Петренко Е.: другие произведения.

Тень отвергнутых крыльев

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
Оценка: 8.50*4  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Попаданка в магомир. Обновление от 25.03


Пролог.

Сегодняшним вечером моя банальная реальность разбилась на множество осколков. Стремительно теряя привычную стабильность, они приобретали какую-то новую логику движения, как стекляшки детского калейдоскопа. Новые узоры были чужими и пугающими. Я уходила от них по зеркальной призме. Грани менялись под моими ногами, а рядом со мной шли мои отражения, в надежде заглянуть в глаза тому, кто вращает калейдоскоп. Это был сон?

Глава1.

Жутко не хотелось просыпаться, но будильник орал как старый матерщинник с перепоя. Влепив зловредному механизму по шапке, я с неохотой разлепила глаза. Работа,.. работа... Иногда рутина бесит до безумия, но она же и поддерживает в нас чувство уверенности. Тогда как даже небольшие перемены, пусть и к лучшему, вызывают беспокойство и тревогу.

Первые, зашевелившиеся в голове, мысли окончательно разбудили меня. Но, отнюдь, не заставили вскочить и запрыгать деловым воробышком. Я повозилась под тёплым одеялом, понежившись в уютно вымятом гнёздышке. Зима не возбуждала большого желания покидать как постель, так и дом. И, тем не менее, долг перевесил. Продолжая ёжиться от прохладного утреннего воздуха, я выглянула в окно, не без основания надеясь на предновогодний снежок. Ух ты! Какая красотища! Снег падал огромными сказочными хлопьями. Ветра не было и они опускались на землю, как перышки неведомых птиц.

Горячий ароматный кофе ещё больше поднял настроение. Оно уже было замечательным. Новогодним. Не пугал и последний рабочий день перед предпраздничной суетой. Когда все поздравляют друг дружку, хохочут по пустячным поводам, вобщем, полны предчувствием любимого с детства торжества. День начинался..

Сумерки наступают зимой рано. Пока я добралась до загороднего дома Ильюшки, темнота стала практически ночной. Я подъехала к воротам и посигналила. Посёлок, не кичливо богатый, но хорошо ухоженый, с вовремя очищеными подъездными путями, приветливо светился мягким светом окон и уличных фонарей.

Ворота поехали в сторону и я вкатила свою голубенькую малышку в гараж. Долго возилась с пакетами и успела удивиться, что меня, как обычно, не встречают, тиская и пытаясь поцеловать в самые неожиданные места. Ещё пару минут и волнение усилилось. Вдруг решила, что меня ожидает сюрприз. Стараясь не греметь содержимым сумок, хитренько подобралась к двери в гостинную и тихонечко толкнула створку.

В большой комнате горела только гирлянда на ёлке. А ещё экран ноутбука с каким-то типовым замковым залом. В камине огонь почти погас. По краю пробегали алые сполохи, а середина казалась растоптаной тяжёлыми сапожищами. В подошвы их и упёрся мой недоуменный взгляд.

Илюшка лежал на полу. Видно было только светлую прядь волос на лбу и щеку рассечённую кочергой, которая валялась тут же, рядышком, в лужице крови натёкшей на пол.

Над ним копошился какой-то мужик. Сначала он показался горбуном, но через секунду, когда настороженно напрягшись, его плечища начали поворачиваться к двери, стало понятно, что это просто очень сильная сутулость. Как всегда, в моменты опасности, меня заморозило. Я не могла не только сдвинуться с места, но даже пошевелить пальцем. Глаза, вперившиеся в меня, были ледяными как у щитомордника. А губы, растянувшиеся в кривой ухмылочке, обнажили ровные крепкие зубы, испачканые кровью.

-Сейчас я с этой тёлочкой, повеселюсь под ёлочкой,- смешливым и неожиданно высоким голосом затараторил незнакомец и с места прыгнул в мою сторону.

Ноги стали ватными. Я заорала. Точнее мне хотелось так думать. На самом деле из горла вырвался сдавленый всхлип. Самое ужасное было то, что лицо, оказавшееся в сантиметрах от моего, удивительно напоминало Илюшкино. Ещё одна кровавая улыбка и нападающий приложил ручищу к широкой груди и что-то шепнул, надавив и провернув ладонь. Его одежда сползла, как лягушачья шкурка из сказки. Я увидела медальон с зелёным светящимся камнем на бледной коже. Нападавший был так близко, что рыжеватые волоски на теле и проступившие капельки пота казались чёткими, как под лупой. Больше всего я боялась потерять сознание.

За его спиной начали разворачиваться голые кожистые крылья чуть сероватого оттенка. Сутулость исчезла и чудовище распрямило плечи и даже отступило на шаг, как-будто давая возможность рассмотреть будущей жертве всё своё преувеличено сильное обнажённое тело. И тут, очевидно от ужаса, я обеими руками со всей дури толканула его от себя. Он потерял равновесие и стал заваливаться назад. Камень обжёг руку. Мои нервно скрюченые пальцы зацепились за драгоценную цацку на шее и тонкая цепочка разорвалась.

Чужой завопил дурным голосом. Вокруг меня воздух вспыхнул сиреневатым и, сдавив с огромной силой, потащил мимо загудевшего пламени камина прямо к светящемуся экрану компа. Моё тело, казалось, уменьшалось как-будто его сминало невидимой лапищей. И вот тут я вырубилась..

Меня довольно сильно приложило о каменный пол. Тут и мёртвый очнётся. Заойкав и схватившись за ушибленое место, я параллельно пыталась понять куда попала. Сознание, короткий перерыв беспамятства, даже прояснил. Чётко помнилось всё произошедшее и, хотя оно казалось мне абсолютно нереальным, ни на секунду не заставляло сомневаться в том, что кошмар продолжается.

Вокруг меня к потолку, теряющемуся в темноте, уходили высокие колонны. Гладкий каменный пол, от которого я так и не успела оторвать зад, тёмный в красноватых прожилках освещался пятнами. Там, где лампы горели бледным сиреневым пламенем, так похожим на тот волшебный свет, окруживший меня в момент моего перемещения в это, не похожее ни на что, ранее виденное мной, место.

Зловещая тишина вдруг нарушилась шаркающими шагами и покряхтыванием. Сейчас я была готова увидеть любые ужасы и поэтому быстро поползла на четвереньках за ближайшую колонну. И даже зрелище старушки, уточкой переваливающейся и постанывающей от ноющей поясницы, за которую она держалась согнутой левой рукой, не успокоил меня и не привёл в состояние благодушия.

-Ага,- недоверчиво заворочался червячок сомнения,- сейчас превратится в...

Во что могла превратится бабка мне так и не успело прийти в голову, потому что, слишком поспешно убираясь в темноту, я наткнулась на что-то покрытое шерстью и взвизгнула. Бабулька, от такого нежданчика, тоже пискнула и схватилась на этот раз за сердце. А уж, когда я выкатилась колобком прямо ей под ноги, удивительно шустренько попятилась, забыв про все, до того болевшие, органы.

Через небольшое время неловкой паузы, старушка вылупилась на мою руку. Я перевела взгляд туда же и увидела, что монстрова побрякушка по прежнему цепко зажата в моём кулачке. И даже продолжает светиться сквозь пальцы. Бабулька казалась несколько озадаченой, но ни сколько не агрессивной, и я рискнула подняться на ноги и, вспомнив о полученном в детстве, но слегка покоцанном временем, воспитании, тоном благородной девицы промурлыкала:

-Здравствуйте, бабушка. Извините, не подскажете..

Старушка, косясь на руку с медальоном, схватила меня за свободную конечность и потащила за собой, прихихикивая:

-Это ты что же, милая, хрготу в своём мире оставила? Ловка..ловка..

Я ошарашено тащилась за ней следом, всё ещё пытаясь осмыслить своё теперешнее положение.

Коридоры, залы, повороты. Я тщетно пыталась запомнить дорогу, потом поняла, что новое незнакомое место ничем не лучше старого и бросила это неблагодарное занятие, волочась за своей провожатой, но бдительности не теряя. Только оказавшись в, сравнительно с гигантскими залами, небольшой комнатке, где очевидно обитала моя новая знакомая, смогла слегка расслабиться. Обстановка располагала.

Узкая кроватка, почти детская. Ну и старушка была махонькая и сухонькая. Столик, с казавшейся игрушечной, посудкой. Плюшечки в голубенькой тарелке, к которым только Карлсона не доставало. И, что меня окончательно добило, самовар. Я прыснула и уселась на указанный стульчик, благочинно сложив лапки на коленках. Повертела в руках камешек, уже слегка потускневший, и, увидев как бабулька ипуганно засучила ручонками, поспешно сунула штучку в карман куртки.

Я как была в верхней одежде, так и осталась. Произошедшие события не дали мне времени на переодевания. Только кульки с джином, тоником и закуской, так и остались валяться на пороге Илюшкиной гостинной. Вспомнив о, замеченом от двери, зрелище и, сопоставив мысленно с окровавленой пастью, я сдержано порадовалась, что полной картины так и не увидела. Хотя надеяться на то, что самое страшное не случилось, хотелось. После всего, та бутылка джина была бы не лишней. Даже без тоника. Хотелось хлобыснуть стаканчик чего-нибудь отвлекающего.

Однако старушка засуетилась над подогревом переговорного процесса. Правда только чаем. Но в горле до сих пор саднило от так и непроизведённого вопля. Я сглотнула. Чай тоже пойдёт.

-А вы здесь что, одна что ли?- поинтересовалась я, желая быть готовой к новым малоприятным визитам, которые могли предполагаться, в свете последних событий.

-Соскучилась по компании?- вопросом на вопрос ехидно ответила старушка.

-Да не так что бы..,- несколько нахально заметила я,- скорее,.. хотелось бы иметь право выбора.

Старушенция помягчела и глянула на меня понимающе.

-Ну, ка, рассказывай,- присела она на стульчик напротив.

Я не стала возражать. Моя собеседница скорее всего, была в курсе событий. По крайней мере, гораздо больше в ситуации, чем я сама. Происшедшее и так казалось малореальным. Хотелось проговорить всё, осмыслить. Правда пускать в себя веру в то, что Ильи нет, желания не было. Попытавшись собрать нервы в кучку и надеясь услышать обьяснение тому, что ворвалось в мою такую обыкновенную жизнь и от чего хотелось орать и топать ногами, я начала говорить так, как-будто всё это произошло с кем-то другим, не со мной.

Мой рассказ не удивил её, она кивала головой, сморщившись сочуственно, при упоминании об Илюшке.

-Так ты беременна,- прервала она меня.

Я захлопала глазами. Даже Илья ещё не знал. А тут совершенно чужая тётка из хреновой тьмутаракани выдаёт мою самую интимную тайну.

-Да ты не удивляйся. Иначе хргота к вам бы не пожаловал.

-Хр..что?

Я подавилась незнакомым трудным словечком.

-Тот, крылатый - хргота. Маг. Проклятье этого мира. Вот уже пятдесят лет как под этой проклятой крышей я его родила... Когда-то отец этого чудовища так же убил моего парня, взял меня силой в луже его крови и приволок в своё логово. Так они обзаводятся потомством. Только насилием.

Я смотрела на маленькую женщину бесстрастно прихлёбывавшую чай и не верила. Столько лет одна, в замке с таким же как тот..б-р-р.. Собственного ребёнка чудовищем назвала. Хотя, наверное, у неё были на то основания.

-Цикл размножения у них длинный,- продолжала рассказ старуха,- они приходят в наш мир, выбирают девушку, по каким-то своим параметрам. В определённую ночь года подстерегают и насилуют. Потом стирают память. Чаще всего, обнаружив беременность, женщины списывают её на своих мужей или любимых, воспитывают ребёнка, который ничем не отличается от сверстников, кроме любви к одиночеству и странных фантазий о чужих мирах. Но, при всей нелюбви к общению, эти мальчики прекрасно ладят с женским полом, изумительные любовники..

Всё, что говорила женщина, вполне подходило Илюхе. А, при упоминании о его мужских качествах, моё лицо вспыхнуло. Подкатили слёзы. Не верилось, неужели его и вправду больше нет? Может ранен.. Но ведь тот.. остался там с ним. Надежда как вспыхнула, так и погасла.

-А вот, когда женщина узнаёт о беременности от его потомка, приходит хргота..,-продолжала холодным голосом повествовать бабка, сделала паузу, и острым внимательным взглядом резанула меня,- убивает бескрылого и съедает его семенники.

Меня чуть не вырвало. Тело забила дрожь. Я вспомнила измазаный рот с алыми губами.

- Зачем?! В этом-то какой смысл? А, впрочем, мёртвому всё равно,- я сжала зубы. Слёзы стояли в глазах..

-Потом насилует его беременную подругу,- безжалостно закончила благообразная бабаня,- так что, тебе ещё повезло. У тебя не родится крылатый. Если он не вернётся вовремя, чтоб закончить начатое. Хоть ты и отобрала у него амулет Пути, маг всё равно доберётся до дома. Только времени у него на это уйдёт довольно много. Может месяц. Может больше. Это зависит от перемещения миров. Я не смогу тебя защитить. Тебе прийдётся идти к шармам. Успеешь пока дитя не зашевелится, спасёшь его.

-А кто это, шармы?

-Это женщины-магини. Они рождаются с узором в виде браслета на запястье и обладают врождённым даром. Семьи, в которых рождаются шармы, уходят в Ониксовые горы. Хрготы и шармы злейшие враги. Их война длится тысячелетия. Ходят слухи, что источник их магии один, но где-то их пути разошлись.

Тебе нужно будет очень постараться, чтоб изменить судьбу своего ребёнка. Для крылатого это вопрос жизни. Карту я дам, но идти с тобой не смогу. Шармы не примут меня. На мне знак чудовища. На тебе ещё нет. В тебе растёт бескрылый. Обычный человек. Но его кровь будет звать мага. Он будет рисковать и искать твоего ребёнка. Иначе род хрготы прервётся.

Я хлебала чай и думала о предстоящем пути. Было страшно. Целый мир. Чужой и незнакомый. Монстр, который будет идти по следу. Мёртвый любимый. Бескрылый. Неправда! Крылья у него были. Может их и не было видно. Нужно было только посмотреть на его рисунки для виртмиров. В них была душа. Жизнь. Похоже теперь я с ними реально познакомлюсь. Просто Илья никогда не называл героев своих рисунков по именам. Отдавал персонажи в работу. Хотя может он рисовал по памяти. Родовой памяти.

Он тихо жил один в своём загородном доме. Никого не трогал. А его убили. И наш сынок теперь в опасности. Не сомневаюсь..сын.. Хрготы, оказалось, бывают только мужского пола. Нет, гадина, он тебе не достанется. Я должна добраться. Сохранить его. И отомстить монстру.. с лицом, так похожим на Илюхино.. теперь я знала почему.

Глава2.

-Меня зовут Татьяна Андреевна. Я из Екатеринбурга,- прощаясь, сказала моя добровольная помощница.

-Послушайте, может всё таки со мной?- меня смущало не пострадает ли добрая женщина от того, что помогла мне, о чём я ей тут же и сказала.

-Не бойся за меня. Пролить материнскую кровь очень плохо для магической силы, иначе меня уже давно пристроили бы к какому-то тёмному ритуалу, как расходный материал. У этой бестии ко мне никаких нежных чувств никогда не было. Как ни к кому другому тоже. С папашей дело другое. Как смог сожрать его потроха, значит созрел для взрослой жизни. Такой вот круговорот уродов в природе.

Странная женщина. Спокойная, как удав. Наверное всё в ней перегорело и умерло давным-давно. На первый взгляд мягонькая старушоночка, а потом вдруг как зыркнет! Весь вечер мы обсуждали проблемы, которые могли возникнуть в пути. Голова не вмещала всех сведений. Я даже конспектировать было взялась, но моя наставница махнула рукой, пообещав отдать мне все свои записи. Рассказала подробно о ближайших местах и населяющих их созданиях и строго наказала к сумеркам иметь убежище и топливо. Всё равно, первые дни пути будут особенно тяжёлыми для непривычных к дальним переходам ног. Посоветовала с осторожностью относиться к попутчикам, но не отказываться от компании, если возможность представится.

Порешили на том, что и в городе и в деревне, безопаснее всего мне будет представляться мальчиком. Сыном охотника, погибшего в лесах. Записки можно представить отцовскими, если кто заинтересуется. Тогда и бестиарий в них странным не покажется. Отец, мол, для обучения сына записи делал. Исходя из жизненного опыта.

-Языков в этом мире немного, но беспокоиться тебе не стоит,- поучала Татьяна,- амулет, сорваный с шеи владельца, позволяет и понимать и читать на любом из наречий. Я всех его возможностей и не знаю. Но будущего хрготу он внутри тебя почует. И поможет защитить. Но, когда настоящий владелец окажется поблизости, боюсь медальон тебя предаст. Но и ты сразу почувствуешь его жар, как только его хозяин окажется в мире Перейи.

И, запомни, прятать его от людей надо очень тщательно. Увидят - убьют.

Магическую тварь он даже отпугнёт. Вот обычное зверьё нет. Только немного его в окрестностях. Замковая охрана пожрала. Химеры. Хрготы обожают создавать химер. Из пленников. Меня они не трогают. Из-за знака. Тебя не тронут из-за камня. Химер великое множество. Разных. У них одна общая особенность - тело полупрозрачное, цвета плывут, как на мыльных пузырях. И на любом фоне цвет меняют, маскируются. А ещё их мучает постоянный голод, который быстро выжигает всё человеческое, что в них ещё какое-то время остаётся.

Я посмотрела в её тетрадочке рисунки и сразу вспомнила Илюхины художества. Недаром мне Татьянин рассказ память ворошил. Похоже мне немного незнакомцев здесь встретится. Я ведь его игрушки все знаю. Проходила под руководством автора столько раз, что все от зубов отскакивало.

-Спасибо, любовь моя, помог ты нам с сыночком, сам того не ожидая,- вздохнула я. Конечно в игре убивать тварей это одно, в жизни другое. Только я теперь все их слабости знаю.

От тетрадочки не отказалась конечно, кто знает, чего ещё мой любимый не успел.

Об одежде и оружии разговоров не было. Столько пленников здесь побывало, что ни в том, ни в другом, недостатка не было.

Поспать, что было так нужно перед дорогой, мне не удалось. Я вскакивала и всякий раз пыталась убедиться, что я дома, а всё случившееся просто сон. И снова ошибалась. Проваливалась ненадолго в темноту и видела ледяные глаза на таком дорогом лице и нетерпеливо подрагивающие крылья.

А сейчас я спускалась по узенькой тропинке с высокой горы, на которой стоял замок. Камешки сыпались под ногами и кое-где приходилось сползать на пятой точке до ближайшего узловатого древесного ствола.

-Надо учиться ходить тише,- ругала я себя,- какой идиот купится на легенду про сына охотника, если ломишься сквозь кустарник как кабан.

Хоть и говорят, что своя ноша не тянет, но моя очень даже тянула. Спину ломило от мешка с провизией и прочей дребеденью, что мне насовала хозяйственная бабка, хотя и отошла я всего чуть. Когда думаешь про героические подвиги, не болит поясница, не исцарапаны колючками ноги.

Присев на секунду после очередной поездки на заду, я застыла и прислушалась. Мне уже несколько раз казалось, что между деревьями мелькают какие-то блики. Кстати или некстати вспомнился ужастик про Хищника. Наверное что-то типа него и представляют из себя химеры. Татьяна убеждала, что стражи меня не тронут, но откуда ей знать.. Что она видела сидя в замке? А может тоже пыталась бежать? Может даже дошла. Сказала же, что не примут её шармы. А ведь возможно, что и проверила. И вернулась в единственное знакомое место, где, скорее всего, над ней только посмеялись. Или просто проигнорировали презрительно. Почему я об этом её не спросила?

От ствола, шагах в двадцати, отделилась полупрозрачная тень. На кривых длинных ходульках бесшумно и очень быстро приблизилась ко мне. Внутри всё сжалось и одеревенело. В оцепенении я наблюдала как ещё несколько желеобразных субстанций разных форм и размеров сползались ко мне со всех сторон. В игре такие штуки убивались только заклинаниями. У меня в запасе фаейрболов не наблюдалось. Даже киллеровской ТТ-шки и то не было. Маленький арбалет. Лёгкий и удобный, но достаточно убойный на небольшом расстоянии. Любимое оружие местных охотников. Только вряд ли он поможет против этих тварей. Оставалось только сидеть и очковать, в надежде, что проклятая каменюка спасёт. Химеры приблизились настолько, что в их текучих формах можно было заметить что-то напоминающее человеческие лица. Может быть их прежние лица, тех пленников, ставших хищными монстрами от руки ещё большего чудовища - хрготы.

Инстинктивно я сунула руку за пазуху, где на крепкой верёвке (на порваную мной так легко тоненькую цепочку я не понадеялась) висел амулет мага. Камень вспыхнул в моей ладони мертвенно-зелёным и химеры с шелестом рванулись в стороны. Облегчённый вздох, и каменюка отправилась на прежнее место. И я рванула, но через некоторое время, после того, как чуть не сорвалась вниз с осыпи, притормозила. С ужасом представила себе как лежу там внизу со сломаной ногой без всякой надежды на помощь.

-Блин! Как страшно оказывается быть одной. А я всегда хотела на необитаемый остров. Детская романтика.. Хлебай теперь полной ложкой!

Ещё около двух часов занял спуск. Это только кажется, что спускаться легче, чем подниматься. Мешок сползал, креня меня то влево, то вправо. Колени от напряжения просто вопили, прося об отдыхе. Даже есть не хотелось. Только лечь. Пещерка у подножия выглядела так завлекательно, что я бросила мешок и начала собирать хворост на всю предстоящую ночь, даже не проверив годится ли для ночлега выбраное мной место.

Если бы не очередная химера, я бы вляпалась в сеть арахниды. Когда с охапкой дров сунулась в тёмный проход, услышала шелест, характерный для этих созданий. Большого разнообразия звуков они создавать не умели. Я остановилась, сбросила груз и снова полезла за амулетом. Маленькая бледная кляксочка перечёркнутая нитями сиреневого цвета (я уже подметила, что до сих пор, вся встреченая магия имела оттенки зелёного и фиолетового) затрещала ещё отчаянее.

-Она уменьшилась или всегда такая была?- сомневалась я, глядя на маленькую фигурку спелёнутую паутиной - никакого страха существо не вызывало.

Арахниды - маленькие паучки, с сильной парализующей магией, которую они вливают в ловушки через сигнальную нить и со вполне реальным ядом. Ничего сделать с химерой арахнида не могла. Даже съесть. Не на неё ловушка была. Маленькая дурочка попалась случайно. Самой ей не вырваться. Сдохнет с голода. А паучиха не отпустит, пока добыча жива. Инстинкт без мозгов.

Химера издавала короткие звуки. Фр-р..фр-р..фр-р.. Как-будто хныкала. Наверное, моё состояние пробуждало чрезмерный материнский инстинкт. Я достала охотничий нож. Не простой. На рукоятку бывший владелец нанёс несколько рун, сам или с помощью магинь. Против сильного монстра ничто, конечно, но перерезать паутину, возможно.. Что мешает проверить?

Проверила. Освобождённая малышка с плотоядным треском прошуровала по пещере. Арахнида отправилась в её голодный животик вместе с ядовитой железой. Паутина, без парализующей магии, превратилась просто в крепкую нить. Сидя у костра я распутала её и смотала в клубок. Пригодится. Веса почти никакого, а порвать трудно. Только разрезать.

Спасённая, как мне показалось, чувством глубокой благодарности не заморочилась. Почавкала и смылась. Я улеглась у костра. Усталость сделала своё дело. Кошмары уступили место глубокому сну. Почти обмороку. Тем не менее внутренняя настороженность прервала его при первом же звуке. Опять чёртов шелест.

-Вау!- маленькая охотница принесла мне придушеную зверушку, похожую на бурундука. Наверное, недавно переделали. Вот ведь есть же в ней чувство благодарности. А та застыла, перебирая лапками, у входа, явно никуда больше не собираясь. Я подбросила дров.

-Сидеть! Охраняй!- хихикнула я. И заснула, почему-то совершенно расслабившись и доверчиво вручив судьбу новой подружке.

Глава3.

Утро порадовало мало. Всё тело болело. Спать на камнях, занятие требующее привычки, по меньшей мере. Только выжатые досуха мозги, а не усталость тела, позволила мне отключиться. Маленький трупик у ног моей новой знакомой, так и не двинувшейся с места, вернул к реалиям дня. А утренний токсикоз добавил "радости".

-Спасибо, конечно за внимание, дорогая, но кушай это сама, у меня что-то аппетита нет,- показала я на добычу, для подкрепления слов. Химера недоверчиво уставилась на меня голодными буркалками.

-Как это нет аппетита?- казалось спрашивал её взгляд. И тут же в животике у маленькой обжоры заурчало. Она выглядела менее прозрачной, чем накануне. Наверное камуфляж требовал энергии. Я уже могла разглядеть её тельце более внимательно. Узенькие плечики и круглое брюшко. Лапки, изломаные, как у богомола. Если бы не крючковатые когти и пасть полная зубов от уха до уха, она выглядела бы скорее нелепой, чем ужасной. А вот зелёные круглые глаза с вертикальными зрачками, как у кошки, были смышлёными и выражали все чувства, которые она не могла высказать словами. Да ещё и оттенки своеобразной речи, состоящей из тресков, шипений и ворчаний, похожих на телепрограмму без вещания, помогали понять это необычное создание.

- Умыться бы,- с тоской сказала я,- во рту как кошки нас..- и осеклась, взглянув на вытаращившуюся на меня малышку. Она почему-то казалась мне ребёнком и грубые слова застряли у меня в горле.

-Где тут ручеёк, не знаешь случайно?- без особой надежды поинтересовалась я.

Богомольчик резво заперебирал лапками, убедительно треща.

-Ну, вот и ладно,- без раскачки на сборы, я подхватила мешок и двинулась к группе деревьев вслед за дунувшей туда провожатой.

Родничок и вправду был там. Весёлый, звонкий, чистый. Он выбивался из камней и собираясь сначала в небольшой ямке, журчал дальше по камешкам, спускаясь в близкое уже предгорье. Я с удовольствием умылась, напилась чистой воды и наполнила флягу. Этот сосуд был бы простым, как казалось по внешнему виду, но на донышке виднелся небольшой знак. Флягу покупали у магов и вода в ней всегда была прохладной, как в термосе и долго не портилась. Но, всё равно, эффект свеженабранной, психологически присутствовал.

Мы двинулись по спуску, который, по счастью, был уже не таким крутым и вскоре оказались в негустом лесу. Я двинулась в сторону восходящего солнца. Татьяна сориентировала меня для начала. До первых поселений было не меньше трёх дней пути, если повезёт.

Моя спутница подпрыгивала, как резвящийся щенок. Я попривыкла к её виду. Время от времени она исчезала в зарослях, как-будто проводя разведовательные рейды. Мне было удобно и не так одиноко. Я уже сейчас с жалостью думала о том, что на подходе к обжитым местам с малышкой прийдётся расстаться. Химер боялись и ненавидели, наша странноватая дружба выдала бы и место моего исхода, так сказать, и вызвала вопросы. Например, почему я путешествую рядом с ней, а не в её желудке. Люди почему-то склонны соизмерять благородные чувства с количеством зубов и вряд ли поверят в романтическое спасение.

Чем дальше мы отходили от замка, тем реже попадались невысокие каменистые холмы покрытые редколесьем. Но я отошла не так далеко от жилища хрготы. Мрачная громадина, выстроенная, как сказали бы вояки, на господствующей высоте, всё ещё давлела над окружающей её местностью. Наверное, для любителей вампирских историй и всяких прочих Синих бород, в здании присутствовала дикая красота, но для меня оно отдавало театральной декорацией.

Лес становился гуще и стройнее. На склонах деревья как бы прижимались к земле. Ветви были короткими и суставчатыми, как скрюченые артритом пальцы. Теперь же всё больше попадалось высоких ровных стволов со светло-серебристой корой. Кусты цветущие и покрытые плодами, которые я, впрочем, боялась трогать, образовывали куртины, напоминающие парковые посадки. Но лес был тихим и безжизненым. Не слышно было даже пения птиц. Где уж моя спутница умудрилась отыскать бурундучка, не понять. Если где-то, что-то здесь ещё было не доедено, то сидело оно тихо и не высовывалось. Иногда слышался невдалеке треск химер, но больше ко мне они не подходили, убедившись, что в категорию пищи я не попадаю.

Я шла довольно ходко. Хотелось убраться подальше и не видеть наконец замка, навевающего невесёлые мысли. Оглянувшись в очередной раз, увидела чёрную низкую тучу, скрывшую надоевшее строение. Но нельзя сказать, что это меня обрадовало. Мокнуть не хотелось. Насколько серьёзной будет непогода, не известно. Ни о климате, ни о временах года сведений не было.

-Дождь будет,- крикнула я вслед куда-то направившейся подружке,- эй, спрятаться бы!

Малышка ускакала в ближайшие кусты, а я, не зная приняла ли она к сведенью мои пожелания, повернула к ближайшему холму. Если и есть какая пещерка или хоть каменный козырёк, так там, а не посреди леса. Но не успела я пройти и пятидесяти метров, как меня догнали и бесцеремонно потащили за вещмешок в противоположном направлении. Силища у малявки была такая, что меня пополам сложило.

-Ай,- взвизгнула я,- здоровья много, так лучше вещи потащи!

-Фр-р,- коротко, но ёмко фыркнула нахалка таким тоном, что зубастая издевательская улыбочка оказалась излишним дополнением.

Впрочем, я ещё не слишком доверяла ей. Ещё ломанётся куда. Остаться посреди незнакомого леса без припасов чистое самоубийство. Но проверить куда меня зовут можно. Ничего не потеряю. Ну, тупо намокну, в конце концов. Всё равно, скотинка местная, а я чужая. Кто лучше места знает?

Химерка притащилась к рощице деревьев, покрытых сладко пахнущими жёлто-белыми цветами. Порывы ветра сдували их с ветвей в маленькое озерцо и гоняли по поверхности, как маленькие кораблики. Над деревьями кружился рой насекомых, привлёчённых ароматом нектара. В глубине рощи из громадных валунов было сложено капище. Кто и когда, и каким богам молился здесь, сказать трудно. Скорее всего, если у местного бога ещё и оставались поклонники, то на обед к химерам они заходить отказывались, пожалуй, ближайшее столетие, так буйно заросло всё вокруг. Чтоб пройти к входу, прийдётся постараться. Но малявка вдруг затормозила всеми конечностями и я ткнулась ей в костлявую спинку. Камень на груди чуть потеплел, а в ушах зазвучал свист почти на ультразвуковой частоте. Я увидела широкую прореху в зарослях. Если здесь что и проползло, то утюг размером с танк.

Из ближайших кустов стали сползаться радужные тени. Когда намечается драчка, беременных женщин отправляют в тыл. Я очень быстренько себя туда и отправила. Но любопытство человеческое неистребимо. Моя свербелка заставила отыскать ветвистое дерево на самом краю бывшей храмовой посадочки. Место в ложе, на высоте метров трёх, обнаружилось ещё до того, как собралась призрачная армия. На всякий случай я присмотрела и отход повыше, если на самом деле охота пойдёт на мамонта.

-А вот и увертюра,- пробормотала я с первым ударом грома.

Убойная команда представляла из себя многопрофильную сборную. Было ощущение, что идёт обсуждение предстоящей операции. Химеры пригасили камуфляж, и я видела как они делятся на группки согласно воинскому профилированию. Ближе всех к входу расположились боевые единицы с клешнями похожими на рачьи и высокими голенистыми ногами. На ветвях деревьев повисли вниз головой на липких лапах две коренастые фигуры с муравьиными жвалами, белёсыми каплевидными телами и передними лапами похожими на зазубреные дротики. Несколько попрыгунчиков, нетерпеливо приплясывающих на месте играли всеми цветами радуги. По бокам их зубастых пастей раздувались зелёные лягушачьи мешки с переливающейся густой жижей внутри. Два качка с лапами размером с добрую дубину, ещё двумя, пониже, с крючьми, вроде абордажных, прислонились к валунам метрах в трёх от входа в капище и слились с их серо-зелёной мшистой поверхностью. За разглядыванием прочего воинства я едва не упустила момент, когда моя малышка цапнула лапками солидных размеров каменный осколок и со всей дури пульнула внутрь тёмного зева храма, что послужило сигналом остальным раствориться на фоне деревьев и камней.

Звонкий удар прозвучал почти одновременно со скрежетом конечностей, пулей вылетевшего изнутри, блестящего чёрным лаком, чудовища. Огромная и впрямь под стать танку, многоножка метнулась вперёд с такой скоростью, которую трудно было ждать от такого массивного создания. Но именно это и помешало ей остановиться, когда ей под ноги прямо из воздуха полетели плевки какой-то салатной блевотины, на которой она заскользила потешно дёргая лапками и треща всеми сочленениями. С веток полетели фиолетовые нити паутины. Впились в щитки прямо за головой и крепко прилипли. За ними прилетели шестилапые приземистые "паучки". Они ловко, что твои серферы, пару мгновений балансировали на, продолжающей неконтролированное скольжение, туше, а потом с силой вонзили свои копьеподобные передние лапы в щели между пластин. Огромное тело изогнулось дугой. Забилось, влепившись всем весом в ствол дерева. Сзади подскочили тени. Очевидно настал черёд "раков", поскольку количество ног начало стремительно уменьшаться, под металлическое клацанье невидимых кусачек. Насекомое (в моей голове с трудом сочеталось это слово с размером твари) вертелось, пытаясь найти цель для атаки. Но призрачные воины не стремились попасть под её удары. Атаковали, соскакивая с каменных выступов, высоких ветвей, цепляясь крючьями за малейшую щель в чёрном доспехе, уже покрытом алыми пятнами и ручейками струящейся крови. Всё это ещё активно шевелилось, когда стали проявляться фигуры охотников, рвущих ещё живое тело. Время от времени отлетал тёмный лепесток брони, на котором иногда оказывалась, не успевшая соскочить, химера. Она тут же бросалась обратно, поскольку тут со всей очевидностью действовала поговорка "кто раньше встал, того и тапки".

Упали первые капли дождя. Мокнуть не хотелось. На малоаппетитный обед у меня претензий не было. Обойдя кучу-малу по большому кругу и резонно предположив, что соседей после такого жильца не обнаружится, я устроилась под высоким сводом со всеми удобствами. Чавканье снаружи аппетита не пробуждало, но, после почти четырёх часов пути, поесть было необходими, если не для себя, то для ребёнка. Как только несколько кусочков отправились по назначению, усталость навалилась на меня. Пожевав через силу ещё чуток, устроила своей тушке приемлемую постель и завалилась спать. При такой стае снаружи, сюда на милю никто не подойдёт. Гремело всё сильнее и сон не шёл, хотя все мышцы ныли. В голове крутилось огромное количество нерешённых вопросов. Ну и малоприятных воспоминаний. Почему-то страхов было куда меньше, чем мог бы предположить любой, кто подумал бы о моём нынешнем положении.

В голову почему-то пришла идиотская идея об игровых бонусах. Когда мы с Илюхой в вирте убивали такую штуковину, с неё снимали пластины для доспеха и ядовитые железы для смазывания стрел. Посмотреть что ли, что от трапезы останется? Ветер завыл ещё сильнее и захотелось задвинуться вглубь от холодных капель, залетающих в высокий проход.

Глаза начали слипаться под стук дождевых струй, когда страшный грохот и треск падающего дерева где-то невдалеке, заставил меня вскочить. Сердце колотилось от испуга. В храм пошатываясь вползла моя обожравшаяся подружка. Не пройдя и нескольких шагов шлёпнулась на пол, выставив к потолку раздувшееся брюшко. Глядя на это простое проявление счастья, я мгновенно успокоилась и заснула с лёгкой улыбкой на губах.

Я проспала весь остаток дня и почти всю ночь. Проснулась перед самым рассветом. Укорила себя, что мой поход по большей части состоит из малопродуктивного времени сна. Из меня получается неважный ходок. Вот бы какое средство передвижения. Не на химере же кататься. Вспомнив о ней и не найдя поблизости, я вышла в сероватый предрассветный лес. Мокрая росистая трава, уже приподнимающаяся, после вчерашнего побоища, приятно холодила босые ноги. Сапожки остались внутри, но сейчас я об этом не сожалела.

Малявка слюнявила кусок брони размером больше её самой, безуспешно пытаясь найти недоеденные кусочки.

-Вот уж не знаю завидовать тебе или жалеть.. Вот это метаболизм! С таким не растолстеешь.

Моя фигура всё ещё сохраняла стройность. Слишком маленький срок для живота. Надо собираться. И тут я вспомнила о вчерашней мысли пошарить в объедках стаи. Наверное не зря охотники в этом мире существуют. Даже для поддержания моей легенды было бы неплохо иметь что-то для продажи. А вдруг удасться раздобыть за вырученное какую-то лошадку. Или что тут у них на Перейе вместо них? Что-то не припоминались в Илюхиной игре верховые. А так было бы классно не бить ноги и добавить скорости передвижения.

Подойдя к груде чёрной брони, я подумала, что даже самые маленькие щитки, наверное, мне не унести. Хотя вот эти, что ближе к хвосту сами просятся на кирасу. Ожидая почувствовать приличный вес, я чуть не села на попу. Броня, не поддавшаяся всесокрушающим зубищам голодного воинства, оказалась почти невесомой. Две пары почти одинакового размера пластин удобно улеглись одна на другую и завёрнутые в моё одеялопрекрасно лягли в вещмешок, плотно пролегая к спине.

Ядовитые железы нашлись там, где я и ожидала. В оторваной голове. О "посмертном ударе" вспомнилось в последний момент. Даже плюнула от досады. Чуть не попалась самым глупым образом! Пришлось найти две длинные палки и сунуть их в каждое из боковых жвал. Клешни защёлкнулись, что твой капкан. Обломки только разлетелись по сторонам. Я подпыгнула, как заяц, уворачиваясь от одного из них, который чуть не заехал мне по ногам. А уж потом нашла искомое под массивными "нащёчниками". Железы были совсем маленькими, но сильнейший яд в них, растворяясь со слюной, попадал на те самые щёлкалки, размером с крюк подъёмного крана. Представляю себе вражину, которому будет их недостаточно, ещё и отрава понадобится. Вот уж не желаю с ним встречаться!

Слава богу, думать о таре не приходилось. Железы находились в хитиновых трубках. Аккуратно перерезав протоки, я положила трубки на камень. Пока буду собираться, солнце, уже показавшееся на горизонте, высушит и склеит тоненькие кожистые края. Я потом ещё и узлом их завяжу, на всякий пожарный. Снаружи яда нет, так что опасаться нечего.

Глава4.

Уже около получаса моей подружки не видать. Хотя, с чего мне в голову взбрело, что она девочка? Может, как раз таки, дружок?

Тропинок в лесу не было, поэтому топала я как прийдётся, стараясь просто держаться по солнцу. Благо, оно светило себе и вчерашняя буря, надеюсь, в ближайшем обозримом будущем не повторится.

А следы она оставила. На земле валялись сухие ветви. Да и не только. Свежесломленых тоже была тьма. Но дерево, которое лежало здесь поверженым колоссом, явно имело право на такое наименование. Громадный, в несколько обхватов, ствол пережил века. Это уж точно. Часть корней ещё цеплялась за землю и листва даже пожухшей не выглядела, но лесному великану пришёл конец. Пройдя вдоль ствола покрытого блестящей золотистой корой до первых ветвей, краем глаза я заметила среди глянцевых листьев быстрое движение.

Любопытство погубит кошку. Старая истина. Поэтому спешить я не стала, а тихонько подобралась к интересовавшему меня месту. Даже арбалет предусмотрительно зарядила. В стволе зияло большущее дупло. Соваться туда дуриком? Ни за какие коврижки! Пусть уж тот, кто туда спрятался, там и сидит себе. Подрежу нос своему Буратине, пока этот кто-то, не оторвал мне ноги до места, которое так любит приключения.

Как же! Моего благоразумия кое-кому обжорливому явно не доставало. Химера выметнулась у меня из-за спины и кинулась обследовать тёмную дыру своими когтистыми конечностями.

Громкий детский визг заставил меня схватить её за задние лапы и оттащить от дупла. Раньше, хоть мы вроде и "подружились", дотрагиваться до маленького чудища я всё же опасалась. Но, бог уберёг, как говорится. Руки остались целы. Химерка только обижено фыркнула, но ломиться внутрь перестала.

-Эй!- тихонько позвала я,- кто там есть? Выходи, не бойся.

Уже смелее, я отжала шипящую от возбуждения агрессоршу от дерева и сама отступила на пару шагов, чтоб не пугать бедняжку, итак донельзя испуганную.

В отверстии показалось кукольное личико, а потом и всё существо, донельзя трогательное и милое. Ростом чуть больше полуметра, всё покрытое золотистой мягонькой и блестящей шёрсткой из которой торчали только мордашка, ладошки и пяточки, розовенькие, как у младенчика. Оно было похоже на обезьянку-игрунку. Но осмысленный взгляд говорил, что это явно не животное, а разумное создание.

-Спасибо тебе, благородная дева,- высокопарно изрекло оно, опасливо косясь на, вертящуюся за моей спиной, химеру.

Я сжала губы, чтоб не рассмеяться невпопад.

-К'яна, хранительница плачущего к'вейя, дерева судьбы, просит тебя продолжить благородное дело, которое ты начала.

Как я не пыталась, но говорить в её стиле было выше моих сил - непременно разоржалась бы. Поэтому просто поинтересовалась в чём, собственно, состоит моя миссия.

-К'вейя умирает, если я не найду себе новый дом, то тоже погибну. Отыщи для меня жилище и, согласно закону, будешь вознаграждена. Ты получишь одну волшебную вещь, одно магическое умение и ответ на один вопрос, каким бы он не был. К'яна хорошо умеет спрашивать дерево судьбы. Ещё ни разу не было, чтоб оно не подсказало ей ответа.

Ну, чтож, от таких бонусов трудно отказаться. Хотя я и так не смогла бы оставить в беде такую милашку.

-Трое поросят пошли купаться в море, резвились на просторе...-вертелась считалочка в голове, пока я топала дальше, как капитан Флинт, с обезьянкой на плече,- главное, чтоб продолжение было не таким, как в ней.

Где искать это дерево? Без понятия. Но чем, нужное мне, направление хуже других? Пока бонус выходил вообще бесплатным. Что настораживало. Удача штука капризная. Не слишком ли много на меня её свалилось? Быть бы готовой, когда весы качнут в другую сторону. Уже даже хотелось маленькой неприятности, чтоб обмануть судьбу.

Но через некоторое время к'яна так оттоптала мне плечо, что обещаный подарок уже не казался бесплатным. Это лесное чудо, впрочем, могло бы и рассказать что-нибудь о месте, куда меня занесло. Начав задавать вопросы, мне пришлось выложить и свою историю, так как девчонка удивительно умела расположить к доверительному общению.

-Чем больше я буду о тебе знать, тем правильнее я задам вопрос дереву судьбы. Моя история её не удивила. Это выглядела она как ребёнок, на самом деле её переносили уже на третье дерево. Трудно даже предположить сколько лет ей было и сколько всего она слышала, лёжа свернувшись, в дупле волшебного дерева долгими одинокими днями и ночами.

Как появлялись на свет маленькие оракулы? Время от времени, если дерево судьбы долго оставалось без хозяина, оно начинало плакать и между его корней распускался оранжевый цветок, в котором оказывалось уже совершенно взрослое существо, как две капли воды похожее на наше.

Мы как раз поднялись на очередную возвышенность и в голову пришла идея.

-Малышка, ты ведь должна хорошо лазать, может я подсажу тебя вот на это высокое дерево, ты увидишь к'вейя и скажешь нам в какую сторону идти. Иначе мы можем топать по этим лесам до скончания века.

К'яна замялась.

-Лазать? А зачем? К'вейя кормит меня слезами. На самом деле я по большей части сплю. Я вижу сны дерева, а оно видит мои. Те, которые показали мне предыдущие плачущие. Мы храним историю Перейи. Только маг может разбудить меня заклинанием, когда приходит задать вопрос дереву судьбы. Что стоит ему перенести меня, чтоб услышать ответ и вернуть обратно?

Да. Вправду говорят, что если хочешь сделать что-то хорошо, сделай сама. С тоской подумав о предстоящем опасном предприятии, я сбросила вещи на землю. Импровизированная наблюдательная вышка слава богу была достаточно ветвистой и мне удалось подняться довольно высоко. Жаль. Сколько я не всматривалась в зелёное море крон, нигде не было видно тёмного глянцевого пятна, которое сняло бы с меня хитрую мартышку, которая наверняка знала, что деревья судьбы не растут на каждом шагу.

