Петраков Игорь Александрович: другие произведения.

Комментарий к роману "Мастер и Маргарита", ознакомительный фрагмент

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Часть моего комментария к "Мастеру и Маргарите". Включает введение, главу "Сатирическое изображение действительности в московских главах" и собственно комментарий к главам 1-2.


Омский государственный педагогический университет

Игорь Петраков

КОММЕНТАРИЙ

К роману Михаила Булгакова

"Мастер и Маргарита"

На правах рукописи

Ознакомительный фрагмент

  
   ВВЕДЕНИЕ
   Мы знаем только маленькую часть природы, только маленькую частичку этой непонятной, неясной, всеобъемлющей загадки, и все, что мы знаем, мы знаем благодаря мечтам мечтателей фантазеров и ученых поэтов.
   В.И.Вернадский
  
   Раскрывая страницы "Комментария" к одному из самых известных и значительных романов двадцатого века, романов, с достаточной полнотой характеризующих время его создания и актуальные для него сюжеты, читатель, смеем предположить, ожидает рассказа о самых основах романа, природе его увлекательности и ярких характеристик его главных героев. Все это, безусловно, можно обнаружить в данном исследовании. Прежде всего задача исследования была в том, чтобы дать полный, достоверный, подробный, глубокий, но в то же время по возможности доступный комментарий к роману Михаила Булгакова. На мой взгляд, удалось представить в данном исследовании все важные гипотезы отечественного булгаковедения и в лапидарном виде передать их суть. Кроме того, комментарий стал возможностью высказать наши собственные наблюдения
   В своем исследовании мы учитываем то, что роман М.Булгакова воплощает представление автора о действительности 20 - 30 годов прошлого века. В свете этого представляется важной мысль о необходимости воссоздания или реконструкции ряда представлений того времени - как общих - философских, политических, общественно-идеологических, так и конкретных - предметных.
   Наши современники, к сожалению, чаще всего пытаются включить роман в контекст десакрализации всего советского, представляя Булгакова чуть ли не как борца с режимом. Здесь необходимо сделать пояснение: хотя некоторые моменты произведений Булгакова "были оппозиционны существующему строю", он все же воспринимал власть советов как исторически обусловленную, и не собирался покидать Советскую Россию надолго.
   Он жил в Советском союзе, вступал в Союз советских писателей, бывал в Коктебеле, в Крыму, в Ленинграде, то есть не был ограничен в передвижениях внутри страны. Писал письма советскому правительству, искренне надеялся на понимание и даже несколько идеализировал тех, кто стоял в то время у власти.
   Нужно сказать, что известен очень неплохой Комментарий к роману Ирины Белобровцевой и Светланы Кульюс, "Путеводитель по роману "Мастер и Маргарита"" Г.Лесскиса и К.Атаровой. В этих исследованиях роман часто трактовался как произведение, ведущие читателя в глубины мистики, оккультизма. "Писатель всегда ответственен за свое слово. В этом смысле рукописи действительно не горят. Вину же Булгакова отяжеляет и то, что он знал и Священную историю, и Писание, так как родился и вырос в семье профессора Киевской Духовной Академии", -пишет, в частности, уже Ирина Репьева.
   Но роман Булгакова - литературное произведение, со своими образами, со своим сюжетом, который, к слову сказать, не противоречит Евангельскому, произведение, образы которого заставляют задуматься. В двадцатые и тридцатые годы вместо Отцов Церкви и житий святых печатались Ницше, Вагнер, Дарвин, мистика, - и нужно признать, что роман Булгакова не похож и не является частью ни одной из этих традиций.
   Часто критические, исследовательские работы о творчестве М.А.Булгакова, в частности, о романе "Мастер и Маргарита", были откровенно слабы. Они поднимали поврхностный пласт литературного произведения, никак не затрагивая его нерва, так сказать, его глубин. Таково, напр., исследование Мурада Булатова "Нравственно-философская концепция романа М. А. Булгакова "Мастер и Маргарита". Впрочем, и в этих исследованиях мы можем собрать драгоценные крупицы наблюдений.
   Н.Звезданов утверждает, что роман "Мастер и Маргарита" вобрал часть культурно-исторической и философской памяти человечества. В нем, по предположению исследователя, соседствует мениппея, средневековая мистерия и модернистский гротеск. "Ершалаимские" главы разворачиваются "на фоне" современности.
   По замечанию Ежи Фарино, "Мастер и Маргарита" -- роман о становлении романа, а еще точнее: о формах и способах существования сюжета" ( М.Амусин ).
   Начинается "Мастер и Маргарита" традиционно: встреча двух литераторов, появление непрошеного гостя столицы. Вторая глава представляет собой уже р а с с к а з Воланда о событиях, которые происходили в Ершалаиме, - далеко во времени и пространстве. Но вторая глава настолько при этом убедительна и сильна, что у читателя формируется ощущение того, что все описанное здесь - настоящее. Рассказ Воланда занимает и как бы очаровывает литераторов. Иван Бездомный не сбрасывает эти чары, и во время погони за "консультантом", в Грибоедове, и даже в психиатрической больнице ведет себя странно. И только постепенно он успокаивается, однако до финала романа он думает об иностранном консультанте, о Мастере и о его возлюбленной.
   Герой появляется только в тринадцатой главе. Героиня - во второй части романа.
   Роман "Мастер и Маргарита" - это не обычный апокриф, хотя именно как таковой роман трактовали ортодоксальные критики. В романе находили черты "автоского честолюбия" и "возбужденного воображения" ("Новый энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона" ), свойственные апокрифическим сочинениям, то, что героем его становится Пилат, как и в некоторых апокрифах.
   В критике нередко встречается представление о романе "Мастер и Маргарита" как о романе загадок, - "Булгаковский роман неоднократно даже опытными и высоквалифицированными читателями признавался и запутанным, и развлекательным, - пишет Баррат, - предлагающим столько ключей к пониманию, что неизбежно обречена ( ? - И.П. ) любая интенция распутать его значение" ( цит. по И.Белобровцева, С.Кульюс, 2007, 79 ). Задача нашего исследования, - напротив, доказать, что в романе нет "темных" мест и его можно прочитать в ключе единого и поятного сюжета.
   Недомолвки и ошибки свойственны скорее нынешнему булгаковедению, не сумевшему прочитать "Мастера и Маргариту" как собственно роман. Отсюда - интригующие и в то же время наивные названия работ: "Криптография романа "Мастер и Маргарита" Михаила Булгакова" и "Ключи даны: шифры Михаила Булгакова" ( Галинская, 1986 и 1989 ), "13 загадок Михаила Булгакова" ( Паршин, 1991 ), "О тайнописи в романе "Мастер и Маргарита" ( Ржевский, 1990 ), "Тайнодействие в "Мастере и Маргарите" ( Кораблев, 1991 ).
   В романе находят чудесные появления людей, молниеносные пространственные перемещения персонажей, превращения в животных ( боров ) и в людей ( Бегемот ), воскрешения, чудодейственные мази и напитки, и даже "черную мессу".
   Роман М.А. Булгакова "Мастер и Маргарита", по словам С.Драчевой, признан одним из самых спорных произведений мировой литературы. Задача данного исследования - сопоставить самые "авторитетные" мнения и гипотезы, дать их трезвую оценку с позиций современного литературоведения. Как отмечает Е.И. Диброва, филологическое прочтение произведения "состоит в том, чтобы его осмысление... открыло пути к наиболее глубинному пути его освоения".
   "Огромный вклад в изучение творческой биографии писателя внесли опубликованные дневники М.А. и Е.С. Булгаковых, Это же касается и воспоминаний Т.Н. Кисельгоф (Лаппа), Л.Е. Белозерской-Булгаковой", - пишет Елена Кузьминых в своей диссертации "Пространственно-временная символика раннего М.А. Булгакова в контексте прозы начала 1920-х годов". И эти важные публикации самым подробным образом рассматриваются в настоящем исследовании.
   "Булгаков вошел в литературу под знаком верности традиции", - утверждает О.Акатова, называя имена Пушкина, Гоголя, Толстого, Достоевского. Рассмотрение образов и мотивов романа в свете традиции русской литературы девятнадцатого и начала двадцатого века - еще одна из задач этого исследования.
   И еще одна задача - рассмотрение "Мастера и Маргарита" как жанровой уники, то есть уникального романа двадцатого века, оказавшего влияние на формирование жанра современного романа. Благодаря роману М.Булгакова жанр романа принял современную форму, с многоплановой композицией, подчиненной философско-этической концепции романа ( наблюдение И.Бэлзы ). В самом деле, в романе есть "три сюжетных потока" - приключения Воланда в Москве тридцатых годов, Евангельский сюжет, и история любви героев романа. Ни одним из них нельзя пренебречь, все они по -своему важны, хотя похожи больше не на историческое повествование, а на фантазию, сказку. В романе Булгакова "в отличие от исторического повествования полное и постоянное сходство не только не требуется, но и не допускается. Любая связь оказывается лишь частичной и мимолетноскользящей, несет в себе не прямое уподобление и приравнивание, а ассоциацию" ( Б.Гаспаров ).
  
  
  
   ВРЕМЯ СОЗДАНИЯ РОМАНА
  
   Перед Вами - летопись создания романа "Мастер и Маргарита" в соотнесенности его с биографией писателя, подготовленная на основе биографий Булгакова разных исследователей. Среди прочего взята биография из книги серии "Школа классики". Как представляется, получилась небезынтересная картина, которая характеризует именно время создания романа в жизни писателя.
  
  
   1928, вторая половина Начало работы над романом.
   11 декабря Премьера спектакля "Багровый остров".
  
   1929, 28 февраля Знакомство с Еленой Сергеевной Шиловской, будущей женой.
   6 марта Опубликовано постановление Главреперткома о снятии всех пьес Булгакова.
   17 марта Последнее представление "Зойкиной квартиры".
   май Булгаков рассказывает Е.С.Шиловской замысел первых глав романа.."Вечер на Патриарших прудах в полнолуние. "Представь, сидят, как мы сейчас, на скамейке два литератора..." Он рассказал ей завязку будущей книги, а потом повел в какую-то странную квартиру, тут же, на Патриарших" ( Воспоминания, 1988, 413 )
   8 мая Булгаков посылает в альманах "Недра", издаваемый Н.С.Ангарским ( Клюевым ), небольшой отрывок "Мания фурибунда" с подзаголовком "Глава из романа "Копыто инженера"" - за подписью "К.Тугай". В этой главе описывалось появление Иванушки "у Грибоедова", затем - сцена в психиатрической больнице и бегство из нее Иванушки
   июль Булгаков пишет письмо Сталину с рассказом о своем трудном положении и просьбой о выезде из страны. 30 июля 1929 года Булгаков обратился с первым официальным заявлением "наверх", - И. В. Сталину, М. И. Калинину, А. И. Свидерскому и А. М. Горькому, в котором "подвел совершенно неутешительные для себя итоги первого десятилетия своего литературного труда, ставшего практически невозможным в Советском союзе после запрета всех его пьес, и попросил разрешения на выезд вместе с женой за границу" ( А.Нинов, 2006 ).
   3 сентября Письмо А.С.Енукидзе и Горькому с просьбой о помощи в выезде.
   Сентябрь -- работа над неоконченной повестью "Тайному другу", обращенной к Е. С. Шиловской. Впоследствии эта повесть послужила основой для "Театрального романа", став как бы его первой редакцией.
   2 октября -- подает заявление о выходе из Всероссийского Союза писателей.
   осень Начало работы над пьесой о Мольере.
   14 октября - дирекция МХАТа расторгает договор с Булгаковым на постановку пьесы "Бег" и требует вернуть аванс.
   6 декабря Завершение работы над рукописью первой редакции пьесы "Кабала святош". Перепечатка и чтение пьесы "Кабала святош" Булгаковым на своей квартире и на квартире Н. Н. Лямина.
  
   1930 11 января Булгаков читает пьесу "Мольер" в Драмсоюзе
   19 января -- рассказывает о содержании пьесы "Кабала святош" на совещании литературно-репертуарного комитета МХАТа.
   начало февраля -- встречи Булгакова с писателями Е. И. Замятиным и Б.А.Пильняком.
   11 февраля -- чтение Булгаковым пьесы "Кабала святош" (второе название -- "Мольер") в Драмсоюзе.
   18 марта Получение из Главреперткома известия о запрещении пьесы "Мольер".
   28 марта Булгаков пишет письмо правительству. "Я обращаюсь к гуманности Советской власти и прошу меня, писателя, который не может быть полезен у себя в отечестве, великодушно отпустить на свободу". Но ни великодушия, ни гуманности у власть предержащих писатель не нашел. "Мы можем сегодня понять и простить резкость тона М. Булгакова-- вынужденную резкость человека, доведенного до последней крайности, но мы не можем не видеть в нем стремления служить родине", - писал С.Ляндрес, очевидно, имевший в виду наивные письма Булгакова к советскому правительству. "В конце марта 1930 года, во время диктовки письма правительству , автор .. уничтожил - сжег в печке - черновые рукописи будущего "Мастера и Маргариты" ( М.Чудакова, 2006 ), сжигает часть рукописей романа "Театр" и пьесы "Блаженство".
   3 апреля - получает предложение поступить на должность консультанта в Театр рабочей молодежи (ТРАМ).
   12 апреля - резолюция Г. Г. Ягоды на письме Булгакова: "Надо дать возможность работать, где он хочет".
  -- 18 апреля Сталин звонит Булгакову. По словам М.Чудаковой, Сталин сказал: "Нам бы нужно встретиться, поговорить с вами". "Этот биографический мотив ожидания второго, "настоящего" разговора, - пишет М.Чудакова, - претворится в творчестве Булгакова всех последующих лет". Об этой же возможности пишет А.Смелянский. "Если эта ассоциация верна, - замечает Г.Лесскис, - то в современность надо перенести то немногое, что успел сказать Пилату Иешуа о нем: " .. беда в том, что ты слишком замкнут и потерял веру в людей .. твоя жизнь скудна, игемон".
   "Разговор по телефону между вождем и писателем, можно сказать, на первых порах окрылил Михаила Булгакова. И тогда у него могло появиться желание вернуться к прежнему роману и написать его именно для И.В. Сталина, зашифровав многие события, пред ставив их в иносказательной, сатирической форме. Булгаков, по-видимому, думал и хотел, чтобы Сталин, прочитав его роман, увидел таинственную двусмысленность и попробовал расшифровать его загадочные сюжеты" ( Е.Астахин, 2008 ).
   10 мая Булгаков принят на работу во МХАТ ассистентом режиссера.
   14 июля - 3 августа -- поездка Булгакова с ТРАМом (Театр рабочей молодежи) в Крым, в Мисхор.
   Октябрь - поездка Булгакова в Ленинград, встреча с руководством Красного театра.
   28 декабря - Булгаков пишет стихотворный отрывок "Funerailles".
   Декабрь -- начало января 1931 г. -- встреча Булгакова с Е. С. Шиловской в подмосковном доме отдыха, начало работы над пьесой "Адам и Ева".
  
   1931 25 февраля - Булгаков на долгий срок расстается с Е. С. Шиловской.
   15 марта - Булгаков увольняется из ТРАМа по собственному желанию.
   31 мая Булгаков пишет письмо Сталину с просьбой о заграничном отпуске. В архиве писателя сохранился след одного из подступов к письму -- набросок с двумя эпиграфами из Некрасова: "О муза! Наша песня спета...", "И музе возвращу я голос, / И вновь блаженные часы / Ты обретешь, сбирая колос / С своей несжатой полосы". Письмо остается без ответа. После отказа в заграничной поездке писатель пребывал не в самом радужном расположении духа, о чем свидетельствует донесение осведомителя Народного комиссариата внутренних дел: "Меня страшно обидел отказ в прошлом году в визе за границу. Меня определенно травят до сих пор. Я хотел начать снова работу в литературе большой книгой заграничных очерков. Я просто боюсь выступать сейчас с советским романом или повестью. Если это будет вещь не оптимистическая -- меня обвинят в том, что я держусь какой-то враждебной позиции. Если это будет вещь бодрая -- меня сейчас же обвинят в приспособленчестве и не поверят. Поэтому я хотел начать с заграничной книги -- она была бы тем мостом, по которому мне надо шагать в литературу. Меня не пустили. В этом я вижу недоверие ко мне как к мелкому мошеннику" ( цит. по Б.Соколов, 2006 ).
   лето Работа над пьесой "Адам и Ева" и "Мольером".
   Июль - Булгаков проводит 12 дней на даче Н. А. Венкстерн в Зубцове на берегу Волги. Начинает работать над поправками к пьесе "Кабала святош" и пьесой "Адам и Ева" для Красного театра и Театра имени Вахтангова.
   22 августа Завершение работы над пьесой "Адам и Ева". Чтение пьесы в театре им. Вахтангова. Пьеса не принята.
   30 сентября - Булгаков направляет А. М. Горькому исправленный по замечаниям Главреперткома экземпляр пьесы " Мольер", названной так, поскольку, как сообщает он в сопроводительном письме, "предложено заменить название "Кабала святош" другим".
   3 октября. Разрешение Главреперткомом пьесы "Мольер".
   12 октября - подписан договор на постановку "Мольера" с БДТ.
   15 октября - подписан договор на постановку "Мольера" с МХАТом.
   сентябрь - начало ноября - продолжение работы Булгакова над "Кабалой святош", "Адамом и Евой"
   12 ноября - письмо А. М. Горького И. В. Сталину, содержащее высокую оценку творчества Булгакова.
   14 ноября -- участвует в проводах Е. И. Замятина и его жены, Л. Н. Замятиной, отъезжающих за границу
   19 ноября - решение художественно-политического совета БДТ о нецелесообразности постановки пьесы "Мольер".
  
   1932 январь Решение о возобновлении "Дней Турбиных" во МХАТе.
   18 февраля Премьера спектакля.
   25 февраля -- Булгаков завершил работу над инсценировкой "Войны и мира" и 27 февраля отослал ее в Ленинград в Большой драматический театр. Постановка ни там, ни в художественном театре не была осуществлена, свидетельствует Б.Соколов.
   11 июля Договор на книгу о Мольере из серии "ЖЗЛ".
   лето Работа над книгой о Мольере.
   Август - новая встреча М. А. Булгакова и Е. С. Шиловской.
   1 октября - публикация в вечернем выпуске "Красной газеты" отрывка из пьесы "Бег" ("Сон седьмой")
   3 октября развод с Л.Е.Белозерской.
   4 октября Булгаков и Е.С.Шиловская вступают в брак.
   октябрь Возобновление работы над романом "Мастер и Маргарита".
   конец октября -- переезд Е. С. Булгаковой с младшим сыном Сергеем в квартиру Булгакова на Большой Пироговской улице.
   18 ноября -- Булгаков заканчивает пьесу "Полоумный Журден". Ее постановка не была осуществлена
  
   1933 зима Работа над книгой о Мольере.
   28 февраля -- премьера пьесы "Комедианты господина Мольера" в театре русской драмы в Риге.
   март - Булгаков присутствует на вечере, устроенном в его честь британским подданным Сиднеем Бенабу, находящемся в Москве по делам Главконцескома. В связи с этим особый отдел ОГПУ, подозревавший Бенабу в сотрудничестве с британской разведкой, 25 мая запросил секретно-политический отдел, "имеются ли у Вас какие-либо компрометирующие сведения о БУЛГАКОВЕ, его связи и окружении, а также не является ли он Вашим секретным сотрудником".
   7 апреля - отрицательный отзыв редактора "ЖЗЛ" А. Н. Тихонова (Сереброва) на биографию "Мольер".
   12 апреля - Булгаков направляет ответ на отзыв А. Н. Тихонова с отказом переделывать мольеровскую биографию.
   май Начало работы над пьесой "Блаженство"
   17 мая - Булгаков заканчивает "Дополнение" к экспозиции сценария "Похождения Чичикова". Вместе с женой заполняет анкеты для получения загранпаспортов.
   18 мая - подписан договор с Ленинградским мюзик-холлом на пьесу "Блаженство".
   Июнь - Булгаков возобновляет работу над пьесой "Бег" в связи с появляющейся перспективой ее постановки во МХАТе.
   лето Работа над новой редакцией пьесы "Бег".
   17-23 августа - поездка Булгакова с женой в Киев. Переговоры о постановке "Мольера" в Театре русской драмы и о киносценарии "Ревизор"
   1 сентября - Е.С. Булгакова начинает вести дневник
   сентябрь Первые читки романа. Среди слушателей - А.Ахматова, В.Вересаев.
   Октябрь -- Булгаков пишет ответы на вопросы анкеты "Литературного наследства" о М. Е. Салтыкове-Щедрине.
   24 октября - Булгаков завершает работу над второй редакцией киносценария "Ревизор"
   29 ноября Исключение дирекцией МХАТа пьесы "Бег" из планов работы театра.
   8 декабря -- Булгаков делает наброски к пьесе "Блаженство" с вариантами названий: "Грезы Рейна", "Рейн грезит" и "Острова блаженные".
  
   1934 январь Возобновление работы над романом "Мастер и Маргарита".
   18 февраля -- Булгаковы переезжают в квартиру в кооперативном писательском доме по адресу: Нащокинский переулок (позднее улица Дмитрия Фурманова), 3, кв. 44.
   Февраль -- встречи Булгакова с А. А. Ахматовой, приехавшей из Ленинграда.
   23 марта - подписан договор на пьесу "Блаженство" с Театром сатиры.
   апрель заявление А.Енукидзе с просьбой о двухмесячной заграничной поездке.
   май Писатель диктует Е.С.Булгаковой первую главу книги о заграничном путешествии, которое надеялся совершить.
   29 мая Булгаков подает заявление о приеме в Союз советских писателей.
   Июнь -- работа Булгакова над киносценарием "Похождения Чичикова".
   10 июня Булгаков пишет письмо Сталину. Ответа не было.
   20 июня Пятисотый спектакль "Дней Турбиных".
   12 июля Начало работы над новой редакцией романа "Мастер и Маргарита".
   август Работа над киносценарием по "Ревизору" Гоголя.
   осень Начало работы над пьесой о Пушкине. Продолжается работа над редакцией - с 10 по 21 сентября написано 45 рукописных страниц -- "отравление любовников, поджог дома, пожары в городе, полет над ним Маргариты -- на метле, и поэта (будущего Мастера) на плаще Азазелло, пережидание грозы в пустом Большом театре. 21 сентября начата была глава, описывающая последний ночной полет поэта и его подруги. Одновременно шла работа над киносценарием "Ревизора", который закончен был 15 октября -- почти одновременно с первой полной черновой редакцией романа" ( Е.С.Булгакова, Воспоминания, 1988, 402 ).
   9 октября - договор с Театром сатиры о переработке пьесы "Блаженство".
   октябрь Завершение работы над редакцией "Мастера и Маргариты". Переписка, с изменениями и дополнениями, некоторых глав романа.
   18 октября Булгаков предлагает В.Вересаеву писать вместе пьесу о Пушкине. Вересаев принимает предложение.
   9 ноября - Булгаков пишет варианты финальной сцены пьесы "Бег"
   ноябрь Работа над пьесой "Иван Васильевич".
   17 декабря Договор с театром им. Вахтангова на пьесу о Пушкине.
   27 декабря -- радиопремьера мхатовского спектакля "Пиквикский клуб' с участием М.Булгакова
  
   1935 январь Работа над киносценарием по "Ревизору"
   27 марта - завершение черновой редакции пьесы "Александр Пушкин".
   8 апреля -- Булгаков знакомится с поэтом Борисом Леонидовичем Пастернаком во время вечера на квартире драматурга Константина Андреевича Тренёва. Пастернак предлагает тост за Булгакова как за "незаконное явление" в советской литературе.
   13 апреля - Булгаков встречается с А. А. Ахматовой на квартире у О. Э. Мандельштама
   Весна-осень - переписка с Вересаевым по поводу пьесы о Пушкине.
   май Редактура пьесы "Зойкина квартира".
   10 мая - заканчивает новую редакцию пьесы "Зойкина квартира".
   2 - 18 июня Булгаков читает актерам театра им. Вахтангова пьесу о Пушкине.
   21 - 22 июня Переписка, с дополнениями и изменениями некоторых глав романа.
   30 сентября - Булгаков завершает работу над пьесой "Иван Васильевич".
   2 октября Булгаков читает пьесу "Иван Васильевич" актерам театра сатиры.
   октябрь Булгаков помогает А.Ахматовой в хлопотах по освобожению мужа и сына.
   5 ноября - Булгаков начинает работу над переводом пьесы Мольера "Скупой" ("Скряга").
   10 ноября - заключает договор на перевод пьесы "Скупой" с издательством "Academia".
   18 ноября - первая репетиция "Ивана Васильевича" в Театре сатиры
   декабрь Булгаков диктует перевод пьесы Мольера "Скупой".
  
   1936 6 января - Булгаков читает пьесу "Александр Пушкин" руководителям Большого театра - директору В. И. Мутных, заместителю директора Я. Л. Леонтьеву, а также дирижеру А. Ш. Мелик-Пашаеву и композитору Д.Д.Шостаковичу. Возникает мысль о создании оперы о Пушкине с булгаковским либретто и музыкой Шостаковича.
   16 января - завершает перевод пьесы Мольера "Скупой".
   6 февраля - у Булгакова возникает замысел пьесы о Сталине.
   16 февраля Премьера спектакля "Мольер" ( в автобиографии -"В 1936 году МХАТом была поставлена моя пьеса "Мольер" при моем участии в качестве режиссера-ассистента" )
   24 февраля - в мхатовской газете "Горьковец" появляются отрицательные отзывы о "Мольере" Афиногенова, Всеволода Иванова, Олеши и Грибкова
   9 марта 1936 г. появилась инспирированная Керженцевым статья в "Правде". Там говорилось, что драматург написал "реакционную", "фальшивую" и "негодную" пьесу, "извратив и опошлив" мольеровскую биографию и творчество. "Редакционная статья "Правды", - пишет Б.Соколов, - особо обрушилась на декорации спектакля, обвинив театр, что тот попытался скрыть реакционное содержание пьесы "блеском дорогой парчи, шелка, бархата и всякими побрякушками" ( Б.Соколов, 2006 ). В последние годы биография Булгакова, мягко говоря, не раз искажалась также в угоду конъюнктурным и меркантильным интересам "биографов". Так, в своем "опусе" А.Варламов не гнушается тем, что приписывает перу Булгакову то, что писатель на самом деле и не думал. Все это сделано в угоду текущему моменту, дабы угодить сильным мира сего, принять их стандарты. На место "социального заказа" пришел конъюнктурный заказ контркультуры.
   Вот как передавал слова Булгакова один из осведомителей в 1936 году: "Меня травят так, как никого и никогда не травили: сверху, снизу, с боков. Ведь мне официально не запретили ни одной пьесы, а всегда в театре появляется какой-то человек, который вдруг советует пьесу снять, и ее сразу снимают. А для того, чтобы придать этому характер объективности, натравливают на меня подставных лиц" ( цит. по А.Варламов, 2009 ).
   начало марта -- продолжение репетиций пьесы "Иван Васильевич" в Театре сатиры. Серия отрицательных рецензий в прессе на мхатовскую постановку "Мольера".
   16 марта -- публикация в газете "Советское искусство" интервью друга Булгакова артиста МХАТа М. М. Яншина "Поучительная неудача" с критикой постановки "Мольера". Разрыв отношений Булгакова с Яншиным.
   13 мая Генеральная репетиция спектакля "Иван Васильевич" в театре сатиры, спектакль не допущен к постановке.
   июнь Булгаков начинает последнюю тетрадь дополнений к роману "Мастер и Маргарита".
   16 июня - композитор Борис Владимирович Асафьев предлагает Булгакову написать либретто оперы "Минин и Пожарский".
   7 июля -- договор Булгакова с Большим театром на либретто оперы "Минин и Пожарский".
   27 июля -- Булгаков с женой уезжает в Синоп под Сухуми в Абхазии.
   Август -- продолжение работы над переводом "Виндзорских проказниц", в который решено включить также фрагменты пьесы "Генрих IV", приезд в Синоп режиссера МХАТа Н. М. Горчакова, пытавшегося уговорить Булгакова дописать две-три новые картины к пьесе "Мольер".
   14 сентября - предложение художественного руководителя Большого театра дирижера С. А. Самосуда Булгакову написать либретто оперы о боях на Перекопе в 1920 году.
   1 октября - Булгаков подписывает договоры о поступлении в Большой театр либреттистом-консультантом и о создании либретто оперы "Черное море" (на тему о Перекопе) для композитора С. И. Потоцкого.
   Октябрь -- ноябрь -- работа над либретто оперы "Черное море".
   26 ноября - Булгаков у себя дома читает два акта либретто "Минин и Пожарский" писателям Илье Ильфу и Евгению Петрову и драматургу Сергею Ермолинскому.
   Декабрь -- Е. С. Булгакова записывает устные шуточные булгаковские рассказы о Сталине и его приближенных.
  
   1937 зима Пьеса "Пушкин" запрещается. Работа над "Записками.. "
   Февраль - премьера спектакля "Зойкина квартира" в Париже
   7 апреля - вызов Булгакова в ЦК партии и его беседа с сотрудником ЦК А. И. Ангаровым о судьбах пьесы "Александр Пушкин" и либретто "Минин и Пожарский"
   апрель - май чтение глав из "Записок покойника" друзьям
   май Правка романа и читка. В мае 1937 года Елена Булгакова записывает в девнике: "Вечером у нас Вильямсы и Шебалин. М. А. читал первые главы своего романа о Христе.. Понравилось им безконечно, они просят, чтобы 11-го придти к ним и читать дальше". В том же месяце: "М. А. сидит и правит роман -- с самого начала" ( Дневник, 1990 ), "Вечером -- Ануся, Петя, Дмитриев. М. А. читал дальше роман. Дмитриев дремал на диване, а мы трое жадно слушали" ( там же ).
   Июнь -- июль -- Булгаков работает над либретто "Петр Великии".
   Вторая половина июля -- первая половина августа -- Булгаков с женой - на даче в Богунье под Житомиром на Украине по приглашению актера МХАТа В. А. Степуна. На обратном пути Булгаковы больше недели прожили в Киеве.
   сентябрь Правка пьесы "Бег"
   22 сентября - получает замечания главы Комитета по делам искусств П. М. Керженцева на либретто "Петр Великий".
   26 сентября - 1 октября - Булгаков правит вторую редакцию пьесы "Бег", экземпляр которой запросили в Комитет по делам искусств
   7 октября - Булгаков начинает работу над либретто оперы "1812 год".
   11 октября - актер и режиссер Театра им. Евг. Вахтангова А. И. Горюнов предлагает Булгакову сделать для вахтанговцев либо инсценировку "Дон Кихота" М. Сервантеса, либо пьесу об А. В. Суворове.
   23 октября 1937 г. Е. С. Булгакова отметила в дневнике: "У М. А. из-за всех этих дел по чужим и своим либретто начинает зреть мысль -- уити из Большого театра, выправить роман ("Мастер и Маргарита"), представить его наверх".
   3 декабря -- договор с Театром им. Евг. Вахтангова на инсценировку "Дон Кихота".
   14 декабря - Булгаков вызван к П. М. Керженцеву, который просил сделать поправки в либретто "Минин и Пожарский", а насчет инсценировки "Дон Кихота" сказал, что "надо сделать так, чтобы чувствовалась современная Испания".
  
