь, - твердо ответил Егор. - Может, тоже что-то присмотрю.
   Мир бросил на друга короткий взгляд. Но Егор был спокоен, любопытно оглядывался по сторонам и не казался слишком заинтересованным. А вот Сабина нервничала, что он тут же списал на то, что она удивлена встречей.
   - Я не буду с тобой работать, - сразу предупредила девушка. - Я лишь заменяю подругу.
   - А что ж тогда переживаешь? - вкрадчиво произнес Мир, делая шаг к ней и продолжая удерживать на лице усмешку.
   Сабина ничего не ответила, чуть прищурив глаза. Вместо этого впихнула ему в руки папку с документами о квартире и начала рассказывать о ней. Мир только усмехнулся, раскрывая листы и бегло проглядывая план. Он не собирался выяснять отношения и что-то предпринимать сию минуту, сосредоточившись на том, что говорила сейчас Сабина о жилплощади.
   Первый вариант мужчину не устроил, и Сабина повезла друзей на вторую квартиру. Эта была больше, просторней и сразу понравилась Миру.
   - Хорошо. За пару дней я подготовлю документы. Так же я дам номер Татьяны, по вопросам дизайна будешь работать с ней.
   - Ты настолько боишься меня, что даже совместная работа страшит тебя? - хмыкнул едко Мирослав, под укоризненный взгляд друга, которому не придал значения.
   - Да, я боюсь, - глядя ему прямо в глаза, призналась Сабина, без страха и неловкости. - За свою душу.
   - Я не Дьявол - на нее покушаться не буду.
   - Ты хуже, - только и сказала девушка, обходя его стороной и выходя из пустой квартиры, бросив напоследок, что как только подготовит документы, сообщит ему.
   Оба мужчины проводили взглядом ее прямую спину.
   - Оставь ее, - произнес Егор, видя явную задумчивость друга. - Она не нужна тебе.
   - Значит, не показалось, - хмыкнул Мир, пристально посмотрев на него. - И как давно?
   - Почти год.
   Мир присвистнул.
   - Год, - протянул он, вышагивая по комнате, водя пальцами по голым стенам, заглядывая за углы. - Кто бы мог подумать.
   - Хватит! - рыкнул Егор, остановив друга за плечо и посмотрев ему в глаза, серьезно и внимательно. - Не нужно. Не играй. Не ломай. Не лезь в ее жизнь. Она только недавно научилась жить без тебя.
   - Лестно, - хмыкнул Мир, сбрасывая руку друга с плеча и продолжая вышагивать дальше. - Значит, у меня есть шанс.
   - Шанс на что?! Ты не любишь! Просто не умеешь! Зачем она тебе?! Ради шутки? Забавы?
   - Она никогда не была для меня забавой, - мигом стерев с лица всю беззаботность и пофигизм, серьезно ответил Мир. - Тебе ли не знать...
  
  
  Пять-шесть лет назад...
  
  
   - И что ты в ней нашел? - хмыкнул Егор, глядя на профиль Мира, который смотрел вперед, не отрывая взгляда от своей игрушки.
   - Не знаю, - рассеянно ответил молодой парень, играя тлеющей сигаретой в пальцах.
   - Посредственная девочка, твой вкус явно изменился в худшую сторону, - со смешком произнес Егор, тоже посмотрев на Сабину.
   Обычная. Красивая по-своему, милая, с нежной улыбкой. Но таких - вагон и маленькая тележка. А его друг, да и он сам, всегда предпочитал эксклюзив, что-то особенное, необычное, индивидуальное. И вдруг такая привязанность. Причем странная и необъяснимая привязанность. Мир приглядывался к этой девочке пару месяцев, что тоже было необычно - он не любил тянуть резину, и если хотел, то просто брал. Сначала Егор не придавал этому значения, потом заметил частоту таких взглядов на Сабину, спросил, в чем дело и не влюбился ли его товарищ.
   - Не смеши, - спокойно ответил Мир. - Любовь не для меня.
   Что ж, так и было. Любить Мирослав не умел. Или не хотел. Или не мог. Не суть. Но что-то он испытывал к Сабине, что-то, что не мог понять даже сам, не мог описать. Его просто тянуло к ней, часто, постоянно. Он заставлял себя жить по-прежнему, не привязываться, заставлял не смотреть, не хотеть. Но не мог, раз за разом желая и глядя.
   Проходило время, и Егор замечал, что все лишь ухудшается. Он наблюдал за Миром, наблюдал за Сабиной, желая понять смысл их странных отношений. То, что девушка влюблена, было очевидно. Она раболепно заглядывала ему в рот, пусть до поры до времени и лишь поначалу, но так и было. А вот тяга Мира к ней все еще не поддавалась описанию.
   - Я не знаю в чем дело, - рассказывал парень Егору. - Есть в ней что-то. Сходятся же люди просто потому, что что-то есть в человеке. Вспыхивает искра, симпатия, страсть. Вот и у меня так - искра, страсть, пусть и не любовь. Но мне хорошо рядом с ней. Я даже сплю лучше, когда она под боком, - невесело хмыкнул Мир. - Она смотрит на меня, и мне спокойно. Она прикасается ко мне, и мне больше ничего не нужно. Она целует, а у меня все мысли из головы ветром выдувает.
   - И тебе это жутко не нравится, - догадливо подметил Егор.
   - Да. Меня пугает все это. Мне не нужна ее любовь, не нужна ее забота. Она мне не нужна! Но я так к ней привык, что просто уму непостижимо!
   Мир говорил, и было понятно, что он действительно растерян, сбит с толку, что не может понять и объяснить. А Егор просто поражался. Его скупой на чувства, эгоистичный, циничный друг - и вдруг запутался в себе. Всегда рассудительный, рациональный до мозга костей, не поддающийся эмоциям и чувствам, живущий строго по собственным расчетам и не верящий в Судьбу и Случай - поддался привязанности.
   Егор со стороны наблюдал за метаниями друга, за его попытками вернуть все в прежнее русло, удержать все в своих руках, не поддаться эмоциям. Наблюдал и за Сабиной. За тем, как медленно, но верно, девушка превращается в 'ничто', в тень себя. Мирослав, как вампир, высасывал из нее все: чувства, ее нежность, ее любовь, терпение, самоуважение и характер. Он будто на зло всему миру пытался доказать, что эта девочка не имеет для него никакого значения, топтал ее чувства, плевать хотел на ее желания, обращался с ней как с тряпкой, показывая всем вокруг, что она для него пустое место. Никто еще ни разу не попадал под такое воздействие его друга. А все потому, что его никто не любил. Его хотели, его обожали, преклонялись перед его волей, нравом, внутренней силой, которой он буквально лучился. Но никто не любил по-настоящему, так искренне и беззаветно, как это делала Сабина. И так выходило, что именно из-за этой самой любви она и оказалась в незавидном положении. Мирослав просто пользовался девочкой, когда ему было нужно. Шел к ней, когда упрямство сбавляло обороты, и решительность чуть таяла. А она всегда его принимала. Сначала с радостью, искренней надеждой и любовью. Потом все это сменилось злостью, безвыходностью, больной привязанностью, зависимостью. Она хотела бы перестать любить, хотела бы прогнать, и даже прогоняла, но всегда ждала и принимала. Они ругались и ссорились, он уходил, хлопая дверью, моментально забываясь в других объятьях, или же наоборот - шел к ней из чужой постели, не успевшей остыть. День за днем все это губило девушку. Она поблекла, улыбка перестала озарять милое лицо. Глаза, сияющие жаждой жизни и любви, потухли, из них ушел свет и чистота. За тот неполный год, что Мир был с Сабиной, он выжал из нее все соки, оставил после себя непонятное нечто, истеричное, забитое, вздрагивающее и едва живое, боящееся довериться, открыться, просто подружиться!
   - Не могу больше! Я уеду. Уеду из дома, уеду от нее! Она сводит меня с ума! - Мир метался по комнате, хватаясь за голову, взгляд был безумным и напуганным. - Пусть я буду трусом и беглецом, но я не могу так больше!
   - Уезжай, - сказал тогда Егор. - Вам обоим так будет лучше.
   Жалость уже давно завладела его сердцем - ну нельзя было спокойно смотреть на Сабину и на метания лучшего друга. И пусть он едва знал девушку, едва с ней общался, и их с натяжкой можно было назвать приятелями, он искренне сочувствовал этой девочке. Она была такой чистой, такой милой и светлой, до того, как Мир ее испортил, что даже Егору казалась, что все слишком далеко зашло. Любовь не должна менять людей вот так - сильно, жестко, бескомпромиссно, ломая и круша душу. Не должна быть такой изматывающей и дикой, такой необузданной и неподвластной контролю и разуму хоть немного.
  
  
   Наше время...
  
  
   - Я знаю лишь то, что она тебе не нужна. Никогда не была нужна. Ты отталкивал ее, назло себе и ей. Ломал ее, лишь бы изменить и сделать ее такой, чтобы больше не тянуло к ней.
   - Какая глубокомысленная мысль, - хмыкнул Мир, вновь натягивая на лицо маску. - Никогда не смотрел на свое поведение под таким углом.
   - Я ведь прав, - покачал головой Егор.
   - Ты прав. Однако это не отменяет того, что все осталось по-прежнему. Меня тянет к ней так, как ни к кому и никогда. Мне хорошо рядом с ней! И я устал бороться с самим собой!
   Его голос был зол, а глаза сверкали тоской. Он так и не понял самого себя, так и не осознал, в чем дело. И это разрушало его изнутри. Все его цели, все поступки, весь его жизненный путь полетел к чертям, стоило ему вновь увидеть Сабину! Вся решительность, уверенность, с которой он возвращался домой, что все наладилось, изменилось и он устоит, мигом рухнули, стоило ему встретиться взглядом с испуганными голубыми глазами. Почти пять лет он едва вспоминал эту девушку, едва позволял мыслям возвращаться к ней. И это позволило ему думать, что он вернул себе контроль над своей жизнью. Но нет.
   - Просто вернись в Москву, - устало вздохнул Егор. - Уезжай снова. Ты ведь понимаешь - всем так будет лучше.
   - От себя не убежишь, - только и ответил Мир, доставая и прикуривая сигарету. - И второго шанса ее забыть у меня не будет. Не выйдет, не получится.
   - И что ты собираешься делать? - уже враждебно спросил Егор, грозно и недовольно глядя на друга. - Не думаешь о ней, так подумай обо мне. Я люблю ее! Люблю так, как она того заслуживает! А что дашь ей ты? Снова боль! Снова разочарование и крушение всех надежд! Не мешай нам! Не мешай мне!
   Мир вновь повернулся к другу лицом. Посмотрел на него внимательно, пристально, изучающе.
   - Ты предлагаешь мне уступить ее?
   - Она не приз в игре. Я просто хочу, чтобы ты оставил ее в покое.
   Они стояли друг напротив друга, глядя в глаза, читая мысли и предугадывая действия. Они дружили с детства, знали друг друга вдоль и поперек. Драками во дворе, ссорами и общими интересами они связали себя на много лет. Вставая спиной к спине, поддерживая в бедах и передрягах, в безудержном веселье, они разделили между собой свою молодость - детство, юность и взросление. И даже несколько последних лет, что они едва общались, не мешали их связи, их дружбе. Но помешала всего лишь девушка - банально.
   - Нет, - тихо покачал головой Мир, отводя взгляд, чтобы не видеть обиды и разочарования в глазах самого близкого друга. - Я бы хотел, но не могу.
   - Ты просто не хочешь, чертов эгоист! Ты всегда был таким - бескомпромиссно пер, плюя на все и всех!
   - Ты такой же! Не строй из себя ангела!
   - Я, по крайней мере, умею любить и ценить. Ты же лишь разрушаешь и губишь.
   Егор развернулся и ушел, оставляя Мира одного. Мужчина проводил взглядом друга и отвернулся, подходя к окну. На душе было паршиво, что было редким явлением - ему действительно было плевать на все и всех. Но ведь это Егор - его лучший друг, и игнорировать и не учитывать его мнение и слова он не умел. Он был единственным, кто всегда был рядом, кто поддерживал его, делил с ним все, то есть абсолютно все. И никакая другая женщина не смогла бы стать между ними. И только Сабина невольно сделал это, не желая и не ведая. Но сейчас Мир действительно был на перепутье - девушка была для него слишком ценна, чтобы не задуматься о выборе между ней и другом. Кто бы мог подумать, что все зайдет так далеко? Его мимолетный интерес, который перерос в ураган эмоций на душе, который должен был стать лишь эпизодом в его жизни, как все до и после него, в итоге вылился с нечто серьезное и душераздирающее. Он никогда не позволял ничему руководить своей жизнью, ничто не ставил в приоритете, не выделял что-то одно. Сейчас же все заполонила Сабина и все, связанное с ней. Наверно, в жизни каждого человека появляется кто-то, кто с ног на голову перестраивает его жизнь, приоритеты, принципы. Мир всегда был уверен, что его обойдет такая участь. С детства был решительным, целеустремленным и расчетливым, даже хладнокровным, невосприимчивым к обстоятельствам. А сейчас гнулся под них, не в силах стоять прямо и не поддаться. Это было до горечи смешно. И Мир рассмеялся. Как безумный хохотал, и его смех эхом разносился по пустой квартире. А потом он внезапно прекратился, а мужчина резко впечатал кулак в стену, разбивая кожу до крови. Раз, другой и третий. В отчаянии вбивал кости в бетон, рыча от бессилия и злости. Он редко когда позволял себе вот так выплескивать наружу эмоции - негативные или же позитивные, неважно. Редко не мог сдержаться. Но сейчас, когда перед ним стоял такой сложный выбор, устоять было практически невозможно.
   Обессиленный эмоционально и вымотанный бурной неделей, Мир опустился на пол, съехав по стене, прикрыл глаза и задышал глубоко-глубоко, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Долгое время он просидел в одной позе, не раскрывая глаз, переваривая все внутри себя, думая и выбирая. А когда поднял веки, в глазах была решительность, была уверенность и твердость.
  
  
   ***
  
  
   Не желая затягивать, Сабина в кратчайшие сроки подготовила документы о покупке квартиры для Мира, и назначила ему встречу у юриста. Она хотела как можно скорей избавиться от всех предлогов встречаться с этим человеком, пусть и слабо верилось, что на этом их общение закончится: он ясно дал понять, что не отступится. Вот только зачем ему это? Зачем ему она? Чего он хочет от нее? Он ей ответов не дал, да и не нужны они были - он в любом случае ничего хорошего в ее жизнь не принесет - не сумеет.
   Но она совершенно забыла о том, что помимо квартиры Мирославу требовался и зал для аренды. Поэтому после оформления жилья, они вдвоем поехали смотреть помещения.
   - Что именно тебе нужно? - сразу же завела разговор на деловую тему девушка, как только села к нему в машину, сетуя на то, что приехала на такси, а не собственном авто, что сиротливо осталось на стоянке агентства.
   - Я собираюсь открыть бойцовский клуб. Поэтому что-то вроде спортивного зала. Большой, светлый, с несколькими просторными помещениями и множеством вспомогательных. Желательно с полным набором удобств в виде душевых и прочего.
   - Таких всего несколько, выбор не велик, - пытаясь отвлечься от запаха, что витал в машине и не давал ей сосредоточиться своей знакомостью и притягательностью, рассеянно ответила Сабина.
   Она старательно смотрела в окно, чтобы не смотреть на мужчину, старательно гнала о нем любую постороннюю мысль, что хороводом вертелись в голове. Не могли не вертеться, и так было всегда: рядом с ним, видя его краем глаза, замечая где-то в толпе - она тут же забывала обо всем на свете, невольно концентрируя всю себя на нем. И прошло так много времени, а все осталось по-прежнему, только горечи прибавилось.
   - Как давно ты с Егором? - неожиданно спросил Мир, заставив ее удивленно на себя посмотреть. - Он рассказал о вашем...романе, - хмыкнул он насмешливо, глядя на то, как она недовольно поджала губы. - Что?
   - Не думаю, что тебя касаются наши с ним отношения, - недовольно проворчала Сабина, снова отворачиваясь.
   - Признаться, я удивился, когда моя догадка подтвердилась. Еще больше я удивился его влюбленности.
   - Тебе до него далеко в этом плане - Егор умеет чувствовать.
   Слова о любви Егора к ней не стали для нее откровением. Пусть они никогда не говорили с ним о чувствах вслух, она была неглупой, чтобы увидеть все молча. Она была растеряна в некоторой степени, не знала бы, что ответить, заговори Егор об этом, не знала, как отреагировать. Не хотела разочаровывать мужчину тем, что не чувствует в ответ того же, поэтому проще было делать вид, что все шло, как они договаривались - у них просто секс.
   - Почему он? - спросил Мир.
   - Почему нет? - с вызовом ответила девушка. - А вообще - тебя это не касается. Просто оставь нас в покое.
   - Он попросил о том же.
   - О чем вообще речь, - со смешком покачала головой Сабина, - ты никогда никого не слушал, и не учитывал чужое мнение и желание. Ты - эгоист до мозга костей.
   - Пожалуй, - не мог не согласиться Мир.
   - Чего ты хочешь, Мир?
   Сабина впервые обратилась к нему по имени за последнее время. И даже оно из ее уст звучало по-особенному: приправлено тоской, горечью, чувствами, страстью, придыханием. Она не осознавала того, как произнесла его, а вот он уловил каждую нотку.
   Мужчина посмотрел на девушку долгим пристальным взглядом, но промолчал. Устал повторять одно и то же, а она прекрасно знала ответ на свой вопрос, просто не хотела принимать и понимать.
   - Приехали, - останавливая авто, произнес Мирослав, глуша двигатель.
   Сабина тряхнула головой и вылезла из машины, коря себя за то, что вновь подняла больную тему. Чего она хочет добиться, требуя от Мира ответов на свои вопросы 'зачем' и 'почему'? Она и сама не знала. Возможно надежды, что он ответит правильно, что наконец-то успокоится и оставит ее в покое? Но она прекрасно помнила, что он не умел отступать, да и он повторил это уже не раз на ее просьбы уйти и не трогать ее израненную душу. Девушка не знала, что делать и как жить, зная, что в любой удобный для него миг Мир растопчет ее вновь. И не будет по-другому, не будет иначе, чем пять лет назад. Он ни капли не изменился, скорее даже очерствел еще больше. Но как долго он еще собирается с ней играть? И самое главное, сколько она сможет продержаться, прежде чем сдастся? Прежде чем уступит ему в очередной раз, не устояв перед ним и своими чувствами, пусть больными, пусть глупыми, но слишком сильными? Она не хотела, боялась, была в ужасе от того, что все начнется сначала. Но что хуже - в глубине души ее какая-то, видимо мазохистская, часть жаждала этого. Отчаянно, требовательно и нетерпеливо! Она вновь хотела познать его прикосновения, вновь слышать горячий откровенный шепот на ухо, вновь чувствовать себя принадлежащей ему. Это было что-то из ряда похоти, сконцентрированное только на пагубной страсти к этому мужчине, которая не прошла с годами, как и чувства. Но их Сабина еще умела прятать, а вот сдерживать свои порывы, свои ощущения рядом именно с Миром становилось невыносимо. Она противоречила сама себе, проклинала себя за слабость, но ничего не могла поделать. Он приучил ее к себе, юную, нежную, невинную, научил ее любить свое тело, получать от него все возможное. И Сабина помнила каждый его урок - они отпечатались у нее в сознании яркими живыми картинками, от которых кровь приливала к щекам. И эта примитивная похоть затмевала разум. Она ненавидела его, презирала, даже боялась, но хотела с тем же отчаянием, с каким прогоняла.
   Но как не реагировать на этот его прищуренный, откровенный взгляд? Как не реагировать на тонкие пальцы, что легко сжимали тонкую сигарету? Как не смотреть на полные губы, с которых с легкостью слетали грешные слова, от которых она заводилась с пол-оборота? Как не смотреть на красивое тело, от которого веяло диким сексом? Сколько себя помнила, Мир всегда был таким - притягательным, соблазнительным и сексуальным. На него нельзя было не посмотреть, нельзя было не обернуться. У его ног могла быть каждая женщина, какую он только пожелает. Он соблазнял их десятками - свободных, занятых, замужних. Стоило только щелкнуть пальцами - и понравившаяся девица уже бежала к нему, оставляя за спиной растерянного парня, за которого еще вчера готова была выйти замуж. Для него это было игрой - взять очередной приз. Он не гордился этим, не кичился, не бахвалился - за него это делали томные вздохи и горячие взгляды побывавших в его постели.
   И за годы, что Сабина не видела его, весь его магнетизм, вся притягательность лишь обострились, усилились стократно. Он уже не был молодым парнем. Он был молодым мужчиной, и своеобразным образчиком героев любовных романов, которыми зачитываются девочки-подростки.
   Свое спасения от этой безумной тяги Сабина видела лишь в полном избегании любых контактов с Мирославом. Но город был небольшим, и это было попросту невозможно. А еще был Егор. Человек, который ей искренне нравился, которого она смогла бы когда-нибудь полюбить по-настоящему, не как друга и просто любовника, а как мужчину. Но появился Мир, и все ее попытки начать все сначала с другим пошли крахом. Все тревоги вернулись, не давая думать ни о чем другом, все сомнения и переживания. А еще становилось стыдно перед Егором: он ведь прекрасно видит, что с ней творит близость Мира. Он прекрасно знает о том, как она привязана к его лучшему другу, помнит, как страдала по нему, рыдая ночами, как унижала собственную гордость и самоуважение в угоду другого. Егор видел ее в худшем положении, которое девушка могла и желала бы продемонстрировать своему парню. Он видел ее с другой стороны, и все равно любил. И было больно, стыдно от того, что не находила в себе сил и возможностей ответить тем же. И пусть она ничего ему не обещала, пусть никогда не клялась в верности и преданности, но подобного отношения Егор не заслуживал. Долгое время он добивался ее внимания, поначалу просто желая удовлетворить свое любопытство на тему того, что в ней нашел его друг. И он как-то честно в этом ей признался, но тут же уверил в том, что интерес давно перерос в искреннюю дружбу и привязанность.
  
  
   Четыре - пять лет назад...
  
  
   Постепенно и незаметно Егору удалось пробиться сквозь броню отчужденности и холодности Сабины. Он и сам не понял, когда именно некрасивое любопытство, основанное на желании понять, что же такого особенного нашел в этой девушке Мирослав, сменилось симпатией. И он искренне желал помочь ей выбраться из того омута темноты и грязи, в который ее погрузил Мир. Он увидел ее чистоту, которая так манила друга, увидел силу ее чувств, понял ее любовь и зависимость. И она пробудила в нем странное желание вернуть ей все это.
   Егора нельзя было назвать противоположностью Мира. Они оба были 'хороши' в плане отношения к людям, оба не считались с мнением окружающих и толпы. Умели идти по головам к своей цели. Только Егора отличало умение вовремя остановиться, не переступить ту черту, за которой начинается саморазрушение. Но Миру просто нечего было разрушать, а он по-детски верил в большую и светлую, над чем лучший друг периодически посмеивался, что Егора, в принципе, не обижало. Он понимал Мира, понимал, почему он такой. Вырос без матери, с жестким, холодным отцом, который не баловал его любовью и заботой, откупаясь деньгами, и сосредотачивая свое личное внимание на многочисленных любовницах, а не сыне. В детстве на Мира постоянно сыпались насмешки на тему отсутствия матери. И уже тогда это закалило его, заставило надеть броню, за которой были его чувства, эмоции, потребности, которые он заставил себя отключить. Это случилось так давно, и со временем эта броня лишь становилась толще, поэтому не было ничего удивительного в том, что Мир именно такой.
   В плане чувств и эмоций Егор был более открыт, более доступен. Он влюблялся и не раз. Он жил, не задумываясь о контроле над собой, не считая страшным то, что кто-то может его обидеть или ранить. И в этом между ним и Миром была существенная разница - он готов был пытаться, готов был открываться и доверяться. Он легко смотрел на свои разочарования, легко переживал невзгоды и потери. Не бесчувственно, нет, просто легко.
   И с этой же легкостью он вдруг решил сблизиться с Сабиной. Это давалось с трудом. После отъезда Мира девушка полгода ходила словно в воду опущенная: с потухшими глазами, истощенная, забитая, с летящими вслед шепотками когда-то соперниц, которые так и не простили ей ее превосходства. И неважно, что оно слишком дорого ей обошлось - женская зависть была сильней понимания.
   Девушка не понимала того, зачем вдруг понадобилось Егору налаживать с ней контакт: они едва ли общались, когда она была с Миром, едва знали друг друга. К тому же он был вечным напоминанием о том, кто вдребезги разбил ей сердце. Но своей природной легкостью, своей жизнерадостностью и блестящими глазами, вечной улыбкой в противовес мрачности Мира, он смог расшевелить ее. И со временем она увидела в нем друга, настоящего, преданного и честного. И только тогда поняла, за что Мир так ценил и уважал Егора, почему именно он стал для него лучшим и единственным близким человеком.
   Поначалу общение с Егором ограничивалось лишь дружбой и только ею. Они не особо часто могли видеться, поскольку Егор взялся за развитие собственного дела, а она все еще училась. Но тем и ценны были их встречи и общение, что были редкостью, не надоедали, не сводились к обсуждению каждодневных мелочей, когда ты знаешь жизнь человека досконально, что обесценивало понятие 'дружба'. Да и подавленность девушки в эмоциональном плане не предполагала чего-то кроме простого общения и встреч. Сабина все еще боялась обжечься еще раз, все еще не была уверена в том, что у нее получится снова, все еще любила Мира, пусть и старалась всеми силами забыть его. Что странно, но о Мире с Егором Сабина едва ли разговаривала, не желая этого, а он и не пытался поднимать эту тему. Так же как в общении с другом он ни словом не обмолвился о Сабине.
   Все изменилось как-то слишком резко, слишком быстро. В один из вечеров, который они проводили вместе у Егора дома, Сабина вдруг расклеилась, а может просто перебрала с вином. Но вдруг он увидел ее слезы, отчаяние, плескавшееся в глазах постоянно, перелилось через край солеными каплями. Уткнувшись ему в плечо, она плакала навзрыд о том, как она устала быть одна, как устала страдать по той первой любви, что оставила такие шрамы на ее сердце, которые спустя столько лет не дают ей жить дальше. Срываясь на плач, она говорила и говорила о том, как ей осточертело собственное бессилие, собственная слабость, собственная привязанность и зависимость от того, кому она не нужна и никогда не была нужна. Она кляла себя за все, что делала, что терпела, и что сейчас аукалось в ее душе, не давая дышать свободно и полной грудью.
   - Не могу! Не могу-не могу-не могу! - завывала тихо Сабина, уткнувшись ему в грудь, содрогаясь от рыданий в его руках, когда он бережно обнимал ее, пытаясь успокоить. - Не получается! Я стараюсь, пытаюсь. Но не выходит. Мне так паршиво, так одиноко, но при этом я не могу кого-то впустить в свою жизнь. Я готова завалить себя проблемами других, работой, да чем угодно, чтобы спрятать свой страх попробовать. Я запуталась в себе. Не могу понять, чего хочу. И хочу начать все сначала и боюсь этого, как огня. Так все осточертело!
   И она разразилась каким-то истерическим смехом, вырываясь из его рук. Сидела на диване рядом с ним и смеялась, запрокинув голову, а по щекам текли ручьями слезы. Это действительно была истерика, которая почему-то испугала его больше, чем любое ее мрачное молчание. Испугала своим отчаянием, своей резкостью и внезапностью. А ведь он только недавно ловил себя на мыслях, что вот он - момент, когда она начинает возвращаться к жизни. Она по-настоящему увлеклась своей работой, нашла хобби, даже ходила на свидания, пусть и не закончилось ни одно чем-то кроме похода в кафе или кино. Но это были попытки, и Егор видел в них проблеск оживания. И вдруг этот срыв. Ведь не на пустом месте, это копилось со временем, и больше просто не могло сдерживаться. Сабина все еще была на грани, все еще страдала так же остро и горько, болезненно. А он наивно думал, что она приходит в норму.
   Мужчина несколько минут в растерянности наблюдал за Сабиной, не зная, что сказать или сделать, как ее успокоить и привести в порядок, как прекратить этот жуткий смех вперемешку с плачем. И не придумал ничего лучше, как обхватив руками ее лицо, прижаться к ее губам своими, заставляя плач смолкнуть. Сабина замерла в его руках, глядя на него широко распахнутыми пьяными глазами, когда уже через миг он оторвался от ее губ. Он и преследовал эту цель - ошарашить ее, переключить внимание. Но и не подумал остановиться, когда она сама подалась к нему навстречу.
   Они оба были пьяны, и он понимал, что вряд ли она делает это осознано, скорее просто пытается отвлечься. А разве не этого он хотел? А еще вдруг мелькнула мысль, что, оказывается, давно хотел этого - попробовать ее губы на вкус. Никогда не ловил себя на мысли о большем в отношении Сабины, никогда не преследовал цель соблазнить ее или завладеть ее вниманием. Он лишь хотел быть рядом, хотел видеть ее улыбку, слышать ее смех. И только сейчас понял, чем были обоснованы эти желания - чувствами: сначала дружба, потом привязанность, симпатия, а теперь и влечение, пусть и осознанное вот так вот резко, но возникшее явно не в эту минуту.
   Сабина отдавалась ему с таким же отчаянием и злостью, с которыми совсем недавно рыдала. С теми же затуманенными глазами, в которых была пустота и боль. Но так страстно, так жарко, раскрепощенно и покорно, как и рассказывал когда-то Мир.
   - Она делает это так, как никто и никогда не делал: целиком, полностью, не боясь показаться развратной, но уже через миг стыдясь собственного поведения. Она разная: нежная, дикая, мягкая, напористая.
   И этой ночью Егор на себе испытал то, о чем так странно трепетно и скупо говорил лучший друг, который не стыдился никогда в деталях описывать свои приключения, но с кем угодно, кроме Сабины. Она всегда была для него слишком личной, слишком его, чтобы выставлять на обозрение то, что было между ними, чтобы сравнивать ее с толпой, побывавшей в его постели.
   А теперь Егор на себе испытывал то, что так трепетно хранил в секрете и в памяти его лучший друг. Так же сходил с ума от удовольствия, держа Сабину в руках, слушая ее стоны и просьбы не останавливаться. Так же восторженно смотрел в ее чистые голубые глаза, которые медленно заволакивало наслаждение и оргазм.
   А на утро оба были в некоторой растерянности. Егор от того, как резко и мощно на него навалилось понимание истинности его отношения к подруге. Он смотрел на нее, пока она еще спала под боком ранним утром, и понимал, что начинает чувствовать к этой девушке уже не столько симпатию, сколько влюбленность - легкую пока еще, приятную, заставляющую просыпаться пресловутых бабочек в животе. И вроде не мальчик он уже, а они так и порхают внутри, так и порхают.
   А понимание того, что ничем хорошим это не грозит, и им с Сабиной еще предстоит обсудить случившееся, заставило его подняться с постели и уйти на кухню, где он хмуро и задумчиво взялся за приготовление завтрака, пытаясь обдумать предстоящий разговор. Но когда девушка вошла на кухню, на его лице были знакомые ей дружелюбная улыбка, никакого особенного взгляда или чего-то в этом духе.
   - Со стыда готова умереть, - садясь за стол и виновато глядя на усмехнувшегося мужчину, стыдливо протянула Сабина, подпирая руками щеки.
   Ее сонный вид был до ужаса милым, что не могло не заставить его глаза светиться нежностью, которую сама девушка списала на дружескую насмешку.
   - А я готов продолжить в том же духе, - легко ответил Егор, ловя на себе удивленный растерянный взгляд девушки. - Если это то, что поможет тебе не сойти с ума, как-то отвлечься и прийти в норму - я готов быть рядом.
   - О том и речь, - отводя взгляд и прикусывая губы, медленно ответила со вздохом Сабина, - что я не готова. То есть не к нормальным отношениям в полноценном понимании этого слова. Секс - это одно, но...
   - Так пусть будет только секс, - мягко прервал ее мужчина, не давая пуститься в пространные речи, садясь напротив и касанием руки заставляя ее поднять голову и посмотреть на себя. - Я не предлагаю тебе ничего больше - просто проводить время вместе. Я буду все тем же другом для тебя, с небольшим бонусом, приятным для нас обоих. Это - твой первый шаг к тому, чтобы вернуться к нормальной жизни. Без Мира. Прошло уже четыре года - пора.
   - Я знаю, - кивнула Сабина, чуть улыбаясь, а в глазах была все та же тоска.
   Но она приняла его условия, которые ее полностью устраивали на тот момент, лишь много позже разглядев, что для Егора на самом деле все было куда серьезней, чем просто секс. И тогда это стало ее условием - они не говорят о чувствах, они не обсуждают свои отношения, они просто любовники, без обязательств и каких-то планов на будущее. Сабина эгоистично не желала отпускать Егора от себя, не готовая, впрочем, и что-то дать ему взамен его преданности и заботе, делать шаги навстречу. И не даже не в том дело, что не готова - не может.
  
