Петраков Игорь Александрович: другие произведения.

Брызги

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Редакция сборника стихов.


   Предисловие
  
   Прежде всего о том, как стало возможным появление этого стихотворного сборника.
   Русская поэзия.. Очарование ее удивительно и не поддается пересказу. Я изучал ее - на филологическом факультете педагогического университета. Преподавал - в педагогическом училище. И однажды появилась мысль - не попробовать ли самому подняться до облаков, не копируя классиков, создать собственные произведения, которые можно было бы показать людям. И я отложил в сторону пыльные учебники, повествующие о законах и правилах стихосложения, и принялся за сочинение своих неповторимых виршей. Помню, что первый маленький сборник появился еще в девяносто девятом году прошлого века. В нем было всего два десятка стихотворений. Но он мне понравился, и я продолжил свои творческие попытки. За первым сборником последовали второй, третий.. Названия их были причудливы, а сами стихотворения отличались богатством аллюзий, как сказали бы литературоведы, и подчеркнутой лапидарностью.
   "Шли годы, бурь порыв мятежный развеял прежние мечты" - как сказал Пушкин. В две тысячи восьмом году был опубликован небольшим тиражом первый сборник, который назывался - "Другая сторона". Я сам подбирал для него картинки - иллюстрации, помогающие полно раскрыть его содержание. Этот сборник стал первой ласточкой, заслужил признание читателей. Поэтому он мне и дорог, как вы понимаете. Здесь, в этой брошюре, я привожу его почти полностью. Я хочу, чтобы все читатели настоящего сборника ознакомились с ним прежде всего - ведь с этого все начиналось.. Гораздо позже появились "Брызги" и завершающий сию подборку "Свет".
   Во многих картинах, что изображены в стихотворениях, можно угадать очертания нашего города - Омска, с которым у меня связано немало романтических и сентиментальных воспоминаний. Поэтому и на первом развороте книги вы видите изображение Любинского проспекта, что недалеко от того же педагогического института, в самом центре нашего города. Любопытный читатель поймет, что здесь эта картина помещена не случайно. Впрочем, не буду раскрывать все карты. С каждым стихотворением читатель получит возможность сам войти под своды русской поэтической традиции. Вы увидите, как разворачивается, "подобно розе из давно увиденного учебного фильма", замысел автора. Удивительная эта возможность - побывать в свете правдивой и ясной поэзии - раскроется перед читателем.
   В завершение книги помещены также "стихотворения в прозе". Они - больше явления прозаического рода, но по интонации, по настроению, они весьма гармонируют с основными сборниками, посему и представлены просвещенному вниманию читателя. Также здесь вы обнаружите мои переводы стихотворений Владимира Набокова, написанных на английском языке в середине прошлого века. Переводы, которые я также осуществил в это десятилетие - с две тысячи первого до две тысячи десятого года. Среди них выделяется "Вечер русской поэзии" - стихотворение, которое как бы завершает всю панораму, которая представлена в настоящем сборнике.
   Итак, теперь вы готовы приступить к вдумчивому и подробному прочтению.. хочу выразить надежду, что вы найдете здесь то, что искали.
  
   Игорь Петраков
  
  
   Исцеление
  
   И новый сюжет, и новые лица
   вокруг моих снов и моей любви.
   И мне не забыть, как летели птицы
   и дым облаков. Как летела ты.
  
   И я не напрасно искал тебя в мире,
   в том мире жестоком упавших душ,
   от неба лишь в памяти сохранились
   крупицы, снежинки, что тают.. средь стуж
  
   как ревнивец я помнил твой голос
   и легкий нездешний небесный шаг..
   Ты так на земных и других непохожа,
   и так непохожа твоя душа
  
   на души упавших в надземный город,
   что тащат семейства с собою свои.
   Господь один знает, как мне был дорог
   твой взгляд среди этой нелепой зимы.
  
   Летит самолет безмятежно в небе,
   и так же спокоен бывал твой взор,
   и думалось - может быть, будем вместе,
   как будто возможно здесь счастие.. вздор
  
   чужой уходил, с моим сном незнакомый,
   и встреча была после долгих разлук.
   И мне не забыть, как стоял я и снова
   тебя узнавал среди снега и мук.
  
  
   _ _
  
   И город заполнен людьми, что странно
   ведут себя. Так непонятно мне.
   Они поднимаются с лож утром рано,
   спешат в злую стужу. А я лишь во сне
  
   ту вижу работу и бед их морок,
   но чувство вины не приходит, нет.
   Я помню, что был тебе очень дорог
   другой мир, понятный, естественный, где
  
   любовь не считалась запретным словом,
   и встречи случались как чудеса,
   и можно быть радостным, снова, снова,
   и слышать шаги, и людей голоса,
  
   счастливых от воздуха и беззаботных.
   Теперь же - иной предо мною мир,
   где нет доброты, и его воздух - плотный,
   насыщенный горьким проклятием, лир
  
   не слышна струна, только плач и крики
   забывших Россию и небеса,
   и вот в этом странном непонятом мире
   хотел сохранить я твои два листа,
  
   и почерк твой как ритм сердца запомнить
   навеки, как голос, как верный взгляд..
   Но время безжалостно отняло.. Что мне
   осталось от встречи? как будто закат,
  
   закат охватил уж полнеба, полнеба,
   и смутно предвестие лающей тьмы,
   спешащей ворваться в мой мир, и мне бы
   в тот час осторожным стать, ибо где сны,
  
   где мир, в этот час непонятно сознанью
   бывает, от этого легче мне..
   Как будто я снова тебя встречаю
   в знакомом пространстве и в этой стране.
  
   И ты как всегда, неизменной улыбкой
   ответишь на мой неспокойный взор,
   покажется старой, нелепой ошибка,
   что стала законом в стране из-за гор.
  
   Пока торжествующий холод и ветер,
   пока не видны мне твои листы
   Но будет апрель и наступит вечер,
   когда неожиданно сбудутся сны.
  
  
   Первое марта
  
   Понедельник как ночь, и город
   отступает в запретной тьме.
   А как был мне тот час ведь дорог,
   когда мы были вместе в дне,
  
   так спокойно текущем в вечность,
   будто это такая река,
   Маета, понедельник, безпечность,
   где-то солнце, и где-то тебя
  
   кто-то слышит в запретном мире,
   недоступном теперь для снов,
   верных слову, и тихо в квартире,
   тихо в городе, и часов
  
   только слышен лишь ход неспешный,
   я безсилен, вот день! - вернуть
   я пытаюсь мой сон - безуспешно,
   неужели смогли обмануть
  
   нас, все так проверяющих тщетно
   в этом мире, твоя душа -
   вот кого я любил, и светлой
   та мечта все ж была одна.
  
   В понедельник так заперты двери,
   спертый воздух в домах иных,
   отчего бы сейчас не поверить,
   полюбить, - но безсилен стих
  
   перед сей тишиною безкрайней,
   только смех лишь ему в ответ,
   впрочем, будет ответ зазеркальной
   понедельника тьме - рассвет.
  
  
   Брызги
  
   Там, далеко, неприметливый день,
   Что не имеет ничего общего
   С плотью и злобой мира, людей и снегом,
   Тающим от первого прикосновения жарких пальцев,
   Там, на пограничной полосе зари
   Воскресают образы прошлого,
   Они так дороги мне, больше чем нити,
   Связывающие с бытием. Так возвратиться
   Мне хочется в полный яркого солнца вечер,
   Где листва как краска художника,
   Где фонтаны живы, и брызги
   Яркой синей воды играют в луче
   Вечернем, заходящем в гости
   В арку тихого города, и человек
   Медленно проходит вдоль аллеи,
   Не спеша, и дети играют
   В полной дневного света арке..
   В небе розовый след облаков,
   и знакомое тепло твоей ладони
   не оставляют никаких сомнений
   в том, что все это - настоящее.
  
  
   Старые тетради
  
   Стихи не хотели гореть, пришлось
   Поэту их разрывать по словам,
   Но снова остались безстрастными, злость
   Не уходила, а сколько нам
  
   Было известно хороших строк,
   тех, что с его бедным днем не сравнить,
   тех, что горят как в заре восток,
   существованью дают будто нить..
  
   Но у поэта остались стихи,
   Четверостишия, что не забыть,
   Старой тетради скомкан дневник,
   Но эти строки - они будут жить,
  
   Кто-то их вспомнит в долгом пути,
   Кто-то украсит свою судьбу,
   Эти слова нужно было найти,
   Чтоб одолеть небывалую мглу,
  
   Ту, что встречала поэта в ночи,
   Ту, что пугала и в ночь звала,
   Память уставшая все же молчит,
   Столько она здесь пережила..
  
   Стихи не умеют гореть, дневник
   Не разорвать, и так будет всегда,
   Он не волшебник, но из его книг
   Будто бежит живая вода..
  
   Книг ненадежных - бумажных, слепых,
   Но сообщающих нам иногда,
   Что где-то в мире есть стихи
   И, значит, жизнь не безсмысленна, да,
  
   В этой вселенной он не одинок,
   Есть разумение в мире большом,
   Кто-то запомнит лишь несколько строк,
   Но это тоже ведь чудо.. как днем
  
   Будут их души освещены
   Светом, что в строки принес поэт,
   Их будут помнить, дыханье весны
   В них сохраняется тысячи лет.
  
   - -
  
   И вдохновительница - белая зима
   Покрыла инеем весь белый свет,
   В уютных квартирах время как гостья
   Незваная, смотрит все на часы и ждет..
   Как бегут стрелки. Так вода льется
   Талая, быстрая, как стремительный бег
   Солнечного света, что тоже в гостях
   В придуманном городе без снов,
   Где лишь дети сохраняют чувства,
   И в синих шапках, в белых пальто
   Люди по улице, тянется время,
   В окнах чужих загораются дни
   И пролетают как птицы,
   И кот лижет лапку, и время забыло
   О предназначении дней и века,
   И бедные книги молчат, как верные слуги,
   Зря расставленные в шкафу,
   Ведь ты еще в городе, там, где зима
   Владеет и чувствами, и снегами,
   Где быстрых машин раздается шум,
   Где люди еще говорят.. напрасны
   Их речи, и лишь киваешь ты
   В ответ на жаркие их признанья,
   Как будто в заговоре с моими мыслями
   И моими словами.. Там кто-то работает,
   Кто-то берет в библиотеке какую-то книгу,
   Но все напрасно, и каждый понимает это,
   Какая безсмысленность растеклась по городу,
   Боже, и лишь это время,
   Что оставляет надежды не те,
   Может привести к твоему дому,
   Где свет солнечный живет так ясно,
   И нет и следа от той стылой зимы,
   Что окружает мой.. и вдохновение -
   Чувство недружелюбное для меня..
   Я не смотрю ему вслед, но знаю,
   Что настоящее - здесь.
  
  
   Сновидение
  
   В чужих домах, в неназванных поселках
   И в проклятых законом городах
   Нам выпало мечтать о солнце
   И молча ждать весны своей. Впотьмах
  
   Соседи наши безнадежно жили,
   Свое лишь ублажая естество,
   Что так безхитростно, в помине
   Не будет их имен, и зло,
  
   Что так охотно и легко творили
   Они то врозь, то вместе, пропадет
   Под первыми лучами, просто сгинет,
   Оставив талый след в земле, вот-вот
  
   Небесных сил произойдет сретенье,
   И это обещание давно
   Мне душу греет, знаю - в воскресенье
   Мы встретимся.. И зря заведено
  
   Обычаем нелестным, неприглядным
   Нас оскорблять, природа сих людей
   Изменчивою стала, но нарядом
   она не станет завтра, поскорей
  
   спешат они сокрыться в норы,
   что лишь так называются - дома,
   от солнца прячут свои разговоры
   и взоры их не рады, что утра
  
   пришла пора.. Давно уж потеряли
   подобие и образ, но в ночи
   крик раздается их все реже, прочитали
   они мои слова и мысли, как сычи
  
   нахмурены, и дни считают,
   что им осталось властвовать в миру,
   мечты их втуне только пропадают,
   и тают - словно бы в жару..
  
   И вот обман людской подходит к грани,
   Где волшебство не властно надо мной,
   Напрасно простирают они длани
   И камни поднимают, сей порой
  
   Проходит ложь и страх, внушенные подспудно,
   И мир раскроется как цветок,
   проклятий рой и шум ошибок трудных
   уже не помешают мне.. далек
  
   вдруг станет этот город, ставни
   раскроешь ты, и в этом дне
   найдешь ты, что когда-то потеряли
   мы в мире, как в волшебном сне.
  
- -
  
   Громкий смех раздавался над площадью,
   И неслась чья-то злая весть,
   В этом городе странном полотнища
   На ветру не колышутся, здесь
  
   Только детям присуще движение,
   Только мы можем стать людьми,
   Не забывшими веру, осенние
   Убеждают нас в этом дни.
  
   Позабыты уже приличия
   И давно не читают книг,
   Человеческое - обезличено,
   Время - продано, в воротник
  
   Здесь прохожие зябко кутают
   Свои лица, и ветра шум
   Заглушает слова их, лютые
   Наступают морозы, ум
  
   Не постигнет того, что делается
   В этом городе, знаешь, все
   По другому могло быть, мне верится,
   Если бы ты не забыла.. Днем
  
   Обернулся бы сумрак тающий,
   Что теперь окружает нас,
   Этот город мог стать блистающим,
   Человечным, и он бы спас
  
   миллионы людей, немерцающим
   светом здесь бы зажглись огни,
   и никто бы не слыл страдающим,
   и никто бы не был один.
  
   Но пока между стен равнодушие
   Установлено между людьми,
   Все кричат, все и спорят, глупые,
   Все купюры считают они..
  
   Я пройду мимо них незамеченный,
   Чуда я непременно жду..
   Вспомнишь ты - и слова, и встречи..
   Больше я ничего не прошу.
  
   - -
  
   Где-то в России, среди снегов
   Затерялся твой дом, одиноко
   Смотрят ставни, и даже сквозь гущу веков
   Не проникнет беда в его окна.
  
   Где-то трудятся люди напрасно, они
   Не поймут, что тебе не подходят
   Их творенья нелепые, лишь фонари,
   Что на снег свет бросают, низводят,
  
   Лишь они небезсмысленны, лютую мглу
   Они видом своим разгоняют,
   и быть может, мнилось лишь мне одному,
   Что дорога твоя не растает
  
   Среди этих снегов, что значение есть
   в каждом слове твоем и вздохе,
   в этом мире огромном и мглистом, как весть
   о надежде, и, одинокий,
  
   приходил я не зря к твоим окнам, дома
   мне кивали небезучастно,
   где-то в мире шумела иная весна,
   и боялся я думать о счастье..
  
   А теперь лишь осталась надежда, она
   Одинока порой этой зимней,
   Не понять сего людям, лишь ты одна
   Мне согласно кивнешь, и иней
  
   Будет снова светилом дневным освещен,
   И минует беда, и утро
   Снова в город войдет, и нелепейшим сном
   Мне покажется та разлука.
  
  
   На полюсах
  
   Мы делали зарядку, из тюрьмы,
   Что высилась над площадью, смотрели
   Бездушно, безучастно, словно мы
   Давно уже не люди, и метели,
  
   Я знаю, эту площадь занесут,
   Покроют снегом длинные скамейки,
   И люди, что хозяйничали тут,
   Вкусивши власти, пропадут в том снеге,
  
   Еще три шага - и не разглядеть
   Тот дом унылый и весны печальной
   Ту слякоть, закрывающую впредь
   Дорожек паутину, лишь прощальный
  
   На это дело бросит взгляд поэт,
   Пойдет легко по улице, и лица
   Людей узнает через сотню лет,
   Что он провел вдали столицы.
  
   Послушный, славный, город оживет
   В луче светила, и узоры
   На ратуше всяк разглядит, не в счет
   Окажутся все уговоры,
  
   Безсмысленные, глупые, почти
   Рассчитанные равнодушно
   На тех, кто не поймет, что жизни и любви
   Есть место под луной.. Как скучно
  
   Звучали их немые голоса,
   Что одолеть не в силах были морок,
   И их проклятья.. неба полоса
   Тем убедительнее, снова
  
   Я вспомню все - и речь, и ясный взгляд,
   И верную живую нежность,
   И тот прекрасный осени наряд,
   И встречи нашей светлой неизбежность.
  
  
   Бирюзовая нить
  
   Все рассчитано, занято,
   И в учебники вложено, в мире
   Каждый может советы дать
   По любому вопросу, но лире,
  
   Бедной лире поэта помочь нелегко,
   Ведь она устремленная в будущее,
   Где бывает такое, что в сотне веков
   Не встречалось доселе, грядущее
  
   Предсказать разве могут писатели те,
   Что лишь повторят услышанное,
   А сложнее и важно - в людской суете
   угадать новый смысл, афишами
  
   и спектаклями, что повторяют закон,
   устаревшими также газетами
   не сменить настоящее, напрасно днем
   журналисты корпят над наветами..
  
   Все рассчитано, занято, но в душе есть ведь нить,
   Что связала судьбу удивительно,
   Между мной и тобой - то, что нам не забыть,
   То, что в лучших стихах увидено.
  
   - -
  
   Тем, кто гуляет по вечерам
   В городе стынущем, городе каменном,
   Знакомо чувство беды, будто там
   Грядущее неприкаянное
  
   В закатной небесной и дальней дали
   В свою неизвестность укутано,
   Грозит нам невечностью, и фонари
   Лишь кивают согласно, минутам
  
   Будто жизнь в эту пору навек отдана,
   И все ждут мановения стрелок,
   На часах расположенных, ты одна
   Идешь по тем улицам белым.
  
   Без осторожности. Движется мир
   По путям и орбитам проторенным,
   Ты же одна, и никто на пути
   Не может помочь тебе словом.
  
   Я так боюсь за тебя, и весна
   Плачет, печется со мною,
   Как бы исправить твой путь, одна,
   Воспоминаньем с бедою
  
   Связана будто, по вечерам
   Оживлены дороги,
   Что так чужды человеку, и вам
   Их не понять тревоги.
  
   Входишь в калитку, и старый дом
   Рад твоему присутствию,
   Кошка мурлычет, и скоро в нем
   Люди уже соберутся.
  
   Мне же - гулять лишь по вечерам
   В городе каменном, городе стынущем,
   Там, где надежда неблизко, и кран
   В небе как крест воздвигнутый..
  
   Я уж привык к равнодушью людей,
   К злобному лаю изустному,
   Что так нелеп, большинство зимних дней
   Я проверяю чувства.
  
  
   Ты и я
  
   Так далек от тебя мой путь, обещает
   Нам лишь встречу березовый лес,
   Терпеливо под осенью тающий,
   Чем-то родственный сини небес..
  
   В мире столько ошибок собрано
   Между судьбами и людьми,
   Мудрено разобрать их, особенно
   В наши недружелюбные дни.
  
   Твои дни далеки, и заботою чуждою
   Все наполнены, а как чиста
   Была наша звезда, и в сумраке
   Как она нас с тобой звала
  
   К незнакомому нашему будущему,
   А теперь - городские дни,
   Без поэзии, без связующей
   И ведущей нити, - твои
  
   Столь печальны сейчас владения,
   И недели так скучен ход,
   от забот дневных до воскресения,
   впрочем, может, напротив, вот
  
   мне сейчас в моей комнате кажется,
   что бедна и несчастна ты,
   а на самом деле иначе ведь,
   и все это - мои мечты.
  
   Как река величаво под окнами,
   Так твоя жизнь, возможно, течет,
   И волнениями незнакомыми
   Не наполнена вовсе. Вот-вот
  
   Я постигну загадку, чудится,
   Твоей странной на вид судьбы,
   И придет неземное предчувствие
   Нашей встречи, бывает ж, что сны
  
   Вдруг оказываются предсказанием
   И все вдруг происходит так,
   Как обещано было свиданием,
   И все прошлое будто пустяк
  
   В верном воздухе растворяется,
   Оставляя лишь привкус лжи,
   Для чего я пишу? Мне кажется,
   Что еще не признались мы..
  
  
   Местные жители
  
   Между мною и тобой - степь и ветер, и рельсы
   Перепутанные как судьбы,
   И испуганный город, от крика громкого
   И властного, от повседневной грозы,
   Между мной и тобой - созвездия, гроздья
   Домов и улиц, и решетки, узорами украшенные,
   Что скрывают окна даже в самых престижных домах,
   И где-то раздающийся перепелиный крик,
   И голос лесной кукушки, что отсчитывает
   Чьи-то счастливые годы, и праздники,
   Странные праздники, что приходят как гости,
   Неожиданно, и только бледные дни,
   Оставленные посреди зимы, служат обещанием
   Того, что все будет иначе, только молитвы
   Согревают воздух, и в нем так ясно горят свечи,
   И ведь где-то во вселенной, в углу ее есть
   Местные жители, что всегда, каждый день
   Идут на работу, и ничто не нарушит их чинный сон,
   И они, только они ждут чуда, что может свершится,
   Так ждать чуда могут только те, кто не видал
   Потока земных чудес, обманчивых, увлекающих
   В дали, откуда путешественники не возвращаются,
   Они ждут тот день, когда пробудишься ты,
   Взглядом окинешь город, и понимание
   Того, что происходит вокруг, затеплится
   В твоей душе.
  
   - -
  
   Как проходит легко зимний день,
   Так пройдут эти странные мысли
   О разлуке и мраке, поверь,
   Мы найдем понимание в жизни,
  
   Мы найдем даже неравнодушных людей,
   Что о нас говорить благодарно
   Будут все же. И светлая дверь
   Вдруг раскроется, не бездарно
  
   Это было - дорожка, аллея, кафе,
   Этот скромный уют человечности,
   И та зависть, - ее испытали все
   Кто мечтал о нас, в безконечности
  
   Пробок, машин и дорог
   Просыпалась и ты... И странным
   Мир казался, как будто у ног
   Он свернулся калачиком. Давней
  
   и полузабытой, как в новом сне,
   и знакомой, и ласковой сказкой
   жизнь была, и ведь только к тебе
   день стремился, и вечер ненастный
  
   не пугал, и горели нарядно огни
   придорожные и немые,
   я чего-то не понял как будто.. и миг
   пролетел в зимнем воздухе синем.
  
   И настанет пора - отступит всякий гром
   Перед нашим и верным счастьем,
   И с улыбкой мы вспомним тот старый дом,
   Где мы были во время ненастья.
  
   И уже, и уже начинает стихать
   шум ненужный, и в поднебесье
   чудный свет, и легка моя снега тетрадь,
   где написаны наши встречи.
  
   - -
  
   В этом доме была аптека
   И зеленый был свет над ней.
   Я прождал тебя здесь четверть века
   Среди морока и людей.
  
   Я предчувствовал, что опоздаешь
   И обманутой явишься ты.
   Беззащитной, и мне оставишь
   Как подарок свои следы
  
   На искрящемся белом снеге,
   На страницах тетради, вновь
   Возникает твой образ, в небе
   В чистом небе искал я снов
  
   След подобный, пустынный, неясный,
   Я предчувствовал, что твой день
   Будет как мой ответ, напрасным..
   В одиноком доме как тень
  
   Я брожу, узнаю предметы -
   вещи, книги, и в поллиста
   там стихи есть, и отблеск лета
   на страницах тетради, весна
  
   не спешит в тот дом, утром тает
   под лучами светила лед,
   и напрасное исчезает,
   в ожидании день пройдет..
  
   Люди трудятся где-то в испуге,
   Воздвигают нелепые сны,
   Что, как здания, высятся, в круге
   В круге замкнутом белом зимы,
  
   И смеются они из страха
   Быть увиденными в темноте,
   Говорят о минувшем, и странно
   Их звучат голоса, а те,
  
   Что увидели свет, не в почете,
   Ведь они не ведут себя так,
   Как обычно здесь принято, в моде
   Здесь геройствовать впотьмах,
  
   Принимать случайных прохожих
   За дурных персонажей книг,
   Что написаны неосторожными,
   И неумными лицами, в них
  
   Люди трудятся над разгадкой
   Глупой тайны, и действия суть
   Заключается в узнавании
   Поведенья клише, обмануть
  
   Больше им не удастся и, знаю,
   Ты все видишь, иные мечты
   Обещали нам прошлое, ранним,
   Самым ранним утром цветы
  
   Расцветут на нежданной улице,
   Там мы встретились средь добра,
   Равнодушного к людям, проснулась там
   Растревоженная весна.
  
   Ждать тебя здесь не страшно, в вечности
   так горит растревоженный свет,
   Ты ждала меня тоже. Наверное,
   Лучше этого мига нет.
  
  
   Март
  
   Какая нелепая тайна
   Твои сном укрыла дни..
   Я знаю - то было с нами,
   Я вижу - твои следы
  
   И книги в пыли, и флаконы,
   И зеркала полукруг,
   Подобный луне, и балконы,
   Свисавшие как фундук,
  
   Над улицей той единственной,
   Где ты все ждала тепла,
   И где полумесяц над пристанью
   Стеклянных трамваев, была
  
   С человечностью связана
   Твоих слов живая нить,
   Ты видела все, и сказанное
   Могла только ты оживить.
  
   Немые бродили по городу,
   слепые - кричали, но ты
   их снов не жалела, гордые,
   остались они одни,
  
   в своих тех домах недосказанных,
   и старых, и глупых вдвойне
   пред ликом святых, безсвязные,
   они не вели к тебе..
  
   И в мире, где люди заняты
   Мечтами пустыми, могла
   Ты все оживить, весна еще
   Была не безсмысленной, да,
  
   Настанет пора - двери запертые
   Раскроются от ключа,
   И ты мне кивнешь, и в марте
   Иная зажжется свеча.
  
  
   Радостный мир
  
   Боже, как далеко твой мир,
   Где туманилась весна поэта,
   Не знакомого с пошлостью дней и людей,
   И живущего и дышащего полной грудью.
   И как странно - мы далеки, как будто
   На огромной планете мы живем, и дороги
   Спутались, и письма так редко,
   Так редко приходят к живым,
   И только удары втуне раздаются,
   Тех, что отупляют свой мозг
   Работой в воскресный день,
   Они так далеки от тепла той весны,
   Что кажутся нелепыми их слова..
   Все это для нас, и весна бежит
   Быстрыми ручьями к нашим ногам,
   И те, что работают в полдень, замолкают,
   И удивление придает
   Человеческое выражение их лицам.
   Мы увиделись в том мире не зря,
   Вечность была в этом дне,
   И я обещаю, что еще настанет миг,
   Когда наши пути сойдутся, и тебе
   Станет радостно..
  
  
   Ближе
  
   И тебе не грозит теперь ничего..
   Все похоже на то, что я стал человеком.
   Ни заклятия, ни волшебство
   Не подвластны мне, и только смехом
  
   Надо мною смеются немые шуты,
   Поселенные в городе здешнем,
   Им неведомо прошлое.. видишь ли ты,
   Как мне тягостны эти приметы..
  
   Человеческий мир так устроен, увы,
   У меня мало сил для участья
   В карнавале изысканных масок и лиц,
   Мало сил для того, чтобы счастье
  
   Удержать у себя.. И писать мне стихи
   Непривычно, и дико, и странно,
   Люди их не поймут, однобокие дни
   Не вместят моих тихих признаний.
  
   Громкий крик и удары, и вопли - набор,
   тот, к которому их приучили,
   Боже, ведь они в полусне, и их спор
   Не хочу больше слышать, а силы..
  
   Мои силы ушли в приближеньи к тебе,
   Путь мой был несказанно труден..
   Да, признаться, нелеп был.. И даже во сне
   Не желаю тебе моих будней,
  
   И тебе не грозит теперь ничего,
   Лишь кивну я в ответ тебе молча,
   Ни стихи, ни проклятия чуждые днем
   Не проникнут в твой дом, а ночи
  
   В нем не будет, и мир так послушен тебе
   Станет каждым своим сюжетом,
   И мое одиночество.. только зиме
   Будет ясно признанье поэта.
  
  
   - -
  
   Пасмурно небо над городом дальним,
   тем, что был близок нам и знаком,
   Люди чужие живут в его ранних,
   В хладных домах, и остывшим днем
  
   Все рассыпается, что собирали,
   О чем мечтали и думали мы,
   Картинки нелепые в тонком журнале,
   Мозаики тонкие среди зимы.
  
   Видит любой, что идет разрушение
   Там, у предела больших этажей,
   Словно над городом веет затмение,
   Словно уже не под властью людей
  
   Его судьба, и на дальней дороге
   Машины из мрака лишь в ряд стоят,
   Я иду тихо, и одинокий,
   Город приветствует снегом меня.
  
   Ты так же шла по его первоснежью,
   Так же был светел твой ясный взгляд,
   Ночь отступала, и только нежный
   Не пропадал над землею закат.
  
   Машины проникли в печальный наш город,
   И все пропадают, куда-то бегут,
   На злое быстры, но улиц морок
   Мне больше не нужен, напрасен труд
  
   Тех, что спешат и над формулой страха
   В полдень корпят, все считая дни,
   Что укрепляют стены бараков,
   Что строят планы о прошлом, они
  
   Слишком скучны.. Нашей встречи поздней
   Знаю я, все же настанет пора..
   И этот призрачный город морозный
   С зарею растает.. И в свете утра
  
   Я обнаружу твою надежду,
   Что сохранилась среди зимы,
   Время как чудо предстанет, как нежность,
   Что не разгаданной стыла, увы.
  
  
   - -
  
   Там, в центре, желтые маршрутки
   По улицам быстро бегут..
   И люди другие, и шутки
   Еще в помещеньях живут.
  
   Еще сохраняется пламя
   Научного знания, дни
   Не так одиноки, и память
   Легко узнает черты
  
   Знакомых людей и город
   Там словно к истоку приник,
   И все может быть по другому,
   Иначе, чем в мире из книг,
  
   Где старые только законы,
   Где все состоит из планет,
   Молекул, кругов, что препонами
   Встают на дороге лет.
  
   Но снова хранит молчанье
   Случайной прохожей взор,
   И чувствует город отчаяние,
   Как будто начать разговор
  
   Не может.. Все будет иначе -
   И в этом грядущего суть.
   И этим стихом озадачен,
   Ученый найдет свой путь.
  
   - -
  
   И вот мне чудится - умолкнут звуки дня
   И разговор нелепый оборвется,
   Как стылые весною провода,
   И где-то в мире будет наше солнце,
  
   Что было незамечено людьми,
   И наши встречи, наши расставанья
   Войдут вновь в жизнь, и будущие дни
   Покажутся прекрасными, и ранней
  
   И светлой той порой раскроется обман,
   И пропадет, напрасно все дороги
   Занесены и льдом покрыты, вот
   Сейчас я встану и пойду, и ноги
  
   Как будто вспомнят о немой земле,
   И проходящие ведут себя как люди..
   И фонари горят невдалеке,
   И можно даже вспомнить и о чуде,
  
   Что в светлый праздник я переживал,
   Когда вот так, застывший и морозный,
   Вестей о счастье этот город ждал..
   И взгляд других - он был серьезный.
  
   Вот чей-то след, утопленный в снегу,
   Я миновал и этот сумрак, скоро,
   И я туда уже почти бегу,
   Без сумки, без забот, и ворох
  
   Чужих газет не трогает души,
   Я не люблю читать такие письма..
   В подъезде будто тише, и в тиши
   Я поднимусь по лестнице, карнизы
  
   От снега белого торжественны, легки,
   Перила верные, и даже двери
   Не заперты, есть в мире те шаги,
   Которых ждут.. Я снова верю
  
   И вдохновенье легкое здесь ждет,
   И путь не кажется таким уж трудным,
   Ведь половина пройдена, вот-вот
   Отправлюсь я домой.. И чудный
  
   И светлый праздник словно бы в душе
   Еще живет.. Но через миг растает
   Мое предощущение, уже
   Сверла гром раздается. Мне пора уж.
  
   Мой стих не выдержит такого бытия,
   Проявленного в сумерках как лютый
   Напрасный гром.. Я возвращусь. Гармония моя
   еще живет пока как будто..
  
  
   В зимнем парке
  
   Мы свиделись зимою, у реки,
   И парк как вечность занесен как будто,
   И я живу в сем мире, помолчи,
   Мгновенья есть, которые как чудо
  
   Мне в этом сне завещано беречь,
   В котором обитают те же лица,
   Что в жизни встретил я. Твоя же речь
   Вот-вот теперь возобновится..
  
   Мы свиделись давно, и город весь в снегу
   Не помнит прошлого, приветствует уныло
   Мой добрый взгляд, и будто бы в плену
   Он той зимы.. Так одиноко было
  
   Нам в этом парке. Мне не повторить
   Фрагмента той поры, когда чужие тайны
   Нам норовят продать. И странно жить
   Во снах, и свет свечи венчальной
  
   Не близко, словно силы колдовства,
   Что в детской сказке чудились, вернулись,
   И что-то против жизни и добра
   Замыслили, и обманулись
  
   Другие люди ложью их простой.
   Я вижу - вот идут они навстречу,
   И их скрывает сумрак колдовской,
   И непонятны речи.
  
   Внезапны сна наплывы.. тих пройду
   И небо гром не потрясет, напрасно
   Они честят, безчинствуют и врут,
   Мне все как было раньше ясно.
  