-Таскать тебе не перетаскать, дорогая. Не бросать же. Господи, а кормить-то её чем? Поплакать мне ещё прийдётся, только вот вряд ли я подойду на роль кормилицы. Никогда не проверяла свои слёзы на калорийность.

Всё это вертелось в голове, пока я осторожно спускалась с верхушки дерева. И чуть не забыла, что посадила девчёнку на ветку, подальше от, всегда готовой подзакусить, химеры. Возмущённый возглас привёл меня в чувство.

Восстановив прежний расклад: рюкзак за спину, малявку на плечо, потопала дальше молча. Сил почти не осталось. А пройти нужно было побольше, если я вообще хочу когда-то дойти до цели.

Глава 5.

Хргота рвал зубами ненавистное тело бескрылого. Не только, заставляющая противно дрожать все внутренности, злость толкала его на это, но и потребность в свежей тёплой крови. Ему понадобится море энергии, чтоб пройти через пропасть миров без амулета прямого пути. Причём лучше всего подходит кровь разумных расс. Не во всех параллельных реальностях будет возможность эту энергию пополнить.

Создатель! Глупый ребёнок, который крутит калейдоскоп!.. Даже он не знает какой узор сложится, но вертит и вертит свою игрушку, то ли от скуки, то ли от любопытства.

Ему всегда был смешон мир в котором было так много потенциальных магов, но никто не пользовался магией только потому, что не мог поверить в её существование. Он охотился здесь, потому что так же как любой живущий жаждал бессмертия. В отличие от них, имеющих душу, данную Создателем, которая возродится в другом отражении после смерти, его сознанию, разуму, приходилось переползать в тела своих потомков, когда безжалостное время управлялось со своей работой.

Спроси эту глупую курицу, которая должна была дать ему новое тело, и она назовёт его чудовищем. С чего бы? Ведь это она хочет отобрать его право жить!

Сколько усилий зря.. Приходилось укротить клокочущую внутри ярость, чтобы сконцентрироваться на переходе. Жгучее голубое солнце и выжженая равнина. Спёкшаяся от жара красная почва. Воздух плывущий горячей волной. Этот мир убьёт его, если не убраться быстрее. В более удачных условиях он вычислит лучшее направление.

Ночь.. Столько звёзд, что небо кажется алмазным, а не чёрным. Но в этой ночи не было покоя. Стая костлявых хищников гнала жертву по растрескавшейся каменной возвышенности. Он проводил взглядом вожака, зыркнувшего на, летящего на небольшой высоте, чужака фосфорно-зелёным глазом. Тишина нарушалась только мерным топотом и тяжёлым дыханием. Короткий визг и запах смерти. Сладкий-сладкий. Так пахнет тёплая кровь. Но эти охотники умрут за свою добычу, а скорей убьют..

Ещё мир. Слащавые цветочки. Мягкотелые человечки... Если на вас упала тень крыла, не всегда последует соловьиная трель.

Болото.. До самого горизонта. Сколько видит глаз. Кажется весь этот мир одно сплошное месиво из сизой травы и шоколадной жижи. Хргота летел над однообразным пятнистым ковром. Перемещение не может происходить, если встать на крыло. Поэтому попав в новую реальность крылатый провалился в топь. Но, как всегда, он держал наготове заклинание, на случай опасной ситуации. Он мог погибнуть, как любое живое существо. Только у него было больше возможностей защитить смертную плоть. И магия одна из них. Он сделал своё тело лёгким, но вынужден был моментально помочь себе крыльями. Этот мир впитывал магические силы, как губка. Не успел он оторваться от поверхности, как, разорвав тонкую ткань растительности, из тёмной воды вырвалась тварь похожая на полуметровую пиявку. Рот-присоска, с несколькими рядами мелких, загнутых внутрь, зубов-крючьев, впился в правую икру. Закричав от боли и гнева, хргота был вынужден снова прибегнуть к магии, чтоб превратить в ледяную сосульку прожорливую гадину. На лету, смахнув крылом осыпающиеся осколки, он понял, что опять должен найти пищу. Колдовство выпило его силу до дна.

-Проклятый мир! Проклятая девка! Когда она попадёт в его руки, она узнает, что такое боль. Он не может убить её. Но умереть она будет рада, после первого же общения с ним.

Людишки..Где вы? Должен же быть конец этому болоту. Вы только пища, для моего тела. А души у меня нет.

Чем они лучше? Их пророки тысячелетиями твердят им о бессмертии души. Но половина из них не верит ни в пророков, ни в самого Создателя, проживая жизни, потакая всем страстям и соблазнам. Иногда, только становясь старыми и немощными, вспоминают о боге и пытаются смешно и жалко заслужить его благосклонность, якобы смиряя плоть, уже не желающую страстей. А другие.. верующие, праведники. Что сделали бы они, зная, как он о своём проклятьи? Старались бы взять у жизни всё что можно? Искали бы новое вместилище для своего сознания? Продления бытия как можно дольше.. Что угодно только быть! Не зная забытья, чёрного и бездонного, как это болото.

Какими бы сильными не были крылья им, нужен отдых. Это творение Создателя само напоминало пиявку. Сначала высосало его магию, теперь досасывает силы. Как влить немного энергии в гудящие крылья, если ты пуст до донышка. А болоту нет конца. Он держался на одной злобе, когда сине-зелёный гребень леса прочесал белёсое небо.

Хргота лежал на мокрой земле, задыхаясь, как потерпевший кораблекрушение, с трудом добравшийся до твёрдой почвы. Весь жизненый опыт вопил ему в уши о необходимости убежища. Создатель озаботился, чтобы жизнь не страдала однообразием, и охотник в любой момент мог попробоваться на роль жертвы. След укуса кровил. Лишняя причина. Он взлетел, тяжело захлопав крыльями, к верхушке дерева покрытого длинными мягкими серо-голубыми иглами.

Гнездо. Тёплые тушки птенцов со слабенькими беспёрыми крылышками. Их, может быть, хватит на переход. А если там опасность? Но нужно рискнуть и поскорее убраться из места пьющего магию, как матрос на побывке.

Ему повезло. Наверное, по недосмотру Создателя. Неуверенность, вызванная смертельной усталостью прошла. Новый мир был ярок и светел. Не может быть, чтоб его некому было изгадить.

Глава 6.

Пахло дымком. Впереди деревня. Сначала, я перестала слышать потрескивание химер, которыми они перекликаются между собой. После появилась едва заметная тропка. Ещё позже пни, явно от срубленых деревьев. А вот теперь дым. Не надо быть следопытом, чтоб понять - близко жильё. Моя химера уже давно закрылась жёстким камуфляжем. но упрямо топала за мной. Прогонять её не хотелось. Уж очень спокойно я себя ощущала за спиной такой помощницы. Но зайти с ней в человеческое поселение было бы верхом глупости. Она, конечно сообразительная и не обнаружит себя, будучи одна, без поддержки товарок. Но как бы её не соблазнила какая местная кура. Да и функцию охранников тоже может выполнять какое-то животное. Логика у человеческих существ схожа. И в плане приручения животных для еды и охраны домов, думаю, тоже. Я показала своей помощнице на другой край деревни и настрого приказала не точить зубов на всё живое из деревни.

-Я бы заночевала под крышей, если получится. Ты поохоться вокруг в лесу, а завтра всретимся на опушке с той стороны. Только уж постарайся не попасться на глаза. Людей здесь много, найдётся и на тебя охотник.

С сомнением глянув на К'яну, я покачала головой.

-Знаешь, жалко, что и тебя нельзя сделать невидимкой. Слишком много вопросов может возникнуть. Как бы ты обо мне не сказала лишнего. Тебе не сложно было бы притвориться, что ты зверушка и говорить не умеешь.

-Уж лучше невидимкой,- обиделась к'яна.

-А ты можешь?- я даже поперхнулась,- Чтож ты молчала?

-А ты спрашивала?- вопросом на вопрос ответила та.

Чтоб не показывать откуда на самом деле я пришла, деревню пришлось обойти по краю леса и войти совсем с другой стороны. Я знала название первого города на своём пути и решила, если будут интересоваться, скажу, что иду туда. Никчему врать без нужды. Продать здесь щитки для брони, скорее всего нереально, а вот яд для стрел - вполне. Он парализующий, типа яда аспидов, для охотников годится, так как мяса не портит. Одну железу продам. Нужно прикупить припасов. И переночевать в нормальных условиях маленькое удовольствие, которое я могу себе доставить. Только вот с ценой бы не прогадать.

Возле первых домов за невысоким плетнём копалась в огороде ещё не старая женщина. Когда она разогнула уставшую спину и из-под руки глянула на меня, её лицо показалось мне милым и добродушным. Я махнула ей рукой и подошла к забору.

-Хозяюшка,- обратилась я ласково, стараясь говорить пониже, чтоб поддержать свою легенду,- не подскажете, есть в деревне лавочник, который может купить охотничьи трофеи. Мне нужны деньги, чтоб купить хлеба и крупы. Да и переночевать где-то надо.

-А что ты хочешь продать, добытчик?- её недоверчивая улыбка говорила о её сомнении в моих способностях охотника.

-Да случайный, вобщем, трофей,- не стала я разубеждать свою собеседницу,- наткнулась в лесу на издохшую многоножку. Хочу железу продать, для охотничьих стрел.

-О!- Только вздохнула хозяйка и всплеснула руками,-Так не ходи никуда. Муж у меня тоже охотится, он цену хорошую назначит. А лавочник и есть лавочник. И переночевать у нас сможешь, в комнате сына.

При упоминании о сыне женщина погрустнела. Даже слезу смахнула. Я побоялась задеть её неловким вопросом и сделала вид, что ничего не заметила.

-И припасами я тебя обеспечу,- она явно хотела зазвать меня к себе. Да и мне не очень хотелось светиться ни в деревенской таверне, где могут встретится любопытные, а так же местные задиры или пьяницы. Что может быть лучше тихого дома. Только вот с мужем -охотником, нужно быть поосторожнее.

Домик, аккуратненький и ухоженый, стоял в глубине участка за деревьями. Ветви низко клонились от зреющих плодов и хозяйка, приметив мой взгляд, сорвала жёлтую круглышку и протянула мне. Я таких плодов, понятно, раньше не пробовала, но то, что люди растят для себя, должно быть и для меня съедобным. За несколько дней довольно ограниченного дорожного питания свежих фруктов хотелось безумно, наверное, не только мне, потому что я впилась в плод зубами с жадностью. Вкус напоминал одновременно и киви и спелый крыжовник. Женщина шла впереди и не заметила как с удовольствием чавкнула на моём плече к'яна.

Малышка по дороге пристроилась пить цветочный нектар, но и фруктиной не побрезговала. Пришлось умерить свой аппетит, так как мне по-любому еда достанется, а мартышуля совсем не всё лопать может. Неженка.

Под предлогом переодется в свежее, чтоб постираться, попросилась в обещаную мне комнату и устроила девчёнку там, сунув ей в розовые лапки остаток, едва распробованого, плода.

Когда я вышла из комнаты, мне под ноги подкатилась девчёнка лет шестнадцати на вид, смело стреляющая глазками. Не мне - молоденькому охотнику. Вот уж не знаю, часто ли заходят в деревню потенциальные женихи, но моим обольщением всерьёз озаботились. Я только прятала улыбку, боясь, чтоб ухажорка не нафантазировала себе чего. Неприятностей не оберёшься. Но вещи в стирку, она у меня всё же отобрала. Отказаться было бы не по легенде да и стираться, честно, было лениво. В моём нынешнем положении были и приятные стороны, почему же не воспользоваться. И дитя потешит гормоны тиская в руках мальчуковые тряпки и мечтая о поцелуях в садике за домом.

Но моей идилии сбыться было не суждено. Девченка, только уйдя, вернулась с мамашей, лицо которой горело от гнева.

-Где? Где,-кричала она,- ты взял эту рубаху? Я своими руками сшила её для сына. Вот и знак есть!

Возбуждённая женщина тыкала мне в лицо вышитой буковкой на изнанке одёжки так не удачно, как оказалось, подобранной мне Татьяной.

-Пусть она уйдёт и я расскажу, но только вам одной, иначе вы от меня не добьётесь ни слова,- указывая на дочь, поспешила с угрозой я, увидев возмущение и раздражение на её лице.

Очевидно, всё же, желание узнать о судьбе сына как можно быстрее победило и вернувшись в комнату и плотно прикрыв двери, я вынуждена была быстрым шёпотом пересказать свою историю. Женщина, сначала недоверчиво глядевшая на меня, сперва получила доказательство в виде моей половой принадлежности, а после и в виде малышки-к'яны проявившейся в углу комнаты, только всплёскивала руками и качала головой.

-Я совсем не хочу, чтоб о моей истории болтали по всем углам, потому и отослала девчушку. Кто знает людей, вдруг и у хрготы есть свои шпионы. Когда он бросится меня догонять, мне никчему, чтоб ему сразу указали мой след. А язычки у местных болтушек сами знаете. И вас прошу придумать обьяснение для дочери, какое посчитаете нужным. Ваш сынок скорее всего погиб в замке, соболезную вам, родная. Скажите, может, что я не хотела расстраивать её рассказом о том, что нашла его останки в лесу или просто вещи, больно уж мародёром выглядеть неприятно.

Хозяйка задумчиво вышла из комнаты, а я дала время ей уладить все неприятности. Тупо валяясь на кровати, теша ноги отдыхом, после дальнего перехода, я думала, что сообщила сейчас матери о смерти сына, о которой она, впрочем, скорее всего догадывалась. Но я отобрала у неё последнюю надежду.

Прошло больше часа, когда в двери постучали. Заплакная женщина вошла ко мне, неся на руке стопочку чистых вещей.

-Это сына,- сказала она и, увидев, что я замахала руками, оказываясь, покачала головой,- не обижай меня. Бери. А дочери я лгать не стала. Может она и показалась тебе финтифлюшкой, но моего приказа она не нарушит. Да и хргота не дурак. Ему и выспрашивать не надо, он и так догадается куда ты от него побежишь. Нет никого, кроме шармов, кто в силах с ним связаться. А вот захотят ли они...Только у тебя и вправду выхода другого нет. Тебе бы хару ездовую прикупить. Но у нас в деревне только упряжные. Да и дорого это. Мы тебе не поможем в этом, живём небогато. Может у тебя ещё чего на продажу есть?

-Да есть кое-что, только лучше я об этом с твоим мужем побеседую.

Откуда-то, как чёртик из табакерки, выскочила зарёваная, с опухшим носом девушка. Несмотря ни на что, она втихую продолжала разглядывать своего несостоявшегося возлюбленого.

-Как я могла не заметить очевидного?- Как-будто говорил её сморщеный носик и недовольный вид.

Вечерело. В светильниках начал постепенно разгораться сиреневый свет. Такой же как в замке.

-Что это?- поинтересовалась я.

-Ониксо,- недоуменно пожав плечами ответили они хором.

-Камни для освещения,- уточнила женщина, вспомнив что её гостья не в курсе дела,- их добывают в Ониксовых горах, мужчины с которыми живут шармы. Они не волшебные. Просто начинают светиться в темноте.

-У нас тоже есть камни с похожим названием. Ониксы. Только с ударением на "О", а не на "И".

Во дворе раздался шум и покашливание.

-Муж пришёл,-кинулась к входу женщина,- посиди тут, я с ним поговорю.

Я осталась в комнате с девчёнкой, которая покраснела под моим взглядом.

-Прости,- сказала я ей,- но я вынуждена притворяться парнем. Девушке одной в дороге небезопасно.

Девчёнка понимающе и сочуственно быстро закивала. И широко заулыбалась наконец. Её личико стало только симпатичнее от этой улыбки.

В комнату пригнув голову, едва не задевавшую притолоку, вошёл высоченный мужчина, от своего роста, привыкший всегда сутулиться. Женщины засуетились, накрывая на стол. Я же стояла посреди комнаты как столб, пока мужчина властным, но приветливым жестом не показал мне на стул напротив себя.

Мы быстро договорились. До женитьбы он вдоволь побродил по лесам вольным охотником, пока семья не привязала его к месту. Я, с удовольствием, что могу предложить ему что-то полезное, протянула ему железу и он с восхищением принял её.

-Вот уж редкая добыча! Ты правда нашла останки? А далеко? Ты ведь всё не унесла?

-Я бы не стала на вашем месте туда возвращаться. Там такое количество химер, что никакая добыча не стоит такой опасности.

Я не стала уточнять и распространяться по поводу смерти многоножки. И про свою химерку тоже.

Как любой мужчина, он с детским удовольствием рассматривал чёрные щитки.

-В городе тебе за две пары минимум тысячу тсолов дадут. А ездовая хара стоит от силы триста. Так что не прогадай. Дойти туда дня за три, думаю сможешь. Хотя,- он с сомнением глянул на меня,- ты же не сын охотника, девчёнка. Ну набрось денёк, четыре. С рыцарями, со стражниками, тебе ничего не грозит. Они всех охотников за дикарей считают. Любая твоя странность для них только подтверждение их заблуждений. Лавочники за тобой следить не станут. Больше за твоим кошелём. А вот с охотниками держи ухо востро. Они тебя вмиг раскусят. Да и всякие среди них встречаются. Некоторые и своих почистить не прочь. В городе не задерживайся. Купи-продай закончишь и мотай оттуда. Слухи о твоих трофеях и денежках полученных за них быстро разойдутся. Есть там одна лавочка, "Охотничий рог" называется. Спросишь на воротах, тебе покажут. Там хозяином бывший охотник. Попроси его товар придержать, скинь пару десятков тсолов. Поясни, что путешествуешь в одиночку и денег светить не хочешь. Он славный старик, поймёт.

Весь вечер мы проговорили с Мереном, так звали хозяина дома. Он дал мне кучу ценных советов. В частности по поводу к'вейи.

-За монастырём "ловцов душ" в мере на сереро-восток есть плачущее дерево. Вот только свободно ли оно не скажу.

-А что за монастырь, далеко отсюда?

-Да в дне пути, тебе по дороге, как раз в сторону города.

-А кто такие эти "ловцы душ"?- полюбопытствовала я.

-Ой, это разговор ещё на пару вечеров. Вот остановишься у них переночевать, сама увидишь. Они всех принимают. Наверное и химеру примут, если она к ним с добром прийдёт. Только обычно всё наоборот бывает. Химеры редко, но забредают к людям, если совсем голодно вокруг замков становится. На таких как раз и зовут ловцов. Я знаю, что амулеты хргот и ловцов делаются из одного и того же камня. Камни очень редки и если такой где находят, там появляется либо монастырь, либо замок. Всё зависит от того, кто камень найдёт. Даётся в руки он только потенциальному магу. А уж вырастут ли у него крылья, зависит только от состояния его души. Тут уж либо душа, либо крылья. Камень видит. А почему строятся там? Да потому, что, говорят, камень имеет призрачные корни, они подпитывают его силу, поэтому ему нужно возвращаться на место его рождения.

-Подожди, Мерен, я не поняла, при чём тут амулеты?- мой "камень за пазухой" тоже требовал ответов, которые могли быть мне полезны. Я про него тоже благоразумно умолчала.

-Ловцы, при его помощи, пленяют душу химеры. Она после этого становится похожей на призрак. Слоняется какое-то время по округе, но вреда от неё уже никакого, а по прошествии времени просто растворяется постепенно.

-А пересадить душу обратно в человека можно?

-Не знаю. Где же ты возьмёшь тело от души свободное.. Вот будешь там, спросишь. А сейчас, давай-ка отдыхать, устал я, сил нет. Да и тебе завтра в дорогу. Ты не беспокойся, девчёнки всё, что нужно, соберут.

Уже через полчаса я спала, свернувшись калачиком, рядом с давно уже посапывавшей к'яной, с липкой и замурзаной мордашкой. Измусоленый до большущей косточки фрукт валялся на подоконнике. Малышка усосалась им до сладких снов.

Глава 7.

Вокруг деревни лес был совсем не таким как вокруг замка. Самое первое, это птичье пение. Оно расслабляло. Настраивало на лирический лад. А всё же нужно было сторожиться хоть чуточку. Я совсем расслабилась путешествуя с эскортом. Конечно, я взяла за правило на каждом привале упражняться в стрельбе из своего маленького арбалета. Я уже здорово набила руку. Это оружие я выбирала сама, потому что в своё время получила разряд по стрельбе из спортивного пистолета. И к этому, кажущемуся почти игрушкой, оружию, привыкнуть было легче всего. Тем не менее стрела из такой игрушечки с расстояния от 50 метров могла убить человека, если он конечно не был в доспехе. Арбалетик был магазинным на 12 болтов с рычажной натяжкой. Так что, для этого вида оружия, довольно скорострельным. Если скорость прицеливания тренировать, то до семи-восьми болтов в минуту. Конечно не пистолет. Пятдесят метров, для зверя, практически, несколько секунд. Да и для человека ненамного больше. Так что один выстрел.

"Волчара", на самом деле это, конечно был не волк, но зверюга слегка на него похожая, встретил меня в каких-то жалких полукилометрах от деревни. Меня расстроило отсутствие химеры, но я надеялась, что она догонит меня рано или поздно. Она всегда находила меня. А тут всё же солнышко светит, птички поют. Деревню ещё слышно. Меня даже не насторожило вчерашнее упоминание о том, что женщины в лес за травами и ягодами ходят под охраной охотников.

Первой пискнула к'яна и вцепилась мне в волосы. При всём моём разгильдяйстве, арбалет был пристроен так, что моментально оказался у меня в руке. Жаль не удастся поблагодарить Мерена. Он мне жизнь спас. Вечером, за разговорами, он показал мне как делают здесь отравленые стрелы. Даже подарил и зарядил несколько специальных наконечников. Яд капали во внутреннюю полость. Сам "лист", как он назывался у охотников был хрупким и разламывался при попадании в цель. Так что, хотя он и использовался единоразово, накручиваясь на цевьё болта, но зато, находясь в магазине или на ложе, не мог оцарапать и отравить самого стрелка.

Руки задрожали уже после выстрела. Хорошо, что я из тех кто не дёргается при опасности, а стопорит. Рука механически проделала то, что привыкла. Прицел-выстрел. А уже потом мандраж. Тушка, которая неслась на меня, взборонила мордой листву уже у самых моих сапог. И тут же взорвались соседние кусты. Что-то невидимое вынеслось из них. В моей голове пронеслось обещание, что буду взводить арбалет сразу после выстрела. Если сейчас выживу. Больше ничего сделать я не успела. На меня наскочили, повалили и излизали всю рожу вонючим зубастым ртом.

-Химерка, поганка..где ты лазила и..фу..чем ты так воняешь?- заорала я, отпихивая радостное чудовище.

Уже разглядывая свою первую самостоятельную добычу, я подумала, что почему-то до сих пор не озаботилась именами для своих попутчиков. Наверное, не верила, что они долго останутся со мной.

В отличие от волка шкура у зверя была скорее серо-стальной, с ярким металлическим блеском. Никакой маскировки, подумалось мне, только позже я поняла, что ошиблась. Морда длинная, зубы, что крокодильи. А тело скорее ближе к кошачьему. Только лапы невысокие и хвост куцый. Глаза серо-зелёные. Поперечные полосы чуть более матовые, чем основной цвет, создавали ощущение волнистости. Красивая шкура. Я бы такую купила. Но тащить её.. Да ещё и свежевать. Решила вырезать кусман, как получится. Вокруг горла надрезала. Вдоль живота и прорези до лап поперёк. Шкура сошла довольно легко. Я разложила её на солнышке мездрой вверх и химера тут же отскребла её до блеска своим шершавым, как тёрка языком.

-Эй! Остановись, дорогая! Ты в ней дыру пролижешь. Вон туша, вся твоя, лопай, только исчезни. Мы к деревне слишком близко. Давай в кустики. Вместе с завтраком.

Химера благодарно осклабилась и исчезла. Туша поползла в куст похожий на орешник. Солнышко быстро обсушило мой трофей и я скрутила аккуратненький валик и подвязала рядом со скаткой одеяла. Скоро тележка понадобится такими темпами.

Плотоядный хруст из кустов затих и я обернулась.

-Неужто уже сожрала?- вырвалось у меня. Но на дороге показалась телега и умное создание затихло, чтоб не выдать себя. К'яна, сидевшая за рюкзаком, тоже растворилась в воздухе. Похоже это стало входить у неё в привычку. Устроив рюкзак и свою наездницу по местам, я пошла навстречу дебелому дядьке, что сидел на возу и выл, как пьяный в бане, какую-то залихватскую песню, ничуть не заморачиваясь полным отсутствием слуха.

-Добрый день!- мой окрик не призвёл особого эффекта, но хара, то ли почувствовав химеру в кустах, то ли запах волка от шкуры, захрипела и попятилась.

Назвать хару лошадью, мог только человек, который коня в глаза не видел. Широкое тело с короткой, но плотной шерстью чёрного цвета с рыжеватыми вислыми ушами и мускулистыми лапами. Без копыт. Без хвоста. Зато с короткими рогами, как на шлеме у викинга. И кроткие, истинно лошадиные глаза на вытянутой морде. Она фыркнула, показав квадратные зубы травоядного животного.

Ездок ругнулся, беззлобно, впрочем. Скорее для порядка.

-Что с тобой, скотина тупая?

-Не ругайте её, дяденька, это я виноват. Вот, вирта подстрелил, шкура ещё свежая. Название добычи, я вычитала в записках, пока сушила её на травке. И валялась рядышком, копаясь в Татьяниной тетрадке. "Зверушка" попалась незнакомая. Вот и пригодилось.

-Вирта?!- присвистнул дядька,- да ты сынок настоящий охотник!

-Надеюсь,- скромненько ответила я,- только вот в город очень спешу, шкуру по-быстрому сняла.

-Могу подвезти до монастыря, за шкуру,- хитро сказал толстяк.

Я поняла по выражению его лукавой рожи, что дурит он меня знатно. И покачала головой.

-За дурачка держите?

-И пятнадцать тсолов дам,-ничуть не смутившись добавил возница.

-Ладно, уж больно времени жаль.

Шкура перекочевала на телегу. Денежки в мой кошель. За шкурой влезли мы с довеском. Все остались довольны.

То, что лужёная глотка моего попутчика издавала немыслимые фиоритуры уже около двух часов, мне ничуть не досаждало. Прекрасно, пусть лучше вопит, чем вопросы задаёт. Я решила, что если он решит изменить ситуацию, притворюсь спящей. Хотя выспалась я замечательно. Просто мозги сушить придумками не хотелось.

Молчание воцарилось только для того, чтоб положить в рот какую-то пахучую снедь. С утра меня снова тошнило и я только напилась кисленького ягодного кваса, а круглую лепёху с мясной начинкой сунула в сумку. Сейчас я с удовольствием зажевала свой завтрак.

Здешний злак, из которого и хлеб пекли, и кашу варили, я видела на длинной полосе земли за домом Мерена. Красные, жёлтые и зеленые метелки очень напоминали южно-американское киноа, только были намного выше, как кукуруза, и с более крупным зерном. Я прошла по рядам, когда выходила на нужную мне дорогу. Присмотрелась. Мне здесь всё было интересно.

Лепёшка оказалась как нельзя кстати. Под шумок невидимая сладкоежка слопала сочные ягоды, собраные для неё Далией. Девочка просто влюбилась в золотоволосую воображулю и слушала её сказки весь вечер, пока я болтала с Мереном.

Хара шла ровным неспешным шагом. Передвигались мы ненамного быстрее хорошего ходока. Однако, я была так рада, что не мои ноги несут мою задницу, что ничуть не жалела пристроеной по дешёвке шкуры. Всё же животина меня укачала. Я задремала. Но клятву свою выполнила и арбалет лежал рядом, заряженый и взведённый.

-Э, охотник!-дядька тряс меня за плечо,- ещё вирта подстрелить не желаешь?

Я вскочила, как подстреленая. Дядька показывал на дорогу, вьщуюся среди высокой, стального цвета, травы. До следующего лесного массива было меры четыре, примерно. Она едва виднелась далеко на горизонте.

-Тут им самое раздолье. И дичь на водопой к реке приходит. Там она, река-то,- он неопределённо махнул рукой вперёд.

И я поняла что хитрюга имел в виду эту приречную луговину, когда приглашал меня в попутчики. Я устроилась устойчиво на коленках посреди клади, чтоб не свалиться случайно, если вдруг, с перепугу, хара дёрнет телегу. Возчик прикрикнул на животину и та ускорила ход, тревожно принюхиваясь к запахам, доносящимся из травяного моря. Волны пробегали по ней от ветра и я сказала себе, что природа не ошибается. Шкура вирта как нельзя лучше подходила для его основных мест обитания. Как его занесло к деревне? Бешеный что ли? В таком случае я, наверное, избавила деревню от многих неприятностей.

-Ой! А моя химера не заразится бешенством?- перепугалась я на ровном месте, как-будто мне уже точно сообщили диагноз. За то, как она пройдёт эту местность я не боялась. Лишний раз пообедает. Вирт просто животное. А химера магическое создание, да ещё с человеческой соображалкой.

Вдали показалась река. И мост. И вышка у въезда.

-Приготовь тсол,- возница уже копался в кошеле,- дорожный сбор.

На другой стороне реки стояло приземистое строение с высокой крепкой оградой вокруг.

-Тут живут тролли,- хохотнула я про себя.

Глава 8.

У ворот монастыря нас встретил маг в тёмно-зелёной хламиде. Вирта я так и не подстрелила, но добрались мы ещё до вечерних сумерек и я ни о чём не сожалела. И время сэкономила и ножки не болели. Лафа!

Возчика отправили к конюшне. А встречающий, острым взглядом вперился в мою грудь.

-Догадался, что я женщина или амулет почуял?-меня вдруг обжёг камень.

-Жжётся?- лукаво улыбнувшись спросил маг,- не переживай, это ненадолго. Много он здесь не возьмёт, не его дом. Пошли, девочка, расскажешь..

Мои легенды в очередной раз дали дуба.

Центральная лестница привела нас к высоким узким створкам расписаным какими-то религиозными сюжетами. В обе стороны от них расходились длинные полутёмные коридоры с одинаковыми дверями. Тайны содержания их росписей скрывались в темноте.

Настоятель с сопровождавшим меня магом выслушали сильно сжатую версию моих приключений. К моему удивлению, душу из меня не вытаскивали и удовлетворились тем, что я пожелала поведать. Я не врала, но и всего не говорила. Кстати, к'яну им обнаружить почему-то не удалось. Наверное, природа её магии была совсем другой. Да и она, что необычно, сидела чинно и тихохонько, не плясала на моих плечах, как обычно.

Как только за монахом захлопнулась дверь гостевой комнаты, безобразница слегка проявилась, всё ещё поглядывая на дверь.

-Какая кошка между вами пробежала?- меня и вправду это задело.

-Понимаешь,- она тщательно подбирала слова,- мы врать не умеем, а знаем много. Маги обращаются к нам по мере надобности, но иногда случаются ситуации...как с тобой. И мы вынуждены общаться с разными людьми. Одна из сестёр рассказала простому охотнику о природе амулетов хргот и ловцов. Тот, в своей простоте, понял её по-своему и доверие к ловцам было надолго подорвано. Восстанавливали его долго и трудно. Поэтому я и не хотела обнаружить себя в твоём обществе. Когда ты заговорила с этим странным, крикливым человеком, у меня уже не оказалось возможности предупредить тебя и я обрадовалась, что ты не стала рассказывать о нашей встрече.

-Ладно, я тебя не продам, но и ты сиди, не отсвечивай.

-Не продашь? Не отсвечивать?- застыл, вытаращив глазёнки маленький бесёнок, уже начавший скакать над моей открытой сумой.

-Сиди, не показывайся, вобщем,- смущённо скорректировала я своё высказывание и, не сдержавшись, хихикнула,- не хватало ещё обучить к'ян нашему жаргону.

Ели мы в большой столовой за длинным деревянным столом. Вдоль стен стояли лавки на три-четыре человека. Еда была простая, без особых изысков. Но достаточное количество, чтоб вдоволь накормить и гостей, и хозяев.

Фрукты и овощи из монастырских садов и огородов. Горячий мясной суп. Запечёная рыба. Лепёшки с разными начинками. Любимый деревенскими ягодный квас. Он и мне, впрочем, пришёлся по вкусу. Тяжёлого спиртного я ещё не видела, но и в тавернах мне зависать не приходилось.

Ещё одни сумерки этого мира я встретила за беседой с молоденьким смазливым магом, который был рад закинуть удочку к хорошенькой девчёнке. Поскольку скрываться нужды не было, я беззастенчиво пользовалась гормональным фоном.

То, что я хорошенькая, могу признать без ложной скромности. Рост выше среднего. Ножки длинные, да и вообще стройненькая, даже несколько худощавая. Но это дело времени, оглянуться не успеешь, нарастёт. Очень тёмная шатенка, с синими глазами. Правильной формы небольшой рот. Носик чуток вздёрнутый. Не критично. Миленько даже. Так что, их магичество слюной покапывал.

Меня интересовало всё, что я могла узнать о Перейе. Обычаи, верования и ещё кое-какие вещи, что меня заботили.

Только затронь священнослужителя за кончик его святости, будет трещать, не остановишь. Благо, агитировать за веру меня было ни к чему. Девиц в монастырь не брали. А то, обалдевшая от религиозного экстаза, побрилась бы в служители культа. Шутю...

В общем, как я поняла суть их верований, когда-то в седой древности, как говорится, Создатель взял в руки магический калейдоскоп и появился первый узор, то бишь Изначальный мир. И с тех пор он вращает калейдоскоп, пытаясь добиться совершенства.

А люди получили бессмертную душу, которая возрождалась, после смерти тела, в том мире, который они заслужили своей жизнью. Красиво.. Утешало, что Создатель не мог, даже поначалу, изобразить сущее безобразие. Значит и грешников не ждёт полная задница. По крайней мере по логике.

А ещё я выведала о камне. Поначалу монашек тихарился, но на глаза давило и он шёпотом поведал мне как заключить сознание в амулет и как его перенести в другое тело. Вопрос, как и подозревал Мерен, заключался в наличии свободного тела и моих, как я полагала, отсутствующих способностей к магии. Я всерьёз болела мыслью вернуть моей химерке человеческий облик.

Монахи же этим не заморачивались, так как сознание химер считали утраченым. Заключали их в амулет, как в тюрьму. За убийства, в которых был виноват только, навязанный им магией хрготы, вечный изматывающий голод.

Поскольку объём информации меня притомил, я свернула разговор под предлогом плохого самочувствия беременной женщины и нахально продинамила сластолюбивого мага.

Глава 9.

К'вейя, совсем крошка, по сравнению с предыдущим жилищем золотоволосого бомжика, была свободна, но совсем уж готова заплакать. Нижние ветви опустились почти до самой земли и вокруг была пропасть засохших и опавших листьев.

-Как хорошо, что мы успели!- всплеснула ручками девочка,- молодое дерево и оракул-ребёнок, что может быть хуже. Им совсем не о чем было бы поговорить.

-Ты рада, кроха?- меня слегка разочаровал её энтузиазм. Может я просто привязчивая?

-Мне жаль с тобой расставаться,- понятливо прижалась ко мне к'яна.

Я обняла малышку и поцеловала в розовую щёчку.

-А теперь ты должна задать вопрос и остаться тут до утра.

-Почему до утра?-удивилась я.

-Как ты не понимаешь, ни я ни тем более это молодое деревце не помним такую тучу знаний. За ночь, дерево выберет из моих снов нужный и расскажет мне поутру. А я тебе,- терпеливо пояснила она, тоном деревенской учительницы.

Чтож, если задержки не избежать.. Не думайте, что с тех пор как меня озадачили предложеным квестом, я не размышляла, что же мне спросить. Понимая, что Илью не вернуть и не особенно веря, что даже магия может оживлять, об этом вопросе я старалась не думать. Зомбо-жених меня, понятно, не устраивал.

Потом размечталась об возвращении человеческого существования для химеры. Но вчера я узнала, как это можно сделать. Нужно только найти тело и мага.

Спросить, как уничтожить хрготу? Так он, собственно, не бессмертный. Хотя убить его трудно, он и сам магией подпитывается и меня с "магном смешает". Как защитится от его колдовства, если я сама ни разу не магиня и до шармов дойти не успею или, как некоторые тут сомневались, они меня принять не пожелают?

Решено. Это и спрошу.

Мой вопрос насмешил к'яну.

-А с чего ты решила, что ты не магиня?- малявка весело хохотала, а я впала в ступор.

-Ну, как же,- мямлила я,- колдовать не умею, потому что.

-Не умеешь, не значит не можешь. Если бы в тебе не было магических способностей, крылатый не получил бы их тоже. Они по материнской линии только и передаются.

-А чтож ты раньше молчала?- Сказать, что я сердилась - ничего не сказать. Это было глубокое возмущение.

-Успокойся, Маргарита,- кстати, моим полным именем малышка именовала меня с первого раза, как я ей представилась. Очень ей понравилось, что есть такой цветок маргаритка. Девчёнка!..

-Чего успокойся-то. Столько топали вместе, а ты ни слова не промолвила.

-Я не зря рассказывала историю о моей сестре-болтушке. Мы поклялись, давать только прямой ответ на прямой вопрос о том, что связано с магами. А про остальную часть вопроса, о способе бороться с хрготой, я дам тебе ответ утром.

-А подарки?- мстительно-язвительным тоном заявила я.

-Подарки сейчас. Только тебе прийдётся.. доставить меня к дуплу.. пока колдовать не умеешь,- и она не менее язвительно и мстительно ткнула пальчиком в гущу ветвей.

Подняв глаза вверх, я застонала, уже понимая, что маленькая зараза упрётся рогом, но заставит меня влезть туда, даже, если весь этот ритуал, хитрость, связаная с её вредным характерцем.

Но тут, ниоткуда, как всегда, появившаяся химера, подпрыгнула к сидящей на ветке девчёнке и демонстративно клацнула зубами у самой её волосатой попки.

Девчёнка взлетела на несколько ярусов ввех, что древесная белка.

Мы с химерой вытаращились на беззастенчивую врушку.

-И это называется " к'яны лгать не умеют"?

-В ответах на вопросы.. и вообще.. за подарки потрудиться надо.

-Это я мало потрудилась таская твою "волосатую светлость" на собственных плечах?!

Я так разозлилась, что бросила вещички на плечи, собираясь уйти.

-Подавись ты своими цацками. Справлюсь как-нибудь и сама. Привет!- махнула рукой в сторону мартышки и увидела, что её глазёнки наполнились слезами.

Мне стало стыдно. Как-будто и вправду ребёнка обидела. Хотя этому дитяте, лет, больше чем мумии фараона. В сердцах бахнула рюкзак о землю.

-Ладно, извини. Не сдержалась. Иди ко мне, малышка.

Демонстративно поджимая пятую точку и опасливо озираясь на мою зубастую напарницу, к'яна хлюпая носом устроилась у меня на руках. Для примирения я сунула ей в ладошки нарезаную на дольки фруктину. И, пока она её трескала, меня не покидала мысль о том, что она остаётся снова совершенно одна со снами своего дерева и его слёзной диетой.

-Ладно, доставлю удовольствие бабуле с манерами первоклашки.

Уже, усевшись на ветку в четырёх метрах над землёй и ожидая обещаного подарка, за которым сунулась в своё новое гнёздышко притворливая капризуля, мне стало смешно до слёз. Оказывается, взрослые верят в сказки гораздо легче, чем дети. Лет в восемь, убедить меня в реальности происходящего, было бы гораздо труднее.

-Так я и предполагала,- послышался звонкий голосок и из дупла показалось сначала донельзя довольное личико, а после из-за спины выметнулась махонькая ладошка,- сюрприз!

В тоненьких пальчиках был зажат браслет удивительной красоты. Приняв его в руки, я залюбовалась сложным сплетением золотой проволоки. Потом осторожно, чтоб не согнуть, таким тонким казался узор, надела на руку и ахнула! Браслет обхватил запястье и как-будто растворился в коже. Последний раз блеснул и исчез, перепугав меня насмерть. Я судорожно тёрла запястье, но ничего не чувствовала.

-Узор шармы. Девочки этого мира, имеющие способности, рождаются с ним. Он исчезает на восьмой день жизни. А ты получила его от к'вейи. Теперь умение. Она протянула ручонку лодочкой и дерево послушно накапало несколько крупных слезинок. Я выпила их и почувствовала как во рту взорвался фонтан вкуса. Его нельзя было определить как что-то отдельное. Каждый вкус нота, а это была музыка!..

-Какое же умение я получила?- и вдруг почувствовала присутствие всех живых существ на расстоянии меры от меня. Не звуки биения их сердец или тепло тел, просто знание, где, кто находится и как себя ощущает. Бесценное знание, особенно для настоящего охотника. Хотя оным я не являлась, но приобретение давало чувство определённой безопасности. Теперь застать меня врасплох будет практически нереально.

Эту ночь я провела почти без сна. Такое упоительное состояние давала эта новая возможность. Слушая лес таким образом, практически живёшь, как некий отдельный макрокосмос.

Тем не менее, утром я не чувствовала усталости и была готова слушать оракула в её "рабочей обстановке".

-Прежде чем дать тебе ответ, мне, всё же, хочется пояснить тебе его истоки. Камень амулета называется ирида, что значит - "зерно искушения". Существует миф о том, что эти камни, если вырастут неприкосновенными, составят первый узор нового Калейдоскопа и породят нового Создателя. Но это может случиться только в том идеальном мире, к которому стремится Создатель нынешний. Он рассеял зёрна искушения во всех мирах и, если в каком-то мире, люди смогут отказаться от соблазна обладать камнями магической власти и силы, свою работу он посчитает завершённой.

Искушение силой и отношение к нему, вот что различает ловцов и хргот. Камень будит и усиливает все свойства, уже существующие в нашедшем его. И достоинства и недостатки. Но и у тех, и у других, с каждым обращением к магии, он отбирает часть души. Поэтому, монахи, желающие пользоваться камнем для блага людей, вокруг одного камня строят монастырь и привязывают его не к одному хозяину, а к месту, где он пророс и где его корни. Каждый монах может воспользоваться камнем за свою жизнь, максимум, несколько раз. Иначе есть опасность, что он отберёт слишком много. Хргота же изначально обладает не лучшими человеческими качествами. Скажи, ты ведь знаешь о зёрнах искушения твоего мира? Это не обязательно зелёные камни, как твой. Осколки калейдоскопа имеют множество оттенков. Но эти камни, как правило, используют в магических амулетах, артефактах силы, власти и веры. Иногда за ними тянется кровавый след. Значит камень нашёл хргота или наоборот. Так тоже бывает. Слабый и трусливый, найдя его, может украсть, потом прийдёт хитрый и ловкий - обжулит, потом сильный и жадный - отберёт, потом злобный и беспринципный - убьёт. И камень окажется у хрготы.

Они винят Создателя, что он не дал им души, но они сами отдали её зерну. Поменяли на крылья власти. Чудовища не верят, что их душа заключена в камне. Пока он живёт в смертном теле, она при нём, так же, как и любого другого. Но после смерти тела, камень ловит её, а потомок убивший старое тело, жадно хватает амулет и более сильная и опытная в магии душа предка, пленяет его и берёт власть над новым вместилищем. Хрготе, ищущему тебя, столько лет, что представить сложно. И в амулете, что ты носишь сейчас заключены многие души его потомков. Ты не обращаешься к магии камня, тебе ничего не угрожает.

-А как же перенос в этот мир? Это же магия камня?

-Нет.. Магией пользовался его хозяин, чтоб попасть в тот мир, который ему был нужен. А, как только ты разделила их, камень просто притянуло к его корням. Он не любит быть далеко от места где родился. Тоскует.

-Ты говоришь о нём, как о живом.

-А он и есть такой. Почти. В этом и кроется ответ на твой вопрос. Убить хрготу трудно. Но, если ты убьёшь камень, в тот момент, когда маг будет связан с ним энергетически, то есть в момент обращения к магии, освободятся все души, заключённые в амулете. Вот тогда хрготе не спастись.

Глава 10.

Башни города показались вдали, как только лес поредел. У опушки химера привычно ушла в сторону от дороги и по большому крюку стала огибать поля и небольшие деревушки на подступах к городской стене. Мне понадобилось больше часа, чтоб она приблизилась настолько, чтоб мне пришлось задрать голову, чтоб увидеть лучников, несущих стражу. Иногда они склонялись между зубцов и сплёвывали вниз мар. Что-то вроде жевательного табака или бетеля. Вобщем какая-то слегка наркотическая дрянь, которую жевали в основном солдаты, подцепившие эту привычку в последней южной компании.

