Петраков Игорь Александрович: другие произведения.

Аннотированная Алиса, ознакомительный фрагмент

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Фрагмент моей 520-страничной "Аннотированной Алисы", включающей в себя перевод сказок Кэрролла и комментарий к ним.


   ИЛЛЮСТРАЦИИ КЭРРОЛЛА
  
   0x01 graphic
   Алиса со своей сестрой
  
   0x01 graphic
   Алиса и ключик от дверцы
  
   0x01 graphic
   Алиса и Белый Кролик
  
  
  
   0x01 graphic
   Алиса в домике Белого Кролика
  
   0x01 graphic
   Билл вылетает в трубу
  
   0x01 graphic
   Билл и другие сказочные персонажи
  
   0x01 graphic
   Огромный щенок
  
   0x01 graphic
   Гусеница, курившая кальян
  
   0x01 graphic
   Скажи-ка, дядя..
  
   0x01 graphic
   Алиса и Голубка
  
   0x01 graphic
   Королевский крокет
  
   0x01 graphic
   Королева червей
  
   0x01 graphic
  
   0x01 graphic
  
   0x01 graphic
  
   АЛИСА В СТРАНЕ ЧУДЕС
  
      -- ПРЕДИСЛОВИЯ ПЕРЕВОДЧИКОВ.
  
   Три статьи сопровождают академическое издание "Алисы..." в переводе Н. Демуровой. Первая - "обоснование текста", в ней Демурова рассказывает об истории публикации "Алисы в стране чудес" и "Алисы в зазеркалье". Здесь приводится история первой "Алисы", отпечатанной издательством Макмиллана в типографии "Оксфорд Юниверсити Пресс", а также ее переизданий в 1866 - 1867 годах. Отмечено, что издание 1897 г., в которое вошли обе сказки Кэрролла, считается каноническим текстом, оно воспроизводилось в академическом издании "Оксфордской серии английского романа". Также отмечено, что в основу издания положен и труд М. Гарднера "Аннотированная Алиса".
   Вторая - "О переводе стихов". Здесь Н. Демурова рассказывает о том, что перевод стихотворений из "Алисы в стране чудес" и "Алисы в зазеркалье" был осуществлен разными авторами. Н. Демурова отмечает, что переводы стихов в издании осуществлены С. Я. Маршаком, Д. Г. Орловской и О. А. Седаковой. С. Я. Маршаку принадлежат переводы стихотворений "Папа Вильям", "Морская кадриль", "Шалтай-Болтай" в тексте самих сказок. Д. Г. Орловской принадлежат переводы стихотворений в тексте обеих сказок Кэролла: "Июльский полдень золотой", "Цап-царап сказал мышке", "Лупите своего сынка", "Дитя с безоблачным челом", "Бармаглот", "Раз Труляля и Траляля", "Морж и плотник", "Зимой, когда белы поля", "Вел за корону.. бой со Львом Единорог", "Сидящий на стене", "Королева Алиса на праздник зовет", "Загадка Белой Королевы", "Ах, какой был яркий день". О. Л. Седаковой принадлежат переводы стихов в тексте сказок: "Как дорожит своим хвостом", "Еда вечерняя", "Ты мигаешь, филин мой", "Дама Червей", "Колыбельная", а также стихотворные переводы в комментарии Гарднера и "Приложениях".
   Третья - "От редакции". Редакция отмечает, что это издание является академическим. Помимо самих сказок, в него включены комментарии М. Гарднера из книги "Аннотированная Алиса". Однако в комментарии Гарднера внесены некоторые сокращения: они касаются объяснений редких английских слов, ныне не понятных даже англичанам, но переданных в переводе, объяснений английских острот и каламбуров, параллельных мест, из документов, цитируемых в статьях Честертона, Де ла Мара и др., деталей, экранизаций и театральных постановок "Алисы в Стране чудес" в Соединенных Штатах "и пр." Заметим, что в настоящем издании читатель сможет найти более частое обращение к подробному комментарию Мартина Гарднера и освещение мест, по какой-либо причине не затронутых в академическом издании "Алисы". Также мы предложим Вам два разных перевода главы "Оса в парике".
   В статье "От редакции" указывалось и на то, что в книге имеется раздел "Дополнения". В него были выделены работы известных писателей и ученых, комментирующих различные стороны личности и творчества Кэрролла. Среди них - такие представители английской художественной литературы, как Г. К. Честертон, Вирджиния Вулф, Уолтер Де ла Map.
   Существовал и раздел "Приложения", куда, помимо статьи H. M. Демуровой о месте Кэрролла в английской литературе XIX в., была включена ее статья "О некоторых принципах перевода сказок Кэрролла". Все названные статьи и работы, приведенные в академическом издании, будут цитироваться в настоящем исследовании.
   В предисловии к изданию 1911 г. в пер. А. Н. Рождественской (1908-1909) рассказано о том, что отличительной особенностью книги Кэрролла является большое остроумие и юмор, свойственный, прежде всего, детям. По словам автора, юмор, которым проникнуты эти сказки, "совершенно чужд обыденности, и потому, что в этом юморе отразились, далеко не всем доступные и понятные, детская логика и детская фантазия".
   Также отмечено, что иллюстрации в издании воспроизведены по акварельным и черным рисункам известного английского художника Чарльза Робинзона, "украшающим лучшее, роскошное лондонское издание повести-сказки Кэрролла".
   В оригинальном переводе Б. Заходера нашлось место для открывающей сказку "Главы никакой". В ней писатель признается, что хотел назвать произведение на свой манер - например, так: "Аленка в Вообразилии". Или "Аля в Удивляндии". Или "Алька в Чепухании". Ну уж, наконец: "Алиска в Расчудесии".
   Б. Заходер по-своему рассказывает о том, как появилась эта известная сказка: "Да, именно Алиса потребовала во время лодочной прогулки от своего знакомого, мистера Доджсона, чтобы он рассказал ей и ее сестрам интересную сказку. И чтобы в этой сказке было побольше веселой чепухи. И видно, эта Алиса была такая девочка, которой очень трудно было отказать, потому что мистер Доджсон, хотя и был профессором математики (честное слово!) и к тому же в этот день уже сильно устал, -- послушался. Он начал рассказывать сказку о приключениях одной девочки, которую тоже почему-то звали Алисой".
   Б. Заходер говорит о том, что не раз перечитывал "Алису". И даже выучил английский для того, чтобы перевести ее. И решил приступить к переводу после того, как прочел письмо Льюиса Кэрролла театральному режиссеру, где писатель говорил об Алисе так: " .. и еще -- учтивая: вежливая и приветливая со всеми, с великими и малыми, с могучими и смешными, с королями и червяками, словно ты сама -- королевская дочь в шитом золотом наряде. И еще -- доверчивая, готовая поверить в самую невозможную небыль и принять ее с безграничным доверием мечтательницы; и, наконец, -- любопытная, отчаянно любопытная".
   Автор поясняет, что в книге встретятся всевозможные ископаемые: например. Короли и Герцогини, Графы и эрлы, Лакеи и, наконец, птица Додо, она же ископаемый Дронт. Чтобы читателю понять, что это за существа, Б. Заходер советует внимательно читать примечания.
   Ю. Нестеренко в своем предисловии замечает, что его прежде всего интересовала сама по себе задача перевода книги, в которой столь многое основано на каламбурах и стихах. Ю. Нестеренко говорит о сложностях перевода каламбуров и стихов. Оба ряда он стремился переводить близко к английскому тексту, не позволяя себе вольностей, характерных для других переводчиков, которые просто брали известное русское стихотворение и пародировали его. Или выдумывали собственные каламбуры, не имеющие ничего общего с оригиналом.
   "Я по возможности точно перевел все стихи Кэрролла, а заодно и все тексты, которые он пародировал (они приводятся в примечаниях)", - замечаетЮ. Нестеренко. Также в предисловии Нестеренко есть несколько "технических моментов", касающихся особенностей перевода. Так, вслед за русскими переводчиками, он меняет пол таких персонажей как Мышь, Гусеница и Соня, которые у Кэрролла были джентльменами.
   М. Блехман в статье "Моя Алиса" рассказывает историю своего русского перевода Алисы. Причем рассказывает в подробностях - например, говорит, что переводил сказку в уме, гуляя с маленькой дочкой после обеда. А затем проверял фразы и слова из сказки на своем дите - если тому нравился перевод, он включался в итоговую редакцию. Так, дочери Оле понравилась фраза "Куда запропастился мой кот?" "Она ходила по квартире, мудро подняв сложенные щепоткой пальцы правой руки (признак, я думаю, неординарности момента) и, понимающе улыбаясь, повторяла: "Куда запропастился мой кот?" Она смаковала слово "запропастился" - в сочетании со словом "кот" оно для неё было совершенно великолепным". Когда перевод был готов, автор отнес его на работу, где его перепечатали не один раз на машинке ( видимо, персональных компьютеров тогда еще не было ).
   В предисловии О. Забужко к украинскому переводу В. Корниенко есть несколько ценных наблюдений о прототипе героини - Алисе Лиддель. Она предстает довольно веселой девочкой. "Хоч Аліса и була дівчинкою безперечно чемною і добре вчилася в школі, и слухняно завчала напам'ять десятки неймовірно нудних та повчальних віршиків із шкільної читанки, - проте вона не вельми любила довго сидіти на одному місці".
  
      -- ВСТУПИТЕЛЬНОЕ СТИХОТВОРЕНИЕ
  
   В этом вступлении Кэрролл вспоминает "золотой полдень" в 1862 году, летнюю лодочную прогулку с тремя сестрами Лиддель. Первая" - это старшая из сестер Лидделл, Лорина Шарлота тринадцати лет. "Вторая" - десятилетняя Алиса Плэзнс, а "Третья" - восьмилетняя Эдит. По словам Н. Демуровой, самому Кэрроллу в то время было тридцать лет.
  
   0x01 graphic
  
   Классическим считается перевод Д. Орловской - Н. Демуровой "Июльский полдень золотой", который мы здесь приведем полностью:
  
   Июльский полдень золотой
   Сияет так светло,
   В неловких маленьких руках
   Упрямится весло,
   И нас теченьем далеко
   От дома унесло.
  
   Безжалостные!
   В жаркий день,
   В такой сонливый час,
   Когда бы только подремать,
   Не размыкая глаз,
   Вы требуете, чтобы я
   Придумывал рассказ.
  
   И Первая велит начать
   Его без промедленья,
   Вторая просит: "Поглупей
   Пусть будут приключенья".
   А Третья прерывает нас
   Сто раз в одно мгновенье.
  
   Но вот настала тишина,
   И, будто бы во сне,
   Неслышно девочка идет
   По сказочной стране
   И видит множество чудес
   В подземной глубине.
  
   Но ключ фантазии иссяк -
   Не бьет его струя.
   - Конец я после расскажу,
   Даю вам слово я!
   - Настало после! - мне кричит
   Компания моя.
  
   И тянется неспешно нить
   Моей волшебной сказки,
   К закату дело, наконец,
   Доходит до развязки.
   Идем домой. Вечерний луч
   Смягчил дневные краски.
  
   Алиса, сказку детских дней
   Храни до седины
   В том тайнике, где ты хранишь
   Младенческие сны,
   Как странник бережет цветок
   Далекой стороны..
  
   В переводе Н. Рождественской в начальных строфах стихотворения создается прямо-таки завораживающая картина: озеро, лодка, плеск весла.. Перечитайте этот перевод, и Вы словно почувствуете атмосферу этого июльского дня . Впрочем, как в переводе Рождественской, так и в переводе Орловской, неудачно передан авторский пассаж о том, что "завтра" уже настало. Рождественская в этом случае использует лексему "потом":
  
   Когда ж говорил я: - Потом вам докончу,
   Ведь начал рассказ я давно,
   С веселым мне смехом они отвечали:
   - Потом? Да пришло уж оно!
  
   В переводе А. Щербакова соблюдены все необходимые признаки летнего лодочного путешествия: зной, вода, три героини, молящих о сказке.. Но и в переводе Щербакова слова о том, что "завтра" уже настало, переданы неуклюже:
  
   Но вот истощен вдохновенья родник,
   Он стал полувысохшим ложем.
   Устал я, и просит мой бедный язык:
   "Давайте на после отложим".
   "Какое там после! Сейчас же и здесь!"
   Кричит в упоении хор этот весь
  
   В первом четверостишии рифмы довольно банальны, фразы знакомы - "вдохновенья родник", "мой бедный язык" звучат двусмысленно. В стремлении следовать буквальному переводу Щербаков, складывается такое впечатление, тоже упускает возможности, которые есть у русского переводчика.
   В. Орел просто игнорирует этот фрагмент с шутливым ответом девочек, заменяя его авторскими размышлениями. Так же поступает Л. Яхнин. В первом четверостишии он еще придерживается буквального перевода. Затем Л. Яхнин по-своему интерпретирует просьбы девочек:
  
   Все трое просят поскорей
   Рассказать им сказку.
   Одной-смешней, другой-страшней,
   А третья скорчила гримаску-
   Ей нужно сказку постранней.
   Какую выбрать краску?
  
   Итак, в целом стихотворение Л. Яхнина далеко от буквального перевода. В него автор вкладывает свое личное отношение к героине и свои собственные философские размышления.
   Перевод Б. Балтера гораздо ближе к оригиналу. Дословно переведены реплики каждой из трех девочек, как и восклицание "Потом - уже сейчас", которое на русском языке звучит слегка нелепо.
   В переводе А. Кононенко фрагмент с "потом" опущен. Зато есть новые подробности летней лодочной прогулки, которые не найдешь у Кэрролла:
  
   С азартом налегли на весла
   Детские ручонки.
   Теченье пытались победить
   Тщетно три сестрёнки.
  
   Здесь возникает ассоциация с бедными "Тремя сестрами", которые жили на дне колодца и ели мармелад. Кроме того, девочкам приписывается несвойственный им азарт.
   В переводе Ю. Нестеренко бедному рассказчику не позавидуешь:
  
   Но долго тянется рассказ,
   Иссяк фантазий клад.
   "Докончу в следующий раз", -
   Уставший молвить рад.
   "А следующий раз - сейчас!" -
   Три голоса кричат.
  
   Любопытен украинский перевод В. Корниенко "Червневий південь золотий". Реплики девочек звучат очень весело. Речевая характеристика их выразительна, как сказали бы лингвисты. Особенно выделяется третья героиня, которая "нетерпляча" и "перебивает".
  
   І квапить Перша: "Не барись!
   Розкажеш казку! Згода ?"
   А Друга: "Щоб у казці тій
   Були чудні пригоди!"
   А Третя всіх перебива,
   Бо нетерпляча зроду
  