   Как было вечером, зимою, у реки
   Я вспомнил взгляд, улыбку и ресницы..
   Мне прошлое теперь уж не забыть.
   И город ненадежный, что мне снится
  
   Обычно в эту пору, отойдет
   На план второй. Твои слова как реки
   Разбудят, разнесут остывший лед
   И вспомнится, что был я человеком.
  
  
   Фантазия
  
   Ожидание напрасное - как знакомо мне оно,
   Отражение так ясно смотрит словно бы трюмо,
   Я завидую, признаюсь вам, я завидую вещам,
   Что навеки основались здесь, что не слышат звуки, гам,
  
   Раздающийся под стенами, стук напрасный и борьбу
   Ненадежного с неверным.. Обустроенную тьму
   Они ценят выше всякого неземного и добра,
   Ведь она так осязаема, так привычна, так мила.
  
   Вновь замолкли.. откровения их я слышать не хочу,
   Тех, что борются со стенами и моей мечтой, в плену
   Непонятном, недосказанном там оставлены они
   Властью неизвестной, связаны странным сумраком их дни.
  
   Ожидание напрасное - мне его не обменять
   Ни на память, ни на сказку, поздно.. нечего скрывать,
   Впечатление такое, людям этим, но я жду,
   И молчат незримо вещи, что здесь издревле живут.
  
  
   - -
  
   Я возвращусь когда-нибудь.
   И, думаю я, будет лето..
   Квартира существ, что на пятом живут,
   Вдруг опустеет.. примета
  
   То верная, будет вечер светить
   И буду я как хозяин,
   Который вернулся в Отечество, нить
   Потерянных древних проклятий
  
   Вдруг минет, напрасною будет слеза,
   Что выльется из крокодила -
   Такому животному ведь существа
   Себя уподобили, гнило
  
   Звучали их речи, и даже слова..
   Но в прошлом их след не остался.
   Какая фантазия их увела,
   Какие нелепые танцы?
  
   Они теперь вне той России живой,
   Что в снах и в мечтах витала.
   Их звуки умолкли.. И вот стрелой
   Пронзенные, стали таять
  
   Как снег.. и вода их сминает следы,
   И культ их земных наслаждений,
   И их мешанину речей как сны
   Уносит в воскресный весенний
  
   И новый поток.. Над горою
   Невидимый им, сад счастливый цветет,
   Но им не добраться, доколе
   Не выпьют страдания чашу они, как мед,
  
   Слова облекли их, напрасно
   Они поднимают лишь очи свои
   К весеннему саду, остались
   Лишь тени и мрак на экранах пустых,
   Что тешили взор и зависть.
  
   И вот ублажавшие их вдали,
   Не слушают их возношения
   И крика нелепого. Новые дни
   Настали для Родины. Гения
  
   И просто поэта уж не оскорбить,
   И только шипят они сдавленно..
   И лето настало. О Боже, как быть? -
   Тогда они спросят, но давние
  
   Лихие проклятья и дикие дни
   Довлеть будут над их поселками,
   Куда вот отсюда сбегут уж они,
   Ничтоже сумняшеся, с елками
  
   И прочими признаками их зимы,
   В которую они позволили
   Себе оскорбления.. стук их, увы,
   Тогда прекратится. И новыми
  
   Живыми людьми наш наполнится мир,
   Напрасно их гнали из города.
   И мрак их развеется как зефир,
   И впредь разговором гордым
  
   Они не вольны нас с тобой занимать.
   Ведь так далеко они будут
   От слова, от правды, от вечности, знать,
   Им наказание трудное
  
   Вполне справедливое предрешено,
   Ну что ж.. я ведь возвращаюсь, и
   Как флаги, трепещут они, словно врозь
   Не могут быть с нами, считают дни.
  
   И словно волною их смоет, и гость
   Не будет их жаловать песнею,
   Ответят за все, что весной не сбылось,
   Ну что же.. ведь в этом - спасение
  
   Возможное будет. Я снова приду,
   Приду в этот город, наверное,
   Тогда среди лиц я людей найду,
   Тебя я найду в воскресение.
  
  
   Понять
  
   Я болен.. Поэтому, видно, здоровым
   Меня не понять, но ты
   Могла бы, ведь есть в этом мире суровом
   И солнечный свет и цветы.
  
   И луч в небесах как подарок яркий,
   И где-то над городом есть самолет,
   Что вечно летит. И прядут где-то в парке,
   И будто случится свиданье вот-вот.
  
   Свидание с прошлым, что было светлым,
   Что ждал я так долго, мои слова
   Тогда не напрасными были, лето
   Их жадно внимало, теперь же лишь мгла
  
   И злой комментарий не человека,
   Что рядом со мной так давно поселен..
   Как будто безумие с ними приехало,
   К нам в гости, осталось, и вот лишь закон
  
   Иной они чтят, человека же - в душу,
   И в голову бранью своею они
   Безсовестно бьют, свой завет нарушив.
   И вот таковы их лучшие дни.
  
   Я, видимо, болен.. Другие спокойны
   Как, впрочем, всегда они были. Но вот
   Свиданье случится.. и тот, кто доволен
   Вещей положеньем, вдруг слово поймет,
  
   Лишь слово поэта, они напрасно
   Меня оскорбили так сильно.. Но день
   На место поставит все, это ведь ясно.
   И луч в небесах будет ярким теперь.
  
  
   Странный листопад
  
   Время куда-то вперед убежало.
   И потерял я в городе зим
   Твою судьбу. Мне осталась лишь жалость
   Взгляд и потерянный мир..
  
   И по дороге памятной, старой
   Я шел навстречу судьбе с другой.
   Она говорила, слова пропадали
   В летящем потоке неба, иной,
  
   Непонятный и чуждый вечер
   Там открывался моим глазам,
   И мороком, что застилает речи,
   Казалось то время, когда я сам
  
   Ее держал за руку, в эту минуту
   Безсмыслица в мире достигла преград,
   Положенных разумом, знаешь, как будто
   То сон был нелепый, и лишь листопад
  
   О жизни напомнил, о том, что есть где-то
   Твои неугаданные шаги..
   Что ты без труда мне подаришь света
   Лазоревый отблеск, такие лучи
  
   Сквозь листья в тот день как привет пролетали,
   И сам разговор мне казался глухим
   И странным, как будто меня не узнали
   На улице этой. И вот уже стыл
  
   Мой дом устаревший на том краю мира,
   Где люди молчания просто живут,
   И дерево странное в окнах квартиры
   Уже не виднелось, зари полукруг
  
   Так нежно дрожал, и нас видели люди,
   Прогулку ту приняв за волшебство,
   Как будто бы можно помыслить о чуде..
   Но я так боялся, что кто-то его
  
   Вспугнет своим взглядом иль окриком диким,
   Ведь в мире так много ненужных слов..
   И я сел в такси.. Вот по улицам тихо
   Оно мчалось быстро, как будто могло
  
   То время догнать, когда были рядом,
   Когда понимали и я, и ты
   Простые слова, и красивым садом
   Казался тот город, который остыл
  
   И тих в приближеньи зимы престранной..
   И так одинок он под сводами дня.
   И нужно ведь ждать.. обещания ранние..
   Ты будто еще не узнала меня.
  
  
   Минуты
  
   Мой путь был одинок.. Но снова вспоминаю
   Твою живую речь и взгляд, и трепет рук.
   Ну что же.. не беда, что есть судьба такая
   Под небом. Я никак ее не обману,
  
   Витеватых фраз и мыслей изощренных
   Не ждите от меня. И объясненья нет
   Привязанности той, что я питаю к скромной
   И милой гостье, что прошла сквозь сотни лет
  
   Никчемной пустоты, проклятий, войн, событий,
   То страшных, то смешных, и канувших во мглу.
   Им оправданья нет. А ты жива.. иные
   Знакомы тебе сны. В предчувствия плену
  
   я тоже жив. Минута
   настанет верная, без страха, без труда,
   заговорю с тобой, и будет светлым утро,
   и в небе облаков летучая гряда.
  
   О, как мне нелегки наивные признанья,
   Что вложены в конверт четверостиший, да,
   Придет мое письмо, и ты, хоть с опозданьем,
   Прочтешь мои слова. И встреча, и судьба
  
   Покажутся живыми. Будет утро.
   И солнце словно ставни распахнет..
   Подумай обо мне.. еще одна минута -
   И сретенье судьбы уже произойдет.
  
  
   - -
  
   О, я помню прекрасно - объявлен закон
   И людей мысли все уж предсказаны.
   И наивно нам думать, что некий сон
   Нашу жизнь осветит. Люди разные
  
   Песни старые слушают, и их слова
   По лекалам размечены данным,
   Важно бред изрекают, и им дана
   Власть над мраком и ветром странным,
  
   Что сбивают поэта, сбивают вновь с ног
   И с пути, что ведет к его суженой.
   Предначертан другой ими, объяснено
   Ими чувство любое, простужены,
  
   И указкою острой они стучат,
   Воспитанием занимаются,
   Хотя сами не знают, что будет сейчас,
   Хотя жизнь и не видели, кажется.
  
   О, я помню прекрасно - в палаты они
   Помещают тех, кто додумался
   О поэзии вечной, и эти дни
   Они верными знают, и в будущем
  
   Не находят печали. Ну что ж, весна
   Все поставит на место. Серъезена ты.
   Это значит, что снова живые слова,
   Это значит, наивным не поздно быть.
  
  
   Поселенные
  
   И в диких сумерках, в квартирах городских
   Они - безбожно оскорбляли вечность,
   То криком - воплем, то прыжком лихим,
   Прыжком по перекрытиям, безпечность
  
   Нечеловечная водила мысли их
   В края и странные, и злые,
   Облив презреньем, грязью окатив,
   Они резвились как Иные.
  
   А думать о тебе - запрещено,
   Суровы тьмы законы и проклятья.
   И бдительно следят за тем, чтоб в никого
   Луч света не проник, и счастье -
  
   Здесь главное табу, и слово человек -
   Насмешек, хохота вот цель прямая,
   Они уж потеряли образ свой, навек
   Им Богом от рожденья данный.
  
   Не вспомнят о любви, о правде, и дана
   Возможность им лишь оскорбить живое,
   Все созданное гением добра,
   Они втоптать готовы.. Каждый день и снова
  
   На Бога восстают, как буднично, как зло,
   Звучат их имена, снабженные признаньем
   О новом поклоненьи идолу, так все
   Их бурное течет существованье,
  
   Но будет день другой - и встретимся мы здесь,
   Вот в этом городе, и в этом доме,
   И обличат дела их, и в супесь
   Проклятья их уйдут, на склоне
  
   И тихого, и древнего холма
   Произойдет иная встреча, в ветре
   Тогда высказываний их не разобрать
   Мне будет. Вот мечта. Поверьте,
  
   Я вижу - ассигнаций ворох в мгле
   Над травами летит, они им не помогут
   Ни одолеть тебя, ни победить, и мне,
   Мне будет сладко от их горя.
  
   Такой вот привкус есть у истины в раю,
   Что им уж не вкусить.. несчастные, немые,
   Они лишь притулятся на краю
   Вселенной нашей, и очаг остынет
  
   В их доме жалком, и умолкнет смех,
   Которым они днями развлекались,
   ведь покровитель их запомнил грех
   Предательства любви, и зависть
  
   Простую зависть будут они знать
   К обыкновенным людям. И препоны
   Развеет южный ветер. Реки вспять
   Не повернуть. И голоса влюбленных
  
   Молчанье сменят в городе моем,
   И ожидание получит смысл, и слово,
   Прекрасной радугой и будто бы мостом
   Над миром встанет вопреки им снова.
  
  
   Финал романа
  
   Ты как жизнь, ты как свет, ты как слово,
   Что пытался я вспомнить во сне,
   Как в последнем походе крестовом
   Я все ближе.. И кажется мне
  
   Где-то есть в городском том парке
   Желтый день, фантастический дождь,
   что июнь будет снова жарким,
   И подобно мечте ты придешь.
  
   Мы так ясно читали в жизни
   Ненавидящих мысли, следы
   От людей ненадежных, непризнанных,
   Полных зависти к нам, той весны
  
   Их не радовало пришествие,
   И толпою стояли вдали
   Нашей церкви, в закат перемешаны
   Словно краски, но были ведь дни -
  
   Улыбалась ты, и пропадали их
   Заклинанья и вопли вовне,
   И под сводами храма, и в памяти
   Не встречалось следов их, во сне
  
   Появлялись их тени печальные
   И кусали лишь локти себе, -
   Не успели, не помешали нам
   Познакомиться на земле.
  
   А теперь они криком приветствуют
   Свой успех, их мечты близки,
   Скачут дико, и нагло ответствуют
   На вопрос мой. Такие дни
  
   Суждено нам иметь. Но в будущем
   Все изменится наверняка.
   Ведь проклятья не вечны подлунные,
   Ведь еще есть в том парке река,
  
   И проходят люди по берегу
   Ее тихому и говорят
   О такой же любви. И затмение
   Не печалит их нежный взгляд.
  
   Я уже словно жду путешествия
   И готов уже мой билет
   В эту память, Его пришествие
   Возвращенье чрез много лет,
  
   Верю, будет. Тогда обнаружатся
   Всех людей, поселенных дела,
   И проклятья их ярые в сумраке,
   Что быстры были, минут тогда.
  
  
   Дорога
  
   Наступившее время неласково
   Расставляет людей по углам,
   Неспокойно ведь в мире, и маскою
   Лица юные обволокла
  
   Та пора наступившая сумерек,
   Все загадочно, тайно и вновь
   Не приходит письмо, и русла рек
   Все застыли, как эта любовь,
  
   Что ненужной была среди города,
   Его бед и забот чужих,
   Слышу спор лишь прохожих, и в споре том
   Возвращаются к нам, и стих
  
   Этот спор, и заря небывалая
   Вдруг дома осветила кругом..
   Знаю, что повторилась заново
   В этом мире, и за углом,
  
   Там, где скромно цветут одуванчики,
   Ты прошла в этот миг одна.
   Пух летел как от старой наволочки,
   Где-то в небе пыль да луна,
  
   Взгроможденные по повелению
   Мне пока все ж неведомой силы,
   И приведшие к тому затмению,
   Что распластанным облаком плыло
  
   Над дорогой твоей одинокою..
   где была лишь твоя мечта
   Обещаньем любви, за городом
   Ждали тени, и ночь без сна.
  
   Возвращалась ты тихо дорогою
   Незнакомой, и все было там
   Неземным, фантастическим, гордым,
   Словно колющим взгляд, по следам
  
   В той седой полутьме и лужам
   Ты искала поддержки миг,
   И луна была томной, простуженной,
   И заглядывал за воротник
  
   Хладный ветер назойливый, знающий,
   Что беда тут, вокруг тебя,
   Но уверенной ты была еще,
   Когда дом увидала.. Дня
  
   Ты прошедшего вспомнила милые,
   Человеческие мечты,
   Как теперь это небо остыло..
   Как сама незнакома ты
  
   Для себя. И мое одиночество
   Так похоже на этот час,
   Когда ты открываешь ночью
   Дверь в том доме, и вспомнишь о нас.
  
   Вижу я и твою улыбку,
   Поступь легкую, и стихи
   На окне. За какую ошибку
   Мы сейчас так давно далеки?
  
   О, как город огромен и высятся
   Там, где шла ты когда-то, дома..
   Все пустые. Я знаю - мысленно
   Ты вернешься в мой вечер, дана
  
   Нам секунда в пути неизведанном,
   Когда ты все поймешь, и дни
   Новый свет озарит, и летние
   Вновь появятся там цветы.
  
  
   Лабиринт Минотавра
  
   В институте есть коридоры,
   Где теряется солнца свет,
   Где великие двери, запоры,
   И где нас так давно уж нет..
  
   Но все ж кажется чем-то печальным,
   Поэтическим, милым он,
   Потому что мы встретились странно
   В коридоре его пустом.
  
   Среди древних наук, что не могут
   Время бег и весну одолеть,
   Среди старых и глупых законов,
   Что развешаны в стенах, хотеть
  
   Изучать и мечтать их нелепо
   Мне так кажется, даже порой
   Возвратиться не хочется.. слепо
   там глядят лишь портреты, иной
  
   и прилежный, и умный малый
   там изучит явленья, их суть
   объясненную древле не нами,
   занесет в свой блокнот. Обмануть,
  
   впрочем, тем никого не удасться.
   Мы умеем читать между строк.
   Слишком памятны, слишком властны
   Повеленья науки, и срок
  
   Их недолог - и снова в архивы
   Отправляются для иных,
   Тех, что любят прошлого силы
   Воскрешать. Вот уж шум затих
  
   В институтском большом коридоре,
   Что казался нам так велик..
   Возвратиться.. И может, с тобою
   Мы пройдем еще мимо них.
  
  
  
   День сурка
  
   Приходит усталость от дикого стука,
   от дикого стука, от свиста сверла -
   трещат перекрытия, сколько же в сутки
   им нужно там дыр просверлить, чтоб душа
  
   их вновь успокоилась, и в поверечье
   они на ступенях воссядут как гриф,
   и будут плевать в темноту, развлеченье
   то, впрочем, известное. Мой бедный стих
  
   не в состояньи вместить безумия
   и злого нахальства забывших свет,
   напрасен их труд и старанья, подлунные,
   тупая настойчивость и успех
  
   в поселке разрушенном, чем они хвалятся
   перед такими же как они,
   живыми уродцами из старой кунсткамеры,
   откуда их выпустили в эти дни.
  
   Ах, ведь этот мир им представлен заботами
   такими суровыми, и всегда
   они получают монету за то, что
   тяжелое что-то подымут, и полотна
  
   железного тишь взрежут новой пилкою,
   или просверлят, или проткнут,
   и силой кичатся своей они издревле,
   и называют свое дело - труд.
  
   В стране таковой им позволено многое,
   но, впрочем, потребности их невелики,
   фантазии сон их не балует, строгим
   перечнем тьмы они одолены..
  
   Вот в сумерках зимних плетутся с "работы",
   которой они утруждали весь день
   свое самолюбие, вот берут шпроты,
   пивцо и - к скамейке стремятся, и тень
  
   от серого вяза их уж поглощает,
   несчастного вяза, что выпало знать
   таких вот гостей, голоса пропадают
   под этою тенью, и что-то в речах
  
   их пугает и гонит прохожих,
   от города этого прочь и скамьи -
   но все ж не безкрайни их силы, и все же
   есть комната в городе и в эти дни,
  
   где молча поэт вспоминает о свете,
   где звуки и грохот не так уж слышны,
   и где есть надежда о чуде, о лете,
   о том, что свидания предречены
  
   влюбленным, счастливым, что в игры чужие
   не приняты тьмою. И улица в дне,
   она оживает, и город в России
   уже будто бы их предназначен судьбе.
  
   И думаю я - дикий свист прекратится,
   вот крик уж смолкает.. И вот новый день
   зарею прекрасною здесь возродится,
   Россия, Отечество, ты как ступень
  
   к стране величавой, небесной и новой,
   где будто летит свежий ветер весны,
   и все оживляет.. дорожкой кленовой
   к тебе я приду. Все же встретимся мы.
  
  
   - -
  
   И праведных они не замечают,
   спешат по улицам, и несть числа
   их удовольствиям нездешним, тайным,
   и так близка им лютая зима.
  
   Они еще в своих дурных занятьях,
   что устарели с самого утра,
   проводят время, щеголяют в сватьях,
   и все, что Русь им дать могла
  
   они хватали с жадностью незрячей
   и прятали со страстью в щели нор,
   они - нездешние.. и это значит,
   что непонятна речь их, разговор,
  
   команды, выражения, приказы,
   что отдают они тем, кто живет
   в одной квартире с ними, поселяют
   они там родственных существ.. И вот
  
   о жизни, о Руси не безпокоясь,
   они проводят в отупеньи дни,
   стучат, кричат, звонят, но совесть
   их дремлет мирно, будто бы они
  
   не держат уж ее.. И лишь в столе находок
   достоинство и честь их можно взять,
   заложены задаром, и свободны
   они от обязательств и хотят
  
   так вот существовать в свободе этой дикой,
   как будто продолженье естества
   звучат проклятья их, однако тихий
   поэт, живущий рядом, их слова
  
   не понимает, не запишет в книжку
   ( о чем мечтают в тайне, может быть,
   такие существа ), и лишним
   покажется и возглас их и дни
  
   любому человеку, что откроет
   его стихи. И жизнь уже сама
   как будто явится пред взором, будет новой
   ее незамутненная строка.
  
  
   Ждать
  
   И те, что этим днем резвились и скакали,
   Умолкнут к вечеру, вот-вот
   Настанет тишина в дозорном зале,
   Никто тебя не проклянет..
  
   Пусть оживало зло в косых провалах мрака,
   В нелепых коридорах, где дверей
   Черед безсмыссленный, немой, и страха
   там чувство появляется.. быстрей,
  
   идем быстрей, и вот распахнут двери
   пред нами люди добрые, что здесь
   невдалеке ведь жили, те, что верили,
   что не причастны мании страстей.
  
   И жду я ту минуту как грядущее,
   И тоже верю - вот произойдет
   Твое и наше сретенье, подумаю -
   И снова взгляд твой вижу, и встает
  
   Над миром сонным свет любви небесный,
   Необъяснимый доктором наук,
   Профессором, над колбами корпевшим,
   Когортой аспирантов.. Новый звук
  
   Как будто в мир проникнет, нет, знакомый,
   Но прозвучит по-новому как день,
   Пришедший к людям, и тогда мы снова
   Пройдем к реке под сению аллей.
  
   К той, что не знает ни забот ни страха,
   Чужих ты не увидишь, налегке
   Идут здесь люди, и цветные маки
   Под нежным ветерком растут в песке.
  
   И снова вспомнишь этот пляж пустынный,
   За кованой решеткой парк и вот
   Уж поворот дороги, верный, длинный,
   И я знаю я - вот здесь произойдет
  
   Та встреча странная, которую годами
   Все ждали ветлы и березы тень
   Ее приуготовила свиданье.
   И ты, и я - мы вместе. И теперь
  
   Отчасти мне понятен свет тот дивный,
   Что поворот знакомый освещал
   В июльский вечер, будто бы старинный
   Покинули тогда мы карнавал.
  
   Ну что ж.. Я жду.. И смолкнет дикий возглас
   Соседа, что в бреду честит весь мир,
   Прозреет даже он, и темный волос
   Он будет рвать на голове, - забыл
  
   О том, что есть на свете люди,
   Которые живут и любят, ждут..
   И будет плакать он, и лишь молить о чуде
   Прощения его грехов. И суд,
  
   Как знать, быть может, будет благосклонен
   К его духовной нищете.
   Но далеко от нас уж это происходит,
   И тень его не близится к тебе.
  
   Фантазий глупых, неземных мечтаний
   Пора пройдет, мы встретимся как там,
   Минуты настоящие бывали,
   И благодарны будут люди нам.
  
   И будет вечер, и стихи, и песни,
   И шум волны над пристанью речной,
   И как смешно.. как будто снова вместе
   Мы с прошлым, настоящим и мечтой.
  
  
   Южная аллея
  
   Есть домик на южной аллее,
   Шлагбаум и маленький сад,
   Я снова стою перед нею,
   Калиткой знакомой, и взгляд
  
   Мой вмещает пространство
   Живущего мира как свет,
   Я знаю, живет постоянство
   Вот в этом саду, и у всех
  
   Людей, что проходят мимо
   Он в памяти так отражен,
   И где-то живет незримо
   В каждой квартире он,
  
   В городе гулком и нервном,
   Застроенном в суете,
   Который был дорог как первый
   Свидания миг. В мечте
  
   Я из его дома шагаю,
   И с улиц дальше иду,
   И вот раскрывается память,
   И я нахожу в саду
  
   Скамейку и маленький кустик
   От розы, цветущей во снах,
   И призрак от яблони, путь же
   Продлится вот эта весна,
  
   И дом уже виден из сада,
   И слово хочу сказать
   Тебе я.. но что-то не рада,
   Печалишься ты и грустна
  
   Как небо осенней порою.
   Какое-то впрямь колдовство
   Тебя опоило. Не спорю
   С тобой. И лишь слушаю, но
  
   Настанет момент прощальный,
   Ты руку мне все же пожмешь.
   И в эту секунду та тайна
   Рассыплется как летний дождь.
  
   И в домик на южной аллее
   Зайдешь с любопытством ты.
   И странным покажется время,
   Когда были врозь как сны.
  
  
   В четверг
  
   Я помню, как горе принес мне город..
   Душа моя.. в ней не осталось слез,
   чтоб рану омыть. Боже, думаю, дорого
   им заплатили. И званый гость
  
   мощнейший молот проклятий и брани
   на нас обрушил, и мир померк,
   в этом потоке, смывающем здания
   тьмой необычной, и только смех
  
   дикий, нездешний над тьмой раздавался,
   колеса вращались, и карусель
   скрипела в разрушенном мире, раздавлены
   стекла и лики как будто. Но верь,
  
   верь, что я все ж не забыл о будущем,
   что уготовано им и мне.
   Вижу: придут, к стенам сжавшись, и струсившись,
   и пожалеют еще о дне,
  
   дне, когда мир оскорбили проклятием,
   дне, когда жизнь была суждена,
   приостановлена, и он прощался лишь,
   не догадавшись, что есть луна,
  
   есть в мире слово, что сдержит безумие,
   есть в мире твой неподкупный взгляд..
   Мы еще встретимся, и полнолуние
   их обнаружит дела.. И подряд
  
   я осмотрю их тела, все нелепые,
   в шубы одетые, в воротники
   лица укутанные и не светлые,
   смоет вода оскобленья, смотри,
  
   так завершается путь их в том городе,
   где как хозяева жили они,
   не зная, однако, что есть в природе
   иная судьба и иные дни.
  
   Ни разу они не покинули сумрака
   его узких лестниц и белых страниц,
   не видели неба не слышали звука
   строителей, планеров, пения птиц.
  
   И вот их судьба уже в зимней пороше
   теряется, шествуя, как караван,
   на север уходят, и тяжкою ношей
   несут за собою серванты, диван,
  
   корзины, картины, ковры и стаканы -
   стаканы-то им непременно нужны! -
   но смеха не слышно уже, видно, сами
   не рады тому, что затеяли, сны
  
   хотят отогнать, и не могут, в дороге
   все спят, мерзнут крепко, но вот уж предел
   моих этих строк.. гром их криков умолкнет.
   Я знаю, я помню.. Как будто смотрел
  
   вот эту их жизнь в городском кинозале,
   и люди смеялись, и в бархатной тьме
   лишь тени тех образов там выступали,
   что прокляли нынче меня при луне.
  
  
   - -
  
   Мне кажется, что снова я в Отчизне,
   что слышу человеческую речь..
   Мне мало нужно так. Пусть я не признан
   как современный молодой поэт.
  
   Пускай вокруг зима лежит снегами,
   есть молодость и сила, чтобы вновь
   нам пережить тот миг под небесами,
   когда мы встретились.. наверное, любовь
  
   стучалась в сердце. И не знал я
   до той минуты, что бывает так с людьми,
   А ты.. ты так легко прошла по краю
   нежнейшей безконечности, где дни
  
   живут без грохота, сверла и тени,
   где тень не омрачит теперь лица,
   и где взойти так славно на ступени,
   которые у твоего крыльца.
  
   Мне кажется, что и страна другая,
   и время стало терпким, и волной
   лишь теплою у ног она ласкается.
   И существует ясный летний зной,
  
   и к пойме у реки стремятся снова люди,
   и так легко летать в твоей живой стране! -
   земля уже не та, и нет войны в округе,
   и вот понятно всем, как счастливы мы здесь.
  
   Есть бедный уголок во времени, в пространстве,
   за дальним ходом дней, за дольним ходом рек,
   где наша юность грезила.. останься
   и ты со мною здесь, на день или навек.
  
  
   Сейчас
  
   Я словно вижу, как время проходит
   под синей радугой как под окном,
   и ощущенье есть - снова в народе
   нас как поэтов признают, и дом
  
   наш с уважением будут оглядывать,
   впрочем, без гордости и без зла.
   Без манифестов мы жили, и память
   только единственным другом была.
  
   Не подведет, не развеет былое,
   ну и похожа она на тебя! -
   только манеры твои - с ними спорит,
   так же как зимней метели весна
  
   они не нравятся ей. Но влюбленность
   соединяет беззвучно нас.
   И остаются в прошлом законы,
   что были созданы не сейчас.
  
  
   Белый наст
  
   И солнце светит.. Но на улицах пустынных
   В округе нет тебя который год,-
   Напрасно запирают парк старинный,
   Напрасно свой товар там продает
  
   Поблекшая уставшая от дня торговка,
   Трамвай проходит мимо, даже не спеша,
   Как раньше он спешил, такой пейзаж неловкий,
   Белесый, зимний - даже и следа
  
   К утру не остается на том насте,
   Что фантастически нелеп и бел,
   И чист как небо, как чужое счастье,
   Которое никто не подсмотрел.
  
   И вот проворный критик прочитает
   Мои слова, признаний робкий шаг,
   Взметнет свой взгляд он по диагонали,
   Объявит, что нет нового в стихах
  
   Моих, все та же, мол, влюбленность
   Поэтом овладела, и людьми,
   Заботами их пренебрег, и ровно
   Не написал о том, как вместе шли
  
   Они под мудрым руководством власти
   В грядущее, что им разрешено,
   И как питались правильно, и счастья
   Вот-вот достигли бы.. Но он
  
   Традицию другую продолжает,
   А может быть, он просто эгоист?
   Зачем-то пишет и воображает
   Себя еще непонятым. Вот лист,
  
   Он так же бел, как этот холод зимний,
   Как эта одинокая печаль,
   Но в вечности, я знаю, непрерывна
   История влюбленности моя.
  
   Зачем писать? Тебе не угрожают
   Ни горе, ни ненастье, ни беда.
   Тебе другие снова угождают..
   Завидуют тебе, и красота
  
   Твоя, как прежде, все ж неоспорима.
   Но все ж они уходят - ты молчишь,
   И вспоминаешь снова остров зимний,
   И ночью с ветром ты не спишь.
  
  
   В доме ученого
  
   Мы как будто на острове, бурно
   Его омывает незримый поток,
   Сыплет метелью, и звезды как слуги,
   Молча стоят в небесах, и цветок
  
   Яркой луны там восходит над миром,
   Много загадок же в нем, и вот
   Стонет ученый в каморке, и лиры,
   Звезды над ним усмехаются, ждет
  
   Он того, что сойдутся созвездия
   В формуле точной, и подарить
   Сможет он миру бациллу безсмертия,
   Она ведь нужна, и его оскорбить
  
   Люди не смогут своим безучастием,
   Своим равнодушием к плану его,
   В общем, ученый почти уже счастлив,
   Он уж готов оживить естество
  
   Всякого, кто был Создателем слеплен,
   Но время все тянется как луна
   В выцветшем небе, и старых созвездий
   Мимо куда-то течет река.
  
   Окна закрой, мой герой - ученый,
   Чтобы не знала небесная твердь
   О том открытии, время закона
   Еще не прошло, и по прежнему ...
  
   Еще властна над подлунным миром,
   Но в безучастии звездный поток
   Он остановит, он верит, он в силах,
   Этот сюжет безконечен, и Бог
  
   Будет взирать на его старанья,
   Верно, его одинокий взор -
   Ни искупления, ни наказания
   Смелая мысль не получит, вздор
  
   Отметет он рукой лохматой,
   Быстро пойдет за водой, луна
   Не усмехнется. И будет дата,
   когда пробудит он людей от сна.
  
  
   Песня встречи
  
   Настанет время.. Я знаю - нить,
   Порвется нить заклинаний, мрака.
   И в сердце ты вспомнишь о том, что жить
   Нельзя без любви, и нельзя все страхом,
  
   Желанием алчности все объяснить,
   Что тысячи лет не проходят даром..
   Я знаю - ты вспомнишь, весну ту забыть
   Не думаю, можно ль.. Как будто пожаром
  
   Лесным и могучим горела она,
   И воздух был тепл и светел.
   Я жду и теперь, как обычно, всегда,
   Я жду, что ты мне ответишь.
  
   И нет в этом чар и того волшебства,
   А просто так мир устроен,
   В котором мы свиделись - ты и я..
   А все, что вовне - пустое..
  
  
   - -
  
   Я жду тебя как в воскресенье
   Луч первый солнца над рекой,
   И как иные ждут знаменья.
   Я знаю - неземной покой
  
   Тебе обещан как награда
   За то, чтобы забыла ты
   Все наши встречи, даже взгляды,
   И - мне - за то, чтобы черты
  
   Твои уж стерлись из сознанья
   Подарок будет дорогой,
   Дорогой я пойду неранней,
   Чтоб встретить снова день немой.
  
   Не выразить в его спокойном ритме
   Волненье первое любви,
   И то, что среди снов увидели
   В огромном мире мы одни.
  