  
   Наше время...
  
  
   А теперь вернулся Мир, и Егор - ее единственный щит от другого мужчины, который хоть как-то спасает ее от безумств, который дает, за что уцепиться. Хотя спасает ли, учитывая, что одно только присутствие Мира заставляет ее забывать о любящем ее и ценящем человеке, который так много шел на уступки в ее отношении, который проявляет терпение, не давит, не заставляет и готов ждать столько, сколько потребуется ей?
   - Скажи, Егор единственный мужчина, что был у тебя после меня? - задумчиво вышагивая по залу и разглядывая-ощупывая стены, вернулся к нужной ему теме Мирослав.
   - Ты не отстанешь? - недовольно посмотрела на него Сабина, хмуря брови.
   - Нет, - хмыкнул Мир, бросив на нее короткий взгляд и снова возвращая свое внимание помещению.
   - Я не собираюсь общаться с тобой на тему своей личной жизни, - меняя тактику и старательно делая вид, что ее не волнует нахальное любопытство мужчины, холодно ответила Сабина, проглядывая листы в руках с информацией по работе.
   - Потому что...
   - Потому что она тебя не касается.
   - Утоли мое любопытство, - ухмыльнулся Мир, двигаясь к ней.
   Как завороженная, подняв голову, Сабина смотрела на то, как он медленно шагает к ней. Вот как, как в одной только походке может быть столько сексуальности?! Руки в карманах брюк, плавная, хищная грация большого тела, расслабленность в каждом шаге - и глаз не отвести.
   - Какой метраж? - спросил Мир, заставляя ее опустить глаза к бумагам и вновь попытаться сконцентрироваться на работе, что было сейчас так вовремя.
   - Сто пятьдесят.
   - Залы?
   - Два.
   - Душевые, раздевалки?
   - Придется оборудовать.
   - Проходимость?
   - Высокая.
   - Аренда?
   - Минимум год.
   - Ты любишь Егора?
   - Нет.
   Сабина гневно и в то же время досадливо вскинула голову, гладя, как довольно сверкают насмешливые серые глаза сумевшего сбить ее с толку градом вопросов, на которые она отвечала четко и быстро, не задумываясь, мужчины. И ведь укорять сейчас можно лишь себя: за то, что ответила предельно честно, и не задумываясь на вопрос, ответ на который Мир не должен был знать ни в коем случае.
   - Ты даже не задумалась, - не мог не подметить очевидное Мирослав, подходя, наконец, к ней совсем близко и с превосходством глядя в глаза. - И почему я не удивлен? - хмыкнул он, склонив голову набок и едва пожав плечами.
   - Потому что слишком самоуверен? - саркастично произнесла Сабина, прищуривая гневно глаза.
   - Но ведь не без оснований.
   - Ненависть для тебя основание?
   - Но ведь не равнодушие, - протянул мужчина. - И потом...никакая ненависть не влияет на то, как ты смотришь на меня, как реагируешь. Думаешь, я не замечаю? - хмыкнул Мир, глядя, как она растерянно и досадливо кусает губы, отводя почти виноватый взгляд. - Я наблюдал, как все это появлялось в тебе, как росло, развивалось. И прошедшие годы ничего не изменили - я по-прежнему знаю твое тело лучше тебя самой.
   - Тебе никогда не было нужно лишь мое тело, - воинственно, будто прикрывая враждебностью свою слабость, ответила девушка, вскинув голову.
   - Да, ты нужна была мне вся. А знаешь почему? - чуть прищурился Мирослав.
   - Раньше хотела знать. Теперь - мне все равно, - решительно попыталась оборвать ненужный разговор Сабина, звучно захлопнув папку у себя в руках и развернувшись на каблуках, чтобы немедленно уйти отсюда как можно дальше, пока этому человеку окончательно не удалось ее выбить из колеи спокойствия, которого и без того были крохи.
   - И все же я скажу, - раздался тихий голос у ее уха, когда Мир не дал ей уйти, удержав за плечи и прижавшись к ней сзади телом, удерживая ее буквально всем собой. - Ты нужна была мне потому, что была особенной. Смотрела на меня не как на красивый трофей, а как на самого драгоценного в мире человека. Тебе не нужен был мой статус, мое положение, моя популярность. Потому что ты любила во мне все - даже мои пороки. Потому что глупо и наивно верила, что я не такой на самом деле.
   - Значит глупо и наивно? - с горечью усмехнулась Сабина, понуро опустив плечи, которые напряглись под его руками минуту назад.
   - Да, глупо и наивно, слепо, - жестко подтвердил Мирослав. - Потому что я именно такой - грубый, жестокий, бессердечный циник и эгоист. И это во мне ты тоже любила. Пусть нелепо, пусть странно, но любила. Тебе нравилось во мне все это, пусть ты и не понимала. Но твоя готовность всегда меня простить и попытаться понять подтверждают это.
   - Так именно это тебе нужно? Снова получить меня как раболепную девочку, готовую тебя ждать, прощать и терпеть? Так открою тебе глаза - я выросла, - поворачиваясь и глядя ему прямо в глаза, заявила твердо Сабина, - и той, кого ты хочешь видеть у своих ног, я уже не буду никогда.
   - Мне нужна ты. Неважно какой. Ты всегда будешь для меня особенной.
   Прозвучало как признание слабости, и Сабина впервые поймала его на подобном, немало удивившись тону и взгляду мужчины.
   - Слишком дорого мне обошлась моя особенность, и платить дважды ту же цену я не хочу, - все же решительно возразила девушка, снова разворачиваясь, чтобы уйти.
   Но Мир снова удержал ее, снова наклонился к ней.
   - Хочу я. А ты всегда выполняла каждое мое 'хочу'. Иногда добровольно, иногда не ведая того, а иногда потому, что мое 'хочу' совпадало с твоим. А ты? Ты помнишь это?
   Он шептал эти слова соблазняюще, искушающе, интимно, именно так, что она теряла нить разговора, не в силах противостоять даже просто его голосу. Такому голосу, от которого мурашки по телу, от которого горит кожа там, где его слова касаются ее обжигающим дыханием.
   - Я помню все, - глухо прошептала в ответ Сабина, окончательно потерявшись в его близости, запахе, ощущении слишком рядом.
   Она снова повернулась к нему лицом, глядя ему в глаза.
   - И лучше всего то, чем для меня все обернулось. Болью, когда ты бросил меня. Страданиями, когда ты бросил меня. Тоской, когда ты бросил меня. Истериками, когда ты бросил меня. Одиночеством, когда ты бросил меня!
   С каждым словом ее голос становился все крепче, а злости в нем было все больше. Она бросала их ему в лицо, глядя на него со всеми теми чувствами, что сейчас сама же описывала. Взглядом передавая все то разочарование и гнев, которые выливаясь в слова, словно опустошали ее. Глаза гасли, из них уходила решительность, сменяясь слабостью.
   - Ты не оставил за собой ничего, что помогло бы мне жить дальше. Ничего, что заставило бы меня отпустить тебя раз и навсегда. Ты уехал, и забрал со мной всю меня. Ты уехал, а я осталась ни с чем. Ты уехала, а я...
   Мир не дал ей договорить, пылко прижавшись к дрожащим губам, которыми она собирала собственные слезы, что покатились по щекам, как только она заговорила. С тем же отчаянием, с которым Сабина сейчас выливала на него все, что накопилось, она ответила на его поцелуй. С той слабостью, что всегда давала о себе знать, стоило лишь оказаться рядом с ним, и с которой она никогда не умела бороться.
   В пустом зале, на полу в ворохе одежды, торопливо скинутой с двух тел, в витающей пыли в воздухе, которая в свете больших окон под потолком превращалась в вязкую массу, что окутывала сплетенные тела собой, словно пологом, Сабина отдавалась Миру. Как когда-то давно, как когда-то впервые: всецело, не думая, не волнуясь, зная о последствиях, но не в силах бороться с соблазном, не строя иллюзий, лишь всецело погружаясь в омут блаженства и удовольствия, которые мог дарить только он один.
   Громкие стоны и рыки глухо отражались от стен в гулкой тишине большого зала. Мужское тело на вытянутых руках нависало над более хрупким и тонким. Серые глаза жадно следили за тем, как жмурилась, кусала губы, сдерживая стоны, цеплялась за одежду руками девушка. Наблюдали и впитывали в себя все, сравнивая с тем, что помнили. Напряженные мышцы перекатывались под влажной кожей, покрытой испариной. С сухих губ срывались обрывки вдохов и выдохов. Не хотелось останавливаться, прекращать, но наслаждение нарастало слишком настойчиво и нетерпеливо, чтобы была возможность сдержать его. Прижимаясь губами к открытому горлу, Мир сдавлено простонал, с восторгом чувствуя, как дрожит в его рука от оргазма девушка, прижимаясь тесней в подсознательном желании получить все, каждую кроху удовольствия.
   Плавно и словно нехотя Мир скатился с Сабины, ложась рядом и проводя рукой по лицу, облизывая сухие губы, давая себе минуту, чтобы прийти в себя. Не хотелось шевелиться, не хотелось говорить и даже думать. И мужчина поддался этой приятной неге и лености, сжимая в руках тело девушки и сладко засыпая в ее объятьях, как много лет назад - безмятежно и крепко.
   Сабина пришла в себя уже когда Мир уснул, прижимая ее к своей груди. Смотрела на него и не верила тому, как сглупила, уступив им обоим в их одинаковом желании. Но как устоять, когда именно этот мужчина сводит ее с ума! И нельзя было не признать, что так хорошо ей не было уже слишком давно, и что она ждала этого момента с тем же желанием, что и страхом. Смотрела и видела перед собой того незнакомого парня, которым он становился во сне: черты лица разглажены, он спокойно дышит, безмятежно подрагивают веки. Он красив и умиротворен. Сам Мир однажды признался, что такой он только с ней. Сказал и тут же нахмурился, досадливо сводя брови, будто стоило промолчать. Так всегда было - он раскрывался перед ней случайно, поддаваясь слабости, сиюминутному желанию сказать истину, а потом жалел.
   Вот и сейчас он раскрылся перед ней. Слишком поздно сделал это, но сделал. И Сабина не понимала его мотивов и причин тому, что он решил вдруг заговорить о том, что чувствовал. Да и не собиралась разбираться, если честно. Зачем? Мир никогда не будет с ней откровенен на все сто процентов, никогда не доверится ей, никогда не покажет себя настоящего. А довольствоваться малым она не хотела, больше не хотела. Это прежней Сабине хватало малости. Сейчас же она понимала, что пока не уверит саму себя, что достойна большего, она не получит это самое большее. А для этого ей нужно отдалить от себя Мира. Но как, когда она только что отдала ему все козыри?! Когда раскрыла перед ним свою слабость?! Когда доказала все, о чем он говорил и с чем пыталась спорить совсем недавно?!
   Сабина выбралась из объятий Мира, не разбудив его. Тихонько оделась и выскользнула из пустого зала, в котором уже начало смеркаться. В расстроенных чувствах девушка вышла из здания, зябко кутаясь в пальто. Было двоякое ощущение: она чувствовала себя разбитой, и в то же время ее тело пело. А вот душа рыдала. Нахлынули воспоминания, которые и без того не давали покоя, новой, яркой, удушающей волной. Она вдруг вспомнила мельчайшие детали, которые, оказывается, много значили, но которые было важно не вспомнить. Какие-то нюансы, какие-то отдельные слова, взгляды и прочее-прочее-прочее. Тоска накатила по новой, по ощущению так, как когда Мир уехал, бросив ее безжалостно и эгоистично. Та самая, которая съедала ее годами после его ухода, и которая в последнее время стала легче благодаря Егору.
   Егор!!! Сабина тихонько всхлипнула, позволяя слезам сожаления скатиться из глаз. Было стыдно, ужасно стыдно и паршиво на душе от того, чему она позволила случиться. Она не обещала верности, не обещала преданности, но в свете того, что знала о чувствах мужчины, ощущала себя сейчас вторым Миром.
   Мысли о друге позволили Сабине немного отвлечься. Она снова с особой остротой поняла, как он нужен ей, как важна его близость и привязанность. Как его любовь способна научить ее жить заново. И только сейчас осознала, что именно это чувство, от которого она бежала, и спасет ее от самой себя. Она укутается в любви Егора, спрячется за ней, эгоистично воспользуется, чтобы потом попытаться ответить на нее взаимностью. Но ей нужно было начать хоть с чего-то, хотя бы с того, чтобы допускать мысли об этом чувстве, слышать о нем из уст близкого человека без страха, что позже это обернется болью и только.
   Начался дождь. Мелкий, противный, колючий и холодный. Люди, шедшие рядом по улице, торопливо раскрывали зонты, ускоряли шаг, чтобы спрятаться от мерзких капель, и проклинали грозовые тучи, что сгущались все больше. Сабина не обращала на все это внимание. Эта вода с неба сейчас не мешала, не волновала, была почти благословением - смывала с нее ощущение грязи и отвращения к себе.
   Девушка несколько часов бродила по городу. Уже стемнело, людей почти не было, а дождь все шел и шел. Она промокла до нитки, но едва ощущала холод, пусть и дрожала всем телом. Сама не понимала куда идет, пока не оказалась перед знакомым домом. Вздохнула полной грудью, судорожно и громко, почти всхлипнула. Зажмурилась на мгновение, будто собираясь с силами, с решимостью, и шагнула вперед.
  
  
  ***
  
  
   Егор едва вошел в квартиру и успел выпить кофе, как раздался звонок в дверь. Он нахмурился, глянув на часы, и пошел открывать. На пороге квартиры стояла Сабина. Мокрая с ног до головы, попавшая, видимо, под разгулявшуюся грозу. Стояла и дрожала всем тело, сжимая руки в кулачки. Егор тут же втянул околевшую девушку в квартиру.
   - Господи, ты вся мокрая! Дрожишь, - проговорил Егор, начиная стягивать с нее влажное пальто, шарф, наклонился, чтобы помочь снять ботинки. - Почему ты не позвонила? Я бы забрал тебя, - с нотой упрека произнес мужчина, глядя на девушку.
   Та смотрела на него в ответ и молчала. Смотрела пристально, но потерянно. В ее взгляде была задумчивость, тоска и какая-то безысходность.
   - В чем дело? Что случилось? - тут же спросил Егор, едва рассмотрел ее.
   Тревога сковала сердце, а затянувшееся молчание Сабины лишь усиливало ее.
   - Бина? - Егор мягко сжал ее плечи, чуть тряхнув. - Что случилось?
   - Замерзла, - клацая зубами, выдохнула девушка, обхватив себя за плечи.
   Оба понимали, что она лишь тянет время, не отвечая на вопрос, но Егор не стал давить. Кивнул вместо этого и повел ее в ванную, где помог раздеться и уложил в горячую воду. Он присел на бортик ванной и смотрел на Сабину. Та игнорировала его вопросительный, пристальный и ожидающий взгляд, глядя куда угодно, но не на него. Мужчина тихо вздохнул и взял в руки губку. С заботой, нежностью и осторожностью он вымыл постепенно согревающееся тело девушки, закутал в полотенце и отнес ее в гостиную, где усадил на диван, а после принес ей горячий кофе. Присел перед ней на корточки и выжидательно посмотрел на нее. Девушка грела все еще ледяные ладошки о кружку и смотрела на него.
   - Женись на мне, - собравшись с духом, выдохнула тихо Сабина.
   Егор удивленно моргнул, пытаясь сообразить, не шутит ли она. Но нет - взгляд серьезен, напряжен и в нем нет ни капли юмора. Вопрос застал его врасплох. Ни разу до этого они даже не говорили о чувствах, своих симпатиях, не то, что о подобном развитии своих отношений. И тут вдруг...
   Егор внимательно посмотрел на девушку. В голубых глазах плескалось столько всего, что сразу и не опишешь. Там были и сожаление о только что сказанных словах, и решительность повторить их. Был целый ураган сменяющих друг друга эмоций. И он сам был сбит с толку. Не понимал, что толкнуло Сабину на подобное предложение - или это была просьба? Но он не стал думать, не стал спрашивать, ничего говорить и выпытывать. Он просто сказал:
   - Да, я на тебе женюсь.
   Сабина даже выдохнула облегченно, расслабилась сразу как-то разом, будто тяжкий груз упал с ее плеч, будто от его ответа зависела ее жизнь.
   - Спасибо, - прошептал девушка, почему-то именно сейчас стыдливо пряча глаза.
   Вот как это выглядело со стороны? Пришла к нему домой среди ночи, потребовала жениться на себе, не готова была что-то объяснять или рассказывать, готовая уйти, если услышит 'нет' без малейшего сожаления.
   - Пойдем спать, - мягко потянул ее за руку Егор, чуть улыбнувшись. - Ты тоже наверняка устала.
   - Прости, я не подумала. Ты ведь только из клуба, а я...
   - Все в порядке, - снова улыбнулся мужчина. - Я рад, что ты пришла именно ко мне.
   - Мне больше не к кому идти.
   - И этому я тоже рад, путь это и немного эгоистично, - усмехнулся Егор, ведя ее в спальню. - Ложись, мне нужно в душ.
   Сабина кивнула и забралась в кровать, кутаясь в одеяло, поскольку никак не могла согреться. Она прогуляла по городу под дождем несколько часов, и никакая горячая ванна была не способна согреть ее так быстро. А как только Егор скользнул к ней под одеяло, она тут же приникла к его горячему телу, дрожа от озноба.
   - Ты заболеешь, - вздохнул Егор.
   - Ты же позаботишься обо мне? - без доли заигрывания, серьезно и обоснованно спросила Сабина, кладя голову ему на грудь и прикрывая глаза.
   - Конечно, - мягко улыбнулся Егор, чмокнув ее в макушку. - Спи.
  
  
  ***
  
  
   Сабина впервые так нервничала, собираясь на мероприятие. Ведь сегодня она впервые пойдет туда с Егором в качестве его девушки, невесты. Впервые они вместе будут проводить время, как пара на глазах у всех, прекратив делать вид, что просто друзья. И, пожалуй, это к лучшему- так будет проще привыкнуть к мысли, что их отношения стали официальными и даже больше. Самой девушке будет легче принять тот факт, что она решилась пойти дальше. Будет возможность убедить саму себя в том, что поступила правильно, пусть и несколько опрометчиво.
   - Ты подумала над моим предложением? - без всякого давления спросил Егор уже в машине, забрав Сабину из дома и везя на благотворительный бал.
   - Еще нет, - покачала головой девушка. - Я к этому еще да не привыкла, - хмыкнула она, крутя на пальчике колечко, что мужчина подарил ей буквально на следующий день после того, как она 'вытребовала' с него женитьбу.
   - Оно слишком тяжелое? - имея в виду не буквальную тяжесть, спросил Егор, бросив на нее пристальный и внимательный взгляд.
   - Это приятная тяжесть, - ласково улыбнулась девушка мужчине, который облегченно отзеркалил ее улыбку.
   - Хорошо. Потому что я не хочу, чтобы ты пожалела о своих словах. И если ты вдруг передумаешь...
   - Я не передумаю, - мягко прервала торопливую речь жениха Сабина, коснувшись судорожно сжатой на руле ладони кончиками пальцев.
   Егор тут же успокоился. Он не готов был терять Сабину, был рад тому, что она попросила что-то больше того, что уже готова была взять от него. Он просто еще не до конца верил, что она не поторопилась в своих словах и передумает в любой момент. А за неделю, что прошла с того вечера, как он сказал ей 'да', он уже привык к мысли, что эту девушку он теперь может называть своей - неприкрыто, официально и имея на это все права, что она дала ему, приняв кольцо.
   - Это было не обязательно, - улыбнулась тогда Сабина, глядя на сверкающий ободок на пальчике.
   - Хочу быть уверенным, что мне это не приснилось, - хмыкнул легко мужчина в ответ.
   Но легкость и непринужденность была показной. Егор не спросил Сабину, что такого случилось в тот вечер и что послужило толчком к столь решительному шагу, когда прежде она лишний раз не соглашалась увидеться с ним за обедом. Он просто напросто боялся узнать правду. Боялся понять, что этот шаг она сделала по большей части от отчаяния, пусть и никогда не любил обманывать себя. Но в этом случае готов был позволить мечтам возобладать над реальностью. И он готов был закрывать глаза на то, что не тянут они на обычную парочку, что собирается пожениться. Он готов был ждать, готов был дать времени возможность все нормализовать. А пока не желал тормошить и без того не самую устойчивую ситуацию, боясь все испортить.
   Благотворительный бал проходил в мэрии. Вся элита города собралась на мероприятии похвастать деньгами и своей щедростью перед теле- и фотокамерами, сияя фальшивой радостью от своего присутствия здесь, сверкая улыбками и драгоценностями. Сабине казалось, что на фоне всех этих расфуфыренных дамочек она смотрится блекло и серо. Не то, что бы ее это волновало, просто Егору приходилось соответствовать, а ее платье было простым, пусть и дорогим, украшения без драгоценных камней, а волосы не уложены в шикарную прическу, а просто завиты и лежат вдоль спины.
   - Ты прекрасно выглядишь, - честно заверил ее в неотразимости Егор, заметив, как она немного растерялась и стушевалась.
   Сабина благодарно ему улыбнулась и мгновенно расслабилась, напомнив себе о том, что неважно - кто и как не нее смотрит, как оценивают и о чем шепчутся за спиной.
   По ходу мероприятия Егор знакомил Сабину со своими друзьями, знакомыми и партнерами, представляя ее как свою девушку, не акцентируя на ином статусе, за что Сабина была ему искренне благодарна: и без того не привыкшая к подобному вниманию к своей персоне, быть представленной сразу еще и невестой одного из самых завидных женихов города было уже слишком. Несколько бокалов шампанского окончательно привели ее нервы в порядок, и она начала получать удовольствие от вечера, наслаждаясь приятным общением и новыми знакомствами. Егор не отходил от нее ни на шаг, бережно держа за руку, периодически поднося к своим губам и ласково с улыбкой целуя. И Сабина даже удивилась тому, как это оказывается просто - перестать быть 'друзьями' и шагнуть дальше. Ничто не изменилось в их отношениях, ей по-прежнему было комфортно, плюс ко всему добавилась некоторая уверенность в будущем, что больше ее не ждут резкие повороты и острые углы - она могла положиться на Егора и доверить ему все свои заботы и тревоги.
   Расслабленности и легкости Сабине хватило на половину вечера, ровно до того момента, как на празднике появился Мирослав. Бунтарь по жизни, он и сейчас наплевал на презентабельность и высоту мероприятия, проигнорировав официальный костюм, заявившись в рваных джинсах и черной кожаной куртке поверх белоснежной футболки, чем тут же привлек к себе сотни взглядов, которые успешно не замечал, глядя исключительно на друга и его девушку, пока приближался к ним, схватив на ходу с подноса официанта бокал с виски.
   Сабина тут же судорожно сжала ладонь Егора, тот ободряюще ей подмигнул и мягко улыбнулся.
   - Какая интересна встреча, - хмыкнул в своей манере Мир, пожав руку Егору, но глядя на девушку рядом с ним, оценив и их сцепленные ладони и то, как Сабина невольно чуть задвинулась за плечо друга, словно прячась от него.
   Они не виделись всю эту неделю после той роковой ошибки в пустом зале: Сабина избегала любых контактов с Миром, взяв отгулы и передав его заказ коллеге, а сам он не торопился ее найти, занятый делами. И сейчас она смотрела на него с опаской, он же с привычной насмешкой. И оба думали об одном и том же - тех часах, что провели наедине. Глаза Мира так и сияли превосходством и удовлетворением. Сабина же отчаянно прятала свои, не желая смотреть в эти серые омуты, что затягивали ее в порочность этого человека. А еще слишком уж красноречивым был взор Мира, которым он окинул ее с ног до головы, едва ли соблюдая приличия, что заставляло ее спутника зло сжимать челюсть, поскрипывая зубами.
   - Не рычи, - хмыкнул Мир Егору, - я только смотрю. Вижу, вы прекратили прятаться. Что же послужило причиной? - и он со смешком вперил взгляд в Сабину.
   Девушка прищурилась и поджала губы.
   - Ты льстишь себе, если думаешь, что дело в тебе, - прошипела она, глядя на него исподлобья.
   - Пусть будет так, - усмехнулся мужчина, поднося ко рту бокал с напитком.
   А Сабина невольно выдохнула с облегчением, понимая, что мужчина не намеревается раскрывать их секрет. Девушка не желала, чтобы Егор знал о том, что она переспала с его другом, а после пришла к нему в отчаянии и попросила защиты посредством брака. Она не хотела, чтобы он думал, что она использует его, пусть и понимала, что в какой-то степени так и есть. Она действительно собиралась начать все заново, создав с ним семью, и неважно, что толкнуло к этому, главное, что она решительно настроена быть с ним, как он того и хотел. И она знает, что он не осудит ее, не посмеет сказать и слова упрека. Просто она не желала его обижать и делать ему больно.
   - Не буду вам мешать, - через минуту напряженной тишины, произнес Мир. - Увидимся позже - надо обсудить дела, - сказал он Егору, и отошел от пары.
   Сабина даже не посмотрела в его сторону, боясь выдать себя, Егор же проводил друга странным взглядом, не понимая, что не дает ему покоя.
   - Какой-то он слишком спокойный, даже не язвит, - заметил вслух мужчина.
   Девушка не стала ничего говорить, лишь пожала плечами.
   Пусть Мира и не было рядом, но Сабине казалось, что она то и дело ощущает на себе его взгляд. Но оборачиваясь в поисках того, кто сверлил ее своими глазами, она никого не видела.
   - Я отойду на минутку, - шепнула Сабина занятому диалогом Егору.
   Тот кивнул, бросив на нее короткий взгляд, и вернулся к разговору. Лишь в уборной Сабина, наконец, избавилась от ощущения бурения в своем теле. Умылась холодной водой, ругая себя за манию преследования, ведь ей действительно могло лишь показаться, что Мир следит за ней: с того момента, как отошел от них, едва ли она видела его рядом. Но ведь только этот мужчин так на нее действовал, только его глаза были способны заставлять ее тело физически чувствовать их взгляд. Так было всегда, то ли потому, что она интуитивно была настроена на этого человека, то ли потому, что ждала этого - когда же он посмотрит на нее, когда обратит внимание...
  
  
  Пять-шесть лет назад...
  