   1938 1 января "Сегодня вечером были у Вильямсов, - вспоминала Е.С.Булгакова, - Был и Коля Эрдман. Просили М. А. принести роман -- почитать. М. А. читал "Дело было в Грибоедове" ( Дневник, 1990 ).
   зима Булгаков работает над романом, читает главы друзьям.
   29 января - Булгаков с женой присутствуют на первом исполнении Пятой симфонии Д. Д. Шостаковича в Московской консерватории.
   4 февраля -- Булгаков пишет письмо Сталину с просьбой облегчить положение Николая Робертовича Эрдмана, которому было запрещено жить в Москве. Письмо не имело последствий.
   март - апрель Весьма напряженная работа над романом
   8 апреля Булгаков читает свой роман. "Роман произвел сильное впечатление на всех. Было очень много ценных мыслей высказано Цейтлиным. Он как-то очень понял весь роман по этим главам. Особенно хвалили древние главы, поражались, как М. А. уводит властно в ту эпоху ( размышления об эпохе, ибо, по мнению А.Шестаковой, сюжет романа Булгакова не ограничен "земным" существованием его героев. Они достигают степени внеисторического бытия, где возможны встречи с их любимыми персонажами разных эпох ( то же - в пьесе Гр.Горина "Тот самый Мюнхгаузен" ) )" ( Дневник, 1990 ).
   23 мая Завершение редакции романа.
   май - июнь Перепечатка и правка романа.
   15 июня В письме Елене Сергеевне автор пишет о романе:
   "Передо мною 327 машинных страниц (около 22 глав). Если буду здоров, скоро переписка закончится. Останется самое важное - корректура авторская, большая, сложная, внимательная, возможно, с перепиской некоторых страниц. "Что будет?" Ты спрашиваешь? Не знаю. Вероятно, ты уложишь его в бюро или шкаф, где лежат убитые мои пьесы, и иногда будешь вспоминать о нем. Впрочем, мы не знаем нашего будущего" ( цит. по А.Варламов, 2009 ).
   25 июня -- 22 июля Булгаков уезжает в г. Лебедянь, где Е. С. Булгакова с сыном Сергеем живет с 26 мая в доме счетовода В. И. Андриевского.
   август Работа над инсценировкой "Дон Кихота"
   Август-ноябрь - переговоры мхатчиков с Булгаковым по поводу написания пьесы о Сталине.
   сентябрь Булгаков начинает работу над пьесой "Пастырь" ( "Батум" )
   4 сентября - чтение Булгаковым инсценировки "Дон Кихота", сначала друзьям, а позднее, в ночь на 5 сентября - пришедшим к нему домой актерам и режиссерам Театра им. Евг. Вахтангова.
   22 сентября - предложение руководства Большого театра Булгакову сделать либретто оперы по рассказу Ги де Мопассана "Мадмуазель Фифи" для композитора Исаака Осиповича Дунаевского.
   23 сентября -- начало работы Булгакова над либретто оперы по "Мадмуазель Фифи".
  
  
   1939 26 апреля - 14 мая Булгаков читает друзьям роман "Мастер и Маргарита" ( "Весной 1939 года Михаил Афанасьевич прочитал нам (А. М. Файко с женой, П. А. Маркову и мне), в четыре приема, целиком весь свой роман "Мастер и Маргарита", только что им законченный." - вспоминает В.Виленкин )
   14 мая - написан эпилог романа "Мастер и Маргарита".
   лето "Последний год жизни М. А. Булгаков работал особенно интенсивно и за лето сильно переутомился" ( П.С.Попов )
   9 июня -- беседа Булгакова в дирекции художественного театра о содержании пьесы "Батум" и условиях договора на нее. Обещание директора МХАТа Г. М. Калишьяна добиться получения Булгаковым четырехкомнатной квартиры
   2 июля - чтение драматургом артистам МХАТа фрагментов пьесы "Батум"
   24 июля - во МХАТ сдана пьеса "Батум".
   "17 августа 1939 г. к нему на квартиру пришли руководящие деятели МХАТа В.Г.Сахновский и В.Я.Виленкин. Согласно записи Е.С.Булгаковой, Сахновский заявил, что "театр выполнит все свои обещания, то есть - о квартире, и выплатит все по договору". Дело в том, что МХАТ, агитируя Булгакова писать пьесу о Сталине, прельстил его обещанием добиться лучшей квартиры" ( Б.Мягков ).
   осень поездка в Ленинград. "Осенью 1939 года он с Леной уехал в Ленинград. Дел у него там не было. Просто хотелось пожить в гостинице бездумным и праздным путешественником. Побродить по городу. Без суеты. Посидеть в ресторане" ( С.Ермолинский ).
   19 августа - Булгаков начинает занятия итальянским языком.
   4 октября Писатель начинает диктовать Е.С.Булгаковой поправки к роману.
   18 октября - звонок Булгакову секретаря Союза Советских писателей Александра Александровича Фадеева с обещанием навестить больного писателя.
   16 ноября -- Булгаков заключает договор с ленинградским Большим драматическим театром на постановку инсценировки "Дон Кихота".
   18 ноября - 18 декабря - писатель на лечении в подмосковном санатории "Барвиха".
   декабрь -- В письме Леле Булгаковой: " .. убедившись в том, что аллопаты-терапевты бессильны в моем случае, перешел к гомеопату. Подозреваю, что загородный грипп будет стоить мне хлопот. Впрочем, не только лечившие меня, но даже я сам ничего не могу сказать наверное" ( цит. по В.Светлаева, 2002 ). 3 декабря в письме к сестре: "Лечат меня тщательно и преимущественно специально подбираемой и комбинированной диетой. Преимущественно овощи во всех видах и фрукты .. говорят, что иначе нельзя, что не восстановят иначе меня как следует" ( Михаил Булгаков, 2004, 315 ).
  
   1 января 1940 "Тихо, при свечах, встретили Новый год: Ермолинский -- с рюмкой водки в руках, мы с Сережей - белым вином, а Миша -- с мензуркой микстуры" ( из дневника Е.С.Булгаковой ).
   15-16 января - правка романа "Мастер и Маргарита".
   22 января -- Булгаков подписывает договор с МХАТом на постановку пьесы "Александр Пушкин".
   13 февраля Булгаков последний раз диктует Елене Сергеевне поправки к роману. В это время Булгаков, по словам Л.Векс, лихорадочно проверял роман, страдая от симптомов нефросклероза, почечной болезни, которая убила его отца в приблизительно таком же возрасте.
  
   САТИРИЧЕСКОЕ ИЗОБРАЖЕНИЕ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ В "МОСКОВСКИХ" ГЛАВАХ
  
   В традиции советского литературоведения "комическое" рассматривалось в связи с общественно значимыми мотивами или идеями. Так, Ю.Борев писал: "Комическое - это противоречие общественно ощутимого, общественно значимого несоответствия (цели - средствам, формы - содержанию, действия - обстоятельствам, сущности - ее проявлению, претензии личности - ее сути )"
   М. С. Каган отмечаел: "Если, созерцая какое-то явление в человеческой жизни или произведении, мы ощущаем его безобразие, низменность, ничтожность, пошлость, короче - его антиидеальность, и осмеиваем его, то есть "уничтожаем" своей насмешкой, иронией, сарказмом или хотя бы улыбкой, явление становится комическим" ( цит. по А.Павлова, 2003 )
   К. Маркс и Ф, Энгельс обращали внимание на то, что категории "комического" и "трагического" могут быть связаны. В статье "Восемнадцатое брюмера Луи Бонапарта" К.Маркс пишет: "...все великие всемирно-исторические события и личности появляются дважды, первый раз в виде трагедии, второй раз в виде фарса". Белинский также отмечал связь "комического" с "трагическим". В романе М.Булгакова "комически", сатирически изображаются по-житейски драматические события, напр., выселения и аресты второстепенных персонажей.По словам Н.Чернышевского, "истинная область комического - человек, человеческое общество, человеческая жизнь". Того же мнения, верно, придерживался и В.Набоков, опубликовавший не лишенную иронии биографию Н.Г.Чернышевского в романе "Дар".
   Некоторые исследователи видят в сатире самостоятельный литературный род, ( Эльсберг, Борев ). Я. Е.Эльсберг пишет: " .. сатиру мы должны рассматривать и как.. принцип изображения действительности, и как род литературы". С. В. Тураев в словарной статье, посвященной сатире, указывает, что "в советском литературоведении все отчетливее обозначается точка зрения на сатиру как на особый литературный род".
   По мнению И. Эвентова, "сатира - это особый принцип изображения действительности, применяемый во всех родах литературы" ( цит. по А.Павлова, 2003, 20 ).
   М.Рюмина отмечает "три основополагающих мотива, которые... имеют отношение к комическому": "мотив противоречия (контраста, нелепости, безрассудства, безсмыслицы, перехода в противоположность и т.д.)", "мотив игры" и "мотив видимости" ( мнимости, кажимости, обмана, самообмана, иллюзии, претензии, "тени", "сна наяву", "грезы"). В "московских" главах на первый план вытупает третья группа мотивов. Читателю предоставляется возможность увидеть раскрытие и разоблачение разных обманов, фальшивых личин, предрассудкой, не соответствующих действительности убеждений второстепенных персонажей. Кроме того, важен и первый ряд мотивов - "противоречия", в первую очередь - между верой и безверием ( вспомним. как один из персонажей говорит в одной из первых глав - "Не противоречь!" ), между вымыслом безверия и подлинностью веры.
   М.Бахтин трактует сатиру следующим образом: "Определенное (в основном, отрицательное) отношение творящего к предмету своего изображения (т.е. к изображаемой действительности), определяющее выбор средств художественного изображения и общий характер образов; в этом смысле сатира ... может пользоваться любым жанром - эпическим, драматическим, лирическим". Кроме того, Бахтин отмечает: "Необходимо особо подчеркнуть (этого не делает Шиллер) образный характер сатирического отрицания, отличающий сатиру, как художественное явление, от различных форм публицистики. Итак, сатира есть образное отрицание современной действительности в различных ее момент, необходимо включающее в себя - в той или иной форме, с той или иной степенью конкретности и ясности - и положительный момент утверждения лучшей действительности". Вспомните литераторов - членов Массолита в ресторане Грибоедова, буфетчика, Степу Лиходеева, Поплавского - они описаны с подлинным смаком, и все это - персонажи современной Москвы 1930 - х годов.
   В определении самого Булгакова: "Она ( сатира ) создается тогда, когда появится писатель, который сочтет несовершенной текущую жизнь и, негодуя, приступит к художественному обличению ее". По мнению Дж.Свифта, первой задачей сатирика было, напротив, "вызывать суровое негодование". "Таким образом, сатира - это принцип образного изображения действительности, исходным пунктом которого является отрицательное к ней отношение, - делает вывод Наталья Долгова, - В центре критического изображения действительности находится парадигма человеческих взаимоотношений и связей, сатира апеллирует к идеалу, имплицитному или отчетливому" ( Н.Долгова, 2005, 14 ).
   Больше того, сатирическое изображение становится частью самой действительности в романе Булгакова, где буквализируется метафора ( напр., в случае с "говорящим костюмом", выразившим желание, чтоб его взяли "темные" ), а аргументация и поступки второстепенных персонажей доводятся до абсурда ( буфетчик, отправившийся к Воланду за компенсацией - сам в то же время обладавший баснословными сбережениями ).
   Автор романа местами экспрессивен, эмоционален, в его речи встречаются слова сочувствия, радости, сожаления, негодования. Иногда автор разделяет чувства и мысли второстепенных персонажей "московских" глав, их восприятие происходящего в действительности - Берлиоза, Ивана Бездомного, Поплавского, Аннушки. В речи автора, так же, как в речи второстепенных персонажей "московских" глав, могут встречаться разговорные элементы, просторечия ( "ловко сперли", "успел смотаться", "отмочил штуку", "в руках имелся примус", "из достоверных рук узнал" ). Это повествование автор называет "правдивейшим". Однако в нем есть место и для слухов, недосказанностей, иногда - невероятной фантастики.
   По словам Стефани Браун, "московские" и "ершалаимские" главы имеют много общего. Оба города находятся под диктаторским управлением; В Иерусалиме люди должны любить кесаря, в Москве - Сталина. И оба города "проникнуты постоянной атмосферой страха". По словам исследовательницы, в Москве, как и в Ершалаиме, все могли быть потенциальными осведомителями, шпионами. Заметим, что "московские" главы романа так же, как "ершалаимские" "привязаны" к Страстной неделе.
   Но "московские" главы представляют собой, пожалуй, особый сюжет, со своими колоритными персонажами и героями. Так что утверждение Макинтош-Бирд о том, что "все в московской действительности вращается вокруг действительности Ершалаима", не вполне верно.
   Роман "Мастер и Маргарита" - разумеется, не первое творение Булгакова, где имеются сатирические изображения. Нужно сказать, что еще в "Гудке" Булгаков работал вместе с группой молодых литераторов -- Юрием Олешей, Катаевым, Ильфом и Петровым. Здесь оттачивалось его литературное, сатирическое, в первую очередь, мастерство. "Он был для нас фельетонистом, -- повторял Катаев, -- и когда узнали, что он пишет роман, -- это воспринималось как какое-то чудачество... Его дело было сатирические фельетоны" ( Воспоминания, 1988, 494 ). Как говорил Булгаков, "отрицательные явления жизни в Советской стране привлекают мое пристальное внимание, потому что в них я инстинктивно вижу большую пищу для себя (я - сатирик)" ( цит. по А.Варламов, 2009 ).
   "Должен отметить, что неоднократно получал приглашения читать это произведение в разных местах и от них отказывался, так как понимал, что в своей сатире пересолил", - говорил Булгаков о своей повести "Собачье сердце". При этом "сатирическое" изображение действительности характерно уже для фельетонов Булгакова двадцатых годов. М. О. Чудакова пишет о жанре газетного фельетона: "То, что могло быть и становилось хорошей школой для начинающих, имело совсем иное значение для такого литератора, каким был Михаил Булгаков в начале двадцатых годов. Если рассмотреть всю его работу этих лет в целом, легко увидеть, что в многочисленных фельетонах "Гудка" - не лаборатория его больших вещей, не предуготовление к большим замыслам, а скорее, наоборот, "отходы" от них, легкая эксплуатация уже найденного, уже с законченностью воплощенного в его повестях и в романе" ( цит. по М.Кривошейкина, 2004, 4 ).
   Подобное мнение высказывает и В.И. Немцев: "Освоенный им (Булгаковым) в начале двадцатых жанр - скажем, фельетон - как чистая сатира, согласитесь, произведение невысокого эстетического звучания" ( там же ). Такого рода оценки вызваны, по словам М.Кривошейкиной, тем, что писатель сам низко ценил свою публицистику. Между тем литераторами - современниками Булгаков воспринимался именно как автор сатирических фельетонов. Об этом говорит, напр., В.Катаев: "Он был для нас фельетонистом, и когда узнали, что он пишет роман, - это воспринималось как какое-то чудачество... Его дело было сатирические фельетоны..." (В.Катаев, 1988, 127). В 1977 году Л.Ф. Ершов назвал М.Булгакова "крупнейшим представителем беллетризованного фельетона двадцатых годов" и посвятил сему несколько страниц своего исследования.
   В другой стороны, "сатирическое" начало в романе "Мастер и Маргарита" совсем другое по задачам и масштабу. Если воспользоваться определением Д.Лукач, роман Булгакова представляет собой "эпопею эпохи", в которой образ "советского сатирика" воспринимался неоднозначно ( так же как и образ "советского банкира" ).
   "Высмеять противника - не только его право, но в своем роде как бы даже обязанность, - вспоминал И.Овчинников, - Вечером Михаил Афанасьевич опять появляется в нашей комнате - взять тулупчик. Ну, а раз зашел - сейчас же безконечные споры и разговоры, а при случае - даже легкая эстрадная импровизация. И главный заводила и исполнитель, как всегда, Булгаков".
   Л.Карум пишет: "Талант Булгакова был... не столько глубок, сколько блестящ, и талант был большой. Через все рогатки и запрещения он внес в русскую литературу свой вклад яркого сатирика-романиста и безудержного фантаста".
   "Он не только боролся с пошлостью, лицемерием, жадностью, - пишет А.Гдешинский, - он хотел сделать людей лучше. Проникая в чужую душу, он безошибочно отделял правду от лжи, уродливое от прекрасного и выносил безпощадный приговор -- смехом! Но это одна сторона, а с другой стороны -- этот блестящий непобедимый юмор, это сверкание обаятельной неповторимой личности" ( Михаил Булгаков, 2004, 170 ).
   При этом сатира писателя - не "расхожая", не заимствованная. Это не вульгарная байка и не анекдот. "Что было хорошо у Миши? Он никогда не рассказывал анекдотов, - вспоминает Е.С.Булгакова, - ненавижу я, между прочим, и анекдоты и рассказчиков их, -- а все смешное, что у него выскакивало, было с пылу с жару, горяченькое! Только что в голову пришло!" ( Михаил Булгаков, 2004, 207 )
   В повести "Собачье сердце" талант Булгакова, именно талант сатирического ихзображения, развернулся вовсю. И это не преувеличение. Персонажи повести выписаны с подлинно булгаковским вкусом. Один из главных - Полиграф Полиграфович Шариков ( Телеграф Телеграфович, как называет его прислуга ), бывший пес, вставший на классовую платформу, предлагающий "взять все и разделить". Рядом с ним теряются даже такие умудренные персонажи как профессор Преображенский, который не любит пролетариат, и доктор Борменталь. Необыкновенная наглость Полиграфа Полиграфовича - гротескное изображение нравов класса - гегемона. Впрочем, есть в повести и "экзистенциальный" смысл - Шариков ассоциируется с человеком как таковым, ведь у него теперь, по оценке профессора, "именно человеческое сердце" .
   Понятно, что уже в двадцатые годы произведения Булгакова, в которых советская действительность изображалась сатирически, не остались незамеченными. Помимо доносов и "ругательных" отзывов на сатиру писателя в прессе, были и "положительные". О пьесе "Багровый остров" А. Я. Таиров говорил так: "Пьеса Булгакова является ... острой сатирой на тех людей, которые с помощью готовых штампов думают обновить наш репертуар. Поскольку любовь к штампам и в других областях нашей жизни часто заслоняет от нас четкие перспективы революционного строительства, пьеса Булгакова имеет глубокое общественное значение..." Л.Ф. Петренко, рассматривая булгаковскую сатиру 1920-х годов, заметил: "...в восприятии отечественного читателя Булгаков прежде всего является сатириком".
   Однако нас интересуют прежде всего отзывы на роман "Мастер и Маргарита". В отечественной критике они появляются со второй половины шестидесятых годов. "Автор.. хотел вложить в него ( в роман - И.П. ) без остатка всю остроту своего сатирического глаза, безудержность фантазии, силу психологической наблюдательности", - пишет К.Симонов. Исследователи отмечают, что в "московских" главах дан густонаселенный и ярко костюмированный мир, который, по словам В.Лакшина, "изобилует неожиданными встречами - настоящий калейдоскоп чудес". Отсюда - вывод: "ироническое зрение Булгакова открывает мириады повседневных чудес и светских тайн" ( Vladimir Lakshin, 1975 ).
   В "московских" главах специфика изображения такова, что рядом с мистической и волнующей загадкой Воланда имеется "жанровая натура, быт, юмор, точность обыденных подробностей вплоть до физиологии ощущений томительно жаркого городского дня" ( В.Лакшин, 2004 ). По словам исследователя, автор свободно соединяет историю и фельетон, быт и фантастику. По словам В.Лакшина, присутствующая в романе ирония -- не черта стиля или прием, но часть "общего миропонимания автора". Близость иронии в повествовании и драматических событий "ершалаимских" глав придает роману парадоксальность, уникальность.
   И "проза Булгакова незаметно росла из репортерской заметки, очерка городской жизни, газетного фельетона", считает В.Лакшин. По мнению исследователя, эта наблюдательность газетчика, внимание к подробностям быта, хронике каждодневных событий помогали позднее Булгакову удержать в своей прозе голоса, запахи, звуки и "цвет времени".
   Природу сатирического изображения в прозе М.Булгакова критик трактует с позиций классовой борьбы. По его мнению, "сатира молодого Булгакова рождается из ненависти писателя к собственничеству, хищной буржуазности, трусливому приспособленчеству". Булгакову претит сытость "нуворишей", отталкивающим предстает у него лик торжествующего нэпмана.. По мнению исследователя, революцию "нельзя пересидеть", потому что она является историческим событием.
   И.Бэлза считает, что Булгаков продолжал "линию, наметившуюся еще в "Белой гвардии" и сочетал образы современности и далекого прошлого, "трактуя его в легендарном плане, но объединяя с настоящим благодаря неизменной верности принципам гуманизма", "этим принципам служат и приемы сатирического обличения, которые с таким блеском применены в романе" ( И.Бэлза, 1978 ). Некоторые исследователи видят в романе продолжение традиций циников, живших в третьем веке до н.э. Были рассмотрены и аспекты взаимодополнения сатирического изображения с изображением "реалистическим". Так, предметом исследования Г.Лесскиса была речь автора, в "московских" главах эмоционально окрашенная. "Здесь много фарса и гротеска, но много и драматизма, лирической окрашенности, иногда - ужаса" ( Г.Лесскис, 1979 ). Но фразы автора - "Никому неизвестно", "мы точно не знаем", "как впоследствии узнали", "про супругу Берлиоза рассказывали"; "один московский врун рассказывал" - не столько говорят о его неведении, сколько подчеркивают достоверность, современность описываемых событий. Ведь такие же фразы должны были слышать потенциальные читатели романа - москвичи, узнающие о происшествиях в столице из слухов и пересказов в коммунальных квартирах, в очередях и на рынках.
   Б.Гаспаров полагает, что в романе Москва похожа на большой театр. Так, погоня Бездомного за Воландом идет под непрерывный музыкальный оперный аккомпанемент - "рев полонеза", за которым следует ария Гремина ("Евгений Онегин"). Маргарита совершает полет под рев вальсов и маршей; у траурной процессии "слегка фальшивящие трубы". На балу у Воланда звучит вальс и фокстрот "Аллилуйя". Апофеозом является, по мнению Б.Гаспарова то, что служащие филиала зрелищной комиссии, хором исполняющие "Славное море, священный Байкал" - так, с пением, отправляются в клинику.
   Об аспектах взаимодополнения сатирического изображения и фантастики пишет Б.Гаспаров. Весь пласт "московских" глав можно рассматривать как сон - видение, считает исследователь. В эпилоге выясняется, что даже с героями сна Босого ничего не случилось, "да и случиться не может, ибо никогда в действительности не было их .. Все это только снилось Никанору Ивановичу". В финале романа есть мотив пробуждения - пробуждаются от сна Иванушка, Мастер, который видит Пилата. Те же аспекты рассматривает и В.В. Химич, говоря о "мистической природе" мира в романе, отмечая, что "этот мир вполне узнаваем в своей безспорной достоверности и вместе с тем деформирован иногда до полной потери своего лица. Фантастичность переходов и взаимозамен опредмеченного, очерченного и ирреального, зыбкого, миражного обусловливает движущую энергию действия. Мотивы апокалипсиса оформляют странную диалектику этого мира, структурно связывая обе эти тенденции.." ( цит. по Е.Савина, 2005, 7 ).
   Речь о сатирическом изображении действительности в "московских" главах романа, аспектах взаимодополнения с "реалистическим" и "фантастическим" изображениями идет и в работах зарубежных исследователей.
   По мнению Юстин Вейр, "московские" главы представляют собой "пародию" на ершалаимские события. Булгаков, по словам других западных исследователей, критикует современное общество через сравнение его с "религиозным прошлым".
   По словам М.Гленни, "московские" главы оживлены присутствием абсурдных, сверхъестественных фигур ( что также использовалось в некоторых сатирических коротких рассказах и новеллах Булгакова среднины двадцатых ). Фейнжер определяет жанр "Мастера и Маргариты" как городской роман, состоящий из символов (в основном, литературных и театральных ). Все символы, по Фейнжер, принадлежат трем "операм": рассказ о посещении Москвы Воландом и компанией - опера bouffe, рассказ о встрече Мастера и Mаргариты - лирическая опера. Третья "опера" эпична и контрастирует со стилями других двух ( "ершалаимские" главы ).
   Исследователи замечают, что "сатирическому" изображению подлежат прежде всего нелепости повседневной жизни, идеологические штампы, бюрократия, магазины с товарами, "кризис жилья" ( Райт ), и, над всеми, литературное общество; "сатирически изображены", по мнению Лауры Векс, "русские условия двадцатых и тридцатых - кризис жилья, управляемая государственная экономика, начало лет сталинского террора" ( Л.Векс, 1996 ).
   В последнее десятилетие появляется и ряд вполне серьезных отечественных исследований, освещающих данную тему.
   Как продолжатель традиций сатиры в русской классической литературе Булгаков рассматривается в работах О.А. Долматовой "Драматургия М.А. Булгакова: формы взаимодействия с русской литературной традицией" (2001), Л.B. Борисовой "М.А. Булгаков и М.Е, Салтыков-Щедрин: (Когнитивная парадигма. На материале произведений "Мастер и Маргарита" и "История одного города")" (2001) и
   Натальи Плаксицкой Сатирический модус человека и мира в творчестве М. А. Булгакова. На материале повестей 20-х годов и романа "Мастер и Маргарита" ( 2004 ).
   И в докторской диссертации Н.С. Степанова "Сатира Михаила Булгакова в контексте русской сатиры XIX - I половины XX века" творчество писателя дано в аспекте традиций русской классической сатиры. "Исследователь полагает, что Булгаков - "сатирик по преимуществу", который в своем творчестве продолжает традиции А.С. Пушкина, Н.В.Гоголя, М.Е. Салтыкова-Щедрина, Ф.М. Достоевского, А.П. Чехова. В работе проводится сравнительный анализ между сатирой М.А. Булгакова и сатирой А.С. Грибоедова, А.В. Сухово-Кобылина и Козьмы Пруткова"( Н.Плаксицкая, 2004, 8 ). В романе "Мастер и Маргарита", считает Н.Плаксицкая, параллельно с сатирической стратегией разворачивается драматическая, связанная с темой Мастера и Маргариты, описание судьбы которых "еще больше углубляет обличительную тенденцию". Названная тенденция принципиальна для верного прочтения "московских" страниц романа. Здесь разграничивается сатира и юмор. Такая сатира находится на границе с комическим, так как "вызывает горечь". В такой сатире "чувствуешь себя нравственно связанным", а не "поэтически раскованным".
   Так же и М.Белкин причисляет автора "Белой гвардии" и "Мастера и Маргариты" к писателям, чье творческое мышление рождено "стыком" двух культурных эпох: относительно "гармоничного" девятнадцатого столетия и "трагического"двадцатого века.
   Суть "сатирического" изображения в "московских" главах романа, по мнению Ю.Кузнецовой, в том, что Булгаков как бы спорит с советскими литературными "мифотворцами", раскрывая сущность его отношения к тенденциям мифологизации и мифотворчества в современной ему литературе. Таким образом, роману приписывается "демифологизирующая роль".
   О себе писатель говорил как о чутком читателе Салтыкова-Щедрина: "Влияние на меня Салтыков оказал чрезвычайное, и, будучи в юном возрасте, я решил, что относиться к окружающему надлежит с иронией. Сочиняя для собственного развлечения обличительные фельетоны, я подражал приемам Салтыкова, причем немедленно добился результатов: мне не однажды приходилось ссориться с окружающими и выслушивать горькие укоризны. Когда я стал взрослым, мне открылась ужасная истина. Атаманы-молодцы, безпутные Клемантинки, рукосуи и лапотники, майор Прыщ и бывший Прохвост Угрюм-Бурчеев пережили Салтыкова-Щедрина".
   Здесь Угрюм-Бурчеев и Прыщ - градоначальники города Глупова, безпутная Клемантинка - персонаж той же повести "История одного города", известная благодаря своему необузданному нраву, рукосуи и лапотники - выдуманные народности, благодаря которым образовался город.
   Н.Долгова отмечает, что попытки рассмотреть сатиру писателя в качестве наследницы русской классической литературы XIX века (А.С. Грибоедова, Н.В. Гоголя, М.Е. Салтыкова-Щедрина, А.В. Сухово-Кобылина, АЛ. Чехова) предпринимались многими исследователями.
   Степановым рассмотрена связь булгаковской поэтики и с сатирой, современной писателю (А. Аверченко, Тэффи, И. Ильф, Е. Петров).
   Итак, среди предшественников Булгакова - Гоголь, Салтыков-Щедрин и Чехов. Это влияние проявилось не только в прозе, но и в драматургии Булгакова. Так, А. Смелянский указывает на присутствие чеховского "гена" в пьесах Булгакова. "Традиция Чехова, по мнению исследователя, проявляется лишь в общем понимании человеческой жизни как драмы и вытекающем отсюда чувстве сострадания к человеку, в стихии юмора, которая в пьесе является всепроникающей, во внимании к подробностям, к деталям быта, в особом принципе построения характера". - свидетельствует Н.Титкова.
   По мнению А.Тамарченко, в пьесе "Дни Турбиных" есть "наследие чеховских интеллигентов" - "прежде всего, особая атмосфера дома Турбиных, которую создают его обитатели. Их нормой общения является непринужденность, мягкий юмор, взаимное доверие и моральная взыскательность" ( там же .. )
   Но по сравнению с чеховскими персонажами "герои Булгакова живут в условиях другого "сложения жизни" (по выражению А. Скафтымова ), в мире, где нарушено равновесие человеческого существования" . Чехова Булгаков очень ценил. Так, книгу М. Чехова "Антон Чехов и его сюжеты" он оценил следующим образом: "Прочел бездарную, плохо написанную книгу М. Чехова о его великом брате"
   По мнению Н.Плаксицкой, в повестях 20-х годов и романе "Мастер и Маргарита" сатирический модус художественности является доминирующим, выступает организующим началом.
   Иоанн Шаховской отмечал, что "роман "Мастер и Маргарита" построен в ключе фантастики, острой сатиры и умной иронии" ( И.Шаховской, 1992 )
   С.Жукова указывает, что "М.А. Булгаков принадлежит к авторам с ярко выраженным ироническим мышлением (ирония у Булгакова имеет трагический характер)", вследствие чего романы писателя обладают "ироническим модусом художественности" и "принципом иронической типизации".
   По мнению Натальи Долговой, обнародованному в диссертации "Поэтика сатиры..", "сатирическое начало булгаковских произведений, в связи с широкой парадигмой в его выражении, несомненно участвует в моделировании художественного мира" автора.
   О сатирической стороне романа пишет в своей диссертации Ким Су Чан ("Комическое и фантастическое в прозе М, Булгакова" ). Булгаков ощущал себя учеником Щедрина, но его лирический юмор заставляет вспомнить и слова Достоевского ("юмор ведь есть остроумие глубокого чувства"), и высказывание В. Даля о юморе русского человека. Говорит об аспекте взаимодополнения сатирического изображения и фантастики Б.Соколов:
   "Булгаков наделил существа "по ту сторону поверхности", вроде Коровьева-Фагота, Бегемота и Азазелло, юмористическими, шутовскими чертами" ( Б.Соколов, 2006 ). По слова Льва Лебедева, в романе все, что относится к приключениям Воланда и его свиты в Москве, "пронизано отличным юмором и сатирой".
   И "весь роман -- сплошное, безостановочное, очень смешное действие, но -- почему-то очень грустно и все время думаешь о смысле жизни" ( К.Антонов, 2009 ). Основу комизма романа, по мнению К.Антонова, составляют ситуации, "неузнавания". Не узнают Воланда, не узнают Иванушку, не признают мастера .. И последнее - не комично. "Похождения Воланда и его свиты в Москве позволили писателю оттенить все несовершенство земного мира, начиная с отнюдь не безобидного отрицания существования Бога (Берлиоз, Иван Бездомный) и кончая такими известными общественными и человеческими пороками, как взяточничество (Босой), стяжательство (буфетчик варьете), воровство под маской респектабельности (Арчибальд Арчибальдович), приспособленчество и зависть (литераторы), нравственная нечистоплотность (Лиходеев, Семплеяров), "пустое место" вместо руководителя (Прохор Петрович). Московские эпизоды романа -- это пиршество сатиры, но сатиры (и в этом ее особенность) веселой, не злобной, не исключающей и возможности преодоления порока. Автор не знает пощады лишь там, где обнаруживаются трусость, предательство, донос (критики, Алоизий Могарыч, барон Майгель)" ( В.Муромский, 2005 ).
   Роман "Мастер и Маргарита" А.Комиссаренко характеризует как памфлет на сталинский режим и атеистическую идеологию партии. "Ироническая ипостась мотива ГПУ существовала в творчестве писателя еще со времен "Роковых яиц" ( эпизод создания ЧК для борьбы с куриной чумой, позже преобразованной в комиссию по возрождению куроводства ). В "Мастере и Маргарите" ирония проявляется с превых же страниц: сводки всех трех неизвестных организаций о происшествии на Патриаршьих прудах оказались абсолютно разными.. им противопоставляется детальное описание "преступников", данное повествователем" ( И.Белобровцева, С.Кульюс, 2007, 132 ).
   Не случайно, что десятилетие двадцатых, постреволюционных годов изобиловало "фарсовыми" произведениями, считает Юлия Листенгартен: "Это был также золотой период для сатиры в Советской литературе". Неопределенность в политической и культурной жизни в течение этого периода, по мнению исследовательницы, привела ко взрыву трагифарсовых произведений. Так философия русского трагифарса рождалась в политической нестабильности.
   И напротив, по мнению К.Зелинского, в прозе тридцатых преобладал "оптимистический характер сатиры", напр., "в сатире Ильфа и Петрова, возникшей уже на почве социалистических побед, особенно рельефна новая черта советской сатиры: её общий оптимистический тон. Она питается не ненавистью, даже желчью (как сатира Вольтера, Свифта, Салтыкова-Щедрина), но скорее чувством гордого презрения, насмешки победителя" ( цит. по Ю.Толутанова, 2005 ). В романе "Мастер и Маргарита", содержащим сцены, которые нельзя назвать однозначно оптимистичными, сатира нередко грустна.
   Как отмечают некоторые исследователи, "московские" страницы романа посвящены жизни творческой интеллигенции. В частности, литераторам (Берлиоз, Бездомный, Рюхин) и театральным работникам (Лиходеев, Римский, Варенуха). Но это интеллигенция молодая, или перестроившаяся, то есть вовсе не та, которая была близка Булгакову. Поэтому изображает он ее без малейшего снисхождения. Интеллигенция пролетарского и крестьянского происхождения, "интеллигенция в первом поколении" не отличается от москвичей - зрителей Варьете, обитателей коммунальных квартир. В романе есть подспудное ощущение безсмысленности поведения второстепенных персонажей - литераторов, чиновников, сотрудников варьете, новоявленных "москвичей", которые к исторической Москве не имеют ни малейшего отношения. В форме иронии, сатиры писатель высказывает свое отношение к этим колоритным персонажам, "разоблачает" их неприглядные и аморальные поступки ( как в случае со Степой Лиходеевым или Семплеяровым ). Имена второстепенных персонажей вовлечены в эти формы иронии.
   "На всем протяжении создания романа "Мастер и Маргарита", - пишет Елена Колышева, - Булгаков собирал фамилии и имена для персонажей, составлял целые списки и делал пометки по ходу написания.."
   В первом варианте главы "Дело было в Грибоедове" 1931 г. автор записал: "Беллетрист Шпушко", вверху двенадцатои страницы - "Прусевич, Кимляков, Копейко и Авраам Бошкодиларсккй". На шестнадцатой странице под названием намеченной главы "Сеанс окончен" записаны фамилии: "Вордолазов. Актриса Варя Чембунчи".
   В черновиках романа 1933 г. на 215-й странице имеется небольшой список - "Фамилии: Манифест, Мундар, Минфет.
   Стопка, Внучата, Архибаба.
   Унганский, Эполетов, Полубелый, Поротый, Качественный.
   Сеченый, Сам-Сановник.
   Гаугоголь".
   В самом начале тетради, которую Булгаков начинает 12 июля 1934 г., в правом верхнем углу третьей страницы записана фамилия Штаншиншова. 13 августа Булгаков записывает следующие фамилии: "Хнурдов, Сеяцкий, Лозовой, Босой, Пафнутьев.. Маслицин, Безкудников"
   В этой тетради Булгаков пишет список "Фамилии для романа":
   Посланников, Маточкин-Шар, Павианов, Варенуха,
   Бутыркин, Сладкий, Босой, Поплавский Семплеяров
   Чиплев Шпичкин Прилавкин Хотунок
   Соловьев Локотков Аксай
   Абабков Лихой Журавкин Семукович Дрязчин
   Избердей Юрцов Понырев Мозырев Сампур Могойтуи
   <неразборчиво> Булак Семейкин Галл -
   Ленькин Атлашкин Базюкин Близнецов Бодря гин
   Подвислов <неразборчнво>-Байгора Урбах
   Чапчачи Нежопа Пашкин Безкудников Констринский Свинский
   Износков Бембей Храмкин Желдыбин Денискин Шеломов
   Шкотов Шоссейный Щпичкин Избердей Буздяк Докшукин Чапчачи
   Бурдасов Доскин Нежопа Водокачкин Досчатый Яшкин
   Водопаев Драгунский Безкудников Водопроводов Евдаков Соловьев
   Вьшолзов Ягнышев Обабков Гадюкин Ерусланов Семукович
   Дачкин Жукопов Юрцев Глухарев Зафивов Повырев
   Пролейкин Зюзин Мозырев
   Гринькин Зюкин Двубратский Иглаков
   Паприхин Кавунов Цевылелов Комиссаров
   Оптухин Шамхалов Зигфрид Кефер Бек Кноп
   Рейнвальд Таль Прейс Бриллинг Кноблох Брун
   Хазов Вормс Виппер Залит Кижнер Кренкель
   Кравец Кафснгауз Беркенчейли Куфтик Вульферт
   Десятков Медяков Харузин Кобылкин Проскуряков Левитский
   <неразборчиво> Фиников Щенков Камзолкин
   Брандый Гибшман Дрейер Лейберг Нулсидер
   Поляков Цингер Тольцман Цируль Дмитроковский
   Каваленский Свентицкий Млобзеевский Зернов Вашков
   Гомофский Вишняков Кистяковский Вышеславцев Верховский
   Синицкий Ставровский Ступин Лупандин
  