   Как солнце светит.. Все яснее краски
   И, кажется, нелепейший обман,
   Тебя пленивший, стает будто в сказке,
   И будет объяснение, и нам
  
   Понятны станут слов других мотивы,
   И будет вновь там, на столе, тетрадь,
   Белеть, как снег, и в небе переливы
   Из цвета в новый можно увидать.
  
   И треснет льдом людское равнодушье,
   Прозреют даже люди, и тогда
   По улице апрельской и простуженной
   Пройдем мы. Будто продолженье сна
  
   Я жду тебя. И мимо пробегают
   И в спешке, и в нелепой суете,
   Те ж люди, что и не подозревают,
   Какое счастье в солнечном луче
  
   И в облаках, и в этом синем небе,
   И отраженье рощицы в воде
   Лесной, и даже здесь мы
   Оставим след в притопленной листве.
  
   Природа как душа - она напоминает
   Мне встречу каждую, и каждый умный взгляд.
   И незаметно сон мой исчезает,
   И обещает чудо. И назад
  
   Ведь возвращаться может это время,
   Что нами было здесь оживлено.
   Взойдешь легко и тихо на ступени,
   А я скажу тебе, что знал давно,
  
   Что с детства среди снов тебя я видел,
   И что искал лишь твой печальный взгляд,
   хоть тайно тосковал, напрасно ненавидел,
   О чем-то странно я тогда мечтал.
  
   Но время помогло, и наша встреча
   Сбылась как сон, сознанием полна.
   Я не маню мечтой тебя. Но вечной
   Ведь та минута чистая была.
  
  
   Наяву
  
   Наяву ли он был, этот поезд,
   Эта мглистая, злая тайга..
   Но я жив был тогда, и молодость
   Где-то рядом еще была.
  
   А теперь вспоминаю, как в сумраке
   Леденел городской проспект,
   Где название каждой улицы
   Фантастическим было, и след
  
   Человеческий редко встречался
   На пороге морозной тьмы.
   Почему я с тобой расставался,
   Так тогда и не поняли мы.
  
   Нарастал мир и мглистый, и странный,
   И огромный в своей наготе,
   Говорили там люди о таинствах,
   О неверии, о темноте.
  
   Боже, как человек одинокий
   В этот городе я бродил,
   Вспоминая как сон свой тонкий,
   Твои руки и взгляд твой, как крыл
  
   Были в прошлом движенья и трепет..
   А теперь - вот по льду идут,
   Проклиная в пути рассветы,
   Все, что создано Богом, и ждут
  
   Новых лютых лихих морозов -
   К ним привычны они давно.
   На них молятся, так серьезно
   Их лица выраженье при том.
  
   Ведь упитанны, с этой массой,
   Что же делать, не знают они -
   Сберегают жир - согреваться
   Собираются в зимние дни.
  
   Все проникнуто будто зимою
   В этих зданиях и городах,
   Трезвых мало, вечерней порою
   Выходить не решаются, страх
  
   В том краю гость давно привычный,
   Впрочем, скучно.. И я сбежал
   От его вечеров неприличных
   В наше время, не нужен бал
  
   Мне чужой и банкет, и песни,
   Что в России не пели. И путь
   Показался домой чудесным.
   Я еще все могу вернуть..
  
   По приметам
  
   Минуту - тишина. Но вновь дневные звуки
   вползают с грубой наглостью в мой дом..
   Там разрывается сосед от брани лютой,
   а там уж молотом колотят, и сверлом
  
   взрывают воздух, что истерзан ими,
   и кажется, уж свойство потерял
   питать людей.. кричат они так сильно,
   так мощен их поток словес, но стар
  
   их смысл. И лютое проклятье
   готовят втуне.. стонет человек.
   Его молитва будет им распятьем
   и наказаньем будет новый век,
  
   которого они в поту не ждали,
   и вот уже фонарные столбы
   готовятся принять их в свои длани -
   потоки света, чуждые их лжи.
  
   Минуту - тишина. Напрасно будут в двери
   и в телефоны белые звонить..
   Уж не сгибаются их старые колени,
   в поклоне лишь надежда умолить
  
   Того, Кого они так быстро оскорбили
   своим лица не общим колдовством,
   ведь так же быстро исчезают силы,
   что их питали, за одним столом
  
   они не собираются, и слезы
   на лицах выступают, как у нас,
   они лишь просят милостыни, грозный,
   их окрик не звучит уже, и глаз
  
   не различает в тьме предметы,
   что собирали тщательно они..
   они уходят уже этим летом,
   уходят к северу, где дни
  
   и коротки, и странно безучастны,
   где, как в душе у них, все холода,
   и там найдут они подобье счастья,
   и приживутся навсегда.
  
   Минуту - тишина. И вот очистить город
   готовы мы от их следов пустых,
   увядших гладиолусов, что холод
   распространяли в доме, где остыл
  
   тот воздух.. времени приметы
   я узнаю уже, любя..
   они уходят нынче, этим летом.
   Так не узнавшие тебя.
  
  
   Застава на Якорном поле
  
   До времени скрыто. Мое светило
   над городом только еще угадать
   возможно, мои не иссякли силы,
   я все еще слышу. Я буду ждать.
  
   И где-то в тумане людских подворотен,
   где спрятаны их неприглядные сны,
   найду я тот выход из города, плотный
   и свежий как воздух иной весны.
  
   И есть на окраине та тропинка,
   что приведет нас к блестящей реке,
   там солнце живет в каждой летней кувшинке,
   там счастье поселено на горе.
  
   До времени скрыто в часах, в их стоне
   решенье загадки и смысл судьбы.
   Но в городе нет уже этого дома, -
   в поселке с заставой, где даже столбы
  
   телеграфные чем-то знакомы,
   где нет того грохота и тоски,
   что в городе были. И вижу я снова
   как ты по тропинке идешь, и псы
  
   не грозят, потерялись в березах
   минуты те, не напрасно я жду.
   И все ведь на свете бывает серьезно -
   в поселке с заставой, где дети живут.
  
  
   _ _
  
   Тем, что в пьяном угаре, неведомо
   славное прошлое этой страны.
   В доме под музыку прыгают, бедами
   людям грозят, тем, что будут смелы
  
   и им какое-то лишь замечание
   скажут.. в ответ - лишь усмешка и гон.
   Что остается в стране нам? молчание
   и ожидание, - скоро закон
  
   в эти дома возвратится, раскроются
   страшные двери из древних книг,
   и от закона они не укроются,
   и не заплатят за праздник свой, дик
  
   и нелеп был их бал оскорбительный,
   насилье над словом и над судьбой,
   вовлечены в хоровод немыслимый,
   мчались они в том безумьи как рой,
  
   рой диких ос, вдруг забравшихся в дерево,
   полно - разве те были людьми,
   кто посвятил себя тем оскорблениям,
   что привести мы не в силах, их дни
  
   в мгле исчезают, увидеть им солнце
   вряд ли возможно и суждено..
   слишком лихие - как девяностые,
   слишком неверные - как кино.
  
  
   - -
  
   Как близко небо у деревни,
   И, кажется, рукой подать.
   Вот поворот уже последний
   И больше я не буду ждать..
  
   И снега солнечные брызги
   Летят, бежит уж со всех ног
   Пес, мне знакомый, я непризнан
   Ведь только в городе. Урок
  
   Давно мой пройден, и заброшен
   За печку старый мой дневник
   С заданьями смешными, скроен
   Так мир здесь по-другому, лик
  
   Светила смотрит по-иному,
   Приехал.. Детская игра
   Сильнее здесь дурного слова,
   Проклятий древних. Навсегда
  
   Остались здесь друзья, и вечно
   Мне эти годы вспоминать,
   Когда и весело, безпечно..
   И как велик был стол, кровать,
  
   Большая тумба, телевизор,
   И ввысь старинное трюмо,
   Всевластное, но что-то в жизни
   Сломалось будто, и чужой
  
   Пришел, смеясь, к моей калитке,
   Колотит громко - отвори!
   Беда так выглядит, в избытке
   У нее сил.. Но эти дни
  
   Не изменить, и в прошлом снова
   Я вдохновенье нахожу..
   И ждут меня все те же в доме,
   Которым я так дорожу.
  
   Все оживает в миг, как будто
   Вчера я только был вот здесь,
   И самовар, и борщ, и чудный
   Печения квадрат.. И весь
  
   В покое день проходит нежный,
   И люди выглядят людьми,
   И тайной собственной надеждой
   Вот эти дни оживлены.
  
  
   Рассветы
  
   Закаты, рассветы все ближе,
   А люди - они далеко,
   И только белесые крыши
   Над городом властвуют, но
  
   Есть в этой поре загадка,
   Которую мне разрешить
   По силам, луна украдкой
   Ее обронила как нить,
   И вот мне знакомые лица
   Ожили в вечернем сне,
   И я прикажу - торопиться
   Не надо, останьтесь здесь.
  
   Здесь верные нам есть слуги,
   И умные люди, и сон
   Мой вовсе не страшен, в округе
   Не рыкает зверь, и звон
  
   Колокольный лишь слышен
   Там где-то в проезжей дали,
   Останьтесь же здесь, под крышей
   И белой, и сахарной.. Дни
  
   Здесь праздником будут прекрасным,
   И в комнате будет свеча
   Гореть торжествующе ясно,
   Как для корабля - маяк.
  
   Не будет разрушена свистом
   И хохотом наша любовь,
   Останьтесь, прошу, ведь в жизни
   Найдется для каждого кров.
  
   Послушно умолкли звуки,
   Что так раздражали всех,
   Теперь - наше время, стуком
   Его не разрушить, нет.
  
   Пускай в покаянном молчаньи
   Уходят они в города.
   Есть время. Но нет больше тайны,
   Что нас разлучала тогда.
  
  
   Течение
  
   Улыбка твоя все глуше
   За праздниками этих лет,
   За странными встречами в будущем,
   Похоже, и мой билет
  
   В страну дорогого прошлого
   Пропал как весной - снега,
   Но мог бы я гостем непрошенным
   Явиться, и что тогда
  
   Сказали б твои знакомые,
   Какими проклятьями бы
   Осыпали друга нескромного,
   Но я их не слышу - ведь ты
  
   Все ж вспомнишь и свет наш радостный,
   И время, когда легко
   Нам было в городе ласковом..
   И как это было давно..
  
  
   Дым
  
   И дом этот мог быть моим,
   И мир, и живая вечность.
   Но мощным ударом сил
   Разрушен мой город безпечный.
  
   Остались лишь в проводах
   Деревья и остановки,
   Где молча я брел впотьмах,
   Ведомый и очень робкий.
  
   Бывает на свете грусть,
   Которая - о прошедшем,
   Но больше я не боюсь
   Не писем твоих, ни встречи
  
   В разрушенном городе, дым
   Пусть стелется над землею.
   Зато ты поймешь, что мир
   Был связан с твоей судьбою.
  
   Кого ты вот здесь ждала,
   В туманном и сонном перроне,
   Не вспомнишь уже, тишина -
   И чьи-то слова о законе.
  
   И он в этот город придет,
   Но встречи с тобой не вспомнит..
   Безпечность людская зовет
   Его к берегам не томным.
  
   И город быть мог моим,
   И, в сущности, был когда-то,
   В далекое время. Но дым,
   Я помню лишь дым заката.
  
   Тебе не понять тоски
   И жалобы старых деревьев,
   Под ветром чужим. Таким
   Был гость, что ушел последним.
  
   И вот наступала ночь
   На город мой, чистый когда-то,
   И мусорный ветер помочь
   Не мог мне узнать заката..
  
   Дорога твоя близка,
   Но я не уйду из дома.
   Тебе не понять.. тоска
   Мне стала как сон знакомой.
  
   И вот раздается стук,
   А ты в ином меридиане,
   В пространстве ином, мой друг.
   Но наши мечты остались
  
   В разрушенном городе, здесь,
   Заря твоя - безупречна.
   Теперь о свиданьи весть
   Мне кажется верной и вечной.
  
  
   - -
  
   Что-то в памяти зрячей осталось..
   Нет, не стук, не удары - прыжки,
   Ни тяжелых предметов усталость,
   Что бросают о потолки..
  
   Не чужие безумные речи,
   Что встречают нас каждым днем,
   Не заботы, которыми вечно
   Нагружают наш бедный дом.
  
   Что-то в шорохе мимо летящих,
   Проходящих сквозь город машин,
   Что-то в небе живом, настоящем,
   Где когда-то и я ведь был,
  
   И крыло нового самолета
   Мне надежным казалось тогда,
   Пролетать над землей.. и что-то
   В этом городе, как вода
  
   По аллее бежащая парковой,
   Как улыбка прохожей одной,
   Что идет мимо в гости с подарком,
   Как полдневный июльский зной,
  
   Что казался почти фантастическим,
   Человеческим в этот день,
   Как кассета с альбомом Васильева,
   Или молодость, или тень
  
   От ограды больничной серая,
   Перемешанная с дождем,
   Тоже быстрым, спешащим, верно,
   В город близкий, чтоб лить и в нем.
  
   Человеческий мир, признаюсь я,
   Был мне дорог, любим тогда,
   И сейчас, в этот миг, вспоминается
   Та аллея и та вода..
  
  
   О другой
  
   Одиночество приходит утром,
   Как надежная и верная сестра..
   Обо всем она заботится, но чудо
   Подарить мне не смогла..
  
   А ведь, знаете, нужна надежда,
   Человек всегда, наверно, ждет,
   Что его признают люди те же,
   Тот же город, и придет
  
   Как подобье музы жизнь другая,
   Та, что не предсказана судьбой.
   И тогда как первый житель края,
   Будет он хозяином.. Постой,
  
   Погоди еще одну минуту,
   Видишь - не обидел я тебя.
   Вопреки тому, что ты ждала. Как будто
   И в тебе есть эта красота..
  
   Прогулка
  
   Мы по самому краю рая
   шли, кружилась твоя голова.
   И на землю ты вдруг упала,
   и забыла и рай, и меня.
  
   И к земле, позабывшей о Боге,
   я спустился по лестнице сил.
   Как комета, свою дорогу
   и дно пропасти я осветил,
  
   где жила ты с своим супругом,
   подчиненным законам людским,
   и не знала ты, что подругой
   мне была.. Этот сад остыл,
  
   что когда-то нам радовал взоры,
   и забыла ты все слова,
   что весь мир объясняли, снова
   объясняешь ты мне, и луна
  
   над глубоким тем дном владеет,
   что равниной зовется здесь,
   было время - но не посмел я
   объяснить тебе свою весть,
  
   весть о той позабытой свободе,
   что нам Господом ведь дана,
   что запретна сейчас, и законы
   ее гонят. Твоя красота
  
   узнается здесь как преступленье
   против снов и обычаев дна,
   привыкают, живут, в исступленьи,
   и смеется над ними луна..
  
   Обманула.. Как марионеток,
   словно кукол. Но взор твой мне
   так же дорог, как в прошлое время,
   когда шли мы по краю, и свет
  
   озарял облака и горы
   нежных зданий в своем луче..
   Не волнуешься ты, ведь скоро
   ты вернешься в мой сад, и мне
  
   безразличны твои впечатленья,
   да сама и забудешь ты
   эти дни горького нисхожденья,
   вспомнишь только лишь наши мечты.
  
  
   - -
  
   Этим утром я вышел из дома,
   и открылась так медленно дверь,
   там, внизу, будто старым знакомым
   признала меня, ее тень
  
   рядом с ними, людскими тенями,
   так легла прямо тихо на снег.
   И со сказками, и со снами,
   в этот город вступил человек.
  
   Здесь его не узнали - будто
   не узнали и самый мир,
   что Господь сотворил, и утром
   меня встретил лишь взгляд уныл
  
   озабоченного соседа,
   что спускался на улицу вниз,
   на работу спешил, до обеда
   он трудится там будет.. смысл
  
   его действий мне был непонятен,
   так моя проявилась болезнь,
   ностальгия по Истине, платят
   где-то люди за свой проезд,
  
   где-то лифт их послушный поднимет,
   где-то дворник помашет метлой,
   или кран новый слесарь починит,
   в телевизоре снова герой..
  
   Но душа моя не понимала,
   в этом, видно, ее вина -
   почему старой сказки начало
   позабыли те люди. В глазах
  
   твоих вижу ее отраженье,
   и уверенность, в том, что жива
   та судьба. В этот день весенний
   на свидание ты пришла.
  
   Я тебе не дарю подарка,
   и еще не растаял снег,
   но я знаю - уж солнце ярко,
   словно празднует мой успех,
  
   успех юности, чистого сердца,
   жизни новой и молодой,
   той единственной, что успеет
   всем живущим дать шанс.. Постой,
  
   над рекой серебрится время.
   Утро это как корабли,
   паруса развернуло над всеми,
   мой подарок - вот эти дни.
  
   Знаю, так же ты вышла.. калитка
   тихо скрипнула - вздох и вздох..
   Но ждала ли ты друга в миг твой,
   я пойму лишь, когда висок
  
   от назойливой черной пряди
   ты неспешно освободишь,
   молча взглянешь.. и больше не надо
   для надежды мне. Ты простишь,
  
   что я звал тебя безпрестанно,
   этим самым пронзая тьму.
   Ты единственная, светлая, странная,
   в этом мире, не ждущем весну.
  
  
   В светлой комнате
  
   Громоздились нелепые здания,
   А по улице шло такси,
   Возвращаясь в то время давнее,
   Где любил я тебя. Прости
  
   Мою молодость и отчаяние,
   И несмелые те же слова,
   Что звучат и сейчас, печальные.
   А вы скажете - завоевать
  
   Надо было любимую натиском,
   И тому подобный рой фраз,
   Что отмечены в вашем сознании..
   Но они - дело в том - не для нас.
  
   Пусть вращаются в мире нелепые
   Карусели, планеты, слова,
   Повторяются те же сюжеты,
   В коих ты никогда не была,
  
   Не изменится наше прошлое,
   Ведь всегда оставаясь людьми,
   Верность мы сохраняли Божьему
   И тому, что забыто в те дни,
  
   Смыто было речами ненужными,
   И истерзано, и оскорблено.
   Но вдвоем мы хранили будущее,
   В ожиданьи.. настанет оно -
  
   Обнаружатся мысли тайные,
   И поступки, и все дела -
   На цепи, как дворняга лающая,
   Будет бегать и та молва,
  
   Что о нас говорила нелестное.
   В ожидании я смотрел
   На ту улицу, близкую, нежную
   Под покровом светила, и сил
  
   Было мало, чтоб в превращение
   Впасть иль заново ощутить
   То, иное, в прошедшем мгновение,
   Но не мог я тебя забыть.
  
   Гулкий голос, усиленный городом,
   Раздавался за стенами.. нет,
   Я не смог оставаться в той комнате,
   Где тебя и не знали, лишь свет
  
   Мне напомнил твое присутствие,
   И бегущее вдаль такси,
   Знаешь, все это лишь предчувствие,
   Что я встречу тебя в пути.
  
  
   Под знаком змея
  
   Как им нравится, что оболгали
   Они эту страну и нас.
   Помню: я в переполненном зале,
   Помню: лжи неземной экстаз,
  
   Овладевший какой-то обычной,
   Неприметной девицей, и ей
   Придававшей все новые силы,
   Было лестно нас видеть.. змей
  
   Словно выполз из древней пещеры,
   Где он век одинокий провел,
   И теперь торжествует, и веры
   Презирает слова.. новосел,
  
   Забирается в хижины ранним
   Утром, и в неземной нищете,
   Там, он лестью сердца опутывает,
   Обещает богатство во сне.
  
   Он к ларькам поведет, что притулившись
   У домов неприглядных стоят,
   И пивцом там он встретит будущих
   Предков новых ребят-даунят.
  
   А кричат они, Боже, безсмысленно,
   Громче всяких животных и птиц,
   Если вдруг им возможность напиться
   Не дадут. Только падают ниц
  
   Перед властью, и только изредка,
   Оскорбить им не стоит труда
   Никого даже там. Ведь же призраком
   Змея древнего их слова
  
   Объясняются. Но на иконах он слеп
   И поражен острием копья,
   Посмотришь - пугает свет
  
   Сие существо небывалое,
   Известное с древних книг
   И вечно теперь опоздавшее
   К церковным дверям, и стих
  
   Его угрожающий, яростный
   И грубый там глас, в толпе
   Его не услышишь встречающих.
   Молитва его сильней.
  
  
   - -
  
   Они лебезят перед властью.. Довольно.
   Как будто их власть сможет все же спасти
   От бед и напастей, которые вольно
   Они накликали на город. Увы,
  
   Есть предел и земной гордыне,
   И наглости лютой, и их успех
   Потонет как камень в водной пучине,
   Потонет и смолкнет как глупый смех,
  
   Что днем развлекал их, когда другие
   Работою были увлечены.
   И вспомнят тогда, что они - в России,
   Раскаются, но наказаньем дни
  
   Их станут другие, когда весною
   Все будет светилом оживлено.
   И вспомнят тогда, что творили со мною,
   И будут молить о прощении, но..
  
  
   - -
  
   Оскорблен иль убит? И медленно
   Поднял я к ним свои глаза,
   К возродившим проклятие древнее,
   Ненавидящим небеса.
  
   Тошнота их - давно уж правило
   В той стране, где названия нет
   Их весельям и безобразиям,
   Их безумию. Прожитых лет
  
   Их не учит и время. Довольные,
   Как хозяева, в той стране,
   Они даже уроки школьные -
   Даже те забыли. На дне
  
   Самом дне мироздания Божьего
   Обитают, ползут, говорят,
   И купюры считают, и к совести
   Не вернуться.. И их наряд,
  
   Он нелеп, все идут по холоду,
   В шапках, шубах лохматых, как звери,
   И Бог весть - куда путь их проложен,
   Ведь не любят они и не верят.
  
   Кто воспитывал их, неведомо,
   Кто учил их приличьям, в какой
   Неземной области заповедной,
   Они выросли, стали одной
  
   И нелепой, и страшной силою,
   Что не брезгует бранью из снов,
   Что насилует прямо. Россиею
   Они дерзко зовут ту новь,
  
   Что на нашей земле под флагами
   Незнакомыми возглашена.
   Боже, пьяными лотофагами
   Взобрались они в город. С утра
  
   Выползают они на улицы,
   Валят смрадным дыханьем своим.
   Как мне жаль тех детей, что живут еще
   В этом городе.. Что же им,
  
   им запомниться, не представить мне,
   мне остался лишь горький свет,
   одиночество и под стенами
   белый - белый как слово снег.
  
   Холода все сильнее, дорожные
   Знаки будто заклятья висят
   В этом сумраке, в этом городе,
   Где слышней все ребят-даунят
  
   Голоса непристойные, дикие,
   И лишь в комнате бедной моей,
   Где мой сон был обставлен ликами,
   Будет тихо, когда и в стране
  
   Переменится все. Их проклятия
   Вдруг умолкнут. И я вернусь
   На то место, где двое яростых,
   Оскорбили меня и Русь.
  
   Будет больно им. Но желания
   Не исполнятся ведь. И мне
   Преподать им урок мироздания
   Видно, нужно. И только во сне
  
   Они будут устами быстрыми,
   Но безмолвными, заклинать..
   До тех пор пока солнце чистое
   Не растопит их жизнь как гать.
  
  
   Жизни
  
   "Что ж, ты мне угрожаешь?" - спросит
   Несмышленое существо.
   О, мы знаем лишь шаг непрошенный
   В темном городе, и давно
  
   Я живу и смотрю воочию,
   Что бывает вот здесь с людьми,
   Таковыми как ты, что и ночью
   Не находят покоя, они
  
   Выбегают, бегут из дома,
   И в машинах пытаются скрыть
   Свои беды, а то у знакомых
   Эти сутки проводят, но нить,
  
   Жизни суть от людей ускользает,
   Как кутята слепые, живут,
   То в ночные их клубы бросает,
   То в тьму уличных тварей, и спрут,
  
   Как в романе Булгакова, тоже
   Все стучится к ним в низкую дверь,
   Да, вы спросите - отчего же
   Происходит такое? Поверь,
  
   Так бывает с людьми несчастными,
   И с другими, живущими здесь,
   Что забыли о Боге, напрасно
   они смысл иной в жизнь привнесть
  
   все пытаются, в грешном забвении,
   и их спутана речь, и судьба
   не улыбчива, до воскресения
   они будут томится. И зла
  
   власть над ними.. Как жаль мне грядущее,
   суд над ними, но уж далеко
   их слова.. угрожать мне не нужно,
   их осудит один только Бог.
  
  
   Ветка сосны
  
   И опять вспоминаю то прошлое,
   в летних сумерках этот подъезд
   и детей голоса, невозможное
   и далекое нынче, здесь
  
   все как будто в не нашем времени,
   и я снова иду к берегам
   того месяца, что был ввечеру,
   того дома, что мил небесам.
  
   Было тихо там в маленькой комнате,
   месяц с неба в окошко смотрел,
   и мечта была рядом, лишь только вот
   руку ты к ней протянешь. И смел
  
   был мой взгляд, узнававший знакомое,
   неслучайная молодость мне
   улыбалась, та робко-нескромная,
   и я думал о завтрашнем дне.
  
   Узнавал его взгляды, и города
   уж не страшен был вид тогда -
   он казался далеким, и снова
   тихо капала с веток вода,
  
   так с сосновых лап, охраняющих
   в это царство минувшего вход,
   будто слезы под стать моим, тающие,
   все стекали, на оборот
  
   поздравительной зимней картинки
   заглянули мои глаза,
   и увидели те же льдинки,
   те же сосны, и небеса.
  
   Как поэт я своим признанием
   осветил той весны пору,
   как не помнил разочарования,
   как надеялся, что живу
  
   в настоящем и подлинном, в радостном,
   справедливом мире людей..
   где заботы легки, и кажутся
   утра милыми, теплым день.
  
   Этот мир как мое одиночество
   проплывает как некий корабль
   над сегодняшим днем, и отрочество
   даже дальнее вспоминать
  
   у меня есть возможность редкая..
   впрочем, есть своя прелесть в том,
   чтоб вернуться под своды снежные,
   и вступить в разговор о былом.
  
   То, что было нам предназначено,
   То, что было наградой за труд,
   и большою было удачей
   в справедливой стране.. Салют
  
   в этот день кто готовил загодя,
   кто спешил посетить магазин,
   само будущее было славою,
   освещавшею эти дни..
  
   А теперь есть возможность изредка
   время прошлое мне вспоминать.
   Мне печально .. и каждая ветка,
   соглашаясь, кивнет опять.
  
  
   Засекреченная память
  
   Свет в окнах так ярко,
   так ярко и нежно горел.
   На улице в, в снежной шапке,
   одинокий стоял человек.
  
   И нежно летели снежинки,
   и падали на людей,
   прохожих, спешащих, видно,
   по важным делам. А в ней,
  
   в этой осени стылой
   стоял человек и ждал,
   и он мне напомнил о милой,
   о том, что чужой вокзал
  
   вот так же меня увидел,
   и был я прохожим чужим,
   и кто-то меня ненавидел,
   за то, что я стал другим,
  
   на многих тогда непохожим,
   единственным в этой толпе,
   кто ждал возвращения. Боже,
   давно это было. Смелей,
  
   смелей я иду по асфальту,
   и вот тают дни зимы,
   как будто по плитам памяти,
   и только мои следы
  
   напомнят о том, что в действительности
   я был на планете твоей,
   стихи - как следы, в их истиннности
   и есть повторенье дней.
  
   О, Боже, как нынче боязно
   под окнами так же стоять,
   как тот человек, ведь поездом
   уехало прошлое. Вспять
  
   вернуть его.. Так мечтаю я
   лишь редко, в такие дни,
   когда в засекреченной памяти
   услышу твои шаги.
  
  
   День святого Валентина
  
   .. холода наступают - тают
   Дни надежды. Моя душа,
   Оскорбленная лютой бранью
   В воскресенье, едва жива.
  
   Даже Темные стихли, наверное,
   Так страдала душа моя,
   Что им совестно стало, и скверные
   Они мысли лишь у себя,
  
   Где стучит эта тварь вселютая,
   И хрипит на постели своей,
   Словно в ложе чужом, поминутно
   Возникают видения, ей
  
   Все здесь кажется неестественным,
   Кем-то купленным и чужим,
   Даже своих друзей как мерзких
   Она видит существ у дверей.
  
   И в минуту о тайном проклятии
   Пожалела весьма она,
   Но теперь - ни единого гадкого,
   Ни единого звука из сна
  
   Ее хриплого не доносится,
   Власть ее подошла к черте,
   За которой - Господь, мироносицы,
   И церковной ограды снег.
  
   Ей обидно, и жутко, и горестно,
   Что не знала ведь счастья людей,
   Что лишь их оскорбляла, в совести
   Ей укор непреклонный, смех
  
   Ее страшный стихает, и силы нет,
   Чтоб проклятия вновь кричать,
   В сне подходит к камню застывшему,
   Начинает себя укорять
  
   За грехи и поступки нелепые,
   Что так долго держали людей
   В подчиненьи и страхе. Но здешние
   Не запомнят ее очей,
  
   Не запомнят и гнева безбрежного,
   Что вмещала лихая тварь.
   Луч светила положит пределы той,
   Что столь грозной казалась встарь.
  
  
   Город без снов
  
   Гнали, гнали поэта из города -
   Мол, не нужен нам твой покой,
   Твои сны, твои мысли и горести,
   И стихи, посвященные той,
  
   Что здесь, принято, презирается,
   И чужою зовется давно,
   Что, как, бедная, ни старается,
   Заслужить ей не суждено
  
   Уважения и прощения
   За ее неземную мечту,
   За ее красоту, за поэзию,
   И за то, что напрасен труд
  
   Оскорбленья ее. И привычные
   К деловому подходу, к речам,
   Что приказы содержат, личности
   Ненавидят ее. Хоть сам
  
   Здесь любой ведь властитель местный
   Был бы рад прикоснуться к ней,
   Или даже своей невестой объявить
   В другом городе. Дней
  
   Здесь же медленный бег не скроет
   Ее взор от нескромных глаз.
   Что же в городе без героя
   Тебе нужно в вечерний час?
  
   Впрочем, это мои догадки,
   Мои мысли, мои мечты,
   Ничего ведь не стоят тетрадки,
   Что тебе не посвящены.
  
   Подойду я к окну, и бледный
   Осветит двор свет февраля.
   Это время чудесным, верным
   Вижу, вспомню лишь я тебя.
  
  
   Высокие скалы
  
   Уколола палец нечаянно
   О волшебное веретено,
   Помнишь в юности было отчаянной,
   То виденье, давно уж, давно
  
   Ты забыла и принца, и сказки те,
   Что за печкой одни лежат,
   Ждут тебя, возвращения, в маете
   Майских дней так шмели жужжат.
  
   Что за время чудесное выбрала
   Ты своим, и твоя весна
   В одинокой вселенной выбита
   На высокой скале, и дна
  
   Не видать со скалы у города,
   Там, у моря, другие дни.
   не любила меня ты, но долго
   мы ходили у скал одни.
  
   Я найду тебя в этом городе,
   У подножья седой скалы.
   И не будешь там одинокой ты.
   Не обмануты будем мы.
  
  
   Пятнадцать дней до весны
  
   Она не пишет, безконечность,
   О наших днях в слепой глуши.
   Поймет ли кто теперь безпечность
   Моих стихов, твоей весны..
  
   Корабль плывет над снегом крыши,
   Иль нет - то облако из снов.
   Я, верный Богу, не услышал
   Твой недалекий милый зов.
  
   Передо мною те ж иконы,
   Но не могу я обвинить
   Их в одиночестве, знакомой
   Так встречи чувствую я нить.
  
   И вот твоя улыбка снова
   Растопит этот серый лед,
   Что на дорогах, и суровой
   Зимы всевластие пройдет.
  
   Твоя улыбка - как подарок,
   Так редко рада ты была
   В своей дороге, снегопадом
   Обрушилась твоя судьба
  
   На дом твой милый, одинокий,
   И власть дана людской молве
   Над этим городом, на вздохе
   Ты говоришь о прошлом дне,
  
   О том, что как бы ты хотела
   Вернуть и друга, и мечты.
   Я удивляюсь - как же смело
   Ступаешь ты по снегу, тьмы
  
   Призрак лихой не безпокоит,
   Благословенна тишина,
   Что нас с тобой как бы укроет
   От тех, кто горе нес. Сполна
  
   Они заплатят за поступки,
   И вот я вижу уж вдали -
   Такое счастье, в переулке
   Оно хоть прячется.. Прости,
  
   Я не хотел ни вздохом,
   Ни мыслью оскорбить тебя,
   Или обидеть ненароком,
   За что судьба нас развела
  
   По обе стороны планеты,
   Вращающейся как в бреду,
   В твоем пути одни секреты,
   Ищу тебя, но не найду..
  
   И мысль - "а может, все напрасно"? -
   Как солнце ясное встает.
   Но не обманешь ты. Мне ясно,
   Твоей дорогою вот-вот
  
   Пройду я к памятному месту,
   Что неизменно с января.
   Услышу, что зовут невесту..
   И вспыхнет вечная заря
  
   Над голубым тем небосводом,
   И будут гости, и слова,
   И, может, ты простишь, что Бога
   Я слушал больше, чем тебя.
  
