С конца 1980-х - начала 90-х народ не жил, а выживал. За исключением окраин бСССР, где драка за власть привела к локальным войнам, люди боролись за существование не в жесткой форме, не в вооруженной борьбе. (Речь также не тех, кто подался в рекетиры и бандиты.) Осваивали способы самообеспечения, независимые от власти. Протестовать по поводу ущемлений призрачных или не особо важных свобод было некогда. Свободы слова и печати по сравнению с советской эпохой стало все-таки побольше, свободы избирать тоже, казалось, побольше. Даже об этом бывший советский человек еще недавно не мог и мечтать.
Во власть и в бизнес пёрли родственники бывших партократов и те же новые русские бандюки, но основную часть граждан это не особо волновало, поскольку мало кого задевало лично. Большинство постепенно "забило" на выборы.
И уже Ельцин, а потом в полной мере Путин, пользуясь общественно-=политической апатией, начали постепенно отщипывать от свобод по кусочку. Дабы эту апатию усилить и повернуть себе на пользу. Место диалога и конкуренции власти с оппозицией заняли в телевизоре бодрые репортажи о незаурядных способностях альфа-премьер-президента в воздухе, на море и на суше.
Предвыборные дебаты партия власти и ее так называемый кандидат, а по сути назначенец в президенты демонстративно игнорировали. Вернее сказать - нагло игнорировали. (Такая демонстрация - один из признаков выборного мухлежа.) Репортажи о действиях оппозиции сводились к сообщениям о разгонах и задержаниях участников немногочисленных акций протеста.
Но в основном неугодных на местах заставляли примолкнуть без шума и громких процессов - мелким пряником и кнутом. Предоставлением хорошей должности и увольнением или угрозой увольнения, зеленой дорогой мелкому бизнесу и препонами ему же. Ростом пенсий и немедленным инфляционным отъемом их прироста.
Параллельно из телевизора нам рассказывали о нехороших и страшных временах. Рассказывали не потому, что заботились о просвещении народа, о знании им своей истории. Историю по-прежнему перекраивал всяк, кому не лень. (Яркий пример: как в свое время Иван Грозный с Петром Первым при Сталине, так и Сталин при Путине превратился из тирана в эффективного менеджера.) С рассказами теми в сознание подданных потихоньку и ненавязчиво проникали и оседали в нем страхи перемен к худшему, возврата в лихие 90-е и, не дай бог, в период кровавых потрясений первой половины XX века.
И вот уже основной проблемой, которая встала перед людьми, пожелавшими заменить наконец жуликов и лгунов и заявить о своем желании, выйдя на площадь, была проблема угадать: будет буза или бойня или обойдется без нее. Отсидеться или рискнуть.
Если вдуматься, нас потихоньку, исподволь запугали. И даже в речах начальских стали проскальзывать откровенные самодовольные оговорки о том, кем они считают граждан, - быдлом.
Параллельно все громче звучат речи тех, кто отстаивает свое право жить совершенно независимо от властей, а думающих иначе считает баранами (тоже быдлом, значит). Либо баранами холуйствующими (тех, кто одобряет власти), либо баранами, которых оппозиционеры - сами козлиное рыльце в пушку - ведут на бойню во имя чуждых самим баранам корыстных интересов.
Дескать, не ходи на бойню, а займись делом, как мы. Неча пенять на коммунальщиков, лучше подмети улицу, если грязно, или прибери в лифте, если нагажено.
Забывают уважаемые о том, что у каждого небездельника есть своя работа, свое дело, и, занимаясь чужим - лифтами, он доведет своё до состояния лифта. Не говоря уже о том, что коммунальщики получают зарплату, которую им платят жильцы.
Так вот и дума и правительство, законодательная и исполнительная власть, получают от нас зарплату. Делать их дело я не намерен, а желаю уволить коммунальщиков-бездельников либо проворовавшихся и нанять более способных и расторопных. Всего лишь уволить - не казнить.
Так чего бояться, спрашивается. Если народ не хочет крови, ее и не будет. Власть имущие боятся потрясений не меньше простых граждан - им больше терять. Они сильно зависят не только от народа, но и от заграницы, а время железного занавеса миновало. Северокорейский вариант не для России. Путь полной самоизоляции всегда был ей чужд и не привлекал даже большевиков. А мы знаем, как поступают с иными экс-диктаторами, лечившими свои народы кровопусканием и впоследствии осевшими в других странах. (Даже Пиночету, антикоммунисту, пришлось несладко.)
Говоришь, что все наместники ворюги?..
Бродский иронизировал немного в другом контексте, но мне ворюга милей, чем кровопийца, тем и только тем, что ворюгу можно и припугнуть отсидкой, и заставить трястись, когда ворует. Или хотя бы вынудить воровать меньше да с оглядкой.