  
   Сабина знала, что не стоит приходить сюда сегодня вечером. Знала, что лучше ей остаться дома. Будто не подозревала, что увидит здесь, и что это причинит ей боль. Но с какой-то мазохистской упертостью шла на эту вечеринку.
   Несколько дней назад они в очередной раз разругались с Миром - ему снова показалось, что она много просит от него. И, хлопнув дверью, он ушел. В универе его не было видно, и Сабина рада бы чувствовать облегчение и увериться в том, что все это в последний раз, что он больше не придет к ней, больше не будет ее мучить. Но слишком сильно она желала обратного.
   И вот она здесь, чтобы сделать себе еще больней - увидеть Мира снова, да еще и с другой девушкой, что он прижимал к себе в этот вечер. Было глупым думать, что эта красавица первая за дни с их ссоры, и едва ли последняя: так было всегда, когда они ругались - Мирослав будто пытался доказать ей в очередной раз, что она не нужна ему, что он не чувствует к ней тяги. Но это спустя время она поймет мотивы его поведения, а сейчас лишь чувствовала боль и тоску, глядя, как ее любимый человек обнимает и целует другую. Но она знала, на что шла изначально. Лишь не понимала, почему до сих пор позволяет мучить себя, позволяет ему делать ей больно, почему прощает раз за разом, хотя он даже ни разу не удосужился извиниться. Он просто возвращался к ней, а она впускала его. И так до следующего раза.
   Но сегодня она вдруг разозлилась! Сильно и, кажется, впервые. Все! Хватит! С нее довольно! Больше она не будет ждать, больше не будет прощать и впускать! Больше не станет терпеть его выходки и находить ему оправдания! Если он снова придет к ней, она даже не откроет ему дверь, не посмотрит в его сторону и не ответит на звонок. Слишком долго она позволяла использовать себя, слишком много ран он нанес ее любящему сердцу.
   Прекратив смотреть на сладкую парочку, Сабина резко развернулась в сторону выхода. Но по пути взгляд зацепился за стол с напитками и выпивкой. Мир не позволял ей пить, когда они вместе где-то бывали.
   - Алкоголь раскрепощает. А я люблю делать это сам, - говорил он, сверкая глазами, красноречиво сверля ее взглядом и тут же довольно улыбаясь, когда она краснела.
   Не то, что бы Сабину возмущал этот запрет - нисколько, ведь, только окончив школу, она едва умела пить и пробовала что-то кроме пива. Да и ее скромность и воспитание даже не вызвали желания пробовать что-то покрепче и вообще увлекаться этим делом.
   И то ли назло ему, то ли чтобы окончательно убедить себя в том, что собирается делать и как вести себя дальше, она смело шагнула к бару, хватая первую попавшуюся стопку и опрокидывая ее в себя. Тут же подавилась от слишком горячей волны, что опалила горло и пищевод, и закашлялась под смех стоявшего рядом парня, который весело наблюдал за тем, как она приходит в себя.
   - Неужели первый раз пробуешь водку? - хмыкнул незнакомец, с легкостью выпивая свою стопку.
   - Вроде того, - проворчала хрипло девушка, принимая из его рук другой бокал.
   - Попробуй. Это мягче, но вставляет сильней, - посоветовал юноша.
   Сабина пила все, что новый знакомый предлагал ей попробовать. Буквально через пару минут уже кружилась голова от первой порции, но она и не подумала остановиться.
   Взгляд Мира Сабина почувствовала еще как только он первый раз ее заметил. Она повернулась в его сторону и встретилась с нечитаемым выражением на красивом лице. Пьяно улыбаясь, отсалютовала ему очередной рюмкой, показал средний палец на другой руке, и тут же отвернулась, запрокидывая голову и вливая в себя еще что-то. Она чувствовала этот взгляд на протяжении нескольких десятков минут, но даже больше не дернулась ответить на него своим. Ей было все равно, станет ли Мир злиться, или не обратит внимания - ведь ему нет до нее дела - она просто хотела напиться и заглушить ту очередную порцию боли, что этот мужчина вносил в ее жизнь. И пусть она сама пришла сюда сегодня, зная, что увидит, это не меняло сути. Сидя дома в такие дни после ссоры, она все равно знала, что Мир не скучает и развлекается на полную катушку. Так какая разница - видит она это своими глаза или просто знает - ей одинаково больно. Так пусть он хотя бы позлится! Пусть побесится, пусть почувствует хоть что-то к ней! Она бы хотела этого, возможно для того и не ушла сразу отсюда. Но знала, что едва ли ему есть до нее дело, что весь этот цирк, что она устроила, не найдет своего единственного зрителя. А потому очень быстро причина желания напиться сменилась на более банальную - заглушить реальность.
   Мир не смотрел на нее больше - она бы почувствовала. Но как же ей хотелось! Чтобы он смотрел лишь на нее! Чтобы видел только ее! Однако его взгляд всегда равнодушен, всегда пуст, и все, что она видит в его глазах - желание. Вот единственное, что он не скупился демонстрировать ей. И она готова была бы довольствоваться и этим, не дели он свое желание между ней и чередой своих пассий на ночь. Ее нисколько не утешало, что он все равно возвращается к ней. Было лишь больней, поскольку она чувствовала себя тряпкой, которая позволяет так с собой обращаться, забыв о гордости и самоуважении, которая униженно готова брать те крохи, что ей дают.
   - Я, кажется, говорил тебе не пить, - раздался вкрадчивый голос Мира возле самого ушка.
   - Я, кажется, послала тебя к черту, - практически прорычала зло Сабина, поворачиваясь к нему лицом и с вызовом глядя на него пьяными глазами. - Повторить маршрут?
   То ли алкоголь добавил ей решительности и изгнал на время природную скромность и спокойствие, то ли она просто устала терпеть от этого человека его капризы, но внутри все кипело, просясь наружу - злость, гнев, ярость, боль и обиды. Слез не было, что Сабина списала на алкоголь. Зато сумасбродство лилось через край.
   - Иди, гуляй, - махнула рукой в сторону девушка, отворачиваясь от Мирослава, - тебя наверняка заждались, - язвительно добавила она, чуть пошатнувшись.
   - Сначала я отвезу тебя домой, - решительно заявил молодой человек, поддерживая ее за локоть и с легкостью отводя от стола.
   - Никуда я с тобой не поеду! Отпусти меня! - дернулась Сабина из его крепкой хватки, но в шуме вечеринки он даже не услышал ее слов.
   Лишь на улице, ожидая такси, он выслушал всю тираду, которая ни на миг не прекращала литься изо рта неконтролирующей себя девушки. Мир едва ли прислушивался к пьяному бреду, что она несла. А в такси она задремала на его плече. Он на руках вынес ее из машины, поставив на ноги только у двери, чтобы найти в ее карманах ключи от квартиры.
   - Можешь уходить, - вяло пробормотала Сабина, вваливаясь в коридор и собираясь захлопнуть дверь перед носом провожатого.
   Мир спокойно перехватил летевшую к носу дверь и вошел в квартиру. У девушки уже не осталось моральных, да и физических сил спорить о чем-то с этим человеком, она просто очень устала и хотела уснуть: голова кружилась, ее немного подташнивало, и было слегка не по себе. Она позволила ему раздеть себя и поставить под холодный душ, бросив лишь злобный взгляд, когда ее окатило ледяной водой.
   - Проваливай, - грубо произнесла Сабина, обхватывая себя за плечи и пряча от его взгляда свое голое тело, по которому Мир скользил беззастенчивым взглядом.
   Тот лишь вскинул темную бровь и, не сводя с нее хищного и тоже немного злого взгляда, принялся неторопливо раздеваться.
   - Даже не думай, - прошипела Сабина, отступая от него и прижимаясь спиной к душевой кабине. - Уходи.
   - Нет, - спокойно ответил Мир, шагнув к ней под воду, которую минутой ранее сделал теплой.
   - Хватит играть со мной, Мир, - уперлась ладошками ему в грудь девушка, отводя взгляд от его лица, которое он склонил к ней. - Я не кукла! Я живая! Ты не можешь приходить и уходить, когда тебе вздумается, не принимая в расчет мои желания.
   - Я знаю твои желания: ты хочешь меня. Остальное неважно.
   - Нет! Не хочу! - вскинув голову, зло прорычала Сабина. - Неважно для тебя. Хочу тебя? Не в том понимании, что ты вкладываешь в это слово! Я хочу любимого и любящего человека, который будет заботиться обо мне и строить нормальные отношения. Хранить мне верность, а не сбегать, как только я попрошу чуточку больше.
   - Не надо все усложнять, - вздохнул Мир, опираясь ладонями по обе стороны от ее головы и напрочь игнорируя все, что она говорит ему.
   И так было всегда - он не слушал и не желал слушать. У него все было просто, все было построено лишь на инстинктах и потребностях. Он не брал в расчет душу, лишь тело. Вот и сейчас, все его мысли были на его лице и говорили лишь об одном.
   - Изнасилуешь меня? - с презрением прошипела Сабина, вновь отталкивая его от себя.
   Мир лишь рассмеялся на ее слова, искренне и весело, запрокинув голову.
   - Изнасилование? Серьезно? - насмешливо протянул мужчина, нахально и самоуверенно улыбаясь. - Да ты потечешь, едва я поцелую тебя, - шипел теперь уже он, заставив Сабину задохнуться, когда рука резко скользнула в ее влажные волосы, запрокидывая голову назад, а тело оказалось жестко прижато мужским к холодной стене душевой. - И даже без этого можно обойтись, - продолжал шептать Мир почти угрожающе, обдавая горячим дыханием открытое горло возле ушка. - Я знаю твое тело лучше тебя самой. И мне не нужно спрашивать - я просто возьму, когда почувствую.
   По мере того, как его шепот сводил ее с ума, одна его рука скользила по телу: по горлу, чуть сжав его длинными пальцами, которыми он вслед обвел ее ключицы. Сабина только охнуть и успела, как оказалась резко повернута к нему спиной, а его ладони грубовато сжались на ее груди, жадно сминая упругую плоть и напряженные вершины. Губы почти кусали тонкую кожу на шее, пока он наслаждался ее прелестями, играя, как ему вздумается. Одной рукой он скользнул вниз по дрожащему плоскому животику и без промедления тонкие пальцы скользнули между ног, с легкостью проникая внутрь влажного, пульсирующего лона. Сабина сладко выгнулась и застонала, на что Мир довольно и тихо рассмеялся.
   - Вот видишь, - хрипло шептал он, доводя девушку до криков только своими умелыми пальцами, - ты всегда хочешь меня. Даже когда злишься, даже когда прогоняешь, даже когда знаешь, что я только что трахал другую.
   Сабина зло дернулась в его руках, но снова обессилено застонала, когда он коснулся самой чувствительной точки.
   - Хватит жить в мечтах и иллюзиях. Хватит просить больше, чем я готов тебе дать. Просто наслаждайся.
   - Не могу, - выдохнула девушка, безвольно скользя пальцами по влажной стене душевой. - Я ведь люблю. И мне нужно больше. Я хочу, чтобы ты смотрел только на меня. Не хочу лишь иногда ловить твой взгляд, как все прочие. Не хочу других рядом с тобой!
   - Мне плевать, - безжалостно произнес Мир, одним движением даря ей оргазм.
   Он поймал ее крик губами, снова развернув к себе лицом. Целовал жадно, напористо и торопливо, сознательно не давая ей больше думать, а тем более говорить. Его раздражали темы, что поднимала эта девушка. Раздражало, что она никак не угомонится и просто не плывет по течению. Но будь она другой, наверно и не привлекала бы его. Будь такой же, как все его пассии, едва ли он возвращался бы к ней из раза в раз. И он не знал, почему мучает и ее, и себя тем, что продолжает эти странные, болезненные отношения, которые его бесят, но без которых он уже не может.
   И Сабине приходилось довольствоваться ожиданием, когда же Мир посмотрит на нее, когда одарит своим вниманием и холодным, болезненным теплом. И она очень быстро научилась чувствовать даже простой взгляд этого человека, потому что всегда ждала этого момента...
  
  
   Наше время...
  
  
   Сабина уже давно прекратила ждать, но видимо привычка осталась. Но все-таки она забыла - каково это так сильно ощущать, когда ты под прицелом чьих-то глаз. То ли она действительно была настроена на этого мужчину, то ли никто кроме него не умел смотреть так.
   Пытаясь убедить себя, что она просто преувеличивает и ей кажется, списывая эти ощущения на манию величия, Сабина провела в уборной несколько минут, прежде чем взяла себя в руки и вернула на лицо спокойствие и уравновешенность. Однако она не сомневалась, что ее хватит надолго, а потому ей лучше поехать домой. У Егора еще были дела, а вот она уже выполнила свой долг и может уйти.
   Сабина вышла из туалета и направилась по коридору к залу. Егор увлеченно беседовал с каким-то своим очередным знакомым, но девушка выкроила секунду, чтобы сказать ему, что едет домой.
   - Все в порядке? - обеспокоенно взглянул на нее мужчина.
   - Да, - улыбнулась Сабина. - Просто устала.
   - Хорошо. Водитель уже ждет в машине. Он тебя отвезет.
   - Пока, - чмокнув его в щеку, попрощалась девушка и направилась к выходу из зала, лавируя в море людей и периодически рассеянно кивая знакомым - пронзительный взгляд, что она снова ощущала на спине, не давал сосредоточиться на чем-то большем, чем банальная вежливая улыбка.
   С какой-то панической торопливостью Сабина вышла из большого зала и направилась в гардероб. Но как только ее пальцы коснулись ручки двери, сверху легла мужская ладонь, а сзади прижалось крепкое тело.
   - Сбегаешь? Неужели от меня? - хмыкнул Мир, отводя свободной рукой волосы с ее плеча и заглядывая ей в лицо.
   - Пусти, - сквозь зубы прошипела Сабина, пытаясь убрать руку и оттолкнуть его.
   Но вышло лишь хуже - он ловко повернул ее к себе лицом и прижал к двери своим телом.
   - Неужели не соскучилась? - улыбнулся Мир, явно намерено раздражая и без того злую девушку.
   - Что тебе нужно?
   - Как обычно, - хмыкнул брюнет, касаясь ее лица костяшками пальцев и не сводя с нее своего магнетического взгляда.
   - Сделать мне больно? - язвительно протянула Сабина, прищурив свои глаза.
   - По-моему в последний раз ты стонала не от боли, - хмыкнул насмешливо мужчина, получив в ответ убийственный взгляд.
   - Это была ошибка.
   - Ну конечно, - хмыкнул Мир, чуть отодвигаясь от нее, но не выпуская из ловушки своих рук по бокам от нее. - Каждая наша встреча, по твоему мнению, ошибка.
   - Именно так, - прошипела Сабина. - Ты получил, что хотел. Теперь оставь меня в покое.
   - Я хочу больше. Всегда хотел, и ты это знаешь, - стерев с лица все усмешки, спокойно произнес Мирослав.
   - Серьезно? - насмешливо и издевательски хмыкнула девушка, не веря своим ушам. - По-моему, это я хотела большего, а ты со всей своей упрямостью отказывался от того, что я могла и хотела тебе дать.
   - Я устал с этим бороться и решил смириться, - как ни в чем ни бывало, произнес Мир, заставив Сабину шокировано распахнуть глаза и неверяще уставиться на него.
   - Значит, вот так все просто!? - не могла поверить своим ушам девушка, качая головой.
   - А ты, как и прежде, любишь все усложнять, - скривился досадливо мужчина. - Ты же так этого хотела - чтобы я поменял свои приоритеты. Я поменял свои приоритеты, - пожал плечами он, будто говорил о самой обыденной вещи.
   - Я свои тоже, - невесело хмыкнула Сабина, все еще не в силах поверить, в то, что услышала.
   Но, Господи, это же Мир! Очередная сумасбродная идея, цель, и плевать, кто и что думает. Все равно, что никто уже не ждет и не просит. Он, как и прежде уверен, что окружающие просто смирятся с тем, какое решение он принял.
  - И ты даже не в конце списка. Тебя вообще нет в моих приоритетах, - рыкнула злобно Сабина, отталкивая его все-таки от себя, ведь снова его близость начинала кружить голову, затмевая злость и здравомыслие.
   Снова его запах заставлял концентрировать все внимание на этом мужчине. Снова его близость грела тело, которое так мало получило от него в последний раз на голом полу в пыльном зале.
   - Но там есть Егор? - хмыкнул Мирослав.
   - Да. Он там на первом месте. Занял его, когда ты отказался, - стараясь собрать всю свою волю в кулак и просто закончить этот разговор и уйти, решительно заявила Сабина, твердо глядя в серые задумчивые глаза. - Я выхожу за него, - и она продемонстрировала ему колечко на пальчике, что, впрочем, едва ли удивило этого мужчину.
   Он лишь хмыкнул на это проявление бунтарства.
   - Думаешь, брак даст тебе защиту от самой себя?
   - Егор даст мне то, чего никогда не давал ты. И однажды я полюблю его так же сильно, как любила когда-то тебя.
   - Нельзя любить двух одновременно, - снова склоняясь над ней, прошептал вкрадчиво Мир тем самым грешным шепотом, который не давал ей спать ночами. - А в твоем сердце есть лишь я. Слишком долго там был, чтобы так просто от меня избавиться.
   - Просто?! - как-то немного истерично рассмеялась Сабина, в который раз удивляясь за последние минуты. - Мне никогда не было просто - ни с тобой, ни когда ты уехал. Много лет я страдала от своих чувств к тебе. И я много вынесла и пережила, и поверь мне - этого вполне достаточно, чтобы стереть о тебе даже воспоминания.
   - Твоя ложь самой себе уже не выглядит милой, как было прежде, - рассеянно заметил Мир, снова касаясь ее лица кончиками пальцев, задумчиво изучая черты ее недовольного лица.
   - Я изменилась, Мир, - устало выдохнула Сабина, потеряв желание и силы что-то доказывать и объяснять.
   - И такую тебя я хочу не меньше.
   - Я не хочу, - решительно уперлась ладонью ему в грудь девушка, качая головой.
   И что-то такое было в его глазах, что заставило Мира сбавить напор. Что-то, что всерьез озадачивало и даже выбивало из колеи. А он уже почти забыл, как это - не держать ситуацию под контролем. Но вот Сабина рядом, и все снова летит ко всем чертям! Что отнюдь не сбавляет его самоуверенности, которая выделяется на лице изгибом губ в усмешке, когда он обманчиво отходит от нее на шаг, заставляя облегченно выдохнуть.
   - Как быстро ты забыла, что я всегда получаю желаемое, - глаза сверкнули слишком знакомо, и в один миг Мир оказался непозволительно близко к ней, удерживая ее руки своими, когда она попыталась оттолкнуть его. - Замужество? - насмешливо протянул он, глядя в бешеные глаза. - Серьезно? Ты знаешь о моей морали больше меня самого - меня никогда не останавливали такие вещи. И ты сама пожалеешь, что решилась на это, когда прибежишь ко мне через время. Будешь корить себя за ошибку и то, что обманула любящего тебя человека и продолжаешь обманывать, приходя ко мне и позволяя делать с собой все, что мне вздумается.
   - Какой же ты... - почти с отвращением начала Сабина, глядя на самоуверенное красивое лицо.
  - Да, именно такой, как ты думаешь. И за это ты любишь меня не меньше, - ухмыльнулся почти с издевкой Мир, опаляя ее губы своим дыханием.
   - Ненавижу тебя! - прошипела гневно девушка, пытаясь сбросить с себя его руки, что огнем жгли кожу запястий.
   - Да, ты говорила, - и он жадно накинулся на ее губы.
   Сабина кусалась и вырывалась, пока безвольно не откинулась на его руки, сначала позволяя себя касаться, а после уже отвечая. Голова шла кругом, как это обычно и бывало с ним. Злость перемешалась с возбуждением, делая их поцелуй еще более ярким и торопливым.
   Сабина не поняла, когда они ушли из коридора и оказались в какой-то темной каморке. Вся она была сконцентрирована на том, как ее ладони скользят по идеальному прессу под футболкой, а руки Мира задирают ее платье. Звякнула пряжка ремня на джинсах, белье просто отодвинуто в сторону, и вот она уже громко и надсадно стонет в порочные губы, прижатая к стене большим телом. Все сопротивление сошло на 'нет', все отговорки и здравые мысли покинули голову. Раз за разом она падала в этот омут, после поражаясь тому, как это контрастирует с ее сопротивлением - насколько сильно и яростно она отталкивала, настолько покорно отдавалась.
   Сильные руки удерживали ее за бедра, ногами она обвила его талию, а руками отчаянно цеплялась за куртку, что своими заклепками царапала ей кожу. Мир двигался быстро, резко, рвано и сильно, буквально вбивая ее в стену. С его губ срывались хриплые рыки - он никогда не стеснялся демонстрировать свое собственное удовольствие.
   - Ты моя, - тягуче шептал Мир ей на ушко, оглаживая тело, прижатое к стене уже после того, как все закончилось. - Как бы ни сопротивлялась. Кто бы ни был твоим мужем. Ты всегда будешь моей. И я действительно стану ценить это и дорожить, - мягко касаясь ее губ своими, произнес он.
   Сабина лишь горько усмехнулась, не веря этим фальшивым и неожиданным обещаниям - этот мужчина не изменился, чтобы сдерживать их. Он все такой же эгоист и циник, жестокий и бескомпромиссный. Она только не понимала, зачем он сейчас все это делает и говорит. Неужели это его новый способ получить свое и опять сделать больно? Неужели понял, что прежнее поведение уже не задевает так сильно и нужно что-то поизощренней?
   Сабина не знала, что думать. Она стояла у стены, содрогаясь от оргазма в руках не своего будущего мужа, и горько жалела о том, чему снова позволила случиться. Ну как же так?! Почему она настолько слаба перед этим мужчиной?! Почему никогда не может сказать ему 'нет' и не поддаться?! Почему?! Это ведь не любовь! Нельзя любить так! Но что же это?! Болезнь? Зависимость, которая никак не отпускает и которую не вылечить ничем?! Что ей делать и как с этим жить?!
   Отрешенно девушка оттолкнула от себя уже не сопротивляющегося мужчину, поправила платье и молча вышла из комнаты. Мир ни слова не сказал и не остановил ее. А зачем? Он удовлетворен, он получил свое. Что еще он должен сделать или сказать? Ничего, как и всегда.
  
  
  ***
  
  
   Сабина ехала домой и думала о том, что говорил сегодня Мир. Она напрочь отказывалась понимать, что возможно вот так запросто все повернуть с ног на голову, как это сделал мужчина. Уму непостижимо, как у него все просто вышло после стольких лет совершенно противоположного поведения и взгляда на жизнь. Он так легко вдруг сказал о том, что готов попробовать нечто большее, что готов к этому, что банально не верилось. И Сабина не верила ни единому слову, убежденная в том, что это действительно очередная его уловка, каких был миллион в достижении его целей. Он просто выбрал другую стратегию в отношении нее, ведь она тоже стала другой. Да, не смогла устоять перед ним, не смогла сказать 'нет'. И все же она стала другой, иначе взглянула на вещи и была не готова позволять делать себе снова больно. А вот он не изменился - сам сказал не так давно. Подобные ему не становятся с годами лучше и мягче, лишь сильнее, жестче и безжалостней, еще эгоистичней и циничней.
   Глупостью было бы сейчас даже просто задумать над тем, что говорил Мир о своей готовности все изменить в ее отношении. Он противоречит сам себе. К тому же она твердо решила ничего не менять и не тешить себя иллюзиями и фантазиями на тему 'а вдруг правда': сам Мирослав научил ее реально смотреть на вещи. А реальность такова, что как она не была ему нужна пять лет назад, так не нужна и сейчас. Просто игрушка, прихоть, болезненная тяга, такая же, как и у нее к нему. Не любовь, не нежность и даже не привязанность. Привычка. Мир не умеет любить, не хочет любить, и даже банально принимать любовь не желает, сравнивая ее с жалостью или чем-то вроде. Так о чем может идти речь? О какой его готовности вести себя иначе? К тому же слишком ярко он опроверг сказанное, едва только напомнил, что просто привык не отступать и получать свое.
   Весь вечер девушка невольно думала и вспоминала слова Мира, интонацию, с которой они были сказаны. И боялась верить, знала, что нельзя. Но где-то глубоко проскальзывали мысли 'а что если...'. Однако она тут же настойчиво избавлялась от них.
  
  
  ***
  
  
   - Мир уехал, - как бы между прочим сказал Егор, внимательно следя за реакцией Сабины.
   Девушка стояла напротив и крошила салат.
   - Надеюсь, навсегда? - фыркнула она спокойно.
   Упоминание Мира стало не таким болезненным после того, как она прекратила бояться и испытывать неуверенность. Шло время, и очень быстро она привыкла к мысли о своем замужестве, даже подумала о детях. Ей действительно пора начать все заново, и пусть это начнется не с большой и светлой, как мечтает любая девушка, в итоге у нее все сложится и получится. Она твердо поставила себе цель забыть Мира, вычеркнуть его из своей жизни. А Егор поможет ей в этом. И она уверялась в этом все больше с каждым днем.
   Мужчина был ласков, заботлив, внимателен и предусмотрителен. Они много общались, и им было о чем поговорить. У них не только секс, как у нее с Мирославом. Они могли спокойно строить планы на жизнь, и Сабина не боялась, что ее высмеют, обидят и напомнят о том, что 'приходят лишь потрахаться'. Наоборот, порой она тормозила себя, когда хотелось остановить Егора в чем-либо. Она привыкла, что контролирует их отношения и мужчина позволяет ей это делать, для ее же комфорта и удобства. Но отношения сменили свой статус, и значит и ей нужно сменить свое отношение к ситуации. Но у нее выходило, она старалась и была довольно. И плевать, что не получает от этого счастья и огромной радости. Но с Миром было еще хуже - была лишь боль. И потому она могла смело сказать, что счастлива по-своему, не как все, но тем не менее.
   - Нет, - ответил Егор. - На пару месяцев - закончить свои дела и окончательно перебраться домой.
   - Тебя это беспокоит?
  
  
   Несколько дней назад...
  
  
   - Ты подумал над моим предложением? - спросил Мир, зайдя в офис Егора на следующий день после благотворительного вечера.
   - Интересная идея, - не мог не согласиться мужчина. - Но никогда бы не подумал, что тебя привлечет нечто подобное. Ты никогда не был благотворителем, гуманистом и жалости в тебе всегда было ноль.
   - Это не жалость. Это желание помочь. И это то, что мне приносит удовлетворение и удовольствие. Мне нравится этим заниматься, - спокойно пожал плечами Мирослав.
   - Но почему ты не продолжил заниматься этим в Москве? Почему вернулся домой?
   - Причин несколько. А в Москве все останется на прежнем месте, просто без моего личного присутствия.
   - Могу я узнать эти причины? - полюбопытствовал Егор.
   Казалось, что они по-прежнему лучшие друзья, и между ними не стоит женщина. Они непринужденно и расслабленно вели разговор, как было у них всегда, прекрасно понимали друг друга и едва ли сейчас походили на соперников. Но как может быть по-другому? Они дружили с детства, многое разделили, через многое прошли плечом к плечу, и что бы ни происходило в их жизнях сейчас, как ни сложилась судьба каждого из них, как бы ни изменились приоритеты и интересы, они все равно оставались друзьями. Они любили друг друга, как братья, и едва ли это может стать неважным в свете их чувств к одной и той же девушке. Пусть они будут соперничать за ее внимание и любовь, но больше им делить нечего, и они вполне способны разделять дружбу и любовь. И Егор все еще надеялся, что друг к нему прислушается, и ради их отношений не станет вмешиваться в его личную жизнь.
   - Отец плох совсем, - со вздохом ответил Мир. - Передает сейчас все дела мне.
   - Ты никогда не хотел заниматься его делом, - хмыкнул Егор.
   - И не буду. Его не станет, и продам все к чертовой матери.
   - Ты не слишком категоричен? - нахмурился мужчина. - Это дело - вся жизнь твоего отца.
  - Вот именно - это дело, а не собственный сын. Я всегда проклинал его работу и деньги. И мне плевать на них и сейчас. Я просто дам ему поверить, что продолжу его дело. Мертвые ничего не знаю и не видят, и ему уже будет все равно. А пока просто сделаю его последние дни счастливыми - ведь он так хотел этого, - с некоторой язвительностью произнес Мир.
   Но Егор как никто другой видел за этим показным равнодушием боль и злость. Всю свою жизнь его друг был для родного отца лишь наследником и только. Ни толики любви или заботы, лишь вечные напоминания о том, для чего он предназначен. Мир крупно поссорился с отцом перед своим отъездом в Москву, ясно и четко дав понять тем самым, что не собирается следовать его плану и жить так, как тот скажет и заниматься тем, что дадут. Он хотел идти своим путем. И шел им. Даже сейчас лишь видимость создает, что смирился и принял выбор родителя, чтобы скрасить его остаток жизни.
   - Тебе отдам все за половину, - хмыкнул Мир, покосившись на Егора, стоя у окна и медленно затягиваясь сигаретой.
   - Даже половина мне не по карману, - усмехнулся друг. - И потом, это тоже не мое. Да и планы у меня несколько изменились. Собираюсь уехать, - и он внимательно посмотрел на Мира, наблюдая за его реакцией.
   Брюнет лишь невесело усмехнулся, ответив на его взгляд своим понимающим и проницательным.
   - Сабину от меня увезешь? - хмыкнул он, снова отворачиваясь к окну.
   - Вам не судьба жить поблизости и при этом жить спокойно, - со вздохом ответил Егор. - И я не хочу, чтобы ты вмешивался с нашу жизнь, в нашу семью. А просто уйти в сторону нет смысла тебя уговаривать - ты уже понял, что любишь ее, и не отступишься. Но, с глаз долой - из сердца вон. Считай это моей помощью тебе, - иронично хмыкнул он.
   - С ней поговорка не сработала - я все еще в ее сердце.
   - Это временно, - уверенно и серьезно ответил Егор. - Я сделаю все, чтобы избавить ее от зависимости к тебе.
   - Неужели так сильно любишь? - с сомнение взглянул на друга Мирослав.
   - Люблю. И принял это чувство стазу же, а ты упустил свой шанс.
   - Шанс не бывает единственным, - философски заметил брюнет, туша окурок в пепельнице и поворачиваясь к Егору лицом, опираясь бедрами о подоконник.
   - Она выбрала меня, не тебя. Не мешай - я прошу от всего сердца, - просительно, почти умоляюще глядя на друга, произнес тихо мужчина.
   - Поздно, Егор, - так же тихо и уверенно, почти с сожалением ответил Мир, отведя взгляд. - Я не отступлюсь.
   - Ты не сделаешь ее счастливой!
   - Я приложу все силы, чтобы все исправить, - спокойно ответил брюнет.
   - Она не поверит тебе больше. А я не дам тебе шанса на успех.
   - Я не хочу, чтобы это разрушило нашу дружбу, - отталкиваясь от окна и подходя к другу, серьезно произнес Мирослав. - И я не стану выбирать между вами. Поэтому ставлю тебя в известность, что буду бороться. Всеми доступными способами.
   - Она не приз в игре.
   - Она сама выберет.
   - Она уже выбрала!
   - Брак - не финал, - хмыкнул Мир. - Ты знаешь это не хуже меня. Просто прими тот факт, что для меня это уже не игра, я не просто иду на принцип, не просто делаю назло или вопреки, не просто хочу получить желаемое любой ценой, а после потеряю интерес. Нет, сейчас все иначе. Я буду за нее бороться. С тобой и против тебя. Но не хочу лишиться друга.
   - Ты просишь невозможного, - покачал сокрушенно головой Егор.
   - Я прошу еще один шанс. И если у меня все-таки не выйдет, я уйду в сторону.
   - Ты? Уйдешь в сторону? - рассмеялся друг, качая головой. - Ты никогда так не поступал.
   - Она станет исключением, - серьезно глядя на Егора, пообещал Мир.
   Минуту мужчины смотрели друг на друга, пока Егор нерешительно не кивнул. А разве у него был выбор? Разве мог он остановить попытки друга вернуть свое? Нет, конечно. Да, Сабина любит Мира. Но он сделал ей слишком больно и не однократно. И это уравнивает шансы с ним, тем, кого она не любит, но кто любит ее, заботится о ней и готов на все ради ее счастья.
   Они крепко обнялись, как по-настоящему родные люди, а после Мир ушел.
  
  
  Наше время...
  
  
   - Я знаю, что это будет беспокоить тебя, - солгал со вздохом мужчина, помогая ей в готовке.
   - Я справлюсь, - улыбнулась ему Сабина, бросив на него короткий взгляд.
   Но Егор как никто другой знал эту девушку, и читал ее страх и неуверенность. Она пыталась спрятать это даже от самой себя, и у нее это выходило. Вот только он видел, что она все еще не уверена в принятом решении насчет их свадьбы, видел, как она смотрела на Мира не так давно, чувствовал в ней остатки той боли, что когда-то причинил ей друг.
   - Я хочу помочь, - мягко предложил Егор.
   - Как?
   - Давай уедем отсюда, - на выдохе предложил мужчина, серьезно глядя на невесту.
   - А как же твое дело? - удивленно произнесла девушка. - Клуб? У тебя все здесь - семья, работа, друзья. Ты готов бросить все это вот так просто?
   - Не так просто и не так быстро, - усмехнулся мужчина ее удивлению. - На все понадобится время. Я переведу бизнес в другой город. Друзья, семья? Я ведь не уезжаю на другой конец света, всегда смогу приехать, позвонить и все в этом роде.
   - Ты готов на это ради меня? - осторожно спросила Сабина, глядя в его любящие глаза.
   - Я готов ради тебя на многое, это лишь мелочи, - обнял ее Егор, целуя в макушку. - Я хочу сделать тебя счастливой. А Мир...он не даст тебе покоя, как бы ты ни старалась. Он слишком упрям и, по-моему, действительно изменился в своем определении главного.
   Трудно было признать это и тем более произнести вслух: вдруг Сабина увидит в этом надежду для себя? Вдруг снова поверит и не сможет разорвать эту болезненную привязанность? И ему было важно понять, что она не передумает внезапно, понять, что она уверена в своем выборе. Он не желал быть ее ошибкой, не желал, чтобы все стало серьезней, ведь потом будет еще больней.
   Но Сабина смотрела на него спокойно и без намека на задумчивость или сомнение, появившееся после его слов.
   - Тебе лишь показалось, - спокойно и уверенно ответила Сабина. - Такие, как он, не меняются.
   Егор ничего не стал говорить, сменив тему.
  