  
   Рожденная в сибири
  
   Когда-то я в поезде дальнем
   Так ехал, смотрел на поля,
   Раскинувшееся мирозданье,
   Озера, и свет сентября
  
   Мне сердцу как будто был близок,
   Каким был огромным тот мир..
   Теперь же, в немой квартире,
   Я жду лишь тебя. Остыл
  
   Костер, и далекие звуки,
   Что жили в той осени, нет,
   И ты далека, и руки
   Твои я лишь вспомню. Как снег
  
   Они мою боль растопили,
   Бывает, наверное, так.
   Не знаю. В моей сибири
   Рожденная, как пустяк
  
   Восприняла ты мой поезд,
   И жалоб печальных суть.
   Не хмурясь, не безпокоясь,
   Ведь ты исцелила, и грудь
  
   Не болит уж, как прежде,
   И сердце надежду ждет.
   Рожденная в сумраке, нежной
   Ты стала для света, вот-вот
  
   На улицу эту машина
   Обычная повернет,
   И вновь я увижу спины
   Прохожих, и время вернет
  
   Мне тебя как солнце,
   Как вечный подарок, ведь
   Всегда так бывает - вернется
   К нам главное чувство, посметь
  
   Дорогу твою не смогут
   Они своим гневом закрыть,
   Ведь время пришло - и Богу
   Перечить не будут они.
  
  
   Твой новый рассвет
  
   Загадки, стихи и сказки.
   Что толку, когда настает
   Твой новый рассвет. И несчастный,
   По снежному пес идет,
  
   И лаем своим выражает
   Прохожий нелепую мысль..
   Пес смотрит - его хозяин
   так не сказал бы.. Держись!
  
   побежали санки
   по скользкому склону горы,
   там дети, и там есть праздник,
   но только не здесь, увы.
  
   Лохматая жмется собака
   К горячей как ветер трубе,
   По тропке бреду, однако,
   Пес тот не пойдет ко мне..
  
   Оттуда, где холод собачий,
   Где шум городских машин,
   Пришел он сюда, полузрячий,
   Но имени он не забыл,
  
   Он помнит, что где-то хозяин
   Его тоже бедный живет
   И кормит его, и лает
   Пес на того, кто идет
  
   Навстречу.. Вот символ мира,
   Который оставил я -
   Он мерзнет без солнца, в квартирах
   Там холодно, лишь друзья
  
   Мои заглянут ненадолго,
   И я улыбнусь тогда,
   Оставленный мир, где холодом
   Когда-то обожжена
  
   Была ее жизнь.. И сажевой
   Границей на полпути,
   Что видит прохожий каждый,
   Ее лишь виденью идти -
  
   Сама же не будет растерзана,
   Не будет оскоблена,
   Напротив, ее появление
   Пробудит живых от сна.
  
   Есть площадь там, у супермаркета,
   Где смешана копоть с весной,
   Есть миг, когда люди, занятые
   Покупкой очередной,
  
   Спешащие и растерянные,
   Увидят ее вдали,
   Летящую будто под небом,
   Стремительно, фонари
  
   И пустые здания
   Оплавятся от тепла
   Ее, и машины странными
   Вдруг станут по форме, и сна
  
   Прекратится течение,
   И будут там долго стоять
   Прохожие, что печение
   В кульках своих прятали. Прядь
  
   Еще ее в небе как облако,
   Заметна так будет, смешно -
   Мне расскажет, как долго
   Смотрели те люди, в окно
  
   И на остановках,
   как будто уж покорены.
   Загадка и сказка.. и слово
   Обещанное весны.
  
   Ее это время, и тронется,
   Как "форд" мой несчастный мир,
   И даже и мне тогда вспомнится
   Объятий ее зефир.
  
  
   О реформе исправительной системы
  
   Добро.. Почему же зовется добром
   То, что лишают людей свободы?
   В загоны их, в клетки, и серым днем
   Их потчуют.. что за эпоха!
  
   Возможно, и нужно бы наказать
   Отступников или умалишенных,
   кричащих, вопящих, что оскорблять
   позволили нас беззаконно..
  
   Но, Боже, какая случается дрожь
   Безсилья в застенках, как долго
   Там тянется время. И все же ждешь,
   Считаешь минуты, с востока
  
   Восходит вновь солнце и по дуге
   обходит дома так безстрасстно,
   зачем же их прятать в решетки? Во тьме
   они не исправятся, ясно,
  
   и лучше не станут.. Уж лучше - в сибирь,
   на север иль в поселенья,
   уж лучше - в неведомы страны, где пыль
   считается за растение.
  
   Пускай там стучат и резвятся, они
   Друг с другом пускай разговаривают..
   Давно уж Россию освободить
   Пора от решеток безкрайних.
  
  
   - -
  
   И по утрам над снежным городом
   Вновь раздается дикий стук,
   Как в полусне живут, проколотом
   Иглой неверья и разлук.
  
   И не хочу знать их страдания,
   Напрасный труд, безбрежный смех,
   Глупцов всех разочарования.
   Как белый, невозможный снег
  
   Покрыл мой город.. И бродил там я,
   Где хлеб выносят для людей,
   Как мало было в мире сил тогда,
   Как одинок я был.. скорей
  
   Я шел, воспоминание
   Бежало следом как дитя,
   И в этот миг не мог заранее
   Определить я, вечер дня
  
   Уж наступил иль вновь отчаянье,
   И необычна тишина..
   Волшебна будто мирозданием
   На свете правит лишь она.
  
   Дома молчали заговорщицки,
   Скрывали тайны и мечты,
   Твои портреты, книги, солнечный
   Свет освещал их, но, увы,
  
   Проникнуть внутрь, увидеть радостно
   Твое жилище он не мог,
   Там сумрак властвовал напрасный,
   Завял последний там цветок.
  
   И шли знакомые прохожие,
   И молодость еще была
   На этих улицах, похоже,
   Я не забыл еще слова
  
   Твои последние и странные,
   Что были, как шаги, легки.
   Теперь же за иных экранами
   Тебя смогу ли я найти?
  
   Такою веет безнадежностью
   От ветра странного, увы,
   Я снова дома. Ты же - в городе,
   Где встречи так редки с людьми.
  
   Иные громко и с нажимами
   Врываются в твой снежный день,
   Они приказывают жизни
   В то русло течь, где ждет мир тень,
  
   Их мерзкий страх и их обычаи,
   Что за работу здесь сошли.
   Я рад, они и неприличия
   Тебя ведь также не нашли.
  
   Есть свет вдали, окно открытое,
   И верный звезд полет высок,
   И ты живая, неубитая
   Всей этой пошлостью в висок.
  
   Вот замолкает мерзкий гогот,
   Что превзошел и крик гусей,
   Проходит мимо дерзость, ропот,
   Все следствия их злых затей.
  
   Их почести, успехи, зданья
   И крик не трогают тебя.
   Ты все такая же, такая,
   Как той весной тогда была.
  
  
   Надежда
  
   Как тесен сей мир, но моей невестой
   Ты так и не стала, увы..
   Есть в мире обычаи, что неизвестны
   И спрятаны будто в кусты
  
   Рояль заэкранный, и их охраняют
   Чужие нелепые сны,
   все их мановенью послушны, тают
   мечты - и как будто злы -
  
   мне кажется так, их дневные заботы,
   что плечи отяготят..
   Их праздники странные и субботы,
   Забав, развлечний ряд.
  
   Как тесен сей мир, я еще повторяю,
   И каждый речет о своем,
   О том, как он бедный свой день проживает,
   В работе своей, и о том,
  
   Как к людям порою относится глупо,
   Как их ненавидит порой,
   И мелкими чувства становятся, в ступор
   Впадает такой герой,
  
   Герой повседневности, старого века,
   Остывшей как лед страны,
   Что так мне Россию напомнила, летом
   Она так прекрасна.. И мы
  
   Ведь знали ее красоту и озера,
   Отзывчивость душ людских,
   Тогда ты со мною была так знакома,
   Как с небом знакомы сны.
  
   Еще одна встреча, еще одна строчка -
   И мир озарится, как днем,
   Надежда еще не раздавлена.. Может быть,
   Ты вспомнишь, и мы придем..
  
  
   Два города
  
   Каким безрадостным бывает день,
   когда я в одиночестве.. листать бы
   страницы прошлого, но лишь осталась тень
   от бедного и блеклого рейхстага
  
   надежд моих, невинных и простых,
   которые теперь не привечает
   суровый век. И только этот стих,
   в нем будто есть душа, она узнает
  
   что посредь города и посредине дня,
   среди комет, республик и народов,
   что созданы так издавна, есть я,
   который жив. Наперекор невзгодам
  
   есть в Омске путь, который не забыть,
   и прошлое где встретится со мною..
   Какое счастье может.. может быть!
   И солнце, и река, все как живое
  
   в минуту встречи дивной предстает,
   загадка это или та удача,
   которой предсказать незримый ход
   не суждено нам.. Будет же иначе,
  
   и по-другому. В городе большом
   есть путь, цветы вокруг и люди,
   Я верю, есть ведь за душой
   и у тебя мечта та, будет
  
   в поселке дачном тот же аромат
   цветов, и узнаванье снова,
   и вместе будут ветер и весна,
   и ты придешь.. Но далеко то слово,
  
   которым ты приветствовать могла б
   меня.. И я боюсь в мечтаньях
   прожить тот миг, и лишь к исходу дня
   вновь возвращается картина.. Те же зданья,
  
   деревьев дачных дальний силуэт,
   цветы горят как будто в храме свечи,
   ты, может быть, придешь.. ведь столько лет
   с тобой мы ждали этой встречи.
  
   И город мерзкий призраком своим
   довлеть не будет над порою счастья,
   и солнце там не проклято, и дым
   там стелется весенний по участкам..
  
   И мы быстры как ветер, как весна,
   как птицей пущенное в небо слово,
   когда придешь ты? мне еще дана
   надежда на признание такое.
  
  
   Поэт
  
   Мне поэт рассказал, что владел этим миром,
   рассказал по секрету, что птицы и сны
   ему были послушны, и по парапету
   безбоязненно шел он, по краю весны
  
   разливалась река, и весенние ветры
   разносили по миру какую-то весть,
   о добре, о прекрасном, и многие верили
   в его стих, в его чудо, и это же здесь
  
   повторялось, летело, как все самолеты,
   что послушны штурвалу, послушны рулю,
   и такими знакомыми были заботы,
   и так просто сказать было слово "Люблю".
  
   Под запретом все праздники нынче поэта,
   что он мог безбоязненно ждать и мечтать,
   и улыбки счастливые, и парапеты
   нынче скользкими стали, его лишь тетрадь
  
   в старом, древнем комоде пришествие помнит
   небывалое, праздничное той поры,
   когда властен он был над своею свободой,
   со словами дружил, и они, как и сны,
  
   с благодарностью в строки слагались, иные,
   что еще не земле не встречал человек,
   обо всем, что в России встречал он и в мире,
   обо всем он рассказывал смело, а тех,
  
   кто завидовал его несравненному дару,
   будто просто не видел, не замечал.
   Они злобу копили, как деньги, пожаром
   все грозили планетам и прочим вещам,
  
   что придуманы лишь для затменья рассудка.
   И ученый несчастный в каморке своей,
   на стихи его глядя, завидовал сутками,
   что не может описывать так жизнь людей.
  
   Где-то есть новый день, верно, ждет он поэта,
   чтоб признаньем достойным его наградить,
   а пока - только луч поднебесного света
   освещает его и страну, и мечты.
  
   И поэт вспоминает о музе прекрасной,
   что его озарила и жизнь, и стихи,
   понимает, судьба не была безучастной
   к его жизни. И странные дни,
  
   дни зимы все же тают, в его стылом доме
   оживает на окнах причудлив узор,
   муза знает, наверно.. и вот подоконник
   щедро каплями новыми орошен.
  
   Они встретятся вновь, обнаружаться тайны
   человеческих дум, ну а также сердец,
   они встретятся, знаю, была неслучайной
   власть поэта над миром, подаренным здесь.
  
  
   Тропинка
  
   И белесое небо окраин,
   И протока, что так заросла..
   Там собаку зовет хозяин -
   Убежала, и Русь такова,
  
   Что приглядного мало в той дали,
   Где в выси громоздятся труб
   Старых призраки, и медали
   Не приносят спортсмены тут..
  
   Зарастает быльем тропинка,
   Что была весела и стройна,
   Ежик больше не кажет спинку,
   Все как в шварцевской сказке, сполна
  
   Те ответили за проклятья,
   Что обрушивали на людей..
   И они уезжали.. И платья
   Оставались не в моде. Дней
  
   Без плодов череда проходила,
   Только где-то высокий стук
   Раздавался.. такая уж сила
   Ими двигала, ледоруб
  
   Так стучит постоянно по лунке,
   Необычный, и, остервеняясь,
   Переходят в мелодию стуки,
   Ту мелодию, что как связь
  
   Всех безумцев чужой эпохи
   Собирает в одну игру.
   Ох, неверные.. мучают вздохи
   Их с утра, лишь бутылку одну
  
   Почитают они кумиром.
   И тогда, приняв дозу на грудь,
   Приступают к занятиям милым,
   Тем, что не под запретом ничуть.
  
   Не в запрете обычное пьянство,
   Поглощение литров хмельных,
   И позволено им ругаться,
   Так, что и не опишет стих.
  
   После этой отменной брани
   Они рядышком все идут,
   Их дневные зовут задания,
   Их работы нелепые ждут.
  
   К ним привычны они, с размаха
   Обрушают молот на жесть,
   И в поту, в исступленьи страха
   За грядущее, ждут лишь весть
  
   Новоданнного им приказа,
   Впрочем, так они, дети, скучны,
   Что занятия их не надо
   Изучать нам. Под светом луны,
  
   Впрочем, вечером их развлеченья
   Ждут, танцуют они, и в пляс
   Устремляются дикий, значенья
   Не придав свому виду, экстаз
  
   Той лихой и вакхической пляски,
   Когда сбрасывают они
   И одежды, нам не опасен..
   Но в России.. В России дни
  
   Они думают, так проводят.
   Так позволено, разрешено,
   Удовольствие в этом находят,
   Не считают, что это грешно.
  
   И горит "Огневая лошадь"
   ( называется так их клуб ),
   гибнет много неосторожных,
   Что доверились тем, кто крут..
  
   И разбросаны под тропинкой
   Бутыли, сигареты, пакет,
   Наследили в России великой
   Так, что нужно еще сотню лет
  
   Очищать от вандалов землю,
   Что оставлена предками нам.
   Как же скучно.. Мой дождь осенний
   Пыль прибьет и умоет град,
  
   И покажется на минуту,
   То, что не было этих лиц,
   Этих морд, и страна как чудо
   Вновь воскреснет.. Как с тех страниц..
  
  
   Лунная страна
  
   Человеческий мир - под солнцем.
   Под луною - иная страна.
   Так устроено, мы вернемся
   И оттуда, где светит луна.
  
   Там не видно земных просторов,
   Этих далей, воспетых людьми,
   Там лишь город, открытый взорам
   И открытый тебе.. Смотри,
  
   Там есть комнаты, где мы вместе
   На портретах и в зеркалах,
   Удивляешься ты. Но с вестью
   Очень доброй сюда пришла,
  
   Долгожданной. И ждал я чуда
   Не напрасно. Твои слова
   Я так помнил, их света кругом
   Озарилась луны страна.
  
  
   _ _
  
   О, Боже, как они кричали,
   Резвились, прыгали, врачи
   И те давно не посещали
   Домов их жалких. Лишь в ночи
  
   Их умолкает ор безумный,
   Устали, милые, за день,
   От дел своих, проклятий шумных..
   Как беден их воскресный.. тень
  
   Ведет их по миру, и в мире
   Ведь не находят ничего,
   Что быть могло бы в их квартире
   Живым.. Свое лишь естество
  
   Они там тешат. Дни за днями
   Проходят в жалкой суете,
   Они так хлопают дверями,
   Как будто убивают.. здесь
  
   На это есть большая мода,
   И смотрят каждый Божий день
   На тьму экранного народа,
   Что занимается вот чем:
  
   Он воплощает их мечтанья
   О жизни смелой, без преград,
   Где проявились бы желанья
   Их тайные - банальный ряд,
  
   Что состоит из старых песен,
   И анекдотов, и брехни,
   Которая мила им.. Тесен
   Сей ряд. Поэтому одни
  
   Все те же образы в круженьи
   Все повторяются в огне..
   Они не любят церковь. В пеньи
   Церковном видят страх себе.
  
   И в теневой изнанке мира,
   Где есть наука уж своя,
   Они как гости из эфира
   Прибывшие, ведут себя,
  
   Они, нездешние, не наши
   Сограждане, и их дела
   Их обличают. День вчерашний
   Им не вернуть. В обличье зла
  
   Они поверили безбожно.
   И пожинать должны плоды
   Своих поверий. Осторожно,
   Не уколись. И в эти сны
  
   Не уходи, они обманны,
   Они нас разлучить хотят.
   Будь смелой. И тогда их бранный
   Разрушится проклятий ряд.
  
  
   У реки
  
   Иногда я хочу, чтоб приснился
   Жаркий май, фиолетовый зной,
   Как легко ты с крыльца спустилась,
   Как послушно пошла за мной.
  
   Дикий стук там умолкнет - тихой
   Будет наша с тобой река,
   Что начало берет у диких,
   Что послушна как ты и легка.
  
   Ты одна лишь поверишь в странную
   Неприкаянную судьбу,
   Что мне Богом дана, и взглядом
   Мглу развеешь на берегу.
  
   Я боялся реки. Но с тобою
   Она смысла и тайны полна,
   И мощнейшие звуки не скроют
   Ее тихого, светлого дна.
  
   Где-то строют, а где-то ломают,
   Но река глубока как встарь.
   Люди, глупые, не понимают
   Эту нашу с тобой печаль.
  
   Там живые прохожие, светлые
   Брызги солнечные воды,
   Что легка, что чиста, как рассветные
   Нашей встречи с тобой часы.
  
   Так красиво во дворике юном,
   Там идет человек, а мы
   Смотрим в светлую щель костюма
   Сшитых лоскутов и листвы.
  
   Говорят о чудесной жизни
   Там все люди, и все дома
   Так красивы, и их карнизы..
   Драгоценно освещена
  
   В полусвете дорожка из камня,
   Там прошли мы когда-то во сне,
   Верь - что не было расставанья,
   Верь - как в счастье на этой земле.
  
   И напрасно кричат младенцы
   В этом времени, не предсказать
   Им судьбу для меня. И развеется
   В поле дальнем их крик опять.
  
   Так кричит где-то птица лесная,
   А мы все по тропинке идем,
   И любуемся эти краем,
   Что сибирью зовется, вдвоем
  
   Нам ни миг, ни секунду не скучно,
   Словно чудо, и как весна
   Твои руки, и плечи, и губы,
   Впрочем, я замечтался.. волна
  
   У реки верна. Этот город,
   Тот, что смотрится в лоно грозы,
   Впредь не будет уже расколот,
   Не расстанемся я и ты.
  
  
   Зима
  
   И лишь холодная зима
   одна со мной водила дружбу.
   Она со мною рядом шла
   и под руку вела по стуже.
  
   Ее волшебное кольцо
   горело властью над любыми,
   кто проходили мимо, но
   мне безразлично было.. Иней
  
   на окнах призрачно лежал,
   и завывала вьюга злая,
   и думал я, что убежал,
   что прошлое легло, другая
  
   теперь наполнит мой покой,
   и сон, и вечер, и раздумья.
   Пускай волшебное кольцо
   напомнит время полнолунья.
  
   Пускай.. И птицу отпустил
   своей любви я первой милой,
   и страх прошел, и мир остыл,
   и эта сказка слишком длинной
  
   не станет, лишь ее портрет
   останется в неблизком прошлом..
   Другие люди уже здесь
   вокруг, не знающие слова.
  
   Они не видели двоих,
   идущих по ночной аллее,
   они не верят в этот стих,
   они вообще уже не верят,
  
   и хвалятся довольно тем.
   И им знакома лишь вторая
   моя подруга. Зимний день.
   Идем. И солнце догорает.
  
   И согревает небосвод,
   так далеко, а мы - на белом,
   на белом снеге, и вот-вот
   пора настанет откровений.
  
   Подруга верная моя
   расскажет о своем несчастье,
   о том, что ночь коварней дня,
   ведь ночью только расставаться
  
   приходится в пути всегда,
   и звездный свет так слаб и мелок.
   Он не удержит тех, кто дна
   прошел долину, даже смелых
  
   ночь задирает и дерзит
   простому счастью человека,
   и лишь холодный день открыт
   его пути.. зиме не к спеху..
  
   Так ясно утро февраля,
   неудержимо рвется солнце
   к своим, им созданным мирам,
   и верным спутникам.. бороться
  
   со снегом вместе будем мы,
   и с ветром, что из-за деревьев,
   из-за домов летит, из мглы,
   из облаков и туч, как фея.
  
   В далекой этой стороне
   найдем мы миг такого счастья,
   который даже и во сне
   той, первой, не предназначался.
  
  
   Белый снег
  
   Мой покой и слаб и светел,
   словно солнце над рекой..
   Если б я вчера заметил,
   когда ты одна домой
  
   шла по этому покрову
   белоснежной темноты,
   если б вечер не суровым
   был, тогда бы я как сны
  
   окружил тебя мечтами,
   знаю, улыбнулась б ты,
   и стройнее мирозданья
   были бы они.. увы,
  
   сны со мной не дружат, верно,
   я их чем-то рассердил.
   Значит, ты по снегу белому
   без мечты идешь.. остыл
  
   весь твой мир, любимый прежде,
   в небе только лишь луна -
   вспоминанье о надежде,
   ты идешь, и ты одна.
  
   Но перечить я не буду
   твоей воле и тоске,
   на пути не встану, чудом
   не вспугну тебя. Во мне
  
   сохранится память мая..
   Пусть они стучат, кричат,
   но не в силах ведь любая
   той дороги перемчать.
  
   Снова крик, но в переулке
   тот же снег и пустота.
   Не забудешь о прогулке.
   Не забудешь, как всегда
  
   Мы с тобою той дорогой
   шли навстречу кораблям,
   что летели в небе строгом,
   снег был белым, поздним, нам
  
   все казалось необычным
   среди неба, среди звезд.
   В этот вечер возвратиться
   как хотелось мне всерьез..
  
  
   - -
  
   Понедельник, двадцать второе,
   И над городом светлая высь.
   Знаю, что мне не стать героем
   Этих снов полудневных. И крыш
  
   Белый свет будет словно небо,
   Что с тобою нам так дано,
   Так, что видим его мы в нелепой
   Перспективе двора, как в кино.
  
   Один мир, поделенный на двое,
   Одна наша с тобой судьба,
   Как же жаль, что не стать героем,
   Как мне жаль, что мои слова
  
   Не застынут подобно тем глыбам,
   Что обрушены в город зимой,
   И в чужие дома не проникнут,
   И очаг не согреют чужой.
  
   На моей половине мира,
   Знаешь, лютые ведь существа,
   Что подобны лишь древним кумирам -
   Это зимние все божества..
  
   Ох, зимою широкой раздолье
   Для морозных и твердых их туш,
   Резво скачут они в косогорье,
   И в веселье снежками игру
  
   Начинают и криком нездешним
   Оглашают мои края,
   Что не знали такого грешного,
   Непрославленного бытия.
  
   Пародируют жизнь человека,
   До предела доводят, и вот
   До страданий, которые снегом
   Налетают на душу.. пройдет
  
   Этот миг, эта злая минута
   Необычного волшебства..
   И умолкнут прокляться, как будто -
   Мне покажется - ты пришла.
  
   На твоей половине мира
   Не услышишь такой же крик,
   Там живет человечество, силы
   Не оставили лучших сих.
  
   Помню я: есть двор и дорожка
   И цветов разноцветный ряд.
   Погоди, погоди хоть немножко -
   Побледнел, догорая, закат.
  
   В повтореньях стихотворений,
   В повторениях чудных строк,
   Вспоминаем как будто весенний
   Светлый вечер. Но как жесток
  
   Все же мир, где живу я так бедно,
   Где как змеи слова чужих,
   Жалят в душу, и том заветный -
   Лишь одна надежда, и стих,
  
   Он как будто моим покоем
   Служит с той самой ранней весны..
   Оскорбили меня.. Но героем
   Я не стал от того, увы.
  
   На моей половинке мира
   Так недолго живут стихи.
   Может, так и должно быть.. прости же
   Этот трепет, и снова легки
  
   Те шаги, что лишь отзвук малый
   Оставляют на снеге зим.
   Хорошо, что еще не бывала
   На моей половине ты..
  
  
   Счастье
  
   Мой свет, мой сон, они уж вместе,
   И все напомнят о тебе,
   Ни завистью, ни желчной лестью
   Не разделили нас, людей
  
   Мир мне не нравился как будто,
   Как будто был в нем тот изъян,
   Что не дает простому чуду
   В нем развернутся, и стакан
  
   Для них был фетишем, грешили
   И так, что не присниться в сне,
   Они не видели, но были
   Все ж рядом в каждом нашем дне.
  
   Вот тройка ехала лихая,
   Вот над землей корабль плыл.
   Но все ведь - в прошлом, как узнал я
   Твою мечту, и взгляд твой был
  
   Нездешнее, может быть, прекрасен.
   И больше я не смел искать
   В том мире, что глубок и ясен,
   Свою любимую, и вспять
  
   Как будто обращалось время,
   И перед нами как весна,
   Бежало.. Бледные ступени
   Я помню, ты была сама
  
   Приметой счастья, обещанья,
   Того, что годы не сотрут,
   Как будто сложно расстоянья
   Сложились в вечность, и мой труд,
  
   Я понимал, не был напрасен,
   Поэзии открылась дверь..
   И честным быть, и это счастье
   Непререкаемо теперь.
  
  
   Джоконда
  
   Ты теперь далеко - города, телефоны,
   что молчат уж давно, уже тысячу лет.
   И во сне тебя вижу, но больше ни слова
   не ответишь мне, будто молчанья обет..
  
   И в мире молчание, в целом мире,
   что тоже не знает не смеха, ни слов,
   которые к жизни тебя б пробудили,
   моя запоздалая третья любовь.
  
   Что зло? оно рядом, и в сумраке комнат
   его раздавался уверенный глас..
   Как твердо заклятья свои оно помнит,
   и как невозможен страшный приказ..
  
   И вот новый день городским пейзажем
   очертит картину моей тоски,
   как быстро б минула она, если б даже
   ты мне написала, но руки твои
  
   как будто закрыты все тем же, все тем же
   заклятием мощным полуночной мглы.
   И страшно увидеть, в каких одеждах
   оно, злое, ходит среди зимы.
  
   Все заняты люди делами в округе,
   никто и не вспомнит, что есть весна,
   что так скучаешь о милом, о друге.
   Они все по-своему видят, одна,
  
   как будто одна ты в своей квартире,
   где слышать не могут твоей доброты,
   где все предсказуемо, впрочем, как в мире,
   там люди уходят в чужие сны.
  
   И все поколение проклинают,
   то юное, новое, полное сил,
   которое к свету вести погибающих
   одно было призвано. Но как дебил
  
   все меряет своим нехитрым словом,
   так и на тебя все взирают они,
   как будто одна ты из тысячи, словно
   твои все предсказаны тихие дни.
  
   Как люди бывают, увы, равнодушны
   И как безразлична им чуждая жизнь..
   Ты все это видишь. Но все-таки лучше,
   считаешь, не думать и не говорить
  
   со мною об этом. Твои ли подруги,
   иль кто-то еще вот тебе подсказал,
   что будто и я в этом замкнутом круге,
   что будто двуличны мои слова.
  
   Они ремесло свое знают, люди,
   они дальновидны до слепоты,
   и как разлучить нас, и как о чуде
   не мыслить, научат. Но все-таки ты
  
   еще не убита людским неверьем,
   и не превратилась в одну из дам,
   что выше всего ставят страшные деньги,
   еще ты способна ведь чувствовать. Нам,
  
   а может быть, нет.. Может, злое упорство,
   что часто доводит до слепоты,
   твое не сломило безмолвие, просто
   не хочешь страданий ты мне причинить.
  
   О, как я мечтал, чтобы было как прежде.
   И в полдень на солнце раскрыта тетрадь.
   И видеть тебя сквозь тот воздух безснежный..
   Но вряд ли возможно.. боюсь повторять,
  
   о том, что улыбка твоя мне дороже
   всех снов безобразного небытия..
   Будь проще со мною, а может быть, строже,
   но будь неотступна как вера моя.
  
  
   Зимние фрегаты
  
   Зима на исходе. Как грустно, как жалко
   мне этих дорог, этот белый снег,
   что будто покровом над миром ярким
   был нам утешеньем. И помню всех
  
   друзей и знакомых, что встретил зимою,
   как странен их вид, их походка и речь.
   Как будто пришли они в царство иное,
   и вот здесь заминка.. И снова стеречь
  
   они отправляются свои покои,
   уют свой и счастье, что мне не понять..
   а может быть, счастья там не было? снова
   я в небо гляжу, ведь и мне размышлять
  
   не запрещено. О горах и странах,
   что так далеки от моих детских снов,
   о жизни и вечности, о капитанах,
   ведущих фрегаты. О кипах садов,
  
   о дальних холмах и озерах, в них скрытых,
   о пыльной дороге, что лета как суть..
   И там есть друзья, и они не убиты,
   и мне с ними странно легко, обмануть
  
   меня ли хотела зима, не знаю..
   я жду твой ответ, твое слово, как в сне
   дороги, машины и дни пролетают..
   И мне все понятнее, что о весне
  
   такая мечта, что иных богаче,
   возникнет в один из последних дней.
   Не трогают больше чужие удачи..
   Я знаю, что ты мне ответишь..
  
  
   В городе, где свет
  
   Этот час, это время тебе отдаю
   Как подарок, незнаемый всеми..
   Не хватает чудес моему январю.
   Ты одна. И я словно потерян
  
   В неизменной природе прошедшего сна,
   В стылом ритме бегущего города.
   Если б ты вдруг проснулась.. Но это мечта,
   А мечтать я не буду. И снова
  
   Я ищу твою тень - среди дней суеты,
   Так направленно и устремлено,
   Будто ты объяснишь и былые мечты,
   И весну, что приходит в тот город,
  
   Что в развилке дорог я однажды нашел,
   Среди шумного шага прохожих
   И дыханья зимы.. Я был словно герой
   В новом мире, на мой непохожем.
  
   Но когда это было, чтоб я повстречал
   Тебя в сне моем, видно, недолгом?
   Ты как будто уехала, и ветер лишь знал,
   Где твоя пролегла дорога.
  
   Там проспекты пылят, там разводят мосты,
   И занятий так много у века.
   Я искал тебя там, где роились те сны,
   Где еще не клянут человека.
  
   В синей вечности - небо и та же река,
   Вдоль которой мы часто бродили.
   Неужели вот так, навсегда, на века?
   А ведь, кажется, счастливы были
  
   Эти дни. Но раздался вдруг ярый удар
   Над тем городом, что мне снился,
   И внезапно тебя я во сне потерял,
   Так бывает.. И это случилось.
  
   В светлом нежном беззвучьи ищу твою тень
   И дорогу в тот славный город,
   Где есть свет, где есть арка и церковь, как день
   Он мне стал безвозвратно дорог.
  
   Вот я вижу - страницу ты тронешь, и стих
   Неожиданно радостным станет
   От присутствия света, так он возник
   Среди снов неземных и сияний.
  
   В стылом городе - стужа, и долго еще
   До весны, той же светлой и верной.
   Я ищу твою тень.. И исканье мое,
   Смею думать я, безпримерно.
  
   Кто-то будет смеяться.. Но мне все равно,
   Что там в стуже кричат злые люди.
   Все же вижу я - ты не спешишь ко мне, но
   Мир мой новый тебя не забудет.
  
  
   Луна
  
   Осталась у неба подруга - луна,
   И ввысь все зовет мечтами.
   И рой потревоженных звезд со сна
   И люди - не понимают
  
   Ее тех фантазий, что гения суть
   Рождают в дали безгласной.
   И гений напишет о том, что вернуть
   Позволит то время, где счастлив
  
   Он был, и герои все - будто бы сон,
   Явившийся под луною.
   И в вечер однажды на небо он
   Посмотрит и вспомнит былое.
  
  
   _ _
  
   История любви и горечь поражений..
   Вот этой жизни свет, и правда, и тоска.
   Пусть люди не поймут, что где-то добрый гений
   Любил в прекрасном дне.. И видел, что мечта
  
   Так близко от него, она лишь на пороге,
   Лишь руку протянуть, увидеть ее взгляд..
   Но силы тьмы, что злы и очень в злости строги,
   Они уже пришли в поселок, их ища..
  
   Но счастья не нашли и там, где одиноко
   Горел любви той свет, как бедная свеча,
   Напрасно.. не нашли! Хотя искали долго
   И думая о том, как наказать, свища,
  
   Летела вьюга к ним в подмогу, за горою
   Сбирались тучи - сны, и город был другим..
   Напрасно.. все горит свеча. И перед Богом
   Мы не преступники, и мы честны.
  