Армейская верхушка, не будь дураки, быстренько наладили поставки мара из завоёванных областей. Звонкие тсолы посыпались в карман. Пока король обделывал свои гешефты, народец, с кручеными мозгами тоже времени не терял. Появились новые товары. Война получилась быстрой и победоносной, и о не слишком ощутимых жертвах помнили только в семьях, потерявших кормильцев. Новые подданные не ощутили большой разницы в перемене власти. Всё решилось на поле боя, а города и деревни, в которых погромы и грабежи были строго запрещены, остались при своих.

Моя сума имела в себе ещё ощутимый запасец и денежки за проданую шкуру почти не ушли. Только на мосту заплатила подорожную и сейчас на воротах небось потребуют. Благоразумно отойдя в сторонку, я достала несколько мелких монет и сунула в карман. Проверяли кладь только на возах. Мешки не трясли. Поэтому я была спокойна, что мои дорогие трофеи не попадутся на глаза какому-то болтуну. А то и наводчику местной гопоты. Мелкие воспитанники представителей ОПГ города Ромота тёрлись у зоны досмотра. Где делали вид, что хотят заработать на мелкой помощи проезжающим, где шманали по карманам провинциалов, пока те чем-то щёлкали.

Расставшись с небольшой суммой пошлины, я поманила пальцем самого зашуганого. Сунув в грязную ладошку салку - монетку в четверть тсола, приказала провести к Охотничьему рогу. Дорогу я предварительно спросила и у стражника. Мы, жители больших городов, пословицу "доверяй, но проверяй" довели до логического совершенства.

-Расскажешь, последние городские новости, получишь ещё салку,- посулила я вертлявому шпанюку, чтоб ещё и обезопасить себя от того, что он просто шмыгнёт с полученной монеткой в один из узких проулков.

Видимо, не избалованный финансовым изобилием, щегол запел соловьём.

Я узнала, что с тех пор, как война закончилась, в городе и на трактах тихо. Стражники шуруют по трактирам в поисках подозрительных личностей, которые, как говорят, шпионят в пользу восточного соседа. Ему, видишь ли, косот кишки грызёт, по поводу захапанного "нашим" королём куска соседней территории.

Люблю филологию. Жаргонное выражение постаралась запомнить. Когда свои вылазят, конечно, можно списать на мои путешествия по городам и весям, но ничего так не сближает, как лексическое родство душ.

Между трёпом проскочила инфа, что скоро на восточную границу отправят дополнительные части рыцарей, чтоб своих земель не прошавкать.

-А заодно, и генофонд поправить,- хихикнула я про себя,- так я и поверю, что рыцари в пограничной деревушке не найдут себе достойного времяпровождения. Однако, мои товары должны быть в цене. Вот и оправдание потраченым на замухрышку денушкам. У недомерка, то что я у ворот дала отнимут, как два пальца об асфальт. А так малец чего-то сладенького себе прикупит. Вон спинка тощенькая, мощи да и только.

Лавочка бывшего представителя охотничьего братства выглядела не бедно, не глядя что стояла не на центральных улицах. Видно, что были свои постоянные клиенты, потому что лавочник не суетился угодливо, а вежливо, но с достоинством поклонился незнакомцу. Дверь за собой я прикрыла плотно, чтоб пацан не сунулся любопытным носом. Высокорасположеные зарешёченые оконца такой возможности не давали. Но и хозяину служили хорошую службу. Если старые друзья захаживают сбыть трофеи, то ценных вещей здесь могло быть немало.

Передав привет от Мерена, я выложила свою добычу. Хозяин виду не подал, но глаза загорелись.

-Хороший товар,- не стал лукавить он,- сколько просишь?

Я тоже не стала дурочкой прикидываться.

-Раньше попросила бы тысячу. Сейчас, поскольку у рыцарей работа намечается, на сотню больше. Но двадцатку скину, если пару дней товар светить не будешь, дашь мне без халявщиков на закорках по городу походить. Хар хочу прикупить. Одну ездовую, одну вьючную. Таких, чтоб выносливые были и в лесу не шарахались от любого запаха. Может есть у тебя честный торговец на примете, сведёшь, ещё свою выгоду поимеешь. Да, и наконечников для ядовитых стрел пару десятков нужно. Держишь такой товар?

Хозяин одобрительно кивал, пока я говорила.

-Серьёзный ты малый, как я погляжу. Даром, что мальчишка совсем. Откуда такой? Как звать?

-Рит,- я давно подумала, что если моё имя подсократить, то оно вполне прокатит,- а куда-откуда, вопросы скользкие, на них и зад отбить можно.

Охотник не обиделся на мою грубоватую присказку. Среди его дружков, видно, ещё и не таких бирюков найти можно.

-Ну, чтож, юный задира, цену ты просишь правильную, даже торговаться с тобой не стану. Товар и вправду редкий. Торговца лошадьми укажу даже без денег. Он мне и сам благодарен будет за покупателя. Наконечников продам. Тебе заряженых или к щиткам и яд взял?

-Взял,-не без гордости заявила я,- с Мереном только поделился. Но на два десятка хватит.

И я выложила на прилавок оставшуюся железу.

-Зарядишь? Мне не с руки, я ещё и места для ночёвки не нашёл. Или и с этим поможешь?

-Отчего не помочь? Что ищешь? Трактир, ракун, мар, девки?- он хитро щурился.

-Чистую постель, хорошую еду и спокойное место для толстого кошеля,- парировала я и он искренне расхохотался.

-Ну так оставайся у меня. За харами вместе сходим. Хозяйки в моём доме, правда, нет, но чистую постель гарантирую. Прачки в городе имеются. И место, чтоб поесть хорошо, найдём. Денег за постой просить не буду, а чтоб не чувствовал себя в долгу, обедом угостишь.

Он сгрёб моё добро. Отсчитал деньги. Прихватил железу и позвал меня за собой. За стойкой была маленькая дверца завешеная серой занавеской в подсобное помещение. Здесь лежал самый ходовой товар, стоял верстачок, для мелкой работы с оружием.

-Я услышу, если кто зайдёт,- предварил он мой вопрос.

Глава 11.

Собираясь в город в маленькой комнатушке дома Стана, я глянула на себя в слегка волнистую поверхность металлического цвета. Зеркало, немного исказило моё лицо, слегка осунувшееся и приобретшее устойчивый загар. Тело пока не выдавало никаких серьёзных помех. Даже утренняя тошнота сегодня меня уже не побеспокоила. Чувствовалась бодрость. Длинные переходы закалили. Я никогда слабачкой и не была. Всегда занималась спортом. Не только стрельбой, но и конкуром, на любительском уровне, конечно. Поэтому меня не пугала идея верховой езды. Вот ухаживать за харами я, как понимаете, совсем не умела. Да и верховых животных я ещё не видела, потому совершенно не знала, как поступать с упряжью, да и, вообще, что она из себя представляет. Хара, которая была запряжена в телегу, имела широченную спину, сидеть на ней должно быть не удобно.

Белая рубаха, пропавшего сына Ильны, пахла сухими травами. Я с удовольствием приложила её к лицу и втянула запах луга. Собираясь надеть её, зацепилась пальцами за верёвку медальона и решила не носить его в городе. Защита от магических животных мне тут ни к чему. А нарываться на неприятности, если вдруг случайно кто-то его увидит, совсем уж не стоило. Кроме того, то, что я о нём узнала, пугало меня и носить его мне скорее приходилось по необходимости, чем по желанию.

В дверь постучали. Я быстро сунула амулет в мешок и натянула рубаху.

-Сейчас,- крикнула я и поторопилась накинуть кожаную куртку. Такие же крепкие штаны сидящие на мне так, чтоб не особо подчёркивать формы, я долго выбирала среди вещей замковых пленников. На этих, по низу шёл хитрый узор из сплетёных, кожаных же, цветных ремешков. Куртка была попроще, зато с множеством карманов, как наружных, так и потайных с крепкой застёжкой, для кошеля.

Стан посоветовал взять немного денег. Если мы подберём нужных животных, нам приведут их к лавке перед дорогой. И расплатимся там же. А таскать большую сумму по базару, глупо. Взять денег на пожрать и на какую-то мелочёвку, если вдруг в глаз упадёт.

Я подумала и положила по пятдесят тсолов мелкими монетами в два внутренних кармана. Одни в кошеле, а другие завязала в платок узелком. Подумала и закинула за плечи арбалет. Стрелы правда взяла обычные. Не чаща. А всё же не голой себя чувствую. С ножом то я не боец. И вообще не боец. Обычная девушка. Нет. Не то чтоб совсем беззащитная. Я всё же брала несколько уроков самообороны. Как-то не хотелось чтоб тебя зажал какой-то урод в подъезде. А вот прямо в доме Ильи такой попался. Тогда все уроки из моей головы сразу вылетели. Но сейчас, мои ощущения себя, как личности, стали совсем другими. Очень легко давался переход в парнишку охотника. Особенно легко, в этом качестве, я чувствовала себя после расставания с к'яной.

Вредная мартышка чувствовала себя совершенно счастливой после первой ночи в новом доме и расставаться с ней было не так больно, как мне казалось поначалу. Может она и помогла этому своим особенным колдовством, но, кроме лёгкой печали, во мне остались лишь светлые воспоминания о ней. А вот подаренное умение меняло меня изнутри. Чувство принадлежности к лесу только росло.

Я зашнуровала куртку до груди, так, чтоб можно было добраться до внутренних карманов, с определёнными неудобствами, всё же какая-то защита от карманников. А ещё, я не упоминала, что взяла ещё пару чешуек с живота многоножки. Они на бронь не годились, были более тонкими и гибкими, круглыми и размером с ладонь. Однажды мне в метро порезали сумку и я вложила их во внутренние карманы, как дополнительное средство защиты. Ну вот. Везде перестраховалась?

Мальчишка вёл меня к лавке по окраине, а базар был ближе к центру. Мы со Станом решили сначала закончить дела, а уж после "обмыть" покупки, если таковые будут. На хозяйстве остался хмурый соседский парень с сильно покалеченой на охоте ногой. Нагр разорвал ему мышцу острым клыком. Сильное животное, что-то среднее между кабаном и саблезубым тигром, правда размером с небольшого терьера. Стан подобрал его на базаре, где он просил милостыню. Нога гнила и бедняга потерял бы её или умер от заражения, если бы бывший охотник не посочувствовал собрату. Он вылечил его собственными травяными настоями и теперь, парень, преданый ему всей душой, помогал и с торговлей и во всех прочих делах.

Базарные ряды, в которых я насмотрелась столько всякой всячины, что руки так и чесались на банальный шопинговый чёс. Меня останавливала только моя роль и очень пристрастный наблюдатель. Да ещё то, что здесь у меня не было дома, а всё своё до сих пор оттягивало плечи. Я надеялась прикупить вьючную хару, но и она не грузовой фургончик. Как любой женщине мне хотелось большего комфорта и думалось, у меня ещё будет время прошвырнуться по рыночным лоточкам в одиночестве.

Ряды выходили на большую площадь, где торговали домашними животными и птицей, фуражом. Продавали телеги и более изящные городские экипажи. Господи, чего тут только не было! Этот громадный торговый центр, действительно был целым районом, к которому примыкали улицы с постоянно действующими магазинчиками, гостинными дворами и тавернами. Обойти всё было просто нереально. Да и мой спутник шёл строго по делу, как настоящий мужчина, а мне оставалось довольствоваться тем, что я видела по дороге. Правда, не выходя из роли, я смогла прикупить кое-какие швейные принадлежности, для починки одежды и обуви и самую малость для личной гигиены. Мыло, с ярким травяным ароматом, рекламировала крепкая тётка, как средство от всякой байды типа вшей и клещей местного разлива, мне понравилось просто за запах, но Стан одобрительно покивал на такую покупку. Посоветовал и местечко, где было всё для обработки ран и даже всякие магические прибамбасы для обезболивания. Больше всего страшно было подхватить какую-то незнакомую болячку. Пока бог миловал и я, честно, задумалась об этом впервые, когда попала в этот аналог аптеки с магоуклоном. Разнообразие лекарств наталкивало на мысли определённого характера.

Друг Стана оказался тощим мужиком, с крепкими здоровущими ладонями и удивительно длинными чуткими пальцами. Соломенные волосы и вислые усы, которые он постоянно оттягивал горстью вдоль рта, а так же блеклоголубые глаза с опущеными уголками делали его похощим на печального деревенского дьячка. Казалось он сейчас заблеет что-то про "многоуважаемую Солоху", но голос у него оказался неожиданно сильным, даже звонким. Когда он подходил к своим животным, его вид преображался ещё больше. Движения переставали быть несколько суетливыми, а приобретали уверенность и силу.

Хару для себя я выбрала, включив свой дар. Постояла, полуприкрыв глаза, прошлась по "внутреннему откату" от каждой "коняшки" и сразу повернулась к пепельного цвета скотинке с такими весёлыми глазами, что, казалось, она сейчас заржёт над ею же рассказанным анекдотом. Рожки на голове у неё маленькие и задорные скорее напоминали декоративный атрибут, чем что-то реально угрожающее. Ездовые хары имели совершенно другую стать. Не такие широкие и приземистые, с лапами как у сенбернаров, позволяющими тихо передвигаться по лесной тропе. Перейя покрыта лесами почти по всей территории не занятой водой. Горная цепь, те самые знаменитые Ониксовые, была невысокой и тоже имела свой густой, низкий буш. Частично, она служила преградой на восточной границе с вышеупомянутым завистливым соседним монархом.

"Дьячок" оказался просто очарован моим выбором. Он без умолку трещал о достоинствах "самой лучшей, безупречной хары" и моего безошибочного выбора. Убедится в моих, якобы, великолепных знаниях, ему пришлось ещё раз, когда, тем же методом, была отобрана молочношоколадного оттенка вьючная, с крепким мускулистым крупом и челюстями с круглыми желваками, непрестанно жующими душистое сено, меланхолично и отрешенно, как поэт гусиное пёрышко. Простейшая в обслуживании упряжь без узды и шенкелей представляла из себя седло и толстый кожаный нагрудник, частично защищающий от нападения вирта или клыков того же награ, плюющегося отравлеными шипами смирра или, того хуже, толсторога во время гона. Всё это фиксировалось при помощи ремней. Как у парашютиста. Когда мою ездовую взнуздали, сразу вспомнилось из анекдота "лямки яйца не жмут?" и меня пробило на смешок. Правда, пришлось сразу принять приличествующе серьёзный вид, поскольку на меня недоумённо поглядели все присутствующие мужики. Ну не рассказывать же им про "Наташу". Хотя, неплохо бы, для простоты общения, попробовать адаптировать пару анекдотов.

Я смертельно устала от обилия впечатлений и нагуляла зверский апетит. О чём и поведала сопровождающему меня лавочнику, который как раз заканчивал переговоры о доставке и оплате. В трактир пригласили и продавца хар, но он только руками замахал. Самое торговое время, а помощники все бездари и воры. Такая была им озвучена неоригинальная позиция. Ну, а Стан потащил меня в обещаный кабачок, с, пальчики оближешь, каким вкусным жарким из тарбана.

Глава 12.

В кабачке "У тётушки Миц" никогда не жаловались на недостаток посетителей. Особенно по окончании торгов. А сейчас, в самом разгаре дня в прохладном сумраке полуподвальчика оказалась пара-тройка свободных столиков. Стан отправился поговорить с хозяйкой о заказе, а я пошла вглубь помещения, подальше от шума улицы и пыли, от проезжающих к рыночной площади и обратно, телег.

За одним из больших столов с, выскобленной до белизны, массивной, деревянной столешницей, расположилась шумная компания подвыпивших крикунов, которых я и опасалась встретить в трактирах. Ведь, задень меня кто из них и мне, хочешь-не хочешь, а придётся придерживаться линии поведения подходящей крутому парню - Чингачгуку большому змею - охотнику из диких лесов.

И, как накаркала, бухой детинушка, с перебором адреналина, таки не пропустил моего появления на авансцене. Я бросила быстрый взгляд в сторону Стана и заметила, что он наблюдает за моим поведением.

-Откуда же эта сопля с игрушечным арбалетом к нам пожаловала?- играя на публику, заголосил пьяный придурок, - давно к нам не захаживали знаменитые охотники.

Забияка заржал, очевидно поражённый собственным остроумием. Я молча прошла и уселась за свободный стол. У меня не было иллюзий по поводу того, что, отвечу я ему или нет, он всё равно до меня докопается. Облегчать ему жизнь я не собиралась. Арбалет я сняла и положила на лавку под руку. Но, стрелять в городе, этого никакая стража не пропустит, даже, если этот козёл мне всю рожу разукрасит в синий цвет. Драка одно, убийство другое. Вот уж не знаю, как поведёт себя Стан, но мне никак нельзя давать слабину.

-Вы поглядите, он считает ниже своего достоинства ответить мне,- не замолкал, нарывающийся на дебош здоровенный дебил.

Моя макушка едва достала бы до его плеча и он считал, что может себе позволить изгаляться, как ему вздумается.

-Твоя мама наверное была ямми, что ты таким мелким родился? Как же ты в лесу со зверем управляешься, недомерок?- во всю веселился непризнанный сатирик.

-А мне, чтоб справится с криллом по весне, кулаки без надобности,- отпарировала я,- достаточно всадить ему болт между глаз.

Компашка грохнула от хохота. Криллы, обычно спокойные, как кролики, здоровенные страшилы, которых у нас легко приняли бы за йети, весной нажирались от пуза цветущего мара и становились бешенными, что алкаши с белой горячкой.

Громила вскочил, а я молча подняла арбалет. Стан спокойной походкой направился в мою сторону, а парень разносчик бросился к задней двери.

-Да ты из своей пукалки и зайца не пристрелишь!- заорал долболоб, могу спорить...

Закончить он не успел. Меня осенила гениальная идея.

-Не можешь, не спорь,- отрезала я,- да и не на что тебе спорить, тсолы все, небось, уже у кабатчицы.

Поскольку Стан стоял рядом, мне было уже немного поспокойнее и я продолжала гнуть свою линию, заводя и так заведённого.

-Да у меня таких оборванцев, как ты, десятерых купить хватит,- детина выворотил из кармана приличную горсть тсолов и швырнул на стол,- на что спорить будешь, дикарь?

Я сунула руку за пазуху и спокойно освободила свой прилично похудевший кошель. Там оставалось ещё добрых двадцать тсолов. О заначке знать никому не было нужно. Да и небезосновательная надежда, вернуть в свой кошель потраченное утром, у меня была. Потому что надежда эта касалась дара.

-Ты можешь сам завязать мне глаза, а я найду себе добычу. Мои деньги против твоих. Или трусишь?

Спорщик взревел.

-Идёт!-вопил он,- будешь казначеем..

Он ткнул пальцем в неприметного серенького мужичка, сидевшего за соседним столом и не выказывавшего особенной реакции на нашу перебранку.

Тот, под внимательным взглядом Стана, индиферентно сгрёб и мой кошель и горсть рассыпанных тсолов со стола подогретой компашки и пошёл впереди всей заинтересованной публики на задний двор таверны.

Сморщив нос, глядя на несвежий шмат серой простыни, которая служила платком горлопану, я молча взяла головную повязку Стана и протянула казначею. Тот посмотрел внимательно, даже приложил к глазам, для протокола, и протянул моему визави.

Паразит от злости так стянул мне голову, что у меня зайчики засверкали в глазах, но я не стала возмущаться, чтоб потом не пошло разговоров о нечестной игре. Весь зрительный зал у меня за спиной затаил дыхание. Я обратилась в маголокатор. Около невысокого забора копалось пару десятков тарбанов с выводками. Я выбрала пожившую своё старушку и навела арбалет. Барабанная дробь...Болт ударил в пепельный бочок и пригвоздил, пенсионного возраста, птицу к забору.

Взревели зрители. Тут бы и туш, но во дворик ввалилась тройка стражников, ведомых шустрым разносчиком.

Арбалет вырвали у меня из рук и повязку с глаз сорвали, без особых церемоний. Хорошо хоть руки не заломили. Не ОМОН.

-Кто таков?- извечный вопрос представителя власти. Сейчас макумент потребует, а у меня только усы, лапы и хвост. И те поддельные.

-Рит.. Охотник..- буркнула я, ища взглядом Стана. Но того что-то видно не было. Вдруг, за спинами посетителей кабачка раздалась какая-то возня. Толпа расступилась. Стан прижимал к земле серенького казначея, который, под шумок, намылился к выходу со всем банком.

Стража удовлетворилась пойманным злодеем, после того как Стан, известный в городе человек, подтвердил мою сомнительную личность. Шумная компашка, хлопая по плечам то меня, то моего противника, пригласила нас продолжить веселье. После того, как я обчистила неудачливого спорщика, не поднести ему выпивку, из выигранных денег, было бы огроменное западло и нам, скорее всего вломили бы вместе со Станом. Правила кабака, по-моему, неизменны в любом месте, где наливают. Я от выпивки отказалась, мотивируя тем, что рука охотника дрожать не должна, от этого моя жизнь зависит.

Хлебая полюбившийся ягодный квас, мне наконец удалось насладиться знаменитым жарким из тарбана. Увидев мою добычу, полная краснорукая кабатчица, она же и основная кухарка, всплеснула руками.

-Надо же! Именно её я и хотела отправить в котёл, нестись перестала.

Глава 13.

Солнце заглядывало в окно маленькой уютной комнатушки. Подушка была мягкой, постель пахла свежестью и я спала пока утренние лучи не упали на моё лицо. На секунду мне показалось, что сейчас я открою глаза и увижу своего рыжего медведя, который валялся около моей кровати, когда я просыпалась, сколько я себя помню. Потом, застилая тёмно-синее покрывало с цветами, устраивала его, опирая меховую спинку о подушки. Но во дворе заорал соседский тарбан и глаза открывать расхотелось.

Когда постель всё же пришлось покинуть (меня ещё ожидало множество дел), Стан уже ушёл в лавку и, поплескавшись на заднем дворе, я отправилась на базар за всеми теми женскими мелочами, которые мне не удалось приобрести вчера.

Верхняя одежда обязана была быть мужской, но бельё меня раздражало. Целый день верхом. Я просто обязана купить что-то помягче и поудобней.

Толстая торговка у прилавка поняла мои страдания по своему. Молодой повеса просто не знает что выбрать балованной любовнице. Она наслаждалась выдумаными ей страданиями, а у меня на самом деле просто разбежались глаза. Бельё, сшитое вручную белошвейками, тоненькими аккуратными стежочками, было таким мягоньким блестяще-атласным. Панталончики чуть выше колен, спасли бы мои, вкровь растёртые грубыми кожаными штанами, ноги. А девичий мягкий корсет на шнуровке, позволил бы скрыть уже наливающуюся грудь. Помявшись ещё и доставив удовольствие, позабывшей о любовных играх, тётке, я выбрала всё самое-самое. И заплатила не скупясь. Деньги всё равно дармовые. Вчерашний выигрыш. За спиной кто-то восторжено и залихватски присвистнул.

Я быстро обернулась и увидела лукавые глаза молодого рыцаря. Широкий в плечах, сероглазый красавчик жутко смутил меня. Тот тоже воспринял это со своей точки зрения.

-Ого! Твоя красотка из богатеньких? И где же ты умудрился её подцепить?- вопрос выглядел двусмысленым по отношению к моей персоне.

-Не привык обсуждать своих женщин с незнакомцами,- грубовато ответила я, отчего рыцарь смутился ещё больше меня.

-Прости, не хотел обидеть ни тебя, ни твою даму. Нас отправляют на границу, вот, хотел тоже что-то своей девчёнке прикупить на прощанье.

-Болтун,- мне не очень нравились такие и я буркнула снова,- а что ты возвращаться не собираешься?

-Тьфу-тьфу,- поплевал незнакомец,- просто у нас несерьёзно, так, цветки первоцветки.

Я не сразу вникла в колорит. Потом припомнила, что в одном месте Татьяниных тетрадей встречала упоминание об этих цветах в связи с лечением ран. Эти цветы первыми зацветали весной, оттого и имели такое название. Они цвели семь дней и меняли цвет ежедневно от белого до тёмно-фиолетового. Вобщем аналог чего-то непостоянного. У нас сказали бы "просто шуры-муры".

Увидев, что я сказала упаковать покупку, не долго думая повторил мой заказ. Видимо, ему было скучно ходить по базару одному, тем более по женским рядам. Мне такой хвост нужен был едва ли.

-Ты надолго в городе?

-Завтра в дорогу,- ответила, только, чтоб отвязаться. Ещё потащит на какую-то пирушку.

-И мы завтра,- неожиданно обрадовался он.

-Ты куда?

Такая свобода в общении меня несколько шокировала. А как же военная тайна?

-Да, так понимаю, что нам по дороге. Я к Ониксовым горам. И вы, судя по всему, к восточной границе.

-Точно, а откуда ты знаешь?

-Ой, секрет! Об этом мне ещё вчера, прямо на въезде в город, прыщавый шалопай поведал. Да и ты не очень за языком следишь. Если бы и впрямь шпионы, которых стража ловит-поймать не может, здесь сидели, вам бы ещё на тракте засаду устроили. Вот тогда бы тебя твоя первоцветка точно не дождалась.

Рыцарь покраснел, как девчёнка.

-Так может ты с нашим отрядом? Можешь даже подзаработать, если дичь на еду продавать.

Подзаработать мне не слишком было нужно, но отряд рыцарей мог и мои плечи от грабителей прикрыть и, чем чёрт не шутит, хрготу в стороне придержать. Не попрёт же он дуром на отряд вооружённых до зубов солдат.

- А ваш командир не против попутчика будет?

-Я с ним поговорю,- парень так радовался, как-будто делал одолжение лучшему другу.

То ли от меня на километр женский гормон прёт, то ли, просто, такой он рубаха-парень? Я подумала, что если сделаю ему такое одолжение и зашлю к Стану за бронёй, он командиру такое расхвастает обязательно, а уж тот, о моих способностях охотника, сам выводы сделает. Тогда мне и ворья бояться нечего будет. С таким-то эскортом! У меня решения надолго с делом не расходятся ия потащила его в лавку. Всё равно мой шопинг накрылся.

В лавочке был посетитель. Давешний начальник стражи. Когда мы вошли, он как раз заканчивал рассказ о том, что вчерашний задержаный явно был шпионом восточного королевства и посиживал в таверне, слушая болтовню пьяного люда. Но олухи, что сопровождали его в тайную стражу, упустили хитрую тварь по дороге. Его обыскали, но не обратили внимания на детали одежды. В пуговице был спрятан магический артефакт, который ослепил разинь на узких улочках возле тюрьмы. В которых шпион благополучно затерялся. Стражник ещё похлопал меня по плечам, вспоминая мою вчерашнюю победу и пошёл по своим делам.

А я познакомила Стана с не в меру говорливым Харидом и рассказала о его предложении. Старый охотник согласился, что оно заманчиво, если и впрямь я собираюсь к Ониксовым горам. Всё это время парень на удивление молчаливо стоял в сторонке, может, переваривал услышанное? И что его поразило больше, моя стрельба или верность рассуждений о шпионах и длинном языке.

По крайней мере, когда чёрные щитки лягли на поверхность прилавка, он разморозился и включил свою обыкновенную восторженность.

При помощи инструментов, усиленных магией, Стан уже успел сделать в них отверстия для стандартных креплений к обычному металлическому доспеху. Использовали обыкновенно только один щиток, для нагрудника. Он был гораздо легче металла и уж точно крепче. Но и в разы дороже. Редко кто брал два, для полной кирасы. Восхищённый Харид оказался родственником королевского дома. Вот только принцев в моей истории ещё не было. Он, конечно принцем не был, но семья была достаточно богата, чтоб сын не сидел на дальней границе. Это было желание самого бравого вояки. Это была первая черта, которая пришлась мне безоговорочно по вкусу.

Щитки перекочевали к новому владельцу. Он заверил, что сегодня же слуга их дома принесёт деньги, но настоял, что расписку оставит, так как сумма не маленькая. Стан получил свой навар. Продал за полторы тысячи. И сказал на ушко, что уж теперь я ему точно ничего не должна.

Харид настоял, чтоб я пошла с ним познакомиться с Капитаном. Так он это произносил. С большой буквы. Тот оказался именно таким, каким я его представила. Широкоплечий спокойный ветеран, с такими же как у молодого рыцаря серыми глазами. Только слегка поблёкшими от времени.

-Уж не родственники ли?- ещё одного знакомца королевских кровей я не переживу. Но выяснять не спешила. Всё само собой выяснится, если наш совместный поход состоится.

Но это случилось гораздо раньше.

-Дядя!- бросился к Капитану рыцарь,- ты только глянь какой подарок я приобрёл для нас перед походом!

И чёрный лак щитков блеснул освобождённый от, скрывавшей их, ткани.

Даже старый ветеран восхищённо свистнул.

Я присела в стороночке на камешек и положив у руки арбалет, с которым решила никогда не расставаться, подставила лицо солнышку и прикрыла глаза.

Наконец нащупавшись вдоволь и осмотрев каждый сантиметр будущей брони, мужчины спохватились, что надолго оставили без внимания мою персону. Я вела себя, как подобает скромному "парню - охотнику из диких лесов".

Рыцарь схватил меня за руку и поволок к дядюшке. Пока он расписывал мои достоинства яркими красками, я заметила искорку, блеснувшую в стальном взгляде.

-Ба! Да у дядюшки опыта по части женщин похоже побольше, чем у племянника. Как бы он меня не вычислил..

Харид предложил продемонстрировать парням моё умение стрелять о котором он только слышал от начальника стражи. На что я заявила, что не уличный плясун, чтоб веселить толпу. Капитан одобрительно хмыкнул и стал обсуждать со мной время и место утренней встречи. Он то и дело окидывал меня испытующим или, даже, скорее, оценивающим взглядом и мне стало понятно, что ещё один человек должен узнать мою историю. Старика фиг обманешь, а недоверия по отношению к себе или, хуже того, каких-нибудь фривольных мыслей, я совсем не хотела.

-Мне нужно переговорить с вами наедине, Капитан,- тихо, чтоб не услышал его языкатый племянничек, заявила я.

Он ухмыльнулся в усы и отослал родственничка в оружейную, чтоб до завтра кирасы были в полном порядке. Повод был что надо, и юнош умчался без возражений. по мере того, как я рассказывала старый солдат становился всё серьёзнее. Я уж было подумала, что он шуганёт меня, чтоб не навлекать неприятностей на отряд. Но я плохо думала о рыцарях. Наверное, мало с ними встречалась.

-А я уж думал - очередная, влюблённая в моего племянника,- покачал головой он,- прости, дочка.

-Сынок,- быстро поправила я,- остальным совсем ни к чему знать, что с отрядом женщина. Не хочу неприятностей ни для себя, ни для вас. Меня не опекать, не сюсюкаться. Я рассказала и потому, что командир должен знать о своих людях всё и доверять им. Но и мне будет гораздо удобнее, если от вас прятаться не прийдётся.

На этот раз, мой рассказ был максимально полным. Я рассказала и про химеру, и про к'яну с её даром, и про Зерно.

-Я слышал об этих камнях от отца. Он говорил, они, как старость, проявляют всё, что накопилось в нас за жизнь.

-Капитан, не знаю, говорить ли о химере отряду. Мне не хотелось бы, чтоб её подстрелил не в меру ретивый вояка. да и помочь она может изрядно. Мой дар касается только животных и то, обычных не магических существ. Я как будто становлюсь ими на какое-то время. Поэтому и ощущения такие полные. К людям это отношения не имеет. А химера запросто выявит засаду. Я думаю, что если обьясню ей, то проблем не будет ни с людьми, ни с животными. Хотя, возможно, она и сама поймёт. Мне кажется, когда мы с ней встретились, она ещё не успела стать по-настоящему химерой. В ней так много человеческого..

От провожатых я отказалась. Смешно бы выглядело. Вот, дядька, старый провокатор! Это он специально предложил. Проверить, небось, хотел.

Но в переулках, уже полутёмных, моя барышня внутри, проснулась и пожалела об отказе. Даже в лесу не было так страшно. Там была химерка..

Неосознано я потянулась к дару и почувствовала, что животные кого-то боятся там в темноте. Едва в моих руках оказался арбалет, как в грудь что-то ударило так сильно, что я потеряла равновесие и покатилась по дороге. Но арбалет не выпустила. И даже курок не спустила. Притворилась мёртвой, как змея. Тихие, почти не слышные шаги.. Кто-то наклонился надо мной. Болт ударил его прямо в грудь.

Прийдя домой к Стану, я попросила его послать за стражей. Сбежавший шпион нашёлся.. И показала на распоротый карман. И глубокую царапину на чешуйке многоножки..

Глава 14.

Дороги Перейи не пылят. Моя хара, получила кличку, по простой аналогии, за цвет. Сначала мне пришло в голову назвать её Тучкой. А потом в голове закрутилось "..Я тучка, тучка, тучка.." и моя серенькая стала Винни. Тогда уж, страдающая непомерным аппетитом вьючная, стала сначала Пятачком, потом Хрюшей и наконец Рюшей.

Я ехала рядом с Капитаном и ржала, как подорваная. Меня знакомили со службой местного стройбата. Оказывается трава на Перейе имеет одну странную особенность. Когда её сильно топчут, стебельки начинают желтеть, рассыпаться, но зато на их месте прорастает очень густая, низенькая и плотная поросль, упругая, как резина. Исходя из этой особенности, в королевских войсках есть части, в которых служат самые тупые, ни к чему не приспособленные деревенские парни. Причём чем здоровее кабан, тем лучше. Кормят их на убой. А для прокладки дорог высылают строем, с полной выкладкой за плечами, вытаптывать тракты. Старшина, гораздо более сообразительный, следит за правильностью прокладки трассы по чертежам. Проведя несколько раз туда и обратно своё стадо, он оставляет остальное дело природе.

У меня сложилось впечатление, что здесь нет копытных именно по этой причине. Да и выпасов нет. Сено косят лёгонькие дети и подростки. Проходя только раз в одну сторону. Потом оно сохнет не менее двух недель. И только тогда его позволяют собирать.

Мягкие лапы хар бесшумно топали по резиновой травке. Поскольку узды не было, держаться приходилось за ручку на луке седла. Одной руки для этого хватало и во второй у меня всегда был взведённый арбалет. Знакомство рыцарей и химеры прошло удачнее, чем химеры и хар. Мерен был прав. Рыцари были готовы принять от охотника любую странность. А уж ручная химера, это прямо ложилось в их представление о парнях, шляющихся бог знает где, не ища дорог и селений.

И сейчас химерка, о поле которой я так и не составила представление и по прежнему считала девочкой, честно получила имя Рипли. Она шастала вокруг, с ответственным заданием - искать засады. Я же, время от времени обращаясь к дару, проверяла дорогу на присутствие всяческой животины. Как опасной, так и вкусной. На моём поясном креплении уже висело несколько жирных краснокрылых птиц. Завершив последний круг, показалась химера с перепачканой в кровище рожей и довольная, как слон. Кого-то зачавкала.

-Рипли!- позвала я,- но она с ответственным видом вдруг ринулась в придорожные кусты и намётом пошла по густой заросли оставляя только след, который можно было наблюдать по шевелящимся верхушкам. Капитан понял её рвение однозначно и жестом притормозил колонну. Послышался сдавленый крик, шагах в ста впереди. Я толкнула Винни пятками в бока. За мной двинулся Харид и ещё один рыцарь. Всех сразу по именам запомнить нереально, но этот был альбинос. Настоящий. Как белый кролик. Даже глаза красные.

В зарослях обнаружился, придавленый к земле железными лапками нашего стража, такой же серенький и неприметный сморчок, какого в тёмном переулке я оставила страже, как конфетку на палочке. Мой не жизненный, но читательский опыт сработал. Нас "пасли".

-Слышь, Рит, а твоя Рипли может пообедать дважды?- альбинос задумчиво крутил вокруг запястья лёгкий меч.

-Даже четырежды, но не порченой же жрачкой,- поддержать разговор в нужном ключе, мне не было сложно.

-Харид, проверь, много ли дерьма в этой заднице,- альбинос был в ударе. Его речь действовала на сморчка, как шапочка на электрическом стуле.

Он заёрзал, задёргался и обоссался. Второй раз. Потому что первый досталось нюхать химере.

-Не воин..,- гадливо сморщился Харид и посмотрел на подъезжающего дядю,- поговоришь или пристрелим уже?

Ссать шпиону было уже нечем. Потому полился рассказ. Мощной струёй. Мне было не слишком интересно. Можно предположить, не особо задумываясь, что в его сообщении. Нужны только детали. Когда? Где? Сколько? Потянувшись к дару, я обнаружила в полусотне метров, сжавшегося в кустах, как наш вонючий дружок, полузайца-полуагути. С толстыми ляжками, круглыми дрожащими ушами, трусливого и, говорят, очень вкусного пляха. Он передвигался прыжками, как жаба. Плях-плях-плях. Вот его и назвали.. Ну и имечко.. Но бьют не по паспорту. Я решила добавить его к краснокрылам.

-Химеру людьми не кормить, не порть мне животное,- шепнула я Хариду. Он надул щёки, сдерживая смех.

С арбалетом наперевес я тихонько приближалась к пляху. Ожог на груди заставил меня охнуть. Из кустов толстой квакухой выскочил плях и брякнулся в мох, который сизым пятном тянулся чуть ли не от мох ног до самой захоронки моей предполагаемой добычи. Мягкий коврик вспыхнул фосфорно-зелёным.. Магия!.. И свернулся в рулон с выпуклостью на месте придушеного зайца. Я попятилась. Про такую дрянь ни у Татьяны, ни у Илюхи в играх, упоминания не было. Амулет не мог прогнать то, что не двигается с места. Капканчик. Да, тут не обломится никаких бонусов. И вообще - "ноги-ноги, уносите мою задницу." Без добычи, но с бесценным опытом, я вернулась к отряду и предупредила всех о присутствии такой мерзости в округе. Чем чёрт не шутит, когда бог спит. А вдруг оно тут не одно. Рипли, на всякий пожарный, ЦУ получила тоже, но презрительно фыркнула. Наверное знала..

Поискав глазами шпиона, ни его, ни альбиноса я не обнаружила. Капитан проводил рекогносцировку. Значит я права. Нас ждёт засада.

Глава 15.

Самое удобное место для засады было там, где дорога проходила через овраг. Рассказ шпиона, как бы ни был он напуган, всё равно нельзя было полностью брать на веру. В данном месте, его сведенья совпадали с логикой. Но нападающие не могли знать точно в какое время мы будем проезжать овраг. Соглядатай слишком задержался. Он должен был уйти сразу, как только заметил отряд. Мы обнаружили дальше, в лесу, привязанную хару. Но химера почуяла его, а этого предполагать он не мог.

Обойти место засады не получалось. Дорогу провели не просто так. Справа от неё разрастались колючие кустарники, выкорчевать которые было дорого и сложно, потому, что росли они на сплошной корневой подушке, вроде грибницы и, даже, когда горел лес, прорастали снова из глубоко расположенных корней. С правой стороны оврага нападающие могли находиться только перед этой сплошной стеной.

Левый край, да и вся левая сторона дороги уже несколько мер проходила через плывуны, где, местами, почва внезапно становилась жидкой прямо под ногами, как во время землетрясений. Вполне возможно когда-то, очень давно, там колючку уничтожили. Сведений об этом не сохранилось. Корневая подушка могла держать почву.

Спасти человека, попавшего в плывун, невозможно. Он проваливается так быстро, что попутчики просто не успевают среагировать. А часто, в зависимости от состава путешествующих, начинается паника. И люди попадают в другие ловушки.

Сравнительно безопасен был самый край оврага шириной около пары сотен шагов. Но плывуны не дают расти лесу и всё на несколько мер просматривается как на ладони. С дна оврага, засады, залёгшей с арбалетами, видно не было бы, но не тех, кто захотел бы обойти её стороной.

Единственным способом не попасть под шквал болтов и подобраться к засаде незаметно, было дождаться темноты. Решили разделится на две группы, а пройти внизу и пошуметь, имитируя прохождение колонны, вызвались Харид и Капитан в своих новых доспехах.

Отряд состоял из тридцати рыцарей. А ещё я, командир, повар, фуражир (он же завхоз за всё, про всё) и Рипли. Мы с ней пойдём по левому краю. Камень и магическое чутьё химеры, давали надежду, что почувствуем опасность, если вдруг положение вещей изменилось и плавуны стали ближе.

Оставалась проблема - тот, кого они ждали с новостями, уже не вернётся.

-Отпустите его хару вперёд, будет видимость, что либо на него напало какое-то животное, либо животина отвязалась и он добирается пешком,- приказал Капитан.

Быстро темнело. Мы подошли к самому устью оврага. Прежде чем разделиться, я прислушалась к ощущениям. Меня просто передёрнуло от отвращения. Я схватила старого солдата за рукав.

-Под плывуном насекомые. Масса. Просто шевелящийся ковёр. Это они образуют ямы-ловушки. Голодные... Мерзкие...- меня трясло.

Капитан опустил руку мне на плечо.

-Скажи, ты их только чувствуешь или можешь направить?

-Не знаю. Я не смогу. Как представлю, что они жрут людей живьём. Б-р-р..

-Мы всё равно собираемся их убить,- вставил непонятно откуда появившийся красноглазый,- и они нас, между прочим.

Мне не понравилось, что он слушал нас разговор, Мало ли о чём мы могли беседовать с командиром. Его отличал не только внешний вид. Временами, он напоминал мне этих копошащихся, похожих на пальмовых личинок, насекомых. Бело-жёлтых, как топлёный жир. Альбинос.. Не жестокий, скорее бесчувственный. Потенциальный хргота.

-Всё равно не могу себя заставить,- набычилась я.

-Что за сантименты? Ты прямо как девка, охотник. Конечно, тебе же не лезть в бой,- альбинос нарывался, а Капитан почему-то промолчал. Мне стало обидно.

-А может мне на тебя их напустить?- обозлилась я,- кто сказал, что моё место за вашими спинами?

-Я сказал,- командир рыцарей прямо смотрел мне в глаза,- у тебя нет брони,- помолчал..

-Твои чувства совершенно понятны. Но всё же попробуй. Пусть хотя бы напугают. Отвлекут. Так, чтоб земля зашевелилась вблизи. Ты можешь спасти жизни многим из наших.

-Ладно,- буркнула я,- попробую. Только перейдите все на правую сторону, от греха подальше.

В сумерках они не видели моего лица и хорошо. Прошло несколько минут. Альбинос заёрзал, но Капитан шикнул на него. Потом на левой стороне оврага тонко и страшно закричала хара. Я вскрикнула тоже и разорвала контакт.

Очевидно, своих верховых чужаки привязали подальше от края оврага. Хоть и не слишком шумные животные эти хары, а в темноте, да в лесу, звуки далеко разносятся. Вот бедненьким и досталось первым.

Не зареветь в голос было очень трудно. Я отошла в сторону химеры. К ней не очень сунутся с утешениями и разглядываниями моего перекошенного лица.

Сосредоточившись на жуках, я упустила из виду других животных. Можно было только представить что там происходило. Скорее всего перепуганные "коняги" cорвались с привязи и бросились прочь от шевелящейся земли, особенно, когда первая провалилась и завизжала, как человек.

Засада быстро обнаружила "засаду". Часть людей попыталась спуститься по крутой стене вниз, часть кинулась в нашу сторону. Устье оврага было здесь совсем близко. И тут они нарвались на нас.

"Правый берег ", не понимая паники левого, ничего не видя в темноте, тоже ломанулся к нам, потому что, как я говорила, за ними была сплошная колючка. Мы, собственно, поменялись местами. Теперь наши рубили тех, кто хотел это сделать с нами. Всё было закончено очень быстро. Всё время боя я провела за стволом дерева, дёргаясь от каждого вопля или предсмертного хрипа. Химера скоро выловила двоих, чудом проскочивших нашу цепь. Следов пиршества на её морде не обнаружилось. Я была удивлена, но не опечалена.

До утра с места решили не двигаться. Но и спали немногие. И то улеглись только через пару часов, когда спало возбуждение боя и стало понятно, что врагов поблизости не осталось. Мне никого не хотелось видеть. Даже Капитана, который меня на такое подтолкнул. Я сделала вид, что мне всё по барабану и прижалась к бочку химеры, набросив на голову одеяло. В конце концов, я женщина и это был первый в жизни настоящий бой, где убивали тоже по настоящему. С ужасом представилось, что завтра ещё придётся увидеть его последствия. Вспоминалась и разбитая голова Илюхи. В общем, незаметно провалится в сон удалось только к рассвету.