  
  ***
  
  
   Сабина взяла отпуск и сама решила заняться подготовкой к свадьбе. Энтузиазм плескался через край, было море идей, и у нее приятно болела голова в мелких хлопотах. Егор с улыбкой наблюдал за ее работой, принимая в ней посредственное участие, и был рад тому, с каким настроением невеста занималась этим. И совсем не замечал, что все это наносное.
   - Ты словно саму себя убеждаешь, что ты рада и довольна тем, что делаешь, - подметила подруга, когда после очередного суматошного дня они обедали вместе - Юлия занималась организацией вместе с ней. - Зачем все это?
   - Потому что это правильно, - пожала плечами Сабина. - Так должно быть.
   - Но ты ведь не чувствуешь всего этого, не наслаждаешься происходящим по настоящему, лишь пытаешься уверить саму себя в этом.
   - Я не могу по-другому, - хмуро ответила Сабина. - Я приняла серьезное решение, оно далось мне с трудом. И я боюсь передумать.
   - Мир был прав в том, что брак не спасет тебя от него.
   - Дело не в нем. Это нужно мне самой. Чтобы оборвать эту болезненную привязанность к этому мужчине. Иначе я снова прыгну в этот омут. Снова буду целиком и полностью сконцентрирована лишь на этом человеке, забывая о себе и своих потребностях. Я не боюсь Мира, не боюсь того, как он влияет на меня, - грустно усмехнулась Сабина, - я давно свыклась с мыслью, что это реальность, и от нее не убежишь. Какое бы время ни проходило, что бы этот человек ни творил со мной, я все равно его люблю. И я не хочу избавиться от этой любви посредством брака с другим человеком. Я лишь хочу сохранить себя, а не раствориться в Мирославе.
   - Господи, как же так можно, - с горечью и тоской глядя на подругу, прошептала Юля. - Как можно любить так сильно? И почему такая любовь всегда приносит лишь боль?
   - Наверно, просто нельзя так любить. Нужно думать и о себе, быть эгоистом хоть немного. И с Егором я могу быть такой. Мир - он для меня весь мир, - горько усмехнулась Сабина. - Всегда им был, с первой встречи. И я умею смотреть правде в глаза - ничего не изменилось. И он вернулся, он снова идет наперекор всему и всем в стремлении получить желаемое. Он и прежде хотел меня со странной страстью. А сейчас, когда я даю отпор, пытаюсь сопротивляться, это лишь заводит его.
   - Ну а если... - неловко начала Юля.
   - Дать ему желаемое? - невесело усмехнулась подруга под кивок девушки. - Ему не нужен просто секс - он у него может быть с первой встречной. Ему нужна я, потому что люблю вопреки всему. И он знает это, и любит этим пользоваться. Я не знаю, то ли это льстит его самолюбию, то ли он тоже чувствует ко мне что-то.
   - Думаешь, это возможно?
   - Чтобы он любил меня? Едва ли мы имеем одинаковые понятия о слове 'любовь'. Он сопротивлялся этому чувству, сколько я себя помню. Едва ли время научило его ценить это.
   - И что ты собираешься делать?
   - Выйду замуж. Я всеми силами буду строить свое счастье с Егором, потому что знаю, что Мир мне его не даст. Я буду учиться любить своего мужа. Буду создавать семью, рожу детей. И однажды я смогу назвать себя счастливой.
   Сабина верила в эти слова - очень хотела верить, что так и будет, и у нее получится. А иначе что за жизнь ее ждет? В вечном страдании от любви к человеку, который этого не ценит? Она действительно смирилась с тем, что все еще любит Мирослава - любила всегда и не прекращала ни на день. И пусть к этому чувству давно примешалась еще лавина других, суть это не меняло. Но можно быть счастливым и без любви, быть счастливым, будучи объектом для любви. Можно позволять себя любить и дарить в ответ хотя бы нежность, заботу и внимание. И она знала, что Егор никогда не потребует от нее больше того, что она готова будет ему дать. Он будет терпеливо ждать и надеяться, что однажды она скажет ему заветные слова, которые он жаждет услышать: он шепчет ей о своей любви и, почти затаив дыхание, ждет, что вот, именно сейчас, в этот раз, она будет вторить ему. Улыбается, когда она молчит, и не просит, не обижается. Лишь повторяет раз за разом, уверяя в своих чувствах, знает, что ей это важно.
   Порой Сабина ловила себя на мысли, что уподобляется Миру в своем отношении к Егору. Однажды даже сказала об этом мужчине, и он тут же горячо уверил ее в том, что это совершенно не так.
   - Даже не думай, что ты похожа на него. Ты не пользуешься мной, если боишься именно этого. Я хочу быть с тобой, я люблю тебя. Остальное не важно. Я терпеливый, и я подожду, - нежно улыбался Егор, ласково касаясь ее губ невесомым поцелуем.
  
  
  ***
  
  
   Сабина смотрела на себя в зеркало и ничего практически не чувствовала, кроме усталости. Суматошные недели подошли к концу и вот апогей - день ее свадьбы. Но все, что она ощущает - облегчение, что все закончилось, и не нужно больше решать какие-то дела, делать выбор, определятся с рестораном и еще кучей других мелочей. Она не была трепетно взволнованна, как должно было бы быть у любой другой невесты. Она не нервничала на тему того, хорошо ли выглядит, красивое ли платье выбрала или стоило взять то, другое. Не думала, все ли гости прибудут или кто-то пренебрежет приглашением. Спокойно отвечала на объятья и слезы в глазах близких и друзей, что пришли ее поздравить перед приездом жениха. Едва ли чувствовала себя иначе, чем в любой другой день. Лишь доля умиротворения присутствовала - она делает первый важный шаг к тому, чтобы целиком и полностью руководить своей жизнью, взять под контроль свои эмоции и пороки, и строить свою судьбу без вмешательства страстей и ярких всплесков. Кто-то мог бы сказать, что это будет скучная жизнь. Но в свое время она сполна хлебнула всяких разных эмоций и переживаний, и ей хватит их до конца жизни. Теперь все, чего она ждет - спокойствия, стабильности и уравновешенности от своих отношений.
   Глаза Егора сияли куда ярче, чем ее собственные. Улыбка была шире и естественней, и он весь буквально светился от счастья, когда надевал на ее пальчик колечко и называл своей женой. И его эмоций хватало на двоих, чтобы все списали рассеянность и меланхолию невесты на впечатления и радость, неверие в свое счастье. Но большую часть гостей едва ли волновали причины и счастье молодоженов - деловые партнеры, коллеги, просто знакомые, которых нельзя было не пригласить на свадьбу одного из крупнейших бизнесменов города. Во всей это толпе близкие родственники и малое количество друзей практически терялось. И свадьба скорее походила на красивый праздничный банкет и только, и лишь невеста в своем платье выделялась из толпы, как символ и напоминание причины торжества. После поздравлений звучали слова о работе, и это было нормально в том обществе, к которому относился Егор и его круг общения. Что касается Сабины - ей хватало тепла в глазах родителей, брата и нескольких друзей, все прочие ее не волновали. Она старалась улыбаться, танцевать и веселиться, смеялась и изо всех сил делала вид, что счастлива как никогда.
   - Ты приглашал его? - взволнованно спросила Сабина, когда увидела в толпе гостей Мира.
   - Да, - нахмурившись, ответил Егор. - Он сказал, что не придет. Не волнуйся, он ничего не испортит.
   Сабина лишь слабо улыбнулась. А что ей оставалось делать? Она напряженно наблюдала, как Мир пробирается к ним сквозь толпу гостей. Он смотрел только на невесту, уже чужую жену. А в руках у него был маленький букет.
   - Единственное, что мне пришло в голову подарить тебе, - улыбнулся Мир, протягивая Сабине цветы. - Камелии. Твои любимые.
   Девушка словно во сне приняла букет, рассеянно разглядывая нежные бутоны во вдруг задрожавших руках. Подняла на Мира ничего не понимающий, растерянный взгляд, вглядываясь в улыбающееся лицо, и глаза, которые светились нежностью, так редко появляющейся в этом человеке.
  
  
  
   Пять-шесть лет назад...
  
  
   Сабина с грустной улыбкой смотрела на пару чуть в стороне. Парень с девушкой сидели на скамейке в парке почти напротив нее через аллею. Трогательно держались за руки, нежно улыбались друг другу, девушка порой застенчиво опускала личико в букет роз, что парень преподнес ей, вдыхая их запах. А он с любовью и улыбкой смотрел на возлюбленную, не сводя с нее очарованного взгляда.
   - О чем задумалась? - отвлек ее от зрелища сидевший рядом парень.
   Они с Никитой вышли на перерыве между парами в парк подышать свежим воздухом. Снег еще не стаял до конца, тут и там серыми кучками омрачая по-своему красивый пейзаж ранней весны: черная земля без единой травинки, прошлогодняя листва, практически превратившаяся в труху, голые, но уже оживающие деревья - от них так и веяло окончанием крепкого сна.
   - Да так, - отмахнулась девушка, кутаясь в курточку.
   - Замерзла? - обнимая ее за плечи и прижимая к себе без всякого умысла или подтекста, спросил парень.
   - Немного, - улыбнулась чуть однокурснику Сабина. - Как Лиза? Сдала хвосты?
   - С трудом, - рассмеялся Ник при упоминании своей непутевой девушки, которая умудрилась провалить сессию целиком и полностью, и лишь чудом не вылетела из своего универа. - Ты же знаешь ее - учеба для нее смерть.
   - Точно, - рассмеялась Сабина.
   С Никитой они сошлись как бы между прочим. Она общалась с ним, так же как и со всеми на курсе, и как это обычно бывает, они нашли общий язык, общие темы для разговоров и неплохо иногда проводили время в одной компании. Сабина хорошо общалась и с Лизой, его девушкой, которая очаровала ее своим взрывным характером, непоседливостью и постоянным озорством. Они были ровесницами, но если Сабина хоть немного повзрослела со вступлением во взрослую жизнь после школы и опеки родителей, то Лиза и не думала. Ее все устраивало, Ника тоже, и они были счастливы.
   Очень часто Сабина ловила себя на зависти к этой паре. Они были такими довольными, счастливыми в своих отношениях, что заражали этим счастьем всех вокруг. И рядом с ними она почти оживала, верила и видела, что все должно быть именно так, как у этой пары. А не так, как у нее с Миром. Видела, наблюдала, хотела, но порочный круг так и не смогла разорвать, прощая и впуская Мирослава после его очередного загула.
   - Хочешь, я подарю тебе цветы? - вывел ее из очередной задумчивости Никита внезапным вопросом.
   Сабина непонимающе посмотрела на него.
   - Ну, ты так сверлишь букет той девушки взглядом, что мне кажется - кинешься отнимать сию же минуту, - рассмеялся весело Ник под улыбку Сабины. - Твой ведь тебе не дарит цветы?
   Никак иначе как 'твой' Никита Мира не называл. Он не лез в их отношения, не давал советов, лишь наблюдал и периодически ворчал на тему того, что ей пора прекратить быть жертвой. Сабина давно перестала обращать на это внимание, лишь невесело хмыкала.
   - Мы только трахаемся, - несколько зло хмыкнула девушка.
   - Пошли, - резко поднялся на ноги Ник с задорной улыбкой, и ее потянув за собой. - Я куплю тебе твои любимые цветы, и ты будешь улыбаться. Можешь даже пофантазировать, что тебе их он подарил, - беззаботно добавил парень.
   И он все-таки привел ее в цветочный магазин неподалеку и купил ей букет - сразу заметил, что камелии привлекли ее внимание: ни на какие другие она даже не повернула голову.
   - Спасибо, - искренне поблагодарила Ника Сабина, когда они возвращались в универ.
   Она прижимала к себе букет, вдыхая слабый нежный запах и счастливо улыбалась. Казалось бы мелочь, тем более от друга, но безумно приятно.
   - Не за что, - хмыкнул парень. - Завянут, я куплю новые.
   - Не стоит, иначе потеряется вся прелесть.
   - Как скажешь, - спокойно пожал плечами Ник, заходя в аудиторию вместе с ней.
   После занятий Ник проводил ее до дома - он шел к Лизе, и им было по пути. А Сабина поднялась к себе в квартиру и поставила цветы в воду, не прекращая улыбаться. Она наверно целый час сидела и просто смотрела на камелии, и просидела бы еще больше, если бы звонок в дверь не заставил подняться и уйти от этой прелести.
   На пороге был Мир. У них пока было затишье, и девушка спокойно пропустила его в квартиру.
   - Будешь обедать? - спросила она скорее из вежливости, нежели заботы.
   - Я не хочу есть, - проходя вслед за ней в комнату, ответил Мир, резко притягивая ее к себе спиной, обвив руками талию и наклоняясь к открытому забранными в высокий хвост волосами горлу. - Но я голодный, - хрипло прошептал он на ушко, покусывая мочку.
   Руки без промедления скользнули под одежду, лаская живот и крадясь выше. А Сабина уже разомлела - даже от такой малости, прикрыла глаза, откидывая голову ему на плечо.
   - От кого букет? - не отрываясь от своего занятия, спросил парень, краем глаза заметивший цветы напротив.
   - Ник подарил, - прерывисто дыша, ответила Сабина, даже не задумавшись.
   - С чего бы? - насмешливо хмыкнул Мирослав, опрокидывая ее на кровать, быстро стягивая с себя футболку и нависая над ней на вытянутых руках.
   - Ты же не даришь, - честно ответила девушка, выгибаясь под ним.
   - Цветы дарят влюбленные, - усмехнулся юноша.
   - То есть, от тебя их не ждать в принципе? - невесело улыбнулась Сабина, заглядывая ему в глаза.
   - В точку, детка, - коварно и холодно, цинично усмехнулся Мир, накрывая ее губы жадным поцелуем, заставляя выбросить из головы все мысли...
  
  
   Наше время...
  
  
   - Цветы... - рассеянно прошептала Сабина, на миг нырнув в эти воспоминания. - Их дарят...
   - Разрешишь потанцевать с твоей женой? - перебил ее Мир, обратившись к Егору.
   Тот несколько напряженно кивнул, предупреждающе посмотрев на друга. Мирослав только хмыкнул, протягивая руку Сабине, которая вообще перестала понимать, что происходит. Зачем пришел Мир, зачем принес эти цветы? Как символ чего? Признания? Что он задумал и чего добивается? Не понимала его странного взгляда, и вообще ничего не понимала! Лишь тревожно и болезненно сжималось сердце.
   Никто не заметил странного в поведении пары и нового гостя - с кем только Сабина сегодня ни танцевала.
   Мир мягко, но настойчиво привлек к себе Сабину, вырывая ее из задумчивости и словно обволакивая своей близостью, запахом духов и едва ощутимым сигарет, всем собой.
   - Зачем ты пришел? - спросила тихо невеста, положив дрожащую ладонь ему на плечо, а другую вложив в его крепкую руку.
   Кругом кружились другие пары, играла музыка, и едва ли кто-то услышал бы их разговор.
   - Ты не рада мне? - иронично хмыкнул мужчина, заставив ее гневно сверкнуть глазами на эту издевку.
   - Зачем ты пришел? - с расстановкой повторила Сабина, уже не стараясь удерживать на лице маску спокойствия.
   - Хотел поговорить, - глядя поверх ее головы в глаза Егору, хмыкнул Мир, тут же опуская глаза на нее.
   - Нам не о чем разговаривать. Тем более сейчас.
   - Сейчас - это когда ты вышла замуж за другого? - усмехнулся мужчина. - И как? Ты счастлива? - удерживая на лице вежливую улыбку, издевательски спросил он, сверля ее взглядом своих серых ледяных глаз.
   - Куда больше, чем с тобой. И этого достаточно, - глядя исключительно в сторону, произнесла холодно девушка. - Он любит меня.
   - А ты - нет, - жестко припечатал Мирослав, одновременно с этим резко и тесно сжимая ее в объятьях, заставляя поднять на себя взгляд и судорожно выдохнуть.
   Из голоса и взгляда ушли расслабленность и насмешка, сменившись серьезностью, превосходством и привычным цинизмом.
   - Ты любишь и хочешь меня, - наклоняясь к ней слишком близко, чтобы это можно было списать на танец, прошептал Мир, не давая ей и шанса отвести взгляд, гипнотизируя ее своими колдовскими глазами, в которых она всегда тонула. - Но готова на все, чтобы избавиться от этих чувств и желаний.
   - Потому что ничего кроме боли они мне не принесут, - отвела все-таки взгляд Сабина, пряча свою слабость у него на плече. - И ты знаешь это! Сколько можно меня мучить!? Почему ты никак не можешь оставить меня в покое?!
   И столько муки, столько боли и страдания, отчаяния было в ее голосе, что даже его пробрало до глубины души. И, пожалуй, это был первый раз, когда ему самому стало не по себе от того, как плохо было Сабине. Она подняла на него свой взгляд, и он увидел в них мольбу. Ту самую, что была в них пять лет назад, когда она молила его больше не приходить к ней. Ту самую, которую краем глаза замечал, когда она видела его с другой. А он все так же купался в ее чувствах, в ее страданиях, понимая, что больше никто не будет так на него смотреть, что никто больше не даст ему такой любви и таких эмоций, пусть и обернутых в боль и душевные муки. И он как наркоман уже не мог без этого. Он держался пять лет, но получив сейчас новую дозу, снова сорвался - теперь уже наверняка и навсегда.
   - Я слишком эгоист, чтобы сдаться, - глядя ей в глаза, тихо и серьезно ответил Мир. - И это еще не конец. Не думай, что колечко на пальчике убережет от ошибки. Я не отдам тебя ему. Поиграй, если хочешь, попробуй, если тебе нужна эта ошибка. А я подожду, - вкрадчиво, и словно давая обещание, шептал мужчина.
   - Я смогу устоять.
   - Никогда не могла, - самодовольно произнес Мир. - И никогда не сможешь. Ты любишь. Сильно, безумно и бездумно. Наша любовь - она сумасшедшая, ненормальная, больная. И она - на всю жизнь.
   - Наша?! - горько рассмеялась Сабина, качая головой и глядя на него, как на сумасшедшего.
   - Наша, - прошептал Мир ей в губы, резко замирая на месте посреди танца, обхватывая ладонями ее лицо и наклоняясь к ней.
   Он жадно прижался своими губами к ее. Всего лишь на краткий миг, который ошарашил ее и тех нескольких, кто наблюдал за ними. Но тут же Мир отпустил ее, резко покидая толпу и шагая к выходу.
   Сабина провожала его растерянным взглядом, невольно касаясь своих губ и напрочь не понимая того, что происходит. Вмиг рядом оказался Егор, зло глядя вслед другу, и переводя на нее озабоченный и чуть испуганный взгляд.
   - Все нормально? - спросил Егор глупость, осознавая это.
   - Да, - слабо улыбнулась Сабина, сжимая его руки. - Прощальный поцелуй. Не обращай внимания. Это же Мир, - словно это все объясняло, нервно усмехнулась девушка.
  
  
  ***
  
  
   На целых две недели Егор купил для них путешествие в Европу в качестве свадебного подарка своей жене. Они провели эти чудесные дни, наслаждаясь новым миром, впечатлениями и друг другом. И с каждым днем Сабина уверялась, что сделала правильный выбор, выйдя замуж на Егора. С ним было легко, спокойно и уверенно. Она не сомневалась в нем, не ждала подвоха, знала, что намерено он не сделает ей больно. Да и разве может это произойти, если она не любит его? Нет, в какой-то степени конечно же любила - как друга, близкого человека, по-своему родного и драгоценного. Но и только. Слишком мало. Но они лишь в начале пути, они собираются уехать и начать абсолютно новую жизнь, и кто знает - может любовь еще появится. А если и нет, всегда можно заменить ее заботой, вниманием и лаской. Так думала Сабина, и Егор на нее не давил, не требовал и не просил больше, чем она готова была ему давать. И он был счастлив уже от того, что она с ним, рядом, что она его жена, его новая семья. А уж он приложит все возможные силы к тому, чтобы эта женщина полюбила его всем своим сердцем.
   Но две недели пролетели быстро, романтика закончилась, возвращая их в реальный бытовой мир, где их ждала работа, грандиозный переезд и все, связанное с ним. Почти сразу Егор начал отлучаться по командировкам, налаживая и переводя бизнес в другой город. Это забирало у него много сил, он ужасно уставал и едва успевал находить много времени для своей молодой жены. Но каждый раз возвращаясь домой из поездки, он водил ее на свидание, в ресторан, в кино, всячески показывая, что она для него важна, любима и дорога. И Сабина таяла от этого внимания. Казалось бы - банальные вещи, но в свете их занятости, суматошности, выкраивать на них время было сложно. Но у них получалось. И тем ценнее были эти моменты, тем нетерпеливей Сабина ждала возвращение мужа и по-настоящему скучала по нему.
   - Займись чем-нибудь, - посоветовал ей Егор, замечая, что Сабина скучает. - Возьми большой заказ - времени у нас еще много. Мне понадобится около года, чтобы все уладить, поэтому не теряйся, не отставай от жизни. Не хочу, чтобы ты скучала, - улыбался мужчина.
   - Возможно, так и сделаю, - кивнула девушка. - Как твои успехи?
   Они проговорили весь вечер. Егор делился с ней тем, что делает и чем занимается, не вдаваясь в подробности, но Сабина слушала внимательно и заинтересованно, что теплом отзывалось в его душе.
   - Я уеду почти на две недели. Не смогу приехать раньше, - предупредил Егор жену на следующее утро, пока собирался в дорогу.
   - Хорошо, - немного кисло кивнула Сабина.
   - Не грусти. Буду чаще звонить, - улыбнулся мужчина, ласково целуя ее на прощание.
   Ему самому было нелегко оставлять любимую девушку так надолго. Но он торопился сделать как можно больше и быстрее, чтобы в рекордно короткое время они смогли бы уехать. Поднимать и увозить сейчас Сабину он не желал: все свободное время он работал, и уделять время ей у него не выйдет. А здесь у нее была работа и друзья, которые отвлекали и помогали не скучать. А на новом месте даже квартира еще не была выбрана и куплена, не говоря уже о разных мелочах.
   Как и посоветовал Егор, Сабина решилась на большой заказ. Она взяла нового клиента и полностью занялась его домом, взяв на себя оформление дизайна. И время пошло быстрее и интереснее, она занималась любимым делом и на скуку его не оставалось. Приходя домой, она с ног валилась от приятной усталости, а уже утром с новыми силами принималась за работу.
  
  
  ***
  
  
   - Как работа? - спросил за ужином Егор.
   - Хорошо, - честно ответила Сабина с улыбкой. - Клиент отсутствует, не достает комментариями, и вообще я делаю, что мне хочется.
   - Хорошо, - кивнул мужчина. - Рад, что ты занята и отвлекаешься, - рассеяно произнес он, явно думая о чем-то другом.
   - В чем дело? - проницательно спросила Сабина. - Что-то не так с делами?
   - Нет, с этим порядок. Мир не появлялся? - напряженно спросил Егор.
   - Он вернулся? - нахмурилась девушка.
   - Да. Ненадолго, на пару дней к отцу. Он еще не закончил дела в столице.
   - Почему ты думаешь, что он придет? - напряжение мужа передалось и Сабине.
   - Я не думаю, я знаю, - невесело усмехнулся мужчина, откладывая в сторону вилку и поднимая взгляд на жену. - Он любит тебя.
   - Он не умеет, - холодно ответила девушка, сверкнув зло глазами. - И хватит о нем, не хочу говорить на эту тему. Я вышла за тебя, и если бы все еще верила, что могу быть с ним - не сделала бы этого. Но мой муж ты, а он пусть катится к черту!
   - Хорошо. Извини, я просто... - вздохнул тяжело Егор, подбирая слова, - все еще боюсь, что он сделает тебе больно. Я не хочу, чтобы он вмешивался в нашу жизнь.
   - Его нет в нашей жизни, - мягко произнесла Сабина. - Там только мы.
   - Ты...уверена? - запнулся на вопросе мужчина, внимательно и наряжено глядя на Сабину. - Не думай, что я сомневаюсь...
   - Ты сомневаешься, - хмыкнула невесело Сабина. - Зачем тогда женился? Я ведь не заставляла.
   - Черт, прости, - поднявшись из-за стола и подойдя к ней, присев на корточки и взяв ее руки в свои, заглянул ей в глаза муж. - Я не знаю, чего боюсь. Просто слишком хорошо знаю Мира. И боюсь тебя потерять еще больше, чем прежде.
   Сабина только слабо улыбнулась. В голосе и словах мужа не было упрека или злости, намека. Лишь страх и неуверенность за свое счастье. И она боялась того, чего и он - потерять то, что приобрела с трудом давшейся ей решимостью. Она сделала первый шаг навстречу новой жизни, но все еще не готова была отпустить старую. Она словно приросла к той боли, что дарил ей всегда Мирослав. Словно уже не могла без нее. Но Егору об этом знать не обязательно.
   - Все будет хорошо, - мягко улыбнулась девушка, коснувшись рукой лица мужа.
   - Да, все будет хорошо, - скорее рассеянно, нежели уверенно ответил мужчина. - Соскучился, - с улыбкой он потянулся к ее лицу и коснулся губ легким поцелуем, который, впрочем, очень быстро сменился жадным, горячим и нетерпеливым.
   Егор вернулся домой на пару днем после своей длительной поездки и действительно соскучился по Сабине. По ее голосу, запаху, телу, которое так любил ласкать, нежить, целовать и сжимать во сне. Не отрываясь от сладких губ, Егор увлек девушку в спальню.
  
  
  ***
  
  
   Поблагодарив рабочих, Сабина проводила их из квартиры и вернулась в гостиную с блокнотом в руках. Она закончила с оформлением стен и пола и теперь собиралась набросать эскиз расстановки мебели, цвета и прочие мелочи. Уселась на голый пол в центре, собираясь начать с этой комнаты, обложилась листами, карандашами и фломастерами, собираясь погрузиться в любимую часть работы - фантазию и воображение. На миг прикрыла глаза, представляя себе, что хотела бы увидеть и начала рисовать.
   Несколько часов просидела на полу в одной позе, не замечая, как бежит время и затекает тело. Очнулась, лишь услышав, как в замке поворачивается ключ. Испуганно вскочила на ноги, растеряно соображая, что делать, да мысленно проклиная себя, что решила задержаться и клиента, которого принесло в неподходящее время. И все бы ничего, не будь этот клиент...
   - Сабина? - удивился Мир, зайдя в гостиную и глядя на мнущуюся девушку посреди пустой комнаты. - Что ты здесь делаешь?
   - Работаю, как видишь, - ответила Сабина. - Уже собиралась уходить.
   И она торопливо присела, собирая разбросанные принадлежности по полу, не поднимая взгляда на так и стоявшего на пороге мужчину, и который раз проклиная себя за эту глупость, что взбрела в голову, когда на работе выбрала именно квартиру Мира для себя среди десятка заказов. Черт ее тогда дернул взяться за нее, ведь знала, что становится на лезвие ножа! Знала, что напрасно и глупо было идти на поводу у странного мимолетного желания. И наивно было полагать, что ввиду отсутствия Мира в городе они ни разу не пересекутся здесь - он часто наведывался к отцу, а ее работа не была краткосрочной.
   Девушка вздрогнула, когда потянувшись к карандашу, столкнулась с рукой мужчины, что присел рядом, помогая ей. Невольно вскинула взгляд на него, заметив легкую усмешку и понимающий блеск в глазах. Нахмурилась тут же, одергивая ладонь и торопливо вскакивая на ноги. Мир неторопливо выпрямился, не сводя с нее пронзительного фирменного взгляда, и протянул ей пару листов и фломастеры.
   - Мне нравятся варианты, - имея в виду ее эскизы, которые мельком просмотрел, произнес мужчина.
   - Я знаю свою работу, - враждебно ответила Сабина, буквально выдергивая из его рук свои вещи, как будто не она была виновницей сегодняшней неожиданной встречи - Мирослав был не в курсе, кто занимается его квартирой, получая отчеты по почте с адреса фирмы.
   - Почему взялась именно ты? - с насмешкой спросил брюнет.
   - Так вышло, - пробормотала девушка, не глядя на него и поднимая с пола свое пальто.
   - Я соскучился, - огорошил ее словами Мир, остановив ее, когда она проходила мимо к выходу.
   Сабина удивленно посмотрела на него. Он смотрел серьезно и внимательно, вглядываясь в ее реакцию на свои слова.
   - А я нет, - лишь через миг холодно ответила она.
   - Тогда почему ты здесь? - мягко усмехнулся Мирослав, не выпуская ее руки и взгляда. - И не ври, что так получилось - ты сама взялась за работу.
   - Не люблю бросать все на полпути, - снова сделав попытку уйти, ответила Сабина.
   - Это оправдание ты для себя выбрала? - рассмеялся мужчина, не отпуская ее запястье.
   - Отпусти, - попросила тихо Сабина, подняв на него просительный взгляд, будто боялась саму себя.
   - Нет. Мы оба знаем, зачем ты здесь, - шагнув к ней ближе, покачал головой Мир. - Оба знаем, на что ты втайне надеялась, приходя сюда работать, - тихо, вкрадчиво говорил он, не сводя с нее гипнотизирующего взгляда. - Так останься, - предложил мужчина, отпуская ее руку.
   Сабина удивленно вскинула брови - Мир предлагал? Не ставил перед фактом? Не приказывал? Давал ей шанс отказаться? Она невесело рассмеялась, качая головой, не веря в это. И развернулась, чтобы уйти.
   Мир не дал ей уйти - конечно же нет. Резко развернул к себе, припечатывая к недавно покрашенной стене. По полу разлетелись эскизы, и карандаши посыпались со стуком, когда Сабина обвила руками шею мужчины, отвечая на его требовательный поцелуй. Сама руками потянулась к его парке, стягивая с плеч одежду - свитер, майку, расстегивая ремень на джинсах, пока Мир жадно сжимал ее, напористо целовал губы и шею, скользя руками по всему ее телу в какой-то лихорадке. Голова шла кругом от его запаха и близости, жара кожи под пальцами, ощущения его большого тела, что сдавливало ее хрупкое, его губ, которые не знали пощады, терзая нежную кожу.
   - Снова на полу, - укладывая ее на разбросанные вещи, хрипло рассмеялся Мир, накрывая ее тело своим, лаская сильными руками, рассматривая с жаждой и вожделением в глазах, восторгом. - Завтра же закажи кровать.
   Он даже не дал ей ответить, закрывая рот очередным поцелуем - глубоким, влажным, заставляющим терять голову. Удерживая ее лицо рукой, он буквально поедал ее, наслаждаясь вкусом, стонами и одним на двоих дыханием, не давая шанса даже сделать нормальный вдох, словно был не в силах остановиться и прекратить. Сабина гнулась под ним, терлась о его тело своим, просительно хныкая, все еще пытаясь стянуть с него джинсы - она уже была обнаженной под ним, ждущей, трепещущей и готовой. Мир лишь довольно рассмеялся, покусывая ее губы, переходя на подбородок и чувствительное горло. Он вдыхал ее запах, который кружил голову, вылизывал солоноватую кожу, руками касаясь податливого тела, которое было таким отзывчивым, нежным и горячим. Его губы скользили по шее, ключицам, жадно обласкали упругую грудь, вырывая стоны из горла любовницы, плоский живот разукрасили узорами поцелуев. А после он резко перевернул ее лицом вниз, вздернув вверх округлые бедра, стискивая их руками, пока покрывал поцелуями изогнутую спинку. Поставил Сабину на колени перед собой, жадно и ненасытно лаская руками все ее тело - сжимая грудь, стискивая талию, прохаживаясь по ногам и достигая, наконец, конечной цели - влажного лона, едва коснувшись которого сам застонал: там мокро, горячо, зовуще. Девушка цеплялась за его шею и волосы, запрокинув голову на его плечо, сходя с ума от его ласк, поцелуев, которыми он покрывал ее шею и лицо насколько мог дотянуться. Откровенные ласки заставляли Сабину извиваться в его руках, стонать и умолять прекратить играть с ней, а просто взять. Она нетерпеливо запустила руку за спину, проникая в расстегнутые джинсы и сжимая в ладошке напряженную плоть, отчего уже Мир застонал в голос. Уже через миг он убрал ее руку, поставил ее перед собой на четвереньки и смотрел на это, пока торопливо спускал с бедер одежду.
   Сабина громко, со вкусом простонала, едва он проник в нее одним слитным плавным движением, заполнив сразу всю целиком. Она немыслимо выгнулась, чтобы почувствовать больше, сильней. И от этого зрелища у мужчины снесло голову. Он начал двигаться - быстро, жестко, с оттягом выходя из горячего лона, но жестко возвращаясь обратно.
   Сабина сходила с ума от того наслаждения, что дарил ей Мир, что граничило с болью, придающей особую остроту. Перед глазами было мутно, руки скользили и отчаянно цеплялись за одежду. И все равно было мало. Все равно было недостаточно. И так было всегда - с ним, с Миром. Из крайности в крайность, из отчаяния в огненную страсть, из любви в ненависть, от презрения к обожанию. Больная любовь, которая не приносит счастья столько, сколько дает боли. Но ради этих крох всегда и прощала - настолько яркими, сильными и неповторимыми они были, незаменимыми. Те чувства, ощущения, что дарил ей этот мужчина, не дарил никто. И за это приходилось платить немыслимой болью. Болью, с которой она уже срослась и не представляла жизни без.
  