      -- КРОЛИК ПОЯВЛЯЕТСЯ
  
   В оригинале сказка начинается так: "Alice was beginning to get very tired of sitting by her sister on the bank, and of having nothing to do: once or twice she had peeped into the book her sister was reading".
   По мнению Т. Ушаковой, get tired of - буквально можно перевести "стать усталым от чего-либо", или "устать", однако традиционно оно переводится такими словами, как "надоело", "наскучило" ( так у Н. Демуровой ). Слова "...of sitting, ... nothing to do" переводятся как "... устала от сидения, ... ничегонеделания", "to peep (into, through, out, on...), a peep" - интересное английское слово, которое означает "быстро взглянуть (быстрый взгляд) украдкой, подсмотреть" и одновременно "впервые появиться, проявиться показаться (первое появление)".
   В третьем абзаце появляется "to pop" (down, up, in). "Изначально это слово - звукоподражательное, обозначает быстрый резкий звук ("хлоп", "бух"), однако оно обозначает и быстрое резкое движение (появление или пропадание). pop down - буквально: "быстро, резко скрыться вниз"" ( Т. Ушакова ). Н.М.Демурова переводит словом "юркнуть", А.Щербаков - "шмыгнуть", Ю.Нестеренко - "нырнуть", А.Кононенко - "влететь". В переводе Н.Старилова: Алиса увидела, как кролик "... лезет в большую кроличью нору под изгородью. Алиса тут же полезла вслед за ним..."
   В первых четырех абзацах можно выделить 4 "обыгрываемых" переводчиками мотива:
   1. Алисе скучно читать сестрину книгу без картинок.
   2. Алисе жарко, от жары ее клонит в сон.
   3. Появляется Белый Кролик, который мало что приговаривает, так и еще достает из кармана часы.
   4. Кролик "юркает" в нору, Алиса устремляется следом.
   В нашем переводе, помимо сказочных, можно обнаружить "реалии" студенческой жизни. Так, Лариса пересчитывает купюры, оставшиеся у нее после обеда в студенческой столовой. Это является и указанием на время действия - после обеда, вероятно, после третьей или четвертой "пары". Кроме того, в нашем переводе Ларисе не просто жарко - она чувствует приближение грозы: "На небо набегли тучи, воду несучи" ( еще одна лингвистическая шутка ). Вместо Белого Кролика появляется .. Андреев, который, впрочем, тоже юркает в нору.
   В переводах Н. Демуровой, Набокова и Рождественской кролик одет в жилет. "Кролик вдруг вынул часы из жилетного кармана и, взглянув на них, помчался дальше, Алиса вскочила на ноги. Ее тут осенило: ведь никогда раньше она не видела кролика с часами, да еще с жилетным карманом в придачу!"
   Отдельная тема - цветы, из которых Алиса хотела сплести венок.
   Это маргаритки в переводе Рождественской ( "стоит ли вставать, идти за маргаритками и рвать их, чтобы сплести из них венок, или нет?" ), Заходера ("неплохо бы сплести венок из маргариток" ), Ю. Нестеренко ("способно ли удовольствие от плетения гирлянды из маргариток перевесить нежелание вставать и собирать маргаритки" ), Н. Старилова ( "оправдает ли удовольствие от плетение венка из маргариток тяготы, связанные с вставанием на ноги и собиранием цветов" ) и О. Хасланского, ромашки в переводе Набокова ("Только что принялась она рассуждать про себя, стоит ли встать, чтобы набрать ромашек и свить них цепь, как вдруг, откуда ни возьмись, пробежал мимо нее Белый Кролик с розовыми глазами" ), В. Орла ("Может быть, встать, нарвать ромашек и сплести венок" ) и А. Кононенко ( " .. она придумала, чем бы заняться: нарвать себе ромашек и сплести из них венок. Однако Алиса почувствовала, что совершенно разомлела на солнце" ). Так и в переводе М. Блехмана ( "может быть, сплести венок из ромашек, - но ведь для этого же надо встава-ать..." ).
   В переводе Л. Яхнина речь идет об одуванчиках ("Сплести, что ли, венок? Но для этого надо подняться. Пойти. Нарвать. Одуванчиков" ), как и в переводе А. Флоря ( "сплести венок из одуванчиков" ). Здесь надо заметить, что у Кэрролла речь идет исключительно о маргаритках.
   У кроличьей норы есть тоже особые приметы. Большинство переводчиков считает, что она находится у изгороди. В. Орел называет ее "забором" ( "увидела, как он шмыгнул под забор, в здоровенную кроличью нору" ). А. Кононенко утверждает, что этот забор был в саду, где и находилась Алиса ("Она пробежала за кроликом через весь сад и в его конце, под забором, увидела огромную нору" ), в то время, как большинство переводчиков считают, что Алиса просто промчалась за Кроликом через некое "поле".
   Владимир Набоков указывает, что рядом растет шиповник ( "в большую нору под шиповником", - при этом нельзя не вспомнить его стихотворение "Расстрел" - "и весь в черемухе овраг!" ). О том же пишет А. Флорь. Борис Заходер уточняет - это "колючая изгородь". М. Блехман - "живая изгородь".
   У Кэрролла не уточняется, какой именно была изгородь ( ограда, "хэдж" ). Переводчики здесь "додумали", что она была "живой".
  
      -- АЛИСА ПАДАЕТ В КРОЛИЧЬЮ НОРУ
  
   Итак, Алиса оказывается в кроличьей норе. Что же происходит затем? По словам автора, the rabbit-hole ... dipped suddenly down - буквально: Нора неожиданно нырнула вниз. И в следующий момент Алиса обнаружила вот что: "before she found herself falling down a very deep well" - что она падает в глубокий колодец.
   Видимо, колодец слишком глубок, потому что падение, увы, продолжается. Алиса смотрит по сторонам. И берет с полочки банку с вареньем - She took down a jar from one of the shelves as she passed... - Буквально: "Она сняла банку с одной из полок, когда она пролетала мимо". На варенье написано "Апельсиновое" ( в пер. Демуровой ). В завершении эпизода Алиса думает по-английски: "...after such a fall as this I shall think nothing of tumbling down stairs!" - буквально: "После такого падения, как это, я не придам абсолютно никакого значения падению с лестницы".
   В этом эпизоде нас заинтересуют три момента:
   1. Что увидела Алиса на стенах колодца?
   2. Каким было варенье, которое она взяла?
   3. Какой именно будут считать теперь Алису дома, по ее мнению?
   В переводе Н. Демуровой стены колодца были уставлены шкафами и книжными полками; кое-где висели на гвоздиках картины и карты.
   В переводе Рождественской к этим "реалиям" добавляются полки с посудой. В переводе Набокова речь идет не о "картинах", а о "картинках", очевидно, предназначенных специально для Алисы и таких детей как она. У Б. Заходера также упоминаются "картинки".
   А. Щербаков называет среди увиденного Алисой "буфетные полки", очевидно, памятуя о том, что как раз на них и водятся банки с вареньем.
   В. Орел уточняет, что Алиса увидела .. кастрюли и сковородки ( что напоминает нам о сказке Корнея Ивановича Чуковского "Федорино горе" ). Он же считает, что вокруг были не просто картины, а почему-то портреты ( наверное, как в повести Н. Гоголя ). Ему вторит и А. Кононенко ( " .. она заметила там и сям развешенные на торчавших из стен огрызках корней старинные морские карты и какие-то портреты. И все это медленно проплывало мимо Алисы вверх. Она словно не падала, а погружалась в морскую бездну" ).
   А. Флорь полагает, что Алиса увидела .. наглядные пособия из школы.
   У Демуровой, Л. Яхнина и Бориса Заходера Алиса берет с полки апельсиновое варенье. В переводе Рождественской и Старилова - "Апельсинный мармелад"; причем баночка пуста. У Набокова Аня берет банку с надписью "Клубничное варенье", она тоже оказывается пустой. В переводах А. Щербакова, О. Хаслаского и Б. Балтера речь идет об "апельсиновом джеме". В. Орел считает, что Алиса взяла баночку с надписью "Клюква в сахаре". У А. Флоря Алиса берет не банку, а коробку с надписью "Апельсиновые и лимонные дольки", тоже пустую.
   У М. Блехмана "Алиска взяла со встречной полки банку, на которой была наклейка "Апельсиновое повидло"".
   Теперь рассмотрим, как изменяется мнение Алисы о себе самой во время этого падения. Какой она видит себя теперь?
   Н. Демурова считает, что дома Алису назовут .. смелой девочкой. (
   "А наши решат, что я ужасно смелая. Да свались я хоть с крыши, я бы и то не пикнула" ). Так же думает Рождественская ( "И дома меня, наверное, будут считать очень смелой" ), Б. Балтер (" .. после такого полета вниз что для меня упасть с лестницы! Теперь я буду такая смелая!" ) и Н. Старилов.
   Набоков считает Аню настолько храброй, что домашние могут только диву даваться ("Однако, - подумала Аня, - после такого испытания мне ни чуточки не покажется страшным полететь кувырком с лестницы! Как дома будут дивиться моей храбрости! Что лестница! Если бы я даже с крыши грохнулась, и тогда б я не пикнула!" ). В. Орел тоже называет ее "храброй". Ему вторят Ю. Нестеренко и О. Хаслаский. И даже Г. Бушина ( "Якою хороброю будуть вважати мене всі вдома!" ) и В.Корниенко ("Ото вдома дивуватимуться, яка я хоробра!" )
   Борис Заходер считает, что дома Алису только похвалят (" .. теперь я не заплачу, если полечу с лестницы! Дома скажут: вот молодчина" ). По мнению А. Щербакова, Алису наградят эпитетом "отважная" ("Пускай все говорят: "Какая она отважная!" - думала Алиса"). По мнению М. Блехмана, дома ей "все позавидуют".
   А. Кононенко считает, что после такого падения Алиса может прыгать с парашютом, не раздумывая.
   Мартин Гарднер заметил, что "в главе 8 своего романа "Сильви и Бруно" Кэрролл описывает сложности, связанные с чаепитием в падающем доме, а также в доме, который едет вниз с равномерно возрастающим ускорением, в известном смысле предвосхищая знаменитый "мысленный эксперимент", в котором Эйнштейн использовал воображаемый падающий лифт для того, чтобы объяснить некоторые аспекты теории относительности".
   То есть парадокс, основанный на совмещении бытовой детали - варенья или чая, и связанных с ним обычных действий героев - с необычными обстоятельствами, в которых они оказывались ( в данном случае - свободное падение ), интересовал Кэрролла.
  
      -- АЛИСА РАЗМЫШЛЯЕТ О АНТИПОДАХ
  
   Пока Алиса падает, она размышляет. В следующем эпизоде сказки нас будут интересовать два момента:
      -- Как Алиса оценивает расстояние, которое она преодолела.
      -- Где Алиса, как она думает, окажется после того, как она пролетит насквозь землю и каких существ она там встретит?
   Кэрролл дает недвусмысленные ответы на оба вопроса. Он говорит о том, что Алиса думает, что преодолела уже четыре тысячи миль и приблизилась .. к центру земли. В самом деле, согласно примечаниям к интерактивной образовательной программе "Мир Алисы" (Изд-во "Комтех", 1997) радиус земли составляет 4000 миль или 6370 километров (английская миля равна 1609 метрам). На второй вопрос Кэрролл отвечает, что Алиса думает встретить на обратной стороне земли ( см. альбом группы "Смысловые галлюцинации" ) антипатий, людей ходящих вниз головой. По ее мнению, они обитают в Австралии и Новой Зеландии.
   Н. Демурова переводит оба фрагмента близко к тексту. Она упоминает четыре тысячи миль и "антипатий" ( "Вылезаю - а люди вниз головой! Как их там зовут?.. Антипатии, кажется" ).
   В переводе Рождественской речь идет также о четырех тысячах миль и об "антипатиях". Рождественская также говорит о том, что Алиса должна встретить на обратной стороне земли некую даму ( "Скажите, пожалуйста, сударыня, Новая Зеландия это или Австралия?" - спрошу я у какой-нибудь дамы" )
   Владимир Набоков переводит английские мили в русские версты, и его Аня говорит - "я уже приближаюсь к центру земли. Это, значит, будет приблизительно шесть тысяч верст". Борис Заходер переводит мили в километры, его Алиса говорит - "уже где-нибудь около центра земли! Ну да: как раз тысяч шесть километров или что-то в этом роде..." ( так же поступает Блехман ).
   В переводе А. Щербакова речь также идет о милях. А существ, которых Алиса предполагает встретить на другой стороне земли ( см. по этому поводу песню О. Митяева "Чужая война" ), зовут "антипантами" ( чуть ли не эмигрантами ).
   В переводе В. Орла Алиса и вовсе забывает, в чем измеряется расстояние до центра земли - "Наверно, я уже в центре Земли. Это ужас как далеко,- четыре тысячи этих... забыла, как их зовут". Насчет существ, которые там обитают, она тоже не уверена - "Как же их зовут? Антипупы, что ли? Или Лилитупы?" ( см. по этому поводу роман Свифта "Путешествие Гулливера", где Гулливер попадает в страну лилипутов ).
   В переводе Л. Яхнина Алиса забывает точное расстояние ("Каких-нибудь сколько-то тысяч километров" ), а существ, обитающих на другой стороне земли ( см. по этому поводу мой стихотворный сборник "Другая сторона" ) зовут "анти-под-нами" ( непереводимая языковая игра ).
   В переводе Б. Балтера появляются "антипаты", в переводе А. Кононенко, который также говорит о шести тысячах километрах, - "антиподы". У Нестеренко, О. Хасланского и Старилова существа называются также "антипатиями", у А. Флоря - "антипадами". В украинском переводе Бушиной их зовут "антипудами" ( "серед людей, які ходять догори ногами! Антипуди, чи як там їх" ).
  
      -- "ЕДЯТ ЛИ КОШКИ МОШЕК?"
  
   В этом эпизоде падение Алисы продолжается. На сей раз она вспоминает о своей кошке Дине. Здесь нас будут интересовать два момента в русских переводах.
   1. Как Алиса проявляет свою заботу о Дине, задумываясь о том, накормят ли ее кошку.
   2. Как переводится игра слов из фразы "Do cats eat bats? ... Do bats eat cats?" - "Едят ли кошки летучих мышей? Едят ли летучие мыши кошек?"
   Во-первых, Н. Демурова переводит at tea-time ( во время чая ), как "полдник", чем приближает перевод к пониманию русского читателя.
   "Надеюсь, они не забудут в полдник налить ей молочка", - думает Алиса в ее переводе. Ей вторит М. Блехман ( "Хоть бы не забыли ей молока дать на полдник" ).
   Владимир Набоков переводит это словосочетание буквально ("Сегодня вечером Дина, верно, будет скучать без меня". (Дина была кошка.) "Надеюсь, что во время чая не забудут налить ей молока в блюдце".).
   Так же поступает Ю. Нестеренко ("Надеюсь, они не забудут налить ей молока, когда придет время пить чай!" ). Ему вторит Ю. Старилов ("Надеюсь, они не забудут налить ей в блюдце молока, когда сядут пить чай" ).
   В переводе В. Орла "полдник" превращается в .. ужин. "Кто теперь даст ей молочка на ужин?!" - задумывается Алиса. В переводе А. Кононенко также речь идет об ужине ( ""Надеюсь, ей не забыли за ужином налить молока в блюдце" ).
   В переводе Балтера время вечернего чая обозначено как "файв-о-клок" ( "Хоть бы не забыли про ее блюдечко с молоком к файв-о-клоку" ).
   В большинстве переводов встречаются фразы "Едят ли кошки летучих мышей? Едят ли мышки летучих кошек?" ( так у О. Хасланского ).
   Н.М.Демурова заменила "летучих мышей" мошками во имя сохранения рифмы. Получилось знаменитое - "Едят ли кошки мошек? Едят ли мошки кошек?"
   А. Флорь не отступает от перевода Демуровой и спрашивает:
   "Кушают кошки летучих мышат?" и "Кушают кошки летучих мушат?"
   Владимир Набоков сохраняет "летучих мышей" в переводе. Его Аня сначала думает: "Кошки на крыше, летучие мыши"... А потом слова путаются и выходит: "летучие кошки, мыши на крыше".
   Борис Заходер, очевидно, знакомый с переводом Демуровой, соединяет в одном предложении мышек и мошек и кошек и "летучих мышек".
   "-- Скушает кошка летучую мышку?
   А иногда у нее получалось:
   -- Скушает мышка летучую мошку?"
   В переводе А. Щербакова
   "- По вкусу ли кошке летучие мышки?
   А иногда и наоборот:
   - По вкусу ли мышке летучие кошки?"
   У Л. Яхнина языковая игра построена на "обыгрывании" омофонов ( одинаково звучащих слов ) - "летучие" - "ли, тучи ли" - "Мыши летучие. Мыши ли, тучи ли..." И сама себя спрашивала: "Летят ли тучи кошек? Едят ли коши тучек?"
   Также Л. Яхнин добавляет такую "игру" - "И уже видела сон, будто идет она с кошкой под мышкой. Или с мышкой под кошкой?" Здесь комический эффект возникает благодаря многозначности формы слова ( "под мышкой" ). В нашем переводе Лариса видит сон, как будто она идет с кошкой и мышкой по Велико-Трнову, причем мышка - "дебелая".
   В переводе Б. Балтера Алиса задается философским вопросом: "едят ли нелетучие кошки летучих мышей?"
   В переводе А. Кононеко: "Едят ли кошки летучих мышек? А иногда получалось что-то вроде: "Едят ли мышки летучих кошек? " ( любопытно, что в этом переводе Дина получает такую характеристику - "Ну все-таки, Дина, признавайся, ты когда-нибудь пробовала летучих мышей? " В ответ Дина только хитро облизывалась, щекоча усами Алису". Картина получается довольно яркая ).
   В украинском переводе В. Корниенко:
   " Чи їдять коти кротів?.."
   Часом виходило щось таке:
   "Чи їдять кроти котів?..""
  
      -- ДЛИННАЯ КОМНАТА и ДВЕРЦА в САД.
  