Меня не будили. Видимо Капитан понимал моё состояние и, когда я встала, трупы уже унесли и, очевидно, похоронили. Парни завтракали. В ход пошли мои вчерашние птицы, которых я бросила у своего рюкзака, так и не отдав повару.

Жратва не лезла в горло. Я боялась, что на дороге, по которой мы сейчас пойдём, обнаружится ещё какой-то мертвец, например, жуками обглоданный, и меня вывернет.

Но всё оказалось иначе. Если там и были мертвецы, что реально, то их присыпало обвалившейся землёй. Край оврага, где сидели засадники, шагов на пятьдесят в длину осыпался и съехал вниз. На этой куче ещё шевелились, додыхая под солнцем, почерневшие подземные жуки-личинки.

Глава 16.

Кто-то скажет, откуда столько страданий и страхов. Сама наколола мужика в тёмном переулке, что коллекционную бабочку. Но тогда, во время неожиданного нападения, ощущения были совсем иными. Это была самозащита. Причем выстрелила я с перепугу. Да и темнота позволяла видеть только тень. А во время боя всё было гораздо предметнее и страшнее.

На Перейе, ониксой - светящимся камнем, пользуются и для факелов. Просто снимают колпачок из плотной ткани и переносной светильник готов для использования. Так вот, в свете факелов, я видела смерть во всех малоприятных подробностях. И слышала.

Харид, который с первого взгляда почувствовал ко мне симпатию, но из прямодушия не мог заподозрить моего невинного обмана, не всегда понимал, почему я держу между нами дистанцию, а не становлюсь его близким другом-приятелем. Очень милый парень, не терпящий конфликтов, он и со своими многочисленными возлюбленными умел расстаться так легко и приятно, что никто на него не злобился. Но он, иногда, и сам терялся в отношениях со мной, потому что хочешь-не хочешь, а какие-то женские клише в поступках и поведении всё равно остаются, как не переодевайся. Мне просто не хотелось осложнений. И я старалась держаться поближе к Капитану. Или шаталась вокруг отряда в поисках добычи со своей верной Рипли.

Конечно химера не бежала, как собачка у правой коленки. Ей тоже нужно было охотиться. Но лес меня не очень пугал, особенно с тех пор, как я его почувствовала в себе.

Сегодня мне удастся попробовать пляха. В прошлый раз, когда его закатало в моховой коврик, вытаскивать добычу из этой жуткой штуковины, было глупо. Но, видимо, в здешнем лесу их было много, и подстрелив одного, я слезла с Винни, чтоб подобрать толстоногого зайку. Поднявшись, повернулась и столкнулась нос к носу с проклятым вездесущим альбиносом.

-Добыча,- промурлыкал он, глядя на меня пустыми красными глазами.

Сказал так, чтоб я непременно задумалась, ко мне или к зайцу относится это утверждение. Уже несколько раз его следящий взгляд вызывал подспудную тревогу.

-Охотишься?- сказала я издевательским тоном, пытаясь скрыть подступивший страх, - не твоя специализация.

-А не сильно много ума для лесного ямми? Слово то какое - спе-ци-а-ли-за-ция... Моя, значит, не подходит. А чья? Дяди или племянника?

Не оборачиваясь и делая вид, что его прозрачные намёки ничего мне не говорят, я вспрыгнула на Винни.

-Что-то, для меня, лесного ямми, ты ведёшь слишком заумные речи.

За его спиной мелькнула тень.

-Не наступи Рипли на лапку, а то твоя охота закончится,- добавила я.

Альбинос дёрнулся и обернулся. Химера медленно проявилась. И зубасто улыбнулась. Кусты затрещали и на полянку выехал Харид. Мне показалось, что часть разговора он слышал. Парнишка простодушен, но не глуп. Какие-то мысли бродили на его лице.

-Капитан зовёт,- голос его был непривычно мрачен.

Старик обеспокоенно глянул на нашу, довольно хмурую, компанию, выезжавшую из леса на дорогу.

-Скоро река, за ней деревня. Мы остановимся там сегодня на привал. Что будем делать с Рипли?

-А что?- спокойно ответила я,- она подождёт в окрестностях, потом меня догонит. Я всегда так делаю. Она местных не тронет. Могу с ней в лесу переночевать, если беспокоишься.

-Я могу с ними остаться, дядя,- влез Харид.

-Ага,- буркнул командир,- а то он первый день в лесу.

-Если ты за неё спокоен,- обратился он уже ко мне,- заночуем все в деревне. Приведём себя в порядок, отмоемся от дорожной грязи.

Ещё одна проблема, которая может возникнуть, это проблема с мытьём. Эти двое, что торчали за моей спиной и так в сомнениях или... уже в уверенности?

Но я только кивнула и поехала к повару, отдать добытого пляха.

Река показалась уже через каких-то несколько минут, предваряемая луговиной серебристой травы.

-Интересно, она здесь вокруг всех рек растёт? И виртов тоже ждать стоит? Ну они даже если и есть, то на такую ораву не выскочат. Если только мара нажрутся. Но они его и не жрут вовсе. И не растёт он здесь.

Такими тупыми разговорами сама с собой, я пыталась загнать вглубь мысли о возникшем осложнении в виде двух половозрелых самцов, озабоченных моей гендерной принадлежностью.

Подъехав к Капитану, я думала, делиться проблемой или нет. Может она и станет вполовину меньше, но нагружать его не хотелось. Да и подумает, что навязалась на его голову девица, что сама мужика отшить не может, если уж он её вычислил. Конечно беспокоил меня альбинос, а не Харид.

-Да в чём дело, наконец?- злость на себя, тоже чувство продуктивное,- обнаглеет - пристрелю. Или сама дальше пойду. Леса, вон, хватит. А так не хотелось покидать эту железную броню за спиной. Но и на грудь класть я её не собиралась.

Луговина, в отличие от предыдущей, оказалась совсем уж небольшой и "тролли", которые у этого моста тоже присутствовали, с нас денег не взяли. Государственные люди. А я охотник при отряде. Так что и мошна моя не пострадала. Правда и я, договариваясь с Капитаном от денег отказалась тоже. Совестно было. Старику от меня больше проблем, чем пользы, может быть.

Деревенские девки, как водится стреляли глазами на проезжающих бравых ребят. Я на фоне их брони терялась и слава всем святым. Мне ещё здесь ухажорок не доставало. Тракт был наезженый, с приличным гостинным двором в деревне. Постояльцы были, но всего двое, если потесниться, то комнат хватит. Только мне в общей комнате спать не хотелось. Не лес, где накроешься одеялком и дрыхнешь, не раздеваясь. С Капитаном не устроишься. Странно будет выглядеть, если он комнату не с племянником, а с чужим парнем охотником разделить пожелает. Лучше бы уж мне в лесу с Рипли остаться.

Вышедший навстречу хозяин, всплеснул руками, услышав, что я охотник.

-Правда, что ли? Вот везение! Возле деревни вирт балует. Скот режет. Мальчонку с околицы прямо унёс. Всем селом облаву делали, уходит, тварь хитрая. Его видели у села, здоровущая зверюга. А уходит прямо по тракту, чтоб следов не оставлять. Потом в траву и в реку. А где выходит не нашли. Может поможете? Мы хорошо заплатим.

-Ну, вот и решение всех проблем. Вирт! Придётся соглашаться?-Я деловито покопалась в снаряжении, достала болты с ядом. Обычными вирта не остановишь. Просто не успеешь всадить в него их столько, чтоб такого сильного зверя уложить,- Где его выследили в последний раз?

-Да там за околицей в лесу останки нашли, потом кусок по тракту шёл, потом по лугу к реке вышли, выше моста где-то за меру. А дальше потеряли.

Я протянула мешок Капитану.

-Пусть вещи у вас останутся. Мне без них посвободней будет.

Командир было хотел что-то сказать, но осёкся, увидев заинтересованные лица рыцарей. Молодёжь была возбуждена предстоящей охотой и, видать, были те, кто собирался предложить мне свою компанию.

-Нет Харид,- помахала я отрицательно, глядя, что он направляется ко мне,- в лесу мне с Рипли спокойней, чем с кем либо из вас. И тише.

Парни и правда галдели между собой, что твои сороки. И почему это говорят, что женщины болтливы. По-моему, так равноценно.

За околицей так мирно насвистывала какая-то пичуга. Я топала дожёвывая сладкую жёлто-розовую чаву, что скомуниздила над чьим-то забором.

-Зайду чуток в лес и проверю, парнишку-то он почти с заднего двора унёс,- отбросив в сторону косточку, подумала я.

Вирт страшная зверюга, тем более людоед. Но его общества, почему-то, я опасалась меньше, чем беловолосого. Химеры не было видно. Не ожидала, небось, что мне так скоро придётся выйти из села.

Запустила свой поиск и ничего не обнаружила. Нет, какие-никакие жабки-пташки присутствовали, но ничего крупней ёжика в тумане. Это плохо. И для Рипли, ей пожрать тоже не помешает. Топать до реки, проходя весь тот путь, что только что проехала, было, ой, как лениво! Винни с Рюшей я оставила в таверне. Пусть отдохнут, отъедятся. Мне они только помешают. А если думать о приманке, то моя задница для виртова бифштекса сгодится не меньше, чем ягодицы хары.

Строились селяне на правом по течению реки, более высоком, берегу. Широкая, но не глубокая, она, скорее всего, разбухала во время дождей и тогда заливался только седой луг, а не деревенские огороды.

На этом же берегу стояла и "таможня". О дождях я судила по довольно высокому мосту, а ещё по длинному узкому острову, краешком уходившему под его арку. Остров был забит большими ветками и более мелким мусором, нанесённым рекой, очевидно, во время этих самых дождей.

Пройдясь своей чуйкой вдоль реки, я с удивлением обнаружила вирта под мостом, напротив дома сборщиков пошлин на другом берегу. Идти целую меру до тракта, чтоб перейти мост и спуститься под него или съехать по крутенькой песчаной ложбинке и перейти реку вброд? Тут совсем не глубоко, заодно и выкупаюсь от села подальше. Я сняла свою кожаную сбрую и длинную рубаху, атласное бельишко оставила на себе. На другом берегу выкручу, заодно и постирается. Это уж совсем по-мужски будет. И положив на голову узел, а сверху арбалет, вошла в воду. Водичка, тёплая и спокойная сподвигла меня искупаться. Я сбросила свой узел на берег, ещё раз проверив не выбрался ли вирт из-под моста, привлечённый моим нижним бельём.

Воды было по пояс. Бельё я простирнула, выкрутила и шлёпалась теперь в удовольствие нагишом. Пока не услышала ядовитый смешок. На другом берегу веселился красноглазый.

-Ну, как же избавиться от тебя, скотина!- я метнулась к берегу, поскольку он уже спокойно потянул через голову рубаху.

Ну, чтож, если он думает, что я насмешу его ёжика голым задом, то он глубоко ошибается. Арбалет, заряженый и взведённый, до него несколько шагов. Но обернулась я для того, чтоб увидеть небольшой стальной танк, который проехался по альбиносу, в одну секунду своротив ему шею и уже ломился ко мне. Вирт! Блин! А кто же под мостом? Огромными прыжками в облаке брызг на меня нёсся громадный самец, раза в два больше того, которого я пристрелила у деревни Мерена. Вода всё таки замедлила его и я чётко, как в тире, сделала прицельный выстрел, отойдя несколько шагов назад и подпустив его к самому берегу. Яд тысяченожки парализует почти мгновенно. Я была, в какой-то мере, даже благодарна седому зверюге-воину. Его убийство мне объяснять не надо, в отличие от убийства альбиноса, если бы его не остановила моя угроза. А, судя по всему, он бы в неё не поверил.

Сейчас его белёсые волосы полоскались в течении реки. А вирт, убивший его, в агонии в последний раз взрыл задними лапами землю. Из-под мощных кривых когтей вылетел ком травы и в ямке что-то блеснуло ярко-алым. Нагнувшись, я увидела кристалл, размером в мизинец. Стоило мне дотронуться до него, как грудь мою ожёг камень, которого я так и не сняла, зайдя в воду. А на руке, так же горячо, засветился золотом браслет под кожей.

-Неужели Зерно!? Моё собственное!?- какой-то восторженный прилив заставил задрожать руки. Но тут же я до крови прикусила губу,- и вправду камень искушения. Сейчас осталось только засипеть, как Горлум "моя пре-е-ле-с-с-ть!"

Я положила кристалл на песок и, одеваясь, с ненавистью глядела на него. Успокоившись, подумала, что надо просто отдать его монахам. И рассказать где нашла. Пусть делают с ним что хотят. Завязав в платочек собственное искушение, вернулась к своим баранам. Точнее к одному вирту и одному барану.

-Так кто же под мостом?- даром я воспользовалась поверхностно. Увидела, что вирт и ушла не вникая. Теперь же, внимательно прочувствовав животное, мне не осталось ничего другого как выругаться. Это была самка! Беременная. Вот для кого старался охотник.. Мне придётся убить её тоже. У зверей, попробовавших человечины, остаётся устойчивая страсть жрать эту лёгкую добычу, пока она не возьмётся за оружие. Чтоб оттянуть неприятный момент чистого тупого убийства, освежевала тушу. И тут заявилась Рипли.

-Ну ты прям, как стражи порядка, являешься, когда всё уже убиты и лежат в живописных позах.

Снятие шкуры "одеялком", было уже отработано.

-Ты,- показала я пальцем на вирта,- можешь пообедать, но туда,- кивок на другой берег,- ни-ни! Постереги, пока я наших не приведу.

Стражники у моста охали и ахали, когда их притащили к логову под самым их носом. Край острова закрывал нору и они ничего не видели, даже, когда спускались к реке за водой. А деревенские не могли и подумать, что вирт, уходя от них по реке выплывал прямо к мосту. Самку я не убивала. Просто не смогла. Пошла к страже, сказала им где она. Когда солдаты схватили хворост, чтоб заложить зев норы и поджечь, плюнула и ушла. Мне ещё нужно было сказать Капитану о белоголовом.

Глава 17.

Хргота не спал несколько дней. Условных дней, естественно. После очередного перехода он мог попасть то под полуденное солнце, то под чёрное небо полное звёзд. Если бы ему повезло, рисунок миров мог бы сложится удачно. Они тоже смешивались, составляя свою, только Создателю видимую картину, располагаясь по, только ему понятным, критериям, с, только ему ведомой, идеальной последовательностью.

Короткий сон был всё же необходим. Тело он поддерживал кровью жертв, мозг злостью и жаждой жизни. Но когда-то силам приходит конец. В этом мире, сколько охватывал взгляд, были видны только горы. Он улёгся на широком карнизе, под небольшим каменным выступом, едва прикрывавшим солнце. Надеялся, что тут нет никого достаточно большого, чтоб им пообедать. На склонах лепились существа, похожие на ракушки. В воздухе носилась меленькая мошка. Ракушки раскрывали створки и высовывали розовые языки. Когда на них налипало достаточно воздушного планктона, они громко хлопали. Поскольку их было множество, вокруг постоянно стоял треск. Хргота под него и заснул.

Его разбудила перемена в шуме. Чмоканье, как-будто от мишени отдирали стрелы с присосками.

По отвесной стене полз гнойного цвета огромный мешок. Как-будто капля, местами серо-белая, местами грязно-жёлтая, местами жёлто-зелёная, сползала по коричневой коже скалы, выдавленная из гигантского прыща. Из неё, хамелеоновым языком, выскакивал ком на тонкой привязи, шлёпался на ракушку и с чавком отрывал от склона. Язык втягивался назад и моллюск пропадал в, переливающейся сытым перламутром, туше.

Хргота скривился.

-И это работа Создателя,- с издёвкой сказал он.

Блямба, прилипшая к камню, словно бы прислушалась, вопрос, чем бы, стрельнула языком в сторону хрготы. Но он был слишком далеко. Хмыкнул и расправил затёкшие крылья. Если бы этот комок биомассы добрался до него, он мог бы исчезнуть в нём так же как следующая пищащая "устрица".

Только раз в своей жизни он ходил между мирами. И то из чистого любопытства. Никуда не торопясь и имея амулет при себе. Вот с ним, за многие-многие годы, он не расставался ни разу. Камень звал его. И будил ещё большее бешенство. Он ревновал его к телу, которого тот сейчас касался. Ему не хватало обжигающих поцелуев силы.

Хргота перешёл. Увидел ближайший путь и ринулся навстречу новому миру. Огромная волна накрыла его с головой. Испугался по-настоящему. Плавал крылатый плохо. Конечно, он тут же обратился к магии, но изрядно хлебнул воды. Его крылья не покрывали намокшие перья, но всё же они отяжелели и пришлось обсушиться, чтоб легче лететь и не мёрзнуть под порывами холодного ветра. Сколько до ближайшего клочка земли с которого можно совершить переход? Он поднялся повыше, чтоб брызги ледяной воды не хлестали по телу и с раздражением разорвал крылатое ящерообразное существо с кислой едва тёплой кровью. Куски плоти, жёсткой и костистой, помогли долететь до вулканического острова. Вершина извергла облако горячего пепла. Едва коснувшись обжигающих жаром камней, крылатый поспешно покинул негостеприимный остров.

Сколько женщин растили для него потомков. Сколько их бродило по замку долгими годами, пытаясь продолжать жить. Или поскорее умереть. Скольких, пометив своим семенем, он отпускал побегать по Перейе, чтоб высокомерные шармы прогнали их от своего порога. Некоторые даже возвращались. Он следил за ними, не давая зверью сожрать глупых самок. Почему-то их смерть очень ослабляла амулет.

Отбирая маленьких крылатых, едва они меняли молоко на кровь, он следил, чтоб их тела набирали силу и ловкость, ничуть не стараясь обучить детей ещё чему-нибудь. Ему не нужны были умелые маги, только их крепкие молодые тела.

Хргота не мог позволить, чтоб всё пошло прахом из-за какой-то девки. Сейчас он жрал внутренности похожей, пойманной им у небольшого поселения. Перед этим он долго и жестоко насиловал её. Не потому, что его организм требовал этого. Это была замена той, что не сдалась перепуганной покорной овцой, как это случалось почти всегда. Иногда они кричали или царапались, но их хилое сопротивление только распаляло. Как можно было так расслабиться? Этой девке он разорвал рот, чтоб она не орала. Короткими толчками вжимая её в землю, он хохотал, видя, как окровавленное лицо мотается из стороны в сторону на тонкой шейке.

Глава 18.

Возле таверны чесали отрядных хар, и они блеяли от удовольствия. Создавалось впечатление, что большая отара спустилась с гор, так как делали они это достаточно громко. В помещении с низким потолком, где подавали пищу и напитки, сидело несколько рыцарей, слегка навеселе. Командир позволял немного расслабиться, но не напиваться до зелёных чертей.

Суетливый хозяин сразу же засеменил ко мне навстречу. А, заметив свёрнутую шкуру за моими плечами, сразу же послал сыновей за старостой, живущим через дом и за Капитаном.

Те появились почти одновременно, так как старосте уже сообщил кто-то из ребятишек, видевших как я возвращалась по тракту в село, а старика, видать, оторвали от бытовых дел. Волосы его ещё были мокрыми, тогда как на мне уже и бельё успело просохнуть. За ним спустился, всё ещё необычно печальный, Харид.

Моя история была правдивой, за исключением того, что касалось только меня. Я даже честно призналась в своей ошибке и сказала, что, если бы белоголовый послушался и не отправился за мной, то, скорее всего, это я бы валялась у реки со свёрнутой шеей. Так что альбинос, для отряда, выглядел почти героем. Мне казалось, это будет правильным. Гибель своего, как бы к нему не относились в отряде, была гибелью своего. А я, держась возле Капитана, своим парнем стать не пыталась.

За телом отправились я, чтоб показать место, командир, Харид и двое ближайших приятелей погибшего. Пытались увязаться местные, но я не хотела их встречи с Рипли и попросила старосту, за счёт денег из моего вознаграждения, приготовить место на деревенском кладбище. Родни у покойного не было. Так что где лежать, большого вопроса не стояло.

Обстановка на месте подтверждала мой рассказ. Рипли снялась с места сразу, как мы вышли к реке. Альбиноса она не любила. Конечно, полу-снятая рубаха могла натолкнуть на мысли и старика и его племянника, если он окончательно утвердился во мнении, что я не та, за кого себя выдаю.

Возвращаться пришлось с приличествуем выражением на лице. К погосту сошлись все парни из отряда и даже кое-кто из деревенских. Ветреные девчонки, даже похороны использовали бы как повод поискать женихов. Но основная масса народа рыцарей дичилась. Пришёл староста, кабатчик, группка молодых юношей, кто восторженно, кто с завистью, глядящих на бравых городских , да к тому же военных.

В стороне стоял ещё не старый мужчина. Седина неровно легла по его вискам. Глаза с нездоровым блеском. Староста, проследив за моим взглядом, шепнул:

-Отец погибшего парнишки.. мать-то.. совсем плоха.. К шармам бы отвезти..

После похорон я догнала, уходящего понурившись, мужчину. Тронула за плечо.

-Возьмите,- я неловко протянула деньги. И те, что отдал мне староста, и за шкуру, что сразу выцыганил кабатчик,- для вашей жены. Вылечите её.

И ушла, едва дослушав торопливые слова благодарности. Всю дорогу крутились в голове резоны за и против. Оставаться в отряде или уйти, не дожидаясь пока моя женская природа не доведёт до неприятностей ещё кого. Например Харида. Ещё целую неделю можно было идти под защитой отряда, до развилки, где две дороги расходились: к заставе и к жилищам шармов в Ониксовых горах.

Женская слабость соблазняла переложить решение на мужские плечи. Я устала быть мужчиной. Это оказывается не так просто. Тем более будучи женщиной. Беременной. Как хорошо было бы сейчас положить голову на Илюшкино плечо и забыть обо всех неприятностях. Как он мог оставить меня одну! В этот момент не сложно оказалось понять детей, ставящих в вину матери,..смерть. Воспринимающих её, как предательство.

Ноги не шли в сторону гостинного двора, хотя всё ломило от усталости. Я была голодна. И пить хотелось тоже. И поспать. А тут, как яма на дороге, Харид. Блин горелый! Вот только с ним мне осталось повыяснять отношения.

-Рит!- он ступил ко мне слишком решительно для моего теперешнего состояния.

-Не сейчас,.. пожалуйста,- едва сдержалась я,- ноги не держат..

Капитан, благослови его Создатель, попросил для меня каморку в которой спала служанка. У неё, с таким наплывом народа, было работы на кухне на всю ночь. Милая девушка оставила мне еду и питьё прикрытое чистым до хруста полотенцем прямо у постели. Есть на свете бог..

Старик разбудил меня на рассвете. Постучал в дверь, когда подали голос первые птицы. Я была такой измученной, а постель такой свежей.., что мне не хотелось ощущать телом ничего, кроме простыни.

-Минутку,- крикнула я, торопливо одеваясь. Несколько движений щёткой по стриженой шевелюре и можно приглашать гостя.

Капитан, как школьник, стоял, прислонившись к стене и уперев в неё ступню.

Широко распахнув дверь, я пригласительно мотнула головой, показывая, что он может войти. Кроме расстеленной постели, присесть можно было только на стул с подносом, и мне пришлось поставить его на пол. Рыцарь сел и посмотрел на меня, не зная с чего начать разговор, хотя он, явно, обдумывал его, по крайней мере, часть ночи.

-Вы хотите, чтоб я покинула отряд?- попробовала я помочь.

-Что ты!- воскликнул он,- ты неправильно поняла моё сомнение. Просто.. не знаю.. могу ли я вмешиваться..

-Харид?..- мне осталось только вздохнуть.

-Да.,-Капитан тоже устало выдохнул,- он сказал, что слышал кое-что в лесу и пришёл к определённым выводам. Ему даже в голову не приходило, что я знаю гораздо больше, чем стало известно ему и мучается своей виной по отношению ко мне. А ещё.. мне кажется..

-Что он в меня влюбился,- мне оказалось легче закончить эту фразу, чем старому солдату.

-Ты знаешь его, как легкомысленного мальчишку, но сейчас, всё выглядит так, что он испытывает серьёзное чувство.

Вы не забываете, Капитан, что сейчас для меня немножко неподходящее время для новых отношений? У Харида есть долг.. у меня он есть тоже.. А я в долг жить не привыкла. Дайте парню хорошо поразмыслить. Можете рассказать ему то, что посчитаете нужным. И скажите, что к нему у меня доверия больше, чем к белоголовому и на его скромность и благородство положиться, считаю возможным. Пусть всё останется, как есть. Только на таком условии, я смогу себе позволить доехать до развилки под вашей защитой.

Конечно, я нагло лукавила, как для отношений в нашем мире. Но здесь, мужчина принял мои слова, как должные. Ей богу, хоть где-то воплощена женская мечта о рыцарях! Надо же, а я, оказывается, какая благоразумная дама!.. В каких только книжках набралась..

Глава 19.

Кавалькада всадников дополнилась ещё одним. Точнее, двумя, на одной харе. Семья погибшего парнишки присоединилась к нам. Женщина, физически, как будто, в норме, психологически выглядела совершенно неадекватной. Она находилась где-то в своём измерении. Может быть, там, где её сынок был жив и здоров. Мужчина вёз её впереди себя, нежно и аккуратно прижимая к груди. Рядом шла вьючная. Моя Рюша. Я добавила ей груза небольшого семейства, поскольку денег, что я дала, хватило только на одно животное. Припасов в доме молодой семьи хватало. Когда всё было в порядке, оба, с немалым старанием и любовью, работали на своей земле. Но нужны ещё немалые деньги, чтоб заплатить шармам за лечение. Как-то никто бесплатно работать не хочет. Даже шармы.

Предполагалось, что расставшись с рыцарями, заботиться о безопасности этих двоих придётся мне. Я не пребывала в эйфории, по поводу своих успехов на Перейе. Если честно, до сих пор, мне просто фантастически везло. А так, мне бы о себе позаботиться.

Но эта пара была так трогательна. Ну чем, скажите, Ромео и Джульетта хуже Тара и Зары?

Мне самой так не хватает мужского плеча. Тем не менее, зрелище страдающего Харида выбивало меня из колеи. Парень выглядел таким потерянным, как ребёнок на Новый год, который перерос Деда Мороза.

В первый день пути, мне пришлось серьёзно поговорить с Таром по поводу Рипли. Поблизости от этой деревни не было замков хргот, слишком близко селения шармов. До этого момента с химерами деревенские не встречались. И всё равно я боялась, что присутствие довольно крупного хищника может нанести ещё большую травму и так психологически нестабильной женщине.

Но даже осторожное появление Рипли, в радужном свечении, и мои нежные с ней отношения, не вывели Зару из ступора. Она по-прежнему витала в облаках. Перейя, со всеми её обитателями, больше была ей не интересна.

Я не посвящала Тара в свои обстоятельства, ему и своих бед достаточно, но поклялась себе, если, вдруг, амулет просигналит о появлении хрготы, я незамедлительно оставлю их и уйду как можно дальше. В деревне нас нагрузили продуктами и я на какое-то время оставила походы по лесам. Моего дара было достаточно, чтоб не допустить опасности от опасных животных, когда разбивали лагерь в лесу. Вирт, убивший альбиноса, научил меня быть более осторожной. Перейя не лагерь для скаутов. А моя тетрадочка и игровой опыт, не заменят опыта настоящего охотника и местного варианта энциклопедии Брема.

Харида я избегала, как могла. Раззнакомившись со своим будущим попутчиком, и предоставив услугам семейства Рюшу, у меня появилась возможность находиться рядом с ними, племянника же я предоставила на излечение жизненному опыту дядюшки.

Уже завтра мы должны были разъехаться и когда Капитан попросил меня поискать место для стоянки, Харид, улизнул от опеки старика и таки поймал меня на живописной лесной полянке.

Поняв, что разговора не избежать, я смирилась. Меня жутко насмешила Рипли, которая нагло оттёрла претендента на моё сердце на, показавшееся ей приличным, расстояние и, как ревнивый пёс, стала между нами, задрав свою квадратно-зубастую милую рожу. Она ловила каждое слово парня. Понимала о чём речь?

-Рит,- жалобно позвал Харид,- мне нужно поговорить с тобой.

-А нужно ли?- как можно мягче попыталась я остановить его,- Капитан разве не сказал тебе всего?

-Сказал..Но позволь мне надеяться..

-На что? Мне не известно, что будет со мной завтра. Как и тебе, собственно. Ты военный человек.

-Я мог бы защищать тебя.

-От хрготы?! Ты можешь противостоять магии? К'яна научила меня, как бороться с чудовищем. В общих чертах. Но чем больше я размышляю над этим способом, тем больше у меня вопросов. Возможно шармы смогут ответить на них.

-Но если тебе удастся, если ты будешь свободна?

-Я жду ребёнка. От человека, которого любила и всё ещё люблю. Ну, не знаю я, что будет дальше. Дай времени время.. Ты славный парень, Харид, но, пока,.. во мне нет к тебе любви.

Вдали показался головной всадник колонны. Мы с Рипли пошли проводить проверку местности. Она довольно улыбалась, тычась лобастой башкой в мою ладонь.

Хищников вокруг не наблюдалось. Медальон не сигналил о магии. Можно ставить лагерь. О чём мы тут же и объявили. И, как оказалось, ошиблись.

Ночью Харида укусила стеклянная блоха. От её укуса человек как будто застывает. Конечности становятся твёрдыми, холодными и хрупкими, как стекло. Тварь мелкая, но её магия подвластна только шармам.

Капитан почернел от горя. Он перепоручил отряд своему помощнику и самолично сооружал носилки, чтоб укрепить их между двумя харами, своей и племянника. Наша группа увеличилась ещё на двух человек. Расставались спешно. У Харида было совсем не много времени.

Глава 20.

Сегодня ровно месяц, как погиб Илья. И приблизительно три с половиной моему ребёнку. Наше путешествие превратилось в скачку. Хариду становилось всё хуже. Сегодня мы не смогли протиснуть сквозь его сжатые челюсти даже нескольких капель воды. Я винила во всём себя. Амулет не позволял мне чувствовать магических существ, просто отгонял их от меня. Но не от Харида или кого-то из других моих друзей. После несчастья с ним, я почувствовала себя проклятой. Стоило мужчине обратить на меня внимание так или иначе и его начинала искать смерть. Сначала Илья, потом похотливый альбинос, теперь вот, влюблённый рыцарь.

Капитан посмотрел на меня красными, от недосыпа, глазами. Я обмывала Хариду лицо прохладной водой и смачивала губы. Короткий привал, и скоро снова начнётся "бешенная скачка". Выражение, конечно образное, у хар очень ровная мягкая иноходь. Иначе я бы давно уже себе зад отбила. Моё спортивное прошлое всё же очень помогало. В седле мне было легко и просто.

А вот что меня ждёт у шарм? Или шармов? Надо будет узнать у Тара, как их правильно называть. Тар знал о колдуньях больше, чем кто-то другой из отряда. Одно время он работал в Ониксовых горах и был к ним ближе, чем кто-либо из нас. Точнее не к ним самим, а к их мужчинам. Они работали, как правило, не на самой добыче камня, а, по большей части, присматривали за основной массой рабочих. Но часть имела занятия более близкие к самим магиням. Внутрь их жилищ чужие не допускались. Те, из их семей, кто не имел магических способностей, работали на дом. На невысоких предгорьях обрабатывалась земля, на ней выращивали продукты для пищи и растения: для лечения приезжающих больных, а так же для составления лекарственных смесей и настоев для аптек, типа той, в которую мы заходили со Станом в городе. Не всё можно и нужно лечить чистой магией. В некоторых случаях, она являлась только одним из ингридиентов общего лечебного курса.

Тар рассказывал, что у ворот в Обитель шарм (всё таки шарм, а не шармов) стоят мужчины стражи. Внутри приёмного дома, который примыкает к ним, всегда находится кто-то из женщин-магинь низшего ранга. Они распределяют прибывших. Лечебные палаты находятся так же снаружи. Все постройки, имеющие отношение к гостям, тоже внутри большой площади, окруженной стеной. Сами же жилища и комнаты для занятий и проведения основных ритуалов в горе.

Магия шарм не зависит от амулетов и магических вещиц. Хотя они сами изготавливают такие на продажу. Или вкладывают в готовую вещь магическое заклинание и кусочек ониксы. Она служит не только для освещения домов, но и как аккумулятор магической энергии.

На Перейе ходят легенды, что шармы, похороненные в горе, со временем обращаются в ониксу. Чем выше колдунья, тем больше камня вырастает из её похороненного тела. Якобы, находили маленькие фигурки из светящегося камня, в форме младенцев шарм, которые умерли от того, что их не успели доставить к священной горе, до того, как погас знак на руке младенца. Камень, как будто образовался только на месте тела необученной будущей магини. Но это конечно всё слухи и домыслы. Так как узор-браслет исчезал на восьмой день после рождения, а шармы приезжали к горам семьёй, иногда, добираясь очень издалека. Конечно, в таких долгих и трудных переходах младенцы иногда погибали.

Шармы смертны, как остальные люди. Но они всю жизнь очень строго следят за своим телесным здоровьем и физической формой. Чем выше круг, пройденный магиней в её совершенствовании, тем больше она может помочь сама себе. Шармы Высшего круга живут очень долго, но всё же не бессмертны. Их способности стоят на работе над собой, обучении, концентрации и опыте.

Тар считал шарм недоступными, погружёнными только в свою магию и возвышение её Круга. Он говорил, что они не чувствуют полутонов в отношениях, все должно быть правильно до стерильности.

Когда-то он ушёл из Ониксовых гор потому, что одна из молодых шарм, что называется, положила на него глаз. У него были некоторые способности к магии и он бы мог стать монахом или подарить миру новую колдунью, образовав здесь семью. Но ему не было близко ни то, ни другое и, кроме того, в этих отношениях, если и было какое-то чувство, то оно было недостаточно тёплым для жаркого сердца парня.

Как он умеет любить, я наблюдала по его отношению к Заре. Когда кормил её на привале, укладывал спать напевая песенку, как ребёнку, умывал по утрам, или поднимал в седло, стараясь поудобнее и понадёжнее усадить.

Я, в очередной раз, смочила губы Харида и, вздохнув, прикрыла его голову от солнца.

-Какая жена могла бы быть у моего мальчика,- прошептал Капитан и в уголках его суровых глаз блеснула влага.

Ещё одна ночь и мы будем на месте. Я должна решить, что делать с Рипли. Мы привязались друг к другу и часто вели себя, как две сестрички. На привале я уходила в лес, чтоб наше веселье не выглядело свадьбой на похоронах. Мы тискались и возились, бегали друг за дружкой. Я, чтоб размять затёкшие от скачки ноги, Рипли, чтоб доставить удовольствие мне. Во время переходов она часто и надолго исчезала. Болезненный голод заставлял её искать пищу. Много пищи. Меня всегда удивляло как такое количество влезает в это небольшое тело.

Иногда она и нам притаскивала пляха или зомбарона, чёрного как смоль хомяка, которого ловко выкапывала из неглубокой норы. Тогда по вечерам я варила крепкий бульон, который, до сегодняшнего дня, удавалось понемножку вливать сквозь зубы Харида.

Медальон всё ещё молчал. Значит хргота до сих пор прорывался через миры. Я думала о том как можно уничтожить магическую вещь. Камень и сам по себе был очень твёрдым. Расколоть его, даже выстрелив в него болтом, непросто. А ведь он, наверняка ещё может защитить себя магией. Почему в мою голову сразу не пришла эта мысль? Ведь я могла поговорить об этом с к'яной. И почему она сама не сказала мне об этом? Ах, да! Только прямые ответы на прямые вопросы, во всём, что касается магии. Как же я могла забыть эту глупую клятву мартышек!

Придётся выяснять это у шарм. И Рипли! Больше всего на свете мне хотелось вернуть её. Наверное мы болтали бы без умолку. Мне казалось я и так понимаю всю любовь, с которой она обращалась ко мне. Бодалась головёшкой и тёрлась тёплым лысым бочком. Когда мы накрывались одним одеялом и прижимались друг к дружке по ночам, казалось, она сейчас начнёт шептать мне на ухо свои маленькие химерские секретики. Или анекдоты про трусливого пляха и охотника ямми.

Вечерело. Целый день химера показывалась урывками, заглядывала мне в глаза и снова убегала. Я не отъезжала далеко от безмолвного Харида. Сколько раз называли его болтуном. Теперь мне хотелось, чтоб он сказал хоть слово. Перед самым привалом Рипли приплелась, едва волоча ноги, измазанная по самую грудь липкой чёрной грязью. В зубах у неё была ветка, усыпанная крупными тёмно-фиолетовыми ягодами.

-Это мне?- вопрос заставил химеру задуматься. Потом она подошла к Хариду, встала на задние лапы и положила ветку прямо на его губы. Стало уже почти темно и ягоды оставляли на его лице слабо-сиреневый отсвет. Магия..

Всё было понятно без слов. Пока мужчины готовили костёр, а Зара бездумно смотрела не небо, я растёрла несколько ягод и смазала соком губы Харида. Они порозовели и стали как будто мягче. Я наклонилась чтоб посмотреть поближе и мне вдруг захотелось поцеловать его. Рипли стояла рядом и очень внимательно наблюдала за мной. Я поборола в себе желание. Что делает с женщиной мужчина, требующий заботы.. Нет, Харид достоин большего, чем просто жалость.

Глава 21.

У Ворот Обители стояла небольшая очередь. Привратник неспешно выслушивал просьбы пришедших. Когда наша группа пристроилась к концу и приготовилась ждать, из приёмного дома выбежал мужчина и показал пальцем на носилки Харида.

-Пойдёмте со мной,- властно сказал он.

Как обычно, очередь зароптала.

-У него нет времени ждать,- мужчина всё же нашёл нужным объяснить свои действия,- и потом, он родственник короля.

-Откуда он знает?- я вопросительно уставилась на Тара.

-Ты в Обители магинь, охотник, пусть тебя не удивляют такие простые вещи. Они могут гораздо больше..

Капитан в сопровождении провожатого ушёл за Харидом в Лечебные палаты. Он махнул нам рукой и ободряюще кивнул.

Около получаса потребовалось привратнику, чтоб разобраться с проблемами стоящих впереди. В очереди остались только Тар и Зара, а так же мы с Рипли. Страж гадливо морщился, поглядывая на химеру, но никак не высказывался. За многие годы чего только не видели живущие в Обители.

Тар сомневался хватит ли ему денег и говорил мне, что придётся, наверное, отрабатывать на полях. Такая практика тоже присутствовала. Больше всего, мне показалось, ему была неприятна мысль встретить "ту" девушку. Наконец пришёл человек и за ними. Тар тоже дружески махнул на прощанье.

Приёмный дом - просто большой зал, в центре которого ровно, как мачта, торчала высокая худущая шарма. Она бесстрастно выслушала меня, не произнеся ни единого слова. В конце, как китайский болванчик, боднула воздух.

-Ты можешь остаться в Обители. Мы в состоянии защитить тебя от хрготы. Но это надо убрать.

Она брезгливо подняла руку и с кончиков пальцев сорвался сиреневый сгусток. Рипли прыгнула в сторону, и сияющая клякса только слегка коснулась её, но этого казалось достаточно. Химера упала на бок и жалобно затрещала.

-Зачем!!- заорала я и бросилась вперёд, закрывая её всем телом,- мы тащились сюда через всю страну, в надежде что вы вернёте ей тело!

Я рыдала вголос. Глаза бедняжки Рипли стала застилать поволока.

-Ему,- сухо сказала шарма.

-Что ему?

-Вернёте ему тело,- педантично повторила шарма.

-Какая теперь разница, если она.. он.. умирает.. вы можете вернуть..

-Что?- шарма смотрела на мои слёзы непонимающе,- его тело давно умерло, магическую оболочку, созданную хрготой я разрушила, а украденная душа должна вернуться к Создателю, чтоб возродиться..

-Не сейчас,- меня душили злые беспомощные слёзы.

-Душа!- вспомнился игривый шёпот монашка..

И тут камень на моей груди взорвался огненной болью..

-Хргота пришёл в мир,- понимающе скривилась шарма, увидевшая как я с криком выдёргиваю камень из-под рубахи.

-Теперь он не послушает меня,- вспыхнула запоздалая жалость,- камень почуял своего хозяина.

Маленькая химера плакала. Её голая шкурка пошла зелёными разводами. Я шмыгала носом и размазывала слёзы по лицу. У меня заболело в груди так, что я схватилась за сердце. Под рукой оказалось что-то твёрдое. Стукнув себя по лбу, я сунула руку во внутренний карман, вытащила свёрток, зубами дёрнула узел. В руке блеснуло кроваво-алым. Приложив руку к умирающему телу, зашептала.. быстро.. решительно..

Ещё удар боли в сердце. Под кожей вспыхнул золотой браслет. Шарма отшатнулась. Небольшое тельце вспыхнуло и истаяло. Я взяла душу Рипли.

-Ты магиня?. Наша сестра.. Но это?.. Ты не можешь остаться здесь. Это нарушение всех правил!- впервые за всё время разговора заволновалась шарма.

Я молча поднялась и пошла к выходу. Обернувшись на пороге, спросила:

-Вы можете хотя бы сказать как мне уничтожить амулет хрготы?

-Камень может убить только камень,- снова уйдя в нирвану, изрекла колдунья.

Я сидела на берегу реки, прислонившись спиной к дереву. Совершенно одна. Амулет лежал на камне рядом со мной.

-Интересно, сколько пройдёт времени пока чудовище доберётся сюда?- Меня охватила дрёма. Во сне ко мне пришла Рипли. Нет..Пришёл..

-Рит..- мягко позвал он. Я не видела его лица, но знала кто это. Так всегда бывает во сне.

-У тебя есть камень, чтоб уничтожить хрготу.

-Но тогда ты тоже погибнешь. Разобьются оба камня.

-Ты этого не знаешь. Зёрна посеял Создатель. Моя жизнь в его власти. И всегда была. Я люблю тебя и должен тебя защитить. Не как зверь, как мужчина.

-Я точно проклята. Теперь ты уходишь. У меня больше никого нет!

-У тебя будет ребёнок.

Из-за спины протянулась рука. Крепкая, загорелая, мужская рука. Нежно коснулась плеча. В руке был хрупкий серый наконечник болта с пустой ёмкостью для яда внутри.

Проснувшись, я влезла в сумку, решительно взяла наконечник и сунула вовнутрь красный кристалл. Теперь мне нужен был хргота.

Крылатый чуял Зерно. Он истосковался по камню. Магией пользоваться без амулета можно. Но тяжело. Нужно или истязать себя упражнениями и концентрацией без конца, как шармы. Или так же без конца искать свежую кровь. Энергию камня можно было черпать легко и приятно. Это сначала сердце отзывается болью. А, после стольких лет, эта боль была как удушье во время секса.. Как наркотический приход..

Самка сидела у реки. Зерно лежало рядом с ней. Было так просто позвать его, и оно само прыгнуло в руку.

На воду упала тень крыла и раздался высокий издевательский смех. Я обернулась. Хргота, какой-то иссушенный и запылённый, прижимал к груди Зерно и безумно хохотал.

-Ты будешь визжать и плакать, девка. Я не убью тебя, только слегка попорчу рожу. И проткну до самой печёнки.

Он сделал непристойный жест, выпятив пах. Ему некуда было спешить. Хотелось довести курицу до испуганного квохтания. Но девка подняла арбалет. Хргота снова захохотал.

-Магия не пропустит болт, дура!

Я, молча и тщательно, навела арбалет на центр амулета. И нажала курок. Хргота слился с камнем. Болт визгнул в полёте и чудовище с удивлёнными глазами стало валиться назад.

Его крылья посыпались серой пылью. Она взметнулась облаком вокруг падающего тела и замерцала множеством теней. Хргота закричал так, что взметнулись птицы с соседних деревьев.

Когда пыль осела, я подошла к нему и взглянула в лицо. Глаза его были пусты как у слепого, но он был жив. На груди лежал медальон, Зерно в нём разлетелось в пыль. Болт валялся тут же. Наконечник сломался и изнутри торчал совершенно целый алый кристалл.

Я счастливо улыбнулась. Выковыряла его ногтем. Приложила к груди пустой оболочки хрготы и зашептала заклинание.