  
  ***
  
  
   Сабина слабо улыбалась, млея от того, как кончики пальцев Мира скользили вдоль позвоночника по влажной коже. Комнату освещали лишь фонари с улицы, свет которых бил в окно. Они все еще лежали на полу в ворохе помятой одежды, оба обнаженные. Мир лениво покрывал поцелуями плечо Сабины, не прекращая ласки пальцев по изгибу спины. Страсть только улеглась, тела еще были разгорячены, а мозги отказывались думать. Но девушка даже и не хотела.
   Устала мучиться терзаниями совести, сомнений и сожалений. Устала бороться с самой собой. Понимала, что наступает на те же грабли, и все равно делала этот шаг. Уже не могла не делать. И абсолютно не знала, что будет дальше. Не хотела знать, не хотела думать - устала. Она просто пустит все на самотек. Уже не волновало грядущее разочарование - страх перед ним был ничуть не лучше боли, что будет после. И не так давно она поняла, что действительно нет разницы - мучить себя самой или позволить это делать другому.
   Она мысленно называла себя дурой, идиоткой и много еще как, прекрасно понимала, что сделала и куда шагает. Но было плевать уже на все. Лишь мысли о Егоре, мелькавшие периодически давали понять, что не так все просто. Она вышла за него замуж, попросив у него тем самым помощи, защиты, доверия. И все это попрала тут же - не прошло и трех месяцев со дня свадьбы. Правильно сказал Мир - она совершила ошибку. И знала, что ее еще предстоит исправить. Но не сейчас. Не сразу. И пусть это было неправильно, пусть она будет использовать Егора, они желала быть на сто процентов уверенной, что еще не передумает.
   Горечь разливалась внутри от этих мыслей, что окончательно привело в чувство. Сабина выпрямилась и села, разрывая прикосновения Мира.
   - В чем дело? - протянул мужчина, глядя на нее, заложив руки за голову.
   - Мне пора домой, - вяло ответила девушка.
   - Муж ждет? - хмыкнул Мир, но даже без насмешки, а с какой-то странной интонацией, которую она не поняла.
   - Его нет в городе. Он уехала на пару дней. По делам.
   - Муж в командировку, жена к любовнику - классика, - рассмеялся брюнет, резко потирая лицо руками и тоже садясь, заглядывая в глаза Сабине. - Дальше тоже по канону - шкаф, балкон? - хмыкнул невесело Мирослав. - Или расскажешь ему?
   - Нет, - сразу же ответила Сабина, заставив его непонимающе вздернуть смоляную бровь. - Что? - насмешливо хмыкнула уже она. - Думал, побегу каяться?
   - Нуу, как бы да, - рассеянно ответил Мир. - Это в твоем стиле.
   - Беру пример с тебя, - хмыкнула невесело и с грустью девушка, - становлюсь сволочью.
   - Это не обязательно. Расскажи ему, он отпустит. И тебе будет проще, - пожал плечами мужчина.
   - Боюсь.
   - Чего? - нахмурился Мирослав.
   - Сделать ему больно. Не сейчас, когда он так окрылен и счастлив, - тихо ответила Сабина.
   - Ты сделаешь лишь хуже. Ему будет больней, если это случится позже.
   - Не лезь, я сама разберусь, - коротко закрыла тему Сабина, поднимаясь на ноги.
   - Как скажешь, - оглядывая ее с ног до головы снова голодным взглядом, хмыкнул Мир.
  
  
  ***
  
  
   Чем больше проходило времени, тем сильнее Сабина увязала во лжи. После третьей встречи с Миром, уже сознательной и даже обговоренной, она собиралась признаться Егору в измене и в том, что зря вышла за него замуж, что напрасно дала ему веру в то, что у них выйдет что-то большее, чем секс по дружбе. Было стыдно, больно осознавать, что так быстро сдалась и сделала ему больно, даже не попытавшись подарить хоть каплю счастья в ответ на его старания сделать счастливой ее саму. Но Егор вернулся, с порога накинулся на нее со счастливой улыбкой, не дав сказать и слова. Она не стала отталкивать или отказывать, не стала сопротивляться, но впервые не получила от акта ничего хоть малость приятного. С ней был красивый, умелый любовник, а она осталась холодна, и это как ничто другое доказало, что Егор - не ее мужчина. И не в Мире было дело, не в том, что он лучше хоть в чем-то. А в том, что она любит именно его. Любит и он. Трудно было верить в это, и Сабина отказывалась, но сомнения не давали покоя ее любящему сердцу, которое готово было надеяться до последнего. Она уже не была наивной и глупой, не ждала чуда, но верила - где-то глубоко и сильно. Именно эта вера не давала ей быть с Егором. Хотелось честно все рассказать, но не хотелось делать больно, но понятно, что иначе не выйдет - муж любит ее всем сердцем.
   И она уже открыла рот, чтобы сказать, признаться, но тут заговорил Егор.
   - Знаешь, ко мне Мир приходил. Незадолго до свадьбы, - не выпуская ее из рук, начал тихо мужчина.
   Сабина, лежа на его плече и рассеянно поглаживая его по груди, внимательно слушала.
   - Говорил о тебе. Признался, что любит, - хмыкнул Егор. - И я почти поверил. А может, просто у него любовь странная, но она есть? Не знаю.
   - Почти? - осторожно спросила Сабина.
   - Почти. Он говорил о тебе, говорил, что все равно добьется тебя. Что верит, что все еще любишь и будешь с ним, даже не смотря на то, что пережила по его вине. Он твердо уверен, что ты снова простишь его и примешь. Но я слушал его и видел перед собой мальчишку, который капризно топает ногой и кричит на всю улицу, чтобы ему купили понравившуюся игрушку. Я знаю его, как никто другой. Знаю, когда он искренен, а когда лжет самому себе. Вот тогда он лгал, пусть и был уверен, что честен передо мной и самим собой. Я все еще вижу в нем того, кто просто пользуется людьми, потому, что те позволяют это делать. Он словно не может не воспользоваться таким шансом, - с горечью усмехнулся Егор.
  
  
   Несколько дней назад...
  
  
   Девушка настойчиво крутилась по за ним - и так, и этак. Егор лишь мысленно усмехался на ее потуги, напрочь игнорируя ее красоту, сексуальность и откровенное предложение продолжить их поверхностное знакомство в его номере. Строил из себя дурака, который не понимает намеков и наслаждался ситуацией: настолько комичной эта красотка выглядела в желании соблазнить его. И в другое время он бы клюнул, согласился бы приятно провести время к обоюдному удовольствию. Но это время давно прошло - с тех пор, как он впервые оказался в постели с Сабиной. А сейчас она стала его женой, и это лишь усиливало его желание быть верным, да и не хотелось никого другого видеть рядом с собой, целовать и прикасаться. Лишь ее. Лишь она.
   Когда надоело играть вторую главную роль в этом спектакле, Егор молча поднялся с места, заставив собеседницу запнуться на середине фразы от его бестактности, и ушел к себе в номер.
   Уже приняв душ и собираясь ложиться отдыхать - день был тяжелым, и завтра будет не легче - зазвонил телефон. Напряжение моментально вернулось в расслабленное уже тело, когда он взглянул на номер. Целую минуту слушал стандартную мелодию, но трубку так и не поднял. Струсил. Испугался того, что может услышать. Отбросил телефон на кровать, сел рассеянно рядом, напряженно размышляя.
   Егор был счастлив. Он женился на любимой девушке, он получил то, о чем так давно мечтал - шанс быть с Сабиной не просто как друг, а стать ей семьей, опорой и защитой. Подарить ей счастье, простое женское, которого она была лишена стараниями бывшего парня и его лучшего друга по совместительству. И он видел в ней то же желание - быть с ним. Пусть она пока не любит, пусть не так, как он хотел бы. Но он готов был ждать, столько, сколько она попросит.
   Но сомнения, которые Сабина уловила в нем безошибочно, никуда не делись. А еще он помнил слова Мира о том, что он не отступится, и будет бороться за Сабину. А еще он видел, что девушка все еще тоскует и грустит: улыбается ему, пытается изо всех сил, но так и веет фальшью. Он не приписывал это на свой счет, нисколько не сомневался, что Сабина не хочет его обидеть. Она обманывала саму себя. В этом они все трое были похожи - самообман был их коньком. Но Егор больше не желал обманываться, он хотел прямо и твердо смотреть на вещи. И он, так же как и друг, готов был пойти на многое ради своего счастья. Он тоже будет бороться, будет во всеоружии, чтобы противостоять сопернику и отстаивать свое личное счастье.
   И он нанял детектива. Да даже не детектива, а попросту организовал наблюдение за Миром, когда тот приезжал в город. Наблюдать за Сабиной казалось странным и каким-то неправильным, будто это бросало тень на его доверие к ней. И пусть так и было, Егор предпочел оправдать себя хоть как-то. Получал отчет о проделанной работе мужчина лишь тогда, когда друг был замечен с женщиной. Детектив как-то намекнул Егору, чтобы если бы он сказал, какую именно девушку тот хочет увидеть рядом с Мирославом, было бы проще. И сначала он отказался. После пары отчетов, где Мира снимали с каждой, что стояла слишком близко, он назвал имя. И слежка за другом все-таки превратилась в слежку за женой.
   И вот первый звонок с того памятного уточнения информации. Наблюдатель больше не стал звонить. Лишь прислал сообщение, что отправил отчет на электронную почту как обычно.
   Егор гипнотизировал ноутбук так же долго, как и телефон. Рассмеялся вслух над своей глупой нерешительностью и страхом и открыл почту, кликая на одно из входящих сообщений.
   Снимки. На каждом Сабина с Миром. В пустой квартире - квартире Мира. Снято из дома напротив, немного размыто и бликует, но достаточно четко, чтобы рассмотреть, что это не просто встреча. Свидание. Роман. Секс.
   Не было злости, лишь грустное понимание, что он ожидал этого. Не хотел, надеялся, но ждал. Не сомневался, что именно так все и будет...
  
  
  
   Наше время...
  
  
   Егор намерено искажал правду о своей встрече с Миром, намерено лгал о том, что видел и слышал. Не видел другой возможности разочаровать и повлиять на Сабину.
   Он не стал ее разоблачать, не стал обвинять в измене, не стал даже подавать вида. Ведь не собирался ее терять, не собирался от нее отказываться, даже не смотря на ее предательство. Да и можно ли это назвать предательством, если они оба предполагали, что возможен подобный поворот событий? Сабина ничего не обещала, а он не был идиотом. И он знал, что стоит сказать о своем знании, как она тут же соберет вещи и уйдет, стыдясь смотреть ему в глаза. А еще он знал, что надолго ее не хватит, и она сама заведет этот разговор. А что как ни сомнения способны заставить ее одуматься и не делать поспешного шага? Не стоило прямо напоминать, что она может ошибиться, что не будет по-другому - она и сама об этом знает. Важно было найти ту золотую середину, при которой она не подпустит к себе Мира ближе, чем уже есть, но при этом и не оттолкнет Егора.
   И он готов был терпеть ее метания, делить ее с другим, и подтачивать ее веру в то, что Мир изменился. И пусть он сам не так давно указал на этот факт, но кто может с уверенностью сказать, что эти изменения повлияют на отношение Мирослава к любви и отношениям в общем? А он прекрасно знает, что сказать и рассказать Сабине, чтобы заставить ее задуматься, а не кинуться в омут с головой. А ведь она снова была на его краю, уже готовая прыгнуть. И сама понимала лучше всех, в каком положении находится, и что сама подошла к грани, где ее снова ждут странные, болезненные и больные отношения, не сулящие ничего хорошего. И в противовес этому Егор постарается сделать со своей стороны все возможное, чтобы показать ей, что с ним ей будет лучше, спокойней и проще. Что не сейчас, но потом, она будет любить и будет счастлива рядом с ним.
   - Я иногда ловлю себя на мысли, - продолжил Егор, - что Мир только и умеет, что пользоваться. И никогда ничего не давать взамен. Он будто боится, что отдаст последнее, а сам останется без той крохи человечности и света, что в нем еще есть.
  
  
  ***
  
  
   Эти последние слова мужа стали назойливой мыслью, что не давала Сабине принять решение и сделать окончательный выбор - оставить все как есть, остаться замужем и с Егором, или же в очередной раз броситься в безумный водоворот, которым носит имя 'Мир'.
   И словно желая сделать ее выбор еще трудней, жизнь показывала ей все возможности обеих дорог, что были перед ней.
   Егор всеми силами старался для нее, всяческими возможностями показывал, как ей может быть с ним хорошо. Они были с ним похожи, близки во многом, чем не блистали их отношения с Мирославом. Егор понимал ее, чувствовал, как самого себя, знал, что ее может тревожить, беспокоить и старался оградить от всего этого. И эта забота и опека заставляли Сабину четко помнить, почему она выбрала Егора, почему этот мужчина стал тем, кому она могла доверять и полагаться. Она вспоминала их дружбу, его постоянную поддержку еще до того, как они стали любовниками. Помнила, как ей с ним было просто, легко и естественно. И это и составляло саму суть их отношений - легкость, необременительность, спокойствие, уравновешенность, веселье и довольство жизнью. Мир никогда не расцвечивал ее жизнь такими красками, которые в нее вносил его лучший друг. Мелочи, ерунда, но именно они и составляют то, что сводит и сближает двух людей. И с Егором Сабина была куда ближе. Он знал ее вкусы, привычки до мелочей, умея этим правильно пользоваться, строя идеальный для нее мир и быт.
   А Мир никогда не заморачивался на тему того, что ей нужно, что нравится, что она ценит и любит. Он не знал ее вкусов, если только едва - самое банальное и то, что на поверхности. Но вот он начал это делать, вводя девушку в заблуждение: если ему все равно, зачем? Почему он так внимательно теперь слушает ее? Почему вдруг вспоминает какие-то мелочи из их прошлого, догадываясь и предполагая то или иное? Почему задает так много банальных вопросов, если не из желания узнать ее? И это в корне меняло ее мировоззрение по поводу этого мужчины. Вот только что были сказаны слова о том, что такие как он не меняются, что он все такой же циник, эгоист и ублюдок, как она и помнит, что все тот же жестокий, безнравственный и равнодушный человек. И тут этот вполне похожий на искренний интерес к ней.
   Сабина была насторожена, отвечая на внезапные вопросы Мира, каждый раз с сомнением глядя на кажущийся настоящим интерес в его глазах.
   - Я понимаю твое недоумение, - хмыкал Мир, прекрасно видевший, как Сабина реагирует на его вопросы: удивленно, неверяще и словно впервые видит его. - Никогда не отличался интересом к тебе, твоей жизни и всему, что к ней относится.
   - Что же изменилось?
   - Сам не пойму, - честно ответил мужчина. - Я знаю тебя с определенной стороны, той единственной, которая меня всегда привлекала и интересовала. А теперь понимаю, что это лишь крохи тебя, часть твоей куда большей души. И я хочу ее узнать.
   И Сабина разрывалась в своих сомнениях: ну не верилось ей, что Мир мог так кардинально начать меняться! Но вместе с тем она прекрасно все видела своими глазами. Уже не было той наивности и невинности, привычки выдавать желаемое за действительное, и потому она видела истину - он старается. Вот только в чем причина? Ради нее ли? Или снова ради себя?
   И был Егор. Все такой же внимательный, заботливый и нежный. И она цеплялась за него, как за круг спасения от своей очередной ошибки, боясь отпустить. Было стыдно за обман и измену, было паршиво дарить ему свое тело после того, как отдавалась Миру. Но он же и селил в ней сомнения, которые только усугубляли ситуацию. Она не замечала этого, не улавливала целенаправленности, лишь оказывалась под влиянием тех или иных слов и фраз мужа. Это могло быть какое-то пространное замечание, воспоминание, ситуация, которые раскрывали о Мирославе то, что ей было не известно и о чем она даже не догадывалась. Она не видела в этом какой-то задумки Егора, ведь наравне с этим, он мог рассказать и ком-то еще из своих знакомых и друзей. И эти замечания терялись в море слов, рассказов и фраз. Но она зацикливалась лишь на Мире, а потому не видела хитрости Егора, на собственную заинтересованность списывая свой интерес.
   Вот так и выходило, что Сабина зависла в невесомости, не зная, какой выбор сделать. Страх снова стать игрушкой все еще довлел над ней, да наверно никогда и не оставит - слишком долго она была в этой роли. А с другой стороны был мир и рай, который ей создавал Егор, который не хотелось покидать, будто стены крепости.
  
  
  ***
  
  
   - И кого мы едем встречать? - поинтересовалась Сабина.
   - Узнаешь, - в который раз загадочно ответил Мир, бросив на нее веселый взгляд.
   - Для этого 'неведомого' ты снимал квартиру?
   - Ага, - глядя по зеркалам, рассеянно ответил мужчина, поворачивая к аэропорту. - Потерпи, почти приехали.
   - Ты сорвал меня с работы, и говоришь 'потерпи'? - фыркнула девушка. - И зачем вообще взял меня с собой?
   - Хочу вас познакомиться. Эти...люди дороги мне по-своему. Хочу, чтобы вы нашли общий язык.
   Сабина непонимающе посмотрела на Мирослава. Стало любопытно, о ком же он может говорить с такой странной улыбкой и тоном голоса, странно улыбающимися глазами.
   - Эта та часть моей жизни, с которой ты еще не знакома. Я подумал, что пора, - пожал плечами Мир, паркуясь на стоянке аэропорта.
   - С чего бы? - хмыкнула Сабина, выбираясь из машины. - Думаешь, задержусь в твоей жизни?
   Она не собиралась делать вид, что верит Миру, не скрывая своих сомнений на его счет. И он даже не сказал ни слова против, хотя каждый раз его глаза недовольно сверкали - он привык быстро и сразу получать свое, а здесь все застопорилось. И это было еще одной причиной, почему Сабина не торопилась в этом деле - терпение Мира должно будет показать ей, насколько он серьезен и надолго ли его хватит, если нет. Она не собиралась спешить, преподносить ему себя на блюде - не в этот раз. Сейчас она будет осторожна, не позволит больше играть собой и пользоваться, не даст понять, что с ней можно обращаться как прежде. И пусть больно будет все равно, если она права, хотя бы достоинство останется с ней.
   - Уверен, - самодовольно хмыкнул мужчина, проходя мимо нее.
   Сабина лишь головой покачала, направляясь за ним.
   Их отношения были странным - с какой стороны ни посмотри. Не было прежней тяжести, наоборот - все было налегке. Не было и намека на желание лишь воспользоваться, но опять-таки Сабина не обольщалась. Напрочь отсутствовала та потребность поймать взгляд, найти в толпе, выловить глазами где-то впереди. Девушка проще относилась к своей тяге к этому мужчине, старалась обуздать ее, как только могла, не показывать своего желания к нему. И пусть Мир раскусил ее сразу, она хотя бы не выглядела как влюбленная девочка-подросток, что взгляда не сводит со своего кумира, пуская слюни. И Миру понравилась эта игра - кто же сдастся первым, кто выдаст свои истинные эмоции, кто первым потянется к другому. Они словно пытались обыграть друг другу, но проигрывали каждый раз вместе, падая в омут страсти и любви, не уступая, но и не побеждая. И это вносило особую искру в их роман, ту которой прежде не было даже близко. Сабина сопротивлялась ему, не была больше безвольной, покорной жертвой, заставляла добиваться себя, и это еще больше влекло к ней. Он помнил ее сломленной, покорной и прощающей все его заскоки. И это сводило его с ума, давая возможность безнаказанно пользоваться в свое удовольствие, ничего не обещая взамен, но забирая все до крохи. Сейчас эти крохи приходилось добывать - девушка поумнела, научилась пользоваться тем, что так влекло его, а еще перестала быть слабой. Действительно стала сильней, как и говорила ему. И пусть в конечном итоге все равно сдавалась в его милость, не в силах долго сопротивляться, они хотя бы оба получали удовольствие и удовлетворение от этих отношений. Она не чувствовала себя использованной, а Мир учился прилагать определенные усилия, которые заводили лишь сильней. Он был разбалован женским вниманием и, пожалуй, даже начал терять интерес: какая может быть охота, когда жертва сама идет к тебе в руки без всяких усилий? Почему-то мужчина всегда радовался этому, лишь недавно поняв, что не так уж это хорошо, интересно и прекрасно - получать желаемое по щелчку пальцев. Да, он всегда добивался своего, и не всегда это требовало особых усилий, если вообще требовало. В делах, в бизнесе, в отношениях с окружающими, с женщинами - он везде блистал умом, хитростью и целеустремленностью, обаянием, которые открывали ему любые двери. Но иногда хотелось препятствий, хотелось азарта и напряжения. И неожиданно именно Сабина дала ему все это, заставив по-новому, иначе посмотреть на себя. И ему увиденное нравилось все больше и больше с каждым днем.
   Но Сабину напрягало то, что Мир ничего не просил так же, как и не обещал. Его все устраивало. Ему не мешал ее муж, словно не был достойным препятствием, на которое стоит обращать внимание. Либо же, как не могла не предполагать девушка, он ему просто не мешал. Ни разу Мирослав не заикнулся о чем-то большем, чем их необременительный роман. Ни разу не было разговора о семье, планах на будущее - совместных планах. Так зачем ему беспокоиться о том, что она замужем? И это лишь подтверждало слова Егора, что он боится открыться до конца и никогда этого не сделает. А разве это любовь? О каком чувстве может идти речь, когда даже ревности ни разу не промелькнуло в глазах этого мужчины при упоминании мужа?!
   Но разрешение этого вопроса также откладывалось на потом раз за разом, как и разговор с Егором - Сабина словно боялась подтвердить свои подозрения. Словно еще хотела пожить в прекрасной иллюзии хоть немного, не забывая меж тем, что это все-таки иллюзия. И не факт, что она обретет реальные очертания хоть когда-нибудь.
   - Нам туда, - прослушав о прибытии нужного ему рейса, Мир направился к указанному терминалу.
   Сабина смотрела на проходящих с вещами людей, поглядывая на Мира, чтобы понять, кого же он ждет. Каково же было ее удивление, когда он улыбнулся трем подросткам, что, подхватив свои сумки, направились в их сторону. Двое парней лет шестнадцати и семнадцати и девочка лет пятнадцати.
   - Как долетели? - с улыбкой спросил Мир улыбающихся ему детей, которые явно сдерживали желание обнять его: глаза горели от радости встречи, и они нетерпеливо притаптывали на месте.
   - Хорошо, - с широкой улыбкой ответила девочка, теребя ручку спортивной сумки на плече, под весом которой слегка кренилась - была худенькой и хрупкой.
   Мир заметил это, тут же потянувшись к ноше и забрав себе. А девочка, сдав ему в руки сумку, все-таки прижалась к нему в объятье, прикрыв глаза, когда Мир со смехом обнял ее в ответ, целуя в макушку. Тут уже и ребята не стали сдерживаться - каждый подошел и обнял мужчину.
   Сабина смотрела на эту картину, и не могла не улыбаться, хотя ни черта не понимала. Была обескуражена той гаммой эмоций, что сияли на лице Мирослава - впервые она видела его таким. Глаза горели, он был рад этим детям, скучал по ним, судя по всему. И от него так и веяло теплом в их сторону, в котором они, не стесняясь, купались.
   - Это моя подруга Сабина, - представил ее, наконец, Мир, обратив на нее внимание подростков. - Это Катя, Иван и Даня.
   - Очень приятно, - избавившись от первой растерянности, улыбнулась Сабина, протягивая руку к одному из парней.
   Тот смотрела на нее несколько заторможено, в глазах плескалось восхищение красивой девушкой, которое мальчишки еще не умеют еще скрывать.
   - Даже не думай, Даня, - хмыкнул Мирослав, тоже заметивший это.
   Он со смехом обнял мальчика за плечи, который смутился, что его спалили.
   - Она моя, - заговорщицки, но громко прошептал мужчина, чтобы все услышали, подмигнув улыбающейся и качающей головой Сабине.
   - Извините, - промямлил смущенно Даня.
   - Я Иван, - отпихнув его протянутую руку своей, более легко произнес второй парень. - Очень приятно.
   - Катя, - девочка тоже с улыбкой пожала руку Сабины, и в ее глазах мелькнула зависть: нескладная и серенькая, она терялась на фоне красивой, уверенной в себе молодой женщины.
   - Поехали. Я отвезу вас домой, - хлопнув по плечу Даню, с улыбкой произнес Мирослав, направляясь к выходу.
  