   Впереди - очередные два вопроса, на которые мы должны ответить при рассмотрении эпизода, когда Алиса, после того, как упала на кучу хвороста, последовала за Белым Кроликом по коридору и оказалась в длинном зале с свисающими с потолка плафонами ( напоминающего аудиторию 207 на филологическом факультете ОмГПУ ). Она берет со стеклянного столика золотой ключик, отпирает дверцу и видит сад.. После чего жалеет, что она не умеет складываться, как подзорная труба.
   Итак, попробуем ответить на следующие вопросы:
      -- Что говорил Белый Кролик, после того, как достиг поворота?
      -- Каким образом охарактеризован увиденный Алисой сад?
   В буквальном переводе Белый Кролик говорит - "Ох, мои уши и бакенбарды, как я опаздываю!" В переводе Демуровой - "Ах, мои усики! Ах, мои ушки! Как я опаздываю!" И в других переводах "бакенбарды" нередко заменяются "усами". "Клянусь усами, я опоздаю! Клянусь ушами!" - повторяет Кролик у Б. Балтера. В переводе Н. Старилова - "Клянусь ушами и усами, слишком поздно!"
   В пересказе А. Флоря: "Как я опаздываю! Как я опаздываю! Что будет с моими ушами, то есть усами, то есть ..."
   В. Орел сохраняет, впрочем, бакенбардики ( "- Ушки мои, ушки! Бакенбарды мои, бакенбардики! Опоздал!" ).
   В переводе Яхнина Белый Кролик думает .. о своей голове. "Ой, опаздываю! Эх, пропадай моя головушка!" Так же в переводе Корниенко:
   "Ох, бідні мої вушка! Мої вусики! Як же я запізнююсь".
   Н. Демурова считает, что Алиса увидела сад "удивительной красоты". С яркими цветочными клумбами и прохладными фонтанами. В переводе Рождественской в "чудном саду", который увидела Алиса, также есть клумбы с яркими цветами.
   В переводе Набокова перед нами - "чудеснейший сад", с высокими нежными цветами и прохладными светлыми фонтанами ( у Рождественской сад тоже - светлый ). В переводе Б. Заходера Алиса видит "самый чудесный сад, какой вы только можете представить" ( в буквальном переводе - "самый красивый сад из тех, что вы когда-либо видели" ).
   В переводе В. Орла за проходом размером не больше мышиной ( в других переводах - крысиной ) норы Алиса видит "самый чудесный сад на свете" и мечтает в нем "побродить вокруг зеленых клумб, посидеть около шумного фонтана". То есть, по мысли Орла, фонтан - большой, производящий значительный шум.
   В переводе А. Кононенко сад этот - просто "неописуемой красоты", и растут в нем "прекрасные цветы" ( см. песню Бориса Гребенщикова - "А в городе том сад, все травы да цветы.." ).
   В переводе Блехмана сад - тоже "красивый". "До чего же ей захотелось выбраться из полутёмного зала и погулять среди клумб с диковинными цветами и журчащих фонтанов". Переводчик создает умиротворенную, безмятежную картину тихого сада, где слышно лишь журчание фонтанов.
   По мнению А. Флоря, Алиса видит роскошный сад - "с огромными пышными цветами и серебристыми фонтанами". Здесь переводчик подчеркивает какое-то необыкновенное богатство сада, его роскошь. Фонтаны - "серебристые", что вызывает ассоциацию с драгоценным металлом.
   По мнению Г. Бушиной, Алиса видит "гарний сад". И ей "хотілося вибратися з цього похмурого залу і поблукати серед он тих пишних квітників і прохолодних фонтанів".
  
   Большинство переводчиков говорят о дверце пятнадцати дюймов высотой. Некоторые уточняют, что она была высотой не больше чем в сорок сантиметров.
  
      -- АЛИСА ОБНАРУЖИВАЕТ ПУЗЫРЕК с ЯРЛЫКОМ "ВЫПЕЙ МЕНЯ".
  
   Алиса возвращается к стеклянному столику и находит на нем пузырек с ярлычком, привязанным к горлышку, на котором написано "Выпей меня". Алиса на секунду задумывается - нет ли где также надписи "яд"? Не найдя ее, Алиса решительно осушает пузырек.
   Попробуем ответить еще на два вопроса:
      -- Какие простые правила, о которых вспоминает героиня, нарушали дети в русских переводах Алисы?
      -- Что напоминал напиток на вкус?
   Н. Демурова называет эти простые правила:
   - если слишком долго держать в руках раскаленную докрасна кочергу, в конце концов обожжешься;
   - если поглубже полоснуть по пальцу ножом, из пальца обычно идет кровь;
   - если разом осушить пузырек с пометкой "Яд!", рано или поздно почти наверняка почувствуешь недомогание.
   Любопытен перевод А. Рождественской - "не следует пить из пузырька, на котором написано "яд", потому что от этого очень заболеешь".
   В переводе Б. Заходера - "если выпьешь слишком много из бутылки, на которой нарисованы череп и кости и написано "Яд!", то почти наверняка тебе не поздоровится".
   В переводе А. Щербакова - "если много выпить из пузырька, помеченного "яд", почти наверняка рано или поздно почувствуешь себя несколько хуже".
   сли будешь держать слишком долго кочергу за раскаленный докрасна кончик, то обожжешь руку", - предупреждает В. Набоков.сли долго держаться за раскаленный утюг, то можно обжечься.. Если попилить палец пилой, то из него пойдет кровь", - напоминает В. Орел -последнее наблюдение из жизни .. столяров.
   сли чересчур долго держать руку в огне, то КОГДА-НИБУДЬ появятся волдыри", - замечает А. Флорь.
   Что касается вкуса напитка, то здесь Демурова переводит близко к тексту (смешанный букет вишневого-пирога, заварного крема, ананаса, жареной индейки, тянучки и горячего тоста ). По мнению Демуровой, напиток чем-то напоминал вишневый пирог с кремом, ананас, жареную индейку, сливочную помадку и горячие гренки с маслом.
   По словам Демуровой, это яркий пример соединения несоединимого, одного из основных приемов нонсенса.
   В переводе Рождественской - "печенье, ананас и поджаренные тартинки с маслом". Тартинки -одна из разновидностей бутербродов. "Они должны быть маленькими -- "на один зуб". Основой для тартинок может быть мелко нарезанный (кружочками, квадратиками, треугольниками) ржаной или белый хлеб, кусочки нарезанного рогалика, крекеры. В отличие от других видов бутербродов тартинки гарнируются одним видом гарнира. Основу тартинки намазывают тонко сливочным маслом и наверх кладут то, что есть под руками: кусочки колбасы, ветчины, отварного или тушёного мяса, сыра, сваренного вкрутую яйца, рыбы, сельди и всевозможные пасты".
   В переводе Л. Яхнина речь идет о поджаренных в масле хлебцах.
   У Набокова героиня чувствует еще и вкус сливочного мороженого.
   У А. Щербакова - сливочного крема.
   У Б. Заходера - омлета.
   У В. Орла и Н. Старилова - ирисок ( у Ю. Нестеренко - просто "конфет" ).
   У А. Кононенко - леденцов и свежевыпеченных булок.
   В некоторых переводах речь также идет о заварном креме.
   А. Кононенко считает, что Алиса имеет представление о русском фольклоре и "в свое время достаточно наслушалась чудесненьких поучительных рассказиков о детишках, которые попадали в лапы Бармалея, Бабы Яги и прочей нечисти".
   В пересказе А. Флора Алиса знает истории о детях, на которых нападали Серые, Черные женщины, Черные Принцы, привидения. Очевидно, речь идет об "страшных" историях, распространенных в детском фольклоре 70 - 80 годов прошлого века, о которых скандально известный писатель Э. Успенский написал свою книгу "Красная рука, зеленая простыня, желтые пальцы".
   Также отметим, что в переводе Демуровой Алиса возвращается к столику, "смутно надеясь" найти на нем ключ, half hoping - буквально: "наполовину надеясь". ( Т. Ушакова ). В переводе А.Кононенко: "В ее душе теплилась слабая надежда..." На самом деле в английском языке слово "half" не так уж строго делит вещи пополам, как и в русском языке.
  
      -- АЛИСА РАЗДОСАДОВАНА, НО ВСКОРЕ НАХОДИТ ПИРОЖОК С НАДПИСЬЮ "СЪЕШЬ МЕНЯ".
  
   Алиса уменьшается , и уже готовится пройти в маленькую дверцу, как вдруг замечает, что забыла ключик на стеклянном столике. Алиса принимается плакать. При этом она уговаривает себя "сию же минуту перестать". Под столом Алиса находит маленькую стеклянную коробочку. В ней находится пирожок с надписью "Съешь меня". Алиса ест пирожок, но пока не изменяется в размере, хотя и задается вопросом:
   "Which way? Which way?" Посмотрите, как это восклицание Алисы перевели другие переводчики: В.Набоков: "В какую сторону, в какую?"; А.Щербаков: "Ну и как?"; Ю.Нестеренко: "Вверх или вниз? Вверх или вниз?". Также можно перевести как "Куда расту? Куда расту?" или "Что теперь будет? Что теперь будет?" В связи с последним переводом можно вспомнить знаменитую фразу Вороны, отведавшей отворотного зелья, из мультфильма про приключения домовенка Кузьки ( "Кузя - маленький тролль. Он живет в большом доме" ), задумавшейся над такой темой - "Куда хочу, туда лечу! Куда хочу? Куда лечу?"
   "Если я и дальше буду так уменьшаться, -говорит Алиса в переводе Н. Демуровой, - я могу и вовсе исчезнуть.. как свечка!" В нашем переводе Лариса при этом обращается - риторически - к неким "девочкам". Исследователи считают, что здесь автор имеет в виду представительниц прекрасного пола из 53 группы филологического факультета ОмГПУ.
   Русские переводчики почти одинаково переводят эпизод с пламенем свечи, очевидно, находя эту метафору очень уместной.. "И она попыталась вообразить, на что похоже пламя свечи, когда свеча погасла, но это ей не удалось, -- ведь, к счастью, ей этого никогда не приходилось видеть", - пишет Б. Заходер. В переводе А. Кононенко Алиса "попыталась представить себе пламя сгоревшей свечки, но так и не смогла". В переводе Блехмана Алиса пытается представить себе "задутое пламя свечи - она ведь раньше видела только горящее".
   "Как выглядит пламя догоревшей и потухшей свечи, Алиса припомнить не сумела, ибо никогда ничего подобного не видела, и некоторое время она просто пыталась вообразить себе это зрелище", - пишет А. Щербаков. Оба перевода напоминают нам рассказ Владимира Набокова "Подлец", в котором герой в ночь накануне дуэли ( " .. красивое слово - дуэль!" ) пытался представить себе небытие.
  
   В строках о том, что Алиса любила быть двумя девочками сразу, Демуровой слышатся отзвуки темы двойника, излюбленной темы романтиков. "Трудно сказать, в какой степени Кэрролл был знаком с произведениями отечественных или, скажем, немецких романтиков начала века. Однако он знал произведения Джорджа Макдоналда, со сказочными повестями которого в сказках об Алисе есть немало точек соприкосновения". Также мы не будем утверждать, что Кэрролл был знаком с романтическим творением русского писателя Чаянова о приключениях графа Бутурлина.
   "Эта странная девочка очень любила воображать, что в ней живут два человека", - подтверждает и А. Рождественская. В переводе Л. Яхнина:
   "Эта странная девочка просто обожала сама себя раздваивать, становиться двумя девочками одновременно".
   В переводе О. Хасланского Алиса к себе относится строго: "иногда она устраивала себе такие выволочки, что доводила себя до слез, а однажды как-то надавала сама себе по щекам за то, что пыталась сама себя надуть, играя сама с собой в крокет".
   В переводе В. Орла обычное для русских переводчиков замечание об игре в крокет ("одного разу намагалася нам'яти собі вуха за те, що обдурила сама себе, граючи за двох в крокету" в переводе О. Бушиной ) меняется на .. классики ("Однажды она сама себе надрала уши за то, что сама себя обжулила в классики" ), а героиня называет себя "Рева - корова". В пересказе А. Флоря - на бильярд ( "Как-то она поставила себя в угол за то, что сжулила, играя в бильярд сама с собой" ).
  
      -- "БЕДНЫЕ НОЖКИ".
  
   После того, как Алиса съела пирожок, она принимается расти - "раздвигается как подзорная труба". "Чем дальше, тем страннее!" - восклицает Алиса. Ее ножки стремительно уносятся вниз. Теперь они так далеки от нее, что Алисе приходит на ум мысль посылать им ботинки с посыльным. Алиса думает, какая надпись будет на посылке, отправленной собственным ножкам. Тем временем возвращается Белый Кролик, в одной руке он держит пару лайковых перчаток, а в другой - большой веер. Он бормочет: "Что скажет Герцогиня?" Алиса пытается обратиться к нему. Но Кролик подпрыгивает, роняет перчатки и веер и тут же исчезает в темноте.
   Нас будут интересовать три момента в русских переводах:
      -- Как именно переведена первая фраза второй главы?
      -- Что бормочет Кролик?
      -- Как выглядит надпись на посылке в разных переводах?
   Первую фразу переводили так:
   "Все страньше и страньше" ( пер. Н. Демуровой, а вслед за ней и Ю. Нестеренко );
   "Господи! что же это такое?" ( пер. А. Рождественской );
   "Чем дальнее, тем странше!" ( пер. В. Набокова );
   "Ой, все чудесится и чудесится!" ( пер. Б. Заходера );
   "Все необычайшей и необычайшей!" ( пер. А. Щербакова );
   "Необычаянная история! Я ростю!" ( пер. В. Орла );
   "Ой, заначиналось! Опять заначиналось!" ( пер. Л. Яхнина );
   "Все более и более интереснее!" ( пер. Б. Балтера );
   "Чем дальчее, тем хужее и хужее!" ( пер. А. Кононенко );
   "Странновее! Странновее!" ( пер. Н. Старилова );
   "Чем дальнейшей, тем страннейшей!" ( пер. О. Хасланского );
   "Все более и более удивительнее!" ( пер. А. Флоря );
   "Вот так чудо! Не чудо, а чудище!" ( пер. М. Блехмана );
   "Все більш дивніше і більш дивніше" ( пер. Г. Бушиной );
   "Все дивасніше й дивасніше!" ( пер. В. Корниенко ).
   Все переводы интересны, и все в определенной степени передают изумление главной героини от того, что она выросла
   Очень похожи ряд переводов надписи на посылке. В переводе Н. Демуровой:
   "Каминный Коврик
   (что возле Каминной Решетки)
   Госпоже
   Правой Ноге
   - С приветом от Алисы"
   В нашем переводе:
   "Село Верблюжье
   Паркетного уезда"
   Наш перевод выполнен под впечатлением от перевода Набокова:
   "ГОСПОЖЕ ПРАВОЙ НОГЕ АНИНОЙ
   Город Коврик
   Паркетная губерния".
   В переводе А. Рождественской:
   "Милостивой государыне, правой ноге Алисы.
   Посылаю вам предкаминный коврик, чтобы вам было теплее.
   Сердечный привет от Алисы"".
   В переводе Заходера надпись на посылке выглядит так:
   "АЛИСИН ДОМ
   ул. Ковровая Дорожка (с доставкой на пол)".
   В переводе А. Щербакова тоже упоминается прикаминный коврик:
   "Леди Правой Алисиной Ноге
   Коврик у камина".
   ( в украинском переводе - "пани"; "Пані правій нозі Аліси" ).
   В. Орел упоминает "коврик на полу". По мнению Л. Яхнина, на посылке следует написать:
   "Где-то в районе Пола,
   в области Коврика,
   два шага влево".
   И только Б. Балтер вспоминает "каминную решетку". А. Кононенко, вслед за Набоковым выделяет город Коврик, и более того - даже улицу в этом городе, которая называется Возле камина.
   О. Хасланский приписывает к посылке "ОТ АЛИСЫ С ЛЮБОВЬЮ" ( в оригинале "with Alice's love" ).
   Самым оригинальным переводчиком стал А. Флорь, переведший надпись на посылке так:
   "КУДА: Ковропольский край, г. Усть-Каминогорск
   КОМУ: Правой ноге
   с приветом
   Алиса".
   Здесь, разумеется, имеются в виду Ставропольский край в России и город Усть-Каменогорск в Казахстане.
   У Блехмана Алиса, кроме того, что отсылает правой ноге посылку, еще и поздравляет ее с наступающим новым годом..
   "Глубокоуважаемая Правая ножка!
   Поздравляю Вас с Новым годом! Желаю здоровья, счастья, успехов
   в личной жизни.
   Ваша Алиса".
   У Демуровой кролик говорит: "Ах, Боже мой, что скажет Герцогиня! Она будет в ярости, если я опоздаю!" ( так же у Б. Заходера и Ю. Нестеренко). В переводе Рождественской Кролик высказывает опасение, что герцогиня "страшно рассердится за то, что я заставил ее дожидаться". У Набокова Кролик предполагает, что Герцогиня "будет зла, если я заставлю ее ждать".
   У Щербакова Кролик восклицает: "Ах, Ваше Высочество, Ваше Высочество! Только не гневайтесь! Я заставляю вас ждать!"
   У В. Орла Кролик опасается, что Герцогиня задаст ему перцу, что связывает этот эпизод с одной из следующих глав. У Блехмана - что Герцогиня "съест его, если он опоздает".
   У Б. Балтера Герцогиня "дичает" ("Ох, Герцогиня! Эта уж мне Герцогиня! Если заставлю ждать, она совсем одичает!"" ). У А. Кононенко она "свирипееет" ("Герцогиня просто рассвирепеет, если я заставлю ее ждать. Ай-яй-яй!" ). У Н. Старилова и А. Флоря она просто выходит из себя.
   По мнению Н. Демуровой, здесь Кэрролл использует распространенный в английском фольклоре прием "отчуждения", когда какие-либо свойства (или части тела) отделяются от их носителя и обретают самостоятельное существование. В известной песенке о малютке Бо-пип такую самостоятельность приобретали овечьи хвосты: их теряли и находили, вешали сушить на дерево.
  
      -- АЛИСА ВСПОМИНАЕТ ГЕОГРАФИЮ, ТАБЛИЦУ УМНОЖЕНИЯ и СТИХОТВОРЕНИЕ ПРО МАЛЮТКУ КРОКОДИЛА.
  