Сначала изменилось лицо. Оно как будто слегка помолодело. Потом появилась мысль во взгляде. А потом он встал. На меня смотрел Илюха. Весёлыми, лукавыми глазами Рипли. Я повертела камешек в руке и бросила его в реку.

Конец первой книги. Я назвала её "Зерно искушения". Есть планы на вторую. Хочу назвать её "Отпечаток золотого плетения". Если есть желание увидеть её, бросьте хотя бы смайлик.

Книга Вторая. Отпечаток золотого плетения.

Глава 1.

Повитуха взволнованно хмурилась. Когда её позвали в дом Мерена, она думала, что работа окажется лёгкая. Молодая жена сначала потерянного, а потом, неожиданно вернувшегося, в другом облике, сына, не создавала впечатления больной. Они приехали в деревню, оба в мужских охотничьих костюмах. Беременная женщина, верхом, с арбалетом за плечами.. ах-ах.. куда всё катится? Молодёжь.. Но роды оказались неожиданно тяжёлыми. Плод был крупным. Шёл ягодицами. Пришлось резать промежность. Хорошо у неё был амулет от шарм, кровь останавливал, боль снимал. Жена Мерена и девчонка Далия больше сопли пускали, чем помогали.

Мерен сидел в комнате, поглядывая на бледного от волнения сына. Он тоже волновался. Когда эта девочка впервые появилась в его доме, одинокая и растерянная, но не подающая вида, мог ли он думать, что именно она вернёт ему Кастона, потерянного сына. Правда называет она его странным именем - Рипли. Но ему это, похоже нравится. Да и любят они друг дружку. Это всегда видно. А рассказывать кому-то её историю и то, что дитя не от сына, Мерен своим строго настрого запретил.

В дверь постучали. Мерен поднялся и пошёл навстречу пришедшему. Как только он вошёл в дом, сын кинулся ему навстречу.

-Капитан! Вы всё таки приехали. Рит ждала вас. Роды очень тяжёлые.

-Заезжал в город. Нас сменили на границе. Но Харида после лечения отправили с сопровождением в столицу. Шармы очень уважительно относятся к королевскому роду. От стеклянной болезни его вылечили. Правда он до сих пор ещё слаб. Но мне кажется, что его ещё гложет другая болезнь. Да не ревнуй ты!- засмеялся он, глядя на перемену в лице Рипли.

В комнате было тихо.

-Лучше бы она кричала,- причитала жена Мерена.

Он шикнул и отвёл её в сторону.

-Помолчи, не видишь, парень и так с ума сходит.

Тут послышался вскрик повитухи. Из комнаты выскочила Далия.

-Можете войти,- позвала она.

Молодая мать лежала прикрытая простынёй и сама бледная, как простыня. На груди возился крупный мальчишка. Волосёнки ещё были мокрыми и на коже виднелись едва затёртые следы крови и творожистой светлой смазки, но на правой руке отчётливо виднелось золотое плетение шарм.

-Такого просто не может быть,- бормотала повитуха,- с "браслетом" рождаются только девочки.

-А ещё первый в королевском роду,- прошептал Капитан на ухо Рипли.

Когда акушерка ушла, получив своё вознаграждение, Капитан остался с Рипли и Мереном у постели Рит.

-Повитухи докладывают шармам о появлении детей с золотым плетением. Поскольку они знают о королевском родоначалии, а свободных престолов в наличии не наблюдается, боюсь, за вашим мальчиком может начаться настоящая охота. Приходи в себя побыстрее, Рит. Вполне возможно, вас ждёт дальняя дорога.

Глава 2.

Ямми - маленький лесной житель. Хороший охотник и знает лес, как путешественник трамма. Но траммы кочуют по лесу большими группами, останавливаясь только тогда, когда самки готовы произвести на свет детёнышей. Да и то ненадолго. А ямми может неделю быть в лесу в одиночку. А когда ты один, можно и в собственном доме попасть в беду, не говоря уже про лес.

Ямми Колка лучший охотник, но ему очень не повезло. Он шёл за траммами по следу уже два дня, проверяя, не делают ли того же вирты. Можно ведь попасть на зубок охотящейся, как и он, паре. Нагнал он их в распадке, когда широкая река замедлила ход стада. Вода поднялась после трёхдневных дождей в верховьях и траммы ждали, когда она спадёт. Охотник замер в кустах у подножия дерева виллы и ожидал, когда пасущаяся самка подойдёт на расстояние уверенного выстрела.

Едва слышный шорох, раздавшийся над головой, отвлёк чуткого охотника. В лесу надо быть настороже. И надо же! У него всё же был соперник. С дерева на него уже летел густ. Ямми успел перевернуться дважды, пытаясь откатиться с линии прыжка и плюнуть прямо в морду зверя отравленной стрелкой. Но яд копьеголового сида действует медленнее, чем яд многоножки (а его поди добудь, уж больно тварь здорова и быстра).

Густ разорвал мышцу на икре Колки. Траммы давно сбежали, под этот кавардак. А ямми всё никак не мог остановить кровь. Уж очень велика была рана. Он пытался не обращать внимание на боль и сосредоточиться на заклинании, которому шаманы учат охотников с самого детства, но силы быстро покидали его. И всё же он справился. Правда кровью воняло на тысячу шагов. Могут появиться и другие хищники. Рану надо зашить. И побыстрее убраться отсюда. А получится ли? Обезболивающее заклятие всегда ему плохо давалось. Шить придётся через боль, значит и сознание потерять может.. Беда.. Беда...

Кусты на другой стороне поляны, где раньше паслись траммы, раздвинулись. Колка замер. На поляну вышли трое. Точнее вышли-то двое. Мужчина и женщина. Третьим был младенец, привязанный куском ткани, у женщины на груди. Выглядели они не опасно. А помочь могут. И всё же прежде, чем крикнуть, Колка приготовил стрелку. Его окликнули. Женщина мирно помахала рукой. Ямми расслабился. Но нужно добить густа. Действие яда уже ослабело и мышцы хищника начинали подёргиваться.

Колка достал из ножен ритуальный нож. Длинный и узкий. С древними письменами на рукояти. Глубоко проткнул оба глаза. Чтоб дух зверя не охотился за ним в ночной стране. Маленький ямми не мог предугадать появление густа. Эти животные считались вымершими. Когда-то за ними шла повальная охота. Шкура зверя золотисто-коричневая с зеленоватым блеском, была покрыта пятнами светлого цвета, как будто солнечные зайчики бликами лежали на ней. Но это было ещё не всё. Аккуратное животное крючковатым языком вылизывалось до блеска и из волос в желудке образовывался камень, считающийся лучшим противоядием от большинства медленнодействующих желудочных ядов.

Камень и шкура потом. Сейчас главное зашить ногу. И обезопасить рану. Иначе за те дни пути, которые придётся пройти до дома рана может "загореться". И ногу шаман отрежет. Колка уже видел такое. Какой из него тогда охотник, без ноги?

Женщина почти подошла к ямми, а мужчина вернулся туда, откуда пришёл. Охотник было заволновался, но подумал, что, если муж доверил ему жену и ребёнка, значит дурных мыслей у него нет. И правда, он показался снова, ведя в поводу двух хар. Пепельно-серую и светло-коричневую. Со странными кожаными штуковинами на груди и спине. Ямми слышал от шамана, что в городах большие люди ездят на харах верхом и возят грузы. Но сам он видел только диких. Вку-у-сные!

Ткань на груди женщины зашевелилась и показалась маленькая розовая ручка младенца. На запястье виднелось золотое плетение шарм. Охотник наморщил лоб. Ониксовые горы в другой стороне. Заблудились они что ли? Ямми не общались с шармами. Шаманы не говорили об этом простым охотникам, но между ними не было мира. Войны не было тоже. Они просто не хотели знать друг о друге. Женщина сняла ткань и положила на землю, младенца подставила лучам тёплого солнышка голышом. Колка вытаращился на ребёнка. Это был мальчик!

Тем временем, мужчина уже привязал хар к дереву и подошёл к раненому.

-Рипли,- представился он и переведя взгляд на жену кивнул,- Рит.

-Колка,- вежливо ответил охотник.

-Я вижу тебе нужна помощь,- женщина уже доставала из сумки всё, что было нужно для обработки ран. Она на секунду зажмурилась, застыла.

-Траммы близко,- сказала она,- возьми, я сейчас.

Она передала мужу все принадлежности и взяла в руку небольшой арбалет.

-Закончишь, разведи костёр, и поглядывай на Мелли, если хищник подойдёт близко, он предупредит.

Ямми не понял о чём говорила эта странная Рит и переспросил, пока её муж раскладывал на чистую ткань кривую иглу, коробочку с нитями арахниды, обезболивающий камень шарм, ещё какие-то маленькие сосуды с плотно притёртыми крышечками.

-Рит когда-то получила от к'яны способность чувствовать животных вокруг, а Мелли,- он с любовью и гордостью посмотрел на сына,- каким-то образом перенял её у матери. Не спрашивай как, я не знаю.

Когда женщина вернулась, неся на плече маленького трамма, уже горел костёр. Ямми лежал перевязанный, зашитый и укутанный в одеяло и забавлялся с Мелли, пока Рипли обрабатывал густа. Мясо его в пищу не годилось. Слой земли с кровью ямми был снят и брошен в огонь. Тушу густа после отнесут и выкинут в реку. Пусть снесёт подальше, чтоб к ночи в лагерь не забрели хищники. Теперь придётся позаботиться ещё о трамме, но зато мяса хватит на пару дней дороги и двигаться они станут быстрее.

Колка уже решил, что непременно должен познакомить шамана с такими необыкновенными людьми. Он чувствовал, что за ними стоит интересная история.

Глава 3.

Можно ли быть счастливой не имея дома, таскаясь по лесам верхом, с грудным ребёнком на руках? Оказалось можно. Если рядом с тобой близкий, любимый человек, которого ты давно ждала.

Тело хрготы, утеряв крылья, приобрело другую душу. Уже впервые, после случившегося, заглянув в его глаза, я увидела новое лицо. А, если говорить о мужчине в этом теле..

Хргота, получал нужную ему женщину, беря её силой. И, казалось, его тело должно было напоминать мне об этом.

Илья, физиологически, сын хрготы, благодаря своей природе, должен был иметь такие мужские качества, чтобы нужная ему женщина не могла ему отказать. Он обладал особой привлекательностью и был изобретательным и нежным любовником. Но узнав откуда в нём эти качества, в воспоминаниях о близости между нами появился привкус холодной селекции.

А Рипли, прежде чем стать любимым мужчиной, стал для меня в этом мире самым близким существом. Без скидок на пол и внешность. Мы полюбили друг друга, но далеко не сразу, и не просто, сложились наши отношения, как пары.

Ещё будучи деревенским парнишкой Кастоном, мой нынешний муж не успел узнать женщины. Пребывание в теле химеры оставило тяжёлый след. Он не просто откликался на имя Рипли, он им стал. И память о вечном голоде жила в нём. Но сейчас не об этом. Как девственника, его невероятно смущала моя беременность. Как и моя, большая чем у него, продвинутость в вопросе физической близости. Но он мужчина, и его тело вело его вперёд быстрее, чем мешали сомнения и размышления.

Наша первая ночь, в лесу, под звёздным небом Перейи, осталась для меня самым трепетным воспоминанием в моей жизни. А, по мере того, как мы узнавали друг друга, становилось всё легче искать новые грани для нашей любви.

Несколько спокойных месяцев, под тёплым крылом семьи Рипли, счастливой возвращением сына, хоть и в новом обличье, с другим именем и вновь приобретённым жизненным опытом.

Рождение сына... Малыш вместе с золотым отпечатком шарм, получил предзнаменование, которое понесло нас по Перейе как перекатиполе.

Сильные мира сего очень мнительны по отношению к своему месту в социуме. Малейшая угроза ему, вызывает порой реакцию, которая другому покажется неадекватной. Он всего лишь дитя, мой сын, но по их мнению удобнее, если бы его не стало.

Капитан не задержался в нашем доме надолго. Он предполагал реакцию королевской семьи на такое известие. И, хотя никому не известно, какой именно стране даст родоначалие новой династии малыш, с золотым плетением на запястьи, короли не желают ни малейшей угрозы своему трону.

Старый ветеран, хоть и родня владетельному дому, никогда не жаждал власти, при дворе бывал редко и от нас угроз не ждал. Но, нравы дворцов ему были известны. Любой шепоток пускает волну, которая в состоянии смести королевство.

Мы не ждали от него большой помощи, но он мог дать нам небольшую фору. В том, что нас не оставят в покое, он был уверен. Малыша, если не убьют сразу, то попытаются использовать в политических играх не только королевские дома, но и шармы, а может и единоличники хрготы. Но это вряд ли. Если они не сговорились до сих пор..

А вот шармы.. Капитан рассказал историю, которая не афишируется в народе, да и в семье получила множество корректив. Говорила она о том, что положение шарм в стране возникло из влияния на родоначальника его собственной династии. И, получить на руки новый политический козырь, дамы, которые лучше всех разбираются в планах Создателя, не откажутся. Я уже имела возможность убедиться в их "духовной чистоте".

Только поэтому, как только я смогла стать на ноги, точнее, сесть на хару, мы отправились к к'яне.

Кто-то скажет, хргота мёртв, почему не вернуться в его замок? Да хоть проверить, как там бедная старушка..

А мы хотели. Боялись, правда, что не пройдём мимо химер.. Но по дороге, в монастыре, я снова встретилась с настоятелем. Он с интересом выслушал нашу историю и пояснил подробнее последствия разрушения амулета.

Как он сказал, всё, связанное с магией Зерна, разрушилось вместе с ним. Замок, стоящий на корнях камня, тела химер.. Так что пройдя по землям хрготы, мы найдём там только руины. А Татьяна наконец обрела покой.

Путь к плачущему дереву малышки к'яны, верхом, занял всего день. Торопились. Мы задали всего один вопрос: "Куда нам отправиться?" Как вы думаете, что поутру сказала вредная мартышка?

-А куда должна идти ямми? К своей родне.

Меня много раз дразнили ямми во время моего путешествия к шармам, но я даже представления не имела как они выглядят. Да и не многие были знакомы с лесными отшельниками. Кроме того, маленькая хитрунья сказала, что моему малышу будет полезно получить представление о настоящей магии. Что она имела в виду, вытащить из неё не удалось.

Я привезла ей, так полюбившиеся, плоды от сестрёнки Далии. Конечно тот, кто пробовал слёзы к'вейи, скажет, что с ними не сравнится вкус никаких фруктов. Но помните? ...Всё булочки, да булочки..Хочется когда-то и чёрного хлебушка..

Малышка была весьма довольна презенту. И подарила малышу на рожденье коробочку с золотым плетением, как на его ручке. Когда я хотела открыть её, малышка погрозила пальчиком и сказала, что Мелли откроет её сам,.. когда придёт время..

Глава 4.

Сухонький лысый шаман уже час вдалбливал юным ямми секреты владения собственным телом.

-Золотое плетение,- бурчал он,- такое же искушение, как Зерно. Если на руке некоторых девчонок оно задерживается чуть дольше, это не значит, что его нет на руках остальных. Просто блекнет оно у них ещё в чреве матери. И, если ты рождаешься с ним на руке, не нужно чувствовать себя выше своих сестёр и братьев. Магия разлита в воздухе Перейи. Научитесь её взять, и не понадобятся Ониксовые горы вокруг ваших ленивых и высокомерных задов,- добавил он уже тише и раздражённее, отвечая собственным мыслям.

Когда-то Веста, такого же как эти малыши ямми, учил его отец, тоже бывший шаманом племени долгие годы.

-Ну что ты надулась, как копьеголовый сид перед плевком,- нагнулся он над беленькой девочкой,- ты же не шарма, чтоб заталкивать в себя магию, как в кувшин с узким горлышком, через силу. Черпай её свободно, открой ей сердце, дай пройти через каждую жилочку. Ты девочка, и для тебя владение телом даже более важно, чем для мальчика. Но и вас прошу не расслабляться,- и он хлопнул над ухом, болтавших шёпотом, братьев близнецов. От магии в лесу может зависеть ваша жизнь. А для девочек и внутренняя свобода.

Шаман покачался с пятки на носок и продолжил мысль.

-Почему хргота не выбирает женщин на Перейе? Потому, что ему нужны девушки с самой высокой чувствительностью к магическим потокам, но совершенно не понимающих природу магии. Шармы имеют только чувствительность, не желая познать её природы, поэтому и вынуждены прятаться от чудовищ в Ониксовых горах. Каждая ямми, познавшая магию тела, сама решает от какого мужчины и когда она хочет зачать ребёнка, не зависимо от того попало ли семя в её чрево. Даже магия не всегда справляется с голой силой, человека можно застать врасплох, но, владея своими внутренними возможностями, вы сохраните даже свободу жить или умереть. А значит и собственную душу. Только Создатель знает в каком из отражений проснётся она в следующей жизни, но для этого, её надо, прежде всего, сохранить от искушений Зерна и Плетения.

На окраине селения послышался шум. Нарастая, он приближался к площадке перед его шатром, на которой он обычно проводил часы занятий с учениками. Под открытым небом, не зависимо от погоды. Ямми должен уметь находится в лесу и в дождь и в жару. Опять же, управляя собственным телом. Вест даже в мыслях продолжал рассуждать так же, как на уроке.

Жители лесной деревни сопровождали незнакомцев, везущих охотника Колку, на носилках, с перевязанной ногой. Колка - замечательный охотник, но что касается магии, один из самых нерадивых его учеников. Он до сих пор ещё жив, только потому, что лучше всех знает лес, куда частенько сбегал с его занятий. Чтож, вольному воля! Каждый вправе сам выбирать для себя путь. Никто не собирается чертить для его души дорожку к Создателю.

Вест поморщился.

-Большие люди.. От них всегда одни неприятности. Соплеменники, правда, пялятся на их хар, больше, чем на них самих. Кому придёт в голову лишить свободы животное, чтоб влезть ему на спину, когда тебе Создатель дал собственные ноги для ходьбы?

Это, а ещё глухая одежда, веселили, смешливых от природы, ямми. Главной красотой тела они считали его естественные достоинства. Выражением же индивидуальности служили татуировки. Наносили их с самого детства и только своей рукой, когда начинались первые занятия по управлению болью. Сначала точечки, чёрточки и завитушки, на которые хватало фантазии. Позже они обрастали узорами, не уступающими золотым плетениям шарм. Короткие, прочные, но мягкие штанишки, служили, сначала, скорее, для удобства во время охоты, а позже, с усложнением культуры отношений между полами, стали скрывать наиболее искусное творчество, сохраняющее интимность для будущего партнёра.

Вест не прогонял соплеменников во время рассказа Колки (сам он осмотрел его рану и остался доволен, правда, расстроенно поморщился, почуяв магию обезболивающего камня шарм).

-Мальчишка так, до сих пор, и не справляется, как следует, с болью!

Рассказ гостей о себе вызвал у шамана обеспокоенность. Когда-то, в очень давние времена, предубеждения о плетениях и прогнали племя в глубокие леса, а так же спровоцировали глубокий раскол между ямми и шармами. Но Создатель учил дорожить жизнью меньше, чем свободой. Да и научить ребёнка, с таким огромным искушением, правильной вере, значило уберечь Перейю от войн и от перемещения по Оси Совершенства.

Ось - ещё один из аспектов веры. Создатель не только сам прилагает руку к узору калейдоскопа, но и позволяет идущему по внутренней призме менять грани и добавлять новых оттенков в расположение Зёрен, приближая или удаляя их мир к, или от, цели бытия.

-Что ж, пусть остаются, если Создатель дал племени новое испытание, так тому и быть!

Глава 5.

Тантии не любила солнечный свет. Последние представители её племени жили в Зеркальной пещере несколько столетий. Разумная раса рептилий существовала на Перейе ещё до появления человеческих видов. Её народ в совершенстве постиг магию тела и считал себя, практически, всесильным.

Но разумные несут в себе благословение и проклятье Создателя. Жажду созидания. У них появилась мечта. Изменить своё тело так, чтобы оборачиваться в существ, приспособленных для любой среды обитания. Но, дав возможность клеткам тела произвольно меняться с помощью энергии магического поля, карги запустили процесс неконтролируемой мутации.

Сначала, кожа, которая должна была постоянно изменять параметры, истончилась и перестала выдерживать солнечный свет, потом, постепенно, органы стали путаться в приказах мозга. Потом и сам мозг перестал справляться с нагрузкой. Некоторые её соплеменники превратились в таких монстров, которые полностью утратили разум. Они уничтожали себе подобных, а, иногда, и самих себя.

Остатки каргов, сумевшие вовремя остановиться в опасных экспериментах, переселились сначала на другой континент Перейи, а потом, когда климат стал жёстче, в Зеркальную пещеру. Их становилось всё меньше. Но их тела сохранили самую первую мутацию, после которой они спешно прекратили игры в богов. И очень.. очень.. долгую жизнь.

Тантии могла оборачиваться водяным змеем. Её конечности становились плавниками, туловище удлинялось и истончалось. Но, кожа, всё так же не выносящая малейшего света, давала возможность, через подземные реки, выплывать под небо Перейи только по ночам. Там она встретила первых ямми. Веками они считали её посланником Создателя. Учились у неё магии тела. Она же вбила в них понятия о запретном. Сейчас шаманы ямми знали правду о каргах. Но, по просьбе Тантии, которая была единственной из племени, что общалась с иной расой, не говорили друг с другом о месте обитания людей-рептилий.

Сегодня был день, когда она встречалась с Вестом. Она любила слушать то немногое, что он знал о происходящем на Перейе.

Маленький шаман пришёл вовремя. Он никогда не опаздывал. Но сегодня Тантии ждал сюрприз. Давно каргу не баловали таким количеством нового. Вест привёл к ней людей, которые могли сделать её существование намного интересней и разнообразней, чем за последние пару веков. Да и жизни, и свободе этих людей угрожала реальная опасность. И с ними был ребёнок.

Карги уже давно не производили потомства. Последний потомок у рептилий родился четыреста лет назад. У него не было сверстников, он с трудом общался с сородичами. Собственно, они всегда были единоличниками, почти как хрготы; каждый выбрал свой объект для первичной оборотной мутации, что теперь разобщало их ещё больше.

Зеркальная пещера обладала уникальной особенностью. Она создавала помехи для магии. В том плане, что живые существа, находящиеся внутри не были доступны для поиска магами. И все действия проводимые внутри, не давали возмущений в магических полях. Хотя пещера не была полностью замкнута. Она имела выход наружу, кроме того, связь с разветвлённой системой подземных коридоров, как сухих, так и заполненных водой. Это давало колоссальные возможности живущим там оборотням, но и для этих людей могло стать спасением.

-Я могу помочь вам,- голос Тантии был необычным, очень высоким, с серебристыми нотками,- шармы станут искать вас при помощи магии, королевские семьи обычными путями. Через расспросы всех, с кем вы встречались, через шпионов и наёмников. Они смогут предположить, что вы попросите убежища у ямми. Но о нас, живущие на Перейё, давно забыли. Скорее всего, нашу расу считают полностью вымершей. Шаманы ямми встречаются только со мной и только здесь. Хотя им известно, что некоторые мои соплеменники ещё живы. О месте, где мы живём не знает никто. Вест предполагал, что я могу вам пригодится, ямми привыкли считать меня, если не всезнающей, то, по крайней мере, знающей много.

Рит оглянулась на семью. Речь её не была подготовлена, хотя она много думала, что скажет необыкновенной собеседнице. Их судьба была сейчас в её руках. Старый шаман привёл ей те же резоны, когда думал, могут ли они остаться с его племенем. Тогда он вспомнил о каргах.

-Мы не хотим задавать лишних вопросов, Вест рассказал нам так много о том, что вы сделали для ямми, мы готовы последовать за вами и примем ваши мудрые советы и помощь. Хотелось бы быть чем-то полезным и для вас. Отблагодарить..- трудно было найти слова, даже для женщины, воспитанной на цивилизованной дипломатии.

-Отблагодарить?- женщина-змея казалась удивлённой, и удивлённой приятно. Она почувствовала себя живой. Впервые за долгое пустое время. Их жизнь давно потеряла смысл. Теперь в ней кто-то нуждался. Даже пытался выразить чувства..

Теперь Тантии более внимательно посмотрела на партнёра, говорившей с ней женщины. В нём был какой-то надлом. Но глаза его с таким теплом и заботой смотрели на жену и дитя. Неужели когда-то карга тоже знала любовь? Она забыла об этом..

-Отсюда вы не сможете попасть в то место, куда я хочу отвести вас. Мы встретимся следующей ночью у Одинокой горы. Вест расскажет вам как туда добраться.

Так странно было видеть змеиное тело с лицом схожим с человеческим, прежде всего, мыслью, отражающейся в огромных зелёных глазах с перламутровым отливом.

Глава 6.

Сборы были недолгими. Самая большая наша проблема - хары. Наличие их в деревне ямми, для любого случайного глаза, может выдать нас. Лесной охотник, приведший их на продажу к поселениям больших людей, тоже станет бельмом на глазу. Зарезать же их на еду, у меня рука не поднималась.

В конце концов раненый Колка предложил свести их к диким харам. Он знал место, где кочует небольшой табун, по длинному пути ходя по кругу, чтоб не вытоптать и не сделать жёсткой траву. Поскольку он ещё не был способен проделать такой путь, заняться этим пообещал его младший брат, благодарный за помощь родственнику.

К Одинокой горе повёл нас сам шаман. Чтоб не выдать тайны жилища каргов. Тантии он пообещал не говорить о близости надземного прохода от их жилья до этого места даже своему преемнику. А остальным в деревне должны были сказать, что мы отправились дальше, шаман и охотник проводили нас немного. Почему бы и нет? Мы были внимательны к их соплеменнику.

Леса к северу от столицы, густые, нехоженные. Принадлежали они ямми и одиночкам охотникам, бродящим где угодно, во всех уголках страны и нередко получающими плату за нужные сведенья, а не только за добытые шкуры или любые другие нужные штуковины. В том числе и магического свойства.

У одинокой горы, на длинном каменистом языке, ведущем к подножию, мы распрощались с нашими "лошадками". Обняли их на прощанье, а мы с Мелли и изнутри, войдя в их тела и внутренне приласкав. Брат Колки, светло-русый ямми с весёлым и немного застенчивым взглядом забрался на Винни. Сидел он на ней смешно, как собака на заборе, тем более, что сёдла мы решили забрать в пещеру, чтоб парнишке легче потом было запутать след. Вероятность того, что он сохранится надолго и кто-то сможет его найти мизерна, времени прошло совсем немного и мы надеялись затеряться ещё до того, как наш розыск приобретёт массовую планомерную природу.

Теперь угрозой станет только магия шарм. Но с этим, мы надеялись, поможет Тантии. Она появилась, когда совсем стемнело. И мы, и Вест видели её в обращённом теле. Сейчас к нам вышла женщина удивительной наружности. Тонкая кожа рептилоида имела светло серый оттенок и была почти прозрачна. Тонкая сетка белых линий ,похожая на растянутую чешую не скрывала мелких кровеносных сосудов. На коже змеи это было не так заметно, может быть потому, что она меняла цвет и была антрацитово-чёрной.

Мы не доставали наши ониксы и только свет луны отражался в её глазах. Лицо почти не изменилось, только стало менее вытянутым, что ещё больше очеловечивало его. Более сглаженная форма носа, практически просто широкий выступ на лице и резко очерченная, но очень правильная линия губ. Тантии была очень высокой, около двух с половиной метров. Длинные конечности, пальцы и туловище, совершенной формы. Правда для, привычного к человеческому телу, глаза, отсутствие груди, несколько мешало. Но рептилоиды не выкармливали детей молоком, только растворённой в собственном секрете пищей. У неё не было волос, но очень красивая, слегка вытянутая назад черепная коробка.

Вест смотрел на Тантии во все глаза, он никогда не видел её настоящей. Только встреча продолжалась совсем не долго.. Старый шаман махнул нам вслед. Долгих разговором нам вести было не о чем. Мы не успели сблизиться с ямми. Пройдя по извилистому пути среди обломков камней и кустов крока, усыпаных ещё зелёной ягодой, мы подошли к узкой расщелине в горе. Карга остановилась.

-Я вижу в темноте, но вы нуждаетесь в свете. Вам стоит открыть свои ониксы.

На Перейе светящийся камешек есть у каждого малыша. А так же в каждом доме. Оникса никогда не теряет света, энергию она берёт от магического поля этого мира. Шармы продают камни очень дёшево, иначе из-за Ониксовых гор уже разразилась бы война. Если в дом заходит гость, даже случайный, ему предложат кружку ягодного кваса и спросят, не потерял ли он свою ониксу. Вот такой местный колорит.

Но, первый сиреневый луч поверг нас в ужас. В сторону расщелины двигалась тонкая поблёскивающая вереница стеклянных блох. Они не двигались, как обычно, мелкими прыжками, а ползли вяло, но целенаправленно. История С Харами, когда его укусила стеклянная блоха, до сих пор давала о себе знать.

-Не бойтесь,- Тантии осторожно переступила блестящий ручеёк насекомых,- здесь и сейчас они не опасны.

Мы прошли за ней в пещеру. Ещё несколько десятков метров она продолжалась, как довольно узкий проход, но постепенно понижаясь всё больше расширялась. Шли мы довольно долго и опустились глубоко под землю. Чем дальше, тем легче было идти. Очевидно карги, поселившись в пещере, оставили вход в естественном состоянии, чтоб не привлекать к нему особого внимания. Но на каком-то расстоянии от входа, они провели улучшения, так, чтоб это выглядело работой природы, а не делом рук человека.

Всё время, пока мы шли, светящаяся дорожка сопровождала нас. Мы инстинктивно старались держаться от неё подальше. Скорее всего она послужила бы предостережением любому желающему проникнуть в жилище каргов. На Перейе боялись стеклянных блох.

-Они приходят сюда размножаться. Сейчас вы всё увидите. Не хочу портить вам удовольствия.

Наконец впереди появился отблеск.

-Нам свет не нужен, но мы оставили освещение в Зеркальной пещере. Уж очень это красиво...

Стены раздвинулись и мы ахнули. Огромная уходящая вдаль и в высоту она действительно казалась зеркальной. Только блеск был не гладкий, а искристый. Стены, как будто покрытые инеем. А под ним, неизвестно какой толщины, сиреневато-синий слой, состоящий из мириадов панцирей стеклянных блох. Сотни тысяч или миллионы лет они приползали сюда, чтоб произвести потомство. Откуда нам знать, когда на Перейе появились стеклянные блохи..

-Смотрите,- Тантии прикоснулась к факелу и наклонила его поближе к стене,- они выпускают капельку клея прикрепляются к камню и внутри созревает яйцо. Температура тут постоянная, так же как и влажность. Когда приходит время, панцирь раскалывается на спинке и яйцо смывает вода.

Действительно по стенкам всё время текла вода, поэтому пыль не ложилась на сверкающую поверхность.

-Яйца уносят подземные реки. Они застревают в донных отложениях. Личинки вылупляются в воде и живут там до полного созревания. Выходят на землю и круговорот жизни начинается сначала. Полюбовались? Тогда я отведу вас в место, где могут жить не только блохи,- и она неожиданно тихо рассмеялась высоким серебристым смехом.

Глава 7.

Харид шёл по базару. Он решил пройтись пешком и подумать. Сегодня ему и дяде назначена королевская аудиенция. Если бы Капитан не рассказал ему о причине, Харид сломал бы голову, думая зачем вдруг он понадобился королю. До сих пор, особой жажды общаться с дальней роднёй у него не возникало.

Базар вызвал воспоминания о Рит. Впервые на его пути встретилась женщина, которая так надолго приковала к себе его внимание. Он не знал, почему его так тянуло к ней. С первой встречи, когда она ещё была в одежде парнишки-охотника, он почувствовал симпатию и не понимая, что так привлекло его в этом мальчишке, попытался не отпустить, удержать этого незнакомца возле себя.

Может быть лучше было бы, если бы она тогда не согласилась ехать с ними или осталась для него навсегда в образе юного охотника?

Сейчас все бывшие подружки, которые не узнавали в нём теперешнем, весёлого, милого и лёгкого любовника, жалели его, списывая такое состояние на укус стеклянной блохи. Только Капитан знал в чём дело. Дядя пережил подобное чувство и с тех пор так и не нашёл ему замены. Неужели и ему не найти женщины подобной Рит? Хотя дядя был более счастлив. Его любимая всё же была его женой. Пусть и короткое время. Её унесла болезнь, шармы сказали, что привезли больную слишком поздно, а она ждала ребёнка. Может поэтому Капитан так трепетно отнёсся к девушке? В отличие от Харида, его она удостоила доверия с первой встречи. Он ревновал к этому доверию. Хотя мог ли он увидеть соперника там, где он оказался на самом деле. Она полюбила химеру... Что можно было почувствовать за внешностью зверя. Хотя, что, собственно, он тоже полюбил её не зная настоящего лица. Впрочем, сравнивать трудно. По крайней мере, ему.

А сейчас Рит грозит опасность. Хотя рядом с ней мужчина, который теперь обязан её защитить, он рад, что тоже может хотя бы попробовать сделать что-то для любимой. Впрочем, в политике и дворцовых интригах он не слишком силён, наверное, лучше предоставить основную речь дяде. Но попытаться убедить короля в том, что Рит не питает никаких поползновений на то, чтоб погреться у королевского трона. Иначе, наверное, у него было бы больше шансов. Хотя зачем ему такие чувства, которые строятся на жажде к власти и богатству?

За раздумьями он дошёл до ворот замка и кивнул стражнику-рыцарю, который хорошо знал его и не стал даже останавливать. Харид прошёл через сад. Он отлично знал дворец. Когда были живы его мать и отец, они бывали там частенько на всех балах и приёмах. Потом отец погиб на войне, а мама ненадолго пережила его. Наверное, он, Харид, давал ей меньше счастья, чем отец. Может поэтому он так несерьёзно относился к женщинам? То ли не видел в них такой любви, то ли не мог простить матери то, что она его покинула. Впрочем дядя дал ему всю любовь, которая не досталась собственному не рождённому ребёнку.

Залы дворца были пусты. Только занятая своими делами прислуга изредка мелькала незаметными тенями, стараясь не привлечь внимания. Аудиенция была назначена не в тронном зале, а в королевских покоях, что должно было сделать её более приватной, расположить е родственному доверию и близости.

-Ха!- подумал Харид,- а у меня тоже присутствует политическое мышление. Может я недостаточно серьёзен и к своей наследственности? Не хватало только дать понять это королю. Уж мне-то возбудить его ревность к трону совершенно ни к чему.

Дядя уже ждал его в приёмном зале. Король одевался.

-Жестокая штука любовь,- вздохнул рыцарь и машинально улыбнулся миловидной служаночке - свеженькой и румяной, как спелая алокала.

Капитан пришёл во дворец намного раньше. До сих пор он смог потеребить нескольких своих знакомых из самых разных кругов, позадавать им наводящие вопросы. Но мимоходом и осторожно. Он понимал, что королю станет известно о его путешествии с Рит. Но насколько подробно? Он не знал, можно ли скрыть то, что он знал о её переодевании с самого начала. Не знал как король воспримет эту историю, если рассказать о ней правдиво. Но склонялся к тому, что ложь всегда выплывет и его скрытность навредит и ему и самой девушке. Он решил говорить всё, но указывая на свои резоны и пытаясь убедить короля в том, что ему самому казалось правильным.

Царственный родственник казался довольно тщедушным на фоне двух рыцарей. Но держался с высокомерием, присущим людям, с детства воспитанным в духе собственной исключительности.

За спиной расположился советник, не столько льстивый, сколько дипломатичный. Король не был ни глуп, ни жесток. Его волновала только политическая целесообразность.

-Я хотел бы получить правдивые сведенья, от людей своего круга и своего дома,- вступил он в беседу, резковатым, но, вполне, поставленным голосом,- о женщине, которая путешествовала с отрядом моих рыцарей и её ребёнке. По моим сведеньям, это мальчик, рождённый с плетением шарм, и вам должно быть хорошо известно, что это значит.

Делая ударение на словах "моих рыцарей", король внимательно и строго посмотрел в глаза Капитана.

-Девушку привёл мой племянник, представив, как молодого охотника- без трепета, ответив прямым взглядом на этот намёк, начал рассказ командир рыцарей. То, что он передал мне, со слов начальника городской стражи, показалось достойным интереса. Способности охотника были подтверждены при многих свидетелях. А щитки многоножки, которые мой племянник приобрёл как его охотничий трофей, подтверждали слухи. Я готов был взять человека для поставки дичи рыцарям, тем более, что вместо платы новому члену отряда было достаточно защиты рыцарей от дорожных происшествий.

-А как случилось, что вы не узнали в ней девушку? Неужели она так мужеподобна?- король явно провоцировал Харида,- ему, наверняка, была известно о его влюблённости. И тот, конечно, поддался.

-Нет, государь, она красавица,- выпалил он.

Король, довольный его простодушием, улыбнулся.

-Она была одета как молоденький юноша, но я заподозрил в ней девушку и подумал было, что это очередная девица, влюблённая в племянника и готовая ехать за ним на край света, чтоб соблазнить богатого повесу. То, что племянник мог знать, что это девушка и обмануть меня, я ни секунды не думал. Он гулёна, но к воинскому долгу относится серьёзно. Я решил поговорить с начальником стражи и купцом и выяснить всё, прежде чем согласиться или отказать. Поскольку в разговоре ещё и шпион упоминался.

-Шпион?- король обернулся к советнику,- я не слышал о том, что его поймали или допросили.

-Государь, мне доложили, что он погиб,- советник развёл руками.

-Не просто погиб,- Капитан сделал паузу,- он ещё и напал на эту девушку, которую посчитал причиной своего провала. И она, защищаясь, застрелила его из арбалета. Но не это убедило меня взять её в отряд. Девушка оказалась достаточно ответственной и сказала, что командир должен знать правду о людях, которых берёт под свою ответственность. Она рассказала мне о своей беде и сказала, что не хочет, что бы женщина посеяла раздор среди мужчин отряда и она предпочла бы остаться мальчиком. Это сильная женщина, она спасала своего ребёнка от хрготы и я, как мужчина и рыцарь счёл возможным помочь ей.

-Подвергая опасности отряд?- едко уточнил советник, которому не понравилось, что он не знал подробностей гибели шпиона.

-Советник,- оборвал Капитан,- тридцать с хвостиком королевских рыцарей в состоянии защититься от одного хрготы и защитить беременную женщину. Кроме того, её способности спасли отряд от засады. Лучше бы подумали, как группа наёмников пересёк границу и охотился на нас в наших землях.

-Почему мне не доложили об этом происшествии, Капитан?- король, очевидно, хотел прекратить пикировку.

-Они были убиты и это уже не имело значения. А последующие события отвлекли меня и я, честно говоря, не подумал, что следует доложить об этом. Рядовой бой.

-А что ещё вы можете сказать о ней? Скажите вы, Харид..

-Она убила хрготу, спасла своего ребёнка и не заслуживает того, чтоб его у неё отняли.

-Кроме того, она отказалась от Зерна искушения,- добавил Капитан. Просто выбросила его в воду,.. как мусор.. Я думаю, плетение тоже не собьёт её с пути.

Глава 8.

-Странная история с этим шпионом.. -заговорил советник, как только за рыцарями закрылись двери,- А не могла ли она..

-Не говори глупостей,- раздражённо прервал король,- ты что за дурачка меня держишь? Она не из нашего мира и просто не успела приобрести политических пристрастий и связей. Тем проще было бы склонить её на нашу сторону. Мне кажется, что их побег связан с предубеждениями Капитана, по поводу дворцовых интриг.

-Я не думаю..

Король снова не дал советнику закончить мысль.

-Да уж, в последнее время ты не думаешь..- король встал и посмотрел в окно. Дядя и племянник как раз покидали дворец,- Ронаан никогда не озвучивал своих подозрений, но я думаю, он не считает смерть своей жены естественной. Если бы она родила мальчика, ветвь его рода могла бы сменить правление. Мой отец тогда наделал много глупостей.. Я не удивлюсь, если его подозрения имеют основание.

-Вы приняли какое-то решение, государь?

-Нужно искать их, но без травли и агрессии. Я хотел бы убедить старого рыцаря, что я не хргота и не испытываю удовольствия от убийства младенцев. Нам нужно держать руку на пульсе, а не устраивать истерики. Но главное, не подпустить к ребёнку шарм. Я бы не хотел дарить магиням ещё один козырь. Нельзя давать им слишком много власти. Хотя, пока, они поддерживают меня, но всегда надо иметь страховку. Это всё таки моя страна.

Высшая жрица повысила голос.

Это был настолько необычный поступок, что сестра из Нижнего круга, которая принимала беременную просительницу с химерой, чуть не потеряла сознание от ужаса. Если бы она только знала тогда, чем обернётся её необдуманный поступок! Она проявила недальновидность и поддалась чувству гадливости. Мерзкая химера оказалась так дорога сердцу сестры-шармы, которую она, глупая и безответственная, отвратила от Обители. Сейчас уникальный ребёнок с золотым плетением мог бы быть с ними. Так сказала ей Высшая и она была с ней полностью согласна. Она отдаст все свои силы для ритуала поиска, пусть даже умрёт и превратится в ониксу. Хотя, это, всё таки, кажется, легенда..

Ритуал состоялся на следующее утро. Конечно никто не требовал умирать у слишком экзальтированной жрицы. Наоборот всех призвали к концентрации и самоконтролю. Для пущего эффекта даже объединили усилия Круга. Искали того, кто подвергся магии шарм, того, кто был химерой. Так проще всего отыскать человека, если на нём след собственной волшбы. Поэтому во главе круга поставили Низшую, допустившую роковую ошибку.

Но магия молчала. Ответа колдуньи так и не получили. Может быть обращённый мёртв? Или его изменило второе Зерно, когда приняло на хранение его душу? Шармы не знали магии Зёрен. Высшая приняла решение встретится с настоятелем монастыря. Уж там-то о ней знают досконально.

Настоятель монастыря молился. Каждое утро молился. И каждый вечер. И ввёл новую молитву для всех послушников. За девушку, которая, быть может, открыла Перейю взгляду Создателя, когда бросила в реку Зерно.

В святых книгах сказано: Когда откажутся люди от Зёрен, прорастут они добром в совершенном мире. И соберёт Создатель урожай и создаст новый Калейдоскоп. И родится новый созидающий, идущий к своему совершенству.

К'яну разбудила магия. Шармы, три магини низшего круга в сопровождении вооружённых мужчин потребовали древнего договора подчинения. Они задали вопрос на который ей не хотелось отвечать, но она обязана была задать его к'вейе и точно передать ответ.

Шармы терпеливо ждали до утра. Малышка проснулась и с ехидной улыбкой передала слова дерева.

-Существо, неизвестное плачущему дереву, увело их в место недоступное магии.

Маленький оракул хихикал в своём дупле, пока рассерженные шармы не покинули поляну.

Глава 9.

Коридоры, коридоры. Казалось бы можно устать без конца по ним мотаться. Но тут ни об усталости, ни о скуке, даже подумать некогда. Представьте себе, что могут создать разумные существа, которым некуда приложить больше руки и талант на протяжении тысячелетий. Чудесной красоты статуи. Барельефы с историческими сценами из жизни древней расы. Самые прекрасные и самые трагические моменты..

Тантии была из последнего поколения каргов. Как мы упоминали последнему рождённому было более четырёхсот. Ей же исполнилось шестьсот восемнадцать. Из всего народа на данный момент оставалось пятьдесят четыре представителя рептилоидов. Печальный закат.

Рипли несколько потерялся на фоне этого эпического великолепия. Он разглядывал статуи изменённых и в нём просыпалась память об утраченных возможностях. Казалось бы, кто станет скучать за телом химеры? Но Рипли помнил о силе и магических возможностях тела зверя. Временами ему не хватало уверенности. Сильный характер и дар к'яны, уменьшали его роль защитника, мужчины. Рит, временами, совершенно не нуждалась в его покровительстве. Только ночами, прижимаясь к нему разгорячённым телом и мягкими, ещё чуть дрожащими губами, возвращала ласки, ему, отдавшему ей всю страсть и жар желания и давала ему почувствовать свою необходимость.

Он остановился у статуи изображавшей рептилоида, в момент обращения в мощного хищника, очень похожего на убитого Колкой густа. Погладил ладонью, уж слишком реалистично, вывернутые суставы и вздохнул.

Тантии внимательно посмотрела на него, пока Рит восторженно перебегала от одного шедевра к другому.

-Да,- тихо, но с вызовом сказал он,- я бы хотел получить такое тело. Способное на многое, по крайней мере защитить свою женщину... А не прятаться с ней по подземельям.