  
  ***
  
  
   По дороге к снятой для детей квартире, Сабина наблюдала за ними и Миром, слушая их разговор и не вмешиваясь, все еще пытаясь понять, что происходит. Утолила любопытство лишь когда, оставив подростков дома, они направились в супермаркет за продуктами для них.
   - Кто они? - с интересом и любопытством спросила девушка, когда двинулись по магазину с тележками в руках.
   - Дети, Сабина, дети, - ухмыльнулся Мир.
   - Спасибо, а то я не заметила, - язвительно фыркнула Сабина под смех мужчины.
   - Они беспризорники. Ну, были ими раньше, - начал говорить брюнет, пока складывал в корзину продукты, идя по рядам. - Два года назад я столкнулся с Иваном, когда тот обчищал мою машину, - погрузившись в воспоминания, с особым выражением лица, продолжил он. - Я поймал его, не дал сбежать. Вызвал полицию. На улице шел дождь, поэтому привел его в квартиру. Он сидел как нахохлившийся озлобленный птенец у меня на кухне, зыркая на меня исподлобья. Мокрый, в грязной, порванной одежде, обуви на пару размеров больше ноги, с содранными руками, тощий до ужаса, словно не питался несколько недель чем-то кроме воды.
   Голос Мира был серьезным, с нотками горечи и той особой интонацией, когда перед глазами ты видишь описываемую картину, словно заново переживаешь то событие со всеми полагающимися ему эмоциями.
   - Пару раз он порывался вскочить и убежать, я не давал, усаживая на месте. Ты бы видела, какими глазами он посмотрел на еду, когда я открыл холодильник, чтобы глотнуть воды, - невесело хмыкнул Мир. - Приготовил кофе, достал все, что было, поставил перед ним. Он вдруг раскричался, что ему не нужна моя жалость, что не нужны подачки и что-то еще в этом роде. Я ошалел даже от его бурной речи. А он стоит, и трусится от злости, слабости в теле и голода, слюну сглатывает, но смотрит так зло, что, кажется, кинется сейчас со всеми оставшимися силам и придушит меня за жалость, что я посмел проявить в его сторону.
   Сабина слушала внимательно, представляя себе эту картину и ощущая то, что передавал своим рассказом Мир - горечь, грусть, сожаление и жалость.
   - Полиция приехала через полчаса, а он к еде так и не притронулся. Его выводят из квартиры, а он смотрит на меня с яростью, упреком и болью в глазах. Мне не по себе стало. Выбросить бы из головы, да забыть, а я всю ночь не спал - вспоминал этот его последний взгляд. Утром сорвался в полицию, забрал заявление и мальчишку. Снова привез домой. Сам не понял зачем. Накормил почти силой, он все так же рычал на меня, но ел. Дал ему нормальную чистую одежду и повез в интернат, из которого он сбежал, как мне сказали в полиции. Когда понял, куда я его везу, чуть из окна не выпрыгнул. Кричал, ругался, умолял - в общем всячески 'уговаривал' не везти его туда. Просил выбросить на улицу, да что угодно, только не везти. На свой страх и риск я вернул его в квартиру. Пригрозил, чтоб дождался, хотя и сомневался, что послушается, думал, вынесет все, что сможет, пока меня не будет. Сам поехал в этот проклятый интернат. Пара намеков в словах, и меня приняли за какого-то проверяющего, неожиданно нагрянувшего. Я думал, такого ужаса уже нет в нашей стране. Ходил по приюту и не верил своим глазам. Пригрозил директору и забрал документы Ивана. Он ждал меня дома. Сидел, где посадил. Не тронул ничего, лишь со страхом смотрел на меня, когда я зашел. Он так и не объяснил мне, почему не сбежал, - хмыкнул Мир. - Я не стал ничего у него спрашивать. Поставил перед фактом, что ему придется отработать наказание за хулиганство и грабеж мне, или я верну его в полицию, а те - в интернат. Он согласился. Казалось, скажи я сейчас, что вырежу ему печень и продам - он бы согласился и на это, лишь бы не возвращаться в казенный дом - хоть один, хоть второй. Я привез его в свой бойцовский клуб.
   - Их ты и здесь открываешь? - уточнила Сабина.
   - Да. Это и есть мой бизнес. А с тех пор, как встретил Ваньку, еще и хобби, увлечение. Не знаю, что тогда толкнуло на эту благотворительность - никогда не был меценатом, не был жалостливым и благородным, - усмехнулся Мирослав. - Но словно что-то переклинило. И мне показалось нормальным проявить участие к его судьбе. Привез выбить дурь из его головы, да и только. Отдал его парням, те чуток помяли его. А я смотрю на него, а у него глаза горят, - словно до сих пор не верил в то, что увидел, произнес мужчина со смешком. - Ему понравилось. Даже уезжать не хотел. Тогда я и предложил ему заниматься в клубе. Не жить на улице, не грабить прохожих и шарить по машинам да свалкам, чтобы найти, чем перебиться. Оформил все это как какой-то благотворительный проект, который позволил мне взять мальчика к себе официально. Ему исполнилось четырнадцать, и я нанял его на несколько часов еще и работать. Определил в приличный приют и нашел хорошую школу. Он приходил в клуб, где было чем заняться, где ему нравилось, где он делал то, что хотел и от чего получал удовольствие. Мы почти подружились - он все-таки был ребенком, забыл свою злость на меня, даже сказал однажды 'спасибо', - весело усмехнулся Мир. - А через время мне позвонили из приюта и сказали, что он сбежал. Я тогда не понял, в чем же дело: все было хорошо, все наладилось, он забыл про улицу - она уже не казалось лучшим из возможных вариантов. Я поехал в интернат, лично поговорить с психологом, воспитателями, выяснить, что же снова не так. Условия были прекрасными, и я просто не мог сам понять, что толкнуло его на побег. Я уже собирался уходить, когда он вернулся. Испугался переполоху, что устроили по поводу его исчезновения. Сказал, что в другом приюте его и по паре дней не хватались, и он не думал, что здесь иначе. Когда спросили, зачем и куда уходил, снова насупился, надулся, отказался говорить. Я забрал его к себе. Дома он раскололся. Где-то под каким-то мостом живут его друзья. Они вместе когда-то сбежали, вместе хулиганили, воровали, жили на улице. Как оказалось позже, там была целая община детей-беспризорников. Кто-то, как и он сбежал из интерната, кто-то из дома, кто-то от родителей алкашей или наркоманов. В общем, не от хорошей жизни. Долгое время я потворствовал капризам Ивана и не лез: давал деньги, чтобы он относил друзьями на еду, еще как-то помогал - хотел, чтобы он мне доверился. Так и вышло. Он привел меня в этот подвал. Нас обоих чуть камнями не закидали, - рассмеялся явно неприятному, но яркому и сейчас кажущемуся забавным воспоминанию. - Думали, я сдам их в полицию. Их было человек двадцать. Почти всех я пристроил, кроме пары. Совсем уже взрослые, совершеннолетние. Они были там не по причине отчаяния и страха, а потому что им нравилась такая жизнь. Есть такие люди, которые не желают менять свою жизнь, какой бы ужасной она ни была. Они были из этой категории. Станут однажды привокзальными бомжами и будут в тридцать выглядеть на все шестьдесят.
   - В общем, с того и повелось. Ко мне приводили трудных подростков, которых вылавливали на улицах. Социальные службы называли это перевоспитательным проектом. Я нанял профессионалов, психологов - целую группу для работы с такими детьми. Они приходили в мой клуб заниматься, работать. И многие смогли встать на путь истинный. Наладили свою жизнь, бросили улицу, вредные привычки. Кому-то мы подбирали иное занятие - не каждому было по душе стоять на ринге. Но ими занимался уже не я, - закончил свою историю Мирослав, бросив короткий взгляд на задумчивую и впечатленную его рассказом Сабину. - Только ради бога, не пририсовывай в своем воображении нимб над моей головой, - насмешливо протянул он.
   Девушка только глаза закатила.
   - Боюсь, благотворительности для этого маловато, - язвительно фыркнула она в ответ. - А что насчет тех, кто не желал исправляться? Ведь не могло не быть таких.
   - Всякие бывали, - кивнул брюнет. - Кто-то старался, но не выходило. Возвращались туда, откуда их силой вытащили. Нельзя сделать что-то против воли. Они уходили, снова сбегали, снова нарушали закон, а дальше по накатанной. Я не мог заставить, лишь дать выбор.
   - А что потом? Ведь они растут, интересы меняются.
   - Государство обеспечивает их местами в ВУЗах или колледжах, дает им кров, работу. Я слежу, чтобы их не 'кинули', как это часто бывает. Я взял за них ответственность, поэтому и наблюдаю некоторое время.
   - Здесь собираешься заняться тем же? - полюбопытствовала Сабина. - Поэтому привез этих детей? Как пример?
   - Вроде того, - кивнул Мир. - Да и привязался я к ним сильней, чем к прочим, - мягко усмехнулся он, признаваясь в этом.
   - И они к тебе, судя по тому, что я видела, - улыбнулась девушка.
   - Я рассказал им о переезде, и они тут же напросились следом. Я не смог отказать, - пожал плечами мужчина.
   - Но они ведь не совершеннолетние. Как можно вот так просто...
   - Я их официальный опекун, - признался Мир. - Я взял на себя определенные обязательства и намереваюсь их исполнить.
   - Не увидев собственными глазами, я бы не поверила, - протянула растерянно Сабина.
   - Тому, что я способен быть ответственным? - хмыкнул мужчина.
   - Тому, что способен привязаться настолько.
   Ухмылка стерлась с лица Мира, когда он серьезно посмотрел на девушку.
   - Разве мое отношение к тебе не показало этого раньше? - нахмуренно произнес он, пытливо заглядывая в ее глаза.
   - Какое отношение, Мир? - хмыкнула Сабина, насмешливо глядя на него. - Что изменилось? Прошло время, годы, но мы по-прежнему лишь любовники. У каждого своя жизнь, я замужем. Изменилось лишь то, что я не даю собой пользоваться. Что же касается твоего отношения ко мне - разве оно не потребительское? Разве ты готов предложить мне больше? Дать мне то, что я попрошу?
   Мирослав лишь хмурился все сильней с каждым словом. И промолчал, поджав недовольно губы. Сабина только усмехнулась понимающе. Вот и выяснилось все. И не надо гадать и предполагать - Мир не готов к чему-то большему, чем необременительный роман.
   Не стало горько - горечь и не уходила никогда. Просто Сабина смирилась с тем, что не ошиблась, и зря на что-то все-таки где-то глубоко в душе рассчитывала. И все же она была удивлена.
   Миру будто бы не понравилась произнесенная Сабиной вслух правда. Его устраивало, когда она ни на что не намекала, когда просто позволяла ему быть рядом с собой - именно - позволяла. Он понял это слишком поздно, с насмешкой над самим собой, осознавая, что им просто пользовались. Сабина любила его, но прекратила эту любовь отдавать. Хранила в своем сердце лишь для себя, как сокровище, а не выплескивала больше на него. И стало больно. И он на собственной шкуре начал чувствовать, что это такое - не получать ответа. Закралась даже мысль, что она с самого начала решила поиграть с ним, но, пожалуй, что была для этого не слишком приспособлена - не в ее характере и нраве, тем более не после того, как побывала в этой шкуре. А с другой стороны - возможно, решила ему отомстить таким образом, когда он открылся перед ней?
   Мир запутался, и впервые не мог понять Сабину. Всегда была для него загадкой, которая казалась разгаданной, стоило лишь признать свои чувства к ней. Но вот он снова ни черта не может понять!
   Что отнюдь не уменьшало его стремления вернуть эту девушку себе. Наоборот - лишь раззадоривало, создавало новые препятствия, которые он готов и рад был преодолевать.
  
  
  
  ***
  
  
   - Не ожидал тебя здесь увидеть, - произнес Мирослав, когда Сабина вошла в зал.
   - Ты же приглашал.
   - Не думал, что ты решишься. Ты никогда не любила подобные зрелища, - обводя рукой зал с парой рингов, на которых занимались бойцы, ответил мужчина.
   - Ты сказал, что будешь заниматься с детьми, и я решила, что именно это зрелище не разрушит мою хрупкую психику, - хмыкнула девушка. - Я посмотрю?
   - Конечно, - улыбнулся Мир. - Присаживайся, ребята скоро подойдут, - улыбнулся коротко он, наматывая на руки мягкие бинты.
   - На что похожи ваши тренировки? - полюбопытствовала Сабина. - На эти? - бросив короткий взгляд на один из занятых рингов, где проходил спарринг, уточнила она.
   - Это профессионалы, - глянув туда же, ответил брюнет, садясь с ней рядом. - Мы просто дурачимся - с ними занимается тренер. А я так - груша для битья, - хмыкнул он под смешок Сабины.
   - Ты выглядишь воинственным, а не слабым, - окинув его взглядом, усмехнулась девушка.
   Фигура у Мира была внушительной, и он действительно мало походил на позволяющего себя бить. Сильные руки, обнаженные безрукавной футболкой, внушали опасение. Широкие плечи, узкая талия, грация, с которой он двигался - все указывало на то, что боец он не из худших.
   - Перед ними я слаб.
   - Не представляю, как Катя может увлекаться этим.
   - Не поверишь, но половина моих клиентов - девушки, - хмыкнул Мир. - Это для тебя подобное неприемлемо и недопустимо. Ты слишком нежная для такого досуга.
   - Спорим, что половина твоих клиенток ходят сюда исключительно, чтобы полюбоваться на красивых мужиков? А половина этой половины - исключительно на тебя, - фыркнула Сабина под смех мужчины.
   - Даже спорить не буду, - улыбнулся широко Мир, засмеявшись, когда она ткнула его кулачком в живот с возмущенным недовольством.
   - Кобель, - пробурчала Сабина, отворачиваясь от него.
   - С недавних пор - только твой кобель, - хитро с улыбкой прошептал брюнет, наклонившись к ее уху.
   Девушка только хмыкнула, невольно покосившись на окружающих, но никто даже не смотрел в их сторону.
   - Боишься спалиться? - невесело усмехнулся Мирослав, заметивший это.
   - Не желаю выставлять Егора на посмешище, - честно ответила девушка. - Слишком хорошо знаю, каково это.
   - Ты целью задалась напомнить мне каждый мой косяк? - вздохнул Мир, закатив глаза и нахмурившись.
   - Это правда, - спокойно ответила Сабина.
   - Ты живешь этой 'правдой', которая в прошлом. Зачем? - серьезно спросил мужчина. - Я разве такой сейчас? Разве веду себя так же?
   - Закрыли тему, - оборвала разговор Сабина, заметив вошедших в зал детей.
   Мир только вздохнул - она просто нашла очередную причину не продолжать этот разговор: каждый раз намеками подводила к этой теме, но напрочь отказывалась обсуждать. Словно это заставляло ее удерживать саму себя от опрометчивости, на которую невольно толкало присутствие в ее жизни Мирослава. Он не настаивал, но в последнее время ему начинали надоедать эти странные фразы. Он понимал, что Сабина злится и не доверяет ему. Но даже и не старается, не дает ему и шанса. По-прежнему позволяет быть рядом, не давая ничего взамен, кроме своей страсти, которую не могла контролировать. Но тех чувств, в которых он прежде купался, не было и в помине. Она строго контролировала их дозу, что выдавала ему, только дразня все больше. А его терпение не было легендарным, и уже заканчивалось. Он старался сдерживать все свои наклонности, которые раздражали девушку и ей не нравились. Старался ради нее быть не таким, каким она его слишком хорошо запомнила. Но то ли ей было мало, то ли он не понимал, чего она от него ждет. На разговор Сабина не шла, давая понять, что он без ее указки должен решить, чего она хочет от него. И с одной стороны это было правильно и логично. Но эта девушка была не той, которую он помнил, и понятия не имел, чего же она может хотеть теперь, когда не зависит больше от его прихотей и желаний, имея свои собственные.
   Сабина с улыбкой наблюдала, как Мир действительно скорее дурачится, чем занимается с детьми. И вроде не было смысла в подобном времяпрепровождении, но нельзя было не заметить, что именно это дает обеим сторонам расслабиться, узнать друг друга получше. В подобной непринужденной обстановке звучало много смеха, шуток, дружеских и необидных поддевок, и это создавало особую атмосферу, которой Мир беззастенчиво пользовался, узнавая этих детей еще лучше, сближаясь с ним и уча их доверять себе.
   И самой было интересно узнавать Мира с этой стороны. Прежде он всегда скрытничал, не особо знакомил ее с друзьями и приятелями, они не отдыхали в одной компании. И тем более она не видела его в общении с подростками. Как-то раз был разговор на тему детей, и тогда мужчина признался, что не представляет себя не то что отцом хорошим, а в принципе отцом. Он строил это предположение на основании того, в какой рос семье, и девушка прекрасно понимала, что едва ли могло быть иначе, чем он предполагал. Но сейчас, глядя на него со своими подопечными, она начала сомневаться, что у него не выйдет это в достаточной мере хорошо. Возможно, он просто боится, но у него наверняка получится, нужно будет лишь попробовать.
   При мысли о Мире с ребенком Сабина невольно улыбнулась - настолько интересной была эта картина. Она так и видела воочию растерянное выражение на лице мужчины, так ему не присущее. Но почему-то именно растерянность ассоциировалась у нее с Мирославом с младенцем на руках. Куда проще ему было сейчас, с детьми постарше, которых не надо учить элементарным вещам, которым не требуется такая насыщенная забота и внимание. Лишь определенный подход и гибкость. И даже сам факт того, что ответственность за них куда меньше, чем если бы они были младше и роднее, давал Миру фору.
   Профессионалы уже удалились, и в зале кроме их компании никого не было. Катя задержалась в школе на дополнительных занятиях, а потому пришла когда мальчишки были уже вымотанными веселым времяпрепровождением. Сабина вызвалась сводить их в кафе неподалеку и покормить, пока Мир будет заниматься с Катей.
   Парни были интересными и веселыми. Даня постоянно смущался, чем заслуживал хихиканье и поддевки друга на этот счет и розовел, едва Сабина заступалась за него. Но он был милым мальчиком, и это скорее умиляло, нежели вызывало недовольство. Иван был куда смелее в своих словах, раскованней. Он не замолкал ни на минуту, рассказал свою версию знакомства с Миром, отличавшуюся лишь большей эмоциональностью, которая приписывалась веселости, с которой он вспоминал ту ситуацию. Прошло пару лет, и этот ребенок забыл, как шастал по улицам, как ему было голодно и холодно, и смотрел на все это как на интересную историю, приключение. И Сабина с радость думала о том, что ему повезло, что все сложилось именно так. Не стала рассказывать статистику того, насколько мал процент подобных случаев, не желая наводить на мальчиков тоску. У них все сложилось хорошо, а остальное не важно.
   Девушка позвонила Миру и предупредила, что отвезет мальчишек домой, а потом вернется за ними с Катей.
   Сабина с улыбкой шла к залу, не могла не улыбаться, все еще находясь под впечатлением от общения с детьми, которые нравились ей все больше с каждым днем и к которым она начала привязываться. Все еще улыбаясь последней шутке Вани, девушка толкнула дверь в зал, поднимая голову. Мир с Катей сидели на матах возле ринга. Мужчина что-то нахмурено говорил поникшей девочке, которая, сжавшись в комочек, сидела рядом вполоборота к двери, опустив голову и пряча лицо. Сабина замерла в дверях, понимая, что лучше ей уйти - вмешиваться в явно воспитательный процесс она не собиралась. И уже развернулась, чтобы выйти, когда Мир поднял голову, замечая ее. Она кивнула ему, указывая, что подождет за дверью. И именно в этот момент, когда мужчина отвлекся от своей бурной речи, Катя вдруг подалась к нему и прижалась в его губам своими. Как ошпаренный Мир отстранился, в шоке глядя на подопечную. Такими же удивленным были и глаза Сабины, которая увидела все это. Мужчина резко подскочил на ноги, грозно и гневно глядя на сидящую девочку. И уже открыл рот, чтобы высказаться по этому поводу, как Катя резво вскочила на ноги и кинулась к двери. Замерла на миг, увидев ошарашенную Сабину, но вихрем пронеслась мимо растерянной молодой женщины, заливаясь слезами.
   - И что это было? - потянула рассеянно Сабина, подходя к Миру, который зло тер лицо и шею, хмуро глядя вслед убежавшей девочки.
   - Сам не пойму, - покачал головой мужчина, тут же невесело рассмеявшись. - Господи, бред-то какой!
   - Ну почему бред, - хмыкнула девушка. - Вполне себе банальная ситуация.
   - Без стереотипов никуда? - ухмыльнулся устало Мирослав. - Начинает надоедать.
   - Что будешь делать? - поинтересовалась девушка, понимающе глядя на недовольного мужчину.
   - Поговорю с ней.
   - Эээ, давай сначала я, - предложила Сабина, уперевшись ладошкой в грудь шагнувшего вперед Мира. - Мне будет проще.
   - Окей. Пожалуй, у тебя действительно выйдет лучше. Ты объясни ей, что...
   - Я знаю, что сказать, - мягко чмокнув его в губы, коротко улыбнулась Сабина, выходя из зала.
   Мир благодарно кивнул ей, когда она на миг обернулась к нему с ободряющей улыбкой, прежде чем выйти. Она понимала, что сложившаяся ситуация усложнит отношения Мира с его детьми, Катей в особенности. И важно будет найти правильный выход, чтобы никого не обидеть, не задеть и не испортить положение вещей. Но ситуация действительно была банальной: девочка приняла свою благодарность к Мирославу за влюбленность. Ей почти шестнадцать, она подросток, а перед ней красивый, умный мужчина, почти идеал для нее, многого не понимающей и не знающей, в меру своего статуса и возраста.
   Сабина нашла девочку в раздевалке. Плачущей и рыдающей - как и предполагалось. Села рядом с ней, обняла, и та тут же еще горше заплакала, будто уже от облегчения, когда появилось плечо, на котором можно выплакаться и расслабиться. А Сабина старалась спрятать улыбку, боясь, что та покажется уязвленной девочке насмешкой. Но то была улыбка понимания, улыбка ностальгии, когда она вспомнила, как сама рыдала по учителю истории в девятом классе. Первые чувства, незабываемые эмоции и много чего еще понамешено было тогда в ее голове, и она прекрасно понимала, что с Катей сейчас происходит то же самое: ей и стыдно, и обидно, с одной стороны она понимает, что не права, с другой больно, что оттолкнули и не оценили признания.
   Сабина ловко подобрала слова, когда Катя немного успокоилась. Мягко объяснила ситуацию, давая понять, что все нормально, ничего страшного не произошло и все поправимо. Она честно сказала о том, что прекрасно понимает смешанные чувства девочки, тут же объяснив ей причину.
   - Ты благодарна Миру, ты любишь его по-своему, и он любит тебя так же. Но ты приняла свои чувства к нему за влюбленность. И так тоже бывает. Он красивый, сильный, умный - это все понятно. Но подумай о том, что будь он несколько старше, ты бы отнеслась к нему как к отцу. Ведь так? Он помог тебе, дал новую жизнь, как настоящий родитель. Но в силу того, что он молод, ты видишь в нем просто мужчину. И как это свойственно твоему возрасту, принимаешь это за влюбленность. Я в эти годы влюблялась несколько раз в неделю, - рассмеялась Сабина, заставив-таки Катю слабо улыбнуться. - Мир не будет ругаться. Если только немножко, - хмыкнула молодая женщина.
   - Наверно, ты права, - задумчиво всхлипнула девочка.
   - Так и есть, можешь поверить моему опыту, - ободряюще улыбнулась Сабина, вытирая слезы с ее личика. - Успокаивайся, приводи себя в порядок, и поедем домой.
   Девушка подмигнула Кате и вышла из женской раздевалки с улыбкой на губах. Зашла в соседнюю, где Мир нервно наяривал круги по комнате. Он досадливо морщился и все еще злился - не любил не контролировать ситуацию, и все видел в слишком мрачной перспективе. К тому же, наверняка был очень растерян подобным - вряд ли он прежде общался с подростками, и вряд ли ему доводилось бывать в такой неудобной ситуации.
   - Ты зря так переживаешь, - мягко усмехнулась Сабина.
   - Я - взрослый мужик, и не смог предусмотреть подобной ситуации! Уму непостижимо!
   - Не думаю, что ты часто сталкивался с детьми, чтобы иметь представление о том, как все может сложиться. Не бери в голову, - спокойно пожала плечами Сабина, останавливая его хождения, положив руки ему на грудь и заглядывая в глаза.
   - Ей пятнадцать, Сабина! Она еще ребенок! И выкинула такое! - все еще был в шоке мужчина.
   - Будь к ней снисходительней.
   Мир посмотрел на улыбающуюся спокойно девушку и нехотя кивнул, беря себя в руки.
   - И что мне делать?
   - Поговорить, а потом сделать вид, что ты все забыл, - посоветовала Сабина. - Она умная девочка, и не хочет портить с тобой отношения.
   - Не считаешь, что нужны более категоричные действия?
   - Например? - непонимающе спросила девушка.
   - Например, такие, - бросив короткий взгляд ей за спину, тихо произнес Мир, обвивая рукой ее талию и прижимая к себе, накрывая вслед губы жарким поцелуем, глубоким, чувственным и жадным.
   Властно прижал несопротивляющуюся Сабину к стене, прижимаясь всем телом и усиливая напор, забираясь руками под свитер. Краем глаза девушка заметила замершую в дверях Катю, и дернулась. Но Мир не дал.
   - Пусть смотрит, - прошептал он жарко ей на ушко, лаская его губами, не прекращая ласкать ее тело.
   И Сабина знала, что со стороны это выглядит как прелюдия - весьма откровенная и горячая для пятнадцатилетней впечатлительной девочки.
   - Зачем? - выдохнула девушка, как всегда с легкостью уплывая в наслаждение, даже в такой ситуации.
   - Пусть станет больно.
   Эта фраза подействовала, как ушат холодной воды на разомлевшую Сабину, которая резко и зло оттолкнула Мира. Но Катя уже убежала, и он не стал продолжать.
   - Скотина, - прорычала гневно Сабина, глядя на ухмыляющегося мужчину недовольно и с яростью. - Я смотрю, твои методы не меняются. И ты все такой же мастак причинять людям боль.
   - Зато все понятно, - не менее зло ответил Мирослав, отталкивая руками от стены, к которой прижимал ее.
   - Она ребенок!
   - Который сегодня открыто намекнул, что готов запрыгнуть мне в койку! - прорычал мужчина. - Не считаешь, что не детское предложение?!
   - Нельзя так поступать с людьми! С дорогими тебе людьми!
   - А ты поступаешь лучше, гуляя от мужа? - неожиданно вкрадчиво и издевательски хмыкнул Мир, презрительно скривив губы и нависнув снова над ней.
   Сабина замахнулась, чтобы влепить ему пощечину, но он поймал ее руку у своего лица.
   - Я разве не прав?! - прошипел яростно мужчина ей в лицо. - И я ведь предупреждал тебя, что так и будет. Но ты не послушалась. И как ты собираешься все это расхлебывать?
   - Никак, - прошипела злобно Сабина ему в лицо, подавшись вперед. - Я прихожу только потрахаться!
   Мир рассмеялся ей в лицо. Они оба уже не поняли, как подростковая проблема перешла на взаимные оскорбления и ярость друг на друга. Возможно, просто накипело. У них не было ни одной стычки - Мир не давил, а Сабина избегала таких ситуаций. Вот и получалось, что они уходили от серьезного разговора, который стоило начать уже давно.
   - Неужели Егор не удовлетворяет? - язвительно прошептал Мирослав, сильно, но мягко сжав ее лицо в руке, наклоняясь к нему вплотную и выдыхая свой гнев ей в губы. - И как ты ложишься к нему в постель после меня? Не противно?
   - А ты ревнуешь? - хмыкнула насмешливо Сабина, зло сверкая глазами - он знал, куда давить, чтобы сделать ей неприятно и больно. - Неужели, самому тошно, когда прихожу к тебе после него? Мерзко?
   - Сука! - прорычал Мир.
   А Сабина лишь смеялась издевательски, радуясь тому, что вывела Мира хоть на какие-то эмоции. Значит, она тоже может его бесить и выводить из себя? Что ж, отлично!
   - Она самая, - насмешливо выдохнула Сабина ему в губы.
   - Как же быстро ты ею стала!
   - Ты заставил, - буквально выплюнула ему в лицо девушка.
   - Что ж, буду любить то, что есть, - рыкнул в ответ Мир.
  