   Алиса поднимает оставленные Кроликом веер и перчатки. Она принимается обмахиваться веером и вспоминает своих подружек. Заодно она пытается вспомнить уроки географии и таблицу умножения . Затем она пробует вспомнить стихотворение "Как дорожит.." ( по мнению Набокова, Аня пытается вспомнить стих "Птичка Божия не знает" ). Однако у нее получается "совсем не то". Алиса приходит к выводу, что, возможно, она - Мейбл, раз она ничего не может как следует вспомнить.
   Здесь мы рассмотрим, почему Алиса не сможет дойти до двадцати, пользуясь таблицей умножения, какие различия в переводах географических подробностей у нас имеются и каковы варианты перевода стихотворения о "малютке крокодиле".
   Попробуем ответить сначала на вопрос о таблице умножения. "Значит так: четырежды пять - двенадцать, четырежды шесть - тринадцать, четырежды семь... Так я до двадцати никогда не дойду!". Здесь исследователи задавались вопросом, почему же Алиса не дойдет до двадцати. Можно предположить, что последняя сумма, которую она получит, умножая четыре на девять - шестнадцать.
   Но, по словам М. Гарднера, английская таблица умножения традиционно кончается на 12, значит придется остановиться на..
  
   4 X 12=19.
  
   До двадцати не хватит единицы.
   А. Л. Тейлор в своей книге "Белый рыцарь" (A. L. Taylor. The White Knight.) выдвигает интересную, но более сложную теорию. По его мнению, речь идет о системы счисления, использующей как основание 18 ("восемнадцатиричная"), где 4 X 5 действительно равняется 12.
   Теперь посмотрим, как переводят стихотворение о "малютке крокодиле". Самый выдающийся перевод принадлежит Владимиру Набокову:
  
   Крокодилушка не знает
   Ни заботы, ни труда.
   Золотит его чешуйки
   Быстротечная вода.
  
   Милых рыбок ждет он в гости,
   На брюшке средь камышей:
   Лапки врозь, дугою хвостик,
   И улыбка до ушей...
  
   Здесь Набоков имеет в виду следующий отрывок из поэмы А. С. Пушкина "Цыгане":
  
   Птичка Божия не знает
   Ни заботы, ни труда;
   Хлопотливо не свивает
   Долговечного гнезда..
  
   Гораздо менее выразителен перевод Рождествеской "Малютка-крокодил в волнах хвост золотой купает". То же можно сказать о переводе А. Щербакова.
   В переводе Б. Заходера пародируется известное детское стихотворение "Дети, в школу собирайтесь, петушок пропел давно". Вместо петушка, так же, как вместо птички Божией у Набокова, Б. Заходер "вплетает" крокодила: "крокодил пропел давно".
  
   0x01 graphic
   В. Орел перевел стихотворение так:
  
   К нам сегодня приходил
   Наш знакомый .. крокодил,
   Говорил: "У вас в пруду
   Я друзей себе найду.
   У вас тут плавают ерши -
   Они для дружбы хороши".
   Увидел крокодил ершей,
   Улыбнулся до ушей,
   И слышится из пасти:
   "Ребятушки,
   залазьте!"
  
   Переводчик переносит место действия стихотворения с далекого Нила в отечественный пруд. Национальный колорит стихотворению придает упоминание в нем российских ершей.
   В переводе Б. Балтера героем стихотворения становится безобидный на вид маленький крокодильчик.
  
   Улыбка детская чиста -
   Плывет крокодиленок.
   Как много горя на земле,
   Еще малыш не знает.
   И нежно лапками к себе
   Он рыбок подгребает
  
   Л. Яхнин решил не зацикливаться на крокодиле и написал стихотворение про телочку.
  
   В лесу родилась телочка,
   Вовсю она росла.
   Сама все лето знойное
   Она себя пасла.
  
   В нашем варианте это стихотворение более запоминающееся:
  
   В лесу родилась телочка,
   Сама себя пасла,
   Зимой и летом страшенно
   Накрашена была.
  
   Прообраз обеих пародий - новогодняя песенка "В лесу родилась елочка" (сл. Р. Кудашевой, муз. Л.Бекмана).
   М. Блехман вспоминает стихотворение Маяковского "Кем быть?":
  
   У меня растут года, будет и семнадцать.
   Где работать мне тогда, чем заниматься?
   ...Столяру хорошо, а инженеру - лучше,
   я бы строить дом пошел, пусть меня научат.
  
   Впрочем, его перевод не очень удачен.
  
   У меня растут года,
   Скоро старой стану.
   Кем же стану я тогда,
   Если не устану?
  
   Я до неба доросла,
   Задеваю тучи.
   В лилипуты б я пошла,
   Пусть меня научат.
  
   До чего же я мала!
   Как любить такую?
   В Гуливеры бы я пошла,
   Пусть меня надуют!
  
   В переводе А. Кононенко:
  
   Уж сколько раз твердили миру,**
   Что нет прекрасней крокодила!
   Ряды белых облаков,
   Нил течет среди холмов.
   На песчаном берегу
   Ловит рыбку на уху.
   Чешуя как лед блестит.
   Воду хвостиком мутит.
   У крокодила все на диво --
   Лапки, брюшко так красивы!
   Нырять он может глубоко
   И улыбаться широко.
  
   Первая строка стихотворения напоминает нам о поучительной басне И. Крылова "Ворона и Лисица" - "Уж сколько раз твердили миру, что лесть гнусна, вредна".
   В переводе Ю. Нестеренко речь также идет о "рыболюбивом крокодиле".
   В переводе Н. Старилова появляется "зеленый милый крокодил", который "чтобы с голодухи не пропасть", мило разевает пасть. "Весь в заботах мой хороший, Мой любимый крокодил", - так начинается перевод А. Флоря. В украниском переводе В. Корниенко:
  
   Хороший крокодилонько
   Качається в піску,
   Пірнає в чисту хвиленьку,
   Споліскує луску.
  
   Як він покаже зубоньки,
   Привітно сміючись,
   То рибоньки-голубоньки
   Самі у рот плись-плись!*
  
   Большинство переводчиков, за исключением Л. Яхнина и Блехмана, придерживаются основной темы пародии Кэрролла.
   Здесь же заметим, что в первой версии перевода Н. Демуровой (1967) был приведен совсем другой вариант стихотворения - "Дом, который построил Жук". Он был заменен на "Как дорожит своим хвостом..." в новой редакции перевода, выполненного для серии "Литературные памятники"
   "Мы хотели сделать пародии на английские стихи, которые были бы известны русским детям. Да ведь такие стихи имеются -- стихи, ставшие, как говорят литературоведы, фактом русской поэзии, - пишет Н. Демурова, - Это -- переводы С. Я. Маршака из английской детской поэзии, песенки и считалочки, которые мы все знаем с детства.
  
   Д. Г. Орловская написала прекрасные пародии на темы этих стихов, смешные, легкие, веселые.
  
   Вот дом,
   Который построил жук,
   А это певица,
   Которая в темном чулане хранится
   В доме,
   Который построил жук.
  
   А это веселая императрица,
   Которая часто кусает певицу,
   Которая в темном чулане хранится
   В доме,
   Который построил жук.
  
   Вот что получается у бедной Алисы, когда она пытается прочитать "Вот дом, который построил Джек..."" ( вместо пшеницы - певица, вместо веселой птицы-синицы - веселая императрица, ср. с "китайской императрицей" в песне Глеба Самойлова "Серый траур" ).
   Что касается географии, то здесь в русских переводах Алиса путается так же, как в английском оригинале. "London is the capital of Paris, and Paris is the capital of Rome, and Rome.. "В переводе Демуровой: "Попробую географию! Лондон - столица Парижа, а Париж - столица Рима, а Рим... Нет, все не так".
   Большинство переводчиков следуют за Н. Демуровой. Но в переводе А. Кононенко находим такое утверждение: "Москва -- столица Лондона, Лондон -- столица Рима, а Рим.." В переводе В. Орла: "Лондон - столица Парижа, Париж - столица Копенгагена, Копенгаген - столи..." Копенгаген здесь упомянут как дань другому великому сказочнику - Гансу Христиану Андерсену.
  
      -- АЛИСА УМЕНЬШАЕТСЯ И ПАДАЕТ В МОРЕ СЛЕЗ.
  
   Оказывается, веер обладает удивительными свойствами. Когда Алиса обмахивается им, она стремительно уменьшается. Ей приходится отбросить веер, и тут она падает в "море слез", которые сама же и наплакала. Она вспоминает, как всего раз в жизни была на взморье и что там увидела. Она плавает кругами и пытается понять, в какой стороне берег.
   По мнению М. Гарднера, предыдущий эпизод, когда Алиса сильно увеличилась в размерах, нередко приводится космологами для иллюстрации теорий, рассматривающих расширение вселенной. "Счастливое избавление Алисы в этом эпизоде заставляет вспомнить теорию вселенной, выдвинутую в духе кэрролловской шутки выдающимся математиком сэром Эдмундом Уиттекером, описывающую уменьшающуюся вселенную. Общее количество материи во вселенной, возможно, уменьшается. "Эта теория имеет по крайней мере то преимущество, - заявил Уиттекер, - что чрезвычайно просто объясняет судьбу вселенной"" (E. Whittaker. Eddington's Principle in the Philosophy of Science. Cambridge University Press, 1951, цит. по Н. Демурова).
   Что такое это "море слез"? По мнению У. Эмпсона здесь имеется скрытая сатира на теорию эволюции: море слез - это праокеан, где зарождается жизнь, а бег по кругу (см. гл. III), в котором каждый выигрывает, - теория естественного отбора (со времени опубликования "Происхождения видов" Дарвина прошло всего шесть лет).
   Н. Демурова объясняет это "море" биографическим контекстом.
   По ее словам, когда девочки Лиддель однажды отправились по реке с доктором Доджсоном, они попали в сильный ливень. "Пришлось им бросить лодку и искать убежища в ближайшей деревне. Алиса всю дорогу проплакала, и доктор Доджсон сказал, что это она своими слезами промочила их всех насквозь. Вот откуда в сказке море слез, в котором плавает вся компания".
   Во второй "напасти" поэмы Кэрролла "Охота на Снарка", этом шедевре нонсенса (имеющем подзаголовок "В восьми напастях"), Кэрролл сообщает нам, что пристрастие к кабинкам для купания есть один из "пяти непременных признаков", отличающих настоящего "снарка"
   В переводе Рождественской появляются "пароходы":
  
   "В таком случае, - подумала она,- я могу вернуться домой на пароходе".
   Алиса была на морском берегу только раз в жизни и думала, что все морские берега точь-в-точь такие же. На отмели дети всегда роют деревянными лопатками песок, подальше тянется ряд домов, а у берега стоят пароходы
  
   В переводе Н. Старилова отмечено: " .. куда бы вы не поехали на побережье Англии, вы встретите множество пароходов в море".
   В переводе Набокова несколько детей с деревянными лопатами, строют "крепость песка". В переводе Заходера "малыши с деревянными лопатками копаются в песочке". В переводе В. Орла на море имеется оркестр.
   0x01 graphic
   В переводе Л. Яхнина кабинки для переодевания - цветные.
   В переводе Б. Балтера - на побережье есть ряд пансионатов ( как здесь не вспомнить повесть Агаты Кристи "О тайнах пансионата" ). В переводе Ю. Нестеренко - пансионов.
   В переводе А. Кононенко - "все это отгорожено от города частоколом гостиниц". В украинском переводе Г. Бушиной на побережье стоит "ряд будинків з мебльованими кімнатами".
   В пересказе А. Флоря уменьшившаяся Алиса восклицает:
   - Двадцать два несчастья! Да я еще уменьшилась как никогда!
   Это выражение из пьесы Чехова, где был персонаж по имени Епиходов, у которого было прозвище "двадцать два несчастья".
   После этого Алиса знакомиться с мышью. Ей это удается сделать, потому что она произносит фразу из братниной латинской грамматики "О, Мышь!" Итак, она обращается к мыши и рассказывает ей в двух словах о своей кошке Дине и о маленьком терьере - песике соседа.
   В оригинале Алиса обращается к мыши так: "O Mouse" Это перевод на английский язык существующего в латинской грамматике звательного падежа. В русском переводе Н. Демуровой:
   "Именительный - Мышь,
   Родительный - Мыши,
   Дательный - Мыши,
   Винительный - Мышь,
   Звательный - О Мышь!"
   Здесь Алиса понимает описанное в латинской грамматике буквально. То есть она считает, что обращение к мыши само по себе вовсе не глупо. Это явление один из современных писателей, Н. Монахов назвал "делириум буквалис" ( см. рассказ "Ищу сиамского кота" ).
   - Ou est ma chatte? - Где моя кошка? (франц.) - спрашивает Алиса у мыши.
   Большинство переводчиков считает, что мышь прибыла в страну чудес вместе с Вильгельмом завоевателем ("Може, вона не тямить по-нашому? - подумала Аліса. - Може, це французька миша, що припливла з Вільгельмом Завойовником?" ). В переводе Набокова она осталась при отступлении Наполеона.
   В переводе А. Кононенко мышь - англичанка, "наверное, приплыла вместе с Колумбом". И соответственно Алиса вспоминает предложение из учебника по английскому языку: "I am a cat!".
   В пересказе А. Флоря мышь приплывает из Польши ( ни слова о Чемпионате Европы! ) - "А вдруг она - иностранка? Ну да, занесли ее к нам варяги во главе со Лжедмитрием?"
   Алиса дает лестные характеристики своей воспитаннице - Дине. Пожалуй, более лестные характеристике дала только хозяйка приведенного в отделение милиции нетрезвым гражданином кота в эпилоге романа М. Булгакова "Мастер и Маргарита".
   "Сидит себе у камина, мурлычет и умывается. И такая мягкая, так и хочется погладить! А как она ловит мышей!".( Н. Демурова )
   "Она такая хорошенькая! А как мило мурлычет она, когда сидит около огня, лижет себе лапки и умывает мордочку. Я очень люблю держать ее на руках, и она молодец: великолепно ловить мышей" ( А. Рождественская )
   "Она такое милое, спокойное существо. Сидит она, бывало, у меня, мурлыкает, лапки облиывает, умывается... И вся она такая мягкая, так приятно нянчить ее" ( В. Набоков ).
   "Она привела бы вас в восхищение! Ласковая! Спокойная! - Алиса плыла не спеша и, забывшись, продолжала: - Как она мило мурлычет у огня" ( А. Щербаков ).
   "Она такая ласковая, добродушная киска" ( В. Орел ).
   "Она так приятно урчит, сидя у огня, лижет лапку и умывается. И с ней так приятно нянчиться!" ( Б. Балтер )
   "Она такая ласковая и тихая. И она так прелестно мурлычит, пристроившись у камина, облизывая лапки" ( Н. Старилов )
   "Лапку облизывает, личико умывает... А какая она мягенькая, пушистенькая" ( М. Блехман ).
   " .. сидячи коло каміна, облизує лапки і вмивається...І така гарненька і м'якенька, з нею так приємно гратися" ( Г. Бушина )
   Терьерчик тоже хорош. По мнению Алисы, "у него хорошенькие, блестящие глазки и длинная кудрявая шерсть. И он поднимает вещи, если бросишь ему, и служить, когда хочет, чтобы ему дали пообедать, или просить чего-нибудь вкусного. Это собачка фермера" ( А. Рождественская ).
   "Представьте себе: маленький яркоглазый фоксик, в шоколадных крапинках, с розовым брюшком, с острыми ушами! И если кинешь что-нибудь, он непременно принесет" ( В. Набоков ).
   "Представляете, хорошенький маленький терьер, глазки блестят, а шерстка -- просто восторг! Длинная, шоколадная и вся вьется! И он умеет подавать поноску, и служить, и давать лапку" ( Б. Заходер ).
   аленький такой, глазки блестят, шерстка вьется, а сам терьерчик коричневый, ученый, палку приносит, и косточку ест, и служит, и еще много всяких штук знает, я уж теперь не упомню" ( Л. Яхнин ).
   "Этакий, знаете ли, маленький коричневый кучерявый пуделёк с блестящими черными глазками! Он может приносить брошенную вами палочку, может стоять на задних лапках и просить лакомый кусочек" ( А. Кононенко ).
   " ..прелестный терьерчик. Вот кто вас очаровал бы! Глазки у него блестящие, ушки остренькие" ( А. Флорь ).
   "Маленький тер'єр з блискучими очима" ( Г. Бушина ).
   Если порода кошки не указана, то в большинстве переводов речь идет именно о терьере.
  
      -- "СУХАЯ ИСТОРИЯ"
  
   На берегу "моря" собирается веселая компания. К Алисе и мыши присоединяются Робин Гусь, Птица Додо, Попугайчик Лори, Орленок Эд и другие удивительные существа. Мышь, к которой все здесь относятся с почтением, рассказывает историю, от которой, как она обещает, все высохнут. Эта история - о Вильгельме Замалевателе ( или завоевателе ) и об англосаксах. История достаточно нудная, но Алиса и не думает сохнуть.
  