-Ты думаешь гора мускулов сможет защитить вас от всего мира? Любовь справится с этим не хуже. По крайней мере она смогла вернуть к жизни тебя и защитить малыша от хрготы. Цени её.. А тело,.. если это так мучает тебя, я смогу тебе помочь. С момента наших первых проб, мы всё же поняли некоторые ошибки. Нам хотелось слишком многого и сразу. А одна направленная мутация возможна без таких трагических последствий какие постигли нас. Но чем-то пожертвовать придётся.

-О чём вы говорите?- подбежала весёлая, как птичка Рит. Её отпустила тревога. В этом месте она почувствовала себя в безопасности и радовалась новым впечатлениям.

-Я думаю он расскажет тебе сам. Мы пришли,- Тантии остановилась перед коротким коридорчиком,- нас становится всё меньше и вы можете получить в своё пользование настоящие королевские покои. Здесь жил мой друг. Его жилище прекрасно. Он не так давно оставил нас и оно ещё не выглядит совершенно заброшенным. Устраивайтесь. Там есть кое-какая пища и вода. Всё остальное завтра. Времени у нас достаточно.

В отличие от некоторых коридоров, в которых единственным освещением были их ониксы, эта пещера, которую назвать так можно было с большой натяжкой, освещалась целым настенным ковром фосфоресцирующих грибов.

-Интересно, они съедобные?- практичная Рит сразу стала искать обещанную еду и питьё.

-Ещё и очень вкусные. Они часто растут в подземных пещерах,- Рипли подошёл к фонтанчику с чистейшей водой и фигуркой водяного змея в центре, в которой легко можно было узнать Тантии.

Мелли, которого Рит устроила в импровизированном гамаке из ткани, заснул. В дороге её использовали как слинг для переноски, а на ночь превращали в гамак. Постель казалась огромной, карги намного выше ростом, чем люди. На Перейе вместо матрацев используют высушенную губку, которая растёт на дне во всех реках, целыми коврами.

-Роскошно.. Это тебе не в лесу на земле.. Наконец-то я высплюсь,- Рит, раскинув руки, шлёпнулась спиной на мягкую, но упругую губку.

Рипли присел рядом. Он всё время думал о том, что сказала Тантии. О новом теле, которое он мог получить, и о той плате, что может за это потребоваться. Почему-то карга не спешила сказать об этом. Может, хотела дать ему время хорошо подумать?

Тёплая ручка жены шаловливо просунулась под рубаху и его кожа сразу откликнулось на ласку. Он потянулся к её губам. Провёл по её бедру ладонью и она изогнулась, всем телом прижимаясь к нему.

Глава 10.

-Я скучаю за химерой,- Рипли не стал откладывать разговор недолго,- мне недостаёт возможностей ощущать запахи леса, силы её тела. В ней была какая-то весёлая бесшабашность. Кажется я утратил её. И перестал ощущать себя твоим защитником. Пока мы были у родителей, в деревне, этого не ощущалось. По крайней мере так ясно. Тантии сказала, что может помочь. Что всё не случится, как с её родом, но плата всё равно будет.

-Я понимаю,- не стала возражать Рит, она и сама стала замечать приступы грусти, задумчивости у мужа, но связывала их с тревогой из-за свалившихся на них неприятностей,- она сказала какой будет эта плата? Ты уже знаешь вечный голод химер или бездушие хргот.. Если плата будет такой.. Да и уверен ли ты в возможностях Тантии, ведь всё, что они делали, касалось только рептилоидов. И уж они-то заплатили по полной.

-Шарма оставила на мне отпечаток своей магии. Так они могут разыскать любого. Нам придётся вечно сидеть тут в горе, а я хочу, чтоб наш сын вырос свободным, мог видеть солнышко над головой. Здесь, конечно, красиво, но пахнет смертью. Карги не хотят жить, а не не могут. У них нет цели. Поэтому они перестали рожать детей. Я так не хочу жить. Может быть магия карги изменит не только моё тело, но и снимет печать колдуньи, что уничтожила тело химеры. И мы сможем уйти к ямми или ещё куда-нибудь.

-В пределах Перейи нас всегда будет ждать опасность. Даже там, где не знают о Мелли. Его браслет не исчезнет. Это наша с ним общая жизнь и нам придётся что-то придумать. Может быть найти народ, которому понадобится маленький король? Для этого неплохо было бы, чтоб за его золотым плетением стояла не только пустая позолота, а что-то, чем он будет полезен людям. Тогда им легче будет признать то право, которое нарисовала на его ручке судьба. Если это не идиотская придумка шарм, конечно. Но, если она уже есть и в неё верят, то нашему сыну нужно стать её достойным. А нам, как родителям, помочь ему в этом.

Тантии пришла утром. В ней исчезла некоторая скованность и отстранённость. В её руках была рыба и яйца водяной куши.

-Я испекла это на костре,- сказала она и широко улыбнулась, глядя как Рит кормит малыша грудью,- знаете, я уже забыла, как приятно заботиться о ком-то. Для себя я перестала готовить еду чуть ли не сотню лет назад. Превращаясь, я уплывала в озеро вверх по реке и охотилась. В этом проявлялась последняя страсть к жизни. Многие из наших пришли к этому. Мы похоронили себя в земле, ещё до того, как умерли, а эта маленькая свобода, пусть в чужих телах, поддерживала нас.

Рит уложила малыша на широкую постель и он немедленно загулил и засучил голенькими ножками.

-Мы говорили с женой о моей просьбе,- решительно начал Рипли,- я хочу знать цену.

-Ничего, что ты не мог бы вынести,- Тантии посерьёзнела,- всё упирается в то, что вы совсем не сведующи в магии тела. Как вы могли понять, находясь среди ямми, что шармы зря так гордятся своей придуманной особенностью. Любой человек может научиться черпать энергию из поля Перейи и использовать её. Просто те, кто родился с плетением на руке, ощущают это поле раньше и легче. Остальных нужно научить открыться ему. А шармы этого делать не хотят.

Ямми учатся с детства. Когда-то я встретила первого шамана ямми на берегу реки и, сначала, забавлялась тому, что он принял меня за богиню этих вод. Но, потом, я стала покровителем племени маленьких охотников и учила их тому, что знаю сама. Но они сами держались на расстоянии и обожествляли моих соплеменников так долго, что, в какой-то мере, мы приняли эту роль. Карги напрямую не общались с ямми, только я встречалась с их шаманами, которые сменяли друг друга. Несколько последних поколений, которые в управлении телом стали приближаться к способностям каргов, но ещё не понимали этого, я стала учить, рассказывая реальную историю нашего народа и предупреждая их, на примере случившегося с нами, что есть пределы, которые переступать не нужно.

-Рипли просит вас подвести его к краю возможного. Я правильно понимаю? И владение телом нужно для внутреннего перерождения?

-Я думаю вам не вредно будет научиться открывать себя полю. И это действительно нужно. Но основную работу я могу сделать со стороны. Но нужны и регулярные занятия для того, чтоб научиться магией пользоваться и помогать ей совершенствовать собственное тело, в том числе. Рипли не умеет управлять болью. А обращение, это адская боль. Не слишком углубляясь в подробности.. Это смещение костей, изменения кожи и нервных рецепторов. Причем очень быстрое. Боль.. Вот цена.

-А насколько быстро я смогу выучиться?- Рипли упрямо склонил голову.

-Если поймёшь суть, то откроешься быстро. Взрослый человек осмыслить может большем, чем ребёнок, которого начинают учить. Главное, не насиловать магию, как шармы, а слиться с ней, впустить её в себя. А дальше только время и доверие к Создателю.

-Не поняла?- Рит, с несколько иным предыдущим багажом, иногда натыкалась на местные верования, как на грабли. Хотя иногда ей начинало казаться, что это предыдущая жизнь приснилась ей, настолько быстро она вошла в этот мир и связала себя с ним крепкими узами.

-Всё, что сделано Создателем близко к совершенству, как первый узор, но он всегда оставляет возможность добавить что-то от себя. Индивидуальность не даёт калейдоскопу остановиться даже тогда, когда вращать калейдоскоп будет некому.

-Как же так, ведь Создатель бессмертен?- Рипли удивлённо глядел на Тантии.

-Совершенство миру дадут те, кому извне не понадобится помощь, чтоб его мир продолжал вращение жизни. А теперь, вам стоит позавтракать и мы начнём первый урок.

Карга подошла к постели и робко протянула руки к малышу.

-Я могу взять его?

Рит улыбнулась и сама положила Мелли на руки растроганной Тантии.

Глава 11.

Хргота поднялся повыше. Соседи не любили гостей на своей территории. Они никогда не станут народом. Иначе вся планета была бы в их руках. Но тогда, неизбежно, началась бы драка за первенство и в конце концов остался бы только один. Сосед был силён и очень стар. Попадаться ему на глаза не хотелось. Нужно было быть очень внимательным. Хорошо, что ни один из них не умеет делать крылатые тела для химер. А, впрочем, тогда им самим грозила бы опасность. Ведь, если химеры нападут стаей, даже хозяину не спастись. Недаром они создают такие армии для защиты своих территорий. Даже шармы со своим колдовством не смогут справиться со стаей химер. В них и своя магия присутствует. А крылатому ничего не стоит выбраться из замка. Пока камень у него, разрушить корни, на которых стоит его крепость, невозможно.

Каждую секунду, держа наготове заклятие перемещения в другой мир, он продолжал путь над землями соседа. А что, даже приятно пощекотать нервы. Главное вовремя заметить опасность и переместиться. Между мирами догнать невозможно из-за сдвига, а потом всегда можно вернуться и в собственный замок. Только тогда придётся путь начинать сначала. Сделать скачок, при помощи магии, на Перейе возможно, но придётся видеть место, куда перемещаешься, а иначе можно просто погибнуть, если там, где хочешь оказаться ты, уже есть что-нибудь или кто-нибудь. Этот кто-нибудь, правда, тоже не останется в живых, но кому от этого легче.

Тут должен быть замок соседа.. Но.. Где же он? Что случилось со старым, хитрым крылатым? На месте крепости руины. Это значит разрушен и амулет. Но Зерно может победить только другое Зерно. А, вместе с хозяином, только в момент, когда тот с ним взаимодействует. Неужели монахи? Или кто-то из хргот нарушил давний договор не нападать друг на друга... без веской причины.

-Впрочем, договор между нами, дело номинальное,- подумал молодой и свободно продолжил путь уже не опасаясь соседа.

Сообщать об увиденном другим он не собирался. Разве только брату-близнецу. Единственный случай среди хргот, когда близнецы не убили друг друга ещё во чреве матери. А всё дело было в том, что они были сиамскими близнецами, сросшимися ягодицами, и чувствовали себя единым целым. Они не могли родиться сами и хргота взрезал живот матери и достал их, хотя он ошибался, думая, что там один ребёнок. Ведь иначе он потерял бы всё.. Но их отец ошибся снова, когда разделил их и решил оставить обоих, чтоб позабавиться и посмотреть какой из них сожрёт другого. Он постоянно стравливал их и добился результата. Они сожрали его, ещё будучи совсем недорослями. И в момент гибели старшего камень треснул и развалился на две половинки, а сознание бывшего владельца, как-бы раскололось пополам и власть перешла к младшим.

Так они оказались самыми неопытными среди хргот, да ещё и без матери, и им пришлось держаться вдвоём. Впоследствии это оказалось не так уж плохо. Как бы это происходило дальше? Кто знает? Пока им ещё рано задумываться о потомстве. А жизнь всё расставит по своим местам.

-А вдруг,- пришла ему в голову запоздалая мысль,- мой камень приживётся на руинах замка, ведь наша земля совсем рядом и какой-то след магии ещё может держаться здесь.

Он резко развернулся и спикировал к разрушенной крепости. С трепетом снял свой амулет и приложил к земле у бывшего порога. Хргота тянулся через камень к старым корням, но у него ничего не получалось. Тогда он укусил себя острыми зубами за запястье и добавил к магии собственной крови. Сначала ничего не произошло, и он почти отчаялся. Потом под землёй раздался лёгкий гул, который всё усиливался и усиливался. Наконец он стал таким оглушительным, что крылатому захотелось немедленно взлететь, но он сдержал страх. Появился призрачный контур здания, а затем камни начали взлетать в воздух и становиться на свои места.

Когда всё закончилось и наступила тишина, молодой хргота вздохнул с облегчением.

-Может быть их родилось двое потому, что старику суждено было погибнуть? И есть приписанная каждому судьба? Ну, он свою нашёл, безусловно, иначе ничего бы у него не получилось.

Его замок (какое сладкое сочетание слов!) был намного выше и не такой массивный и тяжёлый, как предыдущий. Длинные круглые башенки со шпилями, как будто отражали молодую энергию нового владельца. Его азартное желание лететь. И он взмыл в воздух, облетая свои владения. Юный, почти весёлый. Но это была весёлость присущая хрготе.

-Пока не наделаю побольше химер, брату не скажу ни слова. Пусть подождёт...

Сейчас он был совершенно обессилен. И первое, что может силу восстановить, это свежая кровь.

Как по заказу, с высоты своего полёта, он увидел в нескольких мерах от замка Низшую шарму и двух мужчин, сопровождающих её.

-Какое они имеют право вторгаться на территорию хрготы?- прошипел новоявленный хозяин.

Он опустился на землю в полумере от них, пролетев большую часть на высоте нескольких метров над землёй.

-Сейчас я совсем слаб,- расстроенно думал крылатый,- да и с магией работать одному тяжелее, чем вдвоём. А их трое.. И одна из них колдунья. Низшая, но и с ней мне сейчас не справиться. Выследить их по одному или как-то отвлечь, обмануть.. Но жалко тел. Из них можно было бы вывести первых химер. Какая знатная хищная сучка получилась бы из этой тощей шармы.

Он захохотал, потом испугался, что его услышат и быстро прикрыл рот ладонью. Из кустов испуганно выскочил плях. Смешно дёргая задом, поскакал длинными прыжками. Хргота взлетел и легко догнал зверюшку. Радостно зачавкал. Если бы не вечная родовая обида, стоило бы сегодня поблагодарить этого, как его там, Создателя..

Кровь сделала его озорным, опьянила. Он подкрался к людям и увидел, что тот, кого он собирался благодарить, благоволит ему по-прежнему. Человечки стали на привал. Значит ему отдыхать некогда. Один отошёл к ручью. Там хргота и опутал его парализующим заклятьем.

-Эй,- позвал он сдавленным голосом,- помоги, я застрял.

И, с ухмылкой на роже, дождался его товарища, который беспомощно шарил по зарослям у воды. Тот последовал за приятелем, даже не успев вскрикнуть.

Шарма, непривычная к путешествиям по лесам, отбила зад на тощей, как она сама, высокой харе. Она охала и растирала ягодицы, изредка отвлекаясь на испуганный взгляд в ту сторону, куда ушли мужчины. И держала заклятье, в виде сгустка энергии, на кончиках пальцев. Хргота подобрался к глупой курице со спины.

-Дура, не отошла от кустов и двух метров. Вирт одним прыжком достал бы её. И заклятие не спасло бы. А он чем хуже?

Пригнувшись к самой земле и приготовившись к прыжку, он создал мираж вирта и швырнул камень туда, где тот образовался. Шарма вскрикнула и бросила фиолетовый шар. Хргота прыгнул и двумя укусами перегрыз ей оба запястья. Ей руки не понадобятся. Он сделает ей новое тело. Самое уродливое на которое у него хватит фантазии. Шарма закричала. Он перевернул её лицом вниз, уткнул в землю хрипящим ртом и пока она шарила обрубками в листве и истекала кровью, разодрал на ней одежду. Спина, худущая с торчащими позвонками вызвала в нём гадливость, но голый зад, без длинной юбки оказался достаточно аппетитным, чтоб хрготе захотелось побаловаться.

-Этак она, пожалуй, кровью истечёт, ещё какое-то время она нужна мне живой,- покачал шаловливо головой весельчак и закрыл кровь магией. Потом изнасиловал колдунью, время от времени тыкая её лбом в землю и выкрикивая пошлые шуточки. Он не стал её парализовать. Просто стянул локти тряпками от её одежды, завязал глаза и нарисовал её кровью рожицу на животе.

-Она ещё и девственница.. была.. - заржал он. Сгрузил тела на хару. Остальных привязал вереницей,- будет чем подкрепиться. Мне ещё поработать нужно. Вот, пока доедем, я такого нафантазирую..

Глава 12.

То, что в его замке оказались обширные подземелья с тайным выходом у подножия горы, не удивило хозяина, решившего устроить себе экскурсию по собственным владениям. Он сразу нашёл его, как будто заранее знал где он. Но постройка отражала его внутренние желания и это подспудное знание тоже не было чем-то поразительным. Хргота сгрузил пленников, развесил их на цепях, как страшненькие марионетки.

Буквально пробежавшись по залам и коридорам, он выскочил на верхушку одной из четырёх башен. И задохнулся от восторга. Они не заканчивались банальными острыми крышами. Наоборот, ровные, совершенно не ограждённые площадки, с которых так здорово бросаться грудью вниз на плотный, как матрац из губки, ветер. С каждой минутой его новёхонькая, с иголочки, крепость, нравилась ему всё больше. Значит надо постараться и создать для её защиты достойную армию.

Он не мог себе отказать в таком желанном взлёте-падении. Ветер ударил в лицо, и секунд пять-шесть крылатый летел, свободно раскинув руки, после большие крылья приняли удар, такой, что он даже вскрикнул от боли в суставах. Ему было приятно принять её, как удар хлыста мазохисту. С тем же, возникшим внезапно, почти сексуальным, желанием.

В этом состоянии хргота вошёл в высокий подземный зал. Он был пуст и в нем гуляло эхо.

Низшая выла от боли, стыда и ужаса. Она не видела, что происходило вокруг. Не слышала ни слова, ни стона своих сопровождающих. Ненавидела их за то, что не защитили её и понимала, что это она должна была прикрыть их магией, всё продумать заранее. Но её расслабило мирное путешествие и знание того, что магия камня больше не существует и ни замка, ни его хозяина, ни химер, тут быть не должно. Действительно, они не встретили ни одной из этих мерзких тварей. Ей нужно было только проверить, не прячутся ли беглецы тут, надеясь, что, уж здесь, их искать не станут.

Голос, наконец стал отказывать и из горла вырывался только хрип и сипение. Она попыталась собраться, как учила её Высшая и силой воли потянуться к магии. Она могла бы, наверное, сделать это раньше. Даже без рук. Но её сломало случившееся. И сейчас, вспомнив о искалеченных конечностях, женщина снова заплакала, потеряв всю волю и сбив концентрацию. Она попробовала снова и поняла, что это место блокирует её от поля Перейи. Тут действует только магия хозяина амулета.

Дверь открылась и закрылась вновь. Порыв ветра разнёс стук удара и мерзкий хохоток.

-Ну, вот я и дома, дорогая.. Соскучилась?- и хргота снова засмеялся.

У неё в груди всё заледенело от страха. По ногам потекло.

-Фу! Как не стыдно, лапа. Ты уже большая тётенька, чтоб ссаться. Надо говорить "хочу пи-пи.."

Шутка развеселила его. Он подошёл к распятой на цепях колдунье и снял с её глаз повязку.

-Сейчас я буду делать чудищ. Бу-бу-бу. Страшно?- хргота веселился, как пьяный подросток. Собственно, по меркам соплеменников, он и был им.

Крылатый погладил амулет и быстро изобразил, придуманное по дороге, тело. Здоровенное, в узлах мышц. С шипастой кожей и полным набором рогов, где только можно. Длинным вёртким хвостом с острым шипом на конце. Длинное рыло с присоской и мелкими острейшими зубами на, выворачивавшихся из под кожаного кольца, челюстях.

Крылатый с усилием оторвал тушу от земли и подтащил к одному из мужчин. Магиня, с сумасшедшинкой в глазах, увидела, как тело обвисло на цепях, а мышцы химеры одеревенели от парализующего заклятья. Творец с гордостью посмотрел на своё произведение и поволок его к женщине. Она забилась, не понимая, что её ждёт.

-Не нравится? Какая гадкая! Ну поцелуй моего малыша. И он сунул жуткую морду к её губам.

Она вывернулась, как только могла.

-Смотри какая переборчивая. Я для тебя придумаю что-то поуродливей.

Кривляясь и хихикая он подошёл к мёртвому телу, разорвал живот и чавкая отъел кусок печени. Женщину вырвало. Хргота разозлился. Он колданул целый водопад прямо на её голову. Обнажённое тело покрылось мурашками. Водопад быстро иссяк.

-Замёрзла. Хочешь погрею? Ты сейчас чистенькая..

Колдунья замотала головой и закричала.

-Не ори!- хргота не сильно, но чувствительно шлёпнул её по лицу. И, всё равно, из под разбитой губы выскользнуло несколько алых капель.

Шалуну вдруг наскучило шутить. Он сорвал колдунью со стены. Быстро и деловито насиловал несколько долгих минут и снова подвесил, как тряпичную куклу.

Потом, с меньшей изобретательностью, почти повторил тело нового уродца. Добавил ему, вместо присоски, огромную саблезубую пасть. И пару рачьих клешней длиной в человеческий локоть. Всадил жизнь в новое тело. Сожрал кусок плоти из свежего трупа и вышвырнул химер и их бывшие тела наружу. Позволил им отмереть и захлопнул двери.

-Пусть детки подкрепятся собой, а дальше ищут ням-ням сами,- он хмыкнул и отвернулся. Посмотрел с тоской на привязанных хар.

-Теперь ещё этих корми. А то ещё сдохнут. А мне кушаньки захочется.

Хргота снова заставил забить фонтанчик воды. На этот раз в полу. Вода потекла в, сооружённое наспех, углубление и, наполнив его, стала сбегать в отверстие между камней.

-Обойдётесь и водичкой. Ненадолго,- и снова повернулся к магине,- утомился я что-то. Ты никуда не уходи, дорогая. Папочка к тебе ещё вернётся. Поспи.. А колыбельную сама себе спой. Заодно подумай, что ты мне расскажешь о том, почему непослушная девочка ушла так далеко от своей мамочки. И что она делала в страшном лесу дяденьки-хрготы.

Довольный собой, он поднялся на башню и на этот раз, аккуратно взмахнув крыльями, поднялся в воздух и полетел в сторону своего прежнего дома.

Глава 13.

Они договорились с Тантии встретиться ночью в Зеркальной пещере. Первые уроки прошли не настолько успешно для семейства, как им хотелось бы. Рит часто отвлекал Мелли. А Рипли настолько усердно старался, что никак не мог расслабиться.

Днём Тантии познакомила их со своей соплеменницей. Она была совсем не похожа на неё. Единственное, что их объединяло это рост. Но телосложение было совсем другим. Очевидно, что это объяснялось иным оборотным объектом. Её фигура была более мощной, если можно так сказать о женщине. Но глаза были такими же зеленоватыми и светящимися в темноте. По голове и спине шёл гребень серебряных волос. Кожа, так же, казалось, серебрится мягкой волной. Она заинтересованно смотрела на Мелли, обращая на всех остальных гораздо меньше внимания.

Тантии попросила Рит показать Канди, так звали вторую каргу, как ухаживать за малышом.

-У вас будет возможность заняться собой. Сейчас вы отвлекаетесь, когда рядом, и не можете оставить его одного, если нужно уйти. Поверьте, каждая из наших женщин была бы рада возможности побыть с малышом. Тем более, что я хочу в этот раз забрать вас ночью, пока он спит. И, только минимальная возможность, что он проснётся и потребует вас. Канди позаботится, чтоб у него ничего не болело и ему снились сладкие сны. Очень лёгкое прикосновение магии и у ребёнка будет хорошее настроение и здоровый сон.

Когда Канди ушла, сначала робко, а потом со всё большей спокойной уверенность, пообщавшись с Мелли, Тантии рассказала побольше.

-Она и есть наше последнее дитя. Немножко дикарка. Общается только с родителями и очень редко с другими. Только по мере надобности. Мы устраиваем раз в круг луны общий ужин. Когда-то это происходило чаще, но теперь.. - карга скорбно помолчала,- мы отдаляемся всё больше. Старшие уходят в себя и умирают, как будто не замечая, что происходит с ними и вокруг них. А Канди никогда не видела детей. Она родилась, когда все уже выросли.

Есть ещё одно, что мешает каргам заводить потомство. Родители нашей младшенькой оба вирты-оборотни. Её вид уже не мутация, а наследственность. Но иногда те из нас, которые были парой и избрали разные оборотные объекты, либо не могли получить потомства, либо рождались нежизнеспособные дети. Всё меньше хотелось пытаться. Терять ребёнка тяжело. А им не возможно было помочь. Магия тела идёт изнутри самого организма.

Мы мало пользуемся иной магией. Конечно каждый умеет вызвать огонь или воду. Вихрь или сгусток энергии. Сотворить фантом. Даже голем, как тело для химер, создаваемое хрготами, вещь не сложная. Только вселять в него чужие души, это магия Зерна. Мы считаем её запретной.

Сегодня ночью я хочу встретится с вами в Зеркальной пещере. У неё есть одна особенность. Если смотреть на неё, как на ночное звёздное небо, то её вид и микроклимат в ней вызывают что-то типа гипнотического состояния. Я буду говорить, а вы слушать мой голос, и ваш организм будет отвечать естественными реакциями, но более расслабленно.

Коридоры поражали абсолютной тишиной. Все жилища каргов были намного глубже и дальше от того входа, которым мы попали в Зеркальную пещеру. Этот проход был гораздо ближе к ней. Но были и другие. Через которые оборотни покидали своё обиталище по ночам. Во вновь приобретённом виде. Жильё Тантии располагалось на одном из самых нижних уровней. Она уходила из убежища каргов подводным путём. Как ещё некоторые другие. Которые выбрали для преображения водных обитателей. Странно, но на Перейе не было крупных крылатых. Кроме хргот. Может карги уже знали их и не выбирали, как слишком нарицательный образ? В мифологии Земли по крайней мере были два полюса крылатых - ангелы и демоны. Демонов мы наблюдали. Может быть ангелы есть тоже? Или появились. Где-то на покинутом материке.. Кто знает, что сталось с потомками каргов. Оставшимися там.

Интересно спросить, а как они свою родину покинули? Как-то насчёт технологий тут задержка, а карги, если и имели что-то большее, чем теперешние расы, то по-видимому, даже деградировали. Вообще в мирах магии технологии отстают в своём развитии. Именно из-за других доступных возможностей.

Переговариваясь шёпотом, как-то не хотелось тревожить эту звенящую тишь, они дошли до места назначения. Тантии задерживалась. Но на помостах, в центре, лежали подстилки из губки. Для чего они служили? Какие ритуалы проводили тут? Выглядели они как жертвенники, а Рит вообще напоминали прозекторские столы. Малоаппетитное сравнение. Или это просто депрессивное давление закрытого пространства.

-Как можно жить тут тысячелетиями? Жуть.. - Рит поёжилась,- мне уже не хватает солнышка.

-Тем более нужно постараться, чтоб провести нужное изменение во мне. А ты не хотела бы? А вдруг у нас тоже не появятся дети? Как ты думаешь?

-Я думаю, что, если бы такая опасность была, Тантии сказала бы об этом. Если подумать, то моё тело, оставаясь неизменным, не даст двойной мутации, что, очевидно, и приводит к таким последствиям. А вот возможно ли, что наш ребёнок может унаследовать твою мутацию, нужно узнать. Если да, то будет ли он этому рад?

-Почему нет?- вмешалась вошедшая Тантии. Очевидно звук разносился далеко и она слышала конец беседы,- почему нет? Ведь это управляемое явление. Хочешь обращайся, хочешь нет.. Но какое умение бывает лишним? Иногда в опасной ситуации это может спасти жизнь.

Карга подошла к помостам.

-Устраивайтесь, не будем терять время.

Рит и Рипли улеглись, и над ними раскинулся серебристо-синеватый свод. Какой толщины был этот слой из микроскопических панцирей? Но зрелище и вправду завораживало. Взгляд, как будто утаскивало в глубину этого стекла. Водоворот... И высокий звенящий голос..

Глава 14.

Колка быстро выздоравливал. Старый шаман только радовался удаче охотника. Он выговаривал ему, что если бы не удачно встреченные большие люди, он, даже, если бы выжил, то мог бы остаться без ноги. И Колка радовался. Что сможет ещё бродить по лесам и охотиться для племени.

Шкура густа украшала теперь его жилище. А камень охотник отдал шаману. Мало ли что может случиться в племени, вдруг кто-то из детишек съест ядовитую ягоду или гриб. Взрослые такого конечно не сделают, но ребятишкам надо долго учиться, чтоб знать все опасности, какие могут быть в лесу.

Сегодня вернулся брат. Он отпустил хар к дикому стаду и очень удачно спутал все следы. Когда был уже в двух мерах от деревни, видел чужих. То ли охотники, то ли разбойники. А может шпионы, по душу молодой семьи. На всякий случай, шаман запретил выходить из селения детям. Должна была вернуться группа молодёжи с наставником и шаман тревожился. Но к обеду они вернулись. Старший почувствовал запах дыма и провёл их кружной дорогой.

Вход закрыли и попасть в деревню стало очень непросто. Ямми обсаживали посёлок вокруг очень колючим кустарником. А с наружной стороны ещё и ядовитыми плетущимися лианами. Ворота - единственное искусственное сооружение через которое можно войти, но оно постоянно охраняется. Это не городские стены, где стоят лучники. Никто из ямми не поднимается выше ограды, чтоб выстрелить в нападающих. Но и им, чтоб войти, надо оказаться на виду у прячущихся охотников, которые могут попасть своей ядовитой стрелкой даже в стеклянную блоху.

Чужаки появились когда солнце уже пошло к закату. Надеялись, видно, что смогут остаться в деревне на ночь и осмотреться. Пришли не все. Охотник заметил восьмерых. Пришли двое. Возможно, рассчитывали, что вдвоём произведут более мирное впечатление. А может другие хотели осмотреть окрестности. Поискать следы хар или кострища. Знают же, что ямми не держат верховых животных.

-Эй, хозяева, вечер добрый!- крикнул высокий смазливый парень с залихватским чубом. Одет он был в охотничью куртку. За спиной мешок и арбалет.

Ворота смотрели слепыми щелями. Узенькими, болт не пройдёт, только тонкая стрелка с ядовитым остриём.

-Не впустите ли переночевать мирных охотников?- второй, чуть постарше, взгляд с хитрецой. Лицо румяное, всё в рыжих веснушках. И волосы, что костёр. Тоже по всему выглядит охотником.

Из-за закрытых ворот раздался чуть надтреснутый голос шамана.

-И вам доброго вечера, большие люди. Ямми не любят нежданных гостей. Вы охотники, чем вам лес не ночлег?

-А под крышей всё удобнее, да и не сторожить. Может сторгуемся чем из трофеев?

-Что ж, раз вы люди мирные, мы вас впустим на ночь,- Вест сразу решил не гнать пришлых, чтоб не вызвать подозрения, что те, кого они возможно, выглядывают, могут прятаться в деревне.

Проход открылся, только, чтоб пропустить двоих просителей и закрылся сразу за их спиной. У ворот встала стража. Теперь уйти они смогут только с разрешения хозяев. Если решат в деревне чем напакостить, не выберутся неотомщёнными.

Шаман сам отвёл их в гостевой лом, что стоял посреди привратной площади, на обзоре стражей у ворот.

-Что вы хотели предложить на продажу? Или сами что приобрести желаете?

-Мы бы редкость какую купили. Такое, чтоб ни у кого другого не найти, только у самых лучших охотников-ямми,- польстил рыжий.

-Да есть у одного из наших охотников шкура густа. Свежая. Чуть жизни ему не стоила. Не знаю захочет ли продать,- Вест решил сам навести их на разговор о ребёнке, если станут расспрашивать, значит точно подсылы,- если бы не семья больших людей, что помогла ему, точно бы рядом с добычей остался.

-Что за семья? Охотники?- молодой заинтересованно вклинился в разговор.

-Похоже,- коротко ответил Вест.

-И как же они помогли? Убили густа?- рыжий выразительно посмотрел на младшего.

-Да нет, он уже выстрелил, но был ранен. Они зашили и перевязали рану, ещё и в деревню доставили. Колка был очень благодарен чужеземцам и вся его родня так же.

-И что же, они приютили их в своём доме?- рыжий неосторожно поторопился с вопросом,- а что всё же за семья, может наши знакомые?

-Обычная семья. Переночевали и ушли дальше,- пожал плечами Вест.

-Куда?- опять влез с вопросом неопытный прознатчик.

-А вам-то что? Нам дела нет. Поблагодарили за помощь припасами, да брат раненого проводил чуток, удобную дорогу показал.

-Да он так, просто спросил,- рыжий быстро перевёл разговор,- может познакомите нас с охотником, что шкуру продаёт?

-Я не сказал, что продаёт, сказал, что есть у него. А продаст ли и за какие деньги, это уж хозяину решать. Хотите, могу проводить туда и обратно. Мне не трудно. А вы расскажите, что в мире делается. Я стар и любопытен до всяких новостей..

Рыжий поднялся, младший вскочил за ним следом. Вест покряхтывая и больше притворяясь безобидным старичком. На самом деле его тело ещё долго будет поддерживаться магией, которую шаман умел применять по отношению к нему, лучше, чем многие из его молодых учеников. Хотя учил старик на совесть. Но молодость к своему здоровью относится как к чему-то должному и вечному. Ничего, жизнь заставит стать серьёзнее.

-Так что ж нового в мире?- медленно волоча ноги, поковылял он впереди.

-Ходят слухи, что родился мальчик, с золотым плетением на запястье. Где-то будет новый король.. -рыжий сделал паузу, ожидая ответа, но Вест молча шёл дальше и он продолжил,- наш король хотел бы принять его как брата в своём дворце. Об этом даже глашатаи в поселениях кричат.

-Нам это не интересно, у ямми королей никогда не было.. Может ещё что интересного случилось?

-Да, всё говорят о том, что перемирие с востоком ложное, на границе снова неспокойно.

-Нас в лесу войны больших людей не беспокоят. А вот что вы знаете о женщине, что убила хрготу и отказалась от Зерна искушения? Правда ли, что монахи считают её вестницей новой эры?- Вест смеялся про себя над глупыми охотниками, что за деньги берутся за чужое им дело прознатчиков.

-Так она и есть мать этого младенца,- удивлённый знаниями шамана, вытаращил глаза рыжий,- а откуда вы об этом знаете?

-Разве вы одни по лесу ходите? Сказал же я, что любопытен.. А ещё в лесу тоже растут плачущие к'вейи,- запутал парочку старый шаман.

-А,.. наверное, правду говорят, что знает одна к'яна, знает весь свет..

-Бедные малышки, как оболгали их доброчестивые монахи,- подумал Вест.

Глава 15.

-Это кара за моё высокомерие и презрение к химерам. Они не были виновны в том, что стали чудовищами с похищенной душой. Я это знала и всё равно ненавидела и боялась. Теперь Создатель покарал меня и отдал хрготе.

Когда за хозяином замка захлопнулась дверь, в подвале наступила полная темнота. Шарма видела её, если можно сказать так о темноте. Видела душой, наступающую на неё тьму. И ещё тишину. Её она видела тоже. Она ходила, наступая на всё мягкими бесшумными лапами и так же бесшумно хохотала над несчастной. Она бы посмеялась вместе этим единственным живым, что она сейчас ощущала. Но в тяжёлую, замаскированную под камень, дверь послышался сильный глухой удар.

-Химеры,- с ужасом подумала она.

А потом подумала ещё, и ужас отступил. Не потому, что ударов больше не было слышно или, что она считала дверь неприступной. Скорее ей даже хотелось бы, чтоб преграда поддалась. Пусть бы её лучше сожрали химеры, чем то, что ей ещё предстоит.

Монстр вернётся и снова сделает с ней ЭТО.. Колдунья задрожала от жуткого воспоминания чудища В НЕЙ. Шарма казалась себе грязной. Не снаружи.. Внутри.. Выплеснутая вода ещё не высохла на ней и морозом пробирала спину, прижатую к камню. Спина, исцарапанная когтями хрготы саднила.

Перекушенных рук она уже не чувствовала. Они занемели из-за того, что она висела на них. Кандалы с острыми зубьями внутри, впившимися глубоко в тело, были надеты за локтями. И, если бы она попыталась освободиться, пропахали бы глубоченные борозды на её коже и даже мышцах. Она не выдержит этой боли. Или ей это только кажется?

Даже, если она освободит руки, ноги останутся в оковах. И от железного ошейника не избавиться. Заперты двери. За дверьми, вечно голодные, похищенные души. Она в западне и магия предала её.

Чем больше она впадала в отчаянье, тем хуже соображала. Кроме того её начала одолевать слабость. Время проходило. Она не знала сколько. Иногда она впадала в забытье. То ли спала, то ли теряла сознание. Тело сначала заледенело от холода, потом вовсе исчезло. Шарме даже показалось, что её больше нет.

А потом она почувствовала магию. Не свою привычную магию эфира Перейи. Глубокую тяжёлую чужую магию земли. Она попробовала подчинить её силой, так как обычно учили их поступать с магией. Но сил у неё уже не было. И она сдалась ей. Что-то мягкое и душное окутало колдунью, надавило на грудь, вспыхнуло на изуродованном запястьи.

Громко хлопнула дверь. Шарма вскинулась и её выбросило в реальность. Мучитель явился снова.

-А вот и я! Что-то ты плохо выглядишь, дорогая,- он грубо схватил её за грудь,- повертись-ка, ты такая вялая, что меня не возбуждаешь.

Шарма изо всех сил старалась терпеть боль, но хргота сжимал всё сильнее, она зарыдала и выгнулась дугой.

-Так-то лучше. Сейчас я тебя сниму и попробую на вкус.

-Не надо,- заскулила она,- пожалуйста не надо..

-Какая ты скучная,- хргота капризно надул губы,- надо-не надо.. Ты подумала о том, что я спрашивал? Что вы здесь делали? Вас же из вашей пещерки в Ониксовых горах ногтем не выковыряешь. Что же заставило благородную шарму, пуститься в дальнюю дорогу?

Низшая подумала, что во всём виновата эта женщина. Она не обязана терпеть мучения из-за неё.

-Я скажу, скажу,- залепетала она, только не трогай меня,- это она, та женщина, что убила хозяина этих мест. Мы искали её.

-Теперь я хозяин и ты скажешь мне всё. А то потрогаю,- и он шаловливо заперебирал пальцами внизу её живота.

У шармы застучали зубы. Она вздёрнула ноги, поджала колени и завертелась.

-Нет! Нет!-тоненько завизжала она.

-Ой, да не пищи ты!- хргота закрыл уши,- говори уже, не томи..

И женщина заговорила быстро и путано. Она старалась рассказать всё, что знала, только бы говорить подольше и не слышать мерзкого голоса, гадких шуточек, оттянуть неизбежное. У неё не было надежды на жалость чудовища.. но.. вдруг..

Крылатый молчал, даже забыл куражиться. Рассказ был очень полезным. Всё это надо обдумать.

-Ладно, говорливая моя, я всё понял. И прощаю тебя..-он сделал долгую паузу и женщина застыла не смея поверить,- за то, что ты пришла на мою землю. Но.. Я теперь должен замок охранять? Должен.. Значит сейчас я из тебя сделаю замечательную тварюшечку. Всё свободное время потратил, чтоб придумать тебе достойное вместилище.

Он дёрнул её за руки вниз, не снимая кандалов и кровь потекла из глубоких разрезов. Колдунья отчаянно замолотила его обрубками по плечам и лицу. Но мучитель, не обращая внимания на её слабые удары, наклонился и освободил ноги. Она ринулась вперёд, но ошейник впился ей в горло. Он намотал цепь на руку и бросил шарму на пол. Она упала на колени и культи, взвыла от боли, но хргота дёрнул цепь и она захрипела. Протащив её пару метров, пока она не начала задыхаться, прыгнул на неё сверху, как зверь и жадно подтянул к себе.

-Что зря добру пропадать, давай-ка, на долгую память, я тебя ещё разочек отымею как следует, злее будешь.

На этот раз она не дождалась окончания муки и потеряла сознание. Она не вполне очнулась. Ледяной пол застудил её тело окончательно. Вокруг клубилась та же тяжёлая тьма. Ей хотелось только тепла и она стала его искать. Сначала появились яркие искры, после язычки пламени. В ней проснулась ненависть и потянулась к огню. Он выбросил длинный шершавый язык и слизнул её кожу. Шарма закричала и открыла глаза. Хргота от её вопля подпрыгнул и прервал связь с недоделанным големом, тощим, как будто состоящим из одних костей. Он тут же пошёл радужными разводами, как мыльный пузырь и лопнул.

А женщина кричала, кричала, кричала, пока огонь пожирал её тело. Но душа уже была свободна.

Глава 16.

Капитан ехал во главе своего отряда по той же дороге, по которой они ехали меньше года назад. Печаль в глазах Харида и его наводила на те же воспоминания. Восточная граница снова бурлила и место рыцарей было там.

Шпионы восточного короля баламутили собственный народ, распуская слухи, что соседи растят во дворце ребёнка с золотым плетением, чтоб завоевать их государство и посадить на престол своего малолетнего ставленника, который будет лишь марионеткой в их руках. Жестокой марионеткой, потому, что это сын хрготы, хоть и бескрылый.

Люди боятся перемен. А радикальных перемен в особенности. Даже плохонький король, а свой. От него уже понятно чего ждать. А тут мало того, что чужой, так ещё ребёнок от пугала Перейи - хрготы. Люди вооружались, недоставало хитрого толчка, чтоб направить их на "злокозненных" соседей, пока те сами не напали.

Бедняжка Рит, вокруг их семейства бурлит большая политика. А, когда криллы нажрутся мара, кого-то порвут обязательно.

Большая часть дороги уже пройдена. Скоро граница. Они только что прошли развилку. Вдали по дороге навстречу отряду скакал паренёк на полузагнанной харе. Вести были плохими. Соседи всё же напали. Отряд рыцарей, которому они ехали на подмогу, едва держится. Хорошо, что в крепости огромный запас болтов. Готовились загодя. И крестьяне из соседних деревень сбежались к узкому устью в Ониксовых горах, которое и защищала застава. Помогали как могли. По их домам первым прокатится каток войны, если не удержат единственную преграду.

Ониксовые горы имели два прохода, где можно было провести армию. Один здесь, один возле Обители шарм. Колдуний боялись больше, чем честного меча или арбалета. Кроме того, там тоже была защита. Мужчины шарм все были подготовлены, пусть не так, как профессиональные солдаты, но у них была помощь магии. Как не предлагал король своих рыцарей для охраны, шармы отказывались.

Сейчас они имели свой интерес в конфликте. С их отрядом до развилки ехал посол от короля, чтоб переговорить с Высшей о ситуации на границе. Король не слишком доверял колдуньям.

-Если они перейдут на сторону соседа, поверив той же сплетне.. или сделав вид, что поверили.. нашим придётся несладко,- думал Капитан.

Мальчишка отстал, давая отдохнуть уставшему животному, а их отряд заметно прибавил скорости.

-Тяжко, если прямо с перехода в бой,- Харид отвлёкся от своих переживаний и глаза его заблестели от предчувствия хорошей драки. До темноты успеваем. А ночью какой дурень полезет на стены?

-Э нет, племянник, тут ты не прав. Им спешить надо. Это не крепость, а ворота. Осаждать бесполезно. Подвоз припасов налажен. Им, чтоб подвести таран, нужно защитников измотать. И сделать это, пока не подошла подмога. Мы то есть. Так дальше сменами стоять сможем. А если они большой группой напали, у них такая возможность, атаковать беспрерывно, есть.

-А ведь ты прав. Не давать отдыхать ни днём, ни ночью. Так, пожалуй и могло бы получиться. Тогда и нам поспешить надо, -и он ударил в бока своей хары.

Привратная застава всё своё жильё располагала в горе. Как и складские помещения. Так что, при осаде, требучеты, скажем, были бесполезны. Проход был узким и перекрывался высокой стеной из огромных валунов с низкими арочными воротами шириной, как для большой телеги. Баллистой в них, только случайно попадёшь. А, чтоб разбить, пожалуй что с десяток раз попасть надо. За ними ещё и кованная решётка. По всей длине стены помост для стрелков с каменными ступенями для подхода. От самого входа к воротам ещё и коридор из стен чуть ниже, но шириной около метра, полностью простреливаемый, проходит.