   В тетради 1934-1935 гг. над названием главы 16 "Что снилось Босому" можно обнаружить запись: "Фамилии: Китайцев, Аминь-Голова, Покобатько, Радужный".
   На титульном листе тетради, которую Булгаков начинает в 1936 г. в Загорянске находим "фамилии: Бидонииков и Гангренов". В этой же тетради есть "Двенадцать литераторов: Бескудников, Двубратский, Квант, Ненременова, Загривов" и другие.
   В третради с материалами к роману 1939 года имеется также большой список фамилий второстепенных персонажей. Приведем некоторые из них:
  
   Пролежнев Мстислав Лавропич, литератор Ласточкин Латунский. критик
   Скрипкин Д<неразб.> Ариман, критик Пигмеев Радужный Борис Григорьевич, дядя Берлиоза"
   Бедненко Загривов Николай (во сне Босого) Бедняжко Андрей Лукич Соков, буфетчик
   Гюго Кристальный Хрустальный
   Пятнажко Шелуха Непочинишь Ветчинкевич Филармонов Канонеркин Птенчиков
   Суховей Петраков-Суховей"
  
   Имена второстепенных персонажей в романе, как известно, тоже имеют определенное значение. И современники Булгакова вполне понимали это обстоятельство. Так, в архиве Булгакова сохранилось
   письмо от некоего Алексея Николаевича с необычной просьбой: "Назовите, пожалуйста, одного из отрицательных персонажей какого-нибудь из Ваших будущих произведений Мордвиновым, Владимиром Васильевичем. Будет очень хорошо, когда весь мир услышит об этом величайшем из негодяев".
   Итак, Булгаков был осведомлен о том, что имена второстепенных персонажей в его произведениях запоминались читателем. Булгаков понимал, что второстепенного персонажа он может назвать символичной, "говорящей" фамилией, рисующей его образ как бы одним взмахом. И действительно, большинство фамилий которые рассматривал Булгаков, представляют собой рисунок определенного явления из окружающей писателя действительности двадцатых - тридцатых годов прошлого века.
   Различными исследователями выделялись разные группы, позволяющие "классифицировать" имена второстепенных персонажей в романе Булгакова. Ю.Кондакова выделяла "говорящие" фамилии в духе русской литературы восемнадцатого - девятнадцатого веков, "чужие" имена и "ономастические гибриды".
   В самом деле, в первую очередь следует выделить "говорящие" фамилии. которые делятся на следующие разряды:
   а ) названия по роду деятельности, профессии - Эполетов, Сам-Сановник, Прилавкин, Храмкин, Доскин, Досчатый, Водокачкин, Водопроводов, Пролейкин и другие;
   б ) названия по ассоциации с животными ( часто абсурдные, сатирически - нелепые ), от коих в итоговой редакции остался Коровьев - Прусевич, Павианов, Журавкин, Ягнышев, Гадюкин, Кобылкин, Жукопов, Глухарев, Щенков;
   в ) названия, в которых отразились предметы быта двадцатых - тридцатых годов - Стопка, Копейко, Иглаков, Десятков, Медяков, Соков, Филармонов;
   г ) "чужие" фамилии, построенные по типу заимствований из западноевропейских языков - Урбах, Зигфрид, Кефер ( кстати, фамилия известного астролога - И.П. ), Бек, Кафснгауз, Вормс, Виппер, Гибшман, Дрейер, Лейберг и другие.
   Отдельную группу составляют фамилии в которых отражен образ пострадавшего, бедного, угнетенного персонажа - Поротый, Безкудников, Бутыркин, Босой, Пролежнев.
   В "московских" главах немало второстепенных персонажей, причем имена их не повторяются, за исключением Пелагеи Петровны - обитательницы коммунальной квартиры, чью ссору наблюдает невидимая ей Маргарита, и Пелагеи Антоновны - супруги Босого. Имена второстепенных персонажей менялись от редакции к редакции. В частности, варьировались имена Аннушки ( Пелагеюшка ), Азазелло ( Фиелло ), барона Майгеля ( фон Майзен ). В "московских" главах - несколько семантически выделенных групп имен второстепенных персонажей, напр., писатели в ресторане Грибоедова обладают травестированными именами, которые вызывают негативные и комические ассоциации.
   Из отвергнутых имен отметим фамилии в одном из вариантов третьей редакции - Бидонников и Гангренов. Первая напрямую ассоциировалась с Аннушкиным бидоном, вторая - с саркомой, о которой говорил Воланд.
   Как отмечают исследователи, поиски пригодных для романа фамилий вовлекали в свою орбиту и домашних Булгакова. В дневнике Е.С.Булгаковой читаем: "М.А. искал фамилию, хотел заменить ту, которая не нравится. Искали: Каравай, Караваев.. Пришел Сережка и сказал - "Каравун". М.А. вписал". Таким образом, новая фамилия второстепенного персонажа создавала вокруг него особое семантическое поле и даже сюжет, в котором он мог действовать.
   Среди имен второстепенных персонажей выделяются:
   1 ) русские архаичные, такие как
   Настасья Лукинична, Антонида Порфирьевна, Клавдия Ильинична, Ксения Никитишна, Милица Андреевна, Тимофей Кондратьевич, Пелагея Антоновна,
   2 ) подчеркнуто иностранные, как-то:
   Анна Франциевна де Фужере, Сергей Герардович Дунчиль, Ида Геркулановна Ворс, Аркадий Аполлонович, Анна Ричардовна, Алоизий, Амвросий, Боба Кандалупский.
   Две эти группы фамилий символизируют разнородность, "разношерстность" московского населения.
   Подведем итоги. В настоящей главе работы были представлены взгляды советских литературоведов и исследователей творчества Михаила Булгакова на сатиру, ее природу, задачи сатиры. Писатель был охарактеризован как мастер сатирического изображения. Подтверждения этому - мнения советских, российских и зарубежных исследователей шестидесятых - девяностых годов прошлого века, и последнего десятилетия. Приведены важные, на наш взгляд, высказывания о сатире в романе "Мастер и Маргарита" К.Симонова, В.Лакшина, И.Бэлзы, Г.Лесскиса, Б.Гаспарова, В.Химич, Л.Петренко, Б.Соколова а также ряда зарубежных исследователей. Рассмотрен частный случай сатирического изображения - наименования второстепенных персонажей "московских" глав романа.
   Особенности сатирического изображения действительности в названных главах на сегодняшний день достаточно исследованы. В данной работе мы добавим к этим наблюдениям ряд собственных, которые представляются нам значительными с точки зрения ее задач.
  
  
  
  

КОММЕНТАРИЙ

   Мастер и Маргарита
   Название романа "Мастер и Маргарита" "напоминает нам о знаменитых в мировой литературе "Ромео и Джульетте", "Тристане и Изольде", "Дафнисе и Хлое", оно (название) создано по той же модели. Такое традиционное название сразу же "предупреждает" читателя, что линия любовная в этом произведении -- центральная" ( В.Крючков, 2003 ).
   Схожая формула звучит в названии пьесы "Адам и Ева" - "У нас одна душа". Название указывает, по мнению Елизаветы Баженовой, на то, что это "роман о любви, любви неземной и - прекрасной".
   "Целому поколению Мастер и Маргарита заменили Ромео и Джульетту, а связь этой парочки с Воландом безнадежно перепутали с положением Петруши Гринева и Маши Мироновой в стане Пугачева" ( А.Белкина, 1998 ).
   "Название романа было впервые зафиксировано в записи жены писателя, Елены Сергеевны Булгаковой, 23 октября 1937 года" ( И.Белобровцева, С.Кульюс, 2007, 139 ). Указанное название было и в ноябре 1937 года, о чем свидетельствует запись в дневнике Е.С.Булгаковой: "Вечером М.А. работал над романом о Мастере и Маргарите".Название, по словам исследователей, выводит на первый план двух героев - Маргариту и ее безымянного возлюбленного, которые отсутствовали в первых редакциях и появились впервые в 1931 году.
  
   эпиграф
   ...Так кто ж ты, наконец?
   - Я - часть той силы,
   что вечно хочет
   зла и вечно совершает благо.
   Гете. "Фауст"
  
   По мнению А.Зеркалова, в эпиграфе "спрессован весь философский смысл романа". И это мнение было бы важным для нас, если бы роман представлял собой действительно серьезный философский трактат. Но в том то и дело, что роман не философичен, но ироничен - даже по отношению к фигуре Воланда.
   О провозглашенной в эпиграфе "амбивалентной", двойственной природе Воланда Анна Мельникова размышляет так: "Мефистофель, Воланд или некая "сила", частью которой они являются, хочет зла. Но он не может выйти за рамки дозволенного свыше и, думая, что действует по собственной воле, только с л у ж и т о р у д и е м Божественного промысла -- невольно совершает благо" ( А.Мельникова. 2002 ). Доволльно, к слову сказать, наивное высказывание. Воланд не настолько глуп, чтобы думать, что он действует по собственной воле. Изначально Божественный промысел не нуждается в таком "орудии" как персонаж булгаковского романа. Воланд - как и большинство его спутников - всего лишь духи или видения, противостоящие "светлым" силам романа. Булгаков подчеркивает в р е м е н н ы й характер их существования. В финале романа они превращаются и улетают в неизвестном направлении. И если Мастер не "заслужил" света, то эти колоритные персонажи - тем более.
   У Пушкина:
  
   Печальны были наши встречи:
   Его улыбка, чудный взгляд,
   Его язвительные речи
   Вливали в душу хладный яд.
   Неистощимой клеветою
   Он провиденье искушал;
   Он звал прекрасное мечтою;
   Он вдохновенье презирал;
   Не верил он любви, свободе,
   На жизнь насмешливо глядел -
   И ничего во всей природе
   Благословить он не хотел.
  
   Ибо "нечистая сила лишь фиксирует то, что есть, ничего не добавляя от себя; проявляет скрытое, но ничего не создает" - как вполне справедливо считает В. М. Акимов
   "В середине 30-х, в разгар работы над романом "Мастер и Маргарита", в библиотеке Булгакова появился "Фауст" на немецком, - пишет Л.Яновская, - И эпиграф к роману -- из "Фауста" -- сначала был выписан по-немецки: "Ein Teil fon jener Kraft [2], Die stets das Bose will und stets das Gute schafft", а уж потом вошел в роман на русском, в булгаковском переводе" ( Л.Яновская, 1994 ).
   Книга И.В.Гете "Фауст" была в переводе А.Соколовского, в которой цитата выглядела следующим образом:
  
   Который ты из них?
   Я частица той силы, которая постоянно
   стремится делать зло,
   а совершает только благо.
  
   Возможно, что писатель сам сделал перевод, причем дважды, так как первый вариант был такой:
  
   .. итак, кто же ты?
   Я часть той силы, что всегда
   Желает зла и всегда творит добро
   Гете. "Фауст".
   ( в тетради, начатой 29 мая 1938 года )
  
   "По всей видимости, эпиграф возник во время перепечатки рукописи О.Бокшанской летом 1938 года. После авторской правки по машинописной копии он и получил известный ныне вид" ( И.Белобровцева, С.Кульюс, 2007, 141 ).
   Из совпадений с "Фаустом" в романе отмечают время действия - "московские" главы, как и "ершалаимские" отнесены к предпасхальной неделе. В завязке "Фауста" - раздается колокольный звон, пасхальные песнопения ангелов, и затем появляется Мефистофель.
   "Да кто же он, наконец, такой? - в возбуждении потрясая кулаками, спросил Иван". Здесь Иван воспроизводит почти дословно часть эпиграфа к роману. В ранних редакциях вопрос Ивана не содержал намека на разговор Фауста с Мефистофелем. Так, в пятой редакции: "Кто же он такой? - со страхом и любопытством спросил Иван".
   Воланд, как замечают исследователи, внешне соотнесен с Мефистофелем ( оперный грим, в некоторых сценах - костюм, набалдашник трости в виде головы пуделя ).
   Этот эпиграф ближе всего к переводу Д.Мережковского, помещенному в кн. "Иисус неизвестный". Эти слова цитируются и в романе австрийского писателя Мейринка "Ангел западного окна", с которым Булгаков, по мнению Б.Соколова, был знаком. Ими барон Мюллер характеризует Бартлета Грина, персонажа, близкого булгаковскому Воланду.
   Возможно, эпиграф намекает и на все сцену "Фауста", к которой он относится . В этой сцене романа Мефистофель, кроме прочего, объясняет Фаусту, как он проник в его жилище, несмотря на начертанную тем пентаграмму, по поверью, оберегающую от проникновения злых духов:
  
   Изволили её вы плохо начертить,
   И промежуток в уголку остался,
   Там, у дверей, -- и я свободно мог вскочить.
  
   Известно, что пентаграмма была неотъемлемой частью символики Советской власти в то время, когда создавался роман.
  
   В переводе на английский эпиграф звучит так:
  
   ...so who are you in the end?"
   "I am a part of that power which eternally
   desires evil and eternally does good."
  
   ( цит. по Mikhail Bulgakov, 2008 ).
  
   Глава 1. Никогда не разговаривайте с неизвестными
  
   По мнению А.Зеркалова, это парафраз названия рассказа Эдгара По "Не закладывайте.. своей головы" - "Never Bet the Devil Your Head", рассказа, где встречаются и высокая калитка в виде вертушки ( предшественница турникета ) и некоторые фразы, которые писатель по-своему преобразит в первой главе романа, а также то, что герой Эдгара По остается в буквальном смысле без.. головы, так же как и Берлиоз.
   По мнению И.Белобровцевой и С.Кульюс, название главы отражает этикет поведения человека сталинской эпохи, которая "вознесла на невиданную высоту шпиономанию, представление о .. вредителях, белогвардейцах, бывших дворянах" ( И.Белобровцева, С.Кульюс, 2007, 143 ). Сталин на объединенном пленуме ЦК и ЦКК ВКП ( б ) в январе 1933 года предупреждал, что сим "бывшим" остается только "пакостить и вредить". Как полагают исследователи, повелительный тон фразы подразумевает определенный опыт повествователя и содержит предупреждение. Название первой главы - как будто своеобразная заповедь, не единственная в "Мастере и Маргарите". Кроме нее, можно выделить такие как: "Правду говорить легко и приятно", "Никогда и ничего не бойтесь", "Никогда и ничего не просите! Никогда и ничего, и в особенности у тех, кто сильнее вас", "Рукописи не горят", "Трусость - самый страшный порок" и "Тот, кто любит, должен разделять участь того, кого он любит". По наблюдению И.Белобровцевой и С.Кульюс, "заповеди" встречаются и в других произведениях писателя, напр., "не совершайте, дети мои, преступлений" ( "Жизнь господина де Мольера" ), "на преступление не идите никогда, против кого бы оно ни было направлено" ( "Собачье сердце" ).
   У главы было несколько названий: "Шестое доказательство", "Доказательство /инженера/", "Пролог"... Она была "насыщена многими подробностями, которые были в дальнейшем опущены. Например, указано время действия - июнь 1935 года".
  
   Однажды весною, в час небывало жаркого заката, в Москве, на Патриарших прудах, появились два гражданина.
   В предшествующей редакции было: "Весною, в среду, в час жаркого заката на Патриарших прудах появилось двое граждан". Затем писатель зачеркнул чернилами первые два слова, вставил новое слово "весеннего", и предложение приняло вид: "В час жаркого весеннего заката на Патриарших прудах появилось двое граждан".
   В тетради дополнений к роману синим карандашом сделаны две вставки -- в самом начале: "Однажды" и после "заката" добавлено: "в Москве".
   Если начало действия в "москровских" главах задано появлением Воланда на Патриарших "в час жаркого весеннего заката" и заканчивается его исчезновением с Воробьевых гор "в субботний вечер на закате", то Библейский "план повествования" организован движением от "раннего утра четырнадцатого числа весеннего месяца нисана" к "рассвету пятнадцатого нисана". Таким образом, восход солнца символизирует такой персонаж как Иешуа, а закат и ночь ( мистический план развивается от праздничной "ночи полнолуния" на субботу до прощеной "ночи на воскресение" ) - символизирует Воланд.
   По мнению некоторых исследователей, жара в романе - "явление знаковое", деталь мотива "московского" апокалипсиса. Указание на час заката выполняет функцию своеобразного "зачина" и вводит в пространство, где временные признаки либо отсутствуют, либо оказываются мнимыми. По мнению И.Белобровцевой и С.Кульюс, историческая канва здесь не имеет значения, важны только внутренние границы между событиями и мотивы солнцестояния, восхода, заката, полной луны.
   На Патриарших находилась квартира друга М.Булгакова Ю.Слезкина, "сюда водил писатель будущую жену, Е.Шиловскую, в начале их знакомства" ( И.Белобровцева, С.Кульюс, 2007, 145 ). В романе писатель использует по приемуществу старые, дореволюционные названия московских улиц.
   В старину вся округа была заболоченной низиной, из которой вытекали ручьи и речки ( Черторый, Бубна, Кабаниха ). В конце семнадцатого века своей резиденцией это место выбрал патриарх Иоаким, и на месте болота ( от которого остались только названия: Малый и Большой Козихинский переулки ) появилась Патриаршья слобода. Сначала пруды пребывали в полузаброшенном состоянии, и только в 1812 году их почистили и привели в богоугодный вид.
   Рядом с Патриаршьими жил поэт Иван Дмитриев, в гостях у которого бывали Пушкин, Боратынский, Карамзин. Лев Николаевич Толстой привозил сюда своих дочерей - кататься на коньках. Неподалеку от Патриаршьих жил Маяковский. В этих местах провел свою единственную зиму в Москве Блок. Рядом с прудами снимали мастерские художники: Суриков, Поленов, Жолтовский, Руднев.
   Прудов было три. В настоящее время остался только один.
   Принято считать, что на Патриаршьих Берлиоз и Бездомный сидели на третьей лавичке слева. Трамваи здесь не ходил - он ходил по Большой Садовой, рядом с домом Булгакова. "Вполне вероятно, что он был перенесен с Большой садовой на Патриаршьи благодаря фантазии автора" ( Н.Фельдман, 2007 ).
   Булгаков любил гулять по Патриаршьим в вечерние часы вместе с Еленой Сергеевной.
   На улице Малая Бронная 32 находится дом, построенный архитектором Кондратенко в 1912 году. Этот высокий дом с башнями, по словам исследователей, как бы нависает над патриаршьими прудами и придает их атмосфере нечто мистическое. Этот дом был описан в рассказе "спиритический сеанс". И в действительности, здесь проживали друзья Булгакова - братья Корешковы, проводившие магические сеансы. Как-то во время полнолуния писатель привел сюда Елену Сергеевну.
   - Ведьма, - сказал, увидев ее, один из гостей.
   - Как он угадал! - восклицал позже Булгаков. В то время он писал образ Маргариты, и, очевидно, сравнивал с ней Елену Сергеевну.
   "Говорят, была на Патриарших и будочка "Пиво и воды" у выхода к Малому Козихинскому переулку, и бакалея, в которой Аннушка покупала масло, -- на углу Малой Бронной и Большого Патриаршего переулка -- дом 27/4" ( Надежда Шапиро ).
  
   Один из них .. свою приличную шляпу пирожком нес в руке
   Шляпе посвящено целое исследование Э.Корман. Шляпа Берлиоза больше нигде в романе не встречается. Как считает исследователь, это символ того, что писатель ожидает, что вскоре Берлиозу надлежит расстаться - не только со шляпой, но и с тем, что находится под ней.
   В Советской России одежда, по словам исследователей, тоже имела "знаковый характер", говорила о принадлежности к той или иной социальной группе. Наличие шляпы ассоциировалось с "чужим" миром ( "интеллигенты", "иностранцы" и "классовые враги" ). В пьесе "Адам и Ева" один из персонажей, Ефросимов, утверждает: "Война.. будет потому, что в трамвае мне каждый день говорят: "Ишь .. шляпу надел!"
   "По улицам Москвы у Булгакова плывет "реки кепок", словно ориентированные на главную кепку страны - излюбленный головной убор Ленина. Но в начале тридцатых годов.. по наблюдению французского журналиста Родэ-Сэна, "некоторые прохожие < уже > резко отличаются от общей массы своим видом. Они гораздо лучше одеты и все без исключения носят портфели. Это - чиновники, властители советского общества". В булгаковском романе.. нашло отражение это новое расслоение общества, начавшееся на рубеже десятилетий: шляпу носит ответственный работник, редактор солидного журнала Берлиоз. Якобы иностранец в Торгсине тоже оказывается "в новешенькой шляпе, не измятой и без подтеков на ленте, в сиреневом пальто" ( И.Белобровцева, С.Кульюс, 2007, 146 ).
  
   Второй - плечистый, рыжеватый, вихрастый молодой человек в заломленной на затылок клетчатой кепке
   Похожая портретная зарисовка имеется в "Записках покойника" - "кепка на буйных кудрях" ( наблюдение С.Белобровцевой и И.Кульюс ). В кепке появляется и Полиграф Полиграфыч в "Собачьем сердце". По мнению исследователей, и у кепки в то время был "знаковый характер" ( в подверждение чего приводится песня "Серая кепка и красный платок" и шутка Блока - "Как надену кепку и войду в трамвай, сразу хочу толкаться" )
  
   Первый был не кто иной, как Михаил Александрович Берлиоз
   Исследователи заметили, разумеется, что инициалы Берлиоза полностью совпадают с инициалами автора. Возможно, такое совпадение неслучайно. Чаще всего оно трактуется в том смысле, что Булгаков таким образом выразил отношение к себе как к писателю, и члену союза писателей. Заметим, что еще в "Гудке" Михаил Булгаков подписывался инициалами - М.Б. или Г.П.Ухов - "то есть гэ-пэ-ухов - это озорство, впрочем, быстро раскрыли и прикрыли" ( А.Варламов, 2009 ).
   Инициалы в другой редакции - такие же - Марк Антонович Берлиоз.
   О.Кушлина и Ю.Смирнов пишут: "...совпадение инициалов Михаила Александровича Берлиоза и Михаила Афанасьевича Булгакова.. заставляет увидеть в выборе этого имени особый смысл. Сходство имеется уже в биографиях. И тот и другой получили медицинское образование и оставили врачебное поприще ради искусства... Но главные параллели проходят через их творчество.. Основные сочинения Берлиоза: восемь снов из "Фауста", ораториальная трилогия "Детство Христа", опера-оратория "Осуждение Фауста" и самое известное его произведение "Фантастическая симфония"... Гектор Берлиоз гораздо ближе М.А.Булгакову, чем к персонажу его романа -- М.А.Берлиозу.
   Возможно, что Берлиоз -- это в какой-то степени сатира писателя на самого себя, модель преуспевающего Булгакова" ( О.Кушлина, Ю.Смирнов, 1988 ).
   В ранних редакциях: Михаил Яковлевич, Михаил Максимович, Антон Антонович, Григорий Александрович, Антон Миронович, Борис Петрович, Александр Александрович, Марк Антонович ( видимо, намек на Марка Антония ). Берлиоз назывался также Мирцевым, Крицким, Цыганским, Чайковским, Поплавским. В итоговом варианте его имя, помимо прочего, символично - это имя архистратига Михаила, которым по иронии автора наделен атеист ( наблюдение Ф.Балонова ).
   И фамилия - Берлиоз - тоже "говорящая", она - "часть кода" ( И.Белобровцева, С.Кульюс ), - Гектора Берлиоза ( композитора ) называли "музыкальным Мефистофелем". Он был автором "Фантастической сифонии" ( не путать с фантастической какофонией ), четвертая и пятая часть которой назывались "Шествие на казнь" и "Сон в ночь шабаша ведьм". Среди других сочинений Берлиоза - восемь сцен из "Фауста", "Осуждение Фауста" и оратория "Детство Христа". В "Фантастической симфонии" герой, подобно Берлиозу, теряет голову. В случае с фамилией наблюдается то же, что и с именем - атеист наделен фамилией композитора - автора мистических произведений.
   "Из-за портретного сходства - невысокий рост, лысина, очки в роговой оправе, поучающий тон - прототипом Берлиоза.. считали главу РАПП и главного редактора журнала "На посту" ( "На литературном посту" ) Леопольда Леонидовича Авербаха.. Называли в качестве его прототипа и других партийных деятелей от литературы. Среди них главный редактор журнала "Красная новь", впоследствии советский дипломат Ф.Раскольников; редактор театральных журналов В.Блюм; глава Народного комиссариата просвещения А.Луначарский. Так, в ранней редакции Берлиоз, безмятежно уверенный в своем будущем дне, как сказала бы М.Чудакова, "в пенсне, лысоват", гладко выбрит, одет в гимнастерку, защитные штаны и сапоги. Эти детали обезпечивают.. сходство с обликом Луначарского.. созвучными его имени были и первоначальные имена Антон и отчество Антонович" ( И.Белобровцева, С.Кульюс, 2007, 149 ). Также прототипами редактора называют Д.Бедного и М.Кольцова.
   Берлиоз - образ, противоположный мастеру и самому Булгакову. В ранних редакциях романа после рассказа о гибели Берлиоза и погони Иванушки шло замечание: "На бульварном кольце будет воздвигнут памятник". По словам исследователей, "наиболее вероятно, что имелся в виду памятник погибшему Берлиозу". Но в итоговой редакции нет ни памятника Берлиозу, ни монумента поэту Житомирскому, помещенному было перед домом Грибоедова, видтимо, по причине "неприятности" этих персонажей для автора.
   В итоговой редакции он - редактор безымянного художественного журнала. В ранней - вполне названного - "Богоборец" ( синоним "безбожника" ). "Начальник атеист, ну, и понятно, все равняются по заведывающему, чтобы не остаться без куска хлеба" - со свойственной ему проницательностью заявляет Воланд. "Эти слова задели Берлиоза. Презрительная улыбка тронула его губы, в глазах появилась надменность. - Во-первых, у меня нет никакого заведывающего".
   Весьма значительной фигурой считает Берлиоза А.Зеркалов. Берлиоз, по мнению исследователя, задает "историографическую канву" Евангельского сюжета -- Булгаков воспроизводит его указания с точностью, но так, что результат выходит обратный тому, чего хотел бы "начитанный редактор" .
  
   В.Немцев указывает на то, что "наказание" Воланд посылает только неисправимым. В полном смысле слова "наказаны" в романе Булгакова Берлиоз и Майгель. Горит "дом Грибоедова", где собираются изумительно завравшиеся литераторы, а также Торгсин у Смоленского рынка, пресыщенный духом обмана. Итак, результат пребывания Воланда в "красной столице" - то, что лицемерные обманщики наказаны, а "обманы исчезли".
   По словам Л.Векс, Берлиоз - "символ современного человека, чья значительная эрудиция не сопровождена духовным просвещением", в частности - один из его видов - апологет марксизма - ленинизма. Булгаков же, по словам исследовательницы, скептически относился к историческим законам марксизма.
   Дм.Лавров упоминает в своем исследовании жизненные прототипы Берлиоза - семейство Берлиозов, которое владело в Киеве большими земельными участками, и "Берлизовы огороды" на Демиевке были у всех на слуху ( заметьте, что дядя Берлиоза живет в Киеве ).
   Кроме того, одежда Берлиоза, по словам Н.Плаксицкой, отражает его положение на социальной лестнице. "Редактор журнала, председатель Массолита Михаил Александрович Берлиоз имеет серый солидный костюм. Его облик дополняет новая шляпа, которую он из-за жары бережно держал в руках, и огромные очки в роговой оправе. Наряд молодого писателя Бездомного намного скромнее костюма председателя Массолита: "вихрастый молодой человек в заломленной клетчатой кепке - был в ковбойке, жеванных белых брюках и черных тапочках". Однако герой имел возможность в недалеком будущем изменить свое положение: если бы продолжал писать по заказу бездарные стихи (как поэт Рюхин), то вместо помятых брюк и клетчатой кепки у него появился бы солидный костюм и широкополая шляпа" ( Н.Плаксицкая ).
  