   0x01 graphic
   Согласно примечанию М. Гарднера, Роджер Лэнселин Грин, подготовивший к изданию дневники Кэрролла, обнаружил, что приводимая цитата из истории мыши "Вильгельм завоеватель с благословения папы римского быстро добился полного подчинения англосаксов, которые нуждались в твердой власти и видели на своем веку немало несправедливых захватов трона и земель" - взята из учебника истории Хэвилленда Чемпелла (Наvllland Chempell. Short Course of History. L., 1862, pp. 143-144).
   Кэрролл находился в дальнем родстве с домами Эдвина и Моркара; впрочем, по мнению Грина, он вряд ли знал об этом (см.: The Diaries of Lewis Carroll, vol. 1, p. 2). Девочки Лидделл занимались по книге Чемпелла
   0x01 graphic
  
   В "сухой истории" "обыгрываются "прямое и переносное значение выражения to make dry -1) засушить и 2) высушить. "Если мокрым слушателям сухарь-лектор очень сухо прочтет лекцию, им это вряд ли поможет".
   Вот еще одна шутка Льюиса Кэрролла на эту тему. Возвращаясь из церкви в сильный дождь он встретил проповедника. Кэрролл предложил проповеднику зонт, но тот от зонта отказался со словами: "I don't mind getting wet." На что Льюис Кэрролл ответил: "You were dry enough in the pulpit." (CM. Langford Reed The Life of Lewis Carroll.)
   В переводе Набокова мышь рассказывает такую историю: "Прошу внимания! Утверждение в Киеве Владимира Мономаха мимо его старших родичей повело к падению родового единства в среде киевских князей. После Мономаха Киев достался не братьям его, а сыновьям и обратился, таким образом, в семейную собственность Мономаховичей. После старшего сына Мономаха, очень способного князя Мстислава в Киеве один за другим княжили его родные братья. Пока они жили дружно, их власть была крепка; когда же их отношения обострились... то против них поднялись князья Ольговичи и не раз силою завладевали Киевом. Но Мономаховичи в свою очередь..." Но от нее Аня тоже не высыхает.
   В переводе Л. Яхнина мышь пытается шутить:
   - .. находя это весьма.
   - Весь... что? - переспрашивает Уткогусь.
   - Находя весь Ма. Целиком. Неужели непонятно, что они находят весь? Весь Ма, - недовольно пояснила мышь.
   В переводе А. Кононенко речь идет о Колумбе: "Колумб (по-латыни -- Колумбус, по-итальянски -- Коломбо, по-испански -- Колон) Христофор, мореплаватель, по происхождению генуэзец. В тысяча четыреста семьдесят шестом -- восемьдесят четвертом годах жил в Лиссабоне и на португальских островах Мадейра и Порту-Санту. Опираясь на античное учение о шарообразности Земли и на неверные расчеты ученых пятнадцатого века, Колумб составил проект западного, по его мнению кратчайшего, морского пути из Европы в Индию.." Затем сообщается о том, как экспедиция Колумба открыла Америку. Как здесь не вспомнить песню из мультфильма "Остров сокровищ":
  
   Колумб Америку открыл,
   Великий был моряк,
   Но заодно он научил
   Весь мир курить табак..
  
   Минздрав предупреждает -
   куренье - это яд,
   минздрав предупреждает,
   а Колумб, а Колумб.. ни в чем не виноват.
  
   В пересказе А. Флоря мышь расскажет о Самозванце и царе Борисе:
  
   Послушайте, ребята,
   Что вам расскажет дед:
   земля у нас богата,
   Порядка в ней лишь нет.
  
   В переводе М. Блехмана мышь предлагает лекцию о сухой, вкусной и здоровой пище "Приготовление диковинного пирога". По ее словам, диковинный пирог делают с начинкой из ломтиков диковинного фрукта.
   "Готовое тесто раскатать слоем в полсантиметра, положить на противень, обрезать лишнее тесто, положить ломтики диковинного фрукта и загнуть края...
   - Простите, - робко вмешался Мокрый Петух, - но ведь достать ломтики диковинного фрукта будет непросто!
   - Очень даже просто, уважаемый! - хмуро ответила Мышь. - Это можно сделать путём надкусывания пирога".
   Одним из ярких персонажей главы является Древний Дронт. По словам Н. Демуровой, когда-то эти птицы водились на острове Св. Маврикия в Индийском океане. "Они были величиной с лебедя, с большими, загнутыми книзу круглыми носами. Но крылья у них были непомерно малы, и летать они не умели. Они устраивали себе гнезда из сухой травы на земле и выводили всего одного птенца в год. Когда на острове появились люди, они быстро уничтожили неуклюжих и милых птиц. Последние додо погибли в XVII веке"
   Известно, что Кэрролл водил девочек в университетский музей посмотреть на останки последнего додо, его голову и лапу, а рядом на стене висела картина XVII в., изображавшая дронта.
   Итак, острова Маврикий и Реюньон, расположенные в Индийском океане, когда-то были местом обитания дронта, или додо, самой удивительной птицы, нелетающей, имевшей огромный клюв. Предполагается, что взрослая птица весила 20-25 кг (для сравнения: масса индюка -- 12-16 кг), в высоту достигала метра. Лапы дронта с четырьмя пальцами напоминали индюшачьи, клюв массивный. В отличие от пингвинов и страусов дронты не умели не только летать, но и хорошо плавать или быстро бегать: на островах не было сухопутных хищников, и бояться было нечего. Крылья превратились в несколько пёрышек, а хвост -- в маленький хохолок.
   Дронты водились и на Маскаренских островах в Индийском океане, поблизости от Мадагаскара. Обитали в лесах, держались отдельными парами. Гнездились на земле, откладывая одно крупное белое яйцо.
   Еще один персонаж - Утя, Утенок, Утка. В переводе Н. Демуровой появляется Робин Гусь. После долгих размышлений Н. Демурова решила "создать" необходимую связь, построив ее на имени Робинсона Дакворта. "Робин Гу-сь!". В этом имени совмещаются необходимые признаки: Робин Гусь, конечно, мужчина, к тому же водоплавающий; имя его звучит достаточно решительно, что не лишено смысла, ибо и в оригинале это существо достаточно решительное. И от этого нового имени протягивалась ниточка связи к прототипу - Робину Дакворту.
   Дав Робину Гусю двойное имя (одно - родовое, другое - собственное), Н. Демурова решила пойти по этому пути и дальше. Таким образом, Eaglet получил имя Орленок Эд (Зд - намек на Эдит), a Lory - Попугайчик Лори (намек на Лорину).
  
      -- БОЛЬШАЯ ГОНКА И ПРИЗЫ
  
   Додо объявляет о том, что необходимо начать гонку по кругу, для того, чтобы высохнуть. После этого он чертит на земле круг, правда, круг получается неправильной формы. Додо замечает, что это несущественно. Все становятся в круг и вдруг начинают бегать. Через некоторое время Додо объявляет: "Довольно! Скачки кончены!" Все собравшиеся вокруг него спрашивают, кто же победил. Додо отвечает, что победили все и всем полагаются награды.
   . - А кто же их будет раздавать? - спрашивают все хором.
   - Она, разумеется, - отвечает Додо, ткнув пальцем в Алису.
   Алиса находит в кармане только наперсток. Додо требует его подать ему для вручения в качестве награды. Наперсток получает.. сама Алиса под общие аплодисменты.
   По словам М. Гаднера, термин "caucus" ( гонка закрытого собрания ) возник в Соединенных Штатах, он обозначал собрание лидеров Фракции по вопросу о кандидате или политической линии. И англичане заимствовали этот термин, слегка изменив его значение; они применяли его в отношении строго дисциплинированной партийной организации, управляемой комитетами. "Обычно этот термин употреблялся членами одной партии в уничижительном смысле, когда речь шла о партии противников. Возможно, Кэрролл употребил этот термин символически, имея в виду, что члены комитетов различных партий обычно заняты бессмысленной беготней, которая ни к чему не ведет, причем каждый стремится ухватить себе кусок пожирнее. Полагают также, что этот эпизод связан с главой 7 книги Чарлза Кингсли "Дети воды"** (сцена с воронами), которая явно носила характер острой политической сатиры. Впрочем, в двух этих сценах общего мало. Бега по кругу нет в первом варианте сказки "Приключения Алисы под землей"".
   Как поясняет Демурова. Кингсли был видным историком, проповедником, писателем, одним из деятелей правого крыла чартизма. Его детская книга "Дети воды" (1863) вышла за два года до "Алисы в Стране чудес". Кэрролл знал ее. "Кэрролл был далек от политической программы Кингсли; христианско-морализаторский дух его произведении также был чужд автору "Алисы". Книга Кингсли вышла в 1874 г. по-русски под названием "Похождения Фомушки-трубочиста на земле и под водою" (СПб., изд. Н. Карбасникова)".
   Торжественная речь Додо, когда он обращается к Алисе, выглядит прекомично ( как сказала бы героиня рассказа А. Аверченко "Трава, примятая сапогом" ). Вот ее переводы:
   - Просим тебя принять эту изящную вещицу!
   ( А. Рождественская ).
   - Мы имеем честь просить вас принять сей изящный наперсток.
   ( В. Набоков )
   - Я счастлив, сударыня, что имею честь от имени всех участников просить вас принять заслуженную награду -- этот почетный наперсток!
   ( Б. Заходер )
   Мы очень просим вас, соблаговолите принять эту изящную вещицу!
   ( А. Щербаков )
   - От имени всей честной компании прошу вас не побрезговать этим памятным подарком в форме наперстка
   ( В. Орел )
   - Мы все просим Вас принять от нас эту скромную, но заслуженную награду - этот скромный, но заслуженный наперсток.
   ( Л. Яхнин )
   "Покорнейше просим принять наш скромный дар - эту искусную и полезную вещицу" ( Б. Балтер )
   "Мы просим вас соблаговолить принять этот элегантный наперсток" ( Ю. Нестеренко ).
   - Вы имеете честь быть удостоенной сего изящного наперстка
   ( А. Флорь ).
   - Ми просимо вас прийняти цей чудовий наперсток.
   ( Г. Бушина )
   - Зробіть нам таку ласку, - прийміть цей найелегантніший у світі наперсток.
   ( В. Корниенко )
   В русской сказке солдат варил суп из топора. В сказке Кэрролла вокруг одного маленького наперстка тоже соткался целый эпизод.
   В финале эпизода все стали есть карамель. "Поднялся шум и суматоха. Большие птицы жаловались, что даже распробовать не успели, а маленькие второпях, все как одна, подавились, - пришлось их хлопать по спинам" ( пер. А. Щербакова ). В переводе В. Орла "все принялись за тянучки".
   Любопытно, что в переводе А. Кононенко поза Дронта сравнивается не с шекспировской, как в оригинале, а с менделеевской ( "прижав палец ко лбу как Менделеев на картинке в учебнике").
   Также не лишено любопытства то, что в начале эпизода, когда у всех переводчиков персонаж по имени Орленок просит говорить по-английски, в переводе Набокова он как патриот просит изъясняться .. по-русски.
   " - В таком случае, - рек Дронт, торжественно привстав, - я предлагаю объявить заседание закрытым, дабы принять более энергичные меры.
   - Говорите по-русски, - крикнул Орленок. - Я не знаю и половины всех этих длинных слов, а главное, я убежден, что и вы их не понимаете!"
  
      -- ХВОСТАТАЯ ИСТОРИЯ
  
   Эпиграф: "В канаву слоны забились - и такие большие, такие страшные для нас животные" ( Ю. Хвостенко - о сказке К. Чуковского "Тараканище" ).
   Алиса напоминает мыши о том, что та обещала ей рассказать, почему она так не любит кошек и собак.
   - Это очень длинная и грустная история, - начинает Мышь со вздохом - Прохвост!
   Мышь рассказывает свою историю ( она дана автором в виде стихотворения ), а в уме Алисы она извивается как мышиный хвост. После того, как мышь заканчивает рассказывать историю, она замечает, что Алиса ее вовсе не слушала. Та возражает. Обидевшись, мышь покидает собрание, несмотря на то, что Алиса кричит ей вслед: "Не уходите!".
   В этом эпизоде нас будут интересовать два момента:
   1. Как переводится игра слов "хвост" - "рассказ" в начале эпизода?
   2. И как переводится само стихотворение мыши и почему оно имеет столь оригинальную форму?
  
   Итак, мышь произносит: "It is a long tail" - игра слов, построенная на одинаковом произношении слов: tale (рассказ) и tail (хвост).
   Н. Демурову не удовлетворил перевод А. Оленича-Гнененко. В нем, считает она, игра эта не передана вовсе, и весь отрывок становится бессмысленным и непонятным.
   -- Вы обещали продолжить вашу историю до конца, -- обращается Алиса к Мыши...
   -- Я расскажу. Но только продолжение мое очень длинное и печальное, -- говорит Мыть, повернувшись к Алисе и вздыхая.
   -- Это длинное продолжение, несомненно, -- замечает Алиса, глядя с удивлением вниз, на мышиный хвост. -- Но только почему вы называете его печальным?".
   "Вряд ли хвост можно считать "продолжением" мыши", - считает Н. Демурова. В переводе Н. Демуровой мышь просто говорит "прохвост" ( очевидно, о песике ). В переводе Кононенко мышь поясняет: "Мой длинный рассказ про то, ...что ...он, прохвост подлый, однажды... В общем, дело было так.".
   "Мой рассказ прост, печален и длинен", - со вздохом говорит мышь в переводе Набокова. Ане слышится не "прост", а "хвост".
   В пересказе А. Флоря мышь говорит: "Есть повести печальные на свете, но эта - во сто раз печальнее. Ах, во сто раз печальнее!" Алисе слышится "А хвост-то распечальнее".
   В переводе Б. Заходера игры, собственно, никакой нет. Он просто использует два значения слова "хвостик" - хвостик мыши и хвостик как таковой.
   В переводе Л. Яхнина имеется только метафора - "история длинная и простая как хвост". Да, с тем,ч то хвост прост, не особенно поспоришь.
  
   А Щербаков предлагает нам два, как говорят лингвисты, омофона "канцонетту" и "конца нету".
   - Я исполню вам печальную канцонетту, -- вздохнув, говорит Мышь. -- Канцонетту, потому что она короткая.
   -- Почему же? Если конца нету, значит, она должна быть очень длинной, -- недоуменно возражает Алиса.
  
   В переводе А. Рождественской:
  
   Лайка, встретившись
   С мышкою, ей говорит:
   Нам надо, голубка, судиться,
   И нашей ссоре все будут
   Дивиться. А ты не
   Подумай вилять
   И не жди
   Пощады от
   Лайки.
   Мышь, впереди!..
   Мышь Лайке
   Ответить
   Сумела;
   Судиться
   Она совсем
   Не хотела.
   Но старая
   Лайка
   Шипела,
   Пыхтела
   И кончила
   Тем,
   Что
   Вдруг
   Заявила:
   Мышь!
   Я тебя
   Съем!
   ( последующие переводы будут в обычных четверостишиях ).
  
   В переводе В. Набокова:
  
   В темной комнате, с мышью оставшись вдвоем,
   хитрый пес объявил: "Мы судиться пойдем!
   Я скучаю сегодня: чем время занять?
   Так пойдем же: Я буду тебя обвинять!"
  
   "Без присяжных, - воскликнула мышь, - без судьи!
   Кто же взвесит тогда оправданья мои?"
   "И судью, и присяжных я сам заменю",
   - хитрый пес объявил. - "И тебя я казню!"
  
   В переводе А. Щербакова:
  
   Гавка сказала мышке: "Идем!
   Ты мне ответишь перед судом!
   Нынче мне скучно, и с интересом
   я занялась бы нашим процессом".
   Мышь отвечала: "Что ж, я согласна!
   Пусть нас рассудит суд безпристрастный!
   Где же судья и где заседатели,
   чтобы напрасно слов мы не тратили?
  
   В переводе Б. Заходера появляется коварный кот:
  
   Кот сказал бедной мышке:
   -- Знаю я понаслышке,
   что у вас очень тонкий,
   изысканный вкус,
   а живете вы в норке
   и глотаете корки.
   Так ведь вкус
   ваш испортиться может, боюсь!
   Хоть мы с вами, соседка,
   встречаемся редко,
   ваш визит я бы счел за особую честь!
   Приходите к обеду в ближайшую среду!
   В нашем доме умеют со вкусом поесть!..
  
   0x01 graphic
...
   Но в столовой у кошки
   даже хлеба ни крошки...
   Кот сказал:
   -- Пустяки! Не волнуйтесь, мадам!
   Наше дело котово -- раз, два, три, и готово --
   не успеете пикнуть, как на стол я подам.
  
   В пересказе В. Орла пес Тибоша более прям. Здесь нет никакого коварного заманивания мышки.
  
   Пес Тибоша соседа
   пригласил на беседу,
   говоря: -- Мыш мой милый, выходите на суд,
   бросьте все отговорки,
   вылезайте из норки:
   сами не захотите -- вас друзья ..
   Мыш ответил Тибоше:
   -- План, конечно, хороший.
   Но ведь нету присяжных!
   Кто палач? Кто судья?
   Пес ответил:-- Неважно!
   Я тебе и присяжный,
   и палач, и защитник, и судья тоже я.
  