  
   ­_ _
  
   Как город скучает сегодня,
   как пуст этот солнечный день,
   и где-то на станции поздней
   задерживается апрель..
  
   Там лужи и светлое небо,
   там чистые облака
   и яркое солнце, и снега
   последняя белизна..
  
   И люди там веселы, будто
   несчастья и не был там след,
   и солнечная минута
   на верных часах, и сто лет
  
   пройдет, прежде чем растает
   вот этот снег, и вода
   в ручьях потечет, не знаю,
   как вам объяснить - весна,
  
   на станции позабытой
   как будто приходит с утра,
   стираются стены гранита,
   и воздух полон добра -
  
   как будто, скучает сегодня
   мой город, ведь я так далек
   от станции той, лишь невзгоды
   сопутствуют, но, видит Бог,
  
   ее не забыл я нисколько,
   как эту весну не забыл,
   как брызги от верного солнца,
   и первых подснежников пыл.
  
  
  
   Времена
  
   Еще немного - снег и синий лед как пламя
   Растают, убегут из мира моего,
   Я вижу - там окно раскрыто, песня ставен,
   Обычный скрип звучит. И мне недалеко
  
   До этого двора, наполненного летом,
   Где жизнь еще - жива, где первозданны сны,
   А мне уже пора.. И в споре птиц рассветном
   Рождаются мои нескромные стихи..
  
   И птицы всю весну воркуют в том же месте,
   Где проходил и я, бывало, человек,
   Они ведь ждут.. А мне, что мне сказать невесте,
   Которую весь мир так проклинал - навек?
  
   Но век тот миновал, и с ними тайна века
   Ушла в морской песок.. И жду. И вижу я,
   Что нам еще дана минута встречи летом,
   Что продлены все дни земного бытия..
  
   Два одиночества
  
   Какая стужа и ветер
   на свете Твоем,
   люди ж, их не заметив,
   говорят о своем.
  
   Среди этой нелепой
   немой суеты
   тебе снится лишь небо
   и грезы-цветы.
  
   Пусть твердят, что я лучше,
   чем иной твой поэт,
   лишь качаешь беззвучно
   головою, что нет,
  
   что все наши дороги
   вьюгой злой замело,
   ты все смотришь в тревоге
   в ледяное окно.
  
   Будто что-то в грядущем
   будет с этой судьбой,
   что ждала она, глупо
   было помнить о том,
  
   как писал тебе строки
   на листке старый друг.
   Все о звездах, о Боге,
   о том, что судьбу
  
   предсказать он не в силах.
   И хлопнула дверь,
   разделяя твой мирный
   молодой светлый день.
  
   Я пришел к тебе рано,
   в светлом небе звезда
   говорила, что странной
   эта встреча была.
  
   Было все незнакомым:
   на столе тихий чай,
   и казаться нескромным
   было просто.. и май
  
   раскрывал шумно двери
   в мире бедном твоем.
   Было много потеряно,
   и я знал ведь о том.
  
   Мне стихи лишь остались
   от весеннего дня.
   Как тебе - эта память
   про рассвет и меня.
  
   Но вот снова средь стужи
   ты поймешь вдруг - был миг,
   когда голос простуженный
   говорил напрямик
  
   о весне и о свете,
   что бывает любовь
   где-то, может, как ветер,
   как пощада, как Бог.
  
   И от века Живущий
   был в твоих светлых снах.
   Я их помнил - как будущее,
   знаю - в этих листах
  
   ты найдешь мое имя,
   улыбаясь, прочтешь,
   и поймешь, что увидел
   я твой сон и вернешь
  
   мне письмо то простое
   со слезами в глазах.
   Было в мире нас двое, -
   и рассеется страх
  
   перед злом, перед былью,
   что и ложью была.
   Были только мы в мире -
   созданном для тебя.
  
  
   Герой романа
  
   Они ненавидят поэтов:
   понятное чувство. Но Бог
   улыбкой своей их приметил
   и дал им имущество строк.
  
   Раздаривают так нескромно
   они свои тайны и сны,
   и, может быть, неосторожны
   в таком отношеньи они.
  
   Но я никогда поэтом
   ведь не был, я просто друг,
   который своим советом
   помочь бы хотел. И слуг
  
   моих слов - так мало,
   чтоб чувство к тебе описать.
   А помнишь, как ты сказала -
   тебе дорога тетрадь
  
   с признаньями графомана.
   Мне было обидно, но
   героем такого романа
   я не был и вовсе. Давно,
  
   все пылью давно минуло.
   Ты учишь иным словам.
   Мечты же - в загоне. Но утро
   расставит все по местам.
  
  
   Возвращение
  
   Другие заботы, другие события
   Как море, туман окружили тебя.
   Я помню давно - книги, вещи, открытия
   Что прежде счастливыми были, нового дня
  
   Бежали, его ослепительной свежести
   И ветра не выдержав, те же слова
   Звучат по-иному. Ты в городе вечера,
   В другом, хоть недальнем. Другая игра
  
   Твоих увлекла новых все же знакомых.
   И эта игра разделяет наш мир
   На прошлое, что было радостным, словно
   Прекрасный букет, и иное, что вмиг
  
   Проникло сквозь морок и сны в мирозданье,
   И вот уж звучит там чужой телефон,
   Врывается в мир ветром как зазеркальным,
   К какой-то нелепейшей пьесе пролог
  
   Так выглядит. И в раскаленном грядущем
   Нам не разглядеть наших встреч и мечты,
   Хотя так близки были счастье и случай,
   Что стал между нами, и вечность любви.
  
   Другие события, и почему-то
   Как чуждый герой я в своей стране,
   Где призраки дней одолели как будто
   Сознанье людей. И все кажется мне,
  
   Что минет туман, что весна повторится,
   Что твари ускачут как кенгуру,
   Пришельцы незваные.. Были как птицы
   Весны той все вести. Я в руки возьму
  
   Твой лист пожелтевший как ту надежду,
   Что так ведь нежданной и чуждой была,
   В том мире расколотом, мы же как прежде,
   Мы будем такими как прежде. Весна,
  
   Ее свет другим и иным, не позволит
   Войти соглядатаем в наш апрель.
   И, Боже, они будут чувствовать - море
   Безсильно пред светом. И смех их, поверь,
  
   как лист оборвется осенний от ветки..
   И говор умолкнет, и жернова,
   Моловшие чушь, и кричащие дети
   В немом удивленьи уставятся. Да,
  
   Я долго поэтом в России не был,
   Я долго мечтал от тебя вдали.
   Но люди ответят за дни под снегом.
   За дни, где хозяйничали они.
  
   И каждый ответ будет там записан,
   Где наша с тобою придет весна.
   Они ведь раскаются, и кулиса
   Наверное, будет унесена.
  
   В их лживом театре, где каждый скажет
   О том, чего не было в мире, - тоска.
   Они будут маяться в мае, и даже
   Им летом отрада не принесена.
  
   Но мне все равно, мне, поверь, безразлично,
   То, как проведут они светлые дни,
   Вдали от тебя и меня, неприличны
   Их были заботы. И тают они
  
   Как груды снегов под весенним солнцем.
   И говор их глуше, и мысль их смешна..
   Я думаю, что все на свете вернется -
   И вещи, и книги, и тишина.
  
  
   Апрель
  
   Отвернулся весною лишь краешек жизни.
   Как же привкус тот горек твоей души.
   Он не признан стандартом в моей Отчизне,
   Оттого и страдания суждены
  
   Той, что создана лишь для света
   И счастливых, безоблачных лет,
   Ей они предназначили вето
   На улыбки и радости, бед
  
   Очередь к ней стучится в двери.
   И в оконных стеклах туман.
   Но найдется один, кто поверит
   этой жизни, и страшный обман,
  
   популярный и злой, растворится
   в небе ярком и лужах гроз,
   к той, которой все прошлое снится,
   он вернется, без зла, без слез.
  
   Есть душа и одна на свете
   Она ждет небесной грозы,
   Он вернется, поверь, и ветер
   Уже вести о нем принести
  
   Обещает. И краешек жизни
   Он узнает как будто своей..
   Он узнает.. Как месяц низко
   Будет над дорогой в тот день,
  
   Когда он придет, и несчастье
   Улетит в печную трубу,
   Обещанье не было напрасным, -
   Я так верю, ее тюрьму
  
   Он разрушит как свет и как ветер,
   Что ждала она так давно.
   И на свете появятся дети
   И вернутся ушедшие днем.
  
  
   _ _
  
   В воскресенье меня оскорбили
   лютой бранью, и мир померк.
   Из-за стен и запоров, что были
   между нами преградой. И век
  
   не забыть это злое проклятье,
   что позволено в этой стране.
   И пускай выбирают платье,
   чтобы в город идти, оне
  
   все ж останутся теми же снами,
   что себя облекают в ткань
   неприязненных повествований,
   все останутся теми же, брань
  
   их, конечно, мощна и эффектна,
   голоса их свежи, сильны,
   но проходит время, и летом
   их растают проклятья как сны.
  
   Почему ж довелось судьбою
   со мной рядом их всех поселить?
   Чем виновен я пред Тобою?
   Почему эти звери.. забыть
  
   невозможно их дни и поступки..
   что ж.. ответят они за грехи,
   человеку несвойственные, шутки
   их нелепые, и громкий крик,
  
   что тревожил людей и небо,
   бумерангом вернется, тогда
   им придется несладко, мне бы
   насладиться, но та тоска,
  
   что они своей речью мелкой
   в воскресенье навеяли здесь,
   не проходит так быстро. Где-то
   нам придется подумать. И весть
  
   о пришествии их разбудит
   очень скоро, и в этот день,
   захлебнувшись в своих подспудных
   и немыслимых криках, лишь в тень
  
   превратятся они, их мысли
   перед светом новым небес.
   И запоры расплавятся, тризна..
   это значит - Господь воскрес.
  
  
   В сибири
  
   В стороне, проклинающей Бога,
   пролегал мой незримый путь.
   Они мимо смотрели, убогие
   низко кланялись. Обмануть
  
   их легко было б гостю любому,
   но не мне, ведь моя судьба
   предсказала иную дорогу,
   там, где правда и вера одна.
  
   В стороне, где чужие здания
   молча гнили в стоячей воде,
   где в снегах как бы из заклинания
   погибали люди, лишь в сне
  
   обреталась свобода бездомная,
   что не родственна там никому.
   На вокзале молва лишь злобная
   провожала людей.. в тюрьму
  
   превращенное поселение -
   и бесссмысленная там речь,
   в стороне неземного затмения,
   тени чуждой.. Я брел, и ни свеч,
  
   ни луны желтой не было в городе,
   лишь убогие зрели меня..
   Удивительно как, что в природе,
   в мире, в жизни он был.. кляня
  
   мою жизнь, тени длились безсонные,
   оживающие ввечеру..
   Нет, не люди.. лишь стекла оконные
   шаг мой видели. Как в жару,
  
   как в бреду городском горячечном,
   что-то пели и гаркали зло
   поселенные там.. Странно, правда ведь,
   что людьми называться могло
  
   это - нет, и не стадо - животные
   их мудрее и больше добры.
   Это странное зло подворотное,
   что в стране свое чуяло.. сны
  
   и они не страшны так, как хладная
   их действительность в той стороне..
   Возвращался домой я, и рад я был,
   что все дальше и дальше оне..
  
   За такое чувство понятное
   вы должны извинить меня.
   Что не знали меня - неприятно,
   но еще ведь узнают..
  
  
   Серый тротуар
  
   Возвратиться в твой дом.. Мне приснилось,
   И в том доме была тишина,
   О которой мечтал я. Как диво,
   О, как многое жизнь должна
  
   Мне вернуть. По седым тротуарам
   Возвращался я снова домой,
   И любви неземным пожаром
   Вся весна там наполнена, зной,
  
   Майский зной, он уже на подходе,
   О, как долго я пору ту ждал,
   Когда сердце волнует в природе
   Этот свет, этот сон и пожар..
  
   Возвращение.. Как мне хотелось
   Обо всем все тебе рассказать.
   Но был день без тебя в апреле,
   И во сне я пытался бежать..
  
   Как наивный и бедный мальчик
   Перед грозной и тайной судьбой..
   Впрочем, миг сна был все ж иначе,
   Чем все дни без тебя.. герой
  
   Старой повести все мне снился,
   И я был одинок во сне.
   Среди зависти, среди принцев,
   Среди тех, что на белом коне
  
   Вкруг тебя гарцевали тревожно
   В ожидании странном. А ты
   Их рукой остраняла. Возможно,
   Так же их не любила. Весны
  
   Дни не вспомнишь уж ты городские,
   Они так ненавистны тебе.
   Как и годы проклятий лихие,
   Как и лжи ухищрения те,
  
   Что со страстью пытались опутать
   Тебя тени людей, все дыша.
   Впрочем, все это в прошлом, минута
   Опрокинулась в мир и прошла,
  
   Я увидел лишь парк примятый
   Той нежданной весенней грозой,
   Я узнал один воздух, и мяты
   Запах странный. И той весной
  
   Так же странна была минута
   Расставания нашего, вдох
   Я лишь слышал, и мир как будто
   Снова сузился до ворот,
  
   До калитки, ведущей к дому,
   До неясного солнца в окне..
   Я все помню. Моей знакомой
   ты была не случайно. И мне
  
   мир, расписанный по минутам,
   уже снова казался живым..
   тротуары, одетые чудно,
   и костров все летевший дым.
  
  
   Я сбежал
  
   Я сбежал, да, я сбежал,
   Впрочем, кто меня держал..
  
   Из стихотворения Олега Митяева
  
   В эту сотканную паутину
   Неземных и нездешних страстей
   Столько кануло.. И отодвинув
   Занавеску зимы, лишь детей
  
   Я увидел, бегущих, счастливых,
   И не знавших наследия зла.
   Я завидовал им, и в спины
   Все глядел.. Им чужда молва,
  
   Что тебя осаждала как крепость,
   Говорила нелепое мне,
   По аллее я брел, и нелепость
   Этих слов.. будто в страшном сне.
  
   Я не мог себе это представить, -
   изменились так люди вмиг..
   Мне осталась одна лишь память,
   И по улице напрямик
  
   Я бежал, и молчание следом,
   Неизменное, как вода,
   Что случилось с небесным светом,
   Так не понял я ведь тогда..
  
   Объяснить не могу поступок -
   И в тот полдень ведь не было слез
   На лице моем. Переулок
   Я запомнил. Людей, всерьез
  
   Обсуждавших тенденции моды,
   Этой жизни я жадно внимал..
   Будто чувствовал снова свободу.
   Тем не менее - я сбежал.
  
   Это молодость, это жизни
   Объяснимое чувство весны.
   Я сбежал, им чужой, непризнанный,
   Как и жизнь, и весна, и сны.
  
   Как безсильны бывают люди,
   Я в тот день испытал вполне,
   Я мечтал, может быть, о чуде,
   Может, это приснилось мне?
  
   И настанет момент пробужденья
   От неясных проклятых сил,
   Полонивших восход, и спасенье
   Будет ясно. И путь, и пыль..
  
  
   Миг утра
  
   Какой прекрасный сон.. И я во сне живой,
   и ошибались те, кто молвил - безвозвратно
   прошедшее. Мы вместе. Ты со мной..
   Какие чудеса бывают, странно.
  
   И наш корабль плывет как счастия залог,
   и возразить ему никто не смеет злобно,
   и зависть далека, и только видит Бог,
   какой мы путь прошли, чтоб встретиться сегодня.
  
   И ветер в облаках, и брызги в светлом сне,
   богатое убранство комнат, будто
   мы были здесь давно, но вот забыли в дне,
   в привычной суете, что будет ведь минута
  
   той встречи, что я ждал, наверно, сотни лет,
   и мимо проплывал корабль как южный город.
   Бывают чудеса.. Как будто бы во сне
   я жил, и обещала ночь лишь мимолетный морок.
  
   Брезгливо оттолкнул меня тот город злой,
   где грохот, свист и гром приветствуют обычно
   людей в домах, а стих - он даже не знаком,
   и одиночество, оно привычно.
  
   Настанет наш рассвет, и смолкнет грохот дня,
   отступят зависть и беда как тени,
   и мой прекрасный сон спасет тогда меня
   от их дневных забот и злобных преступлений.
  
  
   Ждать
  
   И вот - тишина.. После долгого грома,
   и после тех воплей, что небу слышны,
   где куплено время, но слов нет о Боге,
   где лютые, новые поселены.
  
   И вновь тишина. Неожиданно, будто
   они вдруг замолкли в своем полусне.
   Я знаю, бывают на свете минуты,
   когда облегченье даровано мне.
  
   Мне легче - не слышать, мне лучше - не помнить
   их молот словесный и грохот речей,
   что так на людей их обрушить снова
   им хочется. Мне же идти - за ней,
  
   за странной судьбой, в сон любви знакомый,
   проклятья останутся словно вовне.
   И вот вспомню я твое милое слово,
   и те, что стучат, не помогут себе
  
   нам путь преградить. Ведь они существуют
   как марионетки, продажны они,
   слова их легки и незначимы, будет,
   о, будет им время расплаты, а мы
  
   будем снова идти, и город
   в стеклянных витринах опять оживет,
   я вспомню твой взгляд, и отступит морок,
   друзья мои будто появятся, вот
  
   смолкает их крик, и становится легче
   на свете огромном и верить, и жить,
   я тих - в ожидании нашей встречи,
   ведь знаю, на свете все может быть.
  
   И эта зима, этот лед растают,
   и лента порвется немого кино,
   и с мест в кинозале мы снова встанем,
   и город послушно двинется, но
  
   какие слова и какие речи
   услышим мы в этом холодном дне?
   я так их боюсь.. утро словно вечность,
   что предначертана загодя мне.
  
   И только машины стоят в переулке,
   безмолвные, дикие, как провода,
   что небо опутали.. В дальней прогулке,
   как знать, может встретиться мне весна.
  
   И те существа, что в людском обличьи
   я видел, стояли и ждали беды,
   они растворятся в тумане обычном,
   уйдут без следа из России, как сны.
  
  
   Твои слова
  
   Да, нужно признаться - мне чужд их шепот,
   людская молва и другой пересуд,
   и крики пространные, и тот город,
   что воображенью представлен тут..
  
   Я больше люблю речь прямую, без тайны,
   без привкуса наглой и нежной лжи,
   а если не так - то тогда молчанье,
   которое золото, люди, они
  
   не властны над словом, как воображают,
   и вовсе не пьесы известный герой -
   иной человек, только я мечтаю
   о том, чтобы был им преподан урок.
  
   Я знаю давно, что учиться не любят,
   в отечестве гения не признают,
   но все же пора молодая наступит,
   когда я вернусь, и останутся тут
  
   от криков хмельных, молодецких лишь тени,
   а призраки, часто они слабы
   пред взором, напрасны хитросплетенья,
   вот этот итог их и ждет, весны
  
   иная пора. И стремительно в полдень
   летит в небесах птица словно стрела,
   я знаю давно, - ты вернешься все же
   туда, где счастливой когда-то была.
  
  
   Река
  
   А ты далеко.. И внезапно
   Приходит весна как сон,
   И грезит - счастливое "завтра"
   Наступит. И я влюблен..
  
   Влюбленность - не наказанье,
   Но есть в ее сердце тоска,
   Ей хочется все же свиданья
   С субъектом любви.. И легка,
  
   Проходишь сквозь свет, сквозь страницы
   Написанных мною книг,
   И многим ведь будет снится
   Мой день, что вот нынче возник.
  
   Кто смог совладать с искусством
   Холодной чужой тоски,
   Тому непонятны чувства
   Наивных влюбленных, их дни
  
   Наполнены чуждой заботой.
   И вдруг проплывает сон,
   Забытый меж нами, нотный
   Стан музыкой обрамлен.
  
   И я в ожидании, будто
   Вот-вот постучится в дверь
   Твой день, и твои минуты
   Моими вдруг станут. Поверь,
  
   Мне дорого это счастье,
   И встреча с тобой близка.
   И то, что смогла ты участье
   Принять в моей жизни, я знал.
  
   Пусть день промелькнет нелепый,
   Пусть в гонке лихой они..
   Нам встреча важна под небом
   Тем майским и светлым, огни
  
   Струи звуков тише,
   И легче былая тоска.
   Я знаю - меня ты услышишь.
   Мне вспомнится та река,
  
   И снова с тобою.. странным
   Тогда мне казался путь.
   Как будто в дали запоздалой.
   Как будто судьбу обмануть
  
   Пыталась ты в ту минуту,
   И близко была река..
   Мы встретимся вновь, и - чудо -
   Ты вспомнишь тогда меня.
  
  
   Мечты
  
   Пусть они говорят.. до поры, до поры..
   Как нелепы их странные речи.
   Мы с тобою давно вне безумной игры,
   Что и души, и судьбы калечит.
  
   Вне доступного зла, вне того воровства,
   Что присвоит себе познанья..
   Мы такие же как были раньше, всегда,
   Хоть разделены мы расстояньем.
  
   И душа в одиночестве не одна,
   Она ждет твоих снов, и Богу
   Она молится. И наступает весна,
   И все кажется новым и добрым..
  
   Кто искусным обманом земным овладел,
   Не поймет ожидания света.
   Я все жду.. Ожидать я посмел
   Твоего лишь письма и ответа.
  
   Пусть они говорят - что банальны стихи,
   Что давно они их рассчитали.
   Что же.. время - назад. И улыбки одни
   Расцветают как в кинозале..
  
   Да, бывали минуты, когда вдруг душа
   Понимала - идущей по краю
   Жизни этой, мечта как знаменье нужна,
   как явление в зазеркалье.
  
  
   Остановите звездопад
  
   Бывают томительные минуты,
   Что непонятны другим. В весне
   Есть возвращение к жизни как будто.
   И вспоминается чудо мне.
  
   Чудная встреча под синим небом,
   Где так легко раскрывалась душа.
   И как давно я, о, Боже, не был
   В этом пространстве, где снова весна
  
   Мир оживляла, седой и древний,
   Длящийся в сумерках давнего зла.
   Мне безразлично.. Я помню - верность,
   Твоя печаль была так нужна
  
   Как нужен воздух, и как мгновенье
   Светлой надежды в тиши утра..
   Есть ожидание чуда.. наверное,
   Миг повторится, когда могла
  
   Мрак звездопада своей улыбкой
   Ты вмиг развеять.. была весна.
   И окрылен был надеждой зыбкой
   Тот мир влюбленный. Я был тогда
  
   Тоже живой, как весна, как утро,
   Как первозданный полет любви.
   Впрочем, как думать, как знать.. это чудо
   Может быть, вспомнишь когда-нибудь ты.
  
  
   Синее небо
  
   Я помню тебя. Все вернется.
   И я даже думать привык -
   Пускай за окном раздается
   Отчаянный дикий крик.
  
   Пусть в доме стучит безумный,
   Как мартовский заяц, зверь,
   Их власти, нелепой и шумной,
   Приходит предел теперь.
  
   И власть есть иная на свете:
   Власть неба, твоей красоты, -
   Безсильны пред нею сплетни
   И ненависть серой толпы.
  
   Еще занесло дороги
   И знаки на них стоят,
   И пусть лишь известно немногим,
   Что истина здесь.. Как март,
  
   Как неведомый месяц,
   Как поезд, летят провода..
   А ты далеко.. Но мне верится -
   Прийти ты туда должна,
  
   Где тает асфальт под синим
   И ясным небесным теплом.
   И думаю я, что простила
   Наивность мою ты и сон.
  
  
   Восточный экспресс
  
   Все повторяется.. снова тот поезд,
   Что я забыл было, в город летит..
   Вот и умолкли они, видно, совесть
   Все же проснулась, и кто-то глядит
  
   В это окно, в этот бег перелесков,
   Все как обычно и как всегда..
   В поезде странном, пустынном я ехал
   В город, стоящий средь снов и добра.
  
   Кто-то проходит, не узнавая,
   Кто-то торгует товаром своим,
   Но безразлична к гостям моя память,
   Лишь о тебе ее грусть. И тот дым,
  
   Стелется что по степи знакомой,
   И тот вчерашний и странный сон,
   Все отступило пред утром новым,
   Все отступило.. И я влюблен.
  
   Время - назад.. И дрожит минута
   В этом движении сказочном дня.
   Жду, что войдешь ты как прежде, как будто
   Ты не забыла еще меня.
  
   Что рассказать.. звать к себе не умею.
   Все повторяется.. эта весна,
   В этом окне, расположенном в небе,
   И ты такая же как и была
  
   Сто лет назад.. И твои лишь очи
   Не изменились в течении лет.
   Я узнаю тебя так.. ты захочешь
   Тоже припомнить вчерашний букет
  
   Запахов, звуков, как будто в театре
   Были бы в мире, огромном как сад.
   И поезд летит.. даже в этом плацкарте
   Я все молчал - я тебя вспоминал.
  
   Сто лет назад.. И такие же плечи,
   Та же улыбка, и те же слова.
   Так удивительно, вечно, безпечно -
   Так человечно, и ужас, и страх
  
   Так далеки от той комнаты в доме,
   Где ты могла лишь поправить слегка
   Свою прическу. Казался нескромным
   Даже и свет, освещавший тот сад.
  
   Видно, молчание в воспоминаньи
   Важно, поэтому я и влюблен
   В эти минуты.. Я помню - ставни
   Утром раскроешь ты. И в этот сон
  
   Южного города звуки и птицы
   Снова вернутся, как чудеса.
   Поезд промчится.. И будто в столице
   Встретимся мы на бульваре, - весна...
  
  
   Карты
  
   Странное время.. Как будто вся карта
   Мира, огромного как луна,
   молча разделена на вулканы,
   на ряд возвышенностей и города.
  
   Странное время.. как будто наказан
   Я за проступок какой-то чужой,
   Но тем не менее в мире том связан
   Я с твоей тенью и вечной судьбой.
  
   Нет, не ищи в моем дне загадок,
   Тайных прошений и колдовства..
   Я хочу вспомнить только, как сладок
   Был миг той встречи.. Как будто из сна
  
   Ты появилась, и с легкостью дивной
   Мне объяснила все то, что мечтал.
   Так и случилось.. И все, что есть в мире,
   Соединилось как прежде, как встарь.
  
  
   О вере и неверии
  
   И дикий смех, что ныне раздается
   В просторах древней и немой страны.
   И это одиночество - как солнце.
   О, вспомню - одиноки были мы
  
   Среди домов, машин и сумрака земного,
   Средь зелени аллей, среди чужих забот.
   Но ты могла найти заветное то слово,
   Что облегченье все же принесет.
  
   А ныне - бродят в безпросветной тине,
   Окутавшей их лица, по стране,
   Все пьяные и сильные, глухие
   К любому человеку, звери те.
  
   Их шутки все нелепее, все злее,
   Их судьбы так страшны, что даже здесь
   Не описать их. Можно быть смелее,
   Добрее их. Но как преодолеть
  
   Их древние и сильные проклятья,
   Что раздаются словно бы как тост,
   Как приглашенье к пиршеству, объятья
   Их ядовиты.. Словно в полный рост
  
   Они встают и плечи распрямляют,
   И заявляют гордо о себе.
   Но и они как этот снег растают,
   Лишь только в приближении. Во сне
  
   Они могли лишь властью безусловно
   Распоряжаться в полноте ее,
   Но день наступит - и они в укромный
   Свой уголок сбегут, и там еще
  
   Мечтать все будут о беде до ночи,
   Да, этот их характер пресловут..
   Но время наступает - полномочий
   Их больше и не будет слышно тут.
  
   И замолкают их уста в субботу,
   И, шаркая, расходятся, плюясь
   Своей слюной, и будто бы работу
   Свою исполнили уже, смеясь.
  
   А мне дано - писать стихотворенье
   О дне и снах, могуществе былом,
   Что тоже тает, тает как затменье,
   Пред светлым ликом, пред Христом.
  
  
   Чужая музыка
  
   Она смеялась надо мной, старея,
   И время на глазах проникло в дом.
   Не надо было б видеть.. Не умея,
   Не зная правды, так в ином
  
   Искать свой сон.. А ныне - все иначе,
   И музыка другая там звучит,
   Где был когда-то думой озадачен,
   Где был России город. Но горит,
  
   Горит в луче моя лишь занавеска,
   И где-то раздается смех и плач.
   Так развлекаются они.. Так тесно.
   В людей играют. Сборники задач,
  
   Огромных чисел, их не занимают,
   И превращенья серной кислоты
   Не занимают, они понимают -
   Настала их пора, увы,
  
   Короткая, как миг, что тает
   Под солнцем снег, сияя белизной.
   Она пройдет, и нам двоим оставит
   Воспоминанье о беде чужой.
  
   Об этом помрачении рассудка,
   О липкой тьме, что души их вела
   Лишь к пропасти немой. И только чудо
   Могло бы их спасти - но не дела.
  
   Они смеялись.. Но страшны их лица
   На фото нынешних, неведомой тропой
   Их путь в грядущее пролег.. убийцы
   Так выглядят. И миг иной,
  
   Другого времени, властнее все, дороже,
   И смех их исчезает как туман.
   Как в снеге их следы, и строже
   Глядят иконы в мир, что был так мал
  
   Для нас двоих. И музыка все тише,
   И город оживает на глазах.
   И хочется мне думать, что услышишь
   Теперь меня ты не во снах.
  
   _ _
  
   Есть в одиночестве своя печаль
   И грусть о том, что не сбылось, хоть было
   Так близко.. знаю я - ты тоже в тот февраль,
   шла в город средь деревьев зыбких
  
   и те, что гордо звать себя людьми
   хотели в этот вечер, улыбались
   нелепо, страшно.. Как ты шла, иди,
   иди, как будто мы не расставались.
  
   Я все предусмотрел - твой путь так близок мне,
   И средь огней, среди машин бездомных,
   Ты вспомнишь лишь на миг о друге и мечте,
   И этот миг особенно мне дорог.
  
   И смолкнет звук чужой, как будто снег покрыл
   Тот город спящий и молчащий, будто
   Ты в одиночестве, таком, в каком я был,
   Ко мне идешь сквозь прежние минуты.
  
   Свет
  
   Пыльные книги, пыльные песни..
   А как любил я твои глаза..
   Что будет дальше со мной - неизвестно,
   только над городом блекнет луна..
  
   И под луной в суете прохожих
   дни уж проходят, когда я знал,
   я твердо знал - не найду похожей,
   воздух же снежный другое сказал,
  
   воздух, наполненный чьим-то дыханьем,
   и разговором нелепым как сон,
   сон, перехваченный расстоянием
   этих степей. Среди них возведен
  
   город печальный, в котором мы вместе,
   вместе все шли переулком пустым.
   Но в миг такой ведь была надежда,
   надежда была.. но теперь остыл
  
   воздух весны, и печальный город
   вместе со мною теперь грустит.
   Я все ж вернусь в этот день, и снова
   прошлое вспомню. И вот ведь бежит
  
   быстрый ручей как бежит мальчишка
   с книгой какой-то там наперевес..
   Боже, как странно и как же быстро
   годы как книги меняются здесь.
  
   И в суете незнакомых, прохожих,
   так незаметно теряется свет,
   память о верности, память о прошлом,
   и сожаление прожитых лет..
  
   Им холода хороши и приятны,
   снег, застилающий давний взор..
   В мире таком многое непонятно,
   как тот подслушанный разговор.
  
   Но ты приедешь однажды. В снеге
   вновь намечается нежный букет..
   Ты как мой сон.. И хотелось мне бы,
   чтобы быстрее пришел рассвет.
  
  
   Силуэты
  
   Мы шли одни, и весна до вокзала
   в городе странном бежала как снег.
   Эта весна мне о важном сказала.
   Сказала о том, что целый век
  
   ждал я тебя в этом синем тумане
   той перспективы земной, городской..
   И тесно-тесно там шли трамваи,
   боком все терлись.. И к жизни другой
  
   будто бы звал сей весенний воздух
   и распирали рельсы внизу..
   Боже, как был этот миг мне дорог,
   как же я ждал ту весну.
  
   Мы шли одни, и людей силуэты
   нас огибали как тени и сны.
   Все было истинным - по приметам.
   Все было правдой. Там были мы,
  
   где расстилается снег и тает,
   где пролегает единственный день,
   что повторяется в том зазеркалье,
   где повстречались как будто мы, тень
  
   там не властна над судьбой человека.
   Ты, как и здесь, все жива и светла.
   День этот был - он длиннее века,
   Словно бы созданный из тепла.
  
   Где-то раздался и крик, и грохот,
   все по-другому в душах иных..
   Но этот день не пройдет, и морок
   не одолеет твой свет и лик.
  
  
   Посреди вселенной
  
   О чем они спорят, там, где лихие
   и грязные едут, как смоль, "жигули"?
   О чем они думают? Видно, в России,
   остались лишь трезвыми только мы.
  