   Председатель правления одной из крупнейших московских литературных ассоциаций, сокращенно именуемой МАССОЛИТ
   МАССОЛИТ можно расшифровать как Массовая литература, что ближе по звучанию, или, в духе эпохи, Мастера социалистической литературы. Или как "Масонский союз литераторов" ( Б.Соколов ). Его прототипы - РАПП (Российская Ассоциация Пролетарских Писателей), МАПП (Московская Ассоциация Пролетарских Писателей) или МАСТКОМДРАМ (Мастерская коммунистической драматургии) . В то же время существовали Свомас ( Свободные художественные мастерские ), Уновис ( Утвердители нового искусства ), Главлит ( эвфемистическое название советского цензурного ведомства, упраздненного, по словам К.Атаровой, во второй половине восьмидесятых годов ). Массолит
   мог обозначать Московскую ассоциацию литераторов. В разных вариантах третьей редакции эта организация именовалась Вседрупис, Миолит, Всемирное объединение писателей ( Всемиопис ), в четвертой - Всемирное объединение литераторов. Подобные многослойные аббривиатуры воспринимались Булгаковым как искажение языка. В "Записках на манжетах" описано иронически отношение автора к увиденной им по приезде в Москву аббривеатуре Дювлам ( двадцатилетний юбилей Владимира Маяковского ).
   Б.Соколов указывает на то, что жизненным прототипом Берлиоза мог быть председатель РАППа Леопольд Леонидович Авербах. Исследователь принимает внимание то, что в знаменитой сцене "Фауста", которую Булгаков знал и которую представил в "Мастере и Маргарите" в виде сцены выбора папирос "Наша марка", действие происходит в погребе Ауэрбаха.. фамилии почти тождественные!
   То, что происходит с головой Берлиоза, напоминает, по мнению Б.Соколова, роман английского писателя Чарльза Мэтьюрина "Мельмот-скиталец". Стентон, очутившийся в психиатрической лечебнице, обнаруживает там соседа, который просит "не искушать его" головой Карла Первого, причем здесь же содержится живописное описание головы, из которой, по выражению автора, "струится кровь".
   Возможно, прототипом Берлиоза послужил руководитель Главлита Лебедев-Полянский, который, говоря о повести "Собачье сердце", заметил: "Мы все рассчитывали, что Булгаков как-нибудь сумеет перейти на новые рельсы, приблизиться к советскому строительству и пойти вместе с ним попутчиком, если не левым, то бы правым или средним, или каким-нибудь другим. Но действительность показала, что часть писателей пошла с нами, а другая часть писателей, вроде Булгакова, не пошла и осталась самой враждебной нам публикой до последнего момента" ( цит. по А.Варламов, 2009 ).
   В качестве прототипа Берлиоза указывали также Ф.Раскольникова, общественного деятеля и редактора журнала "Красная новь" ( ряд журналов с похожими названиями есть в "Роковых яйцах" ), профессора М.Рейснера, автора атеистического предисловая к книге А.Барбюса, В.Блюма, редактора театральных журналов и заведующего театральной секцией Главреперткома, С.Городецкого, автора атеистической рецензии на пьесу С.Чевкина "Иешуа Га-Ноцри" и даже поэта Д.Бедного и А.В.Луначарского. Булгаковский Берлиоз имеет двенадцать последователей, членов правления Массолита, ассоциирующихся с двенадцатью божествами.
   Относятся к числу Массолитовцев и некоторые современные "булгаковеды" ( как они себя называют ). Так, В.Лосев в статье "Бог поругаем не бывает", Бога как раз и поругал.
   Пишу об этом в твердой уверенности, что позволившие себе подобные оскорбления Бога и читателя "критики" даже и не заметят, не прочитают моего исследования.
   В черновой редакции романа эта писательская организация была изображена почти саркастически, напр., во время одного из заседаний -
   "В проход к эстраде прорвалась женщина. Волосы ее стояли дыбом, изо рта торчали золотые зубы. Она то заламывала костлявые руки, то била себя в изможденную грудь. Она была страшна и прекрасна. Она была та самая женщина. после появления которой и первых исступленных воплей толпа бросается на дворцы и зажигает их, сшибает трамвайные вагоны, раздирает мостовую и выпускает тучу камней, убивая...
   Председатель, впрочем, был человек образованный и понял, что случилась беда.
   -- Я! -- закричала женщина, страшно раздирая рот. -- Я -- Караулина, детская писательница! Я!" ( М.Булгаков, 2006, 957 )
   Затем события разворачивались так:
   "Караулина, детская писательница ( очевидное несоответствие - фамилия писательницы символизирует революционный "караул", но занимается она несерьезными, "детскими" вопросами - И.П.) закусив кисть правой руки, на коей сверкало обручальное кольцо ( составлявшее уникальный ансамбль с золотыми зубами - И.П. ), завалилась набок и покатилась по полу в проходе, как бревно, сброшенное с платформы. Зал замер, но затем чей-то голос грозно рявкнул:
   -- Вон из списка!
   -- Вон! Вон! -- загремел зал так страшно, что у председателя застыла в жилах кровь.
   -- Вон! В Гепеу этот список! -- взмыл тенор".
   После этого из рядов литераторов поднимается плечистый парень, заводила, "типичный бузотер" и пытается "разъяснить" причину, по которой в списке появилась гражданка Беатриче Дант ( очевидно ироническое сравнение с юной и неискушенной музой известного поэта ).
   "-- Товарищ председатель, -- играя змеиными переливами, заговорил бузотер, -- не откажите информировать собрание: к какой писательской организации принадлежит гражданка Беатриче Григорьевна Дант? Р-раз. Какие произведения написала упомянутая Дант? Два. Где означенные произведения напечатаны? Три. И каким образом она попала в список?"
   "-- Товарищ Беатриче Григорьевна Дант, долгое время работала в качестве машинистки и помощника секретаря в кабинете имени Грибоедова", - поясняет председатель. В ответ собрание разражается необыкновенным хохотом, а один из литераторов просит показать ему упомянутую Дант, чтобы "полюбоваться" на нее. Председатель указывает на "необыкновенной красоты женщину" в первом ряду. Председатель заявляет, что Беатриче входит в одно из колен известного писателя Данте. На это собрание предлагает отправить бывшую машинистку в Италию. "Будьте благоразумны! - восклицает председатель, - она беременна!" "В родильный дом!" - раздается в ответ ( М.Булгаков, 2006, 959 )
   Возможно, это заседание появилось благодаря впечатлению от письма, написанного Булгакову неизвестным, подписавшимся "Мышлаевский", в 1927 году: "Общие собрания под бдительным инквизиторским взглядом месткома. Резолюции и демонстрации из-под палки. Малограмотное начальство, имеющее вид вотякского божка и вожделеющее на каждую машинистку. Никакого понимания дела, но взгляд на все с кондачка. Комсомол, шпионящий походя с увлечением.." ( цит. по Б.Соколов, 2006 )
   Пристрастие писателя к аббиривиатурам и сложным обозначением объясняется возможностями их различного толкования, привлекательными и для читателя, по-своему видящего структуру слова. Известно, что Булгаков был режиссером одной из таких шарад, поставленных в Доме поэта в Коктебеле. "Темой шарады выбрали слово "Навуходоносор". Первое: "на в ухо!" -- раскрывалось сценкой: таверна, попойка, драка. Затем шло слово "донос". И, наконец, Мария Степановна ходила "по двору" и кричала: "Опять кто-то насорил!" -- "ор". Целое изобразил Волошин: задрапированный в простыню, он "вдруг взвизгнул, встал на четвереньки и стал жрать траву". Любовь Евгеньевна участвовала в представлении в качестве актрисы" ( по воспоминаниям Н.Манухиной ).
  
   молодой спутник его - поэт Иван Николаевич Понырев, пишущий под псевдонимом Бездомный.
   Были опробованы следующие варианты фамилий и псевдонимов персонажа: Антоша Безродный, Иванушка Попов, Иван Николаевич Попов, Иванушка Безродный, Иван Покинутый, Иван Петрович Тешкин, "заслуживший громадную славу под псевдонимом Безпризорный", Понырев, Палашов, Пушкарев, Безбрежный ( список И.Белобровцевой и С.Кульюс ). Эти псевдонимы напоминают псевдонимы известных поэтов: Демьяна Бедного( которого Н.Фельдман называет прототипом Ивана ), Мих.Голодного, Мих.Ясного. Литературный прототип - Иван Русаков из романа "Белая гвардия", также написавший антирелигиозное стихотворение. Иван Русаков также в тяжелые часы своей жизни возвращается в молитве к Богу. Этот образ напоминает о записи в дневнике болевшего Булгакова: "Может быть, сильным и смелым Он не нужен, но таким, как я, жить с мыслью о Нем легче. Нездоровье мое осложненное, затяжное. Весь я разбит. Оно может помешать мне работать, вот почему я боюсь Его, вот почему я надеюсь на Бога".
   В романе Иван Бездомный достаточно известен, чтобы его фотография появилась в московской "Литературной газете". В попытках национального истолкования романа Иван Бездомный - истинный и едва ли не главный герой произведения ( П.Палиевский ). В 1923 году в газете "Гудок" было опубликовано письмо, подписанное "Иван Бездомный". По мнению Н.Кузякиной, эта заметка принадлежала М.Булгакову ( Н.Кузякина, Михаил Булгаков и Демьян Бедный // Булгаков - драматург, М., 1988, стр. 394 ).
   Иван Николаевич Понырев становится в финале романа - профессором ( звание, к которому Булгаков относился, очевидно, с уважением ) Института истории и философии. Историками в романе называют себя также Воланд и Мастер.
   Жизненный прототип - поэт Александр Ильич Безыменский. Б.Соколов в подтверждение этого предположения приводит выдержку из редакции 1929 года. где упоминался памятник "знаменитому поэту Александру Ивановичу Житомирскому, отравившемуся в 1933-м году осетриной". А ведь Безыменский был родом из Житомира! - присовокупляет к этому Б.Соколов. Безыменский в свое время выступал против пьесы Булгакова "Дни Турбиных", и это могло стать поводом для изображения его в романе, считает Б.Соколов.
   Предсказание Воланда, касающееся Ивана Бездомного - о том, что последний окажется в сумасшедшем доме, вероятно, восходит к роману английского писателя Чарльза Мэтьюрина "Мельмот Скиталец". В романе Мельмот предсказывает Стентону, что следующая их встреча произойдет в стенах сумасшедшего дома в двенадцать часов дня. Стентон действительно вскоре попадает в сумасшедший дом, причем это вызвано "постоянными разговорами его о Мельмоте, безрассудной погоней за ним, странным поведением в театре и подробным описанием их необыкновенных встреч, которые делались с глубочайшей убежденностью". В лечебнице Стентон сначала буйствует, но потом решает, что "самым лучшим для него будет прикинуться покорным и спокойным в надежде, что с течением времени он либо умилостивит негодяев, в чьих руках он сейчас оказался, либо, убедив их в том, что он человек безобидный, добьется себе таких поблажек, которые в дальнейшем, может быть, облегчат ему побег". У героя Мэтьюрина в сумасшедшем доме "оказались два пренеприятных соседа", один из которых постоянно распевал оперные куплеты". В романе Булгакова Иван Бездомный повторяет приключения Стентона - здесь имеются и странные разговоры о Воланде, и погоня за ним, и непонятное окружающим поведение, правда, не в театре, а в "доме Грибоедова", и достаточно "буйное" поведение в клинике ( это когда Иванушка боролся с санитарами и бросился головою вперед в направлении окна ).
   Литературный прототип Иванушки - Студент, пришедший учиться у Фауста в поэме Иоганна Вольфганга Гёте. По словам Б.Соколова, слова Студента Гете -
  
   Три года обученья - срок,
   По совести, конечно, плевый.
   Я б многого достигнуть мог,
   Имей я твердую основу.
  
   Булгаков "пародирует" во фразе, сказанной Бездомным - "Взять бы этого Канта, да за такие доказательства года на три в Соловки!" Как известно, три года - это срок обучения средневековых студентов.
   Кроме того, происхождение этой "крылатой" фразы Ивана Бездомного помогает раскрыть дневниковая запись Е.С.Булгаковой 11 декабря 1933 года, где жена писателя приводит рассказ сестры Булгакова Надежды о том, как один из родственников ее мужа А. М. Земского (1892-1946), коммунист, "сказал про М. А. - Послать бы его на три месяца на Днепрострой, да не кормить, тогда бы он переродился".
   Таким образом, впоследствии три месяца превратились в три года, Днепрострой - в Соловки. И В "Мастере и Маргарите" "Воланд как раз "подставляет ножку" ( слова Мефистофеля - предостережение Студенту ) Ивану, приводя поэта в сумасшедший дом" ( Б.Соколов )
   В финале романа Студент становится Бакалавром, поэт Иванушка - профессором. Хотя параллель не явная и не определяет смысл "преображения" Ивана.
   Поэт Александр Ильич Безыменский был прототипом Александра Ивановича Житомирского (Безыменский родился в Житомире), упоминавшегося в одном из черновиков романа: "Сад молчал, и молчал гипсовыи поэт Александр Иванович Житомирский -- в позапрошлом году полетевший в Кисловодск на аэроплане и разбившийся под Ростовом".
   Здесь Житомирский повторяет судьбу Берлиоза, которому также не удается выехать в Кисловодск.
   А. Безыменский известен тем, что опубликовал в газете "Комсомольская правда" "Открытое письмо Московскому Художественному театру", где писал откровенно: "Я ничего не говорю против автора пьесы Булгакова, который чем был, тем и останется: новобуржуазным отродьем, брызжущим отравленной, но бессильной слюной на рабочий класс и его.. идеалы. Но вы, Художественный театр, вы - другое дело" ( цит. по А.Варламов, 2009 )..
   Заметим, что фамилия "Бездомный", по словам А.Смелянского, значима в смысловой структуре романа и напоминает характерные писательские псевдонимы тех лет: Бедный, Веселый, Голодный, Безпощадный.
   И Ершалаим, и Москва, по определению Б.Гаспарова, "города бездомных". "Если Иешуа (так же как и Мастер) оказывается бездомным в буквальном смысле - то Пилат ощущает себя крайне неудобно устроенным во дворце Ирода Великого. Он жалуется на то, что "не может ночевать" во дворце (и действительно спит на веранде), что это "бредовое сооружение" сводит его сума" ( Б.Гаспаров, 2008 ). Так же московские персонажи рисуются всячески озабоченными "квартирным вопросом".
   Такая безприютность и неустроенность в городе приводит к непременным мечтам о перемене мест. Пилат мечтает о том, чтобы уехать в свою резиденцию, в Кесарию Стратонову на Средиземном море. Берлиоз хочет "вырваться" в Кисловодск. Члены Массолита мечтают о "творческих командировках" в Ялту. Римский и Варенуха завидуют Степе, якобы веселящемуся в подмосковье.
   Так как Иванушка в финале романа становится историком, Б.Гаспаров решается сравнить его с евангелистом Иоанном.
  
   Да, следует отметить первую странность этого страшного майского вечера.
   Не только у будочки, но и во всей аллее, параллельной Малой Бронной улице, не оказалось ни одного человека.
   В рассказе Мастера - "И не было, вообразите, в переулке ни души". Эта особенность пространства в романе, как говорится, еще ждет своего исследователя. Похожие безлюдные места в романе: подвальчик мастера, палата в клинике Стравинского, в них, по словам исследователей, происходят самые существенные события. Замечено, что словосочетание "страшный майский" - намек на творчество Н.Гоголя ( "Майская ночь, или Утопленница", "Страшная месть", "Страшный кабан" ), это - обещание последующих необыкновенных, мистических событий.
   В ряде произведений Булгакова действие приурочено к Пасхе или Рождеству. "В начале "Белой гвардии" наступает "белый мохнатый декабрь" и во всем чувствуется "отсвет Рождества". С 23 на 24 декабря профессор Преображенский делает операцию, превращая Шарика в человека. В "Записках покойника" первая глава начинается фразой "Гроза омыла Москву 29 апреля", весной 1929 года воскресает Москва в повести "Роковые яйца". Действие последнего булгаковского романа безусловно привязано к Пасхе, хотя в ранних редакциях встречается вариант середины июня" ( И.Белобровцева, С.Кульюс, 2007, 153 ).
  
   - Нарзану нету, - ответила женщина в будочке и почему-то обиделась.
   - Пиво есть? - сиплым голосом осведомился Бездомный.
   - Пиво привезут к вечеру, - ответила женщина.
   - А что есть? - спросил Берлиоз.
   - Абрикосовая, только теплая, - сказала женщина.
  
   В ранней редакции содержится уточнение - Бездомный и Берлиоз изнывали от жары, потому "истомились, пока шли с площади Революции до Патриарших" ( М.Булгаков, 2006, 82 ). По пути с площади Революции на Патриаршьи редактор рассказывал Бездомному о подробностях "антирелигиозной" поэмы, которую планировалось написать.
   На Патриаршьих беседа продолжилась, причем в речи редактора "как пузыри на воде, вскакивали имена не только Штрауса и Ренана, но и историков Филона, Иосифа Флавия и Тацита" ( ранняя редакция, М.Булгаков. 2006, 82 ).
   В варианте романа "Золотое копье" будочка называлась "всевозможные прохладительные напитки" и была "весело" раскрашена. В дальнейшем автор понял, что происшествию, случившемуся дальше с Берлиозом, "веселая" раскраска будочки будет явно противоречить.
   В редакции романа "Золотое копье" литераторы просили не только нарзану, но и боржому. В "Великом канцлере" "фруктовая пахла одеколоном и конфетами".
   Нарзан - (от кабард. нарт-санэ "напиток нартов", "напиток богатырей") -- лечебно-столовая природная минеральная вода, разливается в городе Кисловодск. Именно в Кисловодск мечтает убежать Берлиоз с Патриаршьих в этот вечер ( "и поехать, поехать на юг... И блестящие медные скобки в международном вагоне, и ветер, ветер, ветер навстречу..." ) Но не удастся Берлиозу ни посетить этот гостеприимный город, ни выпить нарзану.
   Боржом - минеральная вода из одноимённого города Боржоми в Грузии.
   В ранней редакции романа боржом представлен как предмет особого вожделения истомленных солнцем жителей столицы: "всякому человеку хотелось ледяного боржома. Но боржом был теплый, сомнительный. После него хотелось шницеля, шницель гнал к водке, водка к селедке, опять боржом лез из бутылки, шипел, в международный бы вагон.." ( М.Булгаков, 2006, 951 ).
   Кроме абрикосовой, в тридцатые годы была уже и газированная вода ( в дневнике Е.С.Булгаковой - "23 августа. ...встретили в Лаврушинском Валентина Катаева. Пили газированную воду. Потом пошли пешком" ).
   Разговор литераторов с продавщицей будничный, что контрастирует с последующими необычайными событиями. Реплике продавщице "Нарзану нету" соответствует фраза Воланда - ".. что же это у вас, чего ни хватишься, ничего нет!" В романе ситуация с прохладительными напитками напоминает владикавказскую: "в ЛИТО не было ни стульев, ни столов, ни чернил, ни лампочек, ни книг, ни писателей, ни читателей. Коротко: ничего не было" (М. Булгаков. "Записки на манжетах").
  
   И тут знойный воздух сгустился перед ним, и соткался из этого воздуха
   прозрачный гражданин престранного вида
   По мнению А.Зеркалова, здесь Берлиоза очевидно предупреждают -- сначала "тупая игла", потом "необоснованный, но столь сильный страх, что ему захотелось тотчас же бежать с Патриарших без оглядки". Как бы возглас -- "суд идет!". Но Берлиоз не чувствует угрозы, объясняет свой страх так: "Я переутомился".
   "В описании московской жизни в "Мастере и Маргарите" использованы имена, детали.. восходящие к фельетонам двадцатых годов и к дневниковым записям. Комментируемое словосочетание впервые появилось у Булгакова в очерке "Столица в блокноте" ( опубликован в газете "Накануне" в декабре 1922 - феврале 1923 года ) в описании милиционера: " .. за спиной молодого человека .. из воздуха соткался милиционер. Положительно, это было гофмановское нечто". В "Белой гвардии" - "Откуда же взялась эта страшная армия? Соткалась из морозного тумана.." ( И.Белобровцева, С.Кульюс, 2007, 161 - 162 ).
  
   Пожалуй, пора бросить все .. и в Кисловодск.
   Кисловодск - бальнеологический курорт в России, расположен в Ставропольском крае, недалеко от Кавказских Минеральных Вод.
   Возник из русской военной крепости, основанной в 1803 году. Интересно, что своим названием он обязан как раз нарзану, - напитку, который желали испить литераторы.
   В тридцатые годы, по наблюдению Г.Андреевского, газеты призывали москвичей отправиться в путешествия по Крыму (тогда Крымской автономной республике), Кавказу, Волге. "Стоимость такой поездки составляла 200-250 рублей. Среднему квалифицированному работнику такая поездка была доступна", - пишет Г.Андреевский в исследовании "Повседневная жизнь Москвы в сталинскую эпоху. 1930-1940-е годы" - "кто-то получал больше, кто-то меньше. Например, ведущие солисты Большого театра получали четыреста рублей в месяц, а девушки из кордебалета - шестьдесят. Тем не менее все как-то находили себе место под жарким южным солнцем" ( Г.Андреевский, 2010 ). Кроме Берлиоза, который угодил на рельсы.
  
   Дело в том, что редактор заказал поэту для очередной книжки журнала большую антирелигиозную поэму. Эту поэму Иван Николаевич сочинил.
   За поэмой Ивана Бездомного просматривается "Новый Завет.." Демьяна Бедного ( Н.Дождикова ) - именно это сочинение является, по словам исследовательницы. прообразом поэмы Бездомного. Полный комплект "Безбожника у станка", автором которого являлся Д.Бедный, за 1924 год приобрел М.Булгаков. К 1926 году сочинения Демьяна Бедного антирелиозного характера составили целый том в собрании его сочинений ( восьмой ). По словам О.Чудаковой, Булгаков следил за публикациями Демьяна Бедного. В его архиве даже сохранилась небольшая папка с газетными вырезками ( М.Чудакова, "Воспоминания о Михаиле Булгакове" ).
   Но, разумеется, не только Демьян Бедный был участником антирелигиозной кампании. Так, Б.Соколов приводит в своем исследовании, говоря о Страстной неделе 1929 года, несколько газетных публикаций. В "Вечерней Москве" 29 апреля появились статьи М.Шеина "Маскарад. Классовый враг под флагом религии" и Э.Гарда "Зарисовки с натуры в бывшем Божьем особняке". Во второй рассказывалось, что в здании церкви разместилась выставка Наркомздрава. "Это вызвало недоумение у старушек, по привычке зашедших в храм, где на стенах вместо постных святых - картины и музейные экспонаты на боевую тему "Как быть всегда здоровым". В том же году, 12 июня в Москве проходил Всесоюзный съезд безбожников, на открытии которого с докладами выступали Н.Бухарин и Е.Ярославский.
   "Большинство нашего населения сознательно и давно перестало верить сказкам о Боге", - это утверждение Берлиоза, по словам К.Атаровой, не соответствовало действительности. По официальным данным, в городах в середине тридцатых годов одна треть, а в деревнях две трети взрослого населеня были верующими.
   "В незавершенной рукописи романа поэма была объемом в триста строк, к неи художник нарисовал иллюстрацию, на которой "Христос был изображен во фраке с моноклем в глазу и с револьвером в руках" ( И.Белобровцева, С.Кульюс, 2007, 156 ).
   В тридцатые годы "антирелигозная поэма" не удивляла, на комсомольских красных Пасхах ставились инсценировки суда над Папой Римским, существовали антирелигиозные карнавалы и шествия под песни на слова Д.Бедного, в июне 1929 года прошел Всесоюзный съезд безбожников. В мае 1925 года Д.Бедный в "Правде" напечатал свой "Новый завет без изъяна евангелиста Демьяна", в тридцатые издавался журнал "Безбожник", в одном из выпусков которого был помещен портрет Д.Бедного в нимбе святого с пятиконечной звездой на груди.
   Как пишет А.Элочевская, с точки зрения Булгакова, невозможно само отрицательное отношение автора к своему герою. Ибо создатель "осуществляет по отношению к своим героям "идею эстетической любви"" "Героев своих надо любить; - говорит писатель Максудов, - если этого не будет, не советую никому браться за перо - вы получите крупнейшие неприятности". Такие неприятности ожидают Ивана Бездомного - автора поэмы о Христе. Среди них: гибель наставника - Берлиоза, изматывающая погоня за "иностранным консультантом" по вечерней Москве, "попадание" в психиатрическую лечебницу.
  
   на знаменитого Филона Александрийского
   Филон Александрийский - философ, стремившийся соединить иудаистическое мировоззрение с греческой философской мыслью, толкователь Библии. В библиотеке М.Булгакова была книга Филона Александрийского "О жизни созерцательной".
  
   на блестяще образованного Иосифа Флавия
   Иосиф Флавий (ок. 37 -- после 100) - древнееврейский историк. Родился в семье священнослужителя в Иерусалиме. Принадлежал к партии фарисеев. "Во время Иудейской войны был назначен военачальником в Галилее, хотя не одобрял восстание против римлян. Сдался римлянам; пользовался покровительством Веспасиана (принял его родовое имя -- Флавий), жил в Риме. Сочинения Иосифа Флавия, написанные на греческом языке, -- "Иудейская война", "Иудейские древности" (история евреев от сотворения мира до войны с Римом), "Жизнь" (автобиография), "О древности иудейского народа. Против Апиона" ( БЭКМ, 2005 ). "Во время войны.. Флавий сдался римлянам в плен и стал спутником императора Веспасиана, заработав проклятия соотечественников" ( И.Белобровцева, С.Кульюс, 2007, 158 ).
   В "Иудейских древностях" есть сообщение о Христе как о "мудром человеке", творившем чудеса. В библиотеке М.Булгакова было это издание - И.Флавий, Иудейские древности, т. 1 - 2, СПб.: типолит. А.Е.Ландау, 1900. Ф.Фаррар называл Флавия вероотступником, который "всячески избегал указаний на события, которые имели хоть самое отдаленное отношение к жизни Христа"
  
   то место в 15-й книге, в главе 44-й знаменитых Тацитовых "Анналов", где говорится о казни Иисуса, - есть не что иное, как позднейшая вставка
   Тацит ( ок. 58 - ок. 117 ) - известный римский историк. Его работы посвящены истории Рима и Римской империи, главные из них "Анналы" и "История", а также религии и быту древних германцев ( очерк "Германия" ).
   Тацит занимал видные гос. должности при Флавиях, Нерве, Адриане. При Домициане был удостоен сенаторского звания. При императоре Нерве Тацит стал консулом;
   В "Анналах" описывал правление Тиберия, Клавдия и Нерона. В "Истории" - "о временах, исполненных несчастий, изобилующих жестокими битвами, смутами и распрями, о временах диких и неистовых даже в мирную пору". В этом произведении Тациту "очевидно крушение основ римского общества, падение нравов, попрание свобод" - утверждают авторы "БЭКМ".
   В библиотеке М.Булгакова было французское издание Тацита ( Tacite. Ouevres complites. T 1. Annales. Paris, 1958 ). В архиве сохранилась выписка: "Auctor nomiais Ejus Christos, Tiberio imperante per procuratore Pontium Pilatum supplicio affectus erat". Исследователи полагают, что упоминание Христа здесь является поздней вставкой, так как Тацит "не назвал бы префекта Иудеи Пилата прокуратором" ( Каждан, 1966 ).
  
   и про египетского Озириса, благостного бога и сына Неба и земли, и про финикийского бога Фаммуза, и про Мардука, и даже про менее известного грозного бога Вицлипуцли
   Осирис - согласно рассказу Плутарха. старший сын Нут и Геба. муж Исиды. Он царствовал над Египтом, научил людей сеять ячмень и полбу, сажать виноград, выпекать хлеб. изготовлять вино, добывать медную руду. Обучил, кроме того, людей строительству и врачебному искусству. Олицетворял растительный мир и силы природы. Об Осирисе писали И.Бунин и В.Брюсов ( по данным "МНМ" ). Фаммуз - По Э.Безносову, божество плодородия у некоторых народов Передней Азии. Мардук упоминается не случайно, это главное божество города Вавилона ( своеобразного архетипа города в "Мастере и Маргарите" ). Мардук, как считалось, владел водами, обладал искусством врачевания, мог заклинать. Мардук описывается как ребенок-солнце", могущественное божество, которое сопровождали четыре небесных ветра. Символ Мардука - дракон.
   Вицлипуцли- верховное божество ацтеков, олицетворявшее солнце и небо, ему приносились человеческие жертвы.
   В ранних редакциях в список божеств первой главы был также включен пророк Иезекииль.
  
   - Нет ни одной восточной религии, - говорил Берлиоз, - в которой,
   как правило непорочная дева ..
   Один из штампов атеистической пропаганды двадцатых годов. Так, в журнале "Безбожник" за 1926 год имелся обширный материал о непорочных девах с выводом: "Одним словом, миф ( ?! - И.П. ) о девственной природе Божьей матери мы встречаем почти у всех народов".
  
   "-- Нет ни одной восточной религии, в которой бог не родился бы от непорочной девы. Разве в Египте Изида не родила Горуса? А Будда в Индии? Да, наконец, в Греции Афина-Паллада -- Аполлона?" ( ранняя редакция, М.Булгаков. 2006, 83 ).
   В 1981 г. Л.Л.Фиалкова показала, что Булгакову была известна опубликованная в 1923 г. в "Красной ниве" рецензия поэта Сергея Городецкого на пьесу С.М.Чевкина "Иешуа Ганоцри. Беспристрастное открытие истины". "Городецкий пьесу раскритиковал, а Булгаков положил текст рецензии в основу разбора Берлиозом поэмы Ивана Бездомного" ( И.Галинская, 2003 ).
   Достоевский говорил: если ему математически докажут, что истина и Христос несовместимы, он предпочтет остаться с Христом, а не с истиной. В романе "Мастер и Маргарита" эта метафора разворачивается. Перед читателем предстает в первой главе начитанный Берлиоз, который пытает доказать Ивану Бездомному "с математической точностью", что Христа будто бы не существовало. Однако его размышление прерывает появление - иррациональное! - на Патриаршьих Воланда с его свитой. Воланд почитает И.Канта, над доказательством которого смеялся Берлиоз, и .. астрологию - науку, которую не признавали в советской стране. С помощью астрологических "терминов" он дает предсказание судьбы несчастного Берлиоза.
   Рассуждения Берлиоза, имеющие характер тезисов будущей поэмы Ивана, позволяют исследователям думать, что Булгаков читал книгу немецкого ученого Артура Древса (Drews Arthur. Die Christusmythe), уже в 1910 г. выдержавшую несколько изданий. Интересно, что русскому изданию ее была предпослана вступительная статья "Христос как динамо-машина капитализма". "До такого названия вряд ли додумался бы сам Берлиоз!" - восклицает И.Бэлза.
   "Булгаковский Берлиоз, объясняя Ивану целиком вымышленный характер евангельской истории, - пишет Надежда Дождикова, - воспроизводит вкратце тот фирменный набор мифических прототипов Христа, от Озириса до пресловутого Вицлипуцли, который в 1920-е годы встречается у многих отечественных последователей мифологической школы, а в начале 1930-х годов он войдет и в первые антирелигиозные учебники".
   В ранней редакции романа Бездомный говорил так:
   " -- В самом деле, если Бог вездесущ, то, спрашивается, зачем Моисею понадобилось на гору лезть, чтобы с ним беседовать? Превосходнейшим образом он мог с ним и внизу поговорить".
   Такая аргументация - в духе "антирелигиозных" произведений двадцатых годов прошлого века и статей журнала "Безбожник" - позже была минимизирована.
   В рукописи 1928 года Владимир Миронович объясняет Ивану ( тогда - Попову ), что он должен сочинить подпись под карикатурой - рисунком в возглавляемом им журнале "Богобоец". И. слушая его, Иванушка прутиком на песке рисует изображение Христа. Причем на Христа Иванушка надевает пенсне, что должно символизировать отнесенность изображенного на рисунке к чуждому миру - миру капиталистов. Затем появляется Воланд и спрашивает - "Если я правильно понял, вы не изволите верить в Бога". "Не изволим, - ответил Иванушка".Воланд интересуется, как же быть доказательствами бытия Бога, а затем замечает рисунок Иванушки - "исполнение" которого "довольно удачное". Когда Иван делает попытку стереть рисунок, Воланд останавливает его, спрашивая не без лукавства - "А если Он разгневается на вас? Или вы не верите, что он разгневается?". Рисунок остается на песке, а Воланд рассказывает, как он искушал Иисуса, уговаривая его прыгнуть вниз с крыла храма.
   Во второй главе Воланд рассказывает о том, что происходило в Ершалаиме. В третьей главе - "Доказательство инженера" - Воланд говорит Ивану, что доказать свое неверие он может, поправ лик Христа. Иван отказывается, но Воланд обзывает его "врун свинячий" и "интеллигент". Сравнение с интеллигентом для Ивана очень оскорбительно. И он по наущению Воланда топчет свой рисунок, к вящему удовлетворению первого. Здесь нужно заметить, что Воланд в ранней редакции предлагает Берлиозу остановить молодого поэта, этим давая последний шанс для того, чтобы избежать ему печальной участи. Но Берлиоз остается совершенно равнодушен к судьбе нарисованного Иваном Христа:
   " - После того, что я рассказал об Иешуа, вы, Владимир Миронович, неужто вы не остановите юного безумца?! - И острый палец инженера вонзился в небо. -- Остановите его! Остановите! Вы -- старший!
   -- Это так глупо все! -- в свою очередь закричал Берлиоз. -- Что у меня уже в голове мутится! Ни поощрять его, ни останавливать я, конечно, не стану!
   И Иванушкин сапог вновь взвился, послышался топот..
   -- Вот! -- вскричал Иванушка злобно.
   -- Ах! -- кокетливо прикрыв глаза ладонью, воскликнул Воланд, а затем, сделавшись необыкновенно деловитым, успокоенно добавил: -- Ну, вот, все в порядке, и дочь ночи Мойра допряла свою нить" ( цит. по А.Кураев, 2008 )
  
   Митра
   В древних восточных религиях - солнечное божество, символизировало согласие, договор между людьми, доброжелательность.
  