   В переводе Яхнина есть замечательные первые и последние строки. Мы их взяли за основу в нашем переводе "Алисы". Он тоже начинается - "Тише, мыши, кот на крыше" и заканчивается - " .. убежала мышка, мышь". Увы, стихотворение получилось больше, чем в оригинале, но таковы уж особенности современного перевода. Л. Яхнин, напомним, здесь имел в виду детскую считалочку:
  
   Тише, мыши, кот на крыше, а котята ещё выше.
   Кот пошёл за молоком, а котята кувырком.
   Кот пришёл без молока, а котята...
  
   Кроме того, мы использовали и рифму "мышь" - "камыш", которая у Л. Яхнина встречается сразу после стихотворения.
   -- Куда убежала? -- спрашивает Алиса. -- В камыш?
   -- Что за чушь! Камыш на крыше! -- возмущенно пищит мышь.
   В нашем переводе: "Так что ты едва увидишь хвост, мелькнувший как камыш". Здесь, замечу, продолжается шипящая "оркестровка" строки, начатая в первом четверостишии.
   Также в нашем переводе воспроизведена фраза из сказки Ирины Токмаковой "Может, ноль не виноват?" - "Знаешь, сколько лап у кошки? Столько же, как у кота: все четыре - мягкота".
   В переводе А. Кононенко, который нам очень напоминает басню Сумарокова о вороне и лисице, сказано так:
  
   Однажды от жары Мышонок
   В погребе прохладном захотел укрыться,
   И надобно ж беде случиться,
   Что там голодный старый рыскал Кот.
   Мышонок -- ну и пусть.
   Хоть чем-то поживиться,
   Но делу дать хотя законный вид и толк,
   Мурчит: "Как смел пробраться ты в мое жилище
   И воровать мое богатство?!"
   И сцапал Кот его в свои когтищи.
   -- Но я... -- Молчи! Знавал твое я братство.
   -- Но я ни в чем не виноват!
  
   Н. Старилов вводит в сюжет старую ведьму, которая якобы поймала мышь и позвала ее на суд. Придя на суд, мышь замечает, что "при- сяжных нет, и адвоката нет, нет даже прокурора! А кто ж судья? Цепной
   Барбос!" ( "Кто победит? Смешной вопрос, сэр Капитал, их главный босс! Зачем же лихо скачет братия? А как же: в штатах демократия!" ).
   В переводе О. Хасланского:
  
   Кошка встретила мышку
   И сказала ей так:
   - Вам, голубушка, крышка,
   Вы попали впросак!
   Мне гулять надоело,
   Да и сыро в саду,
   А возьмусь я за дело
   И предам вас суду.
   Отвечала бедняжка:
   - Вам известно ли, Мэм,
   Что закон -- не бумажка,
   Не собрание схем
   И не нагроможденье
   .. правил - всегда
   Лишь его соблюденье
   Было делом суда.
  
   В пересказе А. Флоря супротив кошки выступает маленький мышонок:
  
   Говорит Мышонку Кошка:
   "Подойди ко мне, мой крошка!
   Развлечемся мы с тобой
   Замечательной игрой".
  
   В переводе М. Блехмана: "Жили-были Кот и Мышка, ели кашу с молоком. Кот на Мышку рассердился, съел всю кашу целиком". Согласно примечанию С. Курия, переводчик здесь пародирует шуточный детский стишок: "Жили-были дед да баба, Ели кашу с молоком. Рассердился дед на бабу -- Хлоп по пузу кулаком!" - первую отечественную мелодраму.
  
      -- ВСЕ ПОКИДАЮТ АЛИСУ
  
   После того, как мышь покинула компанию, оставшиеся персонажи дают ряд реплик.
   - Как жаль, что она не пожелала остаться! - вздыхает Попугайчик Лори.
   Старая крабиха говорит молодой, что это должно послужить последней уроком. Та в ответ замечает, что "с тобой, маменька, и улитка из себя выйдет".
   - Если бы Дина была здесь, она бы ее живо вернула, - замечает Алиса.
   - - Позвольте вас спросить: кто эта Дина? - интересуется Лори.
   Алиса рассказывает о своей любимице. Как она ловит мышей и птичек. Речь эта производит на собравшихся глубокое впечатление. Все они под разными предлогами удаляются.
   Рассмотрим этот эпизод и ответим на такие вопросы:
      -- Что отвечает молодая крабчиха старой?
      -- Как Алиса рассказывает о своей кошке?
   Хорошие вопросы, но прежде рассмотрим примечания Н. Демуровой. По ее мнению, слова старой крабихи "Ах, дорогая, пусть это послужит тебе уроком! Нужно всегда держать себя в руках!" выразительно пародируют основной прием морализаторской литературы для детей того времени. В качестве примера исследовательница приводит строки из печально прославленной "Истории семейства Фэрчайлд" (том I - 1818, том II - 1842, том III - 1847) Мэри Марты Шервуд, на которой в течение всего XIX в. воспитывали детей. Желая преподать детям наглядный урок о необходимости "держать себя в руках", мистер Фэрчайлд ведет их к заброшенному саду, посреди которого стоит полуразрушенный дом.
   "Труба на доме упала, проломив в одном или двух местах крышу; с той стороны, где обвалилась садовая ограда, стекла в окнах были разбиты. Между этим местом и лесом стояла виселица, на которой висел в цепях труп; скелет еще не обнажился, хоть труп и провисел здесь уже несколько лет. На повешенном был синий камзол, чулки, туфли; вокруг шеи был повязан шелковый платок; вся одежда была еще цела; но лицо его было так страшно, что дети не могли на него смотреть.
   - Батюшка, батюшка, что это? - вскричали они.
   - Это виселица, - сказал мистер Фэрчайлд, - а повешенный - убийца".
   Хорош нравоучительный фрагмент для детей, Вы не находите?
   Кроме того, по словам Н. Демуровой, в этом крошечном эпизоде Кэрролл создает своеобразную ситуацию "наоборот", поменяв местами и функциями родителей ( Старая Крабиха ) и детей ( молодая ), воспитателей и воспитуемых. Прием этот позже широко использовался в детской литературе. Достаточно вспомнить заключительную главу ("Мисс Апельсин и миссис Лимон") "Романа, написанного на каникулах" Ч. Диккенса (1868); книгу Ф. Энсти "Vice Versa" (1882).
   Теперь о том, что именно отвечает молодая Крабиха, в переводе Демуровой - молодая медуза. Она говорит:
   - Попридержите-ка лучше язык, маменька. Не вам об этом говорить. Вы даже устрицу выведете из терпения!
   В переводе Рождественской также речь идет об устрице. О ней малютка краб говорит своему папе - крабу.
   - Закуси язык, мать. - огрызается молодая рачиха в переводе Владимира Набокова, после чего повторяет замечание об устрице.
   - От ваших поучений и Устрица из скорлупы выскочит, - говорит такая же рачиха у Л. Яхнина.
   -- Помолчали бы лучше, мамаша! - говорит юная каракатица в переводе Бориса Заходера.
   -- Помолчите вы, бабушка,-- дерзко отвечает старой бабушке Крабушке один из молодых, да ранних, крабчат в переводе А. Щербакова.
   - Придержи язык, маманя! -- говорит юная креветка у Ю. Нестеренко.
   -- Отстаньте, папаша,-- неучтиво откликается юный Краб в переводе В. Орла. -- От вас улитки и те шарахаются.
   - Ты и устрицу доведешь до белого каления! - говорит своему родителю молодой крабик в переводе А. Кононенко.
   - Вы даже устрицу заставите вылезти из раковины своим ворчанием! - восклицает юная крабиха у Н. Старилова.
   - Отвали, папаня! - отзывается юная представительница членистоногих у Хасланского. --Ты, блин, и устрицу достанешь.
   - Ах, маман! - восклицает молодая Креветка у А. Флоря.. - Кто бы говорил! Да с вами и амеба взбесится через полмесяца!
   Затем Алиса говорит о том, как Дина расправляется с мышами и птичками. Для слушателей важно последнее, ибо большинство из них - птицы ( Лори, Сорока, канарейка ).
   В оригинале - "I wish you could see her after the birds! Why, she'll eat a little bird as soon as look at it!'" - "А как она обращается с птицами. Если она увидела птицу, считай, что птичка пропала. Она буквально питается ими". В переводе Демуровой - "А птиц как хватает! Раз - и проглотила, даже косточек не оставила!" А. Рождественская тоже переводит близко к тексту - " .. как она охотится за птицами! Она в одну минуту схватывает и съедает маленькую птичку!"
   В переводе В. Набокова - "Птичка только сядет, а она ее мигом цап-царап" ( эта фраза напоминает нам о стихотворении "Птичка Божия..", которую Аня собиралась прочитать в предыдущей главке ).
   В переводе Б. Заходера - "Она даже птиц ловит, да еще как! Только увидит пташку -- и готово дело!" ( то, что Дина употребляет птичек в пищу, здесь не акцентируется, совсем по-другому у А. Щербакова - "Цап -- и съела! Цап -- и съела" - и у В. Орла - "цап! -- и готово... съела" ).
   Приведем и другие переводы:
   "Прыг -- и птичка в коготках" ( Л. Яхнин ).
   "Да она только глянет на птичку - и хвать!" ( Б. Балтер )
   "Только птичка сядет -- глядь! -- а ее уж нет, одни перышки!" ( А. Кононенко ).
   "А уж как она ловит птиц! Буквально проглатывает их" ( Н. Старилов ).
   "А что она выделывает с птичками? Не успеет увидеть, как уже перья полетели!" ( О. Хасланский ).
   "А бачили б ви, як вона полює на пташок: раз - і нема!!" ( В. Корниенко ).
   Примечание. Украинский перевод порой блещет перлами, приведем один из фрагментов перевода Бушиной - "Хотілося б мені, щоб Діна була тут, дуже б хотілося! - вголос промовила Аліса, ні до кого зокрема не звертаючись. - Вона б хутко повернула сюди ту Мишу".
  
      -- НА ПОБЕГУШКАХ У КРОЛИКА
  
   Возвращается Белый Кролик. Он ищет веер и перчатки и восклицает:
   - Ах, Герцогиня! Герцогиня! Бедные мои лапки! Бедные мои усики!
   Он замечает Алису и принимает ее за свою горничную Мэри-Энн. Он приказывает Алисе принести ему перчатки и веер.
   Алиса со всех ног бросается исполнять поручение Кролика. Она входит в белый чистенький домик Кролика, поднимается по лестнице на второй этаж..При этом она думает, что это странно - быть у Кролика на побегушках. "Не хватает еще, чтобы Дина давала мне поручения!" И Алиса придумывает, как это могло бы быть.
   При рассмотрении этого эпизода учтем два момента:
      -- Как обращается Кролик к своей служанке?
      -- Что произойдет в случае, если Дина начнет распоряжаться?
   В большинстве переводов горничную Белого Кролика зовут Мэри Энн. Однако в переводе Набокова горничную Кролика зовут Машей. В нашем переводе она - Милочка ( что вызывает у Ларисы ассоциацию с Милой Руткевич из легендарного советского фильма "Гостья из будущего" ).
   Так же зовут служанку в переводе Л. Яхнина.
   "Маша, что ты тут делаешь? Сию же минуту сбегай домой и принеси мне пару белых перчаток и веер! Живо!" - распоряжается Кролик.
   "Марианна? Ты как сюда попала, Марианна? А ну, марш домой! Да принеси-ка пару перчаток и веер! Живо!" - говорит Кролик в переводе В. Орла ( Марианна - героиня культового сериала начала девяностых годов ).
   В пересказе А. Флоря и переводе Г. Бушиной появляется русская или украинская Марьяна.
   "Ася! Что, что ты здесь делаешь? - спрашивает Кролик в переводе А. Кононенко, - А ну, марш домой и принеси мне перчатки и веер! Мигом!"
   Здесь речь идет, разумеется, о тургеневской девушке по имени Ася.
   Когда Алиса думает, что Дина начнет командовать, то ей представляется картина, где она сторожит по распоряжению Дины мышь.
   В переводе Н. Демуровой: "Мисс Алиса! Идите скорее сюда! Пора на прогулку, а вы еще не одеты!" - "Сейчас, няня! Я должна последить за мышиной норкой, пока Дина не вернется. Она велела мне смотреть, чтобы мышка не убежала!"
   В переводе А. Рождественской: "Дина велела мне сидеть до ее прихода около вот этой щелочки и сторожить мышку. Лишь нужно знать, выходила ли она оттуда".
   В переводе Б. Заходера: "Не могу, нянечка! Диночка велели мне посторожить мышиную норку, пока они не вернутся, а то как бы мышь не убежала!"
   В переводе В. Орла: "Дина вышла по делам и велела мне посторожить мышиную нору, пока не вернется. Надо последить, чтобы мышка никуда не отлучалась".
   В переводе Н. Старилова Дина буквально командует Алисой: "Мисс Алиса! Подойдите сюда и слушайте внимательно!" или "Немедленно подойдите сюда, милая! Я вижу, что вы до сих пор еще не поймали ни одной мышки!"
   В украинском переводе Бушиной Алиса говорит няне: "Хвилиночку, нянечко! Мені треба стерегти цю мишачу нору, поки повернеться Діна, щоб не втекла миша".
   Любопытно, что на домике Белого Кролика в украинском переводе Корниенко есть табличка, где написано: "Б.КРОЛИК, ШЛЯХТИЧ" ( в переводе Набокова "ДВОРЯНИН КРОЛИК ТРУСИКОВ" ).
  
      -- АЛИСА РАСТЕТ
  
   Алиса пробирается в маленькую и чистую комнату ( или "горницу", как сказал бы домовенок Кузька ). Здесь на стеклянном столике она находит веер и перчатки, принадлежащие Кролику. Она собирается выйти из комнаты, но в этот момент видит у зеркала маленький пузырек. На нем нет надписи "Выпей меня", но Алиса тем не менее отпивает из него. Выпив половину, Алиса обнаруживает, что уперлась головой о потолок. Она жалеет, что выпила из пузырька, но поздно - она продолжает расти. Она вырастает так, что одну ногу ей приходится засунуть в дымоход, а руку выставить в окно. На этом рост останавливается. Алиса думает о том, что напишет о своих приключениях "большую, хорошую книжку", когда вырастет. Впрочем, она уже выросла..
   - А вдруг я на этом и остановлюсь? - думает Алиса. - Пожалуй, это неплохо - я тогда не состарюсь! Правда, мне придется всю жизнь учить уроки.
   Разбирая этот эпизод, ну просто нельзя не ответить на следующие три вопроса:
   1. Как описана комната в русских переводах?
   2. Что думает Алиса, когда обнаруживает себя в середине сказки?
   3. Почему Алиса не будет учить уроки, по ее собственному разумению?
   Владимир Набоков, который всегда двумя-тремя штрихами любит описать место действия, замечает - "она пробралась в пустую комнату, светлую, с голубенькими обоями". В оригинале речь идет лишь об аккуратной небольшой комнате со столом у окна.
   Н. Демурова доводит аккуратность комнаты до превосходной степени: " .. она пробралась в маленькую комнатку, сверкающую чистотой. У окна стоял стол".
   В переводе Б. Заходера у окна стоит трельяж. В переводе В. Орла подчеркивается теснота и "опрятность" комнаты.
   В переводе Н. Старилова подчеркивается то, что комната обжита, - это аккуратно прибранная маленькая комната со столиком у окна.
   "Читая сказки, я была убеждена, что в жизни чудес не бывает. И вот, пожалуйста, сейчас я в самой гуще чудес какой-то сказки", - думает Алиса у А. Кононенко.
   Алиса в переводе Б. Заходера "попала в самую настоящую сказку! Обязательно надо написать про меня книжку, вот что! Когда я буду большая, я сама..." -- И тут Алиса запнулась. Да ведь я и так большая".
   "Нужно же было мне сунуться в кроличью нору! - размышляет Алиса у Л. Яхнина, - И все же, и все же... В этом что-то есть. Я думала, что такое случается только в сказках. И вот пожалуйста, такое случилось со мной! Можно считать, что я угодила в самую середину сказки. Хоть книжку обо мне пиши. Да я и сама ее напишу, когда вырасту... Ой, а ведь я уже выросла".
   Рассматривая третий вопрос, заметим, что в большинстве переводов Алиса думает, что она не будет учить уроки, потому что в комнату.. просто не поместятся учебники. Оригинальная интерпретация этого эпизода есть в нашем переводе, где Лариса, оказавшись на кафедре современного русского литературного языка, думает о том, как мала ей эта кафедра. А нужно ли еще чему-то учиться девочке, которой целой кафедры мало!
  
      -- КРОЛИК И РУКА В ОКНЕ.
  