   Бывает такое.. Но мир не исправить,
   и снова как сон настает весна,
   ее тихий свет снег растопит, и тает
   их говор безпечный.. Как будто со дна
  
   они поднимаются, смотрят с тревогой
   на дни, что создал нам на радость Господь.
   Они так давно ведь не верили в Бога,
   и вот им - тревожно.. ведь день настает,
  
   когда их дела обнаружатся, в стае
   не спрятаться от взоров смелых людей,
   как жалки их книги, и думы, и страхи..
   Как черная смоль лишь сливаются в ней,
  
   в печальной весне, что скромна, молчалива,
   и памятью нежной наделена.
   О чем они думали? сколько на диво
   им нужно событий, чтоб с этого дна
  
   они вдруг проснулись, очнулись от века,
   от прошлого зла, и таких новостей,
   что все повторяются, и человека
   они бы заметили среди страстей,
  
   что ими владели.. И новые люди
   на свете появятся, молодость их
   дела неприглядные, верно, осудит.
   О чем они спорят? Пройду я, тих.
  
  
   Окно во двор
  
   Во дворе - ни души. В этой бедной квартире
   Дни за днями проходят. А, помнишь, была
   В майский день неприкаянной в этом мире
   Твоя мне дорогая душа.
  
   И как я, ты ждала, и ты верила, словно
   Вера может от прошлого горя спасти.
   И была во дворе пара, что безусловно,
   Так напомнила нас. Если сможешь, прости.
  
   Ведь я, знаешь, живу средь не помнящих веру,
   И закон преступающих, хающих, тех,
   Потерявших звезду, полупьяных, наверно,
   Что все тонут сред жалких утех.
  
   Оскорбивших мечту, как рабы сладострастья,
   Вечно врущих и людям, и Богу, и нам.
   Боже, однажды придет день, и счастьем
   Будет их не услышать заклятий, и там,
  
   Где они танцевали, все будет беззвучно,
   И останутся только лишь призраки, сны
   От таких вот существ, со своим неразлучных,
   Со своим лишь проклятьем. Как Бога, они
  
   уважали и ставили выше другого
   свою похоть, и злобу, и главное - гнев,
   о, неверные нам, человечеству, слову,
   сколько будет печали.. но век,
  
   век страданий, ходьбы - он давно уже в прошлом.
   И приходит иная весна.
   Во дворе их не видно, своею ложью
   Пропитали лишь стены свои. До утра
  
   Не раздастся их крик. И все дальше те звуки,
   Те, что музыкой звали напрасно они.
   Возвращение будет.. Признание будет
   Только в чистой и самой надежной любви.
  
  
   В стране чудес
  
   Собираются к вечеру тучи.. Весна
   Над равниной и городом зыбким.
   И живущим на свете уже не до сна..
   И я думаю - было ль ошибкой
  
   Мое полупризнание - полумечта,
   Ею я поделился с тобою.
   Но какой неприступной тогда ты была! -
   Словно я был чужой по крови,
  
   Словно в мир заколдованный я пришел
   И нашел тебя там как принцессу,
   В полусне, полусумраке, в мороке зол,
   Ты жила там как будто.. И честным
  
   Откровением сложно тебя убедить.
   Но я жду.. И все время читаю
   В именах и друзьях, и словах, тенях лиц,
   Что была ты совсем другая.
  
   Ты была как весна так наивна, чиста,
   Что тебя заприметили люди..
   И их глупый спор стих - и смотрели в глаза.
   И мечтали о том, что будет.
  
   Без тебя - тяжело, я к тебе уж привык
   Своей жизнью и своей мечтою..
   И я знаю, поймешь ты, наступит миг,
   Когда будем мы вместе с тобою.
  
   Собираются к вечеру тучи.. Как друг,
   Я приду. И вот этот вечер
   Обретет светлый смысл, и развеет ту тьму,
   Что нас в мире волшебном извечно
  
   Разделяла. И вспомнишь ты о весне,
   И о памятном дне в России..
   И те люди, живущие в этой стране,
   Нас простят за любовь и силу.
  
  
   Ты и я
  
   Где-то с утра раздается
   Музыки безсмыссленный гром.
   Где-то живет как солнце
   Твой день. Но быть вдвоем -
  
   В этой стране так странно,
   Будто бы это мечта.
   Помню - я утром ранним
   В сон выходил. Едва
  
   Медленно двигались люди
   По все линявшей мгле,
   В снеге тонули. Но чудом
   Все мне казалось во сне.
  
   Как мне к тебе добраться,
   Думал я все тогда,
   Но в сон вдруг гром ворвался,
   И разбудил с утра.
  
   И я очнулся в мире,
   Где равнодушие впрок
   Люди себе заучили.
   Преподнося урок
  
   Нашей любви и жизни,
   Все продолжают петь.
   И наш полет - непризнан.
   И запрещен тут впредь.
  
   Но даже в этом зале,
   Где разбудили, в нем,
   Словно бы в зазеркалье,
   Я вдруг наш вспомню сон.
  
   И я все так же молча,
   Как я молчал во сне,
   Руку возьму твою, точно
   Ты так вольна ко мне.
  
  
   Дороже серебра и злата
  
   И каждый дикий крик в стране воспоминанья,
   и каждый возглас громкий будто бы ко мне
   направлен дерзко, и пора признаний
   уж отодвинута тем криком.. лишь во сне
  
   я приближаюсь к небу, к вере, к Богу..
   как будто наступает та пора,
   когда еще осталось мне немного
   идти до залитого радостью двора.
  
   Была то радость встречи, что не чаял,
   была когда-то.. а теперь - зима
   в свои старинные права вступает,
   и ночь, как день, и та бледна.
  
   И дикий крик чужого раздается -
   о, нет не человека - существа! -
   ведь люди так кричать не могут, и под солнцем
   такого еще не бывало зла..
  
   А я мечтаю - одолеть оковы
   законов, что придуманы людьми,
   приблизиться к сопернику суровому,
   в лицо ему взглянуть.. и этот крик,
  
   которым он себя и развлекал, и тешил,
   я знаю, в этот миг прервется как струна..
   и обалдев от чуда, и опешив,
   глядеть он будет тупо на меня.
  
   Ведь все он подсчитал - и крепкие запоры,
   и холод тех дверей - они ведь не должны
   к нему нас допустить.. так думал он, но скоро
   и снова в тихий дом ведь возвратимся мы.
  
   И удален он будет, не услышим
   его напрасных криков в полдень здесь..
   Среди себе подобных он явится,
   и будет там стенать, но поздно.. вера есть
  
   у нас, у тех, что тут ругали злобно,
   и били по лицу азартно, от души,
   есть вера все ж у нас.. И в этом доме
   они лишь как фрагменты сна. В пыли
  
   дороги дальней и немой, проезжей
   увидим их средь их же серебра,
   и груд посуды кухонной, как прежде,
   не будут уж кричать.. И вот тогда
  
   лишь издали грозить они нам будут
   и, разевая розовую пасть,
   о важном говорить, но это чудо
   не повториться больше.. Да, им всласть
  
   дано было резвиться и курочить
   построенное для любви, добра..
   Но вот пора настанет - будто ночью
   не будут они знать, и где была
  
   их родина и их свобода, в дальнем
   поселке лишь их ждет моя весна..
   и в мраке призрачном и зазеркальном
   они нас не найдут.. Такая уж судьба.
  
   И изменить судьбу они уже не в силах,
   и молят о любви, прозрев в недавний час.
   Но их молитва лишь молчание для неба -
   раскаянье должно быть прежде.. И у нас
  
   прощения просить им следовало б ране,
   но как подумать им об этом, тем,
   что мрак нездешний, страшный и экранный
   поставили превыше правды - и зачем..
  
   О, как они боятся правды, видно,
   пора пришла ответить за тот крик,
   что раздавался днем в стране разбитой,
   стране воспоминанья. Не привык
  
   я к этим воплям и прыжкам безумным,
   а впрочем, кто бы к этому привык?
   И мне дороже память, что в подлунном
   и светлом мире есть как нежный миг.
  
  
   _ _
  
   Слабее все память о прошлом, а мне бы
   вернуться в тот вечер, когда ты была
   так близко.. Но тает надежда
   как мартовский снег, и любовь одна,
  
   одна остается моим укором,
   и вечность, которая не сбылась.
   Не смею вернуться.. Да там уже скоро
   построены здания новые, грязь
  
   и мусор летящий в небо как птицы,
   и громкий машин звуковой сигнал..
   Но как бы хотел я в тот день возвратиться,
   когда мир был так мне понятен и мал.
  
   Мне жаль, что разорван он кем-то на части,
   что так он пришелся некстати, как сны,
   а как мне хотелось принять участье
   в судьбе.. как мечталось. Увы,
  
   те сны не спешат ко мне больше, нелепым,
   забытым как слово, проходит день.
   Все реже смотрю я в весеннее небо,
   все реже.. А город - он будто как тень,
  
   послушная, вялая.. Странные знаки,
   - сказал бы другой, оказавшись здесь.
   Слабее все память о прошлом, знаешь,
   о встрече мечтал я в прошедший день..
  
  
   Сказка о потерянном времени
  
   Голосит окаянный младенчик,
   голосит уже полчаса,
   как глухой, заведенный, так с вечера
   продолжается - чудеса!
  
   То белугою воет, то лает собачкой,
   вне закона он здесь, и вот
   он проклятья и крики довольно смачно
   нам в признании раздает.
  
   Пятый год уж ему, но метает
   он икру как иной карась,
   как его усмирить, не знает
   городская и прочая власть.
  
   Во дворе он детей толкает,
   наблюдая, как в ту же грязь
   они падают, обливает
   их презрением он, смеясь.
  
   Вне закона он здесь, младенчик,
   впрочем, как и его друзья..
   Нет, не дети они, наверное,
   старички из той сказки, что я
  
   прочитал еще в юности тихой.
   Лишь похожи они на детей,
   но природой своею дикой
   происходят не от людей.
  
   О потерянном времени сказка,
   мне ж досталась одна молва,
   обвинившая в непрозрачности,
   обвинившая на века.
  
   И людей я встречаю редко
   среди этого сумрака снов,
   где кричит лишь младенчик, метко
   обзывая нас, сквернослов.
  
   Я встречал и других младенцев,
   мощных торсом, пошедших в рост,
   они тоже в такой же скверне
   голосили, и был так прост
  
   и так страшен их гневный вызов
   Богу, небу и людям всем..
   Но теперь я другой.. Я вижу,
   и они в пустоту.. не вем,
  
   о чем речь заведут напрасно,
   они, злую ругая судьбу
   свою странную.. Мне же ясно,
   что я больше не буду в плену
  
   этих снов, этих слов младенцев,
   что не знал человеческий мир.
   Им меня не понять. И встретимся
   мы иначе, чем ведали сны..
  
  
   Врозь
  
   Полдень вечен как летний город,
   но сегодня так сумрачен мир..
   И под небом седым нет новых
   ни людей, ни героев.. пыл
  
   их прошел, и зима минула,
   оставляя лишь снежный след.
   Как легко ты в любви обманулась,
   вот о чем я вдруг вспомнил, привет
  
   того лета когда вернется,
   я не знаю.. моя душа
   так слаба и нема под солнцем,
   в том углу городском, где должна
  
   появиться ты вновь, в разбеге
   этих солнечных теплых дней,
   когда город забыл о снеге,
   и когда тот прохожий смотрел
  
   на тебя и меня, не зная,
   что в историю он вошел,
   с каждым шагом.. Твои признанья
   мне тогда не нужны были.. Но
  
   время так пролетело, будто
   не увидело толка в днях.
   И теперь есть иная минута,
   когда вспомню.. ведь от тебя
  
   мне остались лишь эти мгновенья,
   и тот пасмурный город, и свет,
   и признанья, и стихотворения
   о любви, о мечтах, и лет
  
   вдруг побег остановиться, чудо,
   будто в зеркале видел тебя..
   И я вспомню - и та минута
   осчастливит, и ты, и я,
  
   мы вернемся под своды арки,
   обрамленной солнцем и днем.
   Новых дней соберем подарки,
   и разлука покажется сном.
  
  
   Чужой
  
   Раздраженный лишь зверь в берлоге
   подал голос свой, полный сил.
   И тот город, что был мне дорог,
   и меня - невзначай оскорбил.
  
   Оскорбил. Своей лютою бранью
   и глухим ранодушьем своим..
   Или, может быть, было заданьем
   ему сделать вот это.. Как дым,
  
   его дни пропадут под светилом.
   И напрасна работа его,
   ведь старался он зря, и остыло
   его чувство - нюх зверя - давно.
  
   Зря он в голос кричал, призывая
   своих близких к нелепой борьбе
   с белым светом.. Я видел в трамвае
   лишь подобных ему и во сне.
  
   Город он под себя подминая,
   видно, вовсе не принял в расчет,
   что живем здесь с тобою мы, знаю,
   он с тобой не знаком в этот год.
  
   Раздается лишь крик нелепый
   и смолкает, и вот в тиши
   подойду я к нему, ведь небо
   он, плюясь, позабыл, и сны.
  
   Но он вспомнит - и в ту минуту
   страх обнимет его существо,
   а другие ему не доступны
   чувства. И это природа его.
  
   Происходит он не от животных,
   не от мира людей, иной
   его страх, у него заботы
   нет знакомой нам. Как больной,
  
   он шатается среди снега,
   из берлоги вновь изгнанный зверь..
   Никогда он не был человеком
   и не станет таким и теперь.
  
  
   За три часа до весны
  
   Стояли, как люди, здания,
   безшумные, и проплывали
   в далеком небе так странные
   в тот день облака. И признанья
  
   давно мне хотелось высказать
   слова. И не знал тогда я,
   что будут они там лишними
   и одинокими. Надо ль
  
   тебе объяснять, как мне дорог был
   тот миг и тот день из света,
   когда я хотел мир признать твоим,
   и солнце, и звезды.. Но где там -
  
   ты мне предпочла рассудочный,
   знакомый мне мир, где люди
   так часто глупы, и сутками
   о денежных знаках думают.
  
   Как будто и не было в городе
   прекрасной зари моментов,
   достойных кисти художника,
   достойных моих сюжетов.
  
   Я буду винить тебя, светлая,
   и будет весна - ты признаешься,
   что было ошибкой под небом
   так думать. И в дальней памяти
  
   как в небе, воскреснут образы
   прошедшего лета в радости.
   И больше не будет морозов там,
   где были с тобой и останемся.
  
   - -
  
   О Боже, какие смешные заботы
   сей мир окружили и суета..
   И вот с понедельника до субботы
   они занимают борьбою себя..
  
   безсмысленной, да. И к чему стремяться,
   мне до сих пор, видно, и не постичь.
   Они и не каются и не постятся,
   а речь их - как некая дикая дичь.
  
   А мне лишь верны те деревья и здания,
   что вечно здесь были, и помнят меня,
   и молодость здесь протекла.. расстояния
   меж ней и тобою все больше. До сна,
  
   до самой границы сознания с небом,
   с неведомым краем, где жизнь должна
   иною быть, радостной, светлой, верно,
   я вспомнить пытаюсь твой мир и тебя.
  
   Ты здесь оживала в иные минуты,
   и солнце светило, и пух тополей
   летел через сад, сквозь кафе, незабудки
   росли там, машины стояли везде..
  
   О Боже, о большем теперь не мечтаю,
   как если б вернуться в тот день и твой взгляд
   увидеть, услышать тебя.. я знаю,
   ты тоже в душе не забыла меня.
  
  
   _ _
  
   Нас мало - смелых, окрыленных
   Мечтой о жизни. В нищете
   Живут здесь люди. И законы
   Не уважают. Песни те
  
   Они поют, что непонятны
   Тебе и мне. И среди них
   Как речка протекает внятно
   Мечта одна, - чтоб мой язык
  
   Опять воскрес, и в воскресенье
   Мы снова встретились, тогда
   Чужие годы, что в забвеньи
   Бежали, минут. И весна
  
   Вдруг оживит пустырь и поле,
   И будет солнечным восход.
   И даже этот странный город
   Вдруг оправдает и поймет.
  
   И смотрят пусть как на пришельцев
   На нас, как будто гости мы.
   Они не помнят нас, и честными
   Считают лишь законы тьмы..
  
   А мы, пришедшие из светлых
   Минут и дней, им далеки.
   Они не узнают нас, в небо
   Не смотрят, не дают руки.
  
   И облака в безлунном небе,
   Они плывут как города
   Мимо людей, что тоже едут,
   И думают, что на века
  
   Движенье их.. Не видно взгляду
   Их то, что ясно нам.. лишь ты
   Одна из нас, поймешь - отравлен
   Их взор и тайны, и мечты..
  
   В экраны смотрят, но не знают,
   Что обрести лишь могут ложь
   В тенях, что снова оживают..
   А нам - оставлен этот дождь
  
   И этот город. Мы вернемся
   И будем здесь и петь, и жить.
   И знаю - место есть под солнцем
   Для тех, кто верен, добр и чист.
  
  
   Другая сторона
  
   Я стоял у мостка и глядел в эту воду,
   Что проходит как вешняя память, и сон
   Я вдруг вспомнил, и эту земную свободу
   В тот миг был я ценить научен.
  
   Среди снов и берез, в полусветлом том парке
   Я как будто вернулся в Отчизну, что мне
   Была родиной верной. Я знаю, подарок
   Этот осени ранней - он был же вполне
  
   Предназначен для нас. Ты прошла стороною,
   Не заметила счастья, и там не была,
   Где была сторона нашей встречи с тобою,
   Эта осень и эта живая вода..
  
   Она в прошлом теперь, как какая-то тайна,
   И из дома, из города, из суеты
   Я вновь вижу - проходишь ты в парке случайно,
   И склоняет там ветер земные цветы.
  
   У забытых перил, у мостка, в небе синем
   Так плывут ослепительно в свет облака..
   Я хочу рассказать.. Ты меня не простила
   За потерянный век, и за то, что весна
  
   О, приходит не к нам, и не нам это счастье
   Раздает как хозяйка, поют в небесах
   Не для нас ее птицы. И нам лишь осталась
   Память бедная, нищая, будто душа.
  
   Она к вере идет, позади уж пороги,
   Разделявшие нас, и все окрики тьмы..
   Позади уж.. лишь мысль согревает о Боге
   И о том - не напрасно здесь свиделись мы.
  
  
   В тот день
  
   И каждый миг, и день, согретый солнцем
   Я снова вспоминаю.. каждый день.
   Однажды наша молодость вернется
   Как гостья в мир немых людей.
  
   О, изумлены будут эти взоры,
   Что нам уж пораженье предрекли,
   И писем - откровений их узоры
   Поблекнут перед гением весны,
  
   Поблекнут перед светом и чудесным
   Преображеньем нашим.. Как герой,
   То прошлое вдруг в городе воскресном
   Вернется. Будет день другой..
  
   О, как они тогда уж извинятся
   За свой расчет, за возгласы во тьме,
   Нелепые дела свои и танцы,
   Что продолжались долго, как во сне.
  
   Я жду.. И после зимней стужи
   Забытые воскреснут города
   Как город мой.. И будет снова нужен
   Он людям новым как твоя весна.
  
  
   _ _
  
   Как часто в вечерней комнате
   Я звал тебя. И близка
   Была так луна за окнами,
   Как будто бы ты была.
  
   Луна.. Ее свет был той точкою,
   Вокруг которой мой мир
   Вдруг вырос однажды ночью,
   Так ясно. И я простил
  
   Твои и манеры ненужные,
   И сонные, знаешь, глаза.
   Я понял, что вместе мы, стужа
   Минула.. И только вода,
  
   Вода, что стояла в городе,
   В канавах и вдоль реки,
   Напомнила о небосводе том,
   Где быстро неслись огни,
  
   Сливаясь в потоке стремительно,
   И так мне напомнили жизнь.
   И в комнате было томительно
   И странно. Но ты - вернись.
  
   Вернись, чтоб увидеть в городе
   Луны незабвенный восход,
   И свет ее, не отраженный, нет,
   Единственно верный, и вот
  
   Была ты такой же спутницей,
   Как в небе была луна.
   Я подню подробно минуты те,
   Отчетливо, будто бы дна
  
   Земного существования
   Коснулся тот лунный свет,
   И стали смешны расстояния,
   Что нас разделяли, и лет
  
   Череда безсмысленных
   Осталась давно вчера.
   И светом она единственным
   Признала тебя как сестра.
  
   И узы прочнее солнечных
   И беглых лучей дала..
   Но этим моментом, впрочем,
   Всевластия не взяла.
  
   И я благодарен Господу
   За этот сюжет луны..
   И думаю - в нашем городе
   Вернешься в свет лунный ты.
  
   И там оживут фантазии
   Невинные и мечты,
   "Как это прекрасно" - скажешь,
   Увидев сие, и ты.
  
  
   Желтый мир
  
   Безлюден поселок дачный
   В ту пору, когда весна
   Лишь только проявится в дальней
   И солнечной ряби из сна.
  
   И медленны желтые листья,
   Распятые в серой мгле,
   С тропинкой рядом, ложились
   Они так давно здесь.. И те,
  
   Что поблекнуть успели,
   И те, что хранят тепло
   Той осени, встречу в апреле.
   И вспомнится, как давно
  
   В стране этого листопада
   Не виделись мы, увы..
   А ведь ты была так рада,
   Когда это было.. Мы
  
   Бродили среди прохожих,
   И не замечали бед,
   Той осенью, словно похожей
   На вечность и счастье, лет
  
   Стремительный бег не страшен
   Был словно тебе и мне.
   И этот поселок дачный
   Я не вспоминал. В золе
  
   Осенних костров отныне
   Так холодно.. ветер, дождь.
   И вот я по той же тропинке
   Вернулся в тот дом. И ложь
  
   Как будто тебя окружила,
   И нас развела, в домах
   Лишь желтый был свет остывший
   Как символ. И только в снах
  
   Тебя находил я в мире,
   Обманутом и чужом.
   Жалел я о том, что забыли
   Мы прошлое верное днем.
  
   В безлюдный поселок дачный
   Вошел я, как в некий миг
   Разлуки, нелепой, грозящей
   И вечности напрямик.
  
   От осени мне остался
   Лишь клад из стихов и снов.
   Я так полюбил признаваться
   Тебе в самом главном, ином,
  
   Что в эту разлуку с болью
   Я жил, но, однако, знал -
   Что будет мечта мечтою,
   И город, что был так мал
  
   Меня приютит как пришельца,
   Как гостя, и ты придешь..
   Тогда мое сердце согреет
   И осень твоя, и дождь.
  
  
   Там
  
   Моя жизнь.. Что они с тобой сделали? -
   часто думал я здесь во мгле,
   обступающей здания белые,
   словно нехотя, словно во сне.
  
   Но смеяться и плакать хочется
   мне все реже, а ведь в слезах
   исчезало мое одиночество,
   и твой образ легко оживал.
  
   И неверные, и наивные,
   люди здесь окружали нас.
   Вот не знаю, а были ль счастливыми
   те, кто нас проклинал про запас?
  
   Я их вижу - во сне отчетливо,
   будто в жизни, они твердят
   свои правила светско-холодные,
   так я вижу.. далек уж сад,
  
   и река, все во сне одинокое,
   в коридорах, площадках. Луна
   освещает их мир волоокая -
   так, как будто бы вечность, стена.
  
   Мне и вспомнить о жизни хотелось бы,
   но обмануты люди там,
   и проходят в ночи, неверные,
   мимо, слова не говоря.
  
   Их мечты - только после полуночи
   оживают. Они чужды
   той молитвы, согретой будущим,
   нашей встрече. И их труды
  
   в большинстве так напрасны, глупые,
   не оставят в грядущем и след,
   и проклятия их подлунные
   будут жить, - только на ущерб
  
   повернется луна, останутся
   фотографии и мечта,
   и напрасно топочут в раннее
   утро дня, ведь придет весна.
  
   И смеяться, и плакать нам в сумерках
   запрещали они, грозя
   своей силой.. Но были глупыми
   их угрозы. Моя стезя
  
   привела меня к дому нежданному,
   что как в сказке, в белых снегах.
   Там я вспомнил тебя и ранние
   мои слезы.. И будет так,
  
   что людей все слова останутся
   за порогом.. Придет апрель.
   И, послушна ключу хрустальному,
   в мир прекрасный откроется дверь.
  
   _ _
  
   Им белая вьюга глаза застилала
   и ветер безумный свистел в ушах..
   И рты они снова свои разевали
   и глас издавали напрасно, душа
  
   моя их не приняла и не узнала,
   она из Отечества жизни пришла,
   пришла, и нелепые речи не стала,
   выслушивать в зимних квартирах и снах.
  
   Они, позабывшие о высоком,
   о людях, о правде, брели как в бреду
   и тыкались слепо, и даже пороги
   земные не в силах пройти.. И стучали в плену
  
   своих представлений об этом мире,
   о том, чего можно еще совершить
   своею той глупостью.. Я был не в силах
   выслушивать бред и еще - говорить,
  
   поддерживать сны их чужие и тайны,
   что были собранием скверны и зла,
   вели они странным путем в зазеркалье,
   а там - все иначе, чем было всегда.
  
   Глаза застилала им белая вьюга,
   и Боже, кричали они ото сна,
   чужого и гордого - в страшном испуге
   и нам передать все хотели.. Но зла
  
   нам не надо, и дикого стука..
   И крик их чужой пропадает во мгле.
   Все глуше их повесть.. И ты как подруга
   меня понимаешь уже.
  
  
   До поры
  
   Есть в мире весна.. В жизни тоже, верно,
   есть сны, что сбываются, и города,
   где люди живут, но вдали они.. небо
   нас так разделило, и счастья слова
  
   нам слышать не дали чужие заботы,
   заботы о мраке, нелепые дни,
   наполненны были они до субботы
   работою.. что ж, таковы они.
  
   И глухо хрипели, и дико стучали,
   как будто бы жили они, но смысл
   всего, что творили, они не узнали,
   обмануты были.. И светлая весть
  
   их сон не гнала. И в холодном мраке
   они все кричали напрасно.. Их сил
   не хватило, чтоб вечность исправить..
   Господь их пока еще не просветил.
  
  
   В старом городе
  
   Я помню только старый виадук,
   Кусочек неба над высокой елью
   И белых облаков полет свободный, вслух
   Не высказать мне было.. не умею
  
   Тебя увлечь в прекрасную страну,
   Где жил я в детстве, уж теперь далеком,
   Как солнце там светило, и в Крыму
   Я был, и на Двине широкой.
  
   Ты ж в этом городе жила как в царстве снов,
   И мы не встретились в нем же до срока,
   А ведь была надежда и любовь,
   Была как это небо одинокой.
  
   Кусочек неба, синяя река, -
   Вот были в юности твои богатства,
   И мы узнали их, и вот весна
   Уж торопилась в город не напрасно.
  
   И в городе одном как в сне бродила ты,
   И чуда ты ждала и объясненья
   Всего, что было новостью весны,
   Пьянящей до самозабвенья.
  
   Зовущей к дому.. Там знакомо все.
   И все предметы я узнаю,
   Приметы прошлого, и счастие твое
   Так не напрасно было. Ты другая,
  
   Но и знакомая, и верная, как свет,
   Что в окна льется с тихого востока
   Весенним утром. Занавески след
   Я на столе заметил. Но жестока
  
   Разлука странная. Мне кажется, всегда
   Ждала ты этой встречи. Но чужие,
   Те, что твердят проклятья и слова
   Неверные, тебя же не пустили..
  
   О, сила их безмерна, и теперь
   Поник твой свет как одуванчик летний.
   И суше стало в мире, и потерь
   В нем стало больше.. Между тем заметней
  
   Мне образ прошлого, ведь помню я тебя,
   Слова твои и жесты, и признанья.
   Я возвращусь однажды.. И тогда
   Как хлам рассыпятся те расстоянья.
  
  
   _ _
  
   Цветок, забытый в комнате чужой,
   И след лишь на стекле от ливня,
   И горечь встреч, и это все прошло,
   Прошло как будто. И букет невинный,
  
   И белая дорога над мостом,
   И летний дождь, и тень зонта рябая,
   И мельтешенье капель в золотом
   Том свете в лужах.. И теперь я знаю,
  
   Жестокость лишь в почете, и она
   Подобно власти охватила город.
   И люди.. что случилось с ними? В снах
   Я не видал таких. Но, впрочем, скоро
  
   И эта ночь неверная пройдет.
   Тогда и сбудется вся жизнь, и снова
   Мы встретим в этом городе большом
   Приметы светлого и прошлого, былого.
  
  
   _ _
  
   Почти три часа.. И уж небо, мечтая,
   Спустилось в траву, наполняя цветы
   Полуденным зноем.. И звон от трамвая
   Все тише от сонной дневной маеты..
  
   Я счастлив почти. Я теперь уж вспомнил
   О детстве, о верных друзьях и снах.
   О той же траве, светлой и зеленой,
   О летних стрекозах и муравьях,
  
   О жизни, что яркой была и светлой
   В том детстве как солнца прекрасный свет.
   Наверное, снова поэтому верится,
   Что есть возвращение прожитых лет.
  
   И будет все лето как небо, глубокое,
   И будет лететь в облаках мечта,
   Как птица большая, и розы востока,
   Восточного ветра распустятся там,
  
   Где так одиноки большие здания
   Зимою ведь были, и люди в них.
   Дороги заснеженные - расстояния -
   Растаяли, словно иконы лик
  
   Он тепл, этот час, этот миг, безконечность
   Как будто в нем людям навеки дана..
   И можно писать, говорить о вечном,
   И можно улыбкой, что на устах,
  
   Любого ведь друга тогда обнадежить,
   И будет работа, и будет жизнь..
   Почти три часа.. Этот сон не тревожьте.
   Пусть небо останется, и, глядишь,
  
   И прошлое мне дорогое вернется,
   И где-то в тумане звучит струна..
   И в это мгновенье от мрака очнется
   Мне столь дорогая страна.
  
  
   Прикосновенье
  
   Где была и откуда идешь,
   Бедный друг, не спрошу я, любя..
  
   Из стихотворения Вл.Соловьева
  
  
   Я искал тебя там. Но мощнейший удар
   нанесен мне был сзади и сбоку..
   я лежал в полутьме, и моя голова
   так болела. И только лишь слово,
  
   твое слово могло бы меня оживить,
   но удар был так мощен, страшен..
   Торопил тебя голос чужой, и нить
   твоей речи во сне терялась.
  
   И в чужие края, и в неведомый сон
   он тебя призывал поминутно,
   предвкушая добычу, как ворон, и стон
   удовольствия сдерживал, лютый.
  
   Так украли тебя, мое счастье и свет
   в мире сумрачном.. Так жестоко.
   Описать мне сие невозможно, о нет,
   это слишком уже. И дорога,
  
   там дорога в пыли уходила в закат,
   в неизвестность - какие-то люди,
   незнакомые, странные, будто во снах
   мы их встретили. Что с ними будет?
  
   И простерлись над миром те тучи, что тень
   так любила, людей презирая,
   как и солнце и вечность, и только затем,
   чтоб тебя увезти.. А мечтали
  
   мы о людях и счастьи небесном, большом.
   не закрытом на те запоры,
   что им так дороги.. Мне казалось, что днем
   мы однажды встретимся снова.
  
   Я искал тебя там, где лишь тени людей,
   где слова пропадают в тумане,
   где чужие.. Но сделать лишь шаг теперь
   мне осталось до воспоминанья.
  
   И забытое слово, и день придет,
   когда все ж силы тьмы отступят,
   в мире том, где жила ты, и будто вот-вот
   наши соприкоснутся руки.
  
  
   _ _
  
   И под небом пасмурным, в городе,
   я все чаще смотрю на детей,
   что без солнца росли. И гордые
   их учили в домах. Теперь
  
   они с грустью во взоре, пытаются
   лишь увлечься какой-то игрой,
   и придумать они стараются
   смысл жизни людей иной.
  
   Объяснить, оправдать поминутное,
   проходящее мимо и вдаль,
   то нелепое, будто куклами
   представляются люди им. Жаль,
  
   о как жаль им людей, безсмысленно
   проживающих и без снов..
   там они своей жизнью таинственной
   привлекали детей, и вновь
  
   проходило светило над городом,
   и вступала в права весна.
   И все было им так же дорого,
   как качели, мечты, трава.
  
   И все было понятно во дворике,
   где играли они с утра,
   только люди шли мимо, гордые,
   и влекла их другая игра.
  
   Я вину свою с детства чувствую
   перед миром, что я не сберег,
   даже перед людьми, и грустно
   мне становится. И только Бог,
  
   Он увидит меня в окружении
   этих бедных и добрых детей,
   что проклятий земных не ведали,
   и верны они.. тени дней
  
   мимо них пробегут, незамеченны,
   как и люди, и слава, и сны..
   В этом городе, солнечном, вечном
   они будут поселены.
  
  
   Привыкшие люди
  
   Я видел в глазах лишь усталость
   и страх, безотчетный и злой..
   Я видел ко мне лишь жалость,
   любовь им неведома, зной
  
   июньский стоял над ними,
   и плавился мир в глазах
   чужих, и лишь шарик синий
   летел в высь небес.. Но в снах,
  
   о, во снах чудесных
   не видел я этих дней,
   что так непонятны здесь мне,
   как будто в стране людей
  
   я днем был незваным гостем,
   и был непонятен им,
   привыкшим к нелепости, злости,
   я только лишь гостем был..
  