   Впоследствии, когда, откровенно говоря, было уже поздно, разные
   учреждения представили свои сводки с описанием этого человека..
   Роман начинается сценой на Патриаршьих, где два представителя новой советской интеллигенции ( так воспринимают Берлиоза и Бездомного западные исследователя ) говорят о приемлемом для литературе варианте антирелигиозной поэмы. Их "жаркая дисскусия" остановлена появлением "странного человека" Воланда, который:
   а ) способен читать мысли,
   б ) способен предсказывать будущее,
   в ) присутствовал и в далеком прошлом ( на балконе у Понтия Пилата ).
   Воланд пытается доказать им, что Христос существует, ибо он сам видел Его. Иван сначала не доверяет странному иностранцу. Но после того, как редактор "убит трамваем", Иван "начинает поиски" Воланда. Однако он принят за безумца ( тоже по выражению западных исследователей ) и положен в "приют".
   В итоговой редакции повествователь появляется в первой главе, где он призван дать исчерпывающий портрет Воланда, противоречащий сводкам "разных учреждений" и в эпилоге, где он пишет "правдивые строки".
   "Левый и правый глаз Воланда в начале романа и в сцене перед балом описаны противоположным образом: сначала правый глаз черный, левый - зеленый; перед балом правый - "с "золотой искрой", левый - "пустой и черный" ( И.Белобровцева, С.Кульюс, 2007, 53 ).
   И.Белобровцева и С.Кульюс называли эти несоответствия признаками "незавершенности" романа. Одни исследователи объясняли это тем, что здесь имеется художественный прием ( Б.Гаспаров ), другие - тем, что автор просто "недодумал" некоторые принципиальные вопросы ( Л.Яновская ). В романе "Белая гвардия" разноцветные глаза - у Мышлаевского, демоническая внешность - у Шервинского. Кроме того, в названном романе у гетмана Скоропадского имеются золотые и платиновые коронки, и ему же принадлежит золотой портсигар.
   Есть и другие приметы у появившегося в первой главе Воланда: трость с набалдашником в виде головы пуделя ( в пьесе "Фауст" Гете Мефистофель появляется перед Фаустом в облике пуделя ), хромота ( черта падшего ангела ), кривой рот, разного цвета глаза, разной высоты брови. В первоначальных редакциях приметы Воланда были более выразительными, хотя, впрочем, не настолько как у И.Эренбурга, в романе которого "темный" персонаж обладает крутыми рожками под кудрями чуть выше висков, а пальто его прикрывает острый, приподнятый воинственно хвост. Исследователями было замечено, что первый отрывок из романа И.Эренбурга был опубликован в том же выпуске журнала "Рупор", что и фельетон Булгакова "Спиритический сеанс".
   Особенно отмечают исследователи золотые и платиновые коронки иностранца. "Эта черта внешности незнакомца позволяет причислить к называемым исследователями прототипам Воланда ( Мефистофель, Сталин, американский посол Буллит ) Вл.Маяковского, вставная челюсть которого была.. ревниво охраняемой тайной ЛЕФа. "Позолоченый рот" - "портретная черта Маяковского, постоянный мотив эпиграмм на него".. Отношения двух писателей были сложными, известны нападки Маяковского на пьесу "Дни Турбиных" и в стихах, и в беседах; в пьесе "Клоп" ( 1927 ) он упомянул имя Булгакова в словаре забытых слов.. В то же время Булгаков испытывал загадочный интерес к Маяковскому, был потрясен самоубийством поэта.." ( И.Белобровцева, С.Кульюс, 2007, 164 )
   В ранней редакции Бездомный испытывал к иностранцу заметно большую антипатию, потому что "вообще неприязненно относился к иностранцам". Вокруг иностранцев в то время формировалось представление о них как о врагах страны советов. Вредители в современных литературных произведениях были нередко иностранного происхождения или бывшими "своими" ( белогвардейцами, эмигрантами ). В то же время сложилась традиция представлять обвиняемых на политических процессах иностранными шпионами. Чучело иностранца, как замечают исследователи, стало укоренившейся сатирической частью советских парадов.
   "Современники писателя в тридцатые годы, - пишут И.Белобровцева и С.Кульюс, - не рашались приглашать иностранца к себе, а порой и обнаруживать знакомство с ним ( см. реплику Бунши в "Иване Васильевиче": "Я ни за какие деньги с иностранцем не стану разговаривать" ( И.Белобровцева, С.Кульюс, 2007, 166 - 167 ).
  
   .. не было на свете?
   Осенью 1927 года состоялся нашумевший диспут между А.Луначарским и митрополитом Александром Введенским, поводом к которому послужило признание А.Барбюсом исторического существования Христа. В библиотеке Булгакова имелась стенограмма выступлений: "Личность Христа в современной науке и литературе" ( об "Иисусе" А.Барбюса ): стенограмма диспута А.В.Луначарского с митрополитом Ал.Введенским". Как отмечают исследователи, Луначарский на диспуте вел себя в точности как Берлиоз в беседе с Иваном Бездомный ( что является аргументом в пользу версии о наркоме просвещения как о прототипе Берлиоза ).
  
   - Да, мы - атеисты, - улыбаясь, ответил Берлиоз, а Бездомный
   подумал, рассердившись: "Вот прицепился, заграничный гусь!"
   В ранней редакции речь шла о том, что в "красной столице" редко увидишь верующего человека: ".. большинство нашего населения сознательно и уже давно перестало верить сказкам о Боге, и у нас имеет место обратное явление: величайшей редкостью является верующий человек" ( М.Булгаков, 2006, 263 ). "К моменту написания Булгаковым фразы Советская Россия уже провела "церковную революцию". Появился Декрет об изъятии церковных ценностей в пользу государства, сопровождавшийся травлей священнослужителей, арестами патриарха, митрополитов, архиереев и соответствующими процессами ( Московский и Петроградский церковные процессы в апреле - июле 1922 года с расстрелами, с возбуждением уголовного дела в отношении патриарха Тихона и его арестом ). Затем последовало уничтожение сообществ теософов, спиритов, мистиков, религиозных объединений" ( И.Белобровцева, С.Кульюс, 2007, 168 - 169 ).
  
   как же быть с доказательствами бытия Божия, коих, как известно, существует ровно пять?
   В статье П.Васильева "Бог" Энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона названы пять доказательств ( космологическое, телеологическое, онтологическое, нравственное и историческое ). Все эти доказательства И.Кант сводил к трем: онтологическому, космологическому и телеологическому и затем уже доказывал их несостоятельность.
   Очевидно, имелись в виду следующие доказательства бытия Бога.
   нравственное - "В нашей совести существует безусловное требование нравственного закона. Нравственность -- от Бога".Из наблюдения о том, что большинство людей следует некоторым моральным законам, то есть, осознаёт, что есть хорошо, а что -- плохо, делается вывод о существовании нравственности,
   космологическое - "Всё должно иметь причину. Первопричина всего есть Бог".Наиболее известны космологические доказательства, принадлежащие Фоме Аквинскому
   телеологическое - "Мир слишком сложен, чтобы возникнуть случайно". В качестве доказательства от противного Вл.Солоухин приводил здесь мысли муравья, взобравшегося на обшивку печи - о том, могла ли печь возникнуть произвольно или же у нее есть создатель.
   онтологическое - "Совершеннее то, что существует и в представлении и в действительности", человеческому сознанию присуще понятие о Боге.
   историческое - "Не известно ни одного народа без религии", все известные нам народы (или почти все) имеют религию.
   Существовало еще и психологическое доказательство - согласно которому идея о Боге может принадлежать только самому Богу, но никак не является порождением разума человека. Основная мысль этого аргумента была высказана еще блаженным Августином и развита Декартом.
  
   Доказательство Канта, - тонко улыбнувшись, возразил образованный
   редактор, - также неубедительно. И недаром Шиллер говорил, что кантовские рассуждения по этому вопросу могут удовлетворить только рабов, а Штраус просто смеялся над этим доказательством.
   Кантовский императив создает определенную антологию, в которой выделяется так называемый внешний мир - абсолютно проницаемый для нравственного деяния. Такой мир прозрачен для оценки ситуации и поступка. И лишь мир, откуда происходит человек, по мнению Канта, - мир "свободы". В основе его - находится концепция нравственного выбора. То есть Кант провозглашает, что у человека есть какой-то главный выбор ( нравственный ). В его итоге человек и воспринимает значимость и существование мира. И потому, по словам Канта, "морально необходимо признавать бытие Божие".
   Впрочем, "этот моральный аргумент вовсе не имеет в виду дать объективно значимое доказательство бытия Бога или доказать сомневающемуся, что Бог есть; он только доказывает, что если сомневающийся хочет в моральном отношении последовательно мыслить, то он должен признание этого положения принять в число максим своего практического разума" ( И.Кант, Критика способности суждения, цит. по А.Кураев, 2008 ).
   В статье "Бог" Энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона подчеркивалось - Кант считал, что "в нашей совести существует безусловное требование нравственного закона, который не творим мы сами и который не происходит из взаимного соглашения людей, в видах общественного благосостояния". Однако Кант не признавал "возможным найти какое бы то ни было доказательство бытия Божия в области чистого разума". "Булгаков в процессе работы над "Мастером и Маргаритой", - пишет Б.Соколов, - обратившись к кантовской работе "Единственно возможное основание для доказательства бытия Бога" (1763), выяснил, что здесь философ" опроверг еще одно доказательство -- логическое, пятое по общему счету. Поэтому в романе кантовское нравственное доказательство из пятого сделалось шестым" ( Б.Соколов, 2006 ).
   В статье Энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона утверждалось, что так как "Кантово доказательство утверждает бытие личного Бога, то против него восстали все пантеисты: Фихте, Шеллинг и Гегель порицают его довольно резко, и Шиллер говорит, что Кант проповедует нравственность, пригодную только для рабов, Штраус насмешливо замечает, что Кант к своей системе, по духу противной теизму, пристроил комнатку, где бы поместить Бога".
   Иммануил Кант утверждал, что возможны только три доказательства бытия Бога "исходя из спекулятивного разума" ( "Критика чистого разума", И.Кант, соч. в 6 т., том III, стр. 516 ):
   - космологическое; раз существует некоторый мир, то должна существовать и породившая его причина,
   - физикотелеологическое, согласно которому целесообразность вещей в природе доказывает наличие "разумного устроителя",
   - онтологическое, по которому существование Бога предполагает .. само представление о Боге.
   Кант рассматривает эти доказательства и приходит к выводу: в основе физикотеологического доказательства лежит космологическое, а в основе космологического, в свою очередь, онтологическое. Затем Кант отвергает онтологическое доказательство. Отсюда - вывод Канта: "Итак, я утверждаю, что все попытки чисто спекулятивного применения разума в теологии совершенно безплодны".
   "Кант критически разрушил доказательства бытия Божия, выдвинутое более старыми философами и теологами... и построил свою систему.." - писал Д.Штраус ( цит. по А.Зеркалов, 2004 ). А.Зеркалов так трактует доказательство Канта: "По Канту, нравственный закон, в силу его очевидного совершенства, мог быть задан только Богом; безсмертие души задано Богом же для достижения в безконечном времени каждой душой нравственного идеала" ( А.Зеркалов, 2004 ). Не зря Воланд говорил Канту: "Вы, профессор, воля ваша, что то нескладное придумали!". А так как Кант "придумал" "нравственный аргумент", противный Воланду, то "иностранный профессор" присоединился к пожеланию отправить Канта "за такие доказательства в Соловки". В библиотеке Булгакова была книга Канта "Религия в пределах только разума", Кант был и в книжном собрании отца - А.И.Булгакова.
   "В первом издании превосходного однотомного словаря Павленкова о Штраусе говорится так: "Штраус -- Давид Фридрих (1808--74), знаменит. нем. богослов; в 1835 написал "Das Leben Jesu".. Сильный шум и горячая полемика, вызванные этой книгой, заставили Ш а в 1836 выйти в отставку" ( цит. по А.Зеркалов, 2004 ).
   По мнению Штрауса, Иисус был лицом историческим, что никак не совпадало с установкой Берлиоза, видящим в Христе целиком придуманного персонажа.
   В.Асмус отмечает творческий характер переосмысления Шиллером кантовской философии. "Так, он указывает на разногласие Шиллера с Кантом по такому сравнительно частному вопросу: Кант предлагал считать нравственным лишь такой поступок лица, который не только соответствует нравственному закону, но и одновременно не соответствует склонности ( интересам ) данного лица. Шиллер высмеял эту особенность противопоставления долга и личной склонности: "Ближним охотно служу, но - увы! - имею ль к ним склонность? / Вот и гложет вопрос: вправду ли нравственен я?" ( Г.Лесскис, К.Атарова, 2007, 123 )
   В библиотеке писателя было четырехтомное собрание сочинений Шиллера и двухтомник Штрауса.
   Иоганн Кристоф Фридрих Шиллер - известный немецкий поэт и драматург, приверженец философии Канта ( называл Канта своим учителем ). Однако Шиллер был не согласен с Кантом по вопросу о соотношении склонностей личности и категорического императива, высмеивал категорический императив с позиций обыденного сознания. Шиллер полагал, что категорический императив заставляет человека стыдиться чувств, которые он испытывает, совершая доброе дело. В личной библиотеке М.Булгакова было издание Шиллера: Шиллер И.К. Собрание сочинений в переводах русских писателей в 4 томах. СПб.: изд. Брокгауза - Ефрона, 1902 - 1904. Сведения о Шиллере взяты писателем и из словаря Брогауза и Ефрона.
  
   Взять бы этого Канта, да за такие доказательства года на три в Соловки!
   На Соловецком острове с пятнадцатого века существовал монастырь, религиозный центр севера России. "Реплика Ивана о Соловках могла иметь и .. полемический смысл: категорический императив Канта.. был < якобы > нелепицей в пространстве Соловецкого лагеря" ( И.Белобровцева, С.Кульюс, 2007, 173 ).
   Весной 1926 года ОГПУ арестовало членов масонского кружка во главе с Борисом Викторовичем Кириченко, имевшего псевдоним Астромов. Подробный рассказ о деле Кириченко-Астромова и его товарищей был напечатан в вечернем выпуске "Красной газеты" 15 июня 1928 г. Там, в частности, среди членов астромовского кружка упоминались "последователи Канта, вычищенные из партии". Вывод - если не сам И. Кант, то его последователи-масоны могли оказаться на Соловках в двадцатые годы прошлого века. Кроме того, в очерке "Красной газеты" указывалось, что Астромов был гипнотизером и уверял, что живет уже две тысячи лет. В этих "приметах" угадываются черты Воланда.
   В фольклорной песенке К.Атаровой -
  
   Русалку на цепь посадили,
   а лешего сослали в Соловки.
  
   он уже с лишком сто лет пребывает в местах значительно более отдаленных, чем Соловки, и извлечь его оттуда никоим образом нельзя, уверяю вас!
   Эта фраза говорит о том, что возможности Воланда небезграничны. Канта он не может "извлечь" ( по мнению исследователей потому что Кант был праведником ), в отличие, напр., от участников весеннего бала.
  
   - Сам человек и управляет, - поспешил сердито ответить Бездомный
   Г.Лесскис приводит отрывок из Маяковского, из произведения которого Бездомный мог позаимствовать эту мысль:
  
   .. нам
   Не Бог начертал бег ..
   миром правит сам
   человек
  
   ( Г.Лесскис, 99, 261 ).
  
   и вдруг .. кхе... кхе... саркома легкого... - тут иностранец сладко усмехнулся
   В первоначальной редакции Волнад говорил не только о том, что кто-то вошел во вкус и принялся "управлять", но еще и при этом стал бы "комбинировать":
   " .. и вот-с, вы уже ничем не распоряжаетесь, вам не до комбинаций, и через некоторое время тот, кто недавно еше отдавал распоряжения но телефону, покрикивал на подчиненных, почтительно раз- говаривал с высшими и собирался в Кисловодск, лежит..." ( М.Булгаков. 2006, 85 ).
   Здесь не только скол с "московских" глав романа, где персонажи действительно немало говорили по телефону, покрикивали и собирались в Ялту или Кисловодск, но также, возможно, намек на роман Ильфа и Петрова "Двенадцать стульев", вышедший недавно, героем которого был "великий комбинатор".
  
   Ничья судьба, кроме своей собственной, вас более не интересует.
   В ранней редакции Воланд говорит о том, что к гадалкам обращаются как раз образованные люди, явно намекая на образованность Берлиоза, которая ему никак дальше не помогла: "И вот вы уже не управляете, ничем не распоряжаетесь, ничто в мире вас больше не интересует... К гадалкам, бывали случаи, обращались образованнейшие люди!" ( М.Булгаков, 2006, 264 )
  
   - Какие предпочитаете? - повторил неизвестный.
   - Ну, "Нашу марку", - ответил Бездомный.
   Исследователи отмечают сходство со сценой в погребке Ауэрбаха из "Фауста" Гете:
   "Мефистофель. Какого же вина отведать вам угодно?
   Фрош. Что за вопрос? Иль много их у вас?" ( наблюдение Л.Яновской )
   В тридцатые годы в Москве, по свиделельству Г.Андреевского, продавались также папиросы "Зефир", в квадратных зеленоватых коробочках, папиросы "Душистые", "Делегатские", "Девиз", "Первомайские", "тонкие, с длинным мундштуком, сигареты "Метро", на пачках которых была изображена станция метро "Охотный Ряд".
  
   бриллиантовый треугольник на портсигаре
   По мнению К.Атаровой, автор имел в виду повесть Чаянова, где золото-платиновые треугольники символизируют обладание человеческими душами. Некоторые исследователи связывают "треугольник" с масонством. Б.Соколов трактует его как масонский символ, "краеугольный камень", отвергнутый камень, который чудесным образом сделался главою угла. Б.Соколов считает, что здесь имеется библейский подтекст: "Через книгу Ф.В.Фаррара оказывается возможным постигнуть одно из значений бриллиантового треугольника на портсигаре Воланда. Автор "Жизни Иисуса Христа" писал: "Чтобы показать им ( главным священникам, книжникам, раввинам, председателям всех классов синедриона ), что самое писание пророчественно обличает их, Христос спросил, что неужели они никогда не читали в Писании о камне, который отвергнут был строителями, но который тем не менее по чудесным целям Божиим сделался главою угла? Как могли они дальше оставаться строителями, когда весь план их строительства был изменен?" .. треугольник Воланда как раз и символизирует этот краеугольный камень. И ход событий в "Мастере и Маргарите" полностью соответствует притче, истолкованной Ф.Фарраром. Михаил Александрович Берлиоз и Иван Бездомный, сидя на скамейке, вновь девятнадцать столетий спустя судят Христа и отвергают его божественность" ( Б.Соколов, 2006 ).
   По мнению А.Зеркалова, в лице Ивана Бездомного и Берлиоза писатель показывает "типичную для обывателя тридцатых годов реакцию на драгоценности". На всем протяжении романа "десяток раз показывается, что драгоценности и валюту, конвертируемую в золото, обыватель должен сдавать государству" ( А.Зеркалов, 2004 ).
   В ранней редакции на золтом портсигаре была буква W из крупных алмазов или F ( монограмма Falanda, взятого из комментария к "Фаусту" )
  
   Само собой разумеется, что, если на Бронной мне свалится на голову кирпич...
   Эта фраза Берлиоза связана с одной из сюжетных ситуаций рассказа А.Куприна "Каждое желание". "Иван Степанович Цвет объясняет удивительное постоянное исполнение своих желаний ( связанное на самом-то деле с вмешательством нечистой силы ) тем, что он "попал" "в какую-то нелепо-длинную серию случаев", и по этому поводу Цвет вспоминает анекдот о дьяконе, на которого в Петербурге с какой-то стройки упал кирпич, и о том, что на следующий день в тот же час и на том же месте на голову другому дьякону тоже свалился кирпич" ( Г.Лесскис, К.Атарова, 2007, 225 ).
   Кроме того, в рассказе "Каждое желание", так же как позже в романе "Мастер и Маргарита", происходят необыкновенные чудеса со временем и пространством. По наблюдению М.Петровского, время действия в рассказе Куприна занимает два - три дня, "но если судить по ходу событий, по их насыщенной последовательности, они не могли уложиться меньше чем в год - полтора". Так же, как в романе Булгакова, в пространстве маленького губернского городка купринского рассказа узнается городское пространство Киева.
   "Один из возможных источников рассуждения Берлиоза, на которое отвечает Воланд ( помимо житейской поговорки ), - доклад А.Блока "О современном состоянии русского символизма": "Это - гибель от "играющего случая" .. в глухом переулке, с неизвестного дома срывается прямо на голову тяжелый кирпич", опубликованной впервые в журнале "Аполлон" ( 1910, вып. 8 )" ( И.Белобровцева, С.Кульюс, 2007, 175 - 176 ).
  
   "Раз, два... Меркурий во втором доме... луна ушла... шесть - несчастье... вечер - семь..."
   В черновике - "Солнце в первом доме, - забормотал инженер, козырьком ладони прикрыв глаза и рассматривая Берлиоза, как рекрута в приемной комиссии, - Меркурий во втором, луна ушла из пятого дома". У Иванушки - "сатурн в первом".
   По мнению К.Атаровой, астрологические "вычисления" Воланда - фарс, который "черный маг" использует для того, чтобы лишний раз подтрунить над Берлиозом. Воланд якобы только делает вид, что предсказывает судьбу Берлиоза с помощью методов астрологии. Судьбу буфетчика Сокова он предсказывает, напр., без помощи астрологии.
   В редакции 1929 года Воланд сообщал, что сатурн находится в первом доме. Возможно, в этом сообщении нашли свое отражение астрологические представления о том, что транзит ( перемещение ) сатурна может вызвать роковые последствия для владельца гороскопа. В итоговой редакции, впрочем, сатурн в первом доме уже не упоминается.
   По мнению некоторых исследователей, Булгаков действительно придавал значение астрологическим изысканиям. В его библиотеке был "Первобытный Брюсов календарь с начала первого его выхода при жизни Брюса с портретом и биографией", и Елена Сергеевна говорила, что по этому календарю делали шуточные предсказания, обычно ко дню рождения, и "все были поражены, когда зачитали булгаковский гороскоп".
   В тридцатые годы, "к услугам астрологов прибегал и "чудесный грузин" из Кремля.. многим была известна история со знаменитым Гурджиевым, который "подправил" гороскоп вождя" ( И.Белобровцева, С.Кульюс, 2007, 176 ).
   А.Белый использовал пространный комментарий к гороскопу героя со ссылками на эзотерические источники в "Серебряном голубе", так что роман Булгакова - не первый случай обращения к астрологической символике. Г.Лесскис видит в этом "фарс и буффонаду". Другие исследователи - воспринимают всерьез ( как, напр., Б.Соколов ) и возводят даже предсказание Воланда к определенным историческим событиям ( А.Барков ). Как свидетельствуют И.Белобровцева и С.Кульюс, эти слова персонажа позволяют говорить о том, что писателю были известны основы астрологии и механизм составления гороскопов.
   В Советском союзе астрология не признавалась наукой, и, следовательно, ученым редактором Берлиозом. Так что предсказание Воланда, с упоминанием небесных светил, для редактора ничего не значило. Для редактора - но не для автора. По мнению Б.Соколова и А.Баркова, Булгаков придает значение астрологическим выкладкам Воланда. А.Барков считает, что здесь автор указывает на время действия романа, именно - на новолуние. "В новолуние Луна уходит на три дня - то есть, ее невозможно видеть; это устоявшееся словосочетание," - пишет Альфред Барков. Б.Соколов считает, что здесь рассмотрен гороскоп рождения Берлиоза и охарактеризовано место нахождения в нем планет. Б.Соколов трактует двенадцать домов с точки зрения традиционной астрологии как двенадцать частей эклиптики. которые вовсе не должны совпадать с зодиакальными знаками ( которых, кстати, тоже двенадцать ). Б.Соколов в своем исследовании, посвященном булгаковскому роману, приводит довольно глубокомысленные раздумья: "Расположение тех или иных светил в каждом из домов отражает те или иные события в судьбе человека. Меркурий во втором доме означает счастье в торговле. Берлиоз действительно наказан за то, что ввел в храм литературы торгующих - членов возглавляемого им МАССОЛИТа, озабоченных только получением материальных благ в виде дач, творческих командировок, путевок в санатории (о такой путевке как раз и думает Михаил Александрович в последние часы своей жизни). Несчастье в шестом доме означает неудачу в браке. Из дальнейшего повествования мы узнаем, что жена Берлиоза сбежала в Харьков с заезжим балетмейстером. В редакции 1929 г. Воланд более ясно говорил, что "луна ушла из пятого дома". Это свидетельствовало об отсутствии у Берлиоза детей" ( Б.Соколов, 2010 ). Такая трактовка была бы справедлива, если бы речь шла о расположении планет в гороскопе Берлиоза. Но фраза воланда "луна ушла" говорит скорее о движущейся луне, то есть о транзите. Рассуждения Б.Соколова справедливы только отчасти. Заметим, что меркурий во втором доме может означать само предсказание Воланда, предупреждение о несчастьи. Или неосмотрительность Берлиоза, если меркурий был в неблагоприятном аспекте с юпитером.
   С другой стороны, меркурий может быть планетой в радиксальном гороскопе Берлиоза, указывающей на его качества. Именно эта планета бывает у людей, которые умеют мыслить быстро и на достаточно высоком уровне ( вспомним дар убеждения Берлиоза ). "Налицо деловитость в тех областях, которые связаны с общением: письмо, издательское дело". Эта планета во втором доме может иметь отношение и к заседанию массолита, символизировать это заседание, которое не состоится по вине луны ( "всему виной луна .. " ).
   Следующая фраза - "луна ушла .. " Имеется в виду движение - дирекция или транзит луны. Возможно, Воланд пользуется методом зодиакальных дирекций Яна Кефера.
   Так, дирекция луны по отношению к венере означает неприятность, связанную с женщинами ( комсомолка ). Одновременно дирекция луны ( квадратура или оппозиция ) по отношению к радиксальному урану Берлиоза означает несчастный случай.
   О.Орлова, проанализировав астральную символику романов М.Булгакова, заметила, что внимание писателя привлекают образы звезд и планет (марса и венеры) и особенно солнца и луны. "Булгаков и его герои часто поднимают глаза к небу, которое является для них источником истины и воплощением вечности, - пишет О.Орлова, - В каком-то смысле "разговор" с небом стал своеобразным атрибутом русской литературы, давно сложившейся традицией. Звезды - символ вечности - воспринимаются как призыв сопоставить человеческую жизнь и нравственные законы. Но, помимо этого, тема звездного неба наполняется христианской эсхатологической символикой. В апокалиптической традиции среди череды бед и несчастий одним из знамений последних времен и знаком начавшегося Апокалипсиса является падение или взрыв звезд. В романе "Белая гвардия" "разрывается в замерзшей веси звезда Марс", "брызжет огнем", а следом "тотчас хлопнула вторая звезда" - и "исчезло все, как будто никогда и не было". "Человек искал хоть какого-нибудь огня и нигде не находил его .. Удобнее всего ему было смотреть на звезду марс .. И он смотрел на нее. От его глаз шел на миллионы верст взгляд и не упускал ни на минуту красноватой живой звезды. Она сжималась и расширялась, явно жила .. Играла венера красноватая, а от голубой луны фонаря .. " ( цит. по И.Бэлза, 1978 ). В этом эпизоде романа содержится упоминание тех же "звезд", что в в "Мастере и Маргарите". Конечно, в образе вечных звезд, противостоящих суете людей, соединено много и иных значений: это и символ "звездной болезни", которой болен Иван Русаков, и знак .. борьбы старого и нового, и .. некий .. мир, надежда, предел стремлений человечества" ( О.Орлова, 2008 ). По словам О.Орловой, луна в "Белой гвардии" и "Мастере и Маргарите" связана с мистическими силами и событиями, со светом пути к истине (в меньшей степени - в "Белой гвардии", в большей - в "Мастере и Маргарите"). "Лунный луч", лунный путь, ведет вверх наподобие лестницы: образ лестницы имеет символическое значение.
  
   в десять часов вечера .. состоится заседание
   По мнению исследователей, это историческая черта эпохи - связанная с привычками Сталина ( см. шуточные стихи Н.Эрдмана: "Лишь один товарищ Сталин / никогда не спит в Кремле" ). В "Балладе о синем пакете" Николая Тихонова: "Но люди в Кремле никогда не спят".
  
   Аннушка уже купила подсолнечное масло, и не только купила, но даже разлила
   Аннушка, пролившая подсолнечное масло, что послужило одной из причин гибели Берлиоза, в романе - существо, "более других приспособившееся к жизни в "новых" условиях" ( К.Атарова ). "Мы в своем праве!" - уверенно заявляет она тогда, когда другие персонажи цепенеют от страха ( но и она пасует перед "темными" персонажами в сцене с подковочкой ).
   Наряду с Аннушкой в третьей редакции романа использовалось имя "Пелагеюшка". В ранней редакции она названа Аннушкой Басиной и аттестована как "известная в квартире под именем стервы". Жизненному прототипу Аннушки посвящена запись в дневнике М.Булгакова от 29 октября 1923 года: "Сегодня впервые затопили. Я весь вечер потратил на замазывание окон. Первая топка ознаменовалась тем, что знаменитая Аннушка оставила на ночь окно в кухне настежь открытым. Я положительно не знаю, что делать со сволочью, которая населяет эту квартиру" ( цит. по И.Белобровцева, С.Кульюс, 2007, 179 ).
   "Аннушкой" называли и трамвай под литерой "А" - популярный маршрут старой Москвы, запущенный в 1911 году. Движение трамвая осуществляется от Калужской площади до станции метро "Чистые пруды". Этот трамвай следовал по Бульварному кольцу, которому он обязан своим названием ( Бульварное кольцо - кольцо "А" ). Кроме того, он следовал по Пречистенской, Кремлёвской и Москворецкой набережным, а также по Соймоновскому и Устьинскому проездам ( что частью, видимо, совпадает с маршрутом Ивана Бездомного ).
   В одном из произведений Булгакова: "Вон "Аннушка" заворачивает под часы у Пречистенских ворот. Внутри кондуктор, кондукторша и трое пассажиров. Трое ожидающих сперва машинально становятся в хвост. Но вдруг хвост рассыпался. Лица становятся озабоченными. Локтями начинают толкать друг друга" ( "Москва краснокаменная", 2010 ). В 1931 году маршрут был изменен - его перенесли с Соймоновского проезда и Пречистенской набережной на улицы Волхонка и Ленивка. В 1936 году из-за демонтажа путей южная часть маршрута перенесена на улицы Серафимовича, Болотную и Осипенко (ныне Садовническую). В это же время трамвайные пути были убраны с Яузского бульвара и Устьинского проезда, имевшего слишком большой наклон, и перенесены на Солянку, улицу Разина (ныне Варварка) и соседние переулки. "Аннушка" упоминается в очерке "Москва краснокаменная" : "Жужжит "Аннушка", звонит, трещит, качается. По Кремлевской набережной летит к храму Христа. Хорошо у Храма.."
   В черновой редакции "Великий канцлер" фигурирует другой маршрут трамвая - под литерой "Б". На нем скрываются Коровьев и кот - "Регент с великой ловкостью на ходу сел в первый проносящийся трамвай под литерой "Б", как змея, ввинтился на площадку и, никем не оштрафованный, исчез бесследно среди серых мешков и бидонов, причём "Б", окутавшись пылью, с визгом, грохотом и звоном унёс регента к Смоленскому рынку, а странный кот попытался сесть в другой "Б", встречный, идущий к Тверской" (М.Булгаков, 2010 ).
   С образом Аннушки "перекликается" образ соседа Булгакова по имени Василий Иванович, который вел себя неприлично до крайней степени, чем и вошел в очерк "Москва двадцатых годов": "Нехорошо пить самогон? Нехорошо. А он пьет. Буйствовать разрешается? Нет, никому не разрешается. А он буйствует. И т. д. Очень жаль, что в кодексе нет пункта, запрещающего игру на гармонике в квартире. Вниманию советских юристов: умоляю ввести его! Вот он играл. Говорю -- играл, потому что теперь не играет. Может быть, угрызения совести остановили этого человека? О, нет, чудаки из Берлина: он ее пропил". Василий Иванович для Булгакова был тоже своеобразным символом того времени.
  