   Так Алиса спорит сама с собой до тех пор, пока не слышит под окнами голос Кролика. Он называет ее "Мэри-Энн" и требует принести ему перчатки. Затем нетерпеливый кролик сам поднимается по лестнице и пробует отворить дверь комнаты, но, так как к двери прижат локоть Алисы, он этого не может сделать.
   - Что ж, обойду дом кругом и залезу в окно, - решает Кролик.
   И самом деле Кролик подходит к окну, Алиса высовывает руку, чтобы его схватить. Она отбрасывает Кролика. Тот падает куда-то, при этом раздается звон стекла - очевидно, делает вывод автор, Кролик упал в теплицы, где выращивали огурцы ( в нашем переводе Зайчик - Андреев падает в .. теплицы ресторана "Сибирская корона" ). Слышно, как Кролик обращается к своему помощнику по имени Пат. Он требует убрать из окна руку Алисы. Пат ему что-то возражает, Кролик называет Пата трусом. Алиса шевелит пальцами в воздухе. Раздаются два вопля и снова звон разбитого стекла.
   Как обычно, зададим три вопроса:
      -- Что делал Пат в разных переводах?
      -- Как обращается Пат к Белому Кролику?
      -- Куда падает Кролик?
   Что же делал Пат? В буквальном переводе "Digging for apples" - "Яблоки выкапывал" (Из примечаний к образовательной программе "Мир Алисы" ). В переводе Набокова он тоже выкапывает яблоки.
   В переводе А. Рождественской Пат просто рыл ямку для яблок. "Вот с яблочками копаюсь", - отвечает Пат в переводе Л. Яхнина. "Яблуки тут вот копать задумал", - замечает Пат в переводе Б. Балтера.
   "Если яблоки в Стране Чудес приходится копать, то, может, картошка растет там на деревьях? Увы, точные сведения на сей счет до нас не дошли", - замечает Ю. Нестеренко.
   Отметим, что в переводе Старилова Пат занимается полезным делом, а именно - окапывает яблони. "Копаю ямки для яблунь", - сообщает Пат в переводе Бушиной.
   В переводе В. Орла Пат отвечает этак: "Редиску для компота рву". Разве бывает компот из редиски? - может здесь спросить читатель.
   Как обращается Пат к Белому Кролику? Уважительно, "Вашчесть" - в переводе Н. Демуровой, "сударь" - у А. Рождественской. "Ваше благородие" - у В. Набокова., "ваше вашество" - у Б. Заходера, "ваша честь" у А. Щербакова и О. Хасланского, "ваш честь" у Нестеренко, "ваше здоровье" у Б. Балтера, "хозяин" в переводе В. Орла и Л. Яхнина, "ваша милость" в переводе Н. Старилова, "ваша судейская милость" в переводе М. Блехмана ( в последнем случае эпитет "судейская" возник оттого, что Кролик появится на суде, где прочитает стихотворение, якобы написанное валетом ).
   Куда падает Кролик? В нашем переводе - в ресторан "Сибирская корона", расположенный в сквере напротив второго корпуса ОмГПУ. В переводе Н. Демуровой и В. Набокова - в теплицы, где выращивают огурцы. В переводе А. Рождественской - просто в парники ( "Сколько у них парниковых рам! - подумала Алиса. - Интересно, что дальше будет").
   По мнению Б. Заходера, Кролик угодил в парник с огурцами, теплицу "или что-нибудь в этом роде".
   По мнению В. Орла речь идет о вполне определенной теплице с огурцами, которую Алиса "заметила неподалеку от крыльца".
   Любопытно, что Пата в переводе Набокова зовут Петькой.
   - Теперь скажи мне, Петька, что это там в окне? - задушевно обращается к нему Белый Кролик.
   - Известно, ваше благородие - ручища!
   - Ручища? Осел ( у Б. Заходера Пата тоже называют "ослом" ) Кто когда видел руку такой величины? Ведь она же все окно заполняет!
   - Известно, ваше благородие, заполняет. Но это рука, уж как хотите.
   В переводе М. Блехмана его зовут Патрик.
  
   20. БИЛЛ ЕЛЕ ЛЕТИТ
  
   Кролик приказывает ящерке Биллу пробраться в дом и убрать руку в окне. Билл вскарабкаивается по лестнице и залезает в трубу. Это знаменитая ящерка Билл ( не путать с Динияром Билелетдиновым ). Поскольку Алисина нога находится в дымоходе, она может преградить путь ящерке. Как только Алиса слышит, что в дымоходе прямо над ней кто-то шуршит и скребется, она поддает Билла ногой. После этого Билл вылетает из трубы.
   - Билль! Билль! Вон летит Билль! - раздаются голоса за окном.
   Потом слышен голос Кролика:
   - Эй, там, у кустов! Ловите его!
   Билла поднимают, угощают его бренди, расспрашивают.
   - Сам не знаю... Вот только с мыслями никак не соберусь. Чувствую, что-то меня снизу поддало - и р-раз в небо, как шутиха! - сообщает Билл.
   - Вот уж точно, как шутиха! - подхватывают остальные.
   Кролик говорит, что придется поджечь дом. Алиса предостерегает его от этого и грозит натравить в этом случае на него Дину.
   Интеллектуальная беседа окружающих дом существ в переводе Н. Демуровой выглядит так:
   - Кто полезет в трубу?
   - Я не полезу! Сам полезай!
   - Ну уж нет! Ни за какие коврижки!
   - Пусть лезет Билль!
   - Эй, Билль! Слышишь? Хозяин велит тебе лезть!
   В переводе В. Набокова: "Кто по трубе спустится?" - "Уволь, братцы, не я!" - "Сам лезь!" - "Врешь, не полезу!" - "Пусть Яшка попробует". - "Эй, Яшка, барин говорит, что ты должен спуститься по трубе"
   В переводе Б. Балтера: "Кто в трубу?" -"Не я!" - "И не я! Давай ты!" - "Нет уж, только не я!" - "Пускай Билль лезет!" -
   В переводе В. Орла:
   -- Я, хозяин, не полезу. Не учен, - говорит один из "приятелей".
   -- И я не полезу!
   -- Пускай вон Билл и лезет.
   В переводе А. Кононенко состоялась такая веселая беседа:
   -- Где другая лестница?
   -- А я чаво? Сказали эту взять. Вон, у Ли какая-то.
   -- Ли, браток, тащи ее сюда скорее!
   -- Сюда, сюда! Ага, ставь на угол.
   -- Да нет! Свяжите их сначала! Во-от!
   -- Чаво вот-то? !
   -- Крыша выдержит?
   -- Осторожнее, шифер хрупкий!
   -- Ой, шифер ползет!
   -- Побереги-ись!!! (Оглушительный грохот.)
  
   " .. раздался страшный грохот, и я вылетел из трубы, как ракета!" - говорит Билл в переводе А. Рождественской.
   " .. что-то ухнуло в меня, и взлетел я, как ракета", - откровенно говорит Яшка в переводе В. Набокова.
   "Меня словно пружиной стукнуло, я чувствую -- взлетаю, как ракета!" - восклицает Билл у А. Щербакова.
   "Ну, наподдало мне что-то снизу, ну и полетел я, как ракета на салюте!" - откровенничает Билл в оригинальном переводе Б. Балтера.
   " ..ну я и пошел кувырком, что твоя шутиха", - вторит Н. Демуровой О. Хасланский.
   "Ничего-то я не разобрал: ка-аа-аак оно щандарахнет меня, так я и полетел оттуда турманом", - рассказывает ящерка Билль в переводе Б. Заходера.
   "Помню только, как что-то на меня наскочило.... и вжик -- я полетел прямо в небо, как воздушный змей", - признается Билл в переводе В. Орла.
   " .. в дуло пушки залез, - говорит Билл у А. Кононенко, - что-то как даст в меня, и я как снаряд полетел!"
   В переводе Л. Яхнина сравнений Билла с летающими объектами нет вовсе. "Я и охнуть не успел, как оно ахнуло меня. Я и полетел вверх тормашками", - просто говорит персонаж.
   В пересказе А. Флоря полет персонажа сравнивается с полетом.. дирижабля ( " .. а оно меня снизу ка-ак жахнет! - И я полетел, как дирижабель!" ).
   Любопытно, что если в большинстве переводов Билла потчуют бренди, то в украинском переводе Бушиной ему предлагают горилку ( "Підтримуйте йому голову... Давайте горілку").
  
      -- АЛИСА И ПИРОЖКИ
  
   Минуты через две внизу опять начинается движение.
   - Для начала хватит одной тачки, - загадочно говорит Кролик.
   "Тачки - чего?" - задумывается Алиса.
   После этого в окно сыплется град мелких камешков. Некоторые попадают Алисе в лицо. На полу камешки превращаются в .. пирожки. Алиса догадывается, что ей нужно съесть пирожок. Она сразу же уменьшается, отведав его.
   Алиса выбегает из дома, видит рядом с ним несколько птиц и зверушек. В середине ее - ящерка Билл. Увидев Алису, существа бросаются за ней, но Алисе удается скрыться в лесу.
   Интересно, что у разных авторов камешки превращаются в разные продукты питания. У большинства это - пирожки ( маленькие или крохотные ). Также встречаются пирожные, печенья ( Л. Яхнин ) и ватрушки ( В. Орел ). В нашем переводе камешки превращаются в беляши.
   В переводе Набокова дворянин Кролик Трусиков говорит: "Сперва одного мешка будет достаточно". У остальных переводчиков речь идет .. о тачке с камешками.
   -- Штук сорок, и хватит, - пожалуй, единственное исключение из правил; так говорит Белый Кролик в переводе В. Орла.
   Да, и еще у Блехмана вместо тачки появляется тележка.
   - Грузите в тележку! - командует Кролик. - Думаю, должно хватить.
  
      -- АЛИСА И ОГРОМНЫЙ ЩЕНОК
  
   Эта часть моей книги наверняка понравилась бы актеру, исполнителю роли Д'Артаньяна М. Боярскому, который, как известно, очень любит щенков и нередко вспоминает о них, обращаясь к своим неприятелям.
   После бегства из дома Белого Кролика Алиса решает сначала принять свой прежний вид, а потом уж найти и дорогу в чудесный сад (по словам Ю. Нестеренко, план не слишком логичный, если вспомнить, что все проблемы с попаданием в сад начались как раз тогда, когда Алиса была нормального роста. "Хотя она могла надеяться отыскать другой вход, пошире и повыше" ). В лесу ей встречается гигантский щенок. Алиса машинально протягивает щенку палку. Щенок думает, что Алиса с ним играет, и с радостью включается в игру. Он резвится с палкой, и Алиса улучает момент, чтобы сбежать и от щенка. Отбежав на порядочное расстояние, она говорит с жалостью:
   - А щенок-то какой чудесный!. Я бы могла его научить разным фокусам, если б... если б только я была нужного роста!
   Неподалеку от Алисы стоит большой гриб. Алиса поднимается на цыпочки, заглядывает наверх - и встречается глазами с огромной синей гусеницей. Та сидит, скрестив на груди руки, и курит кальян.
   Попробуем ответить на очередные два вопроса:
      -- С каким животным сравнивается щенок, когда Алиса думает, что он может представлять для нее угрозу?
      -- Как изображен щенок разными переводчиками?
   В большинстве переводов речь идет о лошади, что соответствует оригиналу - щенок сравнивается с ломовой лошадью.
   "Играть с ним, подумала Алиса, все равно, что играть с ломовой лошадью - того и гляди, погибнешь под копытами!" ( пер. Н. Демуровой ).
   "Алиса, отлично сознавая, что ей, при теперешнем ее росте, игра со щенком равнялась бы игре с упряжной лошадью.." ( пер. А. Рождественской ).
   "Это было всё равно, что играть с тягловой лошадью: того и гляди - попадёшь под копыта" ( пер. М. Блехмана ).
   "Аліса вирішила, що це занадто схоже на гру з ломовиком" ( украинский перевод Г. Бушиной ).
   "Алісі здавалося, ніби вона бавиться з конем-ваговозом" ( пер. В. Корниенко )
   "Да, -- подумала Алиса, -- это все равно что с лошадью в салочки играть -- того и гляди, задавит!" ( пер. Б. Заходера )
   Однако переводчики предлагали нам и других, более массивных, животных:
   "Ане казалось, что это игра с бегемотом, который может каждую минуту ее растоптать" ( пер. В. Набокова )
   "Тогда Алиса, которой казалось, что она играет с ГИППОПОТАМОМ и что ГИППОПОТАМ вот-вот на нее наступит, снова спряталась за лопух" ( В. Орел )
   "Да, -- подумала Алиса, -- это все равно что танцевать со слоном: того и гляди раздавит" ( Л. Яхнин ).
   "Боже, это очень похоже на игру с бешеным слоном" ( А. Кононенко ).
   Иногда речь шла и о .. паровозах.
   "Алисе казалось, что она играет в пятнашки с паровозом; ожидая каждую секунду, что ее переедут" ( Б. Балтер ).
   " .. это очень похоже на игру в салки с паровозом" ( Н. Старилов ).
   Теперь можно рассмотреть, как изображают самого щенка переводчики сказки.
   У Набокова - это "исполинский щенок". В изображении Набокова щенок живописен - " .. он сел поодаль, трудно дыша, высунув длинный малиновый язык и полузакрыв огромные глаза". И опять двумя-тремя штрихами писатель создает запоминающуюся картину.
   У Заходера - это "колоссальнейший лохматый щенок" с большущими круглыми глазами и немалого размера "лапищей", которой он пытается потрогать Алису. В переводе А. Щербакова щенок не столь ярок, он всего лишь "оказавшись довольно далеко в стороне, усаживается, тяжело дыша, высунув язык и закрыв глаза от удовольствия". Похож он на щенка в изображении А. Кононенко - "щенок выдохся и сел поодаль с высунутым языком, тяжело дыша и прищурив огромные глаза". В переводе Ю. Нестеренко он "уселся совершенно умотанный, часто дыша, высунув язык и полуприкрыв глаза".
   Интересно, что А. Рождественская объясняет для юных читателей, что такое кальян - "прибор для курения, в котором дым проходит через воду, находящуюся в особом стеклянном сосуде". То же делает Б. Заходер.
  
      -- БЕСЕДА АЛИСЫ С ГУСЕНИЦЕЙ
  
   Затем следует беседа Алисы с Гусеницей.
   - Кто ты такая? - спрашивает ее Гусеница. Алиса пытается объяснить, что она и сама не очень понимает, кем она стала. Гусеница бросает Алисе односложные реплики ( "Не вижу", "Почему", "Нисколько" ). Это в конце концов Алисе надоедает, так что она поворачивается и собирается уходить. Но Гусеница кричит ей вслед:
   - Вернись! Мне нужно сказать тебе что-то очень важное.
   После чего Гусеница советует: "Держи себя в руках".
   Любопытно, что совет Гусеницы переводится по-разному.
   "Вы не должны выходить из себя,", - произносит червяк в переводе А. Рождественской. "Не надо выходить из себя!", - вторик червяк в переводе Заходера.
   "Владей собой", - молвит Гусеница у Набокова и Б. Балтера.
   "Спокойствие прежде всего",- произносит Шелкопряд в переводе А. Щербакова ( здесь нельзя не вспомнить слова героя одного из советских мультфильмов, Карлсона, когда он обращался к Малышу: "Спокойствие, только спокойствие" )
   "Крепись!" - доверительно говорит Гусеница в переводе В. Орла.
   "Главное - не забывать главного", - бормочет Куколка у Л. Яхнина.
   "Сдерживайся!" -- выпаливает Сороконожка у А. Кононенко.
   "Держи себя в руках", - говорит Гусеница у Нестеренко и Старилова.
   "Сдерживай свои чувства", - советует Гусеница у О. Хасланского.
   "Учитесь властвовать собою!" - очень важно и нравоучительно произносит Шелкопряд в переводе А. Флоря.
   "Никогда не выходи из себя", - учит Гусениц в переводе Блехмана.
   Алиса говорит Гусенице так: "I hardly know, Sir" - воспитанная Алиса употребляет в беседе с этим персонажем обращение "Sir" в знак того, что она воспринимает его как старшего по возрасту, если не по положению ( наблюдение из интерактивной образовательной программы "Мир Алисы" ).
   В некоторых русских переводах Гусеница - это не больше и не меньше как "червяк" или "шелкопряд". И обращаются к нему "сэр" ( или "дорогой сэр", как требовал обращаться к себе герой повести Ю. Коваля гражданин Лошаков во время игры на бильярде по-кармановски ).
   Во всех переводах Гусеница дважды интересуется у Алисы, кто она, собственно, такая. В переводе Набокова
   - Тебе? - презрительно говорит Гусеница. - Кто ты?
   "И разговор таким образом обратился в сказку про белого бычка", - замечает В. Набоков. Сказка про белого бычка - русское ироническое название длинной истории, которая не имеет конца и развивается по кругу.
   Интересно посмотреть, как выглядит эта беседа в переводе Бушиной:
   "- Аж ніяк, - заперечила Гусениця.
   - Ну, може, ви поки що цього не відчуваєте,- сказала Аліса, - але коли вам треба буде перетворитися на лялечку - а вам доведеться рано чи пізно, розумієте, - а потім на метелика, - гадаю, ви будете почувати себе не зовсім приємно, чи не так? .
   - Анітрошечки,- відповіла Гусениця.
   - Можливо, ви сприймаєте це інакше, - зауважила Аліса, - але я знаю, що почуваю себе дуже неприємно.
   - Ти! - з презирством промовила Гусениця. - Хто ти така?"
  