   И странные их затеи
   не принял я всею душой.
   Я знаю - другие двери
   откроются предо мной.
  
   И люди другие, будто
   не ведавшие их путей,
   меня вдруг поймут.. как чудо
   наступит прекрасный день.
  
  
   Дорога
  
   И белая как снег дорога,
   и жаркая как жизнь слеза,
   я шел, и было мне немного
   до дома и дождя, весна
  
   в мой город вовсе не спешила,
   и был он белым занесен,
   и ветер выл, как бы кадилом,
   нас орошая снегом, он
  
   лишь только здесь нашел отраду,
   летел, и с ног сбивал, с пути..
   Я видел странную ограду,
   такую малую, почти
  
   я был у дома, незнакомым
   тогда мне показался дом
   и мир, и вечность, с ветром споря,
   там кто-то шел под снегом, сном
  
   весь был овеянный как будто,
   кружилась колдовская смесь
   из ветра, снега, поминутно
   все опрокидывая здесь.
  
   И белая дорога, ветер -
   каким же стало все чужим!
   На этом первозданном свете,
   где был когда-то молодым
  
   и я, и город. Мне все мнится,
   что вот однажды напишу
   его историю я в лицах,
   о прошлом славно расскажу..
  
   Я видел яркие рассветы,
   что обещали жаркий день,
   и знал, что вечным будет лето
   и образ твой среди аллей.
  
   И вот теперь, обезпокоен
   я этим ветром как судьбой..
   Я думал о другом, не скрою,
   я думал, может, мы с тобой
  
   вдруг оправдаем этот город,
   пройдемся средь его дождей,
   но горечь лишь осталась, совесть
   так обличает, прошлых дней
  
   вернуть хотелось мне теченье,
   что нас с тобою привело
   к вот этой улице, знаменьем
   казался мне рассвет, крыло
  
   большое некой птицы
   как будто чувствовал тогда,
   и, знаю, память возвратится
   в то утро, город будет нам
  
   так рад.. Но туча опускает
   вновь над мечтою свой полог..
   И то, что я вот это знаю,
   тебе не ведомо; восток
  
   светлеет с каждою минутой,
   растерзаны остатки сна,
   и гонит ветер наше чудо,
   жестокий и чужой до дна.
  
  
   Рассветы
  
   Помню я - будто я оказался
   в той знакомой и светлой стране,
   где всегда жил во снах, и пытался
   ее вспомнить я часто. Там мне
  
   все казалось знакомым и скромным
   как зеленое платье, как дом,
   средь снегов и дождя занесенный,
   и калитка его.. Будто в нем
  
   мы встречались давно, но забыли
   вдруг случайно об этом потом,
   жалко помнить.. И даже в сибири
   есть звезда, что летит как бы днем.
  
   Было так мне тепло и тихо,
   что забыл я свою печаль.
   Так бывает.. И ты простила б
   то, что прошлого мне уж не жаль.
  
   Не жалею - что вот когда-то
   неуклюжим я был, и сон
   сохранить не сумел, в закаты
   уходила весна. И тон
  
   чьих-то возгласов стал далеким,
   и дорога в пыли земной,
   и звезда в небесах на востоке,
   все летело в июльский зной..
  
   Но волнение ведь не напрасно,
   если ты полюбил, всегда,
   есть в словах тогда смысл, и часто
   вспоминаю тогда тебя.
  
   Если ты полюбил - то в грядущем
   не удасться забыть мечту,
   полнолуние жизни волнующее,
   драгоценную маету.
  
   Помню я - несмотря на запреты,
   это утро и эту степь,
   где мы встретились, и рассвет тот,
   что над городом будет гореть..
  
  
   В тумане весны
  
   И я разгадаю вселенную.
   Еще немного. Всего один шаг
   Мне нужно здесь сделать, наверное,
   Тогда вдруг поймет душа.
  
   И звезды на дальних станциях,
   И город в печальной мгле,
   В тумане мосты - останутся
   Лишь вехой в пути к тебе.
  
   Как больно мне было.. лукавые,
   Они оскорбили меня,
   И словно и тумане и гари
   Померкло светило дня.
  
   Пройдет серый день, и вместе с ним
   То н е в е р о я т н о е зло,
   Что в мире случилось; как будто дым
   Исчезнет его крыло.
  
   И крики стенаньем сменятся,
   Настанет час - смолкнут они,
   В молчании буду верить я,
   Что эти нелепые дни -
  
   Лишь след на снегу, что растает
   Стремительно утром весны.
   На том берегу возрастает
   Мой город, где встретимся мы.
  
   И там, за мостом горбатым,
   За белой как крест рекой,
   Ты вспомнишь мой путь и клятвы,
   Что вечными были. Иной,
  
   Непохожий на старость,
   Откроется светлый миг,
   И ты позабудешь усталость,
   Проклятий тяжелый язык.
  
   А те, что кричали и злились,
   Растают как этот лед
   В тумане весны. Так мне снилось..
   И верно, так произойдет.
  
  
   Дни, украденные у нас
  
   Все, что могли, у меня отобрали,
   Оставив лишь эти нелепые дни,
   Но мой белый свет, что бежит из-за ставен,
   Они не сумели украсть, они,
  
   Те, кто поверил обману и тайне,
   И вавилону в сияющей мгле,
   Те, кто в экранное зазеркалье
   Так же влюблен, и как я к тебе
  
   Так же спешит, они все ж потеряли
   Смысл, что оправдывал их бытие,
   И то, что они у меня украли,
   Не сделало их счастливыми, нет.
  
   И я прохожу мимо них, и, слепые,
   Они разгадать лишь пытаются в мгле
   Стезю, где иду я, застывшие в силе,
   Они словно дети иные во сне,
  
   Не знают, где свет, где любовь и правда,
   Лишь жадно глядят в свою зимнюю тьму,
   лишь перебирают свои награды,
   Все, чем оплатили служение злу.
  
   И думают - может быть, я попытаюсь
   Отнять эти вещи иль их слова,
   Отнюдь! Это пройдено. Я возвращаюсь
   В Россию, ведь это моя страна.
  
   Они же бегут с корабля как крысы,
   И жалко пищат под давлением льда,
   И тонут потешно в своем закулисье, -
   И будто уносит их та же вода.
  
   Я думаю, им наказание будет
   Иное, чем могут придумать они.
   А мы еще встретимся, и тогда люди
   Поймут, что бывают счастливыми дни.
  
  
   Музе
  
   Счастлива ль ты, моя бедная муза?
   Есть ль у тебя и друзья, и враги?
   Но без меня.. Ты идешь по лужам,
   не замечая прохожих и дни.
  
   А я мечтал о другом, ведь часто
   вместе мы были и под руку шли..
   Взгляд твой печален и безучастна
   будто сейчас ты.. И только огни,
  
   там, на мосту, одинокие, словно
   в море затерянные острова,
   напоминают о прошлом скромном,
   где со мной рядом ты, муза, была.
  
   О, знаю я, ты считала преступным
   то, что мечтал я с тобой рядом быть,
   пусть в мире этом, чудесном, подлунном..
   О, если б мог я сейчас возвратить
  
   эти минуты хотя бы и строки
   тех незатейливых, вечных стихов,
   что я забыл без тебя, и о Боге
   так размышлял.. Твою пищу и кров
  
   я разделял.. впрочем, в прошлом далеком,
   видимо, все эти дни и слова
   лишь для тебя в мире странном, жестоком,
   есть те нездешние острова.
  
   А для меня дни - как будто преграда
   между двумя островами вдали..
   Встреча с тобою во сне листопада
   мне вспоминается чаще, и дни
  
   тонут в воде, талой и быстротечной,
   как облака в небе ясном порой,
   я буду помнить тебя той же безпечной
   и безупречной, о, муза, позволь.
  
  
   В королевстве кривых зеркал
  
   И нет известий, и писем
   из прошлого не принесут.
   И только заклятия слышно
   в полдневном том воздухе, труд
  
   мой, если б не был напрасным,
   и если б ты только прочла
   слова мои, что я часто
   писал в эти дни и в снах
  
   я их не терял, просыпаясь,
   я снова о них вспоминал.
   И это вот прошлое, знаешь,
   оно мне так дорого, зал
  
   я бомню огромный, зеркальный,
   и то, как ко мне ты пришла,
   и в танце мы шли печальном,
   как будто из старого сна..
  
   Бывают порою минуты,
   когда я вдруг вспомню тебя,
   как свет, как мечту, как чудо,
   бывает легко мне тогда.
  
   Пусть нет ни известий, ни писем,
   и пусть непонятны друзьям
   моим мои чувства, в жизни,
   я знаю, мы будем там,
  
   где нет повседневных волнений,
   заботливой лжи, и я
   я вспомню тебя без сомнений,
   и ты - ты поймешь меня.
  
  
   _ _
  
   Они обязаны трудиться
   и день, и ночь, и день, и ночь..
   А мне - так часто стало сниться,
   что ты лишь сможешь мне помочь.
  
   И ты поймешь, и ты поддержишь
   средь равнодушия и зла,
   что вдоль дорог стоят, как прежде,
   вернется светлая мечта.
  
   И без боязни прочь из дома,
   туда, где талая вода
   течет безбрежно, там, знакомая,
   ты скажешь мне лишь слово - "Да".
  
   И изумленный мир, и время
   вдруг остановят свой полет,
   и будет это в воскресенье,
   и счастье сбудется в тот год.
  
  
   _ _
  
   Играла старая пластинка,
   Звучала музыка во тьме..
   Какая странная ошибка,
   Как далеко идти к тебе,
  
   Идти к тебе сквозь снег и ветер,
   Средь смеха и людской молвы,
   Что так придирчиво заметит,
   Что встретились однажды мы.
  
   Им это было незнакомо,
   Такое время как весна,
   Они не знали, безусловно,
   Что встреча эта суждена.
  
   И удивлялись и во гневе
   Нас обличали как детей,
   Посмевших позабыть запреты,
   Посмевших полюбить сильней,
  
   Сильней, чем те могли представить,
   Что нас держали взаперти,
   Нам этот дар был дан, оставить
   Друг друга в мире - не могли.
  
   Их обличали их же жесты,
   Стихи, признания, слова,
   Что воспевали век железный,
   Не признавая сил добра.
  
   И явственней воспоминанье
   Об этом времени, и день
   Мне кажется лишь тенью странной
   Той встречи нашей. Как во сне
  
   Проходит время, и минуты
   Теряются в пространстве дня..
   Необъяснимо, почему ты
   Все знала ясно - как дитя.
  
   Расписана по тем минутам
   Вся жизнь людей, и лишь весна
   Дает свободу от маршрута,
   Проложенного сквозь года.
  
   И ясным утром в воскресенье
   Мы свидимся. И через дни,
   Как радуга, тот свет весенний
   Вдруг нас с тобой соединит...
  
  
   Возвращение героя
  
   И снова я вижу, как тает снег
   Вдали от домов и улиц,
   И в поле пустынном как будто век
   Бродили мы и вот вернулись,
  
   А город - немой, и только лишь в снах
   Он вдруг оживает, словно
   Там светит луна ярче, чем серый мрак
   Вечерний и пустословный.
  
   И бедные дети куда-то идут,
   И словно бы плачет небо,
   И горечь знакомая этих минут
   Все ж связана с днем. А мне бы
  
   Увидеть тебя - я мечтаю о том,
   И мне запретить невозможно
   Полет моих снов, мою память, как днем,
   Увидеть тебя осторожно..
  
   Твой сон не вспугну я, знакомых твоих
   я не потревожу никоим..
   Они не заметят - тот вечности миг,
   Нисколько не обезпокоит
  
   Их та тишина, что услышишь лишь ты,
   Мгновение жизни и света,
   Мое возвращение.. Там, где простыл
   От вьюги герой сюжета,
  
   И будет открытым иное окно,
   И можно увидеть - в снеге
   Идет человек, и уже все равно,
   Что думают те, что навеки,
  
   Навеки хотели тебя разлучить
   И с правдою, и мечтою,
   Я все же вернусь... Только верь, и нить
   Судьбы не порвется снова.
  
  
   Если
  
   Если ты помнишь, если ты видишь
   свет и луну в позлащенном небе,
   если стоит среди них этот город,
   и над рекою черный мосток,
   верно, заметишь ты, что было то время
   самым чудесным на свете, восток
  
   так разгорался, как будто вечность
   он обещал тем влюбленным, что шли
   улицей нашей и в даль, в безконечность
   их так уводили звезды, огни.
  
   Если ты помнишь.. но время другое
   будто настало в нашей стране.
   И вот теперь ты не знаешь боли,
   и не встречаешь меня во сне.
  
   В небе стоят высоко как морщины
   белые, будто февраль, облака,
   и старики понимают тот иней,
   как понимает весну трава.
  
   И говорят о двоих влюбленных,
   тех, что по улице светлой брели
   так одиноки они были, скромно
   руки как будто они сплели.
  
   И говорили и вот надышаться
   счастьем июльским они не могли..
   Как было странно с тем днем расставаться,
   знать, что не будет больше любви.
  
   Ведь им двоим - это бледное небо,
   эти плывущие вдаль облака
   были подарены Богом. И нежным
   был этот воздух и эта пора.
  
   И я все жду - вдруг мечта повторится,
   или же вспомниться вдруг тебе.
   И оживут тогда люди и птицы,
   и я услышу твой голос во сне.
  
  
   Два королевства
  
   Испытывали ли вы такое чувство,
   будто только что увидели, как мир
   перевернулся, упал на бок, и стал
   словно своим отраженьем в стекле?
   Это странное чувство было мне знакомо.
   Так проходила влюбленность,
   так проходила весна, городская, серая,
   в грязи и потоках хлама на улицах,
   на которых ты никогда не была,
   о, знаю, ты бы удивилась,
   увидев эти потоки и этих людей,
   что живут здесь давно и привыкли
   к нелепости повседневной рутины,
   отношениям, незнакомым там,
   где живешь ты, а они, они, я знаю,
   удивились бы, увидев твой дом
   и твоего друга, и чистый двор в тенях
   от полуденного солнца, о котором
   они давно уже забыли, ведь память,
   их память так мала и проста.
   Думала ли ты о них всерьез
   или они тебе казались далекими
   как берега чужих стран, как острова
   в теплом и неизведанном море?
   А ведь я жил среди них
   и не знал тебя, и не ведал,
   что ты есть на свете, и я
   могу быть счастлив поэтому.
   О, я ценю, как мало в тебе
   напускной скромности или
   модного кокетства, ценю, как никто другой.
   Поэтому мы так похожи, и мир,
   что упал на бок и напоминает мне
   отражение в зеркале,
   уже не кажется таким безсмысленным.
  
  
   Детство
  
   В пасмурный день вспоминаю детство,
   солнечный миг, и живая вода
   в светлых ручьях, что живут по-соседству,
   мне так понятны бывали тогда.
  
   И как добры были люди в ту пору,
   и улыбались нарочно мне,
   я вспоминаю - но память как в гору
   трудно идет, и как будто во сне
  
   перед рассветом и пробужденьем
   я не могу удержать те дни,
   мало так помню и знаю, а мне бы
   снова вернуться в то время, и миг
  
   вновь удержать как в узде - ту силу,
   что жизнь давала тогда легко.
   Мои друзья.. И все то, что было,
   снова вернутся. И будет тепло.
  
  
   Зависть тьмы
  
   Стук падающих тел и тишина..
   Они замолкли.. лютые проклятья
   уж не слышны в ночи, и лишь луна
   так светит ровно в сумраке, объятья
  
   их разомкнулись. Больше силы нет,
   чтоб проклинать и властвовать над нами.
   Они пищат и стонут.. сколько лет
   они нас на путь ложный наставляли?
  
   И сколько лет они в своем бреду
   пороли чушь и с самым важным видом
   ее преподносили как судьбу,
   как предназначенное нам, обиды
  
   налево и направо нанося,
   они как будто через дрему продирались
   к действительности ясной, только я
   не доверял их безпробудной фальши.
  
   И речь у них была искажена,
   и представленье самое о мире,
   они как будто в сне бродили, нам
   рассказывая бред свой дикий.
  
   Но вот замолкли. В сумраке видны
   лишь их остатки, тени на ступенях,
   что тают с приближением весны
   как грязный снег. Давно, давно, наверно,
  
   они те тени пестовали, рык
   и сип их раздавался повсеместно,
   не думали, что в их проклятьях злых
   нет смысла, было неизвестно,
  
   что время новое, счастливое придет -
   я чувствую его, и озарится
   восходом ярким этот странный год,
   и свет в Россию возвратится.
  
  
   _ _
  
   Дни, как люди, проходят мимо,
   эта белая как снег весна
   очень странная, знаешь, и силы
   оставляют поэта. Должна
  
   была летом тогда возвратиться
   наша встреча, но зависть и зло
   не позволили, только птицы
   здесь свободны, и на крыло
  
   они уж там становятся, в свете
   невечернем и ясном дня,
   неужели забыла ты встречи,
   и мечты, и весну, и меня?
  
   И в спокойствии чинном проходят
   эти дни, мой неведом путь
   тем, кто нас разлучил, и доволен
   этим делом, крича - "Забудь!"
  
   И они все заранее знали,
   обличая меня во зле,
   они много тебе рассказали
   неприятного обо мне..
  
   И довольны теперь своим делом,
   ведь трудились они не зря! -
   в своих буднях окостенелых.
   Но когда ты найдешь меня,
  
   этот мрак вдруг разрушится, будто
   упадет страшных снов стена.
   И тогда здесь случится чудо,
   будем вместе и навсегда.
  
  
   Прекрасный мир
  
   Я помню тот мир как любовь, человечность,
   как прежде невиданный свет весны.
   Я вернусь, о, когда-нибудь, целая вечность
   мне покажется мигом простым, но, увы,
  
   в этом мире, что я называл прекрасным,
   что служил оправданием серых дней,
   не нашел я тебя, путь был будто напрасным,
   как я там не нашел и знакомых людей..
  
   Я туда так бежал от проклятий и гнева,
   я надеялся - чудо еще может быть.
   Но тебя не нашел.. Этот мир, он от неба
   расположен вдали, и его я открыть
  
   мог лишь в сумраке том, что спускается часто
   на мой город, оставленных средь зимы,
   среди инея белого, ведь безучастно
   ты смотрела в рассвет, что приходит, увы.
  
   Будто серп от луны он стоит на ущербе,
   его люди как тени, так зыбки порой,
   и душе так тоскливо средь них, как вербе,
   что стоит одиноко в кастрюле пустой.
  
   Но, прекрасный мой мир, ты был все же отличен
   от жестокого мира, где властвует тьма,
   и его обитателям небезразлично,
   что сейчас происходит в сердцах и умах.
  
   Пусть они не слащаво-притворны, не тают,
   как под солнцем фигуры поселенных здесь,
   они тоже живут, они тоже летают,
   как и ты, и душа, и свет будто воскрес.
  
   О, не надо смеяться и удивляться,
   что туда я бежал, все покрова ища,
   в мире том, непонятном, но все же прекрасном,
   отдыхала от воли чужой душа.
  
   От проклятий земных и от лютого крика,
   что так часто на голову падали в тьме,
   среди сотен домов.. В этом мире все тихо,
   несмотря на его полупризрачность в сне.
  
   О, не надо следить, и не надо смеяться..
   Я когда-нибудь тоже и вас приведу
   в эту чудную родину снов, в это царство,
   сотворенное прежде чем дом, где живу.
  
  
   Писатель
  
   Да, писатель выходит нечасто
   в этот залитый светом двор
   во швейцарском отеле царственном
   и похожем на замок.. И спор
  
   он детей там услышать не может,
   не встречает он там детей,
   лишь из памяти, что тревожит
   его летних течение дней,
  
   возникают их образы. Ясно
   видит он своих старых друзей,
   тех, что выросли ныне и счастливы
   далеко от него, светлей,
  
   все светлей с наступлением утра,
   вот и кофе ему несут,
   так нелепо случилось.. как будто
   он не понял чего-то, и суд
  
   уж свершился над ним небесный,
   к одиночеству приговорив,
   но, о, как он хотел воскреснуть
   и вернуться в день, где любил..
  
   Это чувство поистине - чудо,
   даже вспомнить его иногда -
   как отрада.. И в дворике утром
   он усаживается тогда.
  
   И сидит, замерев, на скамейке,
   и боится минуту прожить,
   и знакомый мир видеть.. и в смехе
   тех прохожих, увядших, нить
  
   потерять драгоценного света,
   что ему подарили мечты
   о, так в небе летит ракета,
   так случаются лучшие сны..
  
   Он придет в свою келью, и в солнце
   будет комната та одна
   в этом грустном отеле, вернется
   его чудное время тогда.
  
   Вот откроет он лист и пишет,
   и вокруг замирают огни,
   ожидая его слова, тише
   все становится, эти дни,
  
   и забота, работа людская
   озаряются светом, и труд
   не напрасен, и все узнают
   его слова трепетный звук.
  
  
   Осенний сон
  
   Я часто бывал в том краю: трамваи
   Там ходят по кругу, и дети шумят,
   Как листья на ветре, и там бывает
   Рассвет необычный, и вечный сад,
  
   Красивый, как будто встречает друга,
   И ветви кивают, и снег летит,
   Тот первый, и самый чудесный, будто
   В воскресный день город приветствуя, тих.
  
   И там мне нередко встречались люди,
   Чей взор был осмысленным и слова,
   Они так глядели как это чудо,
   Как сад и деревья. И эта листва
  
   Так в медленном танце, кружась, опадала,
   И таял тот первый прекрасный снег.
   Но ты в том краю ведь еще не бывала,
   И мне рассказать выпал случай бы.. нет.
  
   Но мне и грустить тут запретно, минуты
   Другою мечтой здесь заполнены, дня
   Течение вдаль нас уносит, и чудо
   Все реже я вспомню, как будто меня
  
   чужой, непонятный мне сон занимает,
   я чувствую, что одинок я весьма
   и так удивительно.. Но опадает
   все так же осенняя в свете листва.
  
   И так же, вот если туда я приеду,
   Там ходят трамваи и дети живут,
   И в час тот хрустальный после обеда
   Пройду я под сенью случайных минут.
  
   И вспомню тебя, и душа одинокой
   Уже там не будет, так думаю я,
   И в полдень случайный, и в полдень жестокий
   Ее не обнимут сомнения дня.
  
  
   Июль
  
   Был светлый день, было ясное небо,
   И кому нужен был странный обман,
   Что так довольно, признаться, нелепо
   В городе нашем тогда прозвучал?
  
   Мне все знакомые эти тропинки,
   Но показалось там время иным,
   Будто способным на счастье, былинки
   Так на ветру там стояли, как дым,
  
   Тогда рассеялись призраки страха,
   Что нас тревожили день ото дня,
   И я был счастлив почти, признаться,
   Думал, что люди поймут меня.
  
   Мой день поймут, и неброский, и скромный,
   Душу мою, но они о своем
   Все говорили, как будто давно уж
   Все одержимы были тем злом,
  
   Что я не понял. И словно граница
   В мире людском в этот день пролегла,
   Там, на свободе, остались птицы,
   Здесь же, в моем странном дне, лишь мечта.
  
   Я лишь мечтаю вернуться под небо,
   Там, где был счастлив и встретил, увы,
   Я тебя поздно, но все же ведь встретил,
   О, есть значение в этом, и сны
  
   В миг оправдание там получают,
   И есть значение в моих словах,
   Хоть ты считала ту встречу случайной,
   Именно ей я обязан в мечтах..
  
   О, этот день, это небо, и в синем,
   В синем цветущий мой город, они
   Мне так запомнились. Будто простила
   Ты мою скромность и бедные дни.
  
  
   Былое
  
   Небо как будто затянуто, город
   Так одинок здесь под сводом его.
   И пролетают минуты как морок,
   Как оправдание снам, и давно
  
   Мы не встречались.. и холод темный
   Между людьми очень часто бродил,
   Как неприкаянный, я лишь помню
   Твой синий взгляд, и лицо, и сил
  
   Недостает мне, чтоб вспомнить былое,
   Были безсильными часто слова,
   Я вновь стою будто на пригорке,
   И я смотрю в этот мир, где весна,
  
   И те деревья вдали вдруг ожили,
   И в их листве завелись птенцы,
   Птицы поют, и в весенней силе
   Луч столь горячий растопит цветы..
  
   К жизни зовет, все зовет к свободе,
   К этой мечте, что бывала с тобой
   Так неразлучна, и ранний город
   Так озаряла лучом, неземной,
  
   Новой, нездешней казалась влюбленность.
   Я о тебе только думал, и сон,
   Все объяснилось в тот миг, я помнил,
   Каждую веточку, каждый цветок..
  
   Свет мой со мной, и в разрыве клочья
   Тех облаков, открывают мечту
   О постоянстве, любви, и точно
   Знаю я то, что однажды приду.
  
   _ _
  
   Я не мечтал о далеких странах,
   Я только думал о доме, и сны
   Не повторялись тем утром ранним,
   Утром тем светлым холодной весны.
  
   Грохот и свист там сверла раздавался,
   Кто-то ругал в гневе близких своих,
   Здесь же все тихо, и написал я
   Новый и яркий счастливый стих.
  
   Помню поля разноцветные, будто
   Их расписал сам художник Дега,
   И мне казалось, живет в мире чудо,
   И мне казалось, так будет всегда.
  
   Годы проходят как люди мимо,
   И вот теперь непонятно мне
   Много из нового, что прибыло
   И основалось во времени, в дне.
  
   Будто прибой яростный и незваный,
   Словно гнев моря обрушился в час,
   Когда они так стучали странно,
   Когда они оскорбляли нас.
  
   Ох, как стучат.. видно, много силы
   У этих странных существ, что из тьмы
   Вдруг появились, и город пленили
   Своей жестокою бранью, увы,
  
   Я не могу их взнуздать, лишь слышу
   Ярый, нездешний отчаянный стук,
   Они стучат, будто бы под крышей
   Их одолел некий тяжкий недуг.
  
   После - прыжки раздаются в доме,
   Скочут они и опять же стучат,
   Будто неписаны им законы,
   Будто они наяву не спят.
  
   Как отвратительны их проявленья
   И как единственны здесь теперь,
   Словно в неведении, словно в забвеньи
   Они ведут себя так же, и дверь
  
   Снова дрожит от лихого удара,
   Так проявляют свое удальство,
   Снова топочут, как звери, устало
   брань изрыгают и колдовство.
  
   Эти прыжки, этот гогот дикий,
   Эти минуты, что им даны,
   Все же пройдут, так я думаю, в книге
   Им предсказанья определены.
  
   Труд их напрасен, и стук умолкнет,
   Молча и тихо сбежит без следа..
   Талой водой, облаком, и вот мне
   Счастьем покажется та пора.
  
  
   Март
  
   Все светлее и будто бы выше
   Это небо, так кажется мне.
   С каждым днем наступившим я слышу
   Предсказания о весне.
  
   И я вижу, что дети живы,
   Что они там живут средь снегов
   И заботы не знают, и лживых
   Оскорблений, что тают вновь,
  
   Как снега, небо все сильнее,
   Ярче солнце, добрее сны,
   И прохожие все умнее,
   Так мне кажется, но, увы,
  
   Ты не видишь сего, ты так же,
   Как и прежде, живешь вот там,
   Где от тяжести и от фальши
   Даже ветви сгибаются, нам
  
   Суждено было встретиться в мире,
   Где обманчив свободы лик,
   Вознесенной, и там остыли
   Даже звезды, и времени миг
  
   Мне казался чужим, и люди,
   Лишь предметы я узнавал..
   Только это заметил я, труден
   Был тот день для меня, и устал
  
   Я от этих земных впечатлений,
   От случайных прохожих и лжи.
   И в сегодняшний день весенний
   Я ту пору вдруг вспомнил, увы,
  
   Я о ней никогда не жалею,
   Не жалею о счастье, и даль
   Так открыта.. И новой аллеей
   Виден город мне и печаль,
  
   Лишь печаль от любви осталась,
   Так бывает под солнцем теперь,
   И мечта будто бы потерялась,
   И забыла в свободу дверь.
  
   Но яснее свод неба в марте,
   И прозрачнее облака.
   И я знаю, что ты осталась
   Все такой же, как и была.
  
  
   Розовый цвет зари
  
   Ты как будто забыла. В гору
   поднимается медленно стих,
   как усталый путник, но скоро
   мне понятно все будет.. прости
  
   что я, верно, казался глупым
   и что нынче вокруг тебя
   хитрецы и обманщики, тупо
   они смотрят и ждут меня.
  
   Ждут меня! чтобы лютой бранью
   оскорбить, обвинить, ну что ж,
   верно, было такое заданье
   для тех ярых существ, но ложь
  
   их пройдет как весной странный ветер,
   и ты вспомнишь - была заря,
   было время, когда на свете
   были вместе и ты, и я.
  
  
   Утром
  
   В диком сне возвышались здания,
   и спешили люди, и снег
   падал вниз, облепляя странные
   неземные деревья, и век
  
   проходил мимо как прохожий там,
   где тропинка ведет к теплу,
   и на что это было похоже?
   я никак что-то вот не пойму..
  
   Забывали мечты и сказки,
   мы стояли среди тепла
   необычного, светлого, радостно
   было в ярком апреле, весна
  
   наступала по всем направлениям,
   и я помнил твои слова,
   и казалось, они как спасение,
   как опора в признаниях сна..
  
   И я помню - и нет настоящее
   этих зданий и этих часов,
   проведенных с тобой, и спящие
   в белом снеге весны без слов
  
   корпуса подсказали мне верный ключ
   к этой жизни, что так далека
   от меня, мне казалось, и среди туч
   в белых льдинах бежала река.
  
   Все твердило: я - жизнь! я - знамение!
   И живым мне казался тот сон,
   и я снова приду в воскресение,
   чтобы вспомнить.. Когда влюблен,
  
   протекают часы стремительно,
   удивления жизнь полна, -
   не тревожного, но изумительного,
   как ласкающая волна.
  
   И мои стихи - только бледное
   отражение этих дней,
   когда встретились мы, и победным
   был тот снег и дорога, сильней
  
   свет мои выделяет чувства,
   все так ясно увидишь ты здесь,
   словно Бог прикоснулся, тем утром
   даже мир словно бы воскрес.
  
   _ _
  
   Что мне осталось? лишь это небо,
   и свет неземной в вышине облаков,
   печальные дни, города.. а мне бы
   лишь вспомнить твой образ, улыбку, и вновь
  
   ту жизнь ощутить, что была столь близкой,
   понятной и верной как этот стих,
   но - это мечта.. а мечта - ошибка
   в разумном том мире, где ты грустишь.
  
   Но я отпустить не могу ее все же,
   и вот я держу ее как больной,
   страданья приходят за ней, и что же?
   кто жил, не страдая? С твоей душой
  
   я будто сейчас говорил. Ты видишь,
   что жизнь к нам была так чиста и добра..
   Я молча иду по аллее, и Китеж
   как будто открылся, и озеро там
  
   мой город, упавший во сны, отпустило
   и отступило, и брег обнажен..
   Боже, ты помнишь, как это было?
   сон был чудесным, но это - не сон.
  
   И мне осталось лишь небо и город.
   где на причале горят огни,
   где та река и дорога спорят
   о снисхождении, будто они
  
   были свидетелями снов и счастья,
   были друзьями твоими тогда,
   и не сумели с тобой расстаться,
   все то запомнили, что я знал.
  
  
   Неизвестные
  
   .. не когда речет враг мой; укрепихся на него.
  
   Молитвослов
  
   Белобрысая макака
   Под моим окном...
  
   Из стихотворения Алексея Липина
  
   Помню, помню я, в детстве далеком
   я стоял один средь людей.
   И трамвай проезжал одинокий,
   ветер северный дул сильней.
  
   А теперь только лютые звери
   по весне под мое окно
   лишь приходят - кричат смелее,
   упражняясь в проклятиях, но
  
   время их ограничено, тут же,
   убегают они как вода,
   и останутся только лужи
   от следов пребыванья, до дна
  
   обнаженное время как снизу
   весь в ручьях и снегу асфальт,
   вижу птицу, что на карнизе,
   и людей, и детей, летят
  
   облака в вышине так быстро,
   так стремительно, будто должны
   сообщить они нам об истине,
   и о том, что случиться, мы
  
   стали слабыми, этот город
   полонен словно синей водой,
   полоумными криками, словно
   некий осиный рой,
  
   под окном они снова кружатся,
   и предсказывают судьбу,
   очень странным должно казаться
   предсказанье такое, уму
  
   непонятно и непостижимо
   поведение злых существ,
   что творят - то хотят, и зимний
   этот снег все бросают здесь..
  
   возбудились они несказанно,
   и из уст их проклятий рой
   вылетает как тот же странный
   предсказательный крик и злой..
  
   А ведь в детстве моем далеком
   этих не было вовсе людей,
   что так яростно и жестоко
   покоряют пространство теперь,
  
   что кричат в возбуждении страшном,
   что выказывают свою суть
   в упражненьях лихих, престранных,
   что пытаются обмануть
  
   мое детство, когда и речи
   не велось о таких существах,
   и поэтому будто бы вечно
   его время в моих руках.
  