   он никакой не интурист, а шпион. Это русский эмигрант
   Еще одна примета исторической эпохи ( размышления об эпохе! ), ибо "даже школьники этой поры" читали рассказы и очерки о современных шпионах, диверсантах и вредителях, которые плели интриги и заговоры против Советской России. В романе В.Войновича "Жизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина" однофамильца "вождя народов", доставленного в известное учреждение в начале сороковых, неслучайно называют "шпионом" и выбивают при этом зубы. Уже в тридцатые годы обвинения в связи с иностранными разведками распространяются настолько, что одной из их жертв становится даже жена Буденного. Как японские шпионы предстают в сводках НКВД известные писатели Борис Пильняк и Сергей Третьяков. В фантасмагоричных "Похождениях Чичикова" Булгакова Чичикову задают вопрос, не белогвардейский ли он шпион.
   Представим, какую бы цену заплатил, скажем, русский писатель Набоков, чтобы оказаться на месте гостя столицы. Набоков, так мечтавший "когда-нибудь" вернуться на свою родину.. Впрочем, образ эмигранта, представший перед Бездомным, "не имеющим за душою ничего, кроме прописных истин", был другим.
   "Другого не могло быть в те годы, когда слова "враг народа" и "шпион одной иностранной державы", - пишет А.Зеркалов, - были в прессе ходовыми оборотами, своего рода мистическими заклинаниями. Каждый писатель и журналист был обязан хоть однажды запустить чернильницей в "шпиона и диверсанта". Каждому времени -- своя мистика" ( А.Зеркалов, 2004 ).
   Такое определение как "иностранный консультант", по мнению М.Чудаковой, стоит близко к слову "интурист", которое в то время, когда шла основная работа над романом, уже прочно связывалось со словом "шпион". М.Чудакова в статье "Советский лексикон в романе Булгакова" ( М.Булгаков, Мастер и Маргарита, СПб., 2005 ) упоминает брошюру С.Уранова "О некоторых коварных приемах вербовочной работы иностранных разведок", опубликованную в 1937 году в Москве. В ней говорится следуюшее: "шпионаж - это непрерываемая скрытая война, которая ведется армией шпионов и не прекращается ни на минуту".
  
   поэт успел разглядеть на карточке напечатанное иностранными буквами слово "профессор" и начальную букву фамилии - двойное "В".
   Еще в ранней редакции романа в карточке Воланда было указано, что он является профессором: "Иван заглянул в карточку, но разглядел только верхнее слово "professor" и первую букву фамилии "W".( М.Булгаков. 2006, 87 ). "Сплетение заглавных букв W и М могло происходить из нескольких источников. Так, в доме Волошина в Коктебеле, где Булгаков гостил в 1925 году, висела круглая люстра, по периметру которой шли буквы W и М - инициалы хозяина дома ( указано Ф.Балоновым ). Маяковский и Лиля Брик обменялись кольцами, на которых были выгравированы их инициалы. При этом буквы Л, Ю, Б ее кольца, повторяясь, составляли слово "люблю", а инициалы Маяковского были написаны < так > - W. Булгаков мог не знать этого факта, однако те же две латинские буквы, поставленные одна на другую, украшали переплет полного собрания сочинений Маяковского, изданного в тридцатые годы ( последний, дополнительный том увидел свет в 1938 году ). Эта деталь среди нескольких других может служить подтверждением предположения об использовании облика Маяковского как одного из прототипов Воланда" ( И.Белобровцева, С.Кульюс, 2007, 181 ).
  
   - Вы - немец? - осведомился Бездомный.
   - Я-то?.. - Переспросил профессор и вдруг задумался. - Да, пожалуй,
   немец... - сказал он.
   В народной культуре было укорено представление о том, что "темных" потусторнних персонажей можно называть немцами ( см. у Гоголя ).
   В воспоминаниях Ермолинского содержится описание встречи Булгакова с удивительным "немцем", произошедшее, кажется ( ! ), в посольстве. С немцем, который не знает по-русски, кроме двух-трех слов:
   " .. немец.. стоял, по-прежнему нежнейше улыбаясь, с застывшим вопросом на губах:
   - А потом?"
   ( цит. по А.Варламов, 2009 ).
   В ранней редакции "Мастера и Маргариты" Воланд, притворяясь немцем, также делает вид, что не владеет русским языком. Воланд называется немцем не случайно. Булгаков выбрал именно эту национальность, потому что видел немцев еще в период пребывания на Украине и однажды, по свидетельству современников, в компании, где большинство Булгакова не знали, сам принялся изображать немца, причем акцент делал на том, что он плохо говорит по-русски ( "Свыня, свыня.." ). Такой облик немца Булгаков передавал своему персонажу в ранней редакции романа, где Воланд тоже нарочито плохо начинает изъясняться по-русски:
   "-- Меня вызуал, -- объяснял инженер, причем начинал выговаривать слова все хуже... -- я все устраиль... "
   "-- Там тшиновник так все запутал, так запутал" ( М.Булгаков, 2006, 57 ).
   Мефистофель - "немец безо всяких "пожалуй" ( А.Зеркалов, 2004 ).
   Любопытно, что в российских детских "страшилках" 80-90 годов прошлого века представители "потусторонних сил" тоже "иностранцы" и говорят по-русских плохо или с акцентом.
  
   специалист по черной магии
   Доктору Фаусту, астрологу и чернокнижнику шестнадцатого века, молва приписывала занятия черной магией. "Использование слова "специалист" навеяно .. нэповскими временами, когда - прежде всего в промышленной сфере, на предприятиях и стройках - появились западные специалисты, привлеченные изменившейся ситуацией в стране. В ранних редакциях .. применялось определение "инженер" ( И.Белобровцева, С.Кульюс, 2007, 182 ).
   Возможно, имеется в виду литературный прототип - иностранный специалист - тоже немец - из романа И.Ильфа и Е.Петрова "Золотой теленок", приехавший в Россию и пораженный русским бюрократизмом.
   В ранней редакции: " - Вы историк! - Я историк, охотно подтвердил профессор, - я люблю разные истории. Смешные. И сегодня будет смешная история". В итоговой редакции история, произошедшая с Берлиозом, уже не названа смешной. Скорее, с печалью и сожалением провожает его Воланд к выходу из Патриаршьих: " -- Позвонить? Ну что же, позвоните, -- печально согласился больной" ( М.Булгаков, 2000 ).
  
   обнаружены подлинные рукописи чернокнижника Герберта Аврилакского, десятого века
   Герберт Аквилакский - "ученейший человек десятого века" ( Л.Карсавин ), математик, уподобивший отношение между Христом, евхаристической жертвой и церковью арифметической прогрессии, астроном. В ранней редакции вместо Аквилакского упоминались рукописи Мирандолы и Рейхлина, Бэкона и "бенедиктинского монаха Гильденбранда". По предположению исследователей, Булгакову были известны издания книг Герберта Аврилакского, предпринятые профессором Киевского университета Н.Бубновым.
   Герберт Аврилакский, по словам И.Бэлзы, действительно был обвинен в "чернокнижной" ереси, но "обрушился на противников со всей силой своей блистательной эрудиции и < одолел > их. Вскоре он получил Реймскую епископскую кафедру.. был избран папой" ( И.Бэлза, 1981 ). Имя Герберта Аврилакского, кроме того, что помогает изоблачить односторонную ученость Берлиоза, входит в важную тему несправедливо обвиняемых и осужденных. Именно эта "тема несправедливости, страданий ни в чем не повинных людей", по мнению И.Бэлзы, занимала Мастера, и "ершалаимские" главы, их повествование - об осуждении и казни "бродячего философа сего мирной проповедью" -- Иешуа Га-Ноцри -- превратилось в романе в архетип.
  
   Глава 2. Понтий Пилат
  
   В белом плаще с кровавым подбоем, шаркающей кавалерийской походкой, ранним утром четырнадцатого числа весеннего месяца нисана в крытую колоннаду между двумя крыльями дворца ирода великого вышел прокуратор Иудеи Понтий Пилат.
  
   В начале второй главы, по словам В.Лакшина, с удивительной плавностью, почти без толчков и внешних скреп, повествование переходит в иной регистр.
   "В крытую колоннаду между двумя крыльями дворца ирода Великого вышел прокуратор Иудеи Понтий Пилат" "Эти литые, словно из старинной бронзы, строки хочется помнить, выучить, твердить наизусть. Они как бы даже рассчитаны не на одно чтение глазами, но на торжественное произнесение вслух" ( В.Лакшин, 2004 ).
   Эта фраза, по словам А.Левина, известна всякому культурному русскому читателю ( если таковой еще встречается на Руси ). А.Левин подробно анализирует фразу. Что такое "белый плащ"? В Энциклопедическом словаре Брокгауза и Ефрона исследователь находит: "Палудаментум - военное одеяние (sagum) и преимущественно императорское ( sagum purpureumв отличие от простых солдат). Палудаментум был обыкновенно пурпурового цвета, иногда - белый или тёмный...Палудаментум имел вид большого плаща, очень часто обрамлённого обшивкой, а в императорское время расшитого золотом (paludamentum aureum); он покрывал левую руку и застёгивался на правом плече, оставляя правую руку свободною".
   "Палудаменгум, - пишет А.Левин, - вопреки Булгакову, не имел капюшона, который был принадлежностью плаща поселян - пенулы". Что имеется в виду под "кровавым подбоем"? Пурпурный цвет, "драгоценная в древности краска, добывавшаяся из выделений особых желёз некоторых переднежаберных моллюсков рода Мигех" ; "...ценилась очень высоко (2 тысячи рублей за фунт)". И в данном случае "подбой" - не подкладка, а обшивка палудаментума - пурпуровая на белом. Б.В.Соколов соотносит булгаковский образ Пилата с произведением Г.Флобера "Иродиада", где римский наместник Сирии Вителлий носит льняную тогу с пересекающейся пурпурной перевязью.
   Походка Пилата объясняется тем, что он был всадником. Как утверждает Энциклопедический чловарь, "всадник - в древнейшие времена выражение "римский всадник" (eques romanus) применялось исключительно к служащему в коннице римскому гражданину; в эпоху Цицерона с ним соединяется представление о принадлежности к известному сословию..., между тем представление о конной службе отходит совершенно на задний план... при императорах существовали две катетрии всадников: категория сенаторских всадников, в которую вступали сыновья сенаторов... и 2) категория обыкновенных всадников".
   "Понтий Пилат мог проходить военную службу в кавалерии, будучи римским всадником по рождению", - замечает А.Левин. Слова "ранним утром" соответствуют времени, указанному в Евангелии от Иоанна: "...от Каифы повели Иисуса в преторию. Было утро; и они не вошли в преторию". Об этом писал и Ф.Фаррар: "Его оставили под стражей только до рассвета, потому что Он законно мог быть осуждён только днём в Лишкат-гаггазифе, то есть палате суда, и только при полном заседании всего синедриона...
   С ранним рассветом (ведь так предписывал устный закон, а те, которые попирали всякую правду и милость, были слишком точны в соблюдении самых мелочных правил) Христос отведен был в Лишкат-гаггазиф, мощеную палату в юго-восточной части храма, и там созван был синедрион для третьего допроса, но формально первого законного суда над Ним. Было вероятно около шести часов утра, когда открылось полное заседание синедриона... Было вероятно около семи часов утра, когда члены синедриона, несомненно, с Каиафой во главе, думая запугать прокуратора своей многочисленностью, в торжественном шествии повели Христа с верёвкой на шее из палаты собрания по высокому мосту, перекинутому через долину Тиропсон, повели в виду всего города со связанными руками, как приговорённого уже преступника - истинное зрелище ангелам и человекам!"
   Булгаков довольно точен в указании времени действия. Пасха праздновалась 15 числа нисана. "Авив (месяц колосьев) -- первый месяц священного и седьмой гражданского года у евреев, соответствующий нашему марту и апрелю. В этом месяце Бог вывел евреев из Египта.
   Назван так потому, что в этом месяце начинал колоситься хлеб. Впоследствии его стали называть нисаном, т.е. месяцем цветов" ( Библейская энциклопедия ).
   Некоторые исследователи утверждают, что этот рассказ - якобы полностью выдумка Воланда. По словам Т.Фроловой, Воланд "сплел" свой рассказ о древнем Ершалаиме, не стесняясь заимствовать идеи, образы, фразы "из различных источников, исторических, литературных".
  
   дворец Ирода
   Известно, что " .. существовали два дворца царя Ирода. Один внизу, в самом начале Виа Долороза ( Скорбного пути Иисуса Христа ), у Цветочных ворот. Именно оттуда, согласно легенде, Иисуса Христа вели на казнь. Второй - недалеко от Яффских ворот. Этот дворец находился на возвышенности, откуда открывался великолепный вид на Иерусалим. Оба дворца сгорели во время разрушения Второго храма. Где именно остановился Понтий Пилат, прибывший в Иерусалим на праздник Пасхи, доподлинно неизвестно. Булгаков поместил его в роскошном дворце Ирода, описание которого взято в основном из книги Ф.Фаррара: дворец царя Ирода возле Яффских ворот состоял из двух огромных главных флигелей белого мрамора, соединенных колоннадой.. ограниченный с одной стороны стеной, он был защищен со стороны жилых кварталов башнями" ( И.Белобровцева, С.Кульюс, 2007, 189 ).
   "Дворец был выстроен в греческом вкусе, колонны из серпентина и порфира; стены, предназначенные для защиты и для прогулки, были мраморные; дворы были обсажены деревьями и между ними прорыт канал. Сады при дворце Ирода находились на южной покатости дворца. Перед воротами дворца Ирода был обширный двор, на котором находилась частица из мозаики, означавшая в римском городе место суда. На ней находился небольшой возвышенный камень (по гречески лифостротон, по арамейски габбата, т.е. возвышение). На этом камне стояло судейское кресло" ( Ю.Виппер, 1986 ).
   "Это было одно из тех "превосходящих всякое описание" зданий, которые вполне соответствовали требованиям того века, - пишет Ф.Фаррар, - и на которых Иосиф Флавий останавливается с восторгом умиления. Между двумя колоссальными флигелями из белого мрамора, называвшимися в духе обычной иродианской лести императорскому дому один Caesareum и другой Agrippeum, находилось открытое пространство, откуда открывался великолепный вид на Иерусалим".
   ".. обычно прокураторы Иудеи, приезжая в Иерусалим из своей резиденции Кесарии Стратоновой, останавливались во дворце крепости Антония, где и производили суд. Понтий же Пилат во время суда над Иисусом Христом остановился во дворце Ирода Великого и судил его именно здесь" ( И.Галинская, 2003 ). Дворец Ирода Великого был выстроен в греческом стиле. Его украшали резные башни, галереи и колоннады. Это было обширное здание с двумя великолепными боковыми флигелями. Окружавшие дворец дворы и сады поднимались террасами. В романе Булгакова выдержан этот стиль - имеется и крытая колоннада между двумя крыльями дворца, и мозаичный пол, и статуи, и мраморная лестница со львами, пальмы, кипарисы.
   После утверждения Пилатом приговора он спускается по мраморной лестнице к воротам, выводящим из сада на площадь, там, где возвышается над площадью каменный помост. На макете Виппера виден этот помост, затем - большая площадь. У Булгакова вдали виднеются колонны и статуи ершалаимского ристалища - гипподрома. На макете Виппера площадь переходит в проспект, на котором находится ристалище.
   Имеются и похожие места в брошюре Виппера ( см. комментарий к Ершалаим ) и в романе Булгакова.
  
   Виппер Булгаков
   улицы Иерусалима
   "узки и кривы" "кривые и путаные"
   храм
   золотые острия, окружавшие со сверкающим чешуичатым покровом" .
   плоскую крышу храма и ярко
   блиставшие при солнечных лучах
   во дворе храма
   лавки и столы менял Иуда пробегает "мимо меняльных лавок" .
   Гефсимания
   "тиски для выжимания масла" "масличный жом с тяжелым каменным колесом"
   "Храмовая гора" "Храмовый холм"
   "пруд Соломона" "Соломонов пруд"
  
   Ирод Великий
   Ирод Великий - царь Иудеи с 40 года до РХ. По словам исследователей, своей жестокостью возбуждал всеобщую ненависть, ему приписывается "избиение младенцев" при известии о рождении мессии. Ирод Великий - отличался пристрастием к строительству. Воздвиг в Иерусалиме дворцы и новый храм. "Важнейшим делом Ирода Великого была реконструкция (второго) Иерусалимского храма, получившего название Храма Ирода. Строительство началось в 22 г. до н.э. и продолжалось 9 лет. За время работ службы в храме не прекращались" ( "Википедия" ).
   "Чтобы примирить с собою подданных, Ирод задумал удовлетворить их религиозному чувству и порешил построить новый храм. Постройка действительно началась в самых грандиозных размерах, и храм был великолепен. С той же целью Ирод женился на Мариамне, внучке первосвященника Гиркана II, чтобы тем самым придать своей династии санкцию кровного родства с домом Давидовым. Но всё было напрасно. Еврейский народ был непреклонен в своей ненависти к узурпатору .. вполне понятен тот ужас, с которым он выслушал, но свидетельству евангелиста Матфея, от восточных волхвов весть о том, что родился истинный царь иудейский, поклониться которому они и пришли с далёкою Востока. Первой мыслью Ирода, по этому свидетельству, было .. новорожденного царя, а когда ему не удалось найти его, то он не остановился перед поголовным избиением грудных младенцев в Вифлееме" ( "Энциклопедический словарь", цит. по А.Левин, 2002, 225 ).
  
   прокуратор -
   "Должность прокуратора как государственного чиновника создалась с введением Августовой конституции <ранее термин обозначал управителя или доверенное лицо, а также представителя одной из сторон в суде, если последний по каким-то причинам не мог участвовать в процессе > Принцепс, стоящий во главе администрации, разделил обязанности государственной службы между особыми чиновниками, которые носили название префектов (praefekti) и прокураторов (prokuratores Caesaris)" ( "Энциклопедический словарь", цит. по А.Левин, 2002).
   "Должность прокуратора была в распоряжении доходами в римских провинциях. Сохранились бронзовые монеты, то есть лепты, отчеканенные Пилатом. Греческие надписи на них - имена Тиберия Цезаря и его матери Юлии Августы" ( И.Белобровцева, С.Кульюс, 2007, 186 ).
   Образ римского наместника, по утверждению исследователей, важен для Булгакова, так как давал еше один вариант темы власти ( см. пьесы "Бег", "Мольер", "Александр Пушкин" ) и ее бремени. Создавая образ Пилата, Булгаков изучает множество апокрифов ( в библиотеке писателя были: Вега. Апокрифические сказания о Христе. Т. 1 ( СПб., 1912 ) и А.Жебелев. Евангелия канонические и апокрифические ( Пг.: Огни, 1919 ) ). Обильными пометами снабжаются им записки Д.Мордовцева "Поездка в Иерусалим" в журнале "Исторический вестник", также сохранившемся в архиве писателя. По мнению И.Белобровцевой, наибольшее значение имела для Булгакова книга Ф.Фаррара "Жизнь Иисуса Христа", откуда перешло в роман желание Пилата спасти Христа и страх перед обвинением в оскорблении величества.
   В тетради "Материалы" имеются выписки о продолжительности пребывания Пилата на посту прокуратора: "Понтий Пилат был прокуратором Иудеи в течение 10 лет ( 26 - 36 гг. ) Прокуратор был подчинен наместнику ( легату ) Сирии". Здесь же приводятся имена родителей Пилата: "Atus - король ( Майнц ) и дочь мельника Пила Pila-Atus". Еще через несколько страниц выстроен ряд прокураторов Иудеи, начиная от Ктония и заканчивая Пилатом.
  
   Понтий Пилат
   В работе А.Левина "Пять строк из романа" имеется такой комментарий к имени прокуратора: "Римляне обыкновенно носили три имени, из которых первое praenomen <имя собственное, например, Гай, Марк и т.д., А.Л.> давалось сыну обыкновенно на девятый день после рождения. Другое имя было по gens <роду, A.JL>, например, Cornelius, Claudius, Licinius. Третье имя есть cognomen <фамильное, семейное, A.Л.>, показывавшее strips или familia, которых в роду было много. Кроме этих трёх имён некоторые имели ещё четвёртое (agnomen, которое прежде называлось cognomen secundum <второе фамильное, А.Л>). Это имя служило или для обозначения семейства в тесном смысле, или было титулом за громкие подвиги" .
   <Личное имя евангельского Пилата не названо ни в одном из источников. Понтий, по-видимому, родовое имя. В римской истории известны несколько десятков Понтиев, среди которых самнитские вожди, сенаторы и римские всадники. Cognomen Пилат упоминается только в связи с наместником Иудеи. А.Л>" (А.Левин, 2002 ).
   По мнению И.Бэлзы, Булгаков был знаком с поэмой "Пилат" фландрийского каноника Петра Пиктора, где содержатся следующие строки:
  
   Тот, у кого ты в гостях, -- поселянин скромный и честный,
   Дочь его Пилой зовут, она красотою известна.
   Не с королевой, а с ней сочетайся ночью счастливой:
   Сына подарит тебе она, всему миру на диво.
   .. Мать его Пилой зовут, наречен я именем Ата;
   Пусть же рожденный наш сын получит имя Пилата.
  
   Герой этой поэмы завершает жизнь самоубийством.. У булгаковского Пилата также появляются мысли о самоубийстве. И именно из этой поэмы, по словам И.Бэлзы, приходят слова Иешуа, явившегося во сне прокуратору, который поджидал Афрания с докладом об убийстве Иуды.
   "Согласно одному из преданий, Пилат был сыном короля-звездочета Ала и прекрасной дочери мельника Пилы" ( Э.Безносов, 1996 )
   Известно, что "раскаявшийся" и "обратившийся к христианству" Пилат становится героем ряда .. апокрифов, а Эфиопская православная церковь даже канонизировала жену Пилата Прокулу" ( "Википедия" )
   Не только М.Булгаков - к образу Пилата обращались А. Франс, Карел Чапек ( "Кредо Пилата" ), Джек Лондон, Чингиз Айтматов в повести "Плаха".
   И.Л.Галинская пишет: ".. вопрос, каким по счету -- пятым или шестым -- прокуратором (т. е. императорским чиновником, обладавшим высшей судебной властью в небольшой провинции) был в Иудее Пилат, наукой решается по-разному. Английский историк Ф. У. Фаррар называет, например, Пилата шестым прокуратором Иудеи, указывая, что тот стал им после 1) Архелая, 2) Копония, 3) Марка Амбивия, 4) Ания Руфа и 5) Валерия Грата . А соотечественник и современник Фаррара, профессор Оксфордского университета А. Эдершейм утверждает, что сын Ирода Великого Архелай являлся этнархом (т. е. правителем) Иудеи, а первым прокуратором тут был Копоний . Схожей точки зрения придерживается и Мюллер (Архелая он называет, правда, царем Иудеи), намеренно вынесший слово "пятый" (прокуратор) в название своей книги" ( И.Галинская, 1986 ).
   Источник образа - книга Ф. В. Фаррара "Жизнь Иисуса Христа". ( по словам Л.Яновской )
   У Брокгауза-Ефрона о Пилате сказано так: "Своей высшей должности он достиг, по-видимому, далеко не чистым путем".
   "В первом полугодии 1938 года, именно тогда, когда завершалась четвертая редакция романа, писатель сделал запись в тетради "Роман. Материалы" на странице, зафиксировавшей размышления над именем Пилат:
   "Пилат, Pilum.
   Атус-король и дочь мельника Пила.
   Pila - Atus.
   Понт - Пятый!! прокуратор!"
   Как видите, и здесь попробовал все-таки сначала соотнести имя Пилат со словом Pilum, копье.
   На следующей странице этой же тетради имя Пилат снова связывается со словом копье: "Пилат - созвездие Ориона-Копейщика. Pilatus". (В скобках Булгаков дает отсылку к книге Артура Древса, с указанием тома и страницы.)" ( Л.Яновская, 2010 ) Возможно, сведения о Пилате Булгаков взял из книги Г. Мюллера "Понтий Пилат, пятый прокуратор Иудеи", вышедшей в 1888 году в городе Штутгарте.
   Булгаков был знаком с поэмой Георгия Петровского "Пилат", где подчеркивалось германское происхождение Пилата. Как и в романе, в поэме Петровского прокуратор сочувствует герою, в проповеди которого он не видит никакой угрозы. В поэме Пилат пытается увещевать обвиняемого, говоря так:
  
   Речь твоя мудра народу,
   Достоин ты всегда других уму учить.
   Читал ли ты когда Сократа иль Платона, --
   Величеством учения ты всех к себе зовешь,
   Ты выше всех философов, ты выше их закона...
   Ты ненависть к себе ученьем возбудил..
  
   ( цит. по Б.Соколов, 2006 )
   Как и в романе, в поэме Пилат видит отчетливо несостоятельность обвинений, выдвинутых против "бродячего философа" и пытает убедить иудеев "отпустить" его. а не Варравана.
   По мнению Б.Соколова, Пилат связан и с героями автобиографического рассказа "Красная корона" -- автором, который мучается, вспоминая о брате, и генералом, отправившем его в бой и повинным казнях. Еще одним предшественником Пилата в булгаковском творчестве Б.Соколов называет генерала Хлудова из пьесы "Бег", где олицетворением мук его совести становится казненный по приказу Хлудова вестовой Крапилин, "призрак которого преследует Хлудова во сне и наяву" ( Б.Соколов, 2006 ). Так в "Мастере и Маргарите" Понтий Пилат не может избавиться от видения Иешуа.
   Образ Пилата у Булгакова не совпадает с образом Пилата в рассказе Анатоля Франса "Прокуратор Иудеи", где главный герой не может вспомнить Христа. В романе Булгакова - напротив, мысли о Нем не оставляют Пилата ни на минуту.
   Американский литературовед Л.Ржевский считает, что в центре сюжета "ершалаимских" глав в романе является Пилат ( L.Rzhevsky. Pilates Sin: Cryptography in Bulgakovs Novel "The Master and Margarita" // Canadian Slavonic Papers, 1971, 1, 13 ). Не случайно ведь роман мастера назван романом о Пилате. Однако в редакции, датированной 15 ноября 1933 года, Маргарита говорит Воланду о мастере: "Он написал книгу о Иешуа Га-Ноцри". Г.Лесскис писал, что Иешуа - "главное действующее лицо античного романа".
   Известен ряд зарубежных исследований, рассказывающих об образе Пилата. Образ Пилата, по мнению Юстин Вейр, обусловливается множеством романов девятнадцатого столетия , особенно "Идиотом" и "Братьями Карамазовыми" Ф.Достоевского. Говоря об образе Пилата у Булгакова, М.Гленни утверждает, что Булгаков задавался вопросом: "Что такое - человек? Он ответственен за свои действия?" "Да, ответственен", - считает М.Гленни, ибо у него есть моральное сознание, моральные убеждения, собственная совесть и человеческое достоинство.
   Также замечено, что властные манеры уставшего Пилата контрастируют с простой речью и мягкостью Иешуа ( The Master and Margarita. Author unknown ).
   По мнению исследователей, Пилат в романе олицетворяет авторитарную власть. И этот тип власти, воплощенный в образе Понтия Пилата, оказывается не гуманнее, чем современная Булгакову действительность. Но фигура Пилата в романе - олицетворение не только трусости и власти, но и безверия, безсильного изменить мир и судьбу персонажей романа. По мнению исследователей, Пилат даже не вполне понимает, что совершает тяжелый поступок - посылает праведника на крест.
   "Понтий озабочен лишь тем, что после казни Иешуа не найдется человека, который смог бы с такой легкостью снять приступ.. боли и с кем можно было бы с такой свободой и взаимопониманием беседовать о вопросах философских и отвлеченных", - пишет Т.Вахитова ( Т.Вахитова, 1991 ).
   По мнению О.Баркова, Пилат всего лишь .. выполняет свой служебный долг. То есть отдает дань власти и своей роли подчиненного "величества", власти которого, как известно, нет чудесней. Однако образ Пилата не столь одноплановый - ведь в центре его - сюжет страдания, "двенадцати тысяч лун", который не объясняется просто выполнением служебного долга.
   Пилат - противопоставлен Пилату рассказа Анатоля Франса "Прокуратор Иудеи" ( в котором прокуратор в финале заявляет, что не помнит Христа ). Но, как считает К.Атарова, Булгаков был, без сомнений, знаком с произведением Франса, ибо оттуда были взяты некоторые бытовые детали. В библиотеке Булгакова было собрание сочинений Франса.
   Большее влияние, как отмечает исследовательница, оказали на Булгакова книги Э.Ренана "Жизнь Иисуса" и Ф.Фаррара "Жизнь Иисуса Христа". Оба автора пишут о жестокости Пилата, его ненависти к иудеям и фанатизму, попытках его возвести водопровод, о столкновении с иудейским духовенством и жителями Иерусалима "из-зза римских значков и щитов, на которых было изображение человека, что противоречило догмам иудейского вероисповедания".
   "Роман в романе" построен как симфоническая поэма о душе человека, о величии и падении человеческого духа. При помощи М.А.Булгакова само время избрало Пилата главным героем трагедии. Ведь слово "несправедливость" было ключевым в сознании жителей страны, когда писатель создавал свой роман. В "Мастере и Маргарите" тема справедливости тесно переплелась с темами предательства и страха. И страх этот как бы нависает над Пилатом", - пишет И.Галинская.
  
   рассказ о Пилате претендует на истинность, на здравый "реализм", что, по мнению Ю.Вейр, должно быть оценено в контексте остальной части
   Собразом Пилата связана философско-историческая концепция, которую некоторые исследователи находят в романе и которая "сближает позицию Булгакова с исторической концепцией Толстого в "Войне и мире"" ( Г.Лесскис ). В романе Толстого Наполеон воображает, что от него зависит "verser" или "не verser" "le sang des peuples" ( проливать или не проливать кровь ). В романе Булгакова Пилат полагает, что он может распоряжаться судьбою невинного.
   Замечательно, что американский литературовед Л. Ржевский считает основой сюжета романа мотив "трусости" Пилата, его виновности перед Светом.
  
   запах розового масла
   Довольно значимая деталь, придает достоверность изображаемой картине. "Во всяком случае, кажется, что густой запах розового масла, бряцание лат, крики разносчиков воды в сожженном палящим солнцем Ершалаиме писаны с натуры и не менее реальны ( ? ), чем троллейбус, торгсин, представление в Варьете, дом писателей -- Массолит и другие приметы Москвы тридцатых годов, за достоверность которых нам легче поручиться" ( В.Лакшин, 2004 ).
  