  
  ***
  
  
   В машине царила напряженная тишина. Сабина вела авто, рядом сидел хмурый злой Мир, а на заднем сидении тише воды ниже травы Катя, боявшаяся поднять лицо. Девочка буквально едва дышала, ощущая недовольство опекуна, но не догадываясь, что является его причиной лишь наполовину. Другая сидела рядом и не менее хмуро смотрела на дорогу.
   - Мир, не молчи, - еле слышно все-таки выдохнула Катя, не выдержав давящей тишины.
   Девочка уже готова была к взбучке, лишь бы больше не ждать - ожидание лишь усугубляло.
   - Давай сделаем вид, что ничего не было, - напряженно ответил мужчина. - Но если я еще раз увижу хотя бы намек, или мне что-то покажется странным, ты немедленно вернешься в интернат, и мы больше никогда не увидимся, - жестко припечатал он, обернувшись-таки к девочке и пронзив ее ледяным взглядом. - Я взрослый мужчина. Ты еще ребенок. И подобное недопустимо! Это ясно?
   Катя быстро закивала, не поднимая взгляда, всхлипывая, но облегченно выдыхая. Мир злился, и его чувства были понятны. Но он понял и ее тоже.
   - Прости меня, - тихо произнесла Катя.
   - Проехали, - хмуро отмахнулся Мир.
   Но злость отнюдь не утихла. Он косился на сидящую рядом молодую женщину и мог думать лишь об их стычке в раздевалке пару минут назад.
   Сабина остановила машину у дома, где Мир снимал для детей квартиру, и вышла проводить Катю, собираясь сказать ей еще пару слов. Когда вернулась, Мир пересел за руль. Она недовольно бросила на него взгляд, но не стала спорить, села на пассажирское, и картинно отвернулась к окну, на что мужчина только хмыкнул себе под нос. Он резко сорвался с места, оставив резиновый след на асфальте, и направился к своему дому.
   Напряжение в машине можно было пощупать руками - оно лишь возросло, когда Катя ушла, оставив взбешенных мужчину и женщину наедине. Мир злился на Сабину и самого себя за то, что не сдержался, показал ей свою слабость, заинтересованность. И ведь знал, что нельзя, что эта девушка будет нитки с него вить теперь при каждом удобном случае. Она уже не была наивной и юной, и многое в ней изменилось. И даже за то время, что они крутили роман, она стала другой. Она будто поняла, что теперь настала ее очередь им пользоваться. Она не давала ему того, на что он рассчитывал, и он уже соглашался и на меньшее, зная, что рано или поздно добьется своего. Их отношения походили на соперничество с того самого момента, как Мир увидел Сабину в клубе друга после своего возвращения домой. И в какой-то миг он видел перед собой ту девушку, которая свела его с ума шесть лет назад. А уже в следующий - яро сопротивляющуюся ему и самой себе. А еще была вот эта ее сторона - когда она открыто давала ему отпор, когда злилась и бесилась, выводила его из себя. Ни разу прежде у нее это не выходило - Мир всегда контролировал свою дозу допустимых эмоций в ее отношении. Сейчас, приняв все-таки свои чувства к ней, он позволил ей беззастенчиво пользоваться этим, не в силах больше делать больно. И Сабина, видя это, пользовалась.
   Но по-прежнему не доверяла. Не могла заставить себя открыться ему и признать их отношения возможными. Она слишком сильно обожглась в прошлый раз, чтобы вот так быстро поверить ему сейчас. И пусть сама наблюдала в какие-то моменты, что мужчина ведет себя иначе, в некоторых все еще слишком четко прослеживалась та его сущность, от которой она бежала в свое время. Взять хотя бы сегодняшний случай с Катей. Он намерено сделал больно глупой девочке, не зная, как иначе еще можно решить этот вопрос. И ведь даже не попытался придумать иной вариант. Нет, он следовал своей привычке, которая, как ни крути, никуда не делась. Он пользовался людьми, он получал и добивался от них того, что было ему нужно. И безжалостно плевал и топтал то, что мешало.
   В по-прежнему напряженном молчании они приехали к Миру и поднялись в его квартиру. Уже с порога Сабина зло повернулась к нему лицом, собираясь высказать то, что накипело, и чему было не время в клубе и в машине. Но Мирослав не дал сказать ни слова - жестко припечатал ее к стене, накрывая губы грубым, безжалостным поцелуем. Одной рукой сжил ее руки, не давая оттолкнуть себя, а другой сдавил ее подбородок, заставляя раскрыть рот.
   - Сначала трахаемся, потом разговариваем, - больно куснув рыкнувшую злобно девушку, прошипел Мир. - Ты ведь за этим приходишь! Так я добросовестно выполню свое предназначение!
   Язвительность так и сочилась в каждом слове. Они оба были злы, разгневаны и разъярены: ситуацией, своим противостоянием, обидными словами, сказанными в той треклятой раздевалке. И им обоим нужно было избавиться от того, что мешало здраво смотреть на вещи. Давно пришла пора поговорить и расставить точки над 'i'. Но прежде...
   - Вы***у тебя так, что стоять не сможешь, - шипел, яростно сверкая глазами, Мир, заставляя Сабину лишь довольно скалиться - она задела его за живое - наконец-то! - А завтра вернется твой муж. И не сможет не догадаться, чем ты занималась всю ночь напролет! По одним твоим глазам будет видно, насколько ты затрахана!
   - Кто бы мог подумать, что тебя настолько сильно волнует мой муж, - насмешливо протянула Сабина, отвечая на его дикий взгляд таким же. - Неужели ты способен на ревность? Способен на боль и обиду?
   - Ты сделала меня способным на это, - злобно рыкнул Мир, которого этот факт выводил из себя. - Так что расхлебывай!
   Ведь он действительно не собирался вот так сдаваться. Не собирался показывать ей свою слабость. Он собирался ее добиваться, собирался забрать у соперника. Но даже не предполагал, что это будет так сложно в эмоциональном плане. На это ушло очень много времени, и он старался не давить на Сабину, заставить ее довериться себе, ничего не требовал, как это было прежде, давая ей выбор. Но она словно тянула резину, и в какой-то степени Мирослав понимал причины этого. И чем больше проходило времени, чем дольше девушка тянула с разрывом с Егором, тем сильнее бесился Мир. Не подозревал, что способен на такую дикую ревность, когда понимаешь, что сейчас, сегодня ночью, твоя любимая женщина принадлежит другому. Старался не думать, не злиться, ведь сам был виноват, сам, по сути, толкнул ее в объятья друга. Едва ли ему было противно делить ее - не в физическом плане. И от того, что она принадлежала не только ему своим телом, не было противно. Наоборот: своей близостью хотелось стереть из ее памяти руки и ласки другого, поцелуи и прикосновения мужа. Было больно душевно. Больно так, как он даже не мог предположить. Он не показал этого ни разу, не выдал своих чувств, заставляя себя быть спокойным и благоразумным. Но черта с два, если у него получалось! Каждый раз, отпуская Сабину к мужа, к Егору, он только с виду казался равнодушным. Но едва оставался наедине, как в голову тут же лезли навязчивые картины того, что происходит в спальне супругов. И это сносило разум напрочь! Не единожды он перебил посуду, не раз разгромил спальню, не однажды заливал боль и горечь алкоголем. А Сабина даже внимания ни разу не обратила на то, что за последние полгода он в каждой комнате что-то поменял или выбросил. Да и с чего бы - она приходит потрахаться! И, пожалуй, что именно так все и выглядело, как бы он ни обманывал себя. Но словно в отместку девушка вела себя ровно так же, как он когда-то. И пусть он не догадывался, каких трудов ей это стоило, тем тяжелее ему было.
   Уже не раз Мир проклял эту больную любовь и тягу к этой девушке. Он смог однажды не дойти до предела, смог остановиться и сдержаться, уехать, прежде чем совершить ошибку и привязаться так сильно. Но во второй раз у него не вышло, пусть он и вернулся домой с твердой уверенностью, что зависимости к Сабине уже нет. Но стоило взглянуть в ее голубые глаза, и он сразу же пропал. И до сих пор пропадает, медленно скатываясь в пучину своей страсти и любви к ней.
   - С удовольствием, - мстительно ухмыльнулась Сабина в лицо Миру, почти с наслаждением протянув это слово.
   Серые глаза яростно сверкали, а губы кривились в ярости. Но девушке даже не был страшно. Все тело горело от собственных негативных эмоций - злости, гнева, желания сделать больно и заставить страдать. И этот жар смешивался с тем, который медленно загорался в теле от запретной и очень яркой близости этого мужчины. От его пошлых грязных слов, которые заставляли предвкушать. От его сильного тела, которое жестко, почти болезненно вжимало ее собственное в стену. От его рук, что срывали с нее одежду - грубо и безжалостно.
   Сабина сопротивлялась ему изо всех сил, всячески мешай и не даваясь. Она отталкивала и рычала, отбиваясь от его рук. Но он был сильным и слишком сильно желал ее, чтобы потворствовать прихоти поиграть с собой в недотрогу. Каким-то немыслимым образом они добрались до спальни, где Мир бросил полуобнаженную девушку на кровать, придавливая ее своим горячим телом. Снова сжал ее руки, заводя за голову и прижимая к витой спинке кровати. Как часто Сабина отчаянно цеплялась за прутья, когда он яростно вбивал ее в постель. Как часто старалась удержаться хоть за что-то, когда пальцы соскальзывали с влажной кожи любовника. А теперь он привязывал ее руки к этим самым прутьям ремнем, вытащенным из собственных джинс.
   - Спорим, ты уж потекла? - похабно прошептал мужчина, опираясь обеими руками, которые теперь были свободны.
   Он наклонился над все еще делающей попытки освободиться девушкой, проведя языком по коже ее запрокинутого горла к ушку, которое обласкал горячим дыханием. Они оба тяжело дышали, Сабина злобно шипела и дергалась под его большим телом. Он же лишь насмешливо наблюдал за ее попытками сбросить его с себя, за ее сверкающими гневно глазами, за сжатыми губами, которые уже покраснели от его не самых нежных сегодня поцелуев.
   Мир выпрямился, садясь на ноги любовнице, чтобы прекратила брыкаться, и неторопливо стянул с себя футболку, не отрывая взгляда от ее глаз, что испепеляли его в эту минуту.
   - Скажешь, я не прав? - хмыкнул издевательски мужчина, накрывая одной ладонью ее лоно поверх джинсовой ткани и надавливая, а другой снова опираясь у ее головы, наклоняясь к ее лицу своим. - И если это так и есть, я не дам тебе кончить несколько часов. Заставлю тебя умолять и просить себя трахнуть. Что бы ты раз и навсегда поняла, что я единственный, кто даст тебе это так, как ты хочешь! Чтобы тебе не нужен был больше другой в твоей постели! Что бы завтра же ты рассказала правду, собрала свои вещи и ушла от Егора!
   - Ты ни разу не дал понять, что тебе нужно это - стать единственным! - рыкнула злобно Сабина. - Ты ни разу не показал, что тебе неприятно и больно! Все, что я видела - тебя устраивает положение вещей. И ты не предлагаешь мне ничего взамен того, что мне дает Егор! Так какого черта я должна была делать глупость и бросать мужа?! Какого черта должна была снова верить в то, чего ты даже не обещал?!
   - Ты любишь меня! Всегда любила!
   - А ты?! Ты ни разу не сказал этих слов прямо мне в глаза! - прорычала девушка. - Ни разу не дал понять, что принял их и готов идти дальше! И в этом весь ты - в своем страхе! Ты боишься любви! Боишься, что тебе сделают больно так же, как это делаешь ты!
   - Да! Боюсь! - прокричал Мир, сжимая в кулаках подушку возле ее лица. - Боюсь, что буду не нужен! Что меня будут использовать! Что будут видеть во мне лишь цель и только! Что не будут считать достойным любви и заботы! И я ничего не смогу поделать с этим страхом! И либо ты принимаешь его, смиряешься с тем, что он часть меня! Либо...
   - Либо что? - насмешливо хмыкнула Сабина, когда он резко замолчал.
   - Либо я просто заставлю тебя это сделать именно так, как привык, - почти зловеще прошептал Мир. - С болью и ранами на сердце. Но я не отпущу тебя, Сабина, - качал головой мужчина. - Не буду больше делить с другим! Не стану давать тебе время понять, что я готов меняться ради тебя! Не буду ласковым и нежным!
   - А ты был ласковым и нежным? - издевательски рассмеялась девушка.
   - Я старался, - приторно улыбнулся Мир. - Но ты ясно дала понять, что куда привычней для тебя мой прежний образ - ублюдка и подонка. Что ты привыкла к нему, пристрастилась, и даже не веришь, что он может измениться. Потому что не хочешь, - проникновенно прошептал он. - Ты любишь меня именно таким - эгоистом и циником. Ты желала, чтобы я изменился, но отчаянно не желала видеть, что это уже происходит.
   - Ты несешь бред, - хмыкнул Сабина, качая головой по подушке.
   - Бредишь ты. И не меньше меня боишься, - чуть спокойней произнес Мирослав. - И я готов жить с твоим этим страхом, готов бороться с ним сам, если ты не можешь. Но в ответ я хочу того же - чтобы ты боролась с моим. Да, будет больно - я не умею по-другому. Но я никогда больше не оставлю тебя! Никогда не предам! Никогда не изменю! Я обещаю тебе это в ответ на твою верность только мне. Не скажешь Егору сама - скажу я. И поверь мне - представлю все так, что он сам вышвырнет тебя за дверь. Ты же не хочешь этого? - сладко и коварно улыбнулся Мир.
   - Скотина! - рыкнула Сабина, зло дернувшись под ним.
   - Она самая, - широко ухмыльнулся мужчина и без дальнейших прелюдий набросился на ее губы. - Ну что, проверим, насколько ты влажная? - хрипло прошептал он, стягивая с ее бедер джинсы и насмешливо глядя в голубые глаза. - Помнишь мое обещание?
   Эта ночь стала воплощением вожделения, похоти, яростной страсти и грязного секса. Как какие-то звери, они рычали, кусались и царапались. Мир заставлял Сабину срывать горло от криков, заставляя ее тело ломиться и мучиться наслаждением, выполняя свое обещание. И вытворял с ней такое, что не укладывалось в голове. Он не слушал возражений и игнорировал любое малейшее сопротивление, что окупалось стократ, когда, в конце концов, девушка лишь блаженно стонала и извивалась под ним от наслаждения и очередного яркого экстаза. Кровать превратилась в поле боя со смятыми и изорванными простынями, сброшенными на пол подушками, да и вся спальня была не лучше - одной постелью Мир не ограничился. Он заставлял забываться и растворяться в себе, заставлял покоряться и смиряться, делая то же самое. И к утру, как он и обещал, Сабина была затрахана так, что по одним только глазам это было видно. Она вырубилась в руках мужчины, едва он уложил ее на кровать после совместного душа. Сжалась в комочек у него под боком и уснула, доверчиво прижавшись.
   А проснувшись к вечеру, оказалась одна. Мир ушел, оставив ей записку, что отправился к Егору за ее вещами.
   В панике Сабина слетела с кровати, невольно поморщившись от того, как болело измученное тело. В спальне стоял насыщенный и приторный запах порочного секса, напомнивший о безумии, что здесь творилось ночью, и о воспоминаниях о котором она покрылась краской стыда, но на губах невольно засияла улыбка.
  
  
  
  ***
  
  
   Перед домом Сабина замерла на месте. Она как ошпаренная летела сюда, нарушая все правила дорожного движения, боясь того, что натворил Мир, но в страхе застыла, как только оказалась на пороге неизбежного и давно назревшего выяснения отношений. Было ужасно стыдно и неловко сейчас идти к Егору и смотреть ему в глаза. Что она скажет и должна ли что-то говорить? Стоит ли оправдываться? Извиниться? Но какие к черту извинения сделают лучше?! Егор любил ее, он дал ей все, о чем только могла мечтать женщина, он окружил ее вниманием и заботой. Он понимал ее, не давил и не требовал ничего взамен своей любви. А она предала его. И разве можно оценить масштаб трагедии и измерить ту боль, что сейчас чувствует этот человек?
   Входная дверь была открыта. На пороге стояла пара чемоданов мужа, которые он наверняка бросил тут же, спеша найти и обнять свою жену. Горечь начала разливаться в душе Сабины, когда она представила себе непонимание и разочарование Егора. Он наверняка начал звонить ей, чтобы узнать, где она и когда будет дома. Но едва достал телефон, как именно в этот момент в дверь наверняка позвонили. И наверняка это был Мир. И наверняка сразу стала понятна причина его появления в их доме.
   Несмело Сабина шагнула в гостиную, замерла на пороге, оценивая обстановку. Друзья стояли по разным углам, сверля друг друга взглядами, пока не перевели их на нее. Девушка моментально кинулась к Егору, протягивая руку к ссадине на его губе и с огромным сожалением глядя в его пустые глаза.
   - Не надо, - остановил ее мужчина, не давая коснуться своего лица.
   Девушка лишь опустила взгляд и кивнула. Она буквально горела в своем стыде сейчас. Все слова и объяснения застряли в горле, спиной она чувствовала пронзительный взгляд Мирослава.
   - Оставь нас, - нарушил тишину Егор, посмотрев холодно на соперника поверх головы жены.
   - Уйди, - требовательно и зло обернулась к Миру Сабина, бросив на него короткий взгляд, когда он попытался возразить.
   Тот поджал тоже разбитые губы и кивнул.
   - Я буду ждать в машине.
   Сабина ничего не ответила на это, лишь проводила взглядом удаляющуюся спину - с этим она разберется потом. Куда важнее сейчас поговорить с мужем.
   - Что он сказал? - не поднимая головы, тихо спросила Сабина, так и стоя перед Егором с опущенными долу глазами и не смея поднять взгляд на его лицо.
   - Правду, которую я и без того знал.
   Девушка невольно удивленно вскинула голову, непонимающе глядя на грустно усмехнувшегося мужа.
   - Думаешь, я идиот? - невесело произнес Егор, обходя ее и приближаясь к бару.
   Он налил себе чего-то крепкого и залпом выпил, поморщившись, когда спирт обжег израненные губы. А после резко замахнулся, разбивая бокал о противоположную стену. Руки сжались в кулаки, и Сабина видела, как напряглось все его тело, когда он попытался контролировать свою ярость.
   - Я с самого начала знал, что так и будет. Он не мог отойти в сторону. Не мог оставить тебя в покое. А ты не могла ему отказать. Никогда, - и он повернул голову в ее сторону, пронзая ее больным взглядом, в котором не было даже упрека, за что Сабине стало еще хуже.
   - Прости.
   А что еще она могла сказать?
   - Знаешь, - невесело усмехнулся мужчина, глядя на барную стойку перед собой, упираясь в нее руками, будто она единственная помогала ему стоять на ногах - настолько опустошенным и обессиленным он выглядел. - Я ведь знал, что случится нечто подобное. Не думал, правда, что так быстро, - горько ухмыльнулся он словно над собственной наивностью, - но знал. Вы любите друг друга. И вы друг друга стоите, - рассмеялся мужчина.
   И смех его был пронизан тоской, болью и пониманием собственного бессилия что-либо изменить.
   - Я не должна была играть с тобой. Не должна была прятаться за твою спину и пользоваться тем, что ты любишь меня, - сглотнув тяжелый комок, что душил и не давал дышать, тихо прошептала Сабина. - Знала, что не стоило просить тебя жениться, или стоило хотя бы все остановить, как я не единожды хотела сделать. Но я действительно уподобилась Миру, позволив себе считать, что могу это сделать - использовать тебя как щит, в своих личных целях, не заботясь о твоих нуждах и чувствах.
   - Сам виноват, - скривился Егор. - Видел все прекрасно, но не мог не понадеяться, что у нас что-то выйдет. Я люблю тебя. Люблю так, как никого и никогда не любил. Сам не ожидал от себя подобных чувств, - покачал головой мужчина. - И тут ты просишь меня стать твоим мужем. Я не мог упустить такой шанс завоевать тебя. Не мог не попытаться стать для тебя кем-то большим, чем просто друг-любовник. И я хотел этого так сильно, что позволил себе увязнуть в этом. Я знал, что ты не любишь меня, всегда понимал, что к чему. Но, как говорят, попытка - не пытка. Ложь! Пытка, и еще какая! Ты стала моей - моей женой, прекратила заставлять меня молчать и сдерживать свои чувства. И это было так сладко, что я позволил себе закрыть глаза на то, что ты все равно с ним. Я убеждал себя, что потерплю, что подожду, когда он снова сделает тебе больно, когда снова растопчет тебя, и ты найдешь утешение в моих объятьях. Я готов был терпеть твою неверность, понимать, что ты была с ним и видеть, что тебе это нравится. Ведь я был уверен, что тем сильнее будет твое разочарование в нем, когда он снова поступит с тобой как делал это всегда. Но я недооценил Мира - он действительно менялся для тебя, - горько усмехался Егор. - И пусть только лишь для тебя, для всех прочих оставаясь таким же, для него это уже было что-то. Он сложный человек, тяжелый в эмоциональном плане, закрытый, и я никогда не думал, что он сдастся-таки тебе.
   - Он не сдался, - грустно усмехнулась Сабина. - Он просто показал свою слабость, но все еще не готов дать помочь себе.
   - Но ты готова быть с ним, уже имея такую малость, - взглянул на нее понимающе Егор, горько улыбаясь.
   - Это не оправдывает того, как больно я сделала тебе, - глядя ему в глаза с мольбой о прощении, прошептала Сабина, подходя нерешительно ближе.
   - Я сам позволил, - хмыкнул криво мужчина, и поморщился, когда она все-таки прикоснулась к его разбитой губе.
   - Я знаю, что мне нет прощения. И все же я прошу его. Я хочу знать, что не сейчас, но когда-нибудь однажды ты сможешь сделать это - простить меня.
   Голос девушки дрожал, она сама вся дрожала. На глазах были слезы, а душа рвалась на клочки - она любила Егора, пусть не как мужчину, но все же глубоко и сильно.
   - Конечно смогу, - выдохнул устало мужчина, мягко привлекая ее к себе и ласково прижимая к себе.
   Сабина отчаянно разрыдалась на его груди, а у него самого на глазах были слезы, которых он не стыдился. Мужчины плачут, кто бы что ни говорил. Плачут, когда им разбивают сердце, плачут, когда теряют близких людей. Плачут, когда отпускают любимых.
   - Не давай ему делать больно. Не позволяй обращаться с собой так, как он делал это прежде. Ты сама можешь теперь вертеть им как хочешь, так пользуйся этим, - горько усмехнулся Егор, заглядывая в глаза Сабина, когда заставил ее посмотреть на себя.
   Он мягко обхватывал ладонями ее лицо, вытирая беспрестанно катившиеся слезы из ее глаз. И словно всматривался в любимые черты, запоминая каждую деталь, которую и без того знал наизусть.
   - Я уеду отсюда. Как и собирался. Я уже купил для нас дом, - горько хмыкнул Егор, прижавшись своим лбом к ее. - Продам к чертям!
   - Не надо, - мягко улыбнулась Сабина, вытирая в ответ его влажные щеки, покрытые щетиной. - У тебя еще будет семья.
   - Я покупал его для тебя. И он будет напоминать только о тебе. Там все сделано, как ты однажды мне рассказывала, мечтая о собственном доме, где будут расти твои дети. Даже детскую оформил в фисташковом цвете, - рассмеялся с болью мужчина, заставляя новую волну слез подступить к глазам Сабины.
   - Мне так жаль. Ты не представляешь, как бы я хотела этого, - честно призналась девушка.
   - Я знаю, - слабо улыбнулся Егор. - Но мы оба жили в иллюзии, которую мечтали превратить в реальность. И за это придется заплатить.
  
  
  ***
  
  
   Егор уехал почти сразу же. А если и возвращался еще в родной город, то лишь по делам, и Сабина не знала об этом. Сам занялся разводом, в кратчайшие сроки добившись его. И все бы хорошо, но осадок на душе остался незабываемым.
   Сабина погрузилась в себя, в свою тоску и стыд. Она напрочь отказалась переехать к Миру, и первое время даже не подпускала к себе, не желая его видеть и слышать. И мужчина позволил ей, дав время пережить этот сложный для нее период. Он понимал, как для нее тяжела эта ситуация и постыден ее поступок. И только это понимание удерживало от напора. И пока девушка приходила в себя, он продолжил заканчивать своими дела.
   Единственное, что все-таки объединяло и связывало их в тот момент, были дети. Им было не до их драм и бед, не до их переживаний. И они привыкли уже к Сабине и хотели с ней общаться. Очень сильно с девушкой сблизилась Катя. После того случая с Миром, она стала ближе к той, кто помогла ей все понять, принять, осознать и простить саму себя за сумасбродство и глупость. Но дети были уже подростками и видели, что что-то происходит. Но не лезли, лишь старались быть рядом и поддерживать, не донимали вопросами, а отвлекали и заставляли приходить в себя.
   И Сабина была искренне благодарна им за это. Она не ожидала от таких юных и неопытных людей подобной внимательности и такта, с которым они вели себя. Несколько недель трое подростков были единственным связующим звеном между Сабиной и Миром. Девушке они как бы между прочим рассказывали о Мире, его делах и всем, что касалось опекуна. Мужчине же почти делали доклад о том, что видели, слышали и даже думали. Он не хотел беспокоить Сабину своим вмешательством, но все же беспокоился за нее, потому и допрашивал - почти буквально - своих подопечных.
   Все резко изменилось, когда у Мира умер отец. Буквально посреди ночи раздался звонок в дверь. На пороге стоял мужчина, с таким потерянным и обескураженным видом, что даже не по себе стало.
   - Отец умер, - только и сказал Мирослав.
   Голос был спокоен, холоден, глаза сухие. Но в общем картина была странной - ему было больно и плохо, и он не знал, как должен правильно реагировать, явно был растерян. С каким-то диким отчаянием мужчина сжал Сабину в руках, когда она подошла к нему. Словно пытался увериться, что она-то жива.
   До самого утра они оба не сомкнули глаз. Лежали на кровати, мужчина отчаянно цеплялся за Сабину, не отпуская ее от себя, боясь потерять то тепло, которое она щедро дарила ему сегодня. Обнимал ее, положив голову ей на живот, а девушка перебирала тонкими пальчиками густые темные волосы. В этот миг Мирослав казался ей настолько ранимым, что дунь - и его не станет. Она понимала, что это лишь миг слабости, что уже через пару часов Мир возьмет себя в руки и наденет маску привычной холодности и равнодушия ко всему и всем. Никому не покажет своей слабости, никому не даст усомниться в том, что его хоть что-то может поколебать или выбить из колеи. В этом был весь Мир - жесткий, бескомпромиссный, отстраненный и холодный. И Сабина любила его и за это в том числе. Ты либо любишь человека, либо нет. И не за что-то, а вопреки всему, необъяснимо.
   Утром мужчина занялся организацией похорон в строчном порядке - вечером у него был самолет в Москву, а утром важная встреча, отложить и перенести которую не было возможности. Да и необходимости тоже - он отвлечется и быстрее придет в норму. Кому-то это могло показаться излишне циничным и жестоким к памяти умершего близкого человека. Но Миру было плевать, кто и что будет думать. А Сабина прекрасно понимала его мотивы, и нисколько не осуждала.
   День как назло выдался мрачным и хмурым. На кладбище была толпа народу, пришедшая выразить дань уважения своему другу, знакомому, начальнику и так далее. Всего пара родственников, с которыми холодный в чувствах мужчина едва ли когда-то общался, занятый лишь делами и только. Мир стоял чуть в стороне, рядом с ним Сабина, держа его за руку, а чуть позади трое детей. Катя плакала, хотя никогда и не знала умершего, но атмосфера просто требовала этого. Даня только носом шмыгал, а Иван был спокоен, но серьезен. Мужчина будто нарочно отстранился от всего и всех, выглядел замкнутым и недружелюбным, так что у многих отпало желание подойти и выразить ему соболезнования. А те, кто все-таки решался, быстро и растерянно что-то мямлили под уничижающим взглядом холодных серых глаз и тут же ретировались.
   - Стервятники, - презрительно тихо прошептал Мирослав, глядя на всю эту толпу людей вокруг могилы. - Половина из них ненавидела отца. Другая боялась.
   - И тому и другому сопутствует уважение, - раздался неожиданно тихий голос за их спинами, и они обернулись к говорившему человеку.
   - Егор, - слабо улыбнулась Сабина.
   Мир тоже скривил губы в подобии улыбки, но отнюдь не потому, что не рад был видеть друга - просто все достало, и сил уже просто не было.
   - Рад, что ты здесь, - пожимая гостю руку, а после крепко обнимая, честно произнес Мир.
   - Я на пару минут. Убедиться, что ты в порядке, - скупо улыбнулся Егор, проницательно глядя на друга.
   - Да что со мной будет, - хмыкнул Мир.
   - Расслабься, - улыбнулся Егор, хлопнув его по плечу. - А то вид такой, будто лично похоронишь здесь и сейчас всех, кто рядом.
   Мужчина старательно избегал смотреть на Сабину, пусть она и пыталась поймать его взгляд. И действительно очень быстро ушел, сказав еще пару фраз, не призванных утешить или поддержать - Егор как никто другой знал, как Мир этого не любит - жалости и сочувствия. Сабина тоже знала, а потому и сама ни слова не сказала на эту тему, не смотрела на него как на умирающего, не бросалась фразами типа 'держись' или 'крепись'. Она просто была рядом, когда это было так необходимо.
   Мир уехал в аэропорт сразу с кладбища, пообещав Сабине, что позвонит, как только сможет. Девушка проводила его грустным взглядом и вернулась домой, забрав к себе детей.
   Атмосфера похоронного настроения никуда не делась с окончанием мероприятия, и весь вечер прошел в непривычной для их компании тишине и подавленности. Усугубляло ситуацию и то, что Мир так и не позвонил. Сабина едва сомкнула глаз ночью, чувствуя смутную тревогу и беспокойство. Сама пыталась звонить, но телефон был выключен. Мир уехал не в самом лучшем состоянии, и она понимала, что он быстро возьмет себя в руки и все наладится. Но также она понимала, что ему куда сложней и тяжелей, чем он мог себе позволить это продемонстрировать всем, ей в том числе. Да, у него были сложные отношения с отцом, но это отнюдь не говорило о том, что он не любил его, не ценил и не дорожил. Наверняка даже, где-то глубоко внутри корил себя за то, что где-то не уступил ему, где-то отказался подчиниться и поддаться. И пусть, возможно, даже не осознавал этого, но именно эти чувства и заставляли его чувствовать себя странно и непонятно.
   Сабина смогла связаться с Миром лишь поздним утром, когда он уже ехал на свою деловую встречу.
   - Извини, я пил почти всю ночь, не хотел ни с кем разговаривать, - несколько напряженно, как показалось девушке, оправдался мужчина в трубку телефона.
   - Ты в порядке? - нахмурившись, спросила она.
   - Да...все хорошо, - с запинкой ответил Мирослав. - Мне пора.
   И отключился.
   Он вернулся через пару дней. В еще более мрачном настроении, как показалось Сабине. Приехал к ней, настойчиво забрал ее и некоторые ее вещи, чтобы она перебралась наконец-таки к нему. Девушка не стала противиться, да и не особо собиралась. Даже где-то радовалась, что он решил за нее, едва ли спросив ее мнение на этот счет, поскольку сама бы еще долго не решалась и трусила. Хотя и не понимала, чего именно боится. У них все наладилось, они вроде как определились с тем, как хотят жить и делать это вместе. Так почему бы нет? Она ведь хотела этого - определенности, обещаний, совместного будущего. И пусть у них был несколько разный взгляд на то, как это должно выглядеть, все равно это было уже что-то.
   - Что с тобой? Ты словно сам не свой, - заметила по дороге к нему Сабина, пристально и внимательно вглядываясь в красивый профиль.
   Мир действительно был хмур и напряжен сверх меры. Словно его что-то тревожило и беспокоило, не давало покоя. И Сабина списала бы это на недавние похороны отца, но чувствовала, что дело в другом.
   - Забей, - отмахнулся Мир.
   Этой ночью он был почти злым с ней. Каким-то отчаянным, а порой щемяще нежным. Словно что-то тревожило его, беспокоило, а потом он вдруг возвращался из своих мрачных мыслей к ней и извинялся за грубость или торопливость.
   Но только утром девушка задумалась над этим, глядя на спящего, уставшего и вымотанного мужчину рядом. В такие моменты он всегда был расслаблен и спокоен. Но сейчас что-то даже во сне не давало ему покоя - словно что-то гложило и терзало.
   Но проходили дни, недели, он ничего ей не говорил, а она не настаивала, зная, что бесполезно, и прекрасно помня, что в прошлом именно на подобных моментах, когда она пыталась залезть к нему в душу против его воли, они и ссорились всегда. Она хорошо выучила этот урок, и просто не навязывалась. И постепенно все сошло на 'нет'. Мир успокоился и пришел в норму, вернулся к своему прежнему состоянию.
  
  
  ***
  
  
   Сабине было странно жить с Миром. Они не походили на семью, но и просто любовниками уже не были. С Егором все было иначе, как-то проще и естественней. А Мир...это Мир. У него все не как у людей. Но вместе с тем это было куда лучше того, что девушка уже попробовала. Она любила этого человека, и он позволял это делать и учился отвечать тем же. Все было странным, но вместе с этим - легким и нормальным. Мир привыкал к тому, что дома его всегда ждут, что ему готовят ужин и встречают с улыбкой. И это чувство кружило голову, он никогда не предполагал, что такие простые вещи, которые прежде раздражали, станут вдруг такими важными и приятными. Забота Сабины пробуждала в нем благодарность и желание что-то делать в ответ. И сейчас, когда он позволял и хотел этой заботы, хотел ее внимания и интереса к себе, это было чем-то особенным, что сближало их. А когда рядом были дети, они вообще походили на настоящую семью.
   Прошло некоторое время, и Сабина окончательно расслабилась и доверилась мужчине. Перестала ждать подвоха и какой-нибудь дикой выходки.
  