Отряд рыцарей, прямо с марша, препоручив хар крестьянам, с рёвом вырвался на стену. Капитан и Харид, в своих чёрных блестящих доспехах, вывесили королевское знамя и собственный штандарт с двух сторон стены. Стрелы, ударившие в кирасы, бессильно клацнули и свалились. Конечно удар был ощутимым, даже для мощных рыцарей, но показать неуязвимость доспеха было гораздо важней. Залихватский и издевательский свист был ответом врагу.

Следом полетели болты. Кроме того, на толстенных цепях, прикреплённых заранее к огромным блокам, выбросили два крюка, привезённых отрядом. Новая придумка оружейников. Ими собирались подцепить таран, если нападающим всё же удастся его подтащить. Сооружение подвозили и строили постепенно, уж больно тяжёлые части. А теперь пришла и ложка к обеду. Давно ожидаемые крюки.

Запал нападающих заметно упал. Со стены было видно сколько раненых и убитых забрал этот штурм. Наступала ночь. Теперь атака в темноте потеряла всякий смысл. С последними лучами солнца, исчезли, вжикающие между зубцов стены, болты и стрелы.

Вновь прибывшие сменили на страже усталых защитников. Часть нового отряда тоже отправилась на отдых. С ними ушёл Капитан. Если завтра бой, он должен быть свеж. Харид остался на стене. Он смотрел на костры и шатры врагов, стоящие в мере от ворот. На фоне красноватого неба от заходящего солнца, высоко в небе от увидел тёмную промелькнувшую тень. Хрготы любят войны. Ночью они могут похитить кого-то из раненых, чтоб создавать химер для защиты своих замков. Он свистнул страже и показал на летуна. Своих немногочисленных раненых отправили внутрь горы. Им ничего не угрожает. А вот в стане врага могут и не досчитаться кого-то к утру.

У него появилось время снова подумать о Рит. И Харид занялся привычным для влюблённых делом. Мечтать и вздыхать..

Глава 17.

Высшая ходила от стены к стене. На столе мягко горела оникса. Пахло свежей выпечкой и ягодным квасом. Движения шармы становились всё более порывистыми. Длинная юбка моталась при каждом нервном развороте. Она теряла терпение. От, посланных ей, нескольких Низших с сопровождающими не поступило никаких важных сведений, а одна группа вообще пропала.

Отправляя их с заданиями, она на каждом из них оставила след магии, чтоб можно было их отыскать. Но с пропавшими людьми всё казалось очень странным. Мужчины утратили её отпечаток, как будто кто-то стёр его. Это могло случиться, если они попали под чужое колдовство. А одна из сестёр погибла. Она чувствовала её смерть и муку, которая оставила чёткий след. И место, где она его оставила, совсем не нравилось Высшей.

В комнату осторожно постучали. Шарма резко остановилась и приняла невозмутимый вид. Она никого не ждала. Дверь бесшумно отворилась, и на пороге возникла Низшая, совсем молоденькая и очень почтительная.

-Госпожа Канаис, прибыл королевский посол.

-Я никого не ждала, но прими его в Большом зале,- шарма подняла одну бровь и задумалась оглядывая себя в большое, до самого пола, зеркало. Довольно рослая и стройная, она уже подходила к возрасту, когда обычные женщины дожидаются первых внучат. Но выглядела моложаво. Голова ещё не стала седеть, длинные чёрные волосы были закручены в узел и заколоты золочёным гребнем с большой светящейся ониксой. Недорого, но эффектно и намекает на владетельницу Ониксовых гор.

Большой зал или, как его ещё называли, Звёздная палата - центральное помещение, где обычно принимают высоких гостей и проводятся празднества, касающиеся членов общины. В этом месте камни нашли в очень далёкие времена и в большом количестве и, выбирая породу при добыче, поразились, громадная рукотворная сводчатая пещера смотрелась как ночное небо полное звёзд. Её слегка облагородили и оставили почти в первозданном виде на долгие годы. Здесь проводили тайные ритуалы и посвящения, но не вводили чужаков. Сейчас же она была соединена со всем комплексом подгорных помещений и служила парадным залом, немного потеряв первозданную таинственность.

Посол ожидал в деланно напряжённой торжественной позе и поклоном встретил шарму.

-Король шлёт поклон и пожелания здоровья и долголетия благородной госпоже Канаис. Моя свита доставила для вас самые дорогие из заказов, то, что не стоило везти с обычным обозом в столь опасное время. Отряд рыцарей сопровождал нас до самой развилки. У Врат неспокойно, госпожа. Не тревожат ли вашу обитель враги? Не нуждаетесь ли вы в помощи королевских воинов? Наш властитель всегда заботился о покое обители и её признанных правах.

-Я слышала, глашатаи во всех поселениях кричат о ребёнке с золотым плетением,- игнорируя вежливые вопросы и напоминания о договорах с королевским домом, властно сказала шарма.

-Не много ли гонора?- подумал про себя посол, но вслух ответил,- король считает, что опасность надо держать на глазах, но действуя мягко и без давления, не провоцировать не нужной агрессии.

-Слишком мягкий король не вызывает должного уважения. Но это дело самого правителя, как вести себя на своей земле. Передайте королю благодарность за предложение помощи, но мы в случае опасности всегда справляемся сами. Договора, если это волнует государя,- едко выделила она последнюю фразу,- мы соблюдаем и нарушать не собираемся. А, если королю всё же удастся "пригласить в гости" эту женщину, весьма непокорную, надо сказать, то мы хотели бы знать об этом и принять участие в "воспитании" этого ребёнка.

Посол поклонился и отступил на шаг назад, считая разговор законченным, но Высшая остановила его жестом.

-У нас есть ещё одна просьба. В тех местах, где обитал убитый хргота, пропала одна из моих сестёр с охраной. Если король сможет выяснить в чём причина, я буду очень благодарна.

Слово "очень" она произнесла с вынужденно-кислой миной. И слегка обозначив ответный поклон выплыла из зала, со спиной, гордой, как древко королевского штандарта.

Посол посмотрел ей вслед и подумал, что король, пожалуй, слишком много воли даёт этим колдуньям. Но мнением послов властители интересуются редко, хотя их господину хватало ума, чтоб озаботиться мнением подданных и он решил все свои наблюдения доложить королю, поскольку голые слова, переданные без впечатлений от беседы, не дают полной картины. А его, посла, забота заключается в том, чтобы миссия, ему порученная, достигла цели.

Провожатый встретил его у входа в зал. По помещениям шарм без сопровождения чужим ходить запрещалось.

-У вас спокойно?- задал вопрос гость, без большой надежды услышать ответ.

-Спокойно,- тем не менее ответил провожатый. Очевидно, роль королевского посла, для всех, кроме Высшей, ещё имела вес,- видели группы разведчиков, но близко они не подходили. А там видно жарко..- он кивнул в сторону Врат.

-А почему вы так думаете?- заинтересованно спросил посол.

-Дважды видели вдали летящего туда хрготу. По ту сторону границы,- уточнил он.

Он кивнул и поблагодарил за подробный ответ провожатого. Подумалось о том, что иногда возникает вопрос, а почему, собственно, ни, злейшие враги хргот, шармы, ни королевские воины, ни монахи, не могут объединёнными усилиями вывести эту заразу с земли Перейи? И сам себе отвечал, что главам народов, как и главам семей нужно такое себе пугало. "Злобный хргота придёт, мою детку заберёт.."

Когда нет врага, королю всё равно придётся кого-то назначить, чтоб народ не сделал этого самостоятельно.

Глава 18.

Вест не продал шкуру густа. Он запросил цену двух хар и, хотя это действительно была редкость, но столько ему заплатили бы только в городе, может быть даже только с камнем. Но у него была другая цель. Рит попросила передать от них весточку для семьи Рипли. Но так как напрямую идти было нельзя, то нужен был предлог, чтоб попасть в лавку к Стану. Принести в Охотничий рог шкуру густа на продажу, чем не причина? Колка только ждал пока заживёт нога.

Ямми не часто показываются в городе, но иногда и им нужно что-то, чего не добудешь в лесу. И шаман приготовил для Колки такой список. Идти они собирались с братом. Лес не так страшен, как город. Король, сделал для маленького народа кое-какие привилегии, чтоб заманить их в столицу с редкими товарами. А прикупив того-сего и маленькие ямми пристрастились к дарам цивилизации.

Прознатчики попросили познакомить их с братом. Якобы у него присмотреть товаров. Колка познакомил. Но товаров не сторговали, а всё разговор переводили на семью Рит.

-Мне говорили, что вы дорогу удобную показывали семье, что брату вашему помогла,- юлил рыжий,- может и нам покажете?

-А куда вам нужно-то?- спросил тот.

Рыжий понял, что ляпнул не подумав, но решил что выпутается.

-Да проводите туда же куда и их. А дальше мы сами.

-Ладно, только вам заплатить придётся. Им я помогал за брата, а вы уж за работу пару тсолов подкиньте.

-Дадим-дадим, только уж вы прямо завтра с утречка и отведите,- обрадовался молодой.

Брат вернулся и с хохотом рассказывал, как он провёл их по своим следам, да ещё и в оставленные отметины чуть носом не тыкал. А, у брода на кочевом пути хар, сказал, что расстался с ними тут у реки. Дальше они, якобы, захотели идти сами. Пусть теперь ищут следы, после прошедшего стада.

Прошло ещё несколько дней и шаман, последний раз осмотрев ногу Колки, разрешил им идти. Для похода им дали охотничью одежду, как у больших людей. В городе и так не мало желающих зацепить маленьких охотников, а, если бы они пришли в своих коротеньких штанишках, да с покрытыми татуировками телами, им бы проходу не дали.

Путь был не близкий. Шкуру и ещё кое-какие лесные трофеи упаковали, чтоб не слишком светить. Обратно не так страшно. Все деньги они оставляли в городе. А тот хозяйственный товар, что они покупали, лихих людишек волновал мало.

Охотились по дороге только по необходимости. Спали на деревьях. Вешали между ветвей глубокие удобные гамаки. Так и высыпались лучше, потому что сторожить не надо. Только густ мог взять охотника не дереве. А тот, что сейчас лежал в свёртке, появился почти через два десятилетия, как видели следы предыдущего. Кроме того густы водились севернее деревни ямми, а они шли на юг.

Город охотники не любили. Подошли к воротам ранним утром, к самому открытию. Дорогу Рит им объяснила перед тем, как они расстались. И заставила повторить несколько раз. Стражники только зыркнули на малышей, но приставать к ним не стали. Налогов с ямми не брали и в город пускали без платы. Мальчишка у городской стены пристроился было за ними, но Колка оскалил зубы, которые они, идя в город, красили чёрным цветом, дикарями притворялись. Открыл грудь в татуировках, достал трубочку с ядовитыми стрелками и демонстративно приложил к губам. Мальчишка испуганно пискнул и отстал.

Охотничий рог был ещё закрыт. Но за занавесками, примыкающего к нему, дома уже видно было движение. Колка с братом поднялись на высокое крыльцо и постучали в двери.

Увидев таких неожиданных гостей, Стан явно удивился, но широко открыл дверь и жестом пригласил их войти. В своих охотничьих странствиях он встречался с ямми. Знал этот народ и уважал его. Его чёрными зубами не смутишь.

-Здравствуйте, братья-охотники,- поклонился он,- не имею чести знать ваших славных имён.

-Колка,- представился ямми,- а это мой брат Анан. Мы к тебе с приветом от Рит и её семейства. Хотели через тебя Семье Рипли весточку послать.

Тайна Рит, давно перестала быть тайной для Стана. На обратном пути от шарм молодое семейство проезжало через город и, конечно, лавку охотника они не обошли стороной. Наконец ему поведали все события ничего не скрывая. Старый охотник был рад и этому преображению, и тому, что сын Мерена возвращается к отцу.

Вот и сейчас, услышав знакомые имена, старик был счастлив. Отправив соседского парня в лавку, он принял дорогих гостей, выслушал их рассказ и в ответ рассказал следующее.

-Вчера ко мне заходил человек из Тайного приказа и спрашивал, не посоветую ли я ему охотников, которые узнают о пропавшем отряде в тех местах, где живёт Мерен. Вы могли бы встретиться с ним сами. Под удобным предлогом. Единственное, что этот отряд послали шармы, а все знают, что вы с ними не в ладах. Поэтому я скажу, что не говорил вам кто пропавшие. Или просто подпишу договор во дворце за вас и приму плату. Скажу, нанял двоих и отправил в те края к знакомому охотнику. Только, что уж там случилось с отрядом я не знаю. Их было трое и одна из них колдунья. Может произошло что-то серьёзное и вы не захотите в это влезать. Так я за разорванное соглашение деньги верну. Не беспокойтесь.

-Что вы, мы вам товар принесли, редкостный,- Анан гордо улыбнулся,- нам его продать надо, кое-что для деревни купить, а часть хотим семье Рипли отдать. Они Колку спасли, от густа.

Он широким жестом развернул прекрасно выделанную шкуру. Стан всплеснул руками.

-Сколько лет такой красоты видеть не доводилось! Вот уж, как услышишь имя Рит, так жди торговой удачи! Я вам заплачу, как никто другой. Такую шкуру и во дворец не стыдно отнести!

Глава 19.

В доме Мерена снова поселилась тишина. Даже меньшая дочурка стала щебетать меньше. По доброму бы, ей самой уже бегать на свидания и искать жениха. Только Далия тосковала за, только что возвращённым м снова потерянным, братом, его славной женой и малышом, которому она помогла появиться на свет, но, так мало бывшему в её заботливых руках.

Ей бы о собственном мечтать, но почему-то о детях она и думать боялась. Может быть, не стоило девочке присутствовать на тяжёлых родах. А может, был страх, что какое-то обстоятельство, изменить которое она не в силах, погонит и её по свету с грудничком на руках. Она не такая сильная, как Рит. И не хочет иметь дела ни с какими колдовскими силами Перейи. А ещё, глядя как убивалася мать по пропавшему сыну, до смерти боялась, что в её жизни случится что-то подобное.

Она возилась на огороде, когда увидела двух странных человечков у ограды. Они шептались друг с другом и были похожи, как братья.

Увидев, что она обратила на них внимание, один из них, привстав на цыпочки улыбнулся. Он был молодой и красивый, только уж очень маленький. На ладошку пониже её самой, а она совсем не высокая.

-Девушка,- спросил он,- это дом Мерена?

Голос у него тоже оказался приятным и она кивнула.

-Значит ты Далия?- второй оказался ещё меньше. Его макушка едва виднелась из-за плетня.

-Проходите к воротам, я сейчас отца кликну,- Далия побежала в дом. Мерен рассказывал ей об лесных охотниках и она сразу подумала, что это, возможно, весточка от брата. Где им ещё прятаться, как не в лесной чаще.

Мерен был дома. Он собирался подновить крышу. На зов дочери он вышел из сарая с топором в руках. Дранку колол. Увидев ямми, он сначала удивился, потом испугался. Очевидно, ему в голову пришла та же мысль, что и дочке. Он оглянулся, быстро открыл ворота и пригласил гостей войти в дом.

-Не волнуйтесь, Мерен, Стан прислал нас сюда с заданием от самого короля, так что наш приход с вестями от ваших близких, не вызовет подозрений,- начал долгую беседу Колка.

Он рассказал сперва всё что знал о Рипли, Рит и Мелли. От момента их знакомства, до дня, когда они ушли к каргам. И о фальшивых охотниках, приходивших к ним в деревню. И только после приступил к заданию, что Стану дали из Тайной палаты.

Услышав историю о пропавших, Мерен заволновался.

-Эта шарма приходила к нам, пыталась вызнать куда Рипли увёл семью. Я сорвался, честно говоря, сказал, что это не их дело. Ответил, что не знаю, а если бы и знал, не сказал бы. Когда нужна была помощь от колдуний, они попытались убить Рипли и Рит предоставили самой себе, свои ультиматумы пусть отправят к хрготе. А, судя по словам деревенских, они пошли в сторону бывшего владения крылатого. И, если они пропали там, это очень плохо. Обычное животное не убило бы всех троих во главе с колдуньей. Разве что химеры, но они должны были исчезнуть вместе с магией старого владельца амулета.

-А мог там появиться ещё один такой?- почему-то шёпотом спросил Анан.

-Не знаю, правда, не знаю. Я не слишком сведущ в колдовстве хргот. Но, если это правда, то мы получили новое чудовище под боком и, возможно, трёх химер. Шармы не спешат помогать деревням, соседствующим с замками, и моя злость говорит, что мы не обязаны рисковать своей жизнью ради них. Но, как мужчина, я могу только представить, что придётся пережить женщине, попавшей к хрготе в руки. Кроме того, если мы и можем избавиться от такого соседа, то только сейчас, пока он не вошёл в полную силу и не окружил замок полчищами новых похищенных душ.

-У нас, если в округе появляется хищник-людоед, шлют гонцов во все соседние деревни,- серьёзно сказал Колка.

-Ты прав, хоть ещё ничего не известно точно, но нужно предупредить всех, чтоб не ходили поодиночке в лес и даже у деревень присматривали за детьми и женщинами. А ещё я сам съезжу в монастырь и поговорю с настоятелем. Они могут помочь с химерами и, после того, что сделала Рит, думаю, даже с хрготой. Вы пока оставайтесь в доме, я попрошу жену пригласить мужчин, особенно из бывших охотников, переговорите с ними как лучше организовать защиту, может что-то новое подскажете.

Он поднялся, взял арбалет, болты с ядом и стал собираться. В комнату поскреблась Далия. Мерен вышел к ней и дал распоряжения на счёт гостей.

-Отец,- в глазах девочки стояли слёзы,- не ходи туда. Вдруг с тобой случится то же, что с братом.

-Дали, малышка, мне не в радость и самому этот поход, но ты же понимаешь, что такое опять рядом замок. Это жизнь в осаде. Сколько людей пострадает. Я хочу, чтоб твои детки имели возможность играть на лугу, а не сидеть как тарбаны в клетке.

-Не будет у меня никаких деток,- расплакалась девочка.

-Фу, глупая, это ты что же нас внучат лишить хочешь? И детки будут, и муж красивый и добрый. Ну, иди, принимай гостей, придёт мать с поля, скажи, я в монастырь. Да смотри, если хоть чуть темнеть начнёт, зови её в дом. Наш участок на самом краю села, может и не стоит ей сейчас одной работать.

Мерен быстро оседлал хару. Бросил взгляд на запад. Небо было чистым. Голубым и таким мирным. Мужчина вздохнул и поспешил на восток.

Глава 20.

Настоятель беседовал с новым послушником. Мальчику исполнилось семнадцать. Его родители охотничали вместе и погибли два года назад от болезни. А он не только выжил, но и вышел один из леса. Но не вернулся к охоте. Не любил убивать. Он слонялся от деревни к деревне, существуя за счёт помощи добрых людей. Его подобрал один из монастырских поставщиков и привёз к настоятелю два месяца назад. Ката серьёзный парнишка, со своим понятием о жизни. Ему очень хотелось понять не только как устроен мир, но и зачем.

-Ты прочёл те главы из Книги Калейдоскопа, что я велел?- старик внимательно наблюдал за выражением лица новичка.

-Конечно, учитель, прочёл и много думал.. - мальчик склонил голову на бок, и глаза его как будто затянулись плёночкой, как у спящей птицы,- почему, например, Зерном искушения, на Перейе, Создатель испытывает только мужчин? А, вот, чужеземка получила то же испытание.. Получается, что наших женщин испытывает плетение? А ей его подарила к'вейя.. И теперь ещё у неё родился мальчик с золотым узором на руке. Ведь это тоже испытание? Для чего именно ей одной столько? Может ли быть у неё какая-то особая миссия для нашего мира? Тогда почему ей, чужой? И почему здесь, а не в её собственном мире?

-Сколько вопросов сразу, малыш.. У Создателя есть путь для каждого. И не нам судить кому какой достанется. Если испытание даётся, значит ты в силах его выдержать. А вот приложишь ли все силы, только от тебя зависит. Создатель..

В этот момент в дверь постучали. Вошёл взволнованный помощник.

-Приехал Мерен, настоятель. У него к вам срочное дело.

Мальчик поднялся.

-Мне уйти, учитель или я могу остаться?- он немножко лукавил, ему очень хотелось остаться. Имя Мерена ему хорошо известно, как и всё, что связано с, так интересующей его, чужеземкой.

-Останься, малыш, если что-то срочное, возможно, придётся передать какие-то распоряжения. Тогда ты мне понадобишься.

Мерен рассказал об посланных к нему ямми и своих умозаключениях по поводу пропавших шарм.

-Мы хотели просить помощи у монастыря. Если там новые химеры, монахи могли бы освободить их души. А может быть и помочь против хрготы.. - Мерен нетерпеливо переминался с ноги на ногу. Ему было тревожно. После случившегося с сыном, а тогда он отсутствовал, у него был постоянный страх, что без него семья беззащитна. Хотя в доме оставались охотники..

-Я должен обдумать, кого могу послать с тобой. Мы не оставим деревню без помощи, но там могут быть три химеры, я уж не говорю о их хозяине. Ты знаешь, что монаху за всю жизнь можно использовать камень всего пару-тройку раз. В зависимости от личности. Если Зерно начинает тянуть его душу, мы видим это и больше не даём ему работать с амулетом. Значит с тобой должны пойти как минимум двое. И молодых. Которые и дорогу хорошо выдержат, и бой, и Зерно в руки брали не больше раза. Проводи его отдохнуть и поесть,- обратился он к помощнику.

Когда Мерен вышел, Ката остался стоять тихонечко, как затаившийся плях. У него появилась мечта, может быть несбыточная. Сделать то, что Рит - убить хрготу. Наверное, это единственное убийство на которое он согласен.

-Камень в монастыре, это его основа,- размышлял тем временем настоятель. Мы "ловцы душ". В этом наше призвание. Но может ли он отдать приказ убить хрготу? Ведь Зерно может разрушиться. Никто не знает почему камень Рит остался цел. Может быть потому, что она так и не приняла его до конца как свой. А ведь его монахи считают амулет своим, пусть не лично, но принадлежащим монастырю. А что без камня будет делать братия, все эти люди, живущие благодаря его присутствию. И что станет с ним, стариком,- заползла в голову неблаговидная мысль.

-Учитель,- робко прервал его мысли Ката,- я мог бы пойти с ними. Я ещё не пользовался камнем , но все заклинания хорошо заучил. И я охотник. Хорошо хожу в лесу, замечательно стреляю и я очень хочу этого. Я чувствую, что это моя дорога.

-Но, ты же ещё совсем ребёнок!- пристыженный таким порывом, воскликнул настоятель,- ты можешь погибнуть..

-Я не ребёнок. Мне уже семнадцать. И я чувствую, что готов. Создатель привёл меня к вам, возможно, именно для этого.

-Хорошо,- сдался старик,- этот молодой энтузиазм как будто заразил его и даже какой-то религиозный запал зажёг его глаза. Я отправлю с тобой ещё кого-то из молодёжи. Всё таки одному идти на такое опасно. Пусть у тебя будет брат в поддержку. Собирайся и позови Тамахи.

Мальчик кивнул и выскочил за двери, ведомый страстью, которая гнала его, как волну, готовую разбиться, но добраться до вожделенного берега.

Тамахи, тот самый сластолюбивый монашек, с которым в монастыре познакомилась Рит, был не слишком смел, но предан братству. Его скорее напугала перспектива реального сражения с химерами. Он присутствовал один раз при такой охоте, но сам не пользовался камнем, только наблюдал, как это делали другие.

Тогда загнали двух химер, но вся группа, которая вышла на охоту, состояла из двух десятков охотников, кроме него и двух братьев. И было это рядом с деревней, куда химеры пришли гонимые голодом и отсутствием пищи возле замка хрготы. Тогда их хозяин развёл слишком много чудовищ и они пожрали вокруг его жилища не только животных, а даже змей и жуков. А тут, идти к самому замку и, возможно, схватиться с его хозяином. Это было пугающе.

Камень доверили Тамахи, как старшему из двух посланных. Он грел монаха и прогонял его страх. С Зерном у груди он чувствовал себя всесильным. Увидев его взгляд, настоятель наклонился к парню и строго наказал не пользоваться амулетом более одного раза. Тот испуганно посмотрел на старика и он покачал головой ещё раз. Монах понял, что ему надо поберечь свою душу от искушения и усилием воли погасил предательский жар в глазах.

Глава 21.

-Шармы, шармы,- сердился Колка, провожая Далию на опушку леса за хворостом.

Анан остался возле поля, где работала её мать.

-Ты думаешь у нас не рождаются девочки с золотым плетением? Почему-то именно у них оно держится дольше. Тем не менее, учатся магии у нас все. И мальчики в том числе. Ты бы послушала нашего шамана. Его учила магии древняя карга, которая сейчас скрывает твоего брата с семьёй.

-Я бы послушала,- девушка откровенно любовалась молодым охотником. Ямми, хоть и был уже лучшим охотником племени, но ему едва исполнилось двадцать четыре года. Кроме того, что ростом он был чуть выше плеча девушки, но лицом был очень красив и фигуру имел соразмерную. Тем более хорош он стал сейчас, когда увлечённо, с блеском в глазах, отстаивал свои убеждения.

Колка повернулся к ней не закончив фразы.

-Да я бы послушала, повторила девушка. Мне бы хотелось научиться магии, может быть тогда я не чувствовала себя такой уязвимой. После случая с братом, я не перестаю бояться,- она наклонилась и подняла очередную сухую ветку. Просунула её за грубо тканую циновку, привязанную за плечами.

Её взгляд смутил парня, он никогда не думал о большой женщине в качестве подруги или тем более жены. У него, как-то вообще, не складывались отношения с девушками, хоть успешный охотник и красивый парень нравился многим. Он стеснялся говорить с ними, старался всё время проводить в лесу. С Далией он чувствовал себя свободно, именно потому, что не думал о ней в таком качестве. И тут, вдруг, эти полуприкрытые длинными ресницами зелёные глаза, подняли в нём волну возбуждения, горячего мужского желания. Он подумал, понравилось бы ему чистое тело, не покрытое затейливой вязью, а такое белое, со светящейся как на высокой шейке нежной кожей.

Ему всё время мешала в лесу его непривычная одежда и ещё больше обувь. Теперь ещё и это. Он отвлёкся. Потерял обычную концентрацию. В самый последний момент ему послышался шорох и в голове мелькнуло молнией воспоминание о летящем на него густе.

Это был не хищник, точнее не простой хищник. Хргота бросился на девушку, не слишком принимая в расчёт ямми. Очевидно он посчитал его ребёнком из-за роста и точёной хрупкой фигурки. Чудовищные крылья распахнулись и Далия, отчаянно отбиваясь, закричала. Злобное лицо хрготы повернулось с выражением превосходства и короткая ядовитая стрелка воткнулась ему прямо в правый глаз. Монстр, уже поднявший девушку метра на четыре над землёй, взвыл от боли и неожиданности выронил свой груз. У ямми в руках уже была вторая стрела, и хргота, рыча от злобы, поднялся выше и полетел в сторону замка, на лету пытаясь, при помощи амулета, остановить действие яда.

Далия тяжело упала на землю и застонала от боли в сломанной руке. Колка уже стоял над ней, готовый защищать девушку, даже ценой собственной жизни. Трубка, со вставленной стрелой, была наготове, но другой рукой он уже тянул к губам витой рог трамма. Рог низко загудел и, провожая глазами улетающего хрготу, ямми наклонился над девушкой и стал быстро говорить ей певучим речетативом слова которым учил шаман.

-Расслабься, почувствуй силу которая разлита в земле, в воздухе, отдай ей своё тело, пусть уносит боль и страх.

От поля у самой опушки уже бежали, перепуганная, мать Далии и, напряженный как тетива, Анан. Он заметил, поднимающегося над лесом, крылатого и не выпускал его из вида.

А со стороны дороги, на звук рога мчались трое на харах. Мерен соскочил, чуть не на ходу, и бросился на колени перед дочерью.

-Не волнуйся, папа, уже ничего не болит,- блаженно-отсутствующим голосом прошептала Далия,- как здесь хорошо...

Девушку усадили на хару в крепкие объятия отца и Колка, идущий рядом, чувствующий свою вину за случившееся, завидовал Мерену, который нежно прижимал к себе дочь. Он влюбился, он никогда не верил, что так бывает, с первого взгляда в эти изумрудные глаза с чёрными лучами ресниц и эту нежную шейку, которую ветер щекотал завитками волос.

-Как же он сможет жить без неё, если она его не полюбит или родные не захотят отдать её в далёкую лесную деревню?!

Анан пихал брата в бок и недоумевал, где он витает. Ему хотелось узнать, как такое могло произойти, что лучший охотник подпустил хрготу так близко.

Домик Мерена стоял у самого леса и к нему спешили те соседи, которые услышали звук рога. Девушку понесли в дом. Любой из присутствующих мог вправить кость её сломанной руки, но Колке хотелось сделать это самому. Ему, конечно не дали и он кивнул Анану, чтоб тот помог закончить то, что начал он сам. Шепнув брату пару слов, ямми остался. Вздыхая и винясь, что отвлёкся на болтовню, он рассказал сельчанам то, что все уже подспудно понимали. Хргота пришёл!

Глава 22.

Рипли заблудился в подземных лабиринтах. Рит убежала вперёд. Её беспокоило то, что они задержались в Зеркальной пещере. Уж очень хорошо у них пошёл урок. Их успехи в освоении магии хвалила Тантии и её подруга, которая видела результат по малышу. Мелли самым необыкновенным образом впитывал магию, что называется, с молоком матери. Каким-то особенным способом, мальчик перенимал всё, что узнавала Рит.

Очевидно Рипли задумался и пропустил свой коридор. Он обнаружил себя в незнакомом месте, когда увидел статую удивительной красоты. Такую он бы не забыл никогда. Он просто её не видел раньше. Это место не было ему знакомо. Ни барельефы на стенах, очень древние, но хорошо сохранившиеся, ни фигуры каргов, такие выразительные, словно живые, всё оказалось незнакомым. Сначала Рипли испугался, что будет бродить тут, пока не умрёт с голода. Но потом устыдился - это всё же жилище, а не безжизненная пещера.

-Рит может заволноваться,- вспомнил он о жене,- но с ней карга, уж она то сможет её успокоить.

Здесь им бояться нечего. Древняя раса любит одиночество, но не до такой степени, чтоб неприветливо встретить гостя. Тантии говорила, чтоб совсем не "одичать", они собираются раз в месяц в Водном зале, на уровень ниже Зеркальной, где водопады струятся по стенам, гораздо более полноводные, чем наверху и бурным потоком стекают по, ручной работы, каналу, идущему вдоль стен, и пропадают в арочных входах подземных стоков. Трапезы, редко прерываемые беседами, всё же, не дают каргам забыть родные лица.

Сюжеты барельефов постепенно захватили его. История падения расы вставала перед глазами. Но этот последний сюжет, перед входом в пещеру, украшенную двумя статуями мужчин-каргов, имеющих явное семейное сходство, поразил его ужасной трагичностью. Он изображал страшное землетрясение, в котором гибли чудовищные существа с, искажёнными безумием, лицами каргов.

Бурлящее море и падающие глыбы огромных скальных обломков, горящие деревья и летящие над волнами в чёрных облаках длинные пузыри, с подвешенными внизу корзинами, в которых видны фигурки каргов, потрясённых увиденным. Женщин, рыдающих на плечах мужчин, с застывшими, как камень, скорбными лицами.

-Запретная магия.. Исход.. -послышался глухой старческий голос за его спиной.

Рипли обернулся и увидел такого древнего старика, какого ему ещё не доводилось видеть. Жизнь в нём держалась, казалось, только искрой творческой страсти в глазах. Он смотрел на картину, запечатлённую резцом, по серовато-сиреневой горной породе. Барельеф был однотонным, но настолько ярким по характеру, что казался многоцветным.

Старый карг наконец отвёл взгляд от стены и глянул Рипли прямо в глаза. А, казалось, заглянул в душу.

-То, что ты видишь, человек, конец нашего народа. Хоть мы жили ещё тысячелетия после случившегося, это только долгий закат. Это работы моего отца. Он был в одном из этих воздушных кораблей. Я, ещё ребёнком, смотрел за его работой и мечтал, что когда-нибудь увижу землю, покинутую моими предками. И вот, я, самый старый из живущих ныне, но берег мой так же далёк, как на этой картине.

-А почему же вы не смогли вернуться? Из-за тех ваших предков, что стали безумны?

-Нет, человек, я думаю они не пережили последствий запретной магии. Мы, даже здесь, едва смогли выжить, и то, в конце концов, спрятались под землю. Это землетрясение и целая цепочка последующих, начали изменение климата. Слишком много солнца, сухой воздух, непривычные излучения, стали убийственными для нас. Здесь мы создали особый микроклимат. С годами мы постепенно изменили свои тела, но по-прежнему можем выходить наружу только в ночное время. Оборотная магия не даёт возможности слишком сильно вторгаться в управление своим организмом. Мы исчерпали свой ресурс.

-Скажите, вы знаете, что я хочу попробовать стать таким как вы - оборотнем. Вы имеете долгий опыт, я хотел бы услышать ваше мнение.

-Что ж, в таком деле есть только один совет, какое бы тело у тебя ни было, главное оставаться самим собой. Сейчас мы знаем, нельзя хотеть слишком многого. Самые удачные мутации были одиночными и, особенно, в тех случаях, когда объект превращения был из близкородственной цепочки. Нам наиболее удавались водные формы. Так как предки наши вышли из океана.

-А какая форма подошла бы мне?

-Не знаю, твоё тело должно сказать это само. Я художник. Эти статуи - моя работа. Мой глаз почему-то видит крылья за твоей спиной.

Рипли в ужасе завертел головой.

-Крылья!- вскрикнул он,- только не это!

Он чуть было не бросился бежать. Сердце его колотилось, как сумасшедшее.

-Что тебя так напугало, юноша?- с удивлением спросил художник.

-А Тантии не рассказывала всю нашу историю?- горько улыбнувшись, вопросом на вопрос ответил Рипли.

-С тех пор, как вы появились здесь, мы ещё не собирались вместе. Тантии предупредила, что принимает гостей и учеников, но подробно о вас собиралась рассказать на общей встрече, чтоб это могли услышать все. Но я с удовольствием узнал бы всю историю из твоих уст. Если, конечно, ты хочешь об этом поговорить.

-Знаете, когда проговариваешь то, что тебя тревожит, вслух, для кого-то, сам начинаешь понимать себя лучше. Я рад, что вы согласны выслушать меня, ваша жизнь была на столько длиннее моей, что даже проведи вы её в полном одиночестве, и то, опыт только одних ваших размышлений, во многие разы больше моего.

-Тогда пойдём ко мне, в моём жилище, за трапезой, будет удобнее и приятнее говорить, чем в обществе одних моих холодных статуй. А, чтоб твои не волновались,- прореагировал он на его тревожное движение,- я пошлю Тантии ментальный сигнал.

-Лучше Канди, она скорее всего сейчас с моей женой. А вы могли бы научить такому меня?

Глава 23.

Ямми рассказывал спутникам то, чего они не могли бы услышать ни от кого другого. И поэтому все слушали внимательно и напряжённо. Их дорога только началась и здравый смысл подсказывал, что то малое количество химер, которое мог создать новый хргота, говорит о том, что они будут держаться поближе к замку. Но, элементарную осторожность в лесу, помогал соблюсти Анан, которому откровения Колки были не в новинку. Кроме всего, обычное животное вряд ли станет нападать на большой отряд.

Хргота напугал деревню и всё же не нашлось много желающих ехать на опасную охоту. Химеры, при старом хозяине, набегали на деревню в голодные времена и об человеческом уме, неукротимом голоде и пусть небольшой, но неожиданной собственной магии, что представляло дополнительную опасность, знали все. Каждый семейный мужчина ещё и боялся оставить без охраны собственный дом.

Поэтому вызвались двое парней, желающих молодецкой славы и Мерен, который считал своим долгом отомстить за страдания сына, а теперь и за дочь. Он хорошо знал, что злопамятность хрготы погонит его назад и стоит ему подлечить свой раненый глаз, как он вернётся и теперь, из чистой вредности, будет подстерегать именно Далию.

-Есть два вида магии. Хрготы, с помощью Зерна, пользуют магию Земли, где его корни помогают извлечь её для них. Сами они не умеют коснуться энергии, потому, что для этого надо пропустить её через свою душу. Их душа - камень, в прямом и переносном смысле, только это их сила и жизнь,- Колка подумал, что сейчас Вест, считавший его бездарным учеником, мог бы гордиться его речью, так увлеченно слушали его люди.

Шармы,- продолжил он,- пользуются магией эфира и энергию земли считают низкой и грязной. Но низкими и грязными могут быть только помыслы, творящих колдовство. Энергия это просто энергия, не больше и не меньше. Шармы тянут силу эфира через золотое плетение, которое дало им почувствовать её в возрасте, когда действует лишь инстинкт, а не сознание и они продолжают свою науку только с теми, у кого этот инстинкт проснулся в младенчестве, в способе работы с энергией, мало чем отличаясь от хргот.

Наши учителя говорят, что магию может освоить любой, так как золотой браслет это то, что есть в каждом из нас, только с кожи исчезает он раньше или позже, чаще ещё в материнском чреве, особенно у мальчиков, но в душе остаётся навсегда. И подтверждение этому перед вами. Мы изучали магию с самого детства. Как все без исключения ямми.

Мы пользуемся и тем и другим видом силы. У нас есть только кодекс и запретная магия. Но об этом рассказывать очень долго. Мы не используем магию в охоте на обычных животных, это против правил. Только против магических существ, и то, как защиту, по большей части. В основном, силы природы помогают нам преобразовывать самих себя.

Магия земли поможет хрготе вылечить тело. Это и то, что умеем мы. Восстанавливаться быстро после страшных ран, главное, чтоб не было "огня". Он приходит извне и справиться с этим нам сложно. Только, при помощи определённых трав, если вовремя применить их в лечении.

Такими же дополнительными способами пользуются шармы. С помощью силы эфира, хорошо лечатся душевные болезни, а остальное только опыт общины, веками собирающий знания о растениях и магических предметах, типа камня густа, пыли из панциря стеклянных блох, желёз криллов.

-То есть вы думаете, что камни искушения и плетение это способ испытания души?- попытался подтвердить свои мысли задумчивый Ката.

-А разве это не приходит в голову естественно, когда вы знаете то, что я вам сказал?

-Я размышлял об этом и раньше, читая древние монастырские тексты и просто пытаясь объяснить себе, почему хрготами бывают только мужчины и какое испытание придумано для женских душ, готовых к соблазну или, скорее, я думаю, возрождённых в этом мире с грузом из прошлых жизней. Из совершённых ранее проступков или преступлений. Искушение, либо даёт им возможность излечить душу, либо лишает её возрождения окончательно.

-Ты говоришь вещи о которых я никогда не думал. Нужно будет поговорить об этом с шаманом.

Разговор постепенно увял. Каждый задумался о собственной душе и о поступках, которые совершил в жизни. Только Колка и Анан, чистые, как лесной воздух, быстро покончили с перечнем своих невольных прегрешений и перешли к более жизненным вопросам. Анан к безопасности отряда и мыслям о скором привале и обеде, а Колка к мечтам о Далии.

Время от времени он бросал взгляд на Мерена и думал, не станет ли тот, кто так нравится ему своей спокойной уверенностью и, выражаемой без стеснения, нежной заботой о "своих девочках", препятствием к его счастью. За малый срок, что он успел побыть возле раненной девушки, ему удалось поймать несколько взглядов, которые вселили в него надежду на это счастье и вызвали тысячу незнакомых эмоций и сладких мечтаний.

Они продвигались быстро. Ямми, привычные и лёгкие, шли наравне с, ровно шагающими, харами, на которых ехали большие люди. Их время похода, было заметно меньше, чем у идущей когда-то этим путём Рит и к вечеру они рассчитывали добраться до, упомянутого ей, храма. Почти полностью уверенные в том, что сложенные в святилище щитки многоножки, там и сохранились. Ямми знали, что это не только крепкая броня, но и защита от чистой атакующей магии и они собирались попробовать воспользоваться ими.

Глава 24.

Рипли хотел есть. После его превращения, он ещё долго стеснялся от того, что пытался съесть всё, до чего дотягивалась рука. Рит беззлобно дразнила его химерской обжоркой, но когда в животе начинал шевелиться голодный червячок, Рипли впадал в лёгкую панику. Поэтому неожиданный поворот в разговоре обрадовал его.

-Наша "молодёжь" пристрастилась к обедам в фазе оборотня. Охота вносит хоть какую-то страсть в их невесёлое существование. А я всегда был подвержен другой страсти. Пытался по мере сил вдохнуть жизнь в мёртвый камень. Кроме того, я обожаю готовить и терпеть не могу оборачиваться. Я получил свою способность по наследству и крайне редко ей пользовался.

Карг с удовольствием наблюдал за тем, с каким аппетитом гость поглощает пищу. На его извиняющийся взгляд, только улыбнулся.

-Старики едят мало, а тут,- он развёл руками над столом,- на троих хватит.

Рипли, которому добродушная, почти отеческая, улыбка позволила себя ощутить, как у матушки на кухне, умял всё, что не доел мифический третий. Блаженная сытость настроила его на лирический лад, и страшная сказка, со свадьбой в финале, представилась уже не такой трагичной, какой казалась ему до обеда.

Карг, в свою очередь решил побаловать гостя старой историей.

-Я расскажу тебе то, что Тантии не рассказывала ямми. Просто потому, что её тогда не было на свете. Но это давнее-давнее событие напрямую связано с твоей жизнью. Среди первых изменённых был друг моего отца. Он был одним из тех, кто больше всех мечтал о новых возможностях. Ему не нужна была сила, скорость, средства, чтоб увидеть подводные красоты. Он хотел одного - подняться в небо. И его мутация была одной из самых удачных. Потому, что ему нужно было только облегчить скелет и вырастить крылья. Изменения, по сравнению с другими, минимальные.

Старик поднялся и поманил парня за собой. На одной из стен, уже сильно истёртый, но всё же прекрасный, был виден рисунок крылатого карга, парящего над лесом.

-Его кожа совсем не пострадала и он, в отличие от нас всех, мог свободно жить под небом, а чаще, в небе Перейи. Прятать своё счастье в подземные пещеры ему было не под силу. Но и жить совершенно одному невозможно. Он часто прилетал к отцу и подолгу говорил с ним о небе, о полётах, а душа художника изнывала от тоски в тусклом свете оникс. Только я держал его на этом свете. И работа.. Больше всего его радовало то, что я шёл по его пути. Но от друга он отдалялся всё больше.

Карг замолчал надолго, и Рипли, с нетерпением молодости, заёрзал на месте. Рассказ захватил его.

-Он прилетал всё реже,- наконец, печально сказал скульптор,-тогда был вечер, ему было очень нужно сочувствие отца. Тогда он и увидел этот полёт и создал его портрет. К сожалению, тем для обсуждений у них оставалось всё меньше. Тогда он и рассказал, что встретил человека. Далеко в лесу летун выстроил себе жилище. Туда и забрёл человек. Дикий, знающий только охоту, он принял карга за могучего бога. От одиночества, мнимый бог решил вложить знание в эту пустую голову. К сожалению, этот камень не превратился в прекрасную статую.

-Что же с ним стало?- не выдержал заинтригованный Рипли.

-Хрготе не хватало друга в небе.

-Хрготе?- вскрикнул юноша, ничего не понимая.

-Так звали друга моего отца. Он помог человеку вырастить крылья. А тот решил, что он теперь должен стать вождём среди людей. И люди приняли его как правителя. У него были знания недоступные им, но он не спешил ими делиться. Он выбрал в жёны самую красивую и умную женщину и с помощью магии каргов нанёс на её и свою руку золотое плетение, как знак королевской власти. Королю нужен был крылатый наследник. Но сын родился бескрылым. Тогда, в порыве ярости, он впервые ударил жену. В тот день Хргота в последний раз прилетел к отцу. Он сетовал, что дал крылья и магию в недостойные руки.

Скульптор провёл рукой по истёртым линиям рисунка.

-Отец,- как-то виновато произнёс он,- был мыслями в своём творчестве. Он тогда работал над тем самым барельефом, что ты видел перед входом.

-И что же дальше?- взволнованно потребовал ответа Рипли.

-Дальше... я не могу точно сказать, что было дальше. Но, я думаю, к'вейя может.

Юноша разочарованно вздохнул. Его любопытство не было удовлетворено. И он не успокоится пока не узнает всё. Теперь он точно знает какой вопрос задать золотоволосой, чтоб у неё не было шансов скрыть ещё что-то.

Глава 25.