   Ершалаим
   Ершалаим ( Ерушалаим ) - вариант названия города из пьесы С.Чевкина "Иешуа Ганоцри. Безпристрастное открытие истины" ( Симбирск, 1922 ).
   "Иерусалим был основан царем Давидом около тысячи лет до н.э. на месте древней крепости иевуситов и стал столицей его царства; после распада еврейского государства ( 922 до н.э. ) он остался столицей южного царства ( Иудеи ) и священным городом всех иудеев .. Главной святыней города был храм. Первый храм был построен при Соломоне на горе Мориа, где, по преданию, Авраам готовился принести в жертву своего сына Исаака. Этот храм был разрушен вавилонянами. В 538 году до нэ был сооружен второй храм, впоследствии перестроенный и роскошно украшенный Иродом. Он был разрушен в семидесятом году н.э. при взятии Иерусалима Титом. При описании второго храма Булгаков опирался на Фаррара и Ренана" ( Г.Лесскис, К.Атарова, 2007, 141 - 142 ).
   "Иерусалим считается главным священным городом христиан. Начиная с середины IV века и до VII века в Иерусалиме начинается византийская эпоха правления. В этот период было построено большое количество кафедральных соборов, храмов и монастырей по всему округу города Иерусалима. Были открыты теологические кафедры, семинарии и иконописные школы в самом святом для христиан городе. В частности именно тогда было воздвигнуто первое комплексное архитектурное сооружение вокруг Камня Помазания и вдоль всей улицы Виа Долороза. Тогда весь этот комплекс назывался "Святые сады". На каждом святом месте было воздвигнуто по храму, монастырю или часовне. Так были воздвигнуты монастыри в честь первых христианских мучеников и святых Ветхого Завета: пророка Илии, пророка Иоанна Крестителя, св. Анны, св. Харлампия, св. Степана" ( "википедия" ).
   По словам И.Галинской, важные для него работы Акима Олесницкого "Ветхозаветный храм в Иерусалиме" (СПб., 1889) и "Святая Земля. Отчет по командировке в Палестину и прилегающие к ней страны..." (Киев, 1873-1874) и С.Пономарева "Иерусалим и Палестина в русской литературе, науке, живописи и переводах" М.А.Булгаков мог читать в книгохранилищах.
   Во время работы над "ершалаимскими" главами Булгаков мог видеть макет Иерусалима и его окрестностей времен Иисуса Христа, который был выпущен Лазаревским институтом восточных языков в Москве, автором реконструкции был Юрий Франциевич Виппер, известный москвовский педагог. К макету прилагался его цветной рисунок-план и брошюра, содержащая подробное историко-географическое описание древнего города.
   По реконструкции Виппера, древний Иерусалим находился на трех возвышенностях ( Сион, Акра и Мориа ), разделенных долиной Тиропеон (или Сыроварная). На юго-западной возврышенности высится дворец Ирода Великого ( гора Сион ). Если стоять лицом к воротам на восток. то можно увидеть, как на северо-восточном холме Мориа поднимается вверх Иерусалимский храм. Когда Пилат стоит спиной к воротам, он указывает Каифе "вдаль направо, туда, где в высоте пылал храм". Третья гора, Акра, находится севернее Сиона. Согласно реконструкции Виппера Нижний город расположен на горе Акра, на северо-западе. В карте энциклопедии Брокгазуа и Ефрона он расположен на юго-востоке.
   По Випперу гладкий и круглый холм Голгофа находился на дороге в Яффу, неподалеку от северо-западных ворот Нижнего города, рядом с которыми располагался рынок. В этом месте и находилась хлебная лавка. Таким образом, Булгаков придерживался плана Виппера. Ведь если бы он следовал карте из энциклопедии Брокгауза и Ефрона, то персонажу пришлось бы бежать за ножом через весь город, до южных его ворот.
  
  
   расположилась пришедшая с прокуратором в Ершалаим первая когорта двенадцатого молниеносного легиона
   Сохранилась выписка Булгакова из книги Э.Ренана, в которой называются войска, участвовавшие в осаде Иерусалима Титом, среди которых упомянут Молниеносный легион ( фульмината ): "С Титом были четыре легиона: пятый Macedonica, десятый Fretensis, двенадцатый Fulminata, пятнадцатый Apollinaris, не считая многочисленных вспомогательных войск, доставленных его сирийскими союзниками, и множества арабов, явившихся ради грабежа".
  
   гемикрания, при которой болит полголовы
   Автобиографическая деталь; известно, что М.Булгаков страдал мигренями во время работы над "Мастером и Маргаритой". В ранних редакциях болезнь названа прямо - мигрень: "Дело, однако, не в розовом масле, а в том, что это мигрень. От мигрени же нет никаких средств в мире .. попробую не вертеть головой".
   Названной гемикрании Пилата, по разумению М.Гаджиева, соответствует приступ нейрастении Рюхина. Оба персонажа изображены на рассвете ( "Рюхин поднял голову и увидел, что они уже в Москве и, более того, что над Москвой рассвет" - "Так встретил рассвет пятнадцатого нисана пятый прокуратор Иудеи Понтий Пилат" ). Обоих персонажей терзают странные и болезненные мысли. У Пилата: "Мысли понеслись короткие, безсвязные и необыкновенные: "Погиб!", потом: "Погибли!.." У Рюхина при виде памятника Пушкину: "какие-то странные мысли хлынули в голову заболевшему поэту". И в ряду этих мыслей у обоих персонажей выделяется мысль о безсмертии ( у Пилата - о "каком-то безсмертии", у Рюхина - о безсмертии Пушкина ). Оба персонажа сопоставляются с теми, кто "чувства добрые пробуждает" - Иешуа и Пушкиным, и оба терзаются от собственного несоответствия высказанной ими истине.
   Пилату мерещится плешивая голова с редкозубым венцом - "памятник" Тиверию, Рюхин же смотрит на памятник Пушкину.
   Замечено, что терзающая Пилата головная боль в сниженном виде повторится у Степы Лиходеева, наутро после возлияний. Причем если персонажа "ершалаимских" глав излечивает Иешуа, то Степе "помогает" .. Воланд.
  
   - Подследственный из Галилеи? К тетрарху дело посылали?
   Тетрарх - правитель "одной четверти". Во времена Христа Галилея управлялась тетрархом Иродом Антипой.
   По Э.Ренану, Пилат желал спасти Иисуса. Ренан упоминает предание ( "отразившееся" в романе ) о том, что супруга прокуратора, видевшая обвиняемого во сне, поддержала его. В романе также видно и то, что "Пилат благоприятно был настроен в пользу Иисуса .. отнесся к нему снисходительно и допрашивал с < желанием > найти возможность к его оправданию" ( Э.Ренан, 1990 ).
   "Во всех четырех евангелиях говорится (иногда с буквальными повторениями -- ср. Мтф., 27,18 и Мрк., 15, 10), что Пилат делал все возможное, что-бы спасти Иисуса ("Ибо знал, что (первосвященники) предали его из зависти"), но все же именно прокуратор послал его на Голгофу. Такая двойственность характеристики Пилата, видимо, обусловила нежелание Данте (надо полагать, вынужденное) вынести приговор ему в "Божественной комедии". В "Чистилище", правда, имя прокуратора упоминается: Veggio il nuovo Pilato si crudele (XX, 91) -- однако "новым Пилатом, столь жестоким", Данте именует ведь не самого Понтия Пилата, а короля Франции Филиппа IV -- "беззаконного" ( И.Бэлза, 1978 ).
   Мотив чистоты прокуратора, невиновности его в пролитой крови прослеживается в апокрифических евангелиях.
  
   лестница
   "Иешуа Га-Ноцри "всходит" к Пилату по лестнице. Булгакову очень важно, что площадка между двумя крыльями дворца вознесена высоко и что арестованного ведут снизу -- по лестнице. Он выписывает из книги А. Древса (Древс -- сторонник "мифологической" школы в изучении Нового Завета, но в данном случае писателя интересуют не позиции "мифологической школы", а реалия): "В Латероне, в Риме, еще существует лестница, по которой, говорят, Иисус всходил к дворцу Пилата". И дважды подчеркивает слова "всходил к дворцу", а слово "лестница" подчеркивает красным" ( Л.Яновская, 2002 ).
  
   И сейчас же с площадки сада под колонны на балкон двое легионеров ввели и поставили перед креслом прокуратора человека лет двадцати семи
   Образ героя опирается на библейскую традицию, не полемизирует с нею. В черновике Понтий Пилат произносит такую фразу - "Iesus Nazarenus, Tiberio imperante, per procuratorem Pentium Pilatum supplicio affectus erit!" Поэтому не соответствует замыслу романа утверждение И.Чайковской о том, что Иешуа Га-Ноцри -- это БУЛГАКОВСКИЙ персонаж, но вовсе якобы не евангельский. Весьма вероятно то, что на Булгакова оказало влияние то, что сам "Пушкин .. задумывал написать трагедию об Иисусе Христе. Причем П.В.Анненков допускал, что трагедия даже была написана или "изложена вчерне", а потом "истреблена" или "затеряна" ( П.В.Анненков. Материалы для биографии Ал. С. Пушкина // Сочинения Пушкина, изд. П.В.Анненкова, т. 1, СПб., 1855, стр. 284 ), а Ю.М.Лотман довольно убедительно предположил, что Пушкин намеревался изобразить последний день земной жизни Иисуса Христа, то есть как раз день суда и казни - "четырнадцатого числа весеннего месяца нисана", - которым открывается роман Булгакова ( Ю.М.Лотман. Об опыте реконструкции пушкинского сюжета об Иисусе // Временник Пушкинской комиссии, 1982, стр. 15 - 27 )" ( Г.Лесскис, К.Атарова, 2007, 335 - 336 ).
   В книге Фаррара утверждается, что "Иисус есть греческая форма ( ?? - И.П. ) еврейского имени Иешуа, что означает "спасение". В Энциклопедическим словаре Брокгауза и Ефрона имя Иешуа дано как "эллинизированное". Оба источника, по словам И.Белобровцевой, восходят к Талмуду, где Иешуа Га-Ноцри "изображен как обманщик, казненный накануне Пасхи".
   Имя героя представляет собой фонетический перевод с арамейского.
   "Так вот, в Евангелии на иврите: Иешуа. Других вариантов нет. Ф. В. Фаррар пишет, что в евангельские времена это было очень распространенное имя" - утверждает Л.Яновская ( Л.Яновская, 2010 ).
   Известно, что однокурсником Булгакова на медицинском факультете был студент Иешуа Мильман ( наблюдение С.Ноженко, "Collegium", 1995, вып. 1-2, стр. 233 ).
   Образ Иешуа представляет собой попытку писателя изобразить средствами литературы образ Спасителя. Так или иначе это признает большинство исследователей.
   Генрих Эльбаум говорит о трех группах исследователей, писавших об "ершалаимских" главах.
   Первая - В. Завалишин и Л. Ржевский (в "Новом журнале" и А. Краснов (в "Гранях") прямо отождествляют Га-Ноцри с евангельским Христом,
   Вторая - Е. Стенбок-Фермор (в "Slavic and East European Journal") и Э. Эриксон-мл. (в "Russian Review") обращают внимание на расхождения между фигурой Иешуа Га-Ноцри в булгаковском романе и каноническим образом Христа, но не осознают "глубинного смысла" этих расхождений,
   Третья - включает в себя Д.Дж.Б. Пайпера, В. Лакшина, К. Симонова, И. Бэлзу и Н. Утехина, которые, рассматривая "ершалаимские" главы романа, не приходят к определенным выводам.
   По мнению самого критика, непосредственно на концепцию "ершалаимских" глав романа повлияли работы Л.Толстого "Исследования догматического богословия", "Ответ на декрет Синода", "В чем моя вера", "Царство Божие внутри нас".
   А. Зеркалов считает, что одним из источников "ершалаимских" глав "Мастера и Маргариты" является книга Талмуд.
   При этом вторая группа исследователей подчеркивает и "выпячивает" детали и описания, которые не совпадают с Евангельскими.
   Они приводят некоторые отличия булгаковского Иешуа:
   1 ) Иешуа у Булгакова - "человек лет двадцати семи",
   2 ) Иешуа предан Иудой -- "каким-то едва знакомым молодым человеком",
   3 ) его предатель - Иуда у Булгакова убит по приказанию Пилата.
   Кроме того, не говорится о Божественном происхождении Иешуа. ( возможно, потому, что форма и жанр романа не предполагают следования канону вплоть до полного его копирования, роман представляет собой творение писателя, то есть художественное произведение: Булгаков не претендует на Божественное Откровение )
   То, что роман Мастера в некоторых аспектах противоречил Евангелию, исследователи "Мастера и Маргариты", как пишет Е.Яблоков, "подчеркивали еще когда г-н Кураев служил "научным атеистом"; да и сам автор "Мастера и Маргариты" устами Берлиоза акцентирует разницу. Если г-н Кураев как верующий видит во всяком отступлении от евангельского канона кощунство -- это его право, и опровергать его было бы попросту глупо. Но столь же нелепо такому человеку браться за разбор такого романа -- ибо филологический.., по определению, невозможен без остраненного, спокойного отношения к материалу" ( Е.Яблоков, 2006 )
   Впрочем, как спокойно относиться к тому, к чему спокойно относиться нельзя по определению? Как прятать свои чувства за "отстраненностью" филологических приемов? Вспомним слова Иешуа - "правду говорить легко и приятно", "никакие практические соображения не остановят его на том пути, к которому он считает себя призванным".
   Нельзя не признать, что образ Иешуа у Булгакова в сопоставлении с евангельским слаб.
   Это убедительно доказывает М.Дунаев.
   Во-первых, "Иешуа явно положился на волю случая и не заглядывает далеко вперед. Отца он не знает и смирения в себе не несет, ибо нечего ему смирять. Он слаб, он находится в полной зависимости от последнего римского солдата, не способен, если бы захотел, противиться внешней силе".
   Затем, "Христос знал, что Его ждет. Иешуа такого знания лишен, он простодушно просит Пилата: "А ты бы меня отпустил, игемон..." - и верит, что это возможно". И, кроме того, "Иешуа .. слаб, ибо не в состоянии дать людям главного - веры, которая может послужить им опорой в жизни".
   Геннадий Фаст о "Мастере и Маргарите" и образе Иешуа говорит прямо - "С точки зрения православного учения да, это ересь". Впрочем, то же самое он говорит и применительно к роману Айтматова - "С позиции ортодоксии "Плаха" Айтматова -- это ересь". В чем находит признаки отступления от канона Г.Фаст?
   а ) Иешуа утверждает, что "все люди добрые" и, значит, не замечает "падшего состояния человека",
   б ) Иешуа далеко не Агнец Божий ( субъективное замечание, но такие замечания встречаются у Г.Фаста через раз ),
   в ) У Иешуа один ученик, а не двенадцать, и тот "все перепутал"
   г ) Иешуа говорит - "рухнет храм старой веры и создастся новый храм истины", но в Евангелии такого нет.
   Хотелось бы возразить. Во-первых, "падшее состояние" характеризует больше ангелов тьмы, чем человека как такового. Ведь человек вовсе не обязан следовать наущениям представителей "темных сил" и выполнять их волю. У человека есть собственная воля и он может изменить свою судьбу ( что подчеркивает Булгаков всем сюжетом романа "Мастер и Маргарита" ). Даже отрицательный персонаж - Воланд - вынужден признать, что каждому "будет дано по вере его". Не нужно забывать, что Бог сотворил человека, "по подобию Божию создал его". Таким образом, в самом начале библейского сюжета человек сотворен любящим - "но, как написано: не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его" ( Первое послание к Коринфянам ).
   Затем, в романе об учениках сказано мало. Иешуа говорит лишь следующее - "Ходит за мной один с козлиным пергаментом.. Решительно ничего из того, что там записано, я не говорил". Пожалуй, это единственное противоречие с вероучением.
   В Евангелии в самом деле нет буквального сходства с высказыванием Иешуа, но вот два фрагмента, которые похожи на него:
   "И когда выходил Он из храма, говорит Ему один из учеников его: Учитель! посмотри, какие камни и какие здания!
   Иисус сказал ему в ответ: видишь сии великие здания? все это будет разрушено, так что не останется здесь камня на камне".
   И во втором послании к Коринфянам:
   "Ибо знаем, что, когда земной наш дом, эта хижина, разрушится, мы имеем от Бога жилище на небесах, дом нерукотворенный, вечный".
   В романе Иешуа отличиется от евангельского Христа еще и тем, что не раз во время разговора с Понтием Пилатом приходит в ужас ( что безусловно не было характерно Христу ). Это происходит потому, что Иешуа очень живо, чувственно воспринимает все высказывания Понтия Пилата.
   "-- Это ужасно, прямо ужас... какую беду себе наделал Искариот. Он очень милый мальчик.." - говорит он в одной из первых редакций романа.
   Также Иешуа, в отличие от Евангелия, "пугается" угроз Понтия Пилата, который выглядит на фоне обвиняемого величавым распорядителем судеб. В черновой рукописи:
   "Иешуа испугался и сказал умиленно:
   -- Только ты не бей меня сильно, а то меня уже два раза били сегодня..."
   ( М.Булгаков, 2006, 45 )
   Иешуа говорит с Пилатом как с таким же человеком, как он сам, надеется на его понимание, сочувствие, сопереживание. Иешуа удивительно открыт его обвинителям.
   И даже на кресте он способен испытывать человеческие чувства - страх и любопытство:
   "Хриплым разбойничьим голосом, со страхом и любопытством, спросил Иешуа центуриона:
   -- Неужели мало мучили меня? Ты зачем подошел?
   Бородатый же центурион сказал ему:
   -- Пей.
   И Иешуа сказал:
   -- Да, да, попить"
   ( из ранней редакции романа второй половины двадцатых годов, М.Булгаков, 2006, 50 ).
   О том, что образ Иешуа не соответствует какону, является искаженным представлением, говорили писатель Камил Икрамов и священник Михаил Ардов. По мнению К.Икрамова, характерным - именно так, а не иначе - отличием Иешуа от Христа является то, что ему приходят в голову "кое-какие новые мысли". А у Христа, по мнению исследователя, "новых мыслей" не было ( ! ), он явился "лишь свидетельствовать об истине".
   Человеческая суть Иешуа подчеркнута в статье В.Немцева "Михаил Булгаков: становление романиста": "Он не аскет, не пустынножитель, не отшельник, не окружен он аурой праведника или подвижника, истязающего себя ( ? - И.П. ) постом и молитвами. Как все люди, страдает от боли и радуется освобождению от нее" ( В.Немцев, 1991, 115 ). В образе Иешуа видели "персонифицированный образ морально-философских представлений человечества... нравственного закона вступающего в неравную хватку с юридическим правом" ( Т.Вахитова, 1991, 84 ).
   Его вера - Иешуа верит, в отличие от большинства персонажей "московских" глав - существует как будто вопреки обыденной мудрости.. "Слабость проповеди Иешуа в ее идеальности, - считает В.Я.Лакшин - но Иешуа упрям, и в абсолютной цельности его веры в добро есть своя сила". Он полагает, что и Пилат, и Иуда, и Крысобой - "добрые люди", только - "покалеченные" теми или иными обстоятельствами. Б.Соколов считает, что и всем своим романом М. Булгаков "утверждает приоритет простых человеческих чувств над любой .. иерархией".
   Б.Сарнов, отрицавший Божественное присхождение булгаковского героя, считал, что Иешуа - "такой же человек, как и мы с вами". О том же говорил о. Александр Мень, по мысли которого Иешуа - не больше, чем "мечтатель, наивный бродячий философ, который всех и каждого называет "добрый человек" ( значит, А.Мень придерживался другого мнения - И.П. ). Не таков Христос в Евангелиях. От него исходит сила. Он может быть строг и даже суров. Он резко обличает власть имущих".
   Протоиерей М.Ардов "с возмущением и негодованием" отвергал ту часть романа, где описывается Понтий Пилат и "отвратительнейшим образом искажаются евангельские события".
   "Иешуа в романе лишен как дара провидения, так и знания о.. казни, хотя первоначально все было иначе: он понимал особое значение дня своей встречи с Понтием Пилатом и значительно откровеннее было выражено его участие в исцелении ужасной болезни прокуратора - гемикрании" ( И.Белобровцева, С.Кульюс, 2007, 44 ).
   В романе М.Булгакова образ и поведение Иешуа не соответствуют традиционному представлению о мессии как о грозном повелителе. "Как и в других случаях, расхождение .. с Евангелием вызвано желанием дать в ершалаимских главах образ мессии, не подозревающего о своем предназначении. В ершалаимских главах не видит в Иешуа миссию и его единственный ученик и последователь Левий Матвей, иначе бы он понял смысл его жертвы и не стремился бы убить его, чтобы избавить его от крестных мук" ( Г.Лесскис, К.Атарова, 2007, 275 ).
   Иешуа -"бродячий философ", утверждает Е.Суровцева. Иешуа, по мнению А.Ужанкова, - "обычный душевнобольной человек".
   Противоположную точку зрения высказыват Л.Яновская, Г.Лесскис, Е.Суровцева. "Булгаков под именем Иешуа вывел Христа", - полагает Е.Суровцева. По мнению Г.А.Лесскиса именно Иешуа является подлинным героем романа Булгакова. Но писатель поставил "на первое место" не его, а Пилата по "цензурным" соображениям - "...Совершенно очевидно для всякого непредубежденного читателя, что главным трагическим героем .. романа, чья деятельность и судьба определяют все действие и судьбы всех действующих лиц (причем не только античного, но и современного романа), является Иешуа Га-Ноцри. Но обстоятельства цензурные заставили автора назвать в заглавии Пилата". Здесь "античным романом" названы ершалаимские главы "Мастера и Маргариты". Л.Яновская возражает, утверждая, что "Мастер и Маргарита" - роман неподцензурный в высшем смысле слова, ведь писатель не готовил его к печати. В самом деле, Булгаков прекрасно понимал ( особенно во второй половине тридцатых годов ), что роман, задуманный им, не может быть полностью опубликован в складывающейся в стране атмосфере. И ведь современности и ее властелям, и ее "порокам" отвечал именно образ Понтия Пилата.
   "- Видите ли, какая странная история, я сижу здесь из-за того же, что и вы, именно из-за Понтия Пилата. - Тут гость пугливо оглянулся и сказал: - Дело в том, что год тому назад я написал о Пилате роман" ( М.Булгаков, цит. по Л.Яновская, 2003 )
   И в другом эпизоде:
   "- А скажите, почему Маргарита вас называет мастером? - спросил Воланд.
   Тот усмехнулся и сказал:
   - Это простительная слабость. Она слишком высокого мнения о том романе, который я написал.
   - О чем роман?
   - Роман о Понтии Пилате".
   Понтий Пилат - герой романа Мастера, обладающий похожими на своего создателя чертами характера. Его образ понят Мастером, и талантливо изображен в романе, созданном им. В финале Воланд покажет Мастеру его героя. То есть Понтий Пилат становится таким, каким его "угадал", обрисовал Мастер. Но то же самое нельзя сказать об Иешуа, которого Мастер может изобразить только как "обычного человека". Мастеру недоступно Божественное окровение. Поэтому интуитивно он и избирает для себя близкого по уровню его художественных возможностей Пилата.
   По мнению И.Урюпина, писатель представил в образе Иешуа Га-Ноцри "собственное видение Спасителя, не совпадающее с новозаветной традицией" ( И.Урюпин, 2004 ). Иешуа Га-Ноцри, по словам исследователя, становится весьма своеобразным нравственным эталоном, с которым сопоставляются все персонажи романа ( по словам И.Урюпина, образ Иешуа Га-Ноцри - один из центральных в идейно-философском и структурно-композиционном плане романа "Мастер и Маргарита" ).
   По словам И.Бэлзы, в образе Иешуа акцентированы три черты. Прежде всего -- незаурядный интеллект, подчеркнутый удивлением Пилата. Затем -- умение ..воздействия -- также поразившего Пилата ("сознайся, ты великий врач?"). И третье -- безстрашие -- "одна из стержневых тем (быть может, даже центральная) романа, входящая в его этическую концепцию и звучащая уже в ответах Иешуа Га-Ноцри прокуратору, приводящих в ужас его секретаря. Это безстрашие акцентируется в романе также отказом Иешуа от одурманивающего напитка, который давали распинаемым, чтобы смягчить их страдания. В Евангелии от Матфея сказано: "Дали ему пить уксуса, смешанного с желчью; и, отведав, не хотел пить" (Матф.,27, 34) ( И.Бэлза, 1978 ).
   Л.Яновская пишет об удивительной особенности булгаковского Иешуа - он проницателен, видит, что происходит с другими, напр., то, что у Пилата болит голова, или то, что с Иудой произойдет несчастье, но никак не предугадывает свою судьбу. Он просит Пилата даже отпустить его, зачит, допуская такой ход развития событий. В его портрете - "точность убеждении, невозможность прятать истину, внутренняя независимость" ( В.Лакшин ).
   "Очевидно, что прототипом данного персонажа является евангельский Иисус Христос", - пишет Екатерина Князева. Однако, по словам исследовательницы, это и не "классический христианский" образ, потому что автор хотел создать несколько иной образ, отвечающим задачам литературного произведения. "На первый взгляд Иешуа мало похож на Христа: в нем много человеческого", - пишет О.Орлова, очевидно, считающая человечность негативной оценочной характеристикой героя.
   В "Материалах к роману" записано: "Кикими языками владел Иешуа? ( см. у Фарр., стр. 111, 112 ).. Спаситель, вероятно, говорил на греч. яз.. ( Фарр., стр. 111 ).. Мало также вероятно, что Иисус знал по-греч. ( Ренан. "Ж.И.", стр. 88 ); Арам. яз.. "во времена Христа был народным языком Палестины и на нем были написаны некоторые отрывки из Библии" ( Брокг. "Арамея" ). На Востоке роль распространителя алфавита играл арамейский язык" ( цит. по И.Белобровцева, С.Кульюс, 2007, 42 ).
   "На первый взгляд, в своей трактовке образа Иисуса М. Булгаков близок Льву Толстому ("Соединение и перевод четырех Евангелий", "Исследование догматического богословия"). Однако Иешуа Га-Ноцри - все же не простой человек, учитель праведности" ( Н.Гаврюшин, 1990 ).
   "У Михаила Булгакова в "Мастере и Маргарите" Божественным становится Иешуа Га-Ноцри со своей этической проповедью Добра. Его максима .. приводит в изумление римского прокуратора, искушенного в жизни и сведущего в знаниях. Именно Иешуа становится аксиологическим центром романа, и вне его утрачивают смысл своей жизни и ожесточенный жизнью Понтий Пилат, и гениальный Мастер" (Е.Южанинова, 2007, 30 ).
   Иешуа в романе мастера изображен "на первый взгляд как слабый человек .. но это только на первый взгляд" ( Г.Лесскис ). В романе о мастере он "повелевает" ( по словам Г.Лесскиса ) Воландом. Отсюда - вывод: "Булгаков акцентировал человечность Иешуа, но вовсе не отверг Божественности". Словно в подтверждение этого Иешуа исцеляет Пилата от приступа гемикрании. Он предвидит, что с молодым человеком из Кириафа "случится несчастье".
   "Поведение Иешуа, достоинство, с каким он ведет себя на следствии и в процессе жестокой казни, свидетельствуют о совершенной твердости его воли в соблюдении долга. Именно долга, так как в своей земной жизни Иешуа поступает согласно велению категорического императива, он нравственен .. Только в мире "запредельном" для Иешуа, как для представителя "святой воли", "нет никаких императивов". Но в мире земном он оказывается в трагической ситуации именно в силу своей безкомпромиссности" ( Г.Лесскис, К.Атарова, 2007, 457 ).
   Иешуа, по словам западноевропейских исследователей, представлен как простой человек, "не смелый ( ?! - И.П. ), не интеллектуальный, но моральный. Подобно Иисусу в библейской традиции, он увлекает Пилата смиренной человечностью своих мыслей" ( The Master and Margarita. BookRags Literature Study Guide ).
   Мнения первой группы исследователей выглядят обличающими, неглубокими.Впрочем, возможно, и в них есть отсвет истины.
   Другие исследователи ищут литературные прототипы Иешуа.
   А. Гознепуд в статье "Последние дни" (1988) "проводит параллель" ( Е.Люгай ) между судьбами Пушкина и Иешуа.
   Булгакову, "в отличие от некоторых его критиков", было известно, что Пушкин собирался написать трагедию об Иисусе, и это не могло не взволновать автора "Мастера и Маргариты". И.Бэлза считает, что именно поэтому возникает замысел "закатного романа".
   По мнению Генриха Эльбаума, сочинения Льва Толстого "Исследования догматического Богословия", "Ответ на декрет Синода", "В чем моя вера", "Царство Божие внутри нас" "самым непосредственным образом повлияли" (И.Галинская ) на характер образа Иешуа в романе. Образ Иешуа в пересказе Воланда взращен на идеях Л.Толстого, считает Т.Фролова.
   Иешуа - прост, не патетичен, не велеречив. И на вопрос Пилата "Что есть истина?" отвечает просто. Некоторым исследователям он напоминает Дон Кихота ( своей убежденностью ), или князя Мышкина ( чистотой души и человечностью ).
   Литературный прототип Иешуа, по мнению А.Зеркалова, - образ князя Мышкина, который как бы перенесен в "Мастера и Маргариту", как и "Мышкинская слепота". Вместе, замечает исследователь, с мотивом "зарезать" и фигурированием ножа, - которыи безспорно значим в "Идиоте" и не раз встречается в романе Булгакова, где Левий Матвей крадет нож из хлебной лавки и где о том, чтобы "зарезали" мечтателя, думает Понтий Пилат. ""... Мышкин и Иешуа не просто следуют один за другим, они дополнительны, как сказал бы Нильс Бор; они объясняют друг друга", - пишет А.Зеркалов ( А.Зеркалов, 2004 ).
   Еще один литературный прототип - Иешуа из пьесы Сергея Чевкина "Иешуа Ганоцри. Безпристрастное открытие истины", который ведет людей "в царство правды и справедливости, в котором не будет места всем обидчикам народа Израилева". Булгаковский Иешуа тоже произносит слова о будущем царстве "истины и справедливости", но утверждает лишь, что там "не будет власти ни кесарей, ни какой-либо иной власти".
   Е.С.Булгакова вспоминала, что писатель не раз перечитывал биографический очерк А.Ф.Кони "Федор Петрович Гааз" ( 1914 ) о знаменитом враче - безсеребреннике. К.Атарова предполагает, что рассказ об этой удивительной личности повлиял на создание образа Иешуа.
   По словам И.Галинской, Булгакову было известно исследование Альфреда Эдершейма "Жизнь и время Иисуса Мессии" в переводе священника Михаила Фивейского, книга К.Гейки "Жизнь и учение Христа" в переводе того же Михаила Фивейского, работа И.Я.Порфирьева "Апокрифические сказания о ветхозаветных лицах и событиях" и "Апокрифические сказания о новозаветных лицах и событиях, по рукописям Соловецкой библиотеки".
   Кроме того, Булгаков был знаком с драмой "Царь Иудейский", написанной Константином Романовым. В этой драме герой на сцене почти не появляется, - как и в пьесе "Александр Пушкин". И сама "обстановка перистиля дворца Ирода Великого (т.е. окруженного крытой колоннадой прямоугольного двора с мраморным мозаичным полом и фонтаном) описана у К.Р. в начале второго действия ("У Пилата") довольно наглядно. Здесь и "ниша с мраморной статуей" , и мраморные ступени, и "кресла, скамьи, мраморы, бронза, вазы с цветами, курильницы, светильники, ковры, дорогие ткани" ( И.Галинская, 2003, 29 ).
   В романе Иешуа излечивает Пилата, "отрицает" всемогущество Римской власти ( так считает Л.Векс ), говорит о том, что люди могут быть добрыми и им можно доверять ( как доверял он Иуде из Кириафа ). "Иешуа, несмотря на муку, верит в людей. Пушкин говорит: "Для сердца нужно верить". И для творчества тоже. "Кто верит жизни, тот поэт", -- замечено в черновиках "Евгения Онегина" ( В.Маранцман, 2002 ).
  