  
   _ _
  
   Они убежали.. все тише звуки
   и эта престранная в небе весна,
   что из облаков состоит, есть слухи,
   что счастьем она стать, однако, должна.
  
   И мне не тревожно в мгновение света,
   и после полудня не снятся мне сны.
   И кажется, что ты идешь и приветы
   улыбкой даешь мне, и живы мечты.
  
   Они убежали.. сообщества темных
   вдруг рухнули в миг от светила на дно,
   их речь убежала.. растаяла скромно,
   идет ледоход, как обычно, смешно
  
   их явление перед очами,
   поэтому скрылись они в домах..
   И я вспоминаю тебя, - как мы знали,
   что счастие живо, напрасен страх.
  
  
   Однажды
  
   Очень огромной и непонятной
   мне показалась однажды страна..
   Помню - я шел из зимы обратно
   молча домой и мечтал, что из сна
  
   я доберусь до родного дома,
   молча вернусь в ту страну, что я знал,
   где все так близко и так знакомо,
   где я ребенком был и играл..
  
   И в той стране ни единого звука
   не было спорящего с судьбой,
   я там так жил.. и я верил, что руку
   каждый пожмет мне с охотой, что свой
  
   милый дом не оставят люди,
   ну а теперь, накрененная вдаль,
   эта страна нас не радует в будни,
   жду я лишь праздника, хоть печаль
  
   так глубока как река весною,
   и пережить эти дни нелегко,
   но подойду я к окну и вспомню
   эту страну, где я вырос давно.
  
   _ _
  
   И все показалось таким знакомым,
   как будто я знал этот мир давно,
   как будто бы прикосновеньем нескромным
   раскрылась загадка и существо
  
   вот этой дороги, и талого снега,
   бегущих детей и бегущей воды,
   и воздух, наполнивший целых полнеба,
   деревья, дрожавшие как сады.
  
   Но как я боялся тепла.. обманом
   казался мне воздух, наполненный сном,
   и в городе выцветшем, городе странном
   я ждал нашей встречи, и думал о том,
  
   как ты мне верна, невзирая на бури
   житейского моря, и долгие дни,
   что нас разделяли, казались лишь смутной
   туманной завесой, где были огни.
  
   Я вспомнить боялся весну, словно в гневе
   чужие посмеют у нас отнять,
   то, что мы ждали, любили, наверно,
   были причины.. И синий наряд
  
   этого неба, весны глубокой
   словно весь мир очаровывал, но
   я не мечтал, ведь мечта одинока,
   моя мечта среди этих зеркал,
  
   что отражают людей, их заботы,
   их центробежный неясный век,
   и с понедельника до субботы..
   впрочем, об этом писал я. И след
  
   вижу я чей-то в снегу торопливый,
   кто-то бежал там сегодня, спешил..
   но человечность понять я не в силах,
   так одиноко.. И след тот стыл
  
   среди огромного мира, где люди
   существовали неведомо мне..
   И призывали ведь нас - забудьте
   и о желании, и о весне.
  
   Ты им внимала.. И в этом дело,
   что не смогла ты понять, что я -
   все же другой, не такой как тени
   и подражавшие им, нельзя
  
   смешивать мои слова и чувства
   с миром прогорким, нелепым, таким,
   где расставание стало искусством,
   где лишь разлуку пестуют, с ним
  
   я был не связан и я был свободен,
   как бы ни странно звучало теперь..
   Это хотел сказать я, позволь мне
   честным с тобою лишь быть, поверь,
  
   я не желал тебе бед и думал,
   что ты поймешь меня как себя..
   Жаль, что пока в мире этом подлунном
   эта мечта не сбылась моя.
  
  
   Беглецы
  
   И этот шум, что раздается в дне,
   и эти тени, липы, эти люди
   мне представлялись странными, во сне
   так иногда бывает, трудно
  
   мне разлить поток их гнусных слов,
   что раздается в темном коридоре,
   где собрались они, и только лишь засов
   их отделяет от меня, и вскоре,
  
   я знаю, они все же убегут,
   и крикнув на прощание проклятье,
   растают в сумраке, нечеловечный труд
   взваливши на себя. Им трудно, ведь занятья
  
   их темные природе все ж чужды,
   она живет безмолвно и прекрасно,
   и их не слышит будто, и весны
   приходит время, и они несчастны,
  
   не удалось им что-то, не стряслась
   над миром их мечта лихая,
   скрипя, они уходят, и подчас
   свой гнев при этом превознемогают.
  
   И этот шум мятежный и лихой
   пройдет в единый день, и будет небо,
   и белый тот мосток лишь над рекой,
   где друга я встречал так верно.
  
  
   Нелепые
  
   О, как их тревожили страсти,
   как бурное море вдали,
   и нам они будто несчастье
   предсказывали в те дни.
  
   Нелепый их сон и говор
   захлебываясь, соообщал
   о разных волнениях, город
   они занимали, смеясь..
  
   Бежали они от страха,
   но вот их стихает шум..
   не слышно проклятий в замке
   из сказки, идет июль.
  
  
   _ _
  
   Я видел твой дом. Я вернулся.
   И те, что кричали, ушли,
   И снова прекрасное чувство
   Я понял, я видел - ты
  
   Осталась такой как прежде,
   Как небо, как город, как день,
   И в новой нарядной одежде
   Ты лучше иных теперь.
  
   И вновь мне судьба показалась
   Такой благосколонной, весна
   В ту дверь будто бы постучалась,
   И стало теперь не до сна.
  
   И ты улыбнешься как раньше,
   Меня узнавая в миг.
   Не будет забот и фальши,
   И легче, и старых книг
  
   Судьба осветит страницы,
   И станет понятным их слог,
   Любовь моя словно птица,
   Которую выпустил Бог.
  
  
   _ _
  
   Я жил по-своему счастливо,
   И о тебе мечтал, но ты
   Не назвала меня любимым,
   Мои не приняла цветы.
  
   Так буднично и безнадежно
   Продлился миг разлуки той,
   Что началась с минуты ложной,
   Непраздничной, немой, простой.
  
   Но я люблю, и не напрасны
   Мои признания и сны,
   Я верю - будет миг прекрасный,
   Когда поймешь меня и ты.
  
   И оживут стихи в минуту,
   Как чудо, сны и волшебство,
   И ты подашь мне руку, будто
   Всегда любила, и тепло
  
   Так будет в доме, освещенном
   Потоками седой зари..
   И вечно молоды там снова
   Мы будем, как любовь и сны.
  
  
   Последний снег
  
   Как тает безмолвно последний снег,
   И вот белый двор будто новый,
   Такой неизведанный в этой весне,
   Такой же чудной, незнакомый.
  
   Мое одиночество я берегу,
   и только гляжу, как люди
   спешат так нелепо, куда-то бегут,
   но - думаю - время будет,
  
   настанет минута - увидимся мы,
   и город притихнет однажды,
   тепло нерассказанное, увы,
   кораблик поднимет бумажный
  
   из нашей мечты, голубой поток
   его вдруг возьмет как море,
   мы снова пройдем в этот светлый год,
   вдвоем мы пройдем с тобою
  
   везде, где встречаться дано было нам,
   и где весь асфальт в прожилках
   и в светлых одеждах деревья, мечтам
   где есть же простор, где жили
  
   красивые люди, и верили мы
   в весну и рассвет над нами,
   и больше не будет холодной зимы,
   и мы не расстанемся, знаю.
  
  
   Цветы
  
   Странный мир.. Я в него не напрасно пришел -
   Я увидел тебя, и понял -
   Одиночество словно большое стекло,
   Разделявшее нас, я тронул..
  
   И оно поддалось вдруг, и мир ожил,
   Я услышал вдруг звуки под небом.
   Я был молод, и было достаточно сил,
   Чтоб с тобой говорить, нелепым
  
   Этот мир не казался уже и мне,
   Я как будто бы жил и думал,
   Что любовь все же есть, и не только во сне, -
   В этом мире, чужом, подлунном.
  
   Странный мир.. Я вернуться однажды хочу
   В светлый миг, в то мгновение света,
   Где твой день протекал, и как будто лечу
   И бегу я под облачным небом.
  
   Расцветает трава, и цветы - маяки
   На пути как небесные вехи..
   Я увижу тебя, и тогда далеки
   Мне покажутся страхи и смехи.
  
  
   Жившие во тьме
  
   Он оскорбил меня. Поздней ночью
   Стал на мгновение белый день.
   Боже, как страшно мне было, точно
   Перевернула мир чья-то тень.
  
   Он оскорбил меня.. лютою бранью,
   Что составляла богатство его,
   Что он копил постепенно, годами,
   Что отражала его естество..
  
   Какофонию врубают, топочут
   И проклинают они ото дня,
   Происхождение их таковое,
   Что по-иному не могут, меня
  
   Так оскорбили.. Неведомы чувства
   Им, поселенным и зело злым,
   Им оскорбление стало искусством,
   Будто не люди они, но как дым
  
   След их развеется в этом мире,
   Что проклинали они с утра,
   И в своей тесной земной квартире
   Они умолкнут, и их слова
  
   Не зазвучат там, как прежде, страшно,
   Громко и яро, и только тень
   От них останется здесь, напрасны
   Были проклятия их и день.
  
  
   Сны
  
   Снова ворвался шум утренний в город
   И растревожил, и пробудил..
   Как посторонний. Но был мне дорог
   Сна предпоследний и светлый миг.
  
   Где не кричали, не прыгали втуне,
   Где не вопили чужих слова,
   Было чудесным и светлым, и лунным
   Это мгновение, словно мечта.
  
   Я там встречал и друзей, знакомых,
   Тех, что давно уж не видела явь,
   И дорогих мне, и дальних, скромных,
   Тех, что не слышали странную рябь.
  
   И мне признаться хотелось - однажды
   Я в этот мир будто в храм войду,
   Там меня ждут, и там верит каждый,
   И нет шатающихся в бреду.
  
   Знаю, тебе был знаком тот город,
   Его пространство и здания, сны,
   Ты из него тоже будто бы родом,
   Они так отличен от мрака зимы.
  
   Он непохож на дневные пороги,
   На бури моря, на ветры измен,
   И вспоминать там могу я о Боге
   И вспоминать о тебе, и всем
  
   Я расскажу о чудесном мире,
   Где я нашел и отраду, и свет.
   Душу нашел я мне близкую, видно,
   Был не напрасен тот сон, о, нет.
  
  
   _ _
  
   Пред светом сумрак отступает,
   И не напрасны звуки дня,
   И я приду, я твердо знаю,
   Приду, чтоб встретить здесь тебя
  
   Вернется свет в твой дом, как прежде,
   И вспомнишь ты свои слова,
   И вспомнишь данное нам время,
   Весну и вечность, и добра
  
   Следы в опустошенном мире,
   Где мы брели весною той,
   Прохожий встретился наивный
   И убежал от нас. "Постой" -
  
   Сказать хотелось тем мгновеньям
   И времени моей весны,
   И словом, и стихотвореньем
   Запечатлеть мечты и сны.
  
   Но я писать их не умею,
   Стихи, что были бы весьма
   Похожими на корифеев,
   Предшественников, и пера
  
   Возможности не блещут яркой
   Ни краской, ни признаньем, чтоб
   Они пленяли б чарованьем
   Или иным.. Когда же дождь
  
   Стучит по стеклам, жду я снова,
   Что в этот миг ты вспомнишь все ж
   Мои слова, и сон суровый
   Разрушится, и ты вернешь
  
   Мои мечты и мир прекрасным
   Окажется в минуту ту,
   И научусь ценить я счастье,
   И необычную мечту.
  
  
   Так мечталось
  
   О, как я помню твои глаза..
   Я в них смотрел как в глубокое море.
   Не было в них ни свободы, ни зла,
   И не хотел я расстаться с тобою.
  
   Нежная, славная, в мире людей
   ты всем казалась такой нездешней,
   улица длилась, и все сильней
   шептались деревья о жизни вешней.
  
   Улицу ту же я, к счастью, найду,
   и утром ранним вернусь к истоку
   воспоминанья, туда приду,
   где было счастье, и небо с востока
  
   так озарялось небесным лучом,
   так мне мечталось тогда о чуде,
   словно я встретил мечту тем днем,
   словно другой в этом сне не будет..
  
   Снова печаль те обходит дома,
   что были радостны той весною,
   ты вспоминаешь меня иногда,
   больше не нужно мне, ставни зарею
  
   так освещаются в городе том,
   где повстречались мы будто случайно,
   и одинокий печальный дом
   символом служит для расставанья.
  
   О, как я помню твои глаза,
   они прекрасны как мир весь целый..
   как это небо и эта весна
   и провозвестие новой эры.
  
   _ _
  
   От ветра деревья плакали
   о тех, кто давно ушел,
   и шли мы по городу странному,
   где кто-то ведь жил еще.
  
   И было весны пробуждение,
   но город все так же спал,
   как люди, как сумрак осенний,
   по ветру летел журнал..
  
   И где-то звучала музыка,
   безсмысленно, как капель,
   нелепейшая, безвкусная,
   как этот земной апрель.
  
   Но звуки, о, были напрасными,
   напрасно кричали они,
   от них мы сбежали, и ясным
   ведь было там небо, огни..
  
   Их грохот и стук словно мороки
   сошли вниз по мостовой,
   пропали в том светлом городе,
   где жили и мы с тобой.
  
   И лица людей счастливые,
   и там же - разумная речь..
   И память о тех, что ушли от нас,
   нам нужно теперь беречь.
  
   Чтоб нам не забыть о городе,
   что нас приютил тогда,
   где воспоминанья дороги,
   и будут как свет всегда.
  
   _ _
  
   Стихли волны и странные звуки,
   раздававшиеся во тьме..
   Я твои вспоминаю руки,
   и тебя вслед за тем, о тебе
  
   мне так нужно здесь думать, и счастье
   будто ближе и будто придет,
   и умолкнут проклятья странные,
   смоет их долгожданный дождь.
  
   Эти слезы.. и сумрак неласковый,
   приютивший иных беглецов,
   мне казались тогда лишь сказкою,
   и жалел я, что не было слов,
  
   что утешить тебя, молчание
   неприятное как зима,
   было между, тем расстоянием,
   разделявшим меня и тебя.
  
   На огонь ты смотрела, и все вокруг
   обретало иные черты,
   осторожно прикосновенье рук,
   но так чуждо земной маеты.
  
   Заучившие твердо проклятия
   нас не приняли в ту игру,
   но от этого мы не плакали,
   я был счастлив.. Как будто весну,
  
   я тебя повстречал в том сумраке,
   что простерся над городом сна,
   и хочу я теперь, чтоб подумала ты, -
   не напрасны мои слова.
  
  
  
   _ _
  
   Наступила весна.. Пробудился,
   стучит молотом дятел-сосед,
   он как будто бы детоубийца,
   что о воле мечтал сотню лет..
  
   На свободу он вышел недавно,
   поселенный среди людей,
   и своим откровением бранным
   оскорбил нас, и все сильней
  
   стучит молот, и даже небо
   содрогается от него.
   Но внезапно умолк он, нелепый,
   он как будто увидел дно.
  
   И мы встретимся с ним однажды,
   и тогда пожалеет о том,
   что своим он ударом каждым
   разрушал наш единственный дом,
  
   что кричал в тишину напрасно
   и тяжелую мебель бросал..
   его время минуло, мне ясно,
   что от злобы и он устал..
  
   тяжко дышит, упоенный гневом,
   и принявший текилы на грудь,
   и очами вращает, нелепый,
   но не может уж нас обмануть,
  
   удовольствия не получает
   об привычных проклятий и зла,
   словно снег поутру он растает,
   и сбежит он с горы как вода.
  
   _ _
  
   Там не слышен ни шорох, ни шепот,
   и кричащие там молчат,
   это был мой до неба город,
   где мы встретились, и твой взгляд
  
   говорил мне как это небо,
   как признание, как весна,
   и в нем не было тьмы и гнева,
   были легкими там слова.
  
   А теперь - здесь - они хохочут,
   потешаются и честят,
   словно глухонемые, ночью
   пробудившиеся, не спят..
  
   бродят, прыгают, и от гнева
   не находят здесь места себе,
   как завидуют нам, и слева
   все пытаются о весне
  
   тоже песни слагать и сказки,
   будто тоже живы они,
   будто радость дана им и счастье,
   будто смысл их имеют дни.
  
   Но меня обмануть невозможно -
   тьмой покрыты их дни и сны,
   и в своей лишь гордыне тревожной
   смысл привычный находят они.
  
   Мне они безразличны, как летом
   легкий ветер, я вспомню тебя,
   и покажется время мне светом,
   солнцем ясным посреди дня.
  
  
   В апреле
  
   Свистит сверло.. стук дикий раздается
   над нашим городом как над тюрьмой..
   они, забывшие и свет, и солнце,
   они, нарушившие мой покой..
  
   О, лютые и ярые! слепые,
   они, как звери, тычутся во тьму,
   как будто и не люди, но Иные,
   они возводят новую тюрьму.
  
   О, трудятся они самозабвенно,
   и скочут, необычно так стучат,
   но труд их пропадет, напрасный, тленный,
   и больше нас они не оскорбят
  
   своим лихим уродством, и под небом
   растает словно сахар их тюрьма,
   замолкли.. время их прошло, и лето
   ждет впереди, и странные слова
  
   и возгласы их исчезают, будто
   их не было и вовсе под луной,
   и только им надеяться на чудо
   осталось, и в дали лихой
  
   молчат они, и только стук стихает,
   все глуше, непристойный, он звучит,
   в труде напрасном зло изнемогает,
   отрадно понимать сие, и стыд
  
   их обнаружится под синим небом,
   и ярость пропадет тогда, и пыл,
   и будет наказание, и хлебом
   питаться будут черным, словно ил.
  
   _ _
  
   Мне приснилось, что я возвращаюсь в то время,
   что не поздно исправить, что есть слова,
   и я все объясню, и нездешние тени
   вмиг развеются, пришлые, как года,
  
   как их зной и мороз, и теченье пустое,
   стук и грохот, и свист неземного сверла,
   и подскажет мне кто-то решенье простое,
   и не будет проклятий и дикого зла..
  
   Словно не было их никогда ведь под небом,
   след их будет изглажен как та же тень,
   и весь мир оживет, и ошибки нелепой,
   повернувшей пространство, не будет, и день
  
   станет жарким, растают те звуки лихие,
   что наполнили это пространство давно,
   так я думаю.. Мне так ведь ясно снилось,
   что мы вместе идем по тропинке, но зло,
  
   как прошедшее время, жестоко, привычно
   для иных, незнакомых с моею мечтой,
   раздается их стук, странный и необычный,
   раздаются их крики, и снова с тобой
  
   разлучить удалось.. И они торжествуют
   в своих нищих кварталах, в высотных домах,
   но, как звери, они приближение чуют..
   приближается наша, - лишь наша - весна.
  
   И настанет пора - эти звуки умолкнут,
   эти дикие годы как сон пройдут,
   и мы будем как прежде в собственном доме,
   вспомнить все нужно здесь, среди этих минут.
  
  
   Вокруг нас мир
  
   И в городе, на перекрестках
   захлебывался в кепке шут,
   как некий странный переросток,
   стучащий в доме, так идут
  
   по улице другие люди,
   а у подъезда - снова он,
   и чувствует себя он чудно,
   как бы хозяин и как сон.
  
   А иногда стучал в квартире,
   что занял он в один из дней,
   стучал как молот, даже шире,
   как некий дятел сред ветвей.
  
   Все это, видимо, возникло
   когда расстались мы с тобой,
   теперь как будто все поникло -
   цветы, деревья, даже дом
  
   глядит так грустно и печально,
   его тревожит странный сон,
   как будто он был тоже тайно
   в то лето лишь в тебя влюблен..
  
   Другой я помню город - лето,
   и тополя, и солнца свет,
   о, Боже, как же мы нелепо
   расстались.. словно бы сюжет
  
   влюбленности прекрасной, чудной,
   враг повернул куда-то вспять..
   И верится сегодня трудно,
   и можно только лишь мечтать..
  
  
  
   Очарованный мир
  
   И мир был полон состраданья,
   Как будто осень к нам была
   Добра, и этого признанья,
   Она, как ты, давно ждала.
  
   И запомнил это небо,
   И эти в синем облака,
   Мою мечту, и воздух нежный,
   Людей фигуры, и всегда
  
   Они со мной теперь, как будто
   Я заразился светлым днем,
   Но иногда бывает трудно
   И одиноко под дождем,
  
   И под зонтом давно уж пусто,
   Как в этом городе и снах,
   Тех, что приходят безыскусно,
   Как та же странная весна.
  
   И бледный лед уже растаял,
   И в лужах - талая вода,
   И возвращаюсь я, и память
   Подскажет нужные слова.
  
   Среди домов тех незнакомых
   Мы встретимся еще, судьба
   Бывает все же благосклонной,
   Такой понятной, и весьма
  
   Наполнен день и воздух светом,
   Как продолженье бытия,
   И так же тихо, будто снегом
   Занесены дома, и я
  
   Иду, и город панорамой
   Развертывается уже,
   И утром тихим, утром ранним
   Мы встретимся на рубеже
  
   Миров - обычного и чуда,
   И очарованных мечты
   Покажутся одной минутой,
   Мгновением, и будто жизнь,
  
   Обнимешь ты, и в это время
   Пойму я, что любил всегда,
   И словно бы стихотворенье
   К нам развернется та судьба.
  
  
   Предсказатели
  
   Все наперед они видели, будто
   Был прозорливый им близок бес,
   И расписали они по минутам
   Нашу судьбу, и движенье небес.
  
   Все, что увидели и предсказали,
   Нам напророчив свою тоску,
   Будто на карте полос магистралей
   Та паутина, и снова в плену
  
   Стереотипов и представлений,
   Своего опыта, что дорог им,
   И наш прекрасный город осенний
   Был им так чужд, непредсказан и дик.
  
   Как удивлялись они рассвету
   Нашей любви, словно бы она
   Была такой неестественной, грешной,
   Как и их жизнь и работа одна.
  
   В сети свои они души ловили,
   И как посмели мы убежать
   От их заклятий, они не забыли,
   Смутная зависть к любви, мечтать
  
   Здесь не позволено, и о рассвете
   Здесь не поют, но тоска и сон
   Все же не вечны, я знаю, где-то
   Сумрак прорвется, печаль и стон
  
   Как облака убегут весною,
   И предсказания глупые их
   схлынут пред новой, прекрасной зарею,
   где шум тревожный давно уж стих.
  
  
   В городе
  
   Молчали они, и тревожно
   Все так озирались вокруг,
   Как будто им страх невозможный
   Туманом застил взор, и глуп
  
   Был этот их страх туманный,
   И скучен, как та весна,
   И в доме безлюдном и странном
   Я гостем был, там, где стена
  
   Украшена старым плакатом,
   Пришедшим из древних времен,
   И не было там закатов,
   И не был никто влюблен.
  
   И не было там объясненья
   Напрасному страху, увы,
   Там гордость до самозабвенья
   Людей доводила простых.
  
  
   На выставке картин
  
   О чем писать? говорить - не умею,
   очаровать не умею тебя,
   вижу - прохожий идет по аллее,
   в городе тают снега ото дня.
  
   мимо плывут неземные зданья,
   словно в каком-то непонятом сне,
   и безыскусны слова признанья,
   ты уже слышала, верно, их, мне
  
   ты ответишь, что это все было
   и повтоилось теперь как встарь,
   сценой иль фразой из старого фильма,
   снегом, что молча покрыл февраль.
  
   Что же останется мне? только слово,
   воспоминанье о светлом дне,
   эти картины без жанра, простое
   жизни теченье, так тает снег..
  
   Ты не заметила этого счастья,
   ты далеко от него, и в снах
   даже не видишь его, безучастна
   к жизни моей.. а была ведь весна,
  
   и пониманье, и странный трепет,
   твои ресницы и солнца след,
   и возвратиться мне к ней хотелось,
   но проплывал мимо тот рассвет..
  
   Как проплывали картины в зале
   из галереи, и только во сне
   мы с тобой молча, увы, встречались,
   там я не понял нелепых бед,
  
   странных забот неприкаянной жизни,
   там, где не ждут твоего звонка,
   там ты живешь и еще там непризнан
   этот сюжет, эта наша мечта.
  
  
   _ _
  
   Вечером поздним на улице тихой
   мало прохожих, как будто в сон
   все погрузилось уже, и дикий
   крик не звучит, будто город влюблен
  
   и дорожит своим чувством - внове
   это мгновение светлой весны,
   где-то в домах говорят, и слово
   мне уже слышно, знакомо, прости,
  
   что я тебя не привел в эту вечность,
   что я молчал, - говорила ты,
   эту счастливую дней безпечность,
   путь под луною, и звезды, и сны.
  
   И колдовство необычное, злое,
   что окружало тебя тогда,
   я не разрушил своей зарею,
   не возразил и не спорил, - мечтал,
  
   молча смотрел на тебя, и тени,
   верно, смеялись над этим во тьме,
   о, я, наверное, был несмелым, -
   так показалось тогда тебе.
  
   Вечером поздним пришли мы к дому,
   снег таял молча, и город стыл,
   в том одиночестве, мне знакомом,
   рядом с тобою тогда я был.
  
   Но я увижу - и будут люди
   на этих улицах, в городе сна,
   ты улыбнешься мне, будто бы чудо,
   все объяснив, как иная весна.
  
  
   Поселенные
  
   И вновь зазвучали их глупые песни,
   пустые и вдаль уходящие там,
   где их поселили, они в этом треске
   и шуме, и гаме, все так же стучат.
  
   И так выражают себя, будто люди
   давно им и страшно чужды, далеки,
   от страха бегут так они, но о чуде
   уже не мечтают, и даже стихи
  
   они уж не помнят, лишь какофония
   мила им, и вот, оглушив вновь себя,
   тем стуком слепым, они пробуют силы
   в своих оскорблениях, люто стучат,
  
   как бы в барабаны, и в гневе нелепом
   под музыку страшную прыгают как,
   ну, скажем, животные, впрочем, под небом
   животные так не ведут ведь себя, этот страх,
  
   свой гнев они звуком лихим укрывают,
   и нас заставляют прислушаться к ним,
   к тем танцам своим, что наутро растают,
   растают как гарь, как нелепейший дым.
  
   Я знаю - умолкнут удары лихие,
   их время растает как воск на свече,
   раскаются тысячу раз, что забыли
   они о Создателе и обо мне.
  
  
   _ _
  
   Я помню одинокое кафе,
   где раздавался гулко каждый шаг,
   квартиру на последнем этаже,
   весенний трепет солнечный в стихах.
  
   Я помню, что другим я был тогда,
   я счастлив был тогда, быстрее ветра
   я шел по городу, и вдаль, туда,
   куда вели толково километры.
  
   И умолкал послушно каждый звук,
   и молча покорялся моей воле,
   и дикий там не бесновался стук,
   и было все там мне знакомо.
  
   В краю бездарных, глупых и глухих
   тогда я не был, и печаль далече,
   я пестовал тогда прекрасный стих,
   и думал я о будущем безпечно.
  
   Прошло то время быстро, как вода
   весной идет, но вечером я помню
   его приметы верные, всегда
   я в нем как будто свой, не посторонний.
  
  
   _ _
  
   Все глуше нелепые звуки,
   знамена неопытной тьмы,
   я помню - ты знала, что руки
   все ж будут соединены.
  
   И свист пропадет как морок,
   растает весенним днем,
   а так это будет скоро,
   как в город с тобой придем.
  
   Придем мы сюда однажды,
   и бросят они свой хлам,
   и стыд воспомянет каждый,
   кто яро сверлил и стучал.
  
   Напрасен их труд нелепый
   и нам незнакомый, чужой,
   они днем не видят неба
   и низко сгибаются вновь,
  
   трясясь над своим богатством,
   неправедным и скупым,
   но в прошлое не возвратятся
   они, и развеется дым
  
   словес их и дел под небом,
   как тонкий весенний лед,
   растает, и нас заметят
   они вот-вот в этот год.
  
  
   "Труженики"
  
   Мне кажется, годы лихие
   уже миновали здесь,
   и только какофония
   о них нам напомнит как весть..
  
   и только сверла свист лютый,
   удары чужие о дверь,
   случавшиеся поминутно,
   в их распоряженьи теперь.
  
   О, Боже, какая досада -
   учили другому их,
   в других городах и странах,
   не знавших о чуде, где лих
  
   их субботний вечер,
   где пьют они и кричат,
   оттуда пришли они в вечный
   наш свет, и теперь стучат
  
   и сверлят в воскресный день люто,
   как будто они - свои
   в России, но будет минута,
   когда эти странные дни
  
   мы вспомним с тобой, и люди
   покажутся так далеки,
   и те. что кричали, забудут
   слова и свои трудодни.
  
  
   Нежданно - негаданно
  
   Как ушедшие в свет иногда вспоминают.
   о своей земной жизни, вот так же и я
   вспоминаю тебя, хоть давно ты - чужая
   и проходишь в тени непривычного дня.
  
   За прозрачным стеклом эта жизнь проплывает,
   но преграды сильнее в моем мире нет,
   как отраду, тебя я сейчас вспоминаю,
   как июльский и ясный рассвет.
  
   Но о встрече мне думать заказано, гулко
   и тревожно в том городе, где весна
   мимо по площадям и глухим переулкам
   убегает, и желтая светит луна.
  
   "И о чем это вы?" - притворившись нелепо,
   меня спросит пленивший тебя чародей,
   что купил это время как будто, уверенный, -
   ничего не изменится в мире людей.
  
   Даже если мы встретимся, если минута
   золотая как солнечный радостный луч
   пробежит между нами, и это чудо
   оскорбить может он и, увы, обмануть.
  
   И потянется день, преисполненный фальши
   и обмана, который как будто бы лед
   между нами, и ты повернешься, и дальше
   и в тени.. но однажды вернется, придет
  
   наше время, когда ты не знала несчастья,
   что сейчас окружает тебя, как он,
   и от чар неземных ты очнешься однажды,
   улыбнешься, - развеется сон.
  
   Одна разгадка
  
   Я помню только комнату и стол,
   И желтый свет над ним..
  
  
   Мы разгадаем однажды сны,
   жизни запутанные пороги,
   встретиться мы все же были должны,
   вспомнить о вере, о Боге.
  
   Вспомнить о жизни прекрасной своей,
   о молодом том лете,
   когда в потоке июньских дней
   мы улыбались свету.
  
   Мы пели песни, и от вина
   так голова кружилась,
   словно о счастии напоминал
   мне этот сон, мне снилось,
  
   что все разгадано, и суждено
   встретиться нам в том мире,
   где тополя шелестели, но
   была и иная сила -
  
   те, кто завидовал нам, кто знал,
   что разлучит нас на время,
   нервно смеялся и предвкушал,
   что он поселит семя
  
   тли и сомнений, - но это лишь сон,
   яростный ветер в спину,
   и я все так же молод, влюблен,
   и город я не покину.
  
  
   В такой день
  
   Все светлее и ярче солнце
   и бежит талая вода,
   помню я - что весна вернется,
   когда встретимся мы, когда
  
   убегут и замолкнут звуки,
   шум утихнет, и средь тополей
   наши соприкоснутся руки,
   словно тени от быстрых ветвей..
  
   И тогда сон земной растает,
   и очнусь, и тебя найду,
   я не просто об этом мечтаю,
   знаю я - что однажды приду.
  
  
   В тени дорог
  
   В тени дорог сей лютый зверь встречается,
   Перебирает жадно ассигнации,
   Он очень лютый, очень даже яростный,
   Почти не знает слова он "пожалуйста".
  
   И оскорбив своею бранью лютою,
   В довольстве и тепле, он снова радостен,
   И дни его, все с каждою минутою,
   Становятся богаче, он же - яростней.
  
   И словно краски поменял местами он,
   И словно мир обманутый вращается
   Вокруг него, и в жажде только золота
   Его мечта вдали осуществляется.
  
   Он не был никогда в моем отечестве,
   И в городе моем его ведь не было,
   Но вот проявлен в яростной безпечности,
   Слюною брызжет до самозабвения.
  
   Он оскорбил меня.. И это очевидное
   Его проклятье будто тень оконная,
   И в этом дне мне дурно, и не видно
   Дороги светлой, все им очаровано.
  
   Как торжествует он в минуту темную,
   Они - чужие мне давно, и в сумраке
   Их след растает, и лишь место мокрое
   Останется от лютого и глупого.
  
  
   Послезавтра
  
   Я думаю, утром все будет иначе,
   Развеется странное их колдовство,
   И музыка дикая, и то, как те скачут
   Под музыку эту, растает, и дно
  
   Обнажится, проклятья лихие
   И их обещания стают как лед,
   Ты ставни откроешь, и солнце в России
   Взойдет, как всегда это было, взойдет.
  
   Богатство неправедное, им кичились
   И хвастались друг перед другом они, -
   К корыту разбитому вновь возвратились,
   И лишь проклинают свои они дни,
  
   Лишь солнечный луч обещает мне слово
   Прекрасное, чудное, как рассвет,
   И сумрак развеется, - будем мы снова,
   Вновь счастливы вместе - на много лет.

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"