  
  
  ***
  
  
   Девушка рассеянно помешивала соус, внимательно слушая, как Иван, перебивая Даню, пытается изложить свою версию сегодняшнего события. Сидя за столом, мальчишки, весело смеясь, пытались во всех подробностях изложить произошедшее, но лишь больше все запутывали. И за ними было просто интересно наблюдать и смеяться над тем, как смеются они. Беззаботность так и плескалась в их глазах и голосе, в их веселье и поддевках друг друга. Рядом сидела Катя, погрузившись в учебник физики, и лишь раздраженно фыркала на них, чтобы угомонились и не мешали ей.
   Раздался звонок в дверь, и Сабина пошла открывать, попросив девочку присмотреть за готовкой. Через пять минут по виду соус уже был готов, и даже начал пригорать, Катя растерянно не знала, что делать. Сдвинув сковороду в сторону, она направилась искать Сабину. Картина, преставшая ее глазам, заставила ее быстро метнуться вперед и встать перед девушкой, злобно и гневно сверля взглядом неожиданного гостя.
   - Неужели и ты здесь? Мир всю шайку сюда доставил? - ехидно и пренебрежительно произнесла неизвестная гостья.
   - Что ты здесь делаешь? - воинственно произнесла Катя, нисколько не смутившись колючего взгляда и презрения в нем.
   Она яростно сверлила глазами стоящую перед ней молодую женщину, не замечая, с каким ошарашенным и непонимающим видом стоит Сабина за ее спиной. Взгляд ее бегал из стороны в сторону, накатывала паника, но она постаралась взять себя в руки.
   - Катя, это правда? - смогла выдохнуть Сабина через минуту, пока девочка и незнакомка сверлили друг друга злобными взглядами. - Она жена Мира?
   Катя бросила убийственный взгляд на хмыкнувшую с превосходством гостью и виновато посмотрела на девушку.
   - Мир просил не говорить, - тихо прошептала Катя. - Сказал, что сам тебе все объяснит и расскажет. И она не жена уже, Сабина. Они развелись с Миром еще месяц назад. Да и не жили вместе уже год, разошлись до того, как он вернулся домой.
   - Что б ты знала! - перебила девочку незнакомка, презрительно хмыкнув.
   - Убирайся отсюда! - почти прорычала Катя, снова обернувшись к ней.
   - И не подумаю, мелкая. Мне нужен Мир. Назрела очень важная беседа, - и с хищной улыбкой она красноречиво положила ладонь на свой пока еще плоский живот.
   Катя не была дурой, прекрасно поняла намек.
   - Она врет! - выкрикнула неверяще девочка, поворачиваясь к грустно усмехающейся Сабине, которая лишь качала головой.
   - Неважно, - тихо произнесла Сабина.
   Действительно неважно, что Мир солгал, не рассказал ей правду, не открылся ей. Неважно, что, оказывается, был женат не так давно. Неважно, что мог вообще не рассказывать об этом. Важным было то, что сейчас сказала эта женщина.
   - Я жду ребенка от Мира.
   Было бы у нее право лгать и обманывать, играть и пытаться чего-то добиться, если бы не было оснований? Не могла просто так бывшая жена заявиться к ним домой и настолько уверенно заявлять о своей беременности, если бы не одно 'но' - она была близка с Миром. И эта близость могла иметь последствия, и даже неважным было то, сказала ли она правду. Важным было то, что Мир снова предал. Обещал ей верность, обещал быть преданным. И вот так просто нарушил свое обещание. Он заставил ее выбирать между гарантированно счастливой жизнью и собой. И она выбрала его, снова доверившись. И он, в очередной раз убедившись, что добился своего, просто забыл о том, что что-то ей обещал. А зачем, если она снова простила? Зачем, если он снова в очередной раз добился того, чего хотел? Понял, что она опять превратилась в ту покорную и ждущую его каждую минуту девушку, которой не нужно так уж много?
   Сабина стояла в коридоре, краем уха слыша голоса, когда Катя ругалась с неожиданной гостьей, как к ней присоединились мальчишки - такие же недовольные и злые, и ничего не слышала и не видела. Как в тумане шагнула внутрь квартиры, села в гостиной на диван, глядя в пустоту. А внутри разливалась боль и горечь, от которой он не так давно избавилась.
   Та самая, что рвала сердце и душу.
   Та самая, что заставляла задыхаться от отчаяния и обиды.
   Та самая, которую Мир так любил причинять ей прежде.
   Та самая, которую - она поверила - этот мужчина больше ей не причинит.
   Но вот снова перехватывает дыхание от этого чувства. Внутри все покрывается ранами, а сердце рвется на кусочки - медленно и мучительно. Приходит осознание собственной глупости и наивности, приходит истерика, когда смех рвется наружу - смех над собственным идиотизмом.
   Она ведь знала!! Знала, что Мир не изменился! Знала, что остался таким же! И все равно повелась, все равно доверилась! Позволила снова приручить себя и сделать больно! Позволила себе понадеяться, позволила себе помечтать и построить новую иллюзию своего долгожданного счастья. И так горько - в очередной раз - ошиблась.
   Дети выпроводили незнакомку и пришли к Сабине. Замерли нерешительно на пороге, видя, как она невольно отвернулась от них, пряча слезы. Каждый неловко опустил взгляд, не зная, что сказать и сделать. Катя нерешительно шагнула к Сабине и тихонько села рядом.
   - Это не правда, - тихо, но убежденно прошептала девочка. - Не может быть правдой! Мир не поступил бы так с тобой!
   И столько веры, столько уверенности и правоты было в ее словах, что Сабина невольно усмехнулась - вот еще одна очарованная душа. Но эта девочка не знает Мира с другой стороны - не благородным, жестоким, эгоистом. Все они трое не видели его таким, каким он был. Для них он стал олицетворением добра и заботы, внимательности и даже любви. Он дал каждому из них новую жизнь, и по-детски наивно они верили, что это не совместимо с подлостью и предательством. И они даже не брали в голову тот факт, что дело даже не в ребенке. Не в нем абсолютно - Сабина едва ли сейчас думала о беременности соперницы. Но не будешь же сейчас объяснять все этим детям, не будешь же заставлять их строить логическую цепочку, которая привела к сегодняшнему событию. Они думают, что все дело в беременности, не зная всех фактов и прошлого этой пары. Не думают сейчас, что дело в измене. Не думают, что предательство причина слез Сабины. Да и разве должны? Они дети, и им рано иметь понятие о подобных вещах - слишком много их еще будет в жизни, чтобы начинать задумываться в столь юном возрасте.
   - Идите обедать, - тихо произнесла Сабина, вытирая слезы и вымучено улыбаясь подросткам, которые как-то виновато смотрели на нее: стыдились, что стали свидетелями подобной картины - она в отчаянии.
   Катя, поняв, что нужно сейчас девушке, настойчиво увела парней из гостиной, оставляя Сабину одну.
   А девушка в ступоре смотрела в стену, утопая в своей боли, что терзала и тело, и душу. Она беззащитно обхватила себя руками, поджав к груди колени, и тихонько пыталась успокоить назревавшую истерику, которая грозила вылиться воем тоски, что отнюдь не хотелось демонстрировать детям, которые затихли на кухне.
   Сабина не знала, сколько времени просидела в одной позе, отрешившись от реальности. Пришла в себя, только когда Катя нерешительно тронула ее за плечо.
   - Я позвонила Миру. Он скоро приедет. А мы пойдем.
   Сабина лишь заторможено кивнула. Девочка открыла было рот, чтобы что-то сказать, но тут же закрыла, не решившись или не став. Слабо улыбнулась Сабине и вышла.
   Буквально через полчаса, входная дверь оповестила об очередном госте. Девушка не видела, но буквально почувствовала, как торопливо мужчина шагнул в комнату, но внезапно нерешительно замер на пороге. Она медленно повернулась к нему с ничего не значащим выражением на лице и всмотрелась в его собственное. Он был зол, взволнован и нервничал. А еще вина была в его глазах. И это как ничто другое ответило на все ее вопросы: все правда, ее не разыграли, не попытались отчаянно вернуть Мира такой вот глупой выходкой.
   - Прости, - сокрушенно прошептал мужчина.
   Он так и стоял на пороге, опустив плечи, руки нервно то сжимались в кулаки, то разжимались. И он вроде рвался к ней, но ее холодный взгляд останавливал.
   - За что ты просишь прощения? За то, что молчал? Или что предал?
   - Что не рассказал правду.
   - Значит, за измену ты не собираешься извиняться? - грустно, но понимающе - знающе - хмыкнула Сабина.
   - Да. То есть нет. Черт! - Мир нервно и зло взлохматил темные волосы обеими руками, отводя взгляд. - Я не уверен в том, что она сказала правду о ребенке.
   - Но ты уверен, что у нее был повод сделать это, так ведь?
   - В этом я тоже не уверен, - поморщился Мир и прошел, наконец, в комнату, осторожно садясь в кресло напротив нее.
   Она враждебно смотрела на его приближение, сведя наряжено брови. На лице были видны следы слез, но к его приходу глаза были уже сухими - она не доставит ему наслаждения своими чувствами.
   - Лика пришла ко мне той ночью, после смерти отца. Мы расстались не самым лучшим образом, чуть меньше года назад. И все это время она не оставляла попыток вернуть меня. Мы поженились, потому что для оформления опеки над детьми, я должен был состоять в браке. Она знала это, когда я предлагал этот фиктивный союз. Мы были давно знакомы, она чем-то напоминала мне самого себя - такая же эгоистка, так же любит пользоваться людскими слабостями. И она казалась идеальным вариантом, потому что не имела на меня никаких видов. К тому же я банально заплатил ей за наш временный брак. Не знаю, в чем причина, но когда дошло до развода, она отказалась выполнить условия нашей сделки. У меня не хватило ума составить брачный контракт, потому все и затянулось на такой долгий срок. А в ту ночь я был жестко пьян! Я ни черта не помню, но утром проснулся с ней в одной постели. Картина более чем красноречивая, - невесело хмыкнул Мир. - Но у меня была ты. И за все время нашего с тобой романа, я ни разу не был с другой женщиной. И даже не было тяги или желания. Ты - все, что я хотел. И потому я очень сильно сомневаюсь, что у нас с ней что-то могло быть.
   - Но ты не помнишь, - протянула Сабина.
   Она не смотрела на мужчину, пока он все это рассказывал, лишь слушала его голос, пронизанный виной и сожалением. Что ж, хотя бы не было равнодушия. Хотя, что толку?
   - Я мог бы соврать. Должен был рассказать тебе, как только вернулся после той поездки домой, но не смог. Я сомневался, что не спал с ней. И не мог признать вину именно поэтому.
   - Думаешь, опьянение тебя оправдывает?
   - Конечно нет, - со вздохом ответил Мирослав. - Но я даже не помню, как впустил ее в квартиру. И слишком хорошо знаю ее методы, чтобы понимать, что она могла все подстроить.
   - Ты хоть представляешь, как сейчас нелепо звучит твое оправдание?
   - Догадываюсь, - кивнул с грустным смешком Мир, виновато опустив голову. - И я знаю, что ты сейчас ужасно зла и обижена. Но пойми, что если я и сделал это, то неосознанно, не специально, не с целью сделать тебе больно. Я просто ошибся, поддался слабости или еще что-то - не знаю! И я хочу...
   - Плевать, что сейчас хочешь ты! - перебила его Сабина злым голосом. - Хочу я - чтобы ты ушел!
   И как ни странно - Мир ушел. Оставил ее одну, как она и просила.
  
  
  ***
  
  
   Мир подошел к своей машине и зло, обессилено и с яростью вбил кулаки в ее крышу. Глаза пылали таким гневом, какого он прежде не испытывал в своей жизни. Он был просто в диком бешенстве - от собственного бессилия с том числе. Но прекрасно знал, что делать.
   Сел в машину и резко сорвался с места, выезжая со двора дома с неприличной скоростью. Глядя на дорогу испепеляющим взглядом, напрочь игнорируя светофоры и сигналы других машины вокруг себя, он гнал вперед, одновременно с этим набирая номер.
   - Где ты? - обманчиво спокойно произнес в трубку мужчина, хотя его буквально сотрясало от злости.
   Он дождался ответа, сбросил звонок и еще сильней вдавил педаль газа в пол.
   Мир буквально ворвался с номер бывшей жены. Лика же спокойно смотрела на него, насмешливо и с вызовом - ее нисколько не испугал его вид и взгляд. Ровно до того момента, как она оказалась прижата за горло к стене, лишенная воздуха и задыхающаяся. Вот тогда ее глаза наполнились ужасом. Вот тогда она испугалась той ярости, которой сияли глаза Мира, когда он медленно сжимал ладонь все сильнее, а она сама начала терять сознание.
   Мужчина отпустил ее резко, отчего она упала на пол, закашлявшись и схватившись за горло.
   - Псих! - прохрипела Лика, поднимая на него испуганное лицо.
   Мир снова поднял ее на ноги, больно толкая к стене и снова сжимая рукой горло, заставляя ее замереть перед собой с широко распахнутыми глазами.
   - Сегодня же ты уезжаешь со мной в Москву, и мы едем к моему врачу, - прорычал мужчина ей в лицо. - И если ты солгала насчет беременности - я убью тебя собственными руками.
   - А если нет? - умудрилась хмыкнуть девушка, коварно улыбаясь даже в такой ситуации, словно имела превосходство.
   - Ты сделаешь аборт.
   - Не сделаю! - взвизгнула Лика.
   - А тебя никто и спрашивать не будет, - прошипел Мир, наклонившись к ней еще ближе. - А будешь дергаться - навсегда лишишься возможности стать матерью. Ты посмела сделать попытку лишить меня самого дорогого и важного в жизни. И теперь твою я превращу в ад - можешь не сомневаться. Думала, я позволю играть собой? Позволю манипулировать и вдруг превращусь в мягкого и послушного, как только ты заикнешься о ребенке? - приторно, но угрожающе оскалился мужчина. - Так вот - ты глубоко ошиблась. Плевать на тебя и то, что носишь в себе! Если носишь! Ты ошиблась, Лика, в своем выборе. И горько за это поплатишься!
   Угроза была серьезной и неприкрытой. Мир не скупился на ярость и злобу, говоря эти слова. И девушка, чью жизнь он сейчас держал в своей руке, прекрасно это понимала. Страх окутал с ног до головы, и она уже пожалела о своем проступке. Явно она слишком плохо знала своего когда-то мужа.
  
  
  ***
  
  
   Когда Мир вернулся домой, Сабины в нем не было. Он и не ожидал иного. В тот же час поехал к ней. Не успел дойти до подъезда, как из него вышел Егор. Они замерли друг напротив друга, и сверлили взглядами, пока Егор не шагнул к нему, грозно сжимая кулаки.
   - Заслужил, - хмыкнул Мир невесело, когда друг врезал ему со всей дури по лицу и даже не попытался остановить его или увернуться.
   - Причем давно, - схватив его за грудки, рыкнул Егор ему в лицо. - Как ты посмел так поступить с ней?! Как?! После того, как клялся мне, что больше не сделаешь ей больно?!
   - Угомонись, - рыкнул тоже уже зло Мир, сбросив с себя его руки. - Не делал я ни черта! Не делал!
   Они сидели на лавочке и разговаривали. Мирослав объяснил другу ситуацию, не скрыв ничего.
   - Ты никогда не мог удержать свой член в штанах! И мы с тобой оба это знаем, так что не надо прикидываться! Так о каких сомнениях может идти речь? - презрительно прошипел Егор, напряженно глядя на Мира рядом.
   - За все это время я ни разу ей не изменил! Всегда был честен и верен ей! - так же раздраженно ответил брюнет.
   - И ты так легко все просрал! - рыкнул Егор. - Она больше не простит тебя! Не даст еще одного шанса. Не в этот раз, - покачала головой мужчина.
   - Думал, тебе даст? - хмыкнул насмешливо Мир. - Поэтому примчался к ней?
   - Увезти хотел снова. Она отказалась, - кивнул друг, потирая лицо.
   - Значит, у меня есть еще один, - произнес задумчиво брюнет, глядя на дверь подъезда.
   - Едва ли, - усмехнулся невесело Егор.
   И Мир впервые сомневался в своей правоте и уверенности. Он помнил глаза Сабины: в них, помимо боли, была еще и обреченность. Окончательно и бесповоротно он сломал ее. Она дала ему удивительный шанс на их общее счастье, который он заслужил и отвоевал. И с такой легкостью потерял его! И пусть он узнал правду, пусть Лика призналась, что ребенок - который все-таки был - был не его: врач подтвердил, что срок совсем маленький, и она никак не могла зачать его в тот день, который назвал Мир. Он все равно потерял Сабину. И ей уже будет все равно, какова правда. Она будет думать лишь о том, что стоит ему вновь напиться, а рядом оказаться какой-то красотке, как он снова будет не уверен в себе. Снова будет сомневаться в собственной натуре, которая все-таки была такова, что они оба имели право сомневаться в его верности. Разве сможет Сабина смириться с этим в нем? Разве мало ей того страха, что живет в нем и с которым она согласилась бороться? Разве мало того, что он и так не идеал мужчины, с которым женщина готова прожить всю жизнь и идти на край света?
   И Мир понимал, что не имеет права требовать этого от Сабины. Не имеет права заставлять ее безосновательно верить себе. Не должен ее снова ломать в угоду личным желаниям. Не должен вновь играть с ней.
   Но Мир всегда был эгоистом. И сейчас его эгоизм проявлялся в том, что он не мог отказаться от единственно любимой женщины даже ради нее самой. Он готов был снова сделать ей больно, не беря в счет ее мнение, чтобы в последний раз доказать ей, что он может сделать ее счастливой. Что он может стать для нее тем, кто будет олицетворять все ее потребности. И он никогда не устанет выбивать у Судьбы очередной шанс на любовь этой девушки.
   И может лишь надеяться, что в этот раз у него получится, и еще один шанс ему уже не понадобится.
  
  
  ***
  
  
   Сабина нехотя пошла к двери, догадываясь, что вернулся Егор. Она не хотела снова видеть его умоляющих прислушаться к нему глаз. Не хотела слышать слов любви, на которую не могла ответить тем же. Она не хотела обижать его очередным 'нет'. Она просто хотела, чтобы ее оставили в покое.
   Но когда Мир уехал, а она вернулась к себе, за эти пару дней так и не побыла в одиночестве, чтобы все переварить, здраво поразмышлять и определиться с тем, как жить и что делать дальше. В первый день к ней приехали Катя с мальчишками. Они-то и сказали, что Мир уехал с Ликой в Москву. Девочка снова принялась горячо уверять Сабину в том, что бывшая жена Мирослава врет о своей беременности.
   - Она ужасная, - вторил ей Иван, ненадолго растеряв свою привычную веселость, и став вдруг задумчивым и серьезным. - Я познакомился с ней, когда Мир рассказал о том, что женится на ней для оформления опеки надо мной. Она расчетливая, холодная и мерзкая. Я видел ее редко - они не жили вместе. Но и пары раз хватило, чтобы начать ненавидеть ее. Она умеет унижать и оскорблять, умеет заставлять тебя чувствовать себя жалким и ненужным, чувствовать себя балластом и всего лишь прихотью. Пара фраз, но ты стоишь перед ней и обтекаешь, чувствуя себя тем самым комком грязи, который она видит перед собой.
   - Мы никогда не рассказывали Миру о том, как она обращалась и общалась с нами - не привыкли жаловаться, - грустно улыбалась Катя. - К тому же, пару раз он обмолвился о том, что как только выкроит время - разведется, ведь опека была оформлена. И больше никого под свое крыло он брать не собирался - итак был многодетным отцом, как называл себя в шутку.
   - Мы не знаем всех подробностей, - продолжил Даня. - Лишь то, что Лика отказалась дать ему развод. У нее всегда была масса причин и поводов отложить или отстрочить его. Мир бесился и злился, и скандал мы однажды застали: не самая приятная вещь - 'злобная Лика', - весело усмехнулся мальчик, вспомнив эту картину.
   Сабина слушала детей и верила, что жена Мира именно такая, какой ее описывают сейчас подростки. Но разве от этого становилось легче? Разве вообще имел значение этот брак, когда суть была в измене, а не в наличии бывшей жены? Но станешь ли говорить об этом детям? Станешь ли раскрывать им свою душу, свое прошлое и называть причины такого своего состояния? Конечно же нет. И Сабина не стала, лишь слушала, как горячо дети говорят о том, что она куда лучше Лики, и что Мир ее любит, и что нет у него никакого ребенка от его бывшей жены - она все врет. И было с одной стороны приятно понимать, что ты нравишься, к тебе привыкли и полюбили, что было полностью взаимно. А с другой - эти разговоры то и дело возвращали ее к болезненным мыслям.
   На следующий день пришла Юля. Сабина пожалела, что проигнорировала ее звонки и заставила тем самым прийти к себе для выяснения ситуации. И уже одно то, что Сабина была не в квартире Мира, которую они делили, и Юля об этом знала, навело подругу на определенные выводы. И весь день Сабина провела, выслушивая ругань, слезы и злость девушки. Что тоже не облегчало положения, ведь никаких оправданий или сомнений поведение Мира в Юле не рождало. А потому лишь сплошной негатив лился с губ девушки солью на раны Сабины. Но взять и выгнать ее она не могла, заставить замолчать и умерить свою злость - тоже.
   И вот сегодня приехал Егор, продолжив паломничество сочувствующих в ее квартиру. Он предлагал увезти ее отсюда, увезти от Мира, пока он снова не вернулся. Опять говорил о том, что любит ее и готов ждать. Что не будет ни на чем настаивать, а просто хочет быть рядом и поддержать ее. Сабина же сказала о том, что больше не позволит себе пользоваться им. Что не хочет повторять ту же ошибку дважды, и он достоин куда большего, чем слепо ждать и надеяться, что возможно однажды она ответит на его чувства взаимностью.
   Перед уходом Егор сказал, что она всегда может передумать и просто позвонить ему и сказать 'забери меня'. И он тут же примчится. Еще предупредил, что завезет чуть позже кое-какие ее документы, что нашел у себя в квартире.
   Поэтому без всякой задней мысли Сабина открыла дверь. Знала бы, что за порогом Мир, даже не сдвинулась бы с места. Она не желала его видеть, не хотела его оправданий, даже просто слышать голос не было никакого желания - слишком хорошо она знала его дар убеждения. Порой казалось, что скажи он, что небо красное, и она поверит ему, а не собственным глазам. Это пугало всегда до чертиков. Но в последнее время Мир не злоупотреблял этим в ее отношении, что отнюдь не исключало того, что он может. И если не ради очередной манипуляции в угоду своего эгоизма, то для чего он сейчас пришел?
   - Уходи, - произнесла Сабина, попытавшись закрыть дверь перед носом гостя.
   - Нет. Я хочу поговорить.
   И тон, каким были сказаны эти слова, подтвердил, что его не волнует ее мнение на этот счет - хочет он, на остальных плевать.
   Сабина горько усмехнулась, глядя, как мужчина заходит, закрывая за собой дверь.
   - Лика не беременна.
   - Плевать, - равнодушно пожала плечами девушка, глядя на него прямо и отстраненно.
   И один этот ее взгляд показал ему всю степень ее отношения к ситуации. Она действительно разбита.
   - И у нас ничего не было, она призналась, - добавил Мир, не надеясь, что это тут же вернет жизнь в глаза любимой девушки.
   Ни тот факт, что другая не ждет от него ребенка, ни тот факт, что у них ничего не было, не имели сейчас значения.
   Значение имело доверие, которое было разрушено раз и навсегда. Попрано самой сутью этого человека. И Мир понимал, что не в нынешней ситуации дело, а в том, какой он в глазах Сабины.
   - Уходи, - снова холодно повторила девушка, отворачиваясь от него.
   - Нет, - жестко припечатал Мир, заставив ее остановиться.
   Она медленно повернулась к нему, глядя в его глаза. На губах начала появляться понимающая улыбка, превратившаяся в истерический смех, который несколько обескуражил мужчину.
   - Что еще ты от меня хочешь?! - смех резко превратился в дикий крик боли, а из глаз брызнули слезы. - Что?! Ты уничтожил меня, разбил вдребезги!! И тебе мало?! Что же еще утолит твою самовлюбленность?! Что еще заставит тебя быть довольным собой!?
   - Прекрати истерику! - рыкнул Мир, хватая ее за плечи и чуть встряхивая. - Я не хочу делать и не хотел делать тебе больно! Не хотел приводить к подобному! Перестань видеть во мне монстра! Мне не нужны твои страдания и боль! Не нужны! Я люблю тебя! Люблю! И я не намерено обидел тебя! Я не хотел!
   - А мне уже плевать, - тихо прошептала Сабина, глядя на него снизу вверх. - Я не хочу тебя больше видеть. Уйди же, - зарыдала обессилено она, повиснув в его руках. - Оставь меня! Не приходи больше! Ты и так уничтожил меня! От меня ничего не осталось, ничего!
   Она рыдала и рыдала, сотрясаясь всем телом от плача в его руках, а он крепко прижимал ее к себе, стискивая зубы, чтобы самому не заплакать. А хотелось. Впервые в жизни слезы просились наружу. Он сам чувствовал сейчас всю ту боль, в которой сгорала любимая женщина. Ощущал, словно только прикосновением она передала ему все свои эмоции. Сжимал в руках ее дрожащее тело и впервые был бессилен - перед собой в первую очередь. А ведь он обещал Егору, что уйдет, не станет и дальше ломать Сабину, если у него не выйдет. И нарушил обещание - не первое и, как думалось, не последнее. Он знал, что сволочь, знал, что собой представляет, прекрасно понимал, каким его видят люди и что едва ли ошибаются в своем мнении о нем. И ему всегда было плевать. Всегда было все равно. Но не сейчас, когда его так отчаянно прогоняли. Никогда прежде в голосе девушки не было столько боли и отчаяния. Никогда она не была такой пустой - злой, обиженной, униженной - да. Но не пустой настолько, что глаза походили на мертвые. И Мир сейчас смотрел в них, и лично наблюдал, как медленно гаснет в них последний уголек. А после Сабина вдруг обмякает в его руках, теряя сознание.
  
  
  ***
  
  
   Сабина очнулась в больничной палате только на следующий день. В руке была капельница, а на краю кровати - Мир, спавший, прижавшись щекой к ее ладошке. Пальцы занемели от тяжести, и девушка невольно шевельнула ими, что мгновенно разбудило чутко спящего мужчину.
   - Что случилось? - хриплым со сна голосом, прошептала девушка, сбрасывая с себя остатки мутного и не здорового сна.
   - Ты потеряла сознание. Я привез тебя в больницу. Нервное истощение, - пояснил Мирослав, потирая собственное лицо. - Прости, это я виноват.
   - От этого не легче, - отстраненно прошептала Сабина, отворачивая от него лицо.
   Она действительно была истощена, слабость сдавливала все тело, и даже говорить было сложно. Голова кружилась, во рту было сухо, а перед глазами то и дело мутнело. Но мысли были самой нормальной частью ее, поэтому она прекрасно помнила причину своего 'нервного истощения'.
   - Уходи, - тихо добавила девушка, повернувшись к Миру спиной и поджав к груди колени.
   Она не хотела его видеть, слушать его оправдания и требования. Ей еще нужно собрать себя из тех осколков, в которые этот мужчина снова ее превратил одним взмахом руки - легко и просто, как у него всегда выходило причинять боль. И все равно было, на то, что кое-что изменилось. Все равно было, что он не сделал это специально. Что просто ошибся. Но такова его суть, его жизнь - специально или случайно, но все, что он дарил ей - боль и разочарование. Пора признать это - с этим мужчиной она не будет счастлива. Станет ли он стараться, станет ли меняться - итог один. Видно, жизнь в очередной раз дала ей понять, что им не по пути. Так что она готова уже смириться с тем, что им не быть вместе. И теперь дело не в том, что он не любил ее - любил. Не в том дело, что боялся - не боялся. Не в том дело, что не менялся в своем отношении к ней - менялся. А в том, что это ничего не меняет - ну не судьба им быть рядом! Не судьба!
   - Я не дам тебе уйти, даже если захочешь, - начал говорить тихо Мир, а на глазах Сабины снова заблестели слезы. - Не дам оттолкнуть себя. Я сделаю все, чтобы ты научилась верить мне и доверять снова. Не бояться, что уходя, я могу не вернуться. Я сделаю все, чтобы ты была счастлива. Ты, - он мягко заставил ее повернуться на спину, вытирая слезы с ее личика и ласково глядя на нее, - и наш малыш, - и его ладонь легла на ее живот. - Если ты не веришь мне, просто дай время. Я не прошу ничего больше - только время. Возможность показать тебе - вам - что вы нужны мне. Что больше я не дам ничему помешать нашему счастью. Я не готов был отказаться просто от тебя, и тем более не откажусь от вас. Назови меня эгоистом, назови поддонком и тираном, но я не отпущу тебя. Не теперь так точно.
   Сабина неверяще смотрела на него, как он плачет, как слезы текут по его щекам, и душу щемило от того, сколько боли, тоски и мольбы было в обычно холодных серых глазах. Тепло, которым они светились, словно изменило это красивое лицо, сделав его мягче.
   Рассеяно девушка положила свою ладошку поверх его на своем животе, не до конца еще осознав его слова о своей беременности.
   - Я жду ребенка? - тихо растерянно прошептала Сабина.
   - И даже не одного, - хмыкнул Мир, заставив ее ошарашено посмотреть на себя.
   - Но как? У меня ведь были...
   - Врач сказал, что подобное бывает, - пожал плечами мужчина, объясняя ей феном ее физиологии с удивившей ее неловкостью. - Честно сказать, я мало что понял в его словах, но сути это не меняет - ты беременна. Почти семь недель. И их там двое. Это наши дети, Сабина. И я не оставлю их, хотя едва ли представляю себя отцом, - растерянно хмыкнул Мир. - И я не оставлю тебя. Я не буду давить, не буду просить. Мне просто нужно время, - он предельно серьезно смотрел в ее глаза, в которых плескались неверие, удивление, попытки осознать его слова и принять факт своего положения.
   - Я...я не знаю, - так и не придя в себя от количества всего, что вдруг навалилось на нее, прошептала Сабина, чувствуя под ладонью руку Мира, которая слегка дрожала. - Я не уверена...я...
   - Отдохни, - мягко улыбнулся мужчина, наклоняясь к ее лицу и невинно касаясь губами ее лба. - И постарайся просто не думать.
   С губ Сабины слетел истеричный смешок, в глазах сверкнула безуминка, но она слабо кивнула и снова повернулась на бок к нему спиной, кладя обе ладони на свой живот. Взгляд был потерянным и все еще удивленным. Не думать?! Серьезно?!
  
  
  
  Эпилог
  
  
   Картина перед глазами была именно такой, какая однажды мелькнула в воображении Сабины - Мир с младенцем на руках. И вид у него был не то что растерянный - пришибленный, и это мягко сказано. Он смотрел на сверток в своих руках и даже не шевелился, почти не дышал. С ребенка на руках, он переводил такой же дикий взгляд на другого в колыбели рядом. Так и крутил головой туда-сюда уже несколько минут.
   - Болван, - закатила глаза Катя, заставив Сабину рядом хмыкнуть.
   Они стояли на пороге детской и наблюдали за знакомством Мира с его детьми. Рядом с мужчиной стоял Иван, который и вручил ему младенца. Подросток умилительно сюсюкая с малышом и с насмешкой поглядывал на абсолютно не знающего что делать взрослого мужика. С тем же сюсюканьем над колыбелью нависал Даня, занятый другим ребенком.
   Сабина была дома уже три дня, а ее муж только сегодня решился появиться там же. Откровенно трусил, в чем и признался, когда позвонил в роддом и сказал, что пропустит выписку. Признаться честно, тогда Сабина разозлилась и взбесилась не на шутку. Еще не пришедшие в порядок гормоны только усилили все ее эмоции и чувства. Она плакала и вместе с тем ругалась, как сапожник, вышагивая по палате из угла в угол, зло сверкая глазами и посылая на голову супруга все кары небесные.
   Но сейчас смотрела и лишь улыбалась нежно и ласково, с любовью глядя на своих мужчин: Мира, Ивана, Даню и двух сыновей - Егора и Костю. Второй был назван в честь деда по линии отца. Ну а первый...
   - Болван, - повторил слова Кати Егор, подошедший к ним и ставший за спиной девушек.
   - Я все слышал, - бросил на них грозный взгляд Мир, тут же вернув непонимающий на личико Егора-младшего.
   Катя только язык Миру показала, скривив личико, после развернулась и ушла в гостиную.
   - Ты счастлива? - тихо прошептал друг, посмотрев на профиль Сабины.
   Девушка обернулась к нему с ласковой улыбкой и глазами, полными ответа на его вопрос. Молча шагнула к мужу, забирая ребенка из уже наверняка онемевших рук. Мужчина почти облечено выдохнул, глядя на нее с благодарностью, на что Егор откровенно рассмеялся, стоя в дверях.
   - Я на тебя посмотрю, когда ты станешь отцом, - проворчал Мирослав.
   - У меня с этим нет проблем, - хмыкнул мужчина, в доказательство, подходя к колыбели и беря на руки второго младенца под завистливым взглядом друга.
   - Вот как у вас всех так получается?! - возмутился брюнет, глядя на всех вокруг со смесью раздражения и непонимания, даже ноткой злости.
   - Ты слишком зациклен на своем страхе. Он и не дает тебе вести себя так же, - понимающе произнес Егор, ласково целуя крохотные пальчики в своей руке и косясь на Мирослава. - Расслабься и наслаждайся - все просто.
   Мир только губы поджал. Легко им говорить, а у него все трусится внутри!
   Только вечером Сабина осталась с мужем наедине, выпроводив всех гостей. Нашла она Мира в детской. Тот склонился над одной из колыбелей, и задумчиво смотрела на своего сына. Девушка тихо подошла к нему и коснулась его плеча рукой. Мир повернул голову в ее сторону.
   - Думаешь, у меня получится? - со страхом и неуверенностью, так ему не свойственными, прошептал мужчина, пытливо глядя на жену.
   - У тебя получилось завоевать меня. Получится завоевать и их, - улыбнулась Сабина.
   - Пф, сравнила, - фыркнул Мир, снова посмотрев на ребенка. - Всего-то и нужен был отличный секс.
   Он тут же рассмеялся, заработав болезненный тычок от супруги под ребра, которая возмущенно округлила глаза.
   - Болван, - обижено буркнула девушка, резко разворачиваясь.
   С тихим смехом Мир остановил ее, прижав к себе, обхватив руками за плечи. Губами коснулся макушки перед носом и довольно вздохнул, когда Сабина откинулась ему на грудь, запрокидывая голову и глядя в его глаза.
   - А что, разве не секс? - продолжил валять дурака Мир, глядя на нее со смешинками в глазах, но очень серьезной озабоченностью данным вопросом на лице.
   Сабина только фыркнула снова, закатив глаза. Мир - такой...Мир!
  
  
  Конец!
  
  P.S
   ДА!!!
   Я сделала это!!!
   Дописала-таки этот роман!!!
   Не думала, что когда-то закончу, если честно, но закончила. А все благодаря Вам, мои читатели!! Ваши отзывы о коротком отрывке, выложенном в группе ВКонтакте последний раз, очень вдохновили и воодушевили меня!!! И отдельное спасибо основательнице этой группы - Линаре!!! Ведь без нее это не было бы возможным!
   Немыслимо переоценить ее вклад в мое творчество! Ее 'пинки', ее подбадривания и поддержка, банальная отправка мне Ваших комментариев - очень много для меня значат!
   Линочка, люблю тебя!!!!
  
  
   Pavlova Sandra.
Оценка: 6.00*3  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"