   В Ершалаиме все шепчут про меня, что я свирепое чудовище
   По утверждению Л.Яновской, Понтию Пилату предшествует фигура белого генерала Хлудова в "Беге", еще более жестокого персонажа. В пьесе описано одно из преступлений Хлудова - рабочие, повешанные на фонарях на одной из станций "где-то в северной части Крыма".
   "Хлудов, пытаясь переложить нравственную ответственность за свои преступления на Белого главнокомандующего (в пьесе за этим лицом угадывается Врангель), бросает ему в лицо: "Вы стали причиной моей болезни!" Пилат уходит за бесспорность авторитета императора Тиберия, находящегося далеко, на Капрее, и все-таки следящего за ним, Пилатом, здесь, в Ершалаиме" ( Л.Яновская ).
   В первой редакции арестованного допрашивал сначала первосвященник Анна, который называл его негодяем, осмелившемся объявить себя царем.
   Вся сцена допроса Иешуа Пилатом, по мнению М.Петровского, спроецирована на хорошо знакомую Булгакову сцену: маркиз Поза - Король в пьесе Шиллера "Дон Карлос". Рассматривая вопрос о силе и бремени власти, совпадая в деталях ( и Поза и Иешуа говорят правду своим собеседникам; называют их добрыми; оба властителя оказываются предателями ) этот эпизод содержит < то, что > неправедное судилище безконечно повторяется" ( И.Белобровцева, С.Кульюс, 2007, 192 ). К слову, мотив повторения Евангельской истории встречается и у Г.Горина в пьесе "Дом, который построил Свифт", где рыжий констебль "вспоминает", как он присутствовал в Иерусалиме.
   В начале допроса прокуратор использует слова "преступник", "бродяга", "лгун" и "разбойник". В ходе беседы негативные характеристики постепенно уступают место другим: "странный разбойник", "философ", "бродячий философ". Так изменяется отношение прокуратора к Иешуа. Однако, когда вспоминается закон об оскорблении кесаря, в речь Пилата возвращаются определения "преступник" и "безумный преступник" ( наблюдение Е.Князевой ).В Евангелии Пилат задает Христу от одного ( у Луки ) до шести ( у Иоанна ) вопросов, у Булгакова - тридцать пять вопросов ( как подсчитала К.Атарова ).
   Марк, прозванный Крысобоем
   Марк Крысобой выполняет, по словам Б.Соколова, функции военного командира при верховном правителе Иудеи Понтии Пилате -- фактически ту же роль, что играл Троцкий при Ленине. Б.Соколов утверждает также, что Ленин послужил одним из прототипов Воланда, "функционально тождественного" Понтию Пилату.
   Литературный прототип Марка Крысобоя - сотник Петроний из пьесы Сергея Чевкина "Иешуа Ганоцри. Безпристрастное открытие истины", который, как и кентурион Марк Крысобой, жесток к подчиненным, "хотя сам -- бывалый воин". Он угрожает Иуде: "Слушай, иудей, ты, вероятно никогда не ощущал на своей шее кулак римского воина или палку на своей спине", а когда "добивает" Иешуа на кресте, то говорит с уверенностью: "Я знаю, как ударить, и умею ударить". В романе Булгакова во время допроса Иешуа Га-Ноцри у прокуратора Марк Крысобой тоже умело ударяет арестанта: "движение кентуриона было небрежно и легко, но связанный мгновенно рухнул наземь, как будто ему подрубили ноги".
   Он символизирует грубую силу и безмерную выносливость ( в сцене казни на Лысой горе Марк - единственный персонаж, который не страдает от раскаленного ершалаимского солнца ).
   Персонаж с таким именем встречается, как замечает Г.Эльбаум, у римского комедиографа Тита Макция Плавта.
  
   - Прозвище есть?
   - Га-Ноцри.
   "В книге Э.Ренана "Апостолы" указывалось, что иудеи называли новых сектантов "назореями" и имели обыкновение называть Иисуса Ган-Назари или Га Носри ( собрание сочинений Э.Ренана в 12 томах / Киев, изд. Б.Фукса, 1902 - 1904 / было в личной библиотеке Булгакова, как и исследование С.Годлевского "Ренан, его жизнь и научно-литературная деятельность: Биографический очерк", СПб.: Типолит. И.Гершуна, 188 )" ( И.Белобровцева, С.Кульюс, 2007, 196 ).
   Г.А.Лесскис считает, что это слово произошло от названия города Назарет в Галилее, где родился Христос. Э.Безносов считал, что Га-Ноцри означало "из Назарета". А.Барков и А.Донини, напротив, доказывают, что , что имя Га Ноцри происходит от названия секты назореев, а не города Назарет: "Ни имя Назорей, ни прозвание Назореянин ни в коей мере не могут быть связаны с названием города Назарет" ( А.Барков, 1994 ).Так, А.Барков утверждает, что именем "Назорей" называли "живших в пустынных местах иудеев-сектантов, не стригших волосы, не употреблявших вина".Это слово как обозначение жителя Назарета, назарянина, по мнению А.Каримского, рассматривается без достаточного основания.
   Любопытно, что беседу Иешуа с Пилатом по-своему переделал А.Кораблев в своем "астральном романе", будто бы спросив у писателя:
   "- Имя?
   - Булгаков, Михаил Афанасьевич.
   - Прозвище есть?
   - Мастер.
   - Откуда ты родом?
   - Из города Киева.
   - Кто ты по крови?
   - Я точно не знаю... Мне говорили, что мой отец был русский"
   ( А.Кораблев, 1994 ).
  
   - Откуда ты родом?
   - Из города Гамалы
   Первоначально в романе было другое - в машинописи:
   "- Откуда ты родом?
   - Из Эн-Сарида, - ответил арестант, головой показывая, что там где-то, за спиной у него, на севере есть Эн-Сарид".
   Гамала ( арамейск. "верблюд" ) - город в горной седловине в пяти километрах на восток от Тиверианского озера. На этот город как на место рождения Христа ссылается Барбюс. В сочинении Ф.Фаррара: "Он говорил наречием родной Ему Гамалы, близкой от Назарета и принимавшейся за Сирийские Афины" ( цит. по А.Барков, 1994 ) " .. история Гамалы описана в "Иудейской войне" Иосифа Флавия: жители этого древнего города-крепости отказывались признавать римскую власть и платить налоги. расположение Гамалы в горной местности, так что подойти к ней можно было только с одной стороны, обезпечивало ее безопасность. В 66 году Гамала присоединилась к восстанию против Рима. Агриппа Второй пытался взять Гамалу осадой, но через семь месяцев был вынужден отступить. Однако вскоре Веспасиан вновь осадил город. С помощью камнеметательных машин римлянам удалось пробить стены и войти в Гамалу. Сопротивление было отчаянным, многие римские солдаты были убиты, но со второй попытки римляне взяли город и перебили девять тысяч насельников Гамалы и жителей соседних сел" ( И.Белобровцева, С.Кульюс, 2007, 196 - 197 ).
   Любопытно, что арестованный головой показывает, "что там, где-то далеко, направо от него, на севере, есть город Гамала". Отсюда Л.Яновская делает справедливый вывод - Иешуа стоит лицом на запад, а Понтий Пилат, сидящий перед ним - смотрит на восток.
  
   отец .. был сириец
   Сирия упомянута у Матфея: "И прошел о Нем слух по всей Сирии; и приводили к нему всех немощных .. " ( Матф., 4, 24 ). В книге Фаррара: "Иисус мыслил на том сирийском языке, который был Его природным языком.. по любопытной игре слов, которая .. несомненно, придавала, силу и красоту некоторым из Его изречений, когда они произносились на первоначальном языке".
  
   ходит, ходит один с козлиным пергаментом и непрерывно пишет. Но я однажды заглянул в этот пергамент и ужаснулся
   В первоначальном варианте эта субъективно-эмоциональная оценка пергамента Матвея уступала место такой трактовке:
   "-- Нет, ходит один с таблицей и пишет, -- заговорил молодой человек, -- достойный и добрый человек. Но однажды, заглянув в эту таблицу, я ужаснулся. Ничего этого я не говорил. И прошу его -- сожги эту таблицу. Но он вырвал ее у меня из рук и убежал" ( М.Булгаков, 2006, 144 ).
   Видимо, Булгаков находился под впечатлением от слов Э.Ренана - "ни одно из изречений, передаваемых Матфеем, не может считаться буквальным" ( цит. по И.Галинская, 2003 ).
  
   деньги отныне стали ненависты
   В романе, по словам Г.Лесскиса, образ Левия Матвея соотнесен с образом Ивана Бездомного - якобы "ученика" мастера. Левий Матвей до встречи с Учителем занимался неподходящим для будущего служения делом - был мытарем. Иван Бездомный - писал антирелигиозную поэму.
   Обычно деньги связаны с соблазнами и увлечениями. В романе такие герои как мастер, Маргарита и Иешуа постепенно удаляются от них ( Мастер - уже будучи в психиатрической лечебнице ). Подобное отношение к ассигнациям обнаруживается уже в романе "Белая гвардия", где Николка рассуждает о том, что Василиса стал "симпатичнее", когда "поперли" его деньги: "Может быть, деньги мешают ему быть симпатичным. Вот здесь, например, ни у кого нет денег, и все симпатичные". Напротив, Воланд и его свита необыкновенно увлечены фокусами с деньгами. "А за деньгами он не постоит - миллинер", - с достоинством говорит о Воланде Коровьев, позже устраивающий дождь из червонцев на сеансе в варьете. В "ершалаимских" главах тридцать тетрадрахм становятся символом предательства Иуды и наделяются эпитетом "проклятые деньги".
   "Сборщик податей, вы слышите, бросил деньги на дорогу!" - удивлен Пилат. "В классической латыни, до Плиния младшего, не было множественного числа ( местоимения и глагола ) при обращении к одному человеку ( "вы" ), и Булгаков это знал. Но он использовал это языковое средство, предоставленное ему современным русским языком, чтобы выразить разность отношения Пилата к лицам, с которыми он разговаривает. Римлянам ( или людям, находящимся на римской службе, - секретарю, кентуриону Крысобою ( "У вас тоже плохая должность, Марк. Солдат вы калечите" ), Афранию ), он говорит "вы"; всем остальным - "ты" ( Иешуа Га-Ноцри, иудейскому первосвященнику Каифе, рабу - африканцу, Левию Матвею ). Это передает особое положение римлян на периферии огромной империи" ( Г.Лесскис, К.Атарова, 2007, 441 - 442 ). В ранней редакции Пилат и Каифа обращаются друг к другу "вы", нередко - "ты". При редакции 1938 года писатель пытался указать, где оставить обращение "вы", а где исправить на "ты". Затем на полях написал "на "ты". Елена Сергеевна приняла это указание как знак того, что вся беседа Пилата и Каифы должна строиться именно так.
  
   думал, что оскорбляет, называя меня собакой
   Это намек на повесть "Собачье сердце", в которой пес Шарик, в отличие от Клима Чугункина - Шарикова, описан с симпатией.
  
   потребовать холодной воды, жалобным голосом позвать собаку Банга
  
   В ранней редакции собака дважды упоминалась, как ближайший друг Пилата: "Выгнать конвои с балкона, припадая на подагрические ноги, притащиться внутрь, велеть затемнить комнату, лечь, жалобным голосом позвать собаку, потребовать холодной воды из источника, пожаловаться собаке на мигрень".
   Кроме того, здесь выясняется, что Пилат болел подагрой. Как врачу, автору хорошо известны ее проявления. Подагра - заболевание, которое характеризуется отложением в различных тканях организма кристаллов уратов. Проявляется в виде острого артирита и образования подагрических узлов.
   В одном из мест романа о Банге говорится "он", а к финалу он назван "остроухим псом". "В период второго брака у Булгакова был пес по кличке Бутон ( так звали слугу Мольера - героя его пьесы "Кабала святош" ). Л.Белозерская вспоминает, что "Бутон стал как бы членом семьи. Я даже повесила на входной двери под карточкой Михаила Афанасьевича другую карточку, где было написано: "Бутон Булгаков, звонить два раза". Это ввело в заблуждение пришедшего к нам фининспектора, который спросил Михаила Афанасьевича: "Вы с братом живете?" После чего визитная карточка Бутона была снята" ( Г.Лесскис, К.Атарова, 2007, 55 ). Б.С.Мягков находит "прототип собаки Банги", замечает Л.Яновская - "Большая (!), остроухая (!) овчарка по имени Геро была в семье актера Калужского, в пору проживания этой семьи в Малом Власьевском переулке".
   Некоторые исследователи считают, что Банга является воплощением в мире Ершалаима.. Воланда. В легендах о "Фаусте" "темные силы" выступают в образе черного лохматого пса, и хотя Банга не черный, а скорее серый, В.Немцев считает, что в романе есть прямое указание на общность Воланда с Бангой.
   Кроме того, в "параллель" собаке Банге, верному псу Пилата, введен пес - ищейка Тузбубен.
  
   Я, игемон, говорил о том, что рухнет храм старой веры и создастся новый храм истины
   Иешуа не мог утверждать такого. Но по словам Фаррара, во время допроса Христа у Каиафы двое свидетельствовали, что он хотел разрушить храм, обещая его воздвигнуть вновь в продолжение трех дней. Об этой ситуации писал и Д.Штраус. В шестой редакции эти слова Иешуа названы иносказательными, которые ошибочно были поняты как "буквальные".
   И эти слова получат продолжение в одной из завершающих глав романа -
   "-- А что делал Коровьев в то время, как ты мародерствовал? -- спросил Воланд.
   -- Я помогал пожарным, мессир, -- ответил Коровьев, указывая на разорванные брюки.
   -- Ах, если так, то, конечно, придется строить новое здание.
   -- Оно будет построено, мессир, -- отозвался Коровьев, -- смею уверить вас в этом.
   -- Ну что ж, остается пожелать, чтобы оно было лучше прежнего, -- заметил Воланд.
   -- Так и будет, мессир, -- сказал Коровьев".
  
   Что такое истина?
   Вопрос в романе связан с предположением Пилата о том, что "бродяга" об истине не имеет никакого представления. Предположение это ошибочно. И сама постановка вопроса "Что такое истина?" в этом аспекте выглядит несколько несвоевременной.
  
   О, боги мои! Я спрашиваю его о чем-то ненужном на суде...
   Это один из повторов в повествовании. "Впервые эта реплика связана со страданиями Пилата от гемикрании. В первой ершалаимской главе она повторяется трижды. Затем этот мотив переходит в "московские" главы и возникает уже в авторской речи как выражение страдания автора от пошлости ( "И плавится лед в вазочке, и видны за соседним столиком налитые кровью чьи-то бычьи глаза, и страшно, страшно .. О боги, боги мои, яду мне, яду!" ). Вновь, во второй части романа этот повтор возникает в авторской речи - теперь он связывается со страданиями Маргариты ( "Что нужно было этой женщине? Что нужно было этой женщине, в глазах которой всегда горел какой-то непонятный огонечек?" ). Затем возвращение к "ершалаимским" главам и Пилату, выражающий угрызения его совести. И вновь - к "московским" главам; этот лирический мотив звучит в финале, где соединяются обе сюжетные линии и завершаются оба романа, - им открывается глава "Прощение и вечный приют": "Боги, боги мои! Как грустна вечерняя земля!.." В эпилоге это же восклицание дважды повторяет Иван Николаевич Понырев" ( Г.Лесскис, К.Атарова, 2007, 239 ).
   "С небольшими вариациями эта реплика .. в ершалаимском сюжете вложена в уста Понтия Пилата, в московском - отдана повествователю и мастеру в сцене после бала. Она представляет прозаический эквивалент напевавшейся писателем арии "Боги мои, молю вас.." из одной из любимейших его опер - "Аиды" Дж.Верди" ( И.Белобровцева, С.Кульюс, 2007, 190 - 191 ).
  
   на безжалостном ершалаимском солнцепеке
   В этих главах жара - признак дисгармонии мира, присутствия в нем сил Воланда, который словно "растворен в зное и жаре, образующих фон действия". В некоторых религиях зной ассоциируется с "темными" силами. В Откровении святого Иоанна Богослова: "Четвертый Ангел вылил чашу свою на солнце: и дано было ему жечь людей огнем .. И жег людей сильный зной.. " ( Откр., 16, 8, 9 ). Таким образом в романе возникают мотивы Апокалипсиса. Не случайно "московские" главы начинаются с описания "жаркого заката", "знойного воздуха", раскалившего Москву солнца. И.Белобровцева и С.Кульюс находят "апокалипсическую подоплеку" и в мотиве расколотого солнца, который возникает уже в первой сцене романа.
  
   Истина прежде всего в том
   В ранней редакции Понтий Пилат разочарован этим ответом и говорит: "Такую истину и я могу тебе сообщить". "Особое значение разговору Пилата с Христом о том, "что есть истина?", придавал Фаррар, считающий, что в ходе этого разговора Пилат понял, что Иисус "не только был совершенно невинен, но был безконечно выше и лучше своих неистовых святотатственных обвинителей" ( И.Белобровцева, С.Кульюс, 2007, 204 ). Возможно, имеется в виду, кроме того, пассаж Канта: "Что есть истина? Вот знаменитый вопрос, которым предполагали поставить в тупик логиков".
   Истина в устах Иешуа - не отвлеченное философское понятие ( о чем писала И.Ежова ), но та правда, которую боялся признать Пилат, очевидность, ощущение.. Можно подобрать много синонимов истины, но рационально она вряд ли объяснима. И характеризуется она прежде всего тем, что у нее есть непосредственный проводник, отчетливо выделяющийся на фоне архаичного древнего Ершалаима - Иешуа. "И Пилат судит не только Иешуа - он судит Истину. Поэтому ему так мучительно, поэтому светит солнце и обжигает его".
   Не случайно И.Ежова приводит цитату из Анны Ахматовой:
  
   Но мы узнали навсегда,
   Что кровью пахнет только кровь.
   И напрасно наместник Рима
   Мыл руки пред всем народом
   Под зловещие крики черни;
   И шотландская королева
   Напрасно с узких ладоней
   Стирала красные брызги
   В душном мраке царского дома..
  
   По опыту мы словно бы знаем, что истина обладает особым свойством - она не может измениться. Как бы того не хотели власть придержащие. Как бы ни пытались ее заменить теретическими рассуждениями послушные им ученые.
  
   погулять пешком где-нибудь в окрестностях, ну хотя бы в садах на Елеонской горе
   Елеонская гора - от греч. олива, маслина - Масличная гора близ древнего Иерусалима.
  
   - Не думаешь ли ты, что ты ее подвесил, игемон?
   Намек на ситуацию на Патриаршьих прудах, где Берлиозу грозит несчастье. Также - вспоминается беседа Иисуса и Пилата: "ты не имел бы надо Мною никакой власти, если бы не было тебе дано свыше" ( Иоан., 19, 11 ). В этих словах Иешуа упоминается высшая, Божественная сила ( наблюдение Е.Князевой ).
   Одновременно речь идет о безстрашии "бродячего философа", тема которого возникает и в поэтическом фрагменте "У Понтия Пилата" польского поэта, переводчика Лукреция, Эдварда Шиманьского, "знаменательно, что у Шиманьского, так же как у Булгакова, Пилат заключительную часть беседы с "бродячим философом" проводит с глазу на глаз" ( И.Бэлза, 1978 ).
  
   В сборнике мыслей и афоризмов, извлеченных из частной переписки А.Н. Толстого, отобранных с разрешения автора и изданных в Женеве Д.Р. Кудрявцевым, есть такие размышления о связи человека с Богом: "Человек,
   понявши жизнь, как учит понимать ее Христос, как бы притягивает от себя наверх нить к Богу, связывает себя с ним и, обрывая все боковые нити, связывавшие его с людьми (как велит это Христос), держится только па одной божеской нити и ею только руководится в жизни... случается так, что нить божеская ослабевает все больше и больше" ( наблюдение Т.Фроловой ). И Булгаков как-то написал П.С.Попову: "Писать ничего и ни о чем не могу, пока не развяжу свой душевный узел. Прежде всего о "Турбиных", потому что на этой пьесе как на нити подвешена теперь вся моя жизнь, и еженощно я воссылаю моления судьбе, чтобы никакой меч эту нить не перерезал" ( в ранней редакции романа была даже Мойра, которая "допрядала" свою нить ).
  
   Пришел я в Ершалаим точно через Сузские ворота, но пешком
   В романе Булгакова Иешуа пришел он в Ершалаим точно через Сузские ворота, но пешком, в сопровождении одного Левия Матвея, и никто ему ничего не кричал, так как никто его якобы в Ершалаиме не знал, - в этом эпизоде прослеживается одно из немногих несоответствий Евангелию в романе.
   Называя обстоятельства прихода Иешуа Га-Ноцри в Ершалаим, прокуратор повторяет Евангельские события - описание входа в Иерусалим Христа. Однако Иешуа не соглашается с этим.
   По словам исследователей, Булгаков пренебрегает и "сценами с участием толп народа", "общеизвестным представлением о необыкновенной известности Христа и скорби по нему учеников и последователей".
   По мнению М.Петровского, "Древний Ершалаим Булгаков писал с киевской натуры","как из-под новых строк палимпсеста, проглядывают старые, в кривоватых, путанных улочках древнего города легко прочитывается Подол, а сияющий над Ершалаимом храм написан, несомненно, поверх Андреевской церкви... Так что в известном смысле можно сказать, что Михаил Булгаков, никогда не видавший Иерусалима, видел его непрерывно на протяжении всей своей киевской юности" ( М.Петровский, цит. по И.Галинская, 2010 ). "Как установлено киевским исследователем М.С. Петровским, все присутствуюшие в романе исторические реалии евангельского периода были взяты Булгаковым из комментария к вышедшей до революции отдельным изданием знаменитой пьесы "Царь иудейский", написанной членом царской семьи Великим Князем Константином Романовым" ( А.Барков, 1994 ).
   Сузскими "назывались центральные восточные ворота Второго храма" ( Эльбаум, 1981 ).
  
   "добрые люди"? Ты всех, что ли, так называешь?
  
   В первоначальном варианте у Булгакова было - "симпатичные". Понтий Пилат спрашивал Иешуа -
   "- Марк симпатичный?" " - Левий симпатичный?" "Иуда из Кариот симпатичный?" и "Несимпатичные люди есть на свете?"
   Иешуа говорит Пилату: "все люди добрые" . Именно это утверждение запоминает Воланд, и, когда ему сообщают об вопиющих фактах обмана в современной Москве, спрашивает - неужели мошенники? неужели среди москвичей есть мошенники? Как видно, Воланду доставляет большое удовольствие думать, что москвичи небезгрешны.
   По словам бродячего философа, "злых людей на свете нет". Это утверждение выглядит на первый взгляд странно. Но если мы вспомним словам из Первого послания к Коринфянам святого апостола Павла - "Но, как написано: не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его" - то сможен приблизиться к этому представлению Иешуа, который, видимо, имел в виду то, что зло противоестественно, вступает в противоречие с природой человека, который задуман Создателем как любящее существо.
   "Исследователи связывают нравственную позицию Иешуа не только с христианской религией, но иногда с "толстовством", а также учением о доброй воле как основе нравственности Канта, согласно которой поступки человека могут быть обусловлены "всеобщей разумной идеей добра", действующей в форме .. категрического императива" ( И.Белобровцева, С.Кульюс, 2007, 194 ). В любимом Булгаковым "Дон Кихоте" встречается то же словосочетание - идальго, будучи оскорбленным духовником, отвечает: " .. я не должен, да и не вижу ничего обидного в словах этого доброго человека. Единственно, о чем я жалею, это что он не побыл с нами, я бы ему доказал, что он ошибался".
   В черновом варианте обвиняемый говорил об "университете", но затем писатель это упоминание убрал:
   "-- Д-добрые свидетели, о игемон, в университете не учились. Неграмотные, и все до ужаса перепутали, что я говорил".
   В этом черновом варианте из "Копыта инженера", впрочем, еще раз подчеркивается такое качество последователя Иешуа как неграмотность.
  
   Это было в бою при Идиставизо, в долине Дев.
   О том, почему Булгаков выбрал именно это сражение, пишет Е.Михайлик. Оказывается. история, связанная с этим сражением, была подробно освещена еще в гимназическом учебнике древней и новой истории Дмитрия Иловайского( на которую пародию написал даже "Сатирикон" в своей "Всеобщей истории" ).
  
   В это время в колоннаду стремительно влетела ласточка
   Ласточка в христианстве - символ Иисуса Христа.
   По мнению К.Атаровой, именно ласточка оставила после себя загоревшийся столб пыли. "Предположение, высказанное в комментариях Г.Лесскиса, что образ волной ласточки, очевидно, противостоящий арестованному Иешуа Га-Ноцри, соответствует евангельским образам птиц небесных, представляется явно недостаточным, - пишет К.Атарова, - неубедительно и предположение, что ласточка - это "символ души и посредница между мирами" ( М.Новикова, "Collegium", 1995, вып. 1 - 2 ). Высказывалась даже мысль, что это Воланд, появившийся в образе ласточки. Ближе подошел к пониманию этого образа Е.Яблоков, сопоставивший его с интерпретацией образа ласточки в славянской мифологии: "чистая, святая птица. В песне ласточка уподобляется Божьей Матери .. В народной легенде о распятии Христа ласточки, в отличие от воробьев, старались избавить его от мучений .. Оттого гнездо ласточки под крышей обезпечивает дому счастье и благодать" ( Слав. мифология, Энциклопедический словарь, М., 1995 ). Также можно сопоставить ласточку у Булгакова с образом ласточки в ранней лирике Анны Ахматовой. В ранней редакции романа ласточка оказывалась пленницей дворца - "ласточка влетела с балкона и стала биться под потолком -- вероятно, потеряв выход. Пилату показалось, что она шуршит и кричит: "Корван". С ласточкой, птицей небесной, по словам критиков, "контрастирует" пакостливый воробушек, посланец "темных", появившийся в приемной профессора Кузьмина.
   В это жаркое время года - ласточка - перелетная птица уже должна быть.. на севере. Как, впрочем, и соловьи, поющие в Гефсиманском саду, куда Низа увлекает Иуду ( наблюдение И.Белобровцевой и С.Кульюс ).
  
   у подножия бронзовой статуи
   В романе статуя - символ постоянства, "непрозрачная" деталь повествования. Скульптупы во дворце Ирода упоминал Фаррар, а у Ренана говорилось о замысле Калигулы поставить золотую статую в Иерусалимском храме.
  
   Игемон
   Как обращение к Понтию Пилату упоминает в евангелии от Никодима.
   В греческом означает "вожатый, проводник; вождь, полководец, повелитель"; в Евангелии - "правитель". Как полагает К.Атарова, выбирая это слово, Булгаков рассчитывал на ассоциации с советскими терминами "класс-гегемон" и "гегемония пролетариата". По мнению И.Галинской, Булгаков пользовался при работе над "ершалаимскими" главами книгой Г.Мюллера "Понтий Пилат, пятый прокуратор Иудеи и судья Иисуса из Назарета", откуда и был взят термин: "И еще один спорный вопрос затрагивает Мюллер - о значении слова "игемон". В Библии оно равносильно обращению "господин", но в древние времена означало еще и высокий воинский титул".
  
   в Кесарии Стратоновой на Средиземном море
   Кесария Стратонова или Палестинская - приморский город на северо-западе от Иерусалима. Две другие - Кесария Капподокийская и Кесария Филиппова. Поначалу Булгаков, видимо, относил резиденцию прокуратора к Кесарии Филипповой. В "Материалах" к роману читаем: "В какой Кесарии жил прокуратор?.. Отнюдь не в Кесарии Филипповой, а в Кесарии Палестинской или Кесарии со Стратоновой башней ( Caesarea Stratonis ) на берегу Средиземного моря" ( цит. по И.Белобровцева, С.Кульюс, 2007, 34 ).
   В тетради, кроме того, содержатся сведения о деревьях, произраставших в Иерусалиме и окрестностях, "о денежных знаках того времени, приводятся виды крестов, на которых могло производиться распятие, подробно расписана структура римского войска".
   Как писал Никола Маккавейский о прокураторе, "Он командовал войсками, расположенными в Иудее, Самарии и Идумее, заботился о финансовом состоянии этих областей и производил суд в тех случаях, которые превышали власть, оставленную синедриону. Сюда, между прочим, относились пересмотр и утверждение или отмена определяемых синедрионом приговоров. Обыкновенного его резиденциею была Кесария, но в большие иудейские праздники он приезжал в Иерусалим, где его присутствие было необходимо ввиду возможных беспорядков при большом стечении народа" ( цит. по И.Бэлза, 1978 ).
   Название этой Кесарии -- "Caesarea Stratonis" указано в книге Н. Маккавейского, где говорится и о причине изменения решения прокуратора, узнавшего о том, что во время беседы с Иудой обвиняемый касался вопроса о власти кесаря, - это уже, "в соответствии с "нормами" римского права, могло квалифицироваться как "оскорбление величества" (crimen majestatis) или, во всяком случае, как посягательство на "божественную власть" кесаря" ( И.Бэлза, 1978 ).
  
   На этой плешивой голове сидел редкозубый золотой венец
   Видение Тиверия достаточно близко думам Пилата, которые описывает Фаррар: "Ему пришел на мысль старый похмурый император Тиверий, который в настоящее время в Капрее таил в своем сердце мстительные виды и ядовитые подозрения" ( цит. по И.Белобровцева, С.Кульюс, 2007, 209 ). Данное описание восходит, по указанию И.Галинской, к книге Ф.В.Фаррара о жизни Христа: "Ему представился Тиверий, престарелый мрачный император, который тогда жил на острове Капри, скрывая от людей свое прокаженное лицо, свои злобные подозрения, свое болезненное распутство, свою отчаянную месть" ( И.Галинская, 2003 )
  
   и все утонуло вокруг в густейшей зелени Капрейских садов
   Речь идет о резиденции Тиверия, которую прокуратор упоминает, грозя Каифе: "Теперь полетит весть от меня, да не наместнику в Антиохию и не в Рим, а прямо на Капрею" ( наблюдение И.Бэлзы ).
  
   багровая куща, и в ней закачались водоросли ..
   Само предательство праведника, как тяжкий груз, увлекает Пилата вниз, в сферу воды, что ясно из легенды, согласно которой Пилат оказался погребен в горном озере в швейцарских Альпах. "По преданию, бывший римский наместник в Иудее ежегодно в Великую пятницу появляется близ Люцерна, на горе, носящей его имя, и умывает руки" ( Эльбаум, 1981 ).
  
   "Закон об оскорблении величества..."
   Имеется в виду закон, применявшийся жестоким и подозрительным Тиберием в последние гооды его правления, "первоначально закон был направлен только против предательства в военных действиях, мятежников .. однако вскоре император Август, а затем и Тиберий начали использовать его и против сочинителей" ( И.Белобровцева, С.Кульюс, 2007, 211 ).
   "При этом страшном, мрачном имени кесаря дрогнул Пилат. Это было заклятое имя, и оно обезоружило его. Он вспомнил о том страшном орудии деспотизма, об обвинении в laesa majestas, оскорблении величества, перед которым бледнели все другие обвинения. которое так часто приводило к конфискации и пытке и благодаря которому кровь иногда, как вода, лилась по улицам Рима" ( Э.Фаррар, цит. по И.Галинская, 2003 ).
  
   безсмертие почему-то вызывало нестерпимую тоску.
   Слова о "каком-то безсмертии" Булгаков подчеркнул дважды синим карандашом, а на полях, после двух вопросительных знаков, записал: "о каком-то долженствующем непременно быть -- и с кем? -- безсмертии...".
   Имя Понтия Пилата "вошло" в христианский символ веры.. мотив причастности к безсмертию, дарованному художнику, является устойчивым в творчестве Булгакова ( напр., в финале "пролога" "Жизни господина де Мольера" ). "Всадник Золотое копье - он остался в памяти людей не тем, чем сам в себе гордился: не подвигами на поле брани, не могуществом власти, не мудростью политика. В длинном ряде поколений его имя стало .. символом фарисейства и трусости" ( Лакшин В. Роман М. Булгакова "Мастер и Маргарита" // "Новый мир". М., 1968. N 6. стр. 301 ).
  
   - Светильники зажег... - сквозь зубы в тон арестанту проговорил Пилат
   В те времена возле обвиняемого зажигали два светильника, чтобы свидетели, находящиеся рядом ( но невидимые для обвиняемого ) "видели, слушали, запоминали" ( Л.Яновская ). Две свечи зажигались возле обвиняемого, чтобы занести в протокол, что свидетели его "видели"..
   В данном случае Иуда попросил Иешуа ( при заготовленных свидетелях ) "высказать свой взгляд на государственную власть".
  
   попросил высказать свой взгляд на государственную власть .. вбежали люди, стали вязать меня ..
   По мнению исследователей, просьба Иуды выявляет коварство персонажа. К ней можно применить "заповедь", ставшую названием первой главы романа - "Никогда не разговаривайте с неизвестными", ибо видно, что такие ситуации и в "московских" главах заканчиваются плачевно. "Булгаков переносит арест Иешуа из Гефсиманского сада в дом Иуды. Поведение Иешуа высвечивает ( ? - И.П. ) его человеческую природу и представляет как невинную жертву обстоятельств" ( И.Белобровцева, С.Кульюс, 2007, 210 ).
  
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"