      -- "СКАЖИ-КА, ДЯДЯ"
  
   Гусеница спрашивает Алису, изменилась ли она. Алиса говорит, что она меняется и мало что помнит. Так, она не смогла вспомнить стихотворение "Птичка Божия не знает" - у нее получилось "совсем не то". Гусеница предлагает ей прочитать стихотворение "Папа Вильям" ( в нашем переводе - "Скажи-ка, дядя" ).
   Алиса читает стихотворение. Гусеница выслушивает ее и выносит вердикт - стихотворение неверно от начала до конца.
   Н. Демурова указывает, что прообраз "Папы Вильяма", стихотворение Саути было впервые опубликовано в журнале "Юс мэгэзин" в феврале 1816 г. Хорас Грегори считает, что сам Саути в этом стихотворении "бессознательно пародировал философию Вордсворта"; возможно, пародия Кэрролла содержит также намек на самого Вордсворта. "Не о другом ли Вильяме идет здесь речь, не о том ли Вильяме Вордсворте, который сменил Саути на посту Поэта- и далеко ушел от своей "Оды о безсмертии"?.. Не был ли Папой Вильямом стареющий поэт, брюзгливо, но проницательно вопрошающий одного из своих поклонников относительно состояния своих американских капиталовложений? Возможно, Алиса не намеревалась заходить так далеко, и все же... ее Папа Вильям по меньшей мере знает толк в коммерции и употребляет рекламный язык"
   Интересно, что пародия Кэрролла на "Папу Вильяма" сама послужила образцом для стихотворения "Льюис Кэрролл" Элинор Фарджон, известной детской писательницы Англии.
  
   - Мистер Доджсон, - сказал любопытный малыш,
   Я на лбу твоем вижу морщины.
   Но так остро и весело ты говоришь!
   В чем же дело? Открой мне причину.
  
   - В ранней юности, - Доджсон ему отвечал, -
   Математиком был я, признаюсь,
   Чтобы разум мой робким, как Кролик, не стал
   Или диким, как Мартовский Заяц..
  
   - Ты мудрец, Льюис Кэрролл, - продолжил малыш, -
   В древнем Колледже ты обитаешь.
   Но, коль разум твой ясен, как ты говоришь, -
   Ты, должно быть, истории знаешь?
  
   - В ранней юности, - Кэрролл ему отвечал, -
   Я рассказывал много, не спорю.
   И тогда-то мой ум, как ребенок, играл.
   Так послушайте пару историй
  
   Вот что читает Алиса удивленному "червяку" в переводе П. С. Соловьевой:
  
   Горит восток зарею новой.
   По мшистым кочкам и буграм,
   В душистой заросли еловой,
   Встают букашки здесь и там
  
   Навстречу утренним лучам.
   Жуки ряды свои сомкнули.
   Едва ползет улиток ряд,
   А те, кто куколкой заснули,
   Блестящей бабочкой летят.
  
   Надевши красные обновки,
   Расселись божие коровки,
   Гудит с налета майский жук.
   И протянул на листик с ветки
   Прозрачный дым воздушной сетки
   Седой запасливый паук.
  
   П. С. Соловьева пародирует, по словам Н. Демуровой, стихи, хорошо знакомые русским детям, используя пародийный прием для того, чтобы написать новое стихотворение о рождении Боровика, никак не связанное ни с Кэрроллом, ни с Саути. "Стихотворение П. С. Соловьевой, несмотря на свою пародийность, весьма традиционно по форме и даже чем-то напоминает "Бал бабочки" Вильяма Роскоу".
   Как замечает Н. Демурова, в "Папе Вильяме" Кэрролл последовательно "снижает" нравоучительное стихотворение Саути "Радости старика и Как Он их Приобрел". "Моральные" и "возвышающие душу" темы размышлений Саути - о быстротечности жизни и радостей земных, о смерти и пр. - заменяются у Кэрролла "чепухой", вызывающе открыто декларированной во второй строфе:
  
   ...Но узнав, что мозгов в голове моей нет,
   Я спокойно стою вверх ногами.
  
   Так, сохраняя не только героев и схему стихотворения Саути, но и самое построение фраз отца и сына, ряд описательных конструкций, стихотворный размер, схему рифм, Кэрролл переводит все содержание стихотворения в план безответственного "стояния на голове".
   Исследовательница вспоминает старое различие между собственно пародией и травестией, или изнанкой, указание на которое есть в рукописях Ю. Н. Тынянова. Цитируя старого автора, Тынянов пишет: "Изнанкою называется описание шуточным и даже низким слогом тех происшествий, кои прежде но важности своей описаны были слогом высоким. Изнанка не есть пародия, как многие полагают, ибо пародия состоит в применении того же сочинения к другим происшествиям и к другим лицам, с переменою некоторых выражений"
   ""Папа Вильям" Кэрролла ближе всего именно к этому "изнаночному" типу пародийной литературы", - делает вывод Н. Демурова.
   Основой нашего перевода был перевод Владимира Набокова, которому мы осмелились придать чуть более комичный и современный вид. Вот перевод русского писателя, автора "Лолиты":
  
   - Скажи-ка, дядя, ведь не даром
   Тебя считают очень старым:
   Ведь, право же, ты сед
   И располнел ты несказанно.
   Зачем же ходишь постоянно
   На голове? Ведь, право ж, странно
   Шалить на склоне лет!
  
   И молвил он: "В былое время
   Держал, как дорогое бремя,
   Я голову свою...
   Теперь же, скажем откровенно,
   Мозгов лишен я совершенно
   И с легким сердцем, вдохновенно
   На голове стою".
  
   - Ах, дядя, - повторяю снова:
   Достиг ты возраста честного,
   Ты - с весом, ты - с брюшком...
   В такие годы ходят плавно,
   А ты, о старец своенравный,
   Влетел ты в комнату недавно
   - Возможно ль? - кувырком!
  
   - Учись, юнец, - мудрец ответил. -
   Ты, вижу, с завистью приметил,
   Как легок мой прыжок.
   Я с детства маслом мазал ножки,
   Глотал целебные лепешки
   Из гуттаперчи и морошки -
   Попробуй-ка, дружок!
  
   - Ах, дядя, дядя, да скажи же,
   Ты стар иль нет? Одною жижей
   Питаться бы пора!
   А съел ты гуся - да какого!
   Съел жадно, тщательно, толково,
   И не осталось от жаркого
   Ни одного ребра!
  
   Я как-то раз, - ответил дядя,
   Живот величественно гладя, -
   Решал с женой моей
   Вопрос научный, очень спорный,
   И спор наш длился так упорно,
   Что отразился благотворно
   На силе челюстей.
  
   - Еще одно позволь мне слово:
   Сажаешь ты угря живого
   На угреватый нос.
   Его подкинешь два-три раза,
   Поймаешь... Дядя, жду рассказа:
   Как приобрел ты верность глаза?
   Волнующий вопрос!
  
   - И совершенно неуместный, -
   Заметил старец. - Друг мой, честно
   Ответил я на три
   Твои вопроса. Это много. -
   И он пошел своей дорогой,
   Шепнув загадочно и строго:
   - Ты у меня смотри!
  
   Как справедливо замечено автором одного из посвященных Алисе "проектов", переводчик здесь пародирует известное стихотворение М.Ю. Лермонтова ( которого комментатор называет почему-то Ю. Лермонтовым ) "Бородино" - "Скажи-ка, дядя, ведь не даром Москва, спаленная пожаром, французу отдана?".
   В переводе Б. Балтера в стихотворении есть знакомая строка:
  
   Кроха-сын к отцу пришел,
   Удивлен безмерно:
   "Разве это хорошо
   В возрасте почтенном?"
  
   Здесь пародируется ритм и содержание детского стихотворения В. Маяковского "Что такое хорошо и что такое плохо?":
  
   "Крошка сын
   к отцу пришел,
   и спросила кроха:
   - Что такое
   хорошо
   и что такое
   плохо?-
   У меня
   секретов нет,-
   слушайте, детишки,-
   папы этого
   ответ
   помещаю
   в книжке
  
   Так же поступает и А. Флорь:
  
   Крошка сын к отцу пришел
   И спросила кроха:
   "На бровях ты - хорошо
   Это или плохо?".
  
   Здесь имеется в виду идиоматическое выражение "придти на бровях", - то есть подшофе, нализавшись, упившись, в драбадан, в стельку.. хм.. что-то Ваш комментатор увлекся. Кроме того, папа - большой оригинал в этом переводе. Он натирается по утрамистым скипидаром"!
   В переводе М. Блехмана есть "изнанка" стихотворения Маяковского в развернутом виде. Здесь его содержание пародируется основательно, - "задом наперед, совсем наоборот", как говорят персонажи "Алисы в зазеркалье".
  
   - Если мальчик стёкла бьёт
   И баклуши тоже,
   Слава о таком идёт:
   Очень он хороший!
  
   - Если в лужу он полез,
   Замочил трусишки,
   Говорю я: Молодец!
   Так держать, детишки!
  
   - Если маме нагрубил,
   Бабушке и деду,
   Мне такой мальчишка мил,
   Дам ему конфету!
  
   - Если ж учится на "пять",
   Слабому поможет,
   Про такого говорят:
   Очень нехороший!
  
   Папа Вильям в переводе В. Орла в зоопарке .. дразнил моржа и даже укусил муравьеда ( не путать с литературоведом ).
  
   Папа, жабу на носу
   Ты держал намедни, -
  
   говорит малыш в пересказе А. Флоря.
   В большинстве же переводов Вильям просто "водрузив себе на нос угря,
   удержал его в равновесии". Также в большинстве переводов папа Вильям кушает гуся:
  
   Как же вы в одиночку убрали гуся,
   Целиком, не оставив костей? -
  
   Спрашивает у него лирический герой. Но иногда он "умудряется в четыре глотка Проглотить молодого барашка" ( пер. В. Орла ).
   В переводе Н. Демуровой папа кушает сразу двух гусей: "Между тем двух гусей за обедом один ты от клюва до лап уничтожил".
   В переводе Л. Яхнина количество поедаемых Вильямом гусей становится фантастическим: "гусей двенадцать дюжин .. поедаешь ты на ужин". Всего получается, что Вильям съедает сто сорок четыре гуся.
   В переводе А. Кононенко дядя Вильям помимо гуся "съел поднос".
   В переводе О. Хасланского персонаж расправляется с индюком:
  
   Вы стары, дядя Вильям, для ваших челюстей
   Я думаю, и каша должна бы быть жестка,
   А вы пришли на праздник и к ужасу гостей
   С костями -- в одиночку -- сожрали индюка?
  
   В переводе И. Явчуновской-Рапопорт персонаж грызет не только гуся, но и сухарики: "А сам спокойно грызешь сухари, Гуся с костями доел".
   Замечено, что в первом рукописном варианте сказки "Приключения Алисы под землей" в стихотворении о папаше Вильяме баночка с мазью, сохранившей этому замечательному старому джентльмену бодрость и ловкость, стоила "в подземелье" пять шиллингов, а в "Стране Чудес" только шиллинг.
  
      -- ЧУДЕСНЫЙ ГРИБ
  
   Гусеница спрашивает Алису, какого роста она хотела бы быть.
   - Если вы не возражаете, сударыня, - отвечает Алиса, - мне бы хотелось хоть капельку подрасти. Три дюйма - такой ужасный рост!
   Гусеница возражает, что три дюйма это отличный рост, потому что она сама размером в три дюйма. Потом Гусеница сползает с гриба и бросает Алисе:
   - Откусишь с одной стороны - подрастешь, с другой - уменьшишься!
   - С одной стороны чего?
   - Гриба.
   После этого Алиса в задумчивости смотри на гриб, пытаясь определить, где у него одна сторона, а где другая. Она отламывает от гриба два кусочка и отведывает каждый.
   Попробуем снова ответить на два вопроса:
   1. Как переводчики изображают Гусеницу?
   2. Какого размера Гусеница и Алиса в этом эпизоде?
   В изображении Владимира Набокова Гусеница довольно экспрессивна:
   - Это чрезвычайно достойный рост! - гневно восклицает она, взвиваясь на дыбы (она была как раз вышиной в три дюйма.)
   В изображении Б. Заходера перед читателем предстает .. задорный червяк.
   -- Откусишь с этого боку -- станешь больше, откусишь с того боку -- станешь меньше. Ну-ка, раскуси!
   В переводе А. Щербакова Шелкопряд и особенно его кальян выглядят прекомично:
   - Постепенно привыкнешь, - говорит Шелкопряд, после чего "сунул в рот чубук, и его кальян опять засипел и забулькал".
   В большинстве переводов в Алисе и Гусенице - три дюйма росту.
   В переводе В. Орла Гусенице три сантиметра, и Алисе, значит, тоже. "Три сантиметра - дивный рост", - утверждает Гусеница.
   В переводе Л. Яхнина Алиса жалуется на то, что она-де "кукольного роста". Такого же роста и Бабочкина Куколка.
   А. Кононенко, переведя дюймы в сантиметры, пишет, что Алиса была ростом в восемь сантиметров.
   "Да, но хотелось бы стать чуть выше", -- говорит у него Алиса -- "Восемь сантиметров -- такой жалкий ростик".
   "Это весьма солидный рост!" -- возмущается Сороконожка, одновременно вставая на дыбы во всю свою длину (она как раз была длиной восемь сантиметров).
   Н. Старилов "округляет" рост Алисы до десяти сантиметров.
   - Как сказать ... Правда, десять сантиметров - это не рост ...
   - Это рост! - вопит Шелкопряд, вытягиваясь в длину (в нем оказывается ровно десять сантиметров). - Это идеальный рост!
   Такого же приблизительно роста Алиса в переводе М. Блехмана.
   - Я бы хотела стать немножко побольше, - говорит она, - ужасно грустно быть ростом в полкарандаша.
   - Это прекрасный рост! - сердито заявляет усениц" и расправляет плечи. "Ростом он был как раз в полкарандаша".
   На украинском языке этот эпизод тоже выглядит весьма комично:
   "Поживеш - звикнеш, - запевнила Гусениця і знову засунула люльку в рота і почала попихкувати нею" ( украинский перевод Г. Бушиной ).
   "- Якщо ваша ласка, пані, - сказала Аліса, - то я б не проти трішки підрости. Три дюйми - такий нікудишній зріст!
   - З часом звикнеш, - сказала Гусінь і знов запахкала люлькою" ( пер. В. Корниенко ).
  
      -- ДЛИННОШЕЕЕ СУЩЕСТВО
  
   Отведав от другой стороны гриба, Алиса принимается расти. Она вырастает до того, что шея ее вытягивается, а голова находится чуть выше крон деревьев. В таком положении застает ее Горлица, которая бросается на Алису, думая, что она змея, которая охотится за ее яйцами.
   - Убирайся, змеюка! - кричит Горлица на чистом кашубском наречии.
   Алиса отвечает ей, что она - не змея, а маленькая девочка. Горлица жалуется ей на то, что она перепробовала уже разные методы борьбы со змеями и все без толку. Также горлица интересуется, ест ли Алиса яйца. Алиса отвечает, что она едала яйца, но яиц Горлицы ей не надо.
   Затем Алиса, завидев на поляне маленький домик, откусывает от гриба и уменьшается до роста в девять дюймов.
  
  
   В пересказе А. Флоря - "Да, но всю жизнь учить уроки!... Нет, увольте! Впрочем, какие уроки! Алиса, и тебе не стыдно говорить такую чушь? Ты здесь сама еле разместилась, а куда учебники денешь, а?"
   Как здесь не вспомнить песню из фильма "Белое солнце пустыни" - "Выше благородие, госпожа удача.."
   Название этого эпизода - перифраз палиндрома "Тит еле летит" ( предложение можно прочитать и задом наперед, при этом смысл его не изменится ).
   "Знаю тільки, що мене хтось буцнув, і я шугонув угору, як повітряний змій" ( в переводе В. Корниенко ).
   "Денег нет, а на ватрушку", как говорил один из друзей Владимира Солоухина ( см. повесть "Капля росы" ).
   Беляш - распространенный в девяностые годы прошлого века в столовой второго корпуса ОмГПУ питательный продукт. Ему была посвящена социальная реклама: "Новое поколение российских студентов отдает все большее предпочтение беляшам. Давайте спросим у них, почему?
   - Эти беляши можно жевать-жевать, и не пережевать никогда.
   - Если я не съем беляш, то я немного начинаю нервничать.
   - А мне нравится беляш "Джузи Фрут".
   - Ну просто классическое российское кошачье мясо!
   Также беляшам посвящена популярная песня "Беляши - это наша жизнь".
   В пересказе команды КВН "Уральские пельмени" - "Малыш, у вас все еще работает Фрекен Бок? Я хотел с ней немного пошалить".
   По мнению П. Хита, Гусеница придерживается взгляда Локка на неизменность личности, которая прежде всего выражается в устойчивости памяти. "Личность осознает себя как таковую, поскольку помнит собственное прошлое и способна оживлять в памяти своей личный опыт" ( Н. Демурова ).
   В переводе А. Оленич - Гнененко:
  
   Обсуждая решенья с своею женой,
   Челюсть я закалил тогда
  
   Игорь Петраков. Аннотированная Алиса. - 54 -
  
  
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"