К озерцу вышли как-то неожиданно. Место Рит описала довольно точно, но всё равно пришлось поплутать пока в нехоженом лесу увидели заросший высоченной травой храм. Виден был, практически, только конёк крыши. Если бы не озеро и приметные цветущие деревья, прошли бы стороной. Место боя с многоножкой за прошедший год заросло снова. Эта высокая трава, злак, одичавший и ставший выше, но потерявший много веса в метёлках, когда-то и был прародителем хлеба Перейи.

Цветущие же над озером деревья, цвели и плодоносили круглый год. На них, за исключением одного месяца, можно было найти и цветы и фрукты. Только, в самое холодное время в году, оно сбрасывало в пару дней все листья и остатки цветения. Как будто засыпая. Потом, с первым тёплым днём, сначала покрывалось бело-жёлтым облаком цветов, а, уж, через несколько дней начинали разворачиваться острые мелкие листочки. Ночью из плотных круглых маленьких гнёзд-шаров, спрятанных на самых верхних ярусах появлялись круглоглазые чёрные куни, впадавшие в спячку на время покоя дерева. Они пили нектар, и переносили пыльцу с цветка на цветок. Но плодов не трогали.

Рит не видела всех этих, впавших в первозданную дикость, но, свидетельствующих о жилье, признаков. Чужая в новом для неё мире, она просто об этом не знала и приняла древнее жилище за храм. Для неё, одним из признаков, подтверждающих это, послужила высокая торжественная арка входа. Может быть теперь, увидев пещеры каргов, она сравнила бы и узнала какие-то мелкие сходства, привычные, вносимые ими в любое своё жилище.

Никто из присутствующих не был знаком с архитектурой древних, но признаки когда-то жилого места всё же приметили.

-Никогда не видел святилищ, с огородом и садом вокруг,- сопел Мерен пробираясь к входу через плотно растущие жёлтые метёлки (культурные формы были нескольких цветов).

-Почему же, возле монастыря есть и сады и поля,- возразил Ката, приминая к земле растения для маленьких ямми, шедших следом.

-А вдруг там другая многоножка?- пугливо спросил второй "ловец душ".

-Тогда она протоптала бы нам целый тракт или должна была спать тут весь год, дожидаясь твоего прихода,- пропыхтел, взмокший от усилий, Мерен.

Наконец узкая протоптанная тропинка упёрлась в тёмную арку входа.

-Наверное когда-то тут были ворота?- спросил Анан,- нельзя же жить в лесу, не закрывая дверей от диких обитателей.

-Представляю, сколько с тех пор прошло времени, если от них даже следов не осталось,- задумчиво покачал головой Тамахи.

Достали ониксы и в благоговейном молчании вошли в дом. Никаких следов предметов обихода или мебели. Само собой, всё давно превратилось бы в труху, как и исчезнувшая дверь. В углу, никем не тронутые валялись чёрные щитки. Колка потащил самый здоровенный, лежащий сверху, ростом выше него самого.

Тамахи ахнул, ожидая, что малыш надорвётся. Остальные засмеялись. Кроме него все здесь были охотниками, в большей или меньшей степени, и прекрасно знали какие они лёгонькие.

Ямми, покопавшись в своих котомочках, достали клей стеклянных блох. В их округе их было множество, они сползались со всех сторон к месту своего размножения, и в это время уже не представляли большой опасности. Но, если на пути блохи оставляли капельку свежей крови, она выпивала её и выделяла капельку клея, который смешивали с соком дерева пие, не дающим ему быстро застывать. Этим клеем ямми пользовались в хозяйстве, так как склеивал он практически всё, стоило только дождаться, пока выветрится сок.

Каждый из горы выбрал себе удобный щит и ямми приклеили к нему удобные кожаные наручья. Отряд сразу стал похож на воинов, особенно, когда стали тренироваться проводить быстрое прицеливание и выстрел. Ямми, у которых была и так прекрасная реакция и, кроме того, их маленькие трубочки не требовали такого сильного сдвигания щита, как арбалет, занялись ужином. Остальные до машинальности отрабатывали движение: опуститься на колено, прикрываясь щитом, быстрый сдвиг, выстрел.

Только вкусный запах из котелка вернул всех к уютному костерку. Когда все поели и расположились на отдых, Ката обошёл всё помещение, думая о том, кто мог здесь жить в древние времена.

Сквозь треснувшие камни пола пробивались растения. Дальняя часть, у южной стены, напротив узкого высокого окошка, из которого на пол пятном падал свет, заросла больше других. Мальчик брёл по траве, и под ногой его что-то хрустнуло. Он наклонился и закричал остальным. Когда аккуратно освободили от растений большой кусок пола, обнаружился скелет, примерно двух с половиной метров ростом, который когда-то, судя по всему был существом, способным подняться в небо.

Глава 26.

В королевский дворец поступали донесения. Конечно, все они проходили через Тайную палату. Советник для того и был нужен королю, чтоб весь день не корпеть над бумагами. Но только множество полезных мелочей, в оттенках фраз, в сочетании событий, терялись в малозаинтересованных мозгах чиновничьего люда. Ведь советник тоже не хотел весь день копаться в кабинете. Да и король, частенько, желал его присутствия, особенно при важных разговорах.

Посольство от восточного государя, безусловно, требовало его присутствия.

Послы, два хитроглазых, жилистых, как воины, представителя правящей династии Коройя, были детьми одной из старших многочисленных жён соседнего короля. По привычке всех правителей: "..не получилось, сделаем вид, что и не было.." , войска, после очередной неудачной стычки у Врат, отвели и прислали послов. Часть отряда Капитана, во главе с Харидом, сопровождала их во дворец.

Ставшая уже привычной дорога, в месте побитой засады, была заполнена согнанными местными крестьянами, которые, под руководством двух шарм, в длинных чёрных платьях и чёрных же платках, в годовом трауре по погибшей сестре, укрепляли камнем и магией стену разрушенного оврага. Не потому, что белёсые насекомые переместились ближе к дороге. Наоборот, они убрались от неё вглубь леса на несколько мер. Но в этих подземных ходах завелась крупная магическая тварь, которая, видимо, охотилась не выходя на поверхность и потому шармам и охотникам была не известна. Впрочем, и свидетелей её преступлений тоже не нашлось, видели только следы. Она повадилась по ночам покидать свою нору и даже добираться до близлежащих хуторков. Пока жертв среди людей не было, но пропали несколько животных, и ход, от греха подальше, решили заделать.

Когда проезжало посольство, как раз укладывали последние камни, и колдуньи готовились приступить к своей части работы. Неожиданно, из тёмного провала, вырвался фосфорно-зелёный сгусток и ударил в Харида. Удар был таким сильным, что сбил крупного рыцаря с хары. Крестьяне с криками бежали от дыры. Шармы поочерёдно забрасывали в неё фиолетовые сгустки энергии. Харид, вскочил. Магия оставила на его чёрной кирасе зелёный развод и осыпалась острыми гранёнными осколками, опасно впившимися в землю. Рыцарь, на всякий случай, обошёл их по большой дуге и пробравшись вдоль края оврага, поднял камень и с трудом вставил его в отверстие. Из него, однако, больше не последовало ни одного удара. То ли шармы своим колдовством отогнали тварь, то ли убили вовсе.

Как раз об этом приключении рассказывали послы, попеременно захваливая храбрость королевского родича и рассыпаясь в благодарностях, а так же перемежая их просьбами изготовить для их правителя такую же броню. Наверняка у государя есть ещё не одна такая, что спасает не только от ударов болта, но и от магии.

-Ага, так вы были в рядах тех, что напали на Врата, раз видели, как от брони отскакивали болты,- с ухмылкой решил Харид.

-Мы подумаем, что можно сделать, эта редкая вещь защищает королевскую кровь в бою,- важно склонил голову король, сделав вид, что в его сокровищнице заготовлены такие же для всех королевских родственников, но, про себя, прочно решив, заиметь такой доспех и не дать соседу ничего, кроме обещаний.

Харид понял, что задание ему обеспечено. И дальнейшие пустопорожние излияния, намёки и экивоки, составляющие большую часть переговорного процесса, пропустил мимо ушей, думая, не приведут ли поиски, в которых он уже, практически, был уверен, к встрече с Рит.

Послы в этот момент добрались до сути.

-Наш король думает, что злокозненная ложь, вызвавшая возмущение нашего народа и непонимание между главами государств, распускается нашими общими врагами. Ваши уверения в том, что мальчик, который может стать нашим венценосным братом, не является орудием против нашей династии, а так же не является вашим гостем, вызывают и радость и печаль одновременно. Глашатаи наших городов и поселений так же приглашают семью чужеземки стать нашими гостями.

-Семья чужеземки.. Бедный Рипли.. сильно же ему придётся постараться, чтоб не потеряться на фоне такой яркой фигуры, как Рит,- думал Харид,- пожалуй и у меня шансов было бы не намного больше. И всё же я воин, рыцарь, да ещё королевских кровей, а он бедняга, просто крестьянский мальчик. Пожалуй он за своей особенной шкуркой ещё заскучает.

Харид даже не представлял себе как оказался прав в своих предположениях.

Меж тем произошёл ритуал покаянных даров и взаимных невыполнимых обещаний. Советник поднёс для подписания очередной пустой договор. Традиционная вежливая политическая ложь и, наконец утомительная процедура закончилась. Сопровождать послов, ещё одно нудное занятие для рыцаря, переложили на плечи профи из Тайной палаты.

Харид даже не двинулся с места, настолько уверен был в последующем королевском приказе и не ошибся.

Несколько ничего не значащих благодарностей за хорошее впечатление, произведённое королевским рыцарем на послов и король кивнул советнику. Тот прекрасно знал свою роль. У трона, по левую руку от монарха, находится "ларец благодарностей". Открывается он королевским перстнем с печатью, но кошелей с тсолами рука государя касаться не должна. По крайней мере, на глазах подданных.

-Во время нашего прошлого разговора вы упоминали об этих доспехах,- король не счёл нужным лицемерить перед Харидом,- скажи, чужеземка говорила тебе, где остальное?

-Мы заплатим,.. когда найдём её,- вставил советник.

И король, и рыцарь поморщились.

-Всё таки у нас неглупый монарх,- подумал Харид, заметив недовольство этим вмешательством.

-Да, она говорила, что это где-то в районе замка хрготы, но точного места я не знаю. Возможно семья её мужа знает. Или Стан, купец.

-Стан?- советник занервничал, но после всё же сказал,- Тайный совет, по просьбе шарм, отправил на поиски пропавшей сестры охотников, их нанимал купец, среди своих знакомых. И как раз в то место. К замку.

-Я помню, ты упоминал о пропаже их отряда, но не говорил, что они шли к замку. Почему? Шармы искали там чужеземку, а ты не затруднился докладом? Скажи-ка, любезный,- глаза короля, серо-голубые от природы, приобрели оттенок шкуры вирта,- а на кого работает мой Тайный совет?

-Государь,- советника бросило в дрожь,- я узнал об этом только после приезда посольства из Ониксовых гор и доложил вам о просьбе Высшей.

-Я не собираюсь грабить твою знакомую,- больше не глядя на советника, сказал король,- если ты сможешь доставить мне такое же чудо, как этот доспех, я вознагражу за труды тебя родич и возмещу цену ей, если она потребует. Ты не глуп и сам всё понимаешь..

Король не стал уточнять и договаривать. Он коротко поклонился.

-Я ваш рыцарь и присягал государю. Мой долг идти туда, куда посылает король. Вы хотите, чтоб я отправился один?

-Харид, у меня нет возможности посылать с тобой отряд воинов. Этот договор фикция. Поговори с купцом, вы кажется знакомы. Может он посоветует тебе попутчиков. Я даю тебе освобождение от службы на всё время поиска. Точнее, засчитываю тебе это задание, как воинскую службу, со всем довольствием. Остальное твоя забота.

-Я могу отдать вам свою броню, король.

-Ты воин, хороший воин, мне он нужен для престижа, а тебе сохраняет жизнь. Если ты его не добудешь, я не собираюсь жертвовать верным мне рыцарем из-за зависти или ради форса. Не я веду солдат в бой. Я их туда посылаю.

-Честь служить честному,- ещё раз поклонился Харид и вышел.

-Как вы умеете мотивировать подданных,- льстиво заметил советник.

Король повернулся к нему, по птичьи склонив голову и потирая руки. Улыбка его не предвещала ничего хорошего.

Глава 27.

Хргота исходил злобой. Как посмел этот недоросток причинить ему боль!

-Когда я вылечу глаз,- измышлял месть он,- я поймаю эту девку и всю её семейку и заставлю их жрать друг дружку по маленькому кусочку. А эту мелочь, не зря я его принял за ребёнка, самого истыкаю его ядовитыми иглами. Или придумаю ещё чего пострашнее.

Глаз уже не болел. Камень сделал своё дело. Но на месте удара иглы образовалась отвратная впадина.

-Пока не образуется новое глазное яблоко, могу ли я показаться брату? Он же меня засмеёт. Или захочет убить и отобрать замок, если я ему всё расскажу. А может нет? Зачем ему два замка? Он мог бы мне и помочь.

Слово "помочь" звучало странно. В арсенале хргот оно использовалось не часто.

-Но, помог же он убить отца.. Впрочем, тогда им обоим было это выгодно. Так и сейчас выгодно, у меня будет свой замок, а ему я оставлю старый и хорошо укреплённый. С армией химер. Только показаться ему таким, это выше моей гордости. Пусть уж заживёт глаз сначала, а потом мы вместе отомстим людишкам. Такого они ещё не видели. Два хрготы вместе!

Отряд отлично выспался, несмотря на то, что дежурили все охотники по очереди. Только монахам дали отдохнуть. Мальчик пытался сказать, что он тоже охотник и может охранять отряд, но общим решением было дать им возможность быть во всеоружии на завтра, когда основная работа должна будет принадлежать им.

План, у основных стратегов - ямми, был таким. При малейших признаках близости химер, а такими могут быть отсутствие птиц например, или потрескивание, которое не спутаешь ни с одним лесным звуком и, конечно, следы (они могут быть невидимы, но не бестелесны), отряд становится в круг щитов и пытается при помощи стрелок их парализовать. Обычный яд на них прекрасно действует. Да и Рипли говорил, что полной невидимости нет, просто силуэт становится стекловидным, слегка радужным и за счёт этого прячется на фоне леса. Если поймаешь её взглядом, то проследить за движением можно.

Хар решили оставить в доме карга. В том, что скелет, найденный ими был, именно, каргом, не сомневались оба ямми. Шаман рассказывал им и о росте и о других особенностях древних, а так же об умении оборачиваться. Этот, видимо, выбрал крылья. Как он оказался здесь один, и как умер, малыши не знали. Они обязательно спросят об этом.. когда вернутся.

Кроме всего вышеперечисленного у Колки было ещё одно тайное оружие. Его, как охотника, восхитила способность Рит чувствовать животных. Но, как она это делает, объяснить к неё не получалось. Она пользовалась подарком к'вейи, ничего не умея в магии. А, вот, по дороге, пока они везли его раненным в деревню, он не раз наблюдал как это делал Мелли. Даже пытался разъяснить это его родителям. Но, тогда не смог. Уже после шаман помог ему разобраться. Он попросил его сам.

-Мальчик, при помощи плетения чувствует след любой магии и идёт по нему, как охотник. Так он учится. И легче всего он изучает магию материнскую, потому, что больше ей доверяет, что ли.

Шармы тоже чувствуют магию инстинктивно, пока плетение есть на руке, после оно исчезает, а научить правильно обращаться с магией уже некому. Колдуньи учат тянуться не к магии, а как бы возвращать угасший узор на запястье и действовать через него. Они считают себя особенными, потому что родились с ним и его почитают посредником данным им Создателем, как знак выделяющий их среди более низких. Даже их градация - Высшие, Низшие, возмущала шамана.

Колка, как все остальные ямми, уже умел обратиться к самой магической энергии и пошёл по следу магии малыша. У него не всегда получалось повторить. Малыш бежал слишком быстро, отвлекаясь, как щенок вирта, на каждую букашку. Но всё же он успел пройти весь путь и тренировался, пока долечивал ногу. Уже без маленького тренера. Он выспросил всё у своих попутчиков и знал, что магических существ и людей таким образом не отыщешь, но Рит рассказала ему, как она выходила из положения по время нападения в городе. И он подумал, что тоже может почувствовать химер по поведению животных или даже по их отсутствию. Он пытался учить брата, но у того ещё плохо получалось.

Замок выплыл из серых облаков на вершине одного из самых высоких холмов округи. До него ещё было далеко, но отряд остановился, решил передохнуть, проверить, чтоб ничего не шумело, ни скрипело, ни звенело на ходу.

Во время вчерашних вечерних посиделок они поговорили о каргах, но ямми не знали о них слишком много и в свете завтрашнего сражения беседа быстро перешла на химер. Больше всех, конечно, знал Мерен, от Рипли. Сын, говоря с отцом о своём пребывании в теле этого существа, как будто психологически выздоравливал, становился стабильнее, возвращался к детству, к родительскому дому и теплу.

Они уже знали, что химеры держатся друг от друга на расстоянии ментального зова, которое увеличивается в зависимости от времени пребывания в состоянии голема. Знали так же, что действовать могут вместе, поскольку возможности человеческой соображалки остаются, только психика страдает. Больше всех держатся дети. Рипли убеждал себя, что его жизнь это сон или игра. А потом появилась Рит и он вернулся к человеческому общению.

Пропавшие - взрослые. Они могут быть и совсем безумны, это очень индивидуально. Чем более они психически неуравновешенны, тем хуже взаимодействуют и соображают. Так что это даже лучше.

Шарма не поделилась с послом своими чувствами, просто сказала о пропавшем отряде, поэтому ждали трёх химер и самой безумной полагали встретить бывшую колдунью, так нежданно утратившую величие. Да и все предполагали, что хргота сделает с женщиной. Но у неё был самый большой навык во владении магией и, что произошло с этим умением, никто даже помыслить не мог. А где-то же в замке есть ещё его хозяин. Почувствует ли он через амулет исчезновение химеры? В этом знании Рипли им помочь не мог. Химеры камень чувствовали. Надо полагать он их тоже. Ведь голем это его творение. Но ведь тело остаётся. Ловцы берут только душу. Вопрос...

Все раздумья были прерваны рёвом. Чудовищная туша летела на них без всякой маскировки. Уродливое создание, совершенно подчинённое голодом, утратило видимо всякую людскую сущность. Анан, находившийся ближе всех к нему, хладнокровно выстрелил, но яд ямми подействовал не сразу и Мерен добавил болт с ядом многоножки. Было ощущение, что чудовище ударилось в каменную стену. Потому, что свалилось на месте. Тамахи уже бежал к нему, держа камень на вытянутой руке и вслух читая заклинание.

Колка весь обратился в магию. Он ощупывал лес, мягко перебирая каждую травинку. У него получалось даже лучше, чем у Рит. Лес был его домом, его жизнью, он понимал о нём всё.

Страх нёсся в их сторону отражаясь от любого живого существа. Но он был где-то в двух мерах от них. Тамахи удовлетворённо осклабился и повернулся к ним со странным выражением на лице.

Ката протянул руку, покачиваясь, как будто успокаивая разозлённую змею.

-Тамахи, вернись, дай мне Зерно,- тихим, чуть звенящим голосом уговаривал он.

Тамахи отрицательно затряс головой, и над его плечами задрожала прозрачная тень крыльев.

Глава 28.

По дороге, вдоль опушки, ехала странная парочка. Пожилой охотник, веселящийся, как мальчик и юноша-рыцарь, печальный и задумчивый, как, умудрённый жизнью, старец.

Дорога повернула в гущу деревьев.

-Как я соскучился за лесом, дорогой, ощущением свободы,- Стан, казалось, помолодел лет на двадцать.

Он сам не знал откуда вдруг появился такой детский каприз, бросить лавку на соседа и отправиться на опасную охоту. Конечно, всё это объяснить можно. Когда Харид явился к нему с заданием короля, он, естественно, рассказал ему о ямми.

-Тебе будет невозможно трудно одному в лесу. Ты воин, а не охотник,- он подумал пару минут и вдруг усмехнулся,-знаешь, а там собралась интересная компания. Может нам удастся встретить их, хоть на обратном пути..

-Нам?- поражённо воскликнул Харид.

-А что, я ещё не древняя развалина. В лесу, так вообще, ещё сто очков вперёд тебе дам.

Стан, возбуждённый неожиданно принятым решением, потащил рыцаря в кладовые и в час экипировал и себя, и его самым лучшим для охоты инвентарём. Правда, с мечом и бронёй Харид расставаться не собирался. А Стан и не настаивал. Про всё остальное для охоты, он знал всё, что надо знать, получше любого другого собрата по профессии. И возможности имел немалые. Его лавка с кладовыми заставила бы любого из них душу заложить за тсолы.

Харида дорога вводила в состояние транса. Он впадал в глубокую задумчивость, особенно, если, как в данный момент, был кто-то, кто мог следить за безопасным передвижением. А Стан, хоть и пребывал в некоторой эйфории, но инстинкты включил сразу за городскими воротами.

-Парень, ты глянь какая красота!- попробовал он расшевелить рыцаря.

Тот рассеянно оглянулся.

-Скажи, Стан, ты любил когда-нибудь так, что всё другое без неё было бы не в радость?

-Глупо было бы отрицать. Наверное, у каждого из нас была женщина, ради которой он мог и крылья отрастить. Только куда эти крылья принесут, если любовь, как зимняя буря над северным морем, сметает всё на своём пути.

-У меня было столько женщин, что уж поверь, можно было бы среди них найти и красивее и нежнее, ту что будет любить меня без памяти. Почему же я не могу забыть Рит? Может только потому, что она недоступна?

-Я думаю, ты по-настоящему сильный человек и тебе не нужна слабая женщина, чтоб её холить, баловать и защищать и чувствовать себя от этого мужчиной. Поэтому ты полюбил Рит. В ней независимость, воспитанная другим миром. Не свойственная нашим женщинам. Может какая-то властительница, с гибким умом и свободной королевской кровью, найдётся для тебя на земле Перейи, чтоб ты не умирал от скуки, отрываясь в постели от её тела.

Лицо рыцаря вспыхнуло.

-Умеешь ты добавить красок моим мечтам, старик,- и весело расхохотался.

Думать о Рит, как о женщине, было намного интереснее. По крайней мере, юное тело отвечало приятными ощущениями, которых Харид сознательно лишал себя уже довольно долгое время.

-Если б не Стан, пожалуй...- и лицо рыцаря покрылось ещё большим румянцем.

Хары бежали легко и быстро, как будто настроение старого охотника передалось и животным.

Они задержались в монастыре на ночь, только для того, чтоб дать им и себе немного отдыха и выслушать настоятеля. Оказывается, они не так уж и надолго отстают от охотников. Ямми шли пешком и не слишком торопились. После Мерен прокатался к монастырю и обратно. Что там ещё в деревне было? Следующий привал там, вот и узнают. Судя по всему, день-два не больше.

Настоятель страшно тревожился о Тамахи. Чем дальше, тем больше он жалел о своём выборе. Его взгляд, рука на груди, когда он покидал монастырский двор... Даже о мальчике он волновался меньше. В Кате горел священный огонь самопожертвования. Он мог потерять жизнь. Для "ловцов" душа была важнее.

Задолго до рассвета, ещё в сером туманном мареве, они выехали за ворота, как будто заразившись тревогой монаха. Но ехать нужно было почти целый день и, вместе с солнышком, настроение постепенно поднималось.

Стан порадовал Харида, наконец, обстоятельно передав ему рассказ ямми о его обожаемой Рит с семейством, и тот долго и затейливо ругался из-за того, что "вредный старик" скрыл от него самое главное.

-Почему ты не рассказал этого сразу?- горячился рыцарь.

Стан, сделав вид, что разобиделся на прозвище, отъехал вперёд.

-Чтоб ты не разболтал в городе всем девчонкам,- крикнул он через плечо и стукнул хару пятками по бокам. От неожиданности она вскинула зад и помчалась, подумав, наверное, что её, обычно уравновешенный, хозяин, почуял вирта, который, по её мнению, был достаточно далеко в серебряной траве, что стелилась под ветром волнами, по обе стороны, предваряя речной плёс.

Глава 29.

-Скорей, вторая на подходе,- заорал Колка.

Тамахи оскалился, дёрнулся и упал. Мерен приложил его кулаком по затылку. Деревенские схватили его за руки и отволокли на открытое место. Камень перекочевал в руки Каты. Без монаха встать в "шалашик" не получалось. Сделали круг и прикрылись щитами как могли.

Поглядывая на сваленную тушку первой химеры, понимали, что если вторая такая же доберётся до них, то щитки только станут их крышками на гроб.

Колка чувствовал, что чудовище уже где-то рядом. Но эта тварь не летела дуром. Ни одна травинка не шевелилась. Ямми, навсегда запомнивший густа, поднял глаза вверх и увидел как медленно и беззвучно сверху опускается прозрачный зеленоватый пузырь в котором плещется какая-то жидкость.

-Сверху,- крикнул он.

Слава Создателю, вчерашняя тренировка дала плоды. Все машинально подняли щиты. Шар лопнул и жижа, касаясь чёрного лака, застывала изумрудными кристаллами.

Ямми, не отрывая взгляда, смотрел в сторону откуда плыл шар. Воздух на нижней ветке поплыл, как подогретый.

-Там,- ткнул пальцем охотник. И Мерен щёлкнул тетивой арбалета. Листья как будто сдуло порывом ветра. Тяжёлое тело грохнулось вниз и приобрело желто-зелёную окраску бугристой кожи. Половина набора рогов воткнулась в прелые листья. Когти торчали врастопырку. Парализующий яд действовал просто мгновенно.

Ката, гадливо морщась, поднёс камень к застывшему голему.

Ямми не переставал слушать лес. Волна страха сходила на нет. Никакого признака третьей химеры он не чувствовал.

Тамахи зашевелился. Поднялся и поглядел на, участливо нагнувшегося над ним, Кату. В глазах зажёгся такой стыд, что его согнуло в дугу.

-Нужно уходить,- Мерен смотрел на далёкие очертания замка,- не на штурм же нам идти.. вшестером.

При этом он с сомнением глянул на Танахи. Тот ещё сильнее втянул голову в плечи.

-Мы должны быть готовы убить хрготу, если он нападёт. Мерен, вы можете вставить камень в головку болта?

Отступника затрясло.

Парни встали между ним и Катой. Мерен достал полый наконечник и отправил Зерно вовнутрь. С этого момента мальчик не выпускал из рук заряженного арбалета. В этот момент туши големов начали неловко вставать на лапы. Шатаясь и натыкаясь на всё подряд, они бесцельно бродили по кругу.

Отряд отправился в обратный путь. Впереди шёл Анан. За ним, опустив голову, брёл проштрафившийся ловец. Мерен не спускал глаз с его согнутой спины. Дальше шли парни, так и не обновившие своего оружия. Впрочем, впечатлений им хватило и так. Сзади шли Ката и Колка. Последний всё поглядывал на шпили замка и прощупывал настроение лесных обитателей.

Когда замок скрылся из вида отряда, маленькая фигурка отделилась от левой башни и камнем упала вниз, почти к самой земле и, тяжело маневрируя, на большом расстоянии полетела по их следу.

Хргота сразу почувствовал использование магии в окрестностях замка. Камень запротестовал. Нагрелся. Это его земля. Тут его корни. Крылатый заворчал. Глаз ещё ничего не видел, хотя рана уже не выглядела так ужасно. Он должен увидеть что произошло. Проследить. Осторожно. Выждав время, поднялся на башню. Потянулся к камню и определил направление. След чужого колдовства. И бросился вниз.

Зелёное одеяло листвы прыгнуло навстречу. Он забил крыльями и нырнул под него. След привёл его на большую поляну и хргота взвыл от злости. У него украли души. Монахи.. Проклятые ловцы.. Здесь было ещё что-то. Знакомое и незнакомое. Ему не под силу прочесть. Ничего, он пойдёт по следу и подстережёт их поодиночке. Может пустые оболочки ещё пригодятся для новых душ.

Ночь потихоньку летела ему навстречу. Её крылья становились всё чернее и, наконец хргота столкнулся с ней нос к носу. Лететь дальше среди деревьев было невозможно, да и не нужно, теперь его не увидят. Он поднялся над кронами и увидел невдалеке отблеск огня. Горело в том месте, которое его сородичи называют "домом Начала". Но не посещают никогда.

Здесь для них будет и "дом конца",- тихонько захихикал хргота. Пусть только заснут. Он придвинулся к толстому стволу, облокотился на него сложенными крыльями и прикрыл глаза.

Отец почти не учил их магии, не много рассказывал о Перейе. Но эту историю папаша передавал с особым удовольствием.

В этом доме жил тот, который дал крылья их родоначальнику. Тогда он почитал карга богом. Богом Хрготой. Но королём над людишками он сделался самостоятельно. Этот бог оказался слишком слабым. Добрячком. А власть держится на страхе. Новому королю нужен был крылатый наследник. Но женщина, лучшая из лучших, не смогла родить ему такого. Вместо этого родился обычный бесполезный пискун. Он только мешал по ночам и не давал мамаше как следует угождать господину. Король должен добиваться подчинения не только от подданных, но и от семьи. Он избил непокорную бабу и пригрозил, что придушит щенка, если не будет получать по ночам, того что ему положено как мужчине. Ему нужен сын с крыльями, а не это бесполезное дерьмо.

В эту же ночь сука с младенцем посмела сбежать. Он долго искал её. Народ знал только то, что королева изгнана, так как не смогла родить крылатого принца. Теперь каждую ночь ему будут приводить женщин. Та, что родит крылатого, станет новой королевой.

Однажды у одной из его наложниц родилась девчонка с золотым узором на руке. Король был поражён. Он наносил такой узор себе и королеве при помощи магии, как королевский знак и не думал, что он может передаться по наследству. Он сказал, что эту девчонку он возьмёт, как только она будет в состоянии родить. Может она произведёт на свет принца.

Девка росла странной. Часто убегала в лес и подолгу пропадала там. Пока он не обратил внимание, что она брюхата. В гневе он изнасиловал её при всём народе и бросил в клетку на всеобщее обозрение.

Прошёл срок и она родила. Каково же было удивление короля, когда мальчик родился крылатым. Слово правителя закон. Он взял её в свой дом. Но сукам он больше не верил. В первую же ночь свободы она решила бежать. Правда наследника он держал под охраной, отдельно. Но за ней он решил проследить.

Девка и помогла ему найти его сыночка и бывшую жёнушку. В доме своего бога. Он порвал их на куски. И разбросал по лесу вокруг его жилища. А девке изуродовал рожу. Она ещё должна выкормить принца. Только тогда явился Хргота. Он плакал над убитыми и винил себя, что дал силу в недостойные руки. Тогда король и понял, что никакой он не бог и всадил ему кинжал в спину.

Он поднялся с ,потерявшей сознание, девчонкой на вершину самого высокого холма в округе и заорал в экстазе.

-Теперь я Хргота!- потрясал руками король. Тогда он и нашёл первое Зерно. Камень был прекрасен. Его магическую силу он ощутил мгновенно. Он понял, что теперь магия слабого бога ему больше не нужна. У него есть то, что и так сделает его всесильным. Первое, что он захотел это самый большой дом, такой чтоб ни у кого на Перейе. И он получил его.

Хргота открыл глаза. Он заснул. Надо же! Проспал целую ночь и даже не услышал как ушли те, кого он собирался подстеречь.

-Что это?- злился он,- может, магия убитого бога мстит ему?

Он быстро нагнал их по воздуху и увидел среди них тех, кому хотел отомстить. Значит их девчонку защитить некому... Он поднялся повыше и не скрываясь, с торжествующей ухмылкой полетел в сторону деревни. Они поняли и погнали хар.

Куда им, бескрылым!

Глава 30.

К'яне приснился рассвет. Тепло и мягко первые лучи гладили её по шёрстке. Золотоволосая открыла заспанные глазки. Чья-то магия звала её. Это не плетение шарм. Оно будит грубо, как порыв ветра в спину. Не магия Зерна. Она заставляет дрожать к'вейю от низкого гула. Эта магия была тёплой и лёгкой, как солнышко. Малышка выбралась из дупла и её обернуло светлым облачком и опустило на нижнюю ветку дерева. Перед ней была молодая пара. Она знала кто эти люди. Что знает одно плачущее дерево, то знают все. А значит видели во сне все малышки-оракулы.

-Здравствуй Рит, здравствуй Рипли,- сказала незнакомая к'яна,- что вы хотите узнать у к'вейи?

Рит заинтересовала история карга-скульптора. Она узнала через Тантии у Веста, где в лесу есть плачущее дерево. Они уже могли выходить ненадолго. Магия каргов меняла их. Да и не будут же шармы ежедневно проводить ритуал поиска. А узнать историю до конца им очень хотелось. Мелли, на всякий случай, всё же оставили среди каргов.

Эта к'яна была молоденькой и очень серьёзной. В отличие от их знакомой кокетливой врединки. Она не стала даже притворяться, что нужен ритуал ночёвки под деревом, для того, чтоб увидеть ответ во сне. Иногда это и правда необходимо. Но эту историю она и так видела множество раз. И пересматривать её не желала. Даже для того, чтоб удовлетворить слабость любой к'яны. Посмотреть на человеческую любовь.

Нет, малышки не подсматривали по ночам, как мальчишки застукавшие влюблённую парочку и жадно наблюдающие из укрытия, тайком касаясь себя. К'яны ощущали миг наивысшего накала чувств даже не высовывая любопытных носиков из дупла. В это время им снились самые сладкие сны.

Малышка неохотно рассказала историю, которую почти в это же время вспоминал хргота.

-Это не может быть просто рецессивный ген,- задумчиво пробормотала Рит.

Рипли ненавидел, когда она говорила слова из своей прошлой жизни, ему казалось, что они разделяют их. Но, после занятий с каргами, парень стал более уверенным и спокойным.

-Я не понимаю, Рит, объясни,- твёрдо, стараясь не выказывать раздражения, попросил он.

Рит, знавшая об этой особенности, извинилась.

-Прости, задумалась. Я попробую сказать попроще. Понимаешь, есть особенности, которые родители передают детям по наследству. Цвет глаз, форму носа. У вирта не родится плях. Передают их, частички, которые называют гены. Есть гены, которым, чтоб проявиться нужны определённые условия, например, чтоб они были у обоих родителей. Они называются рецессивные. Иногда, признаки каких-то изменений в генах проявляются через поколение. Как крылья у хрготы. Его ген был изменён каргом. Но, если бы крылья у хргот просто проявлялись через поколение из-за такого гена, Мелли родился бы крылатым. Но первый хргота изнасиловал беременную девушку сына. Я могу только предположить, что в его семени находятся какие-то энзимы,- она запнулась снова на незнакомом для Рипли слове,- вещества, которые запускают рост крыльев у плода, если попадают в матку женщины до определённого срока беременности. То есть у малыша есть замочек - рецессивный ген, кажется, гомозиготный, то есть передаётся по мужской линии, а хргота добавляет энзим - ключик, что открывает замок. Фу!

Рит вздохнула с облегчением. Она такой горе-специалист в биохимии, а тут целая лекция да ещё и в магическом мире. Жесть! Представляю, какой чепухи я нагородила. Много мы там со школы помним. И, главное, зачем? Мужик и так комплексами мается. Вот дурачок! Она же его любит...

Рипли в общих чертах понял, что она пыталась объяснить. Его, правда, жутко смущали разговоры о всех этих женских подробностях. На Перейе женщины с мужчинами о таком не говорят. Всё таки, его жена необычная женщина. И она выбрала его, с гордостью думал он.

Харид со Станом услышали крик. По полю, петляя, как плях, в их сторону неслась жена Мерена. За ней, сбивая цветные метёлки, летел хргота. Увидев двух мужчин, он забил крыльями и взлетел повыше. Женщина, тем временем юркнула за спину рыцарю. Стан вскинул арбалет. Стрела была обычная, большого вреда чудовищу она бы не нанесла, да и отвёл бы он простую стрелу. Но охотник посылал болт за болтом, чтоб отвлечь крылатого, не дать ему использовать магию для убийства.

Женщина визжала так, что закладывало уши. Болты кончились, нужно было перезарядить арбалет. В этот момент хргота атаковал рыцаря, как самого опасного противника. Но броня в который раз спасла ему жизнь. От соседних домов, на крик женщины, бежали вооружённые мужчины. Хргота обернулся на крики и Стан успел всадить обойму болтов на место. Крылатый понял, что со всей деревней ему не справиться. Он в последний раз со злобой повернулся к рыцарю с готовым заклинанием и получил болт во второй глаз. Он закувыркался в воздухе и бросил магию на прямой переход.

Корни притянули камень на то самое место, где он прирастил его к земле. У входа в подвал. Ослепший и одуревший от боли, он на ощупь нашёл дверь и упал на каменный пол, едва задвинув тяжёлую щеколду.

Глава 31.

Хргота-близнец почувствовал боль в груди. В последние дни, в отсутствие брата, у него такое уже случалось. Неясная тревога овладевала им и вдруг, томительно остро, как будто что-то живое внутри сжимают в кулак изо всей силы. Он присел и задышал часто и через силу. Позвал магию. Боль отступила. Ему не хватало братишки. Они выросли вместе, делили счастливые и трудные дни. Правда брат был больше похож на отца. Но, несмотря на все недостатки, он был единственным на всей Перейе, кто не считал его врагом. Монстром. Или ему хотелось, чтоб так было. Он по крайней мере был благодарен Создателю за то, что тот избавил его от одиночества.

А ещё, он мечтал о женщине. Не на раз, чтоб продлить свою бессмысленную жизнь, а как у людей. Чтоб дом и детишки. И брат. Семья. Пусть бы и бескрылые. Иногда, он прилетал в деревню и подглядывал по вечерам в окна человеческих домов. Как мужчины ласкают любимых женщин. Как те заботятся о них. Как целуют и рассказывают сказки малышам на ночь. А ещё, как, на посиделках, поют девушки. Улыбаются и кокетничают с парнями. Один раз он даже пошёл за одной и ласково позвал её из ночного сада. Но, когда она увидела его, то с криком ужаса убежала. А он улетел в лес и долго по-детски плакал, забившись в заросли, цветущих розовым, лалилей.

Никогда крылатый так не желал избавиться от своих постылых крыльев. Никогда не говорил об этом с братом. Тот засмеял бы его и посоветовал "уволочь суку за волосы и вставить ей поглубже". А он не понимал, какое удовольствие может дать, кричащая от боли или лежащая без сознания пластом, женщина. Ему нужен был свет в её глазах. А совсем не страх.

Сейчас же, хоть боль прошла, тревога осталась. В последнее время брат появлялся и исчезал такой загадочный. Ходил с напыщенной улыбкой и становился всё больше похож на, убитого ими, отца. Об этом близнец вспоминал с ужасом. Брат всегда был более непокорным и доводил отца до того, что тот избивал его чуть не до смерти. В тот день, ему пришлось увидеть самое жуткое избиение. Когда ребёнок упал, обливаясь кровью, тиран назвал его бессильной бабой, перевернул на живот и собирался...нет, двойняшка не мог этого терпеть. Ударил его по голове сзади тяжёлой ручкой от факельной ониксы, а брат сорвал с него амулет и вырвал зубами горло. Тогда камень развалился на две половинки и кусок откатился к его ногам. Он поднял его и бросился к, едва живому от побоев, старшему.

Да он был младшеньким и, возможно, будь ситуация иной, и камень остался бы цел, брат, даже в таком состоянии, забрал бы его себе. Не потому, что был физически сильнее, просто близнец не стал бы сопротивляться. Он не смог бы жить один. А вот его единственная родня только и мечтает. Он несколько раз намекал за эту неделю, что хргота должен иметь своё царство, свой одинокий путь. Может решил отобрать его половину камня? Выставить его из дома? Он не знал, что с ним будет тогда. Если его оставят в живых.. Может он не умрёт, а просто потеряет, пугающие всех, крылья и магию и проживёт человеческую жизнь. Такого ещё не случалось с хрготами. Как не было и, растущих вместе, близнецов.

Но, что, всё же, произошло с братом? Уже несколько дней он не появлялся. Отправился погулять по мирам? Так что ж не сказал? Да и уходил он, в таких случаях, прямо с балкона. Просто исчезал. Как он любил - эффектно. А тут (он подглядел) полетел в сторону соседнего замка. Он сам никогда туда не летал. Только в детстве шалун старший таскал его за собой. Сосед был очень старым, точнее сказать, древним хрготой. Потому, что телом-то, он стар не был. Скольких потомков извёл, сказать трудно! Не дай Создатель, ему в руки попасть. А, может, он убил брата? Или захватил зачем-то... В магии его познания куда как больше. Может, хочет подчинить его, сделать своим крылатым воином?

Ему жутко страшно, но он должен проверить. Вдруг, брату нужна его помощь, а он сидит и своей болью в груди занимается. Близнец поднялся на свою старую башню, протиснулся меж зубцов, которые безумно раздражали его пару, и слетел вниз, направляясь к пугающему месту.

Уже издали он заметил, что замок изменился до неузнаваемости. Прежний - приземистый, грозный, давящий, сменили более стройные и очень высокие строения с четырьмя вышками по углам, с широкими и гладкими лётными площадками. Такой, мог бы понравиться его брату..

Какое-то время он наблюдал, затаившись между густых ветвей высоченного дерева бут. Его смущало что-то, но он не сразу понял, что не слышит привычного треска химер.

-Другой замок,- понял он,- это точно новый хозяин.

Отсутствие химер только подтверждает догадку. И тут, у подножия строения, внезапно появился он.. его брат! В крови, слепо шаря по стене, открыл замаскированную дверь и почти упал вовнутрь.

Близнец, не раздумывая больше, кинулся вниз. Он ударился грудью в, запертую изнутри, дверь.

-Братик, братик, открой, это я!- рыдал он.

-Ты пришёл меня добить?- раздался, хриплый от боли, голос из-за двери.

-Что ты, что ты, я же люблю тебя, дай мне помочь тебе!

Какое-то время, за дверью молчали.

-Странный ты, какой-то ... брат ... ну, может только ты...- и, горько засмеявшись, через силу поднялся, и отворил замок.

Глава 32.

-Мы не догоним его,- Колка резко остановился,- он полетел к деревне. Эта злопамятная тварь, наверняка, хочет закончить свою работу. Он похитит Далию. И скорее всего вернётся с ней в замок. Нам нужно спешить обратно. Может мы поймаем его по возвращении. И попробуем спасти её.

Эти бега туда-обратно измотали всех. Да ещё и состояние Тамахи вызывало вопросы. Он, то тихо плакал и прятал глаза, то они, вдруг, приобретали нездоровый блеск и он бросал красноречивые взгляды на отнятый амулет. В нём происходила борьба, видимая всем окружающим.

Приблизившись к замку, они остановились, не зная как поступить. Пробраться внутрь - невыполнимая идея. Стена окружала постройку со всех сторон. В ней не было ни ворот, ни окон.

-Не может быть, чтоб не было какого-то тайного хода,- Харид упрямо качал головой,- а, если ему нужно доставить что-то, что он не в силах поднять. Или вывести оттуда новую химеру. Насколько я знаю, они крылатыми не бывают. Хрготы сильны, но вспомни последние туши, что мы завалили. Может он и выволок бы их по земле, но в воздух поднять.. сомневаюсь. Где-то должны быть подземелья, в которых из пленных делают чудовищ. Так что подниматься к самим стенам может и не надо. Нужно подъехать к подножию холма и искать там.

-Прячьтесь,- вдруг сдавлено крикнул ямми.

Они юркнули в кусты.

-Там,- показал пальцем Колка.

Под холмом действительно была замаскированная дверь. Они успели увидеть и появление раненного хрготы и его прилетевшего брата.

-Двое,-прошептал ямми.

Из двери вышел крылатый и полетел прямо в их сторону.

Ката поднял арбалет. Далии с ним нет. Значит можно стрелять. Если замок разрушится, пленных там нет.

Его отец был строгим учителем.. когда был жив. Он заставлял мальчика тренироваться в стрельбе ежедневно. И после его смерти он сохранил этот ритуал в память о нём. Даже в тяжёлые дни скитаний, это умение спасало ему жизнь. Хотя он не любил убивать животных. Но есть нужно...

Сейчас на него летел враг, но он не собирался стрелять в него, он целил в камень. Его особенный наконечник уничтожит Зерно искушения. Болт вылетел и только в этот миг Ката понял, что это не тот хргота. У него глаза были целы.

Близнец не смог остановить полёт. Камень впился в камень. Но этот смертельный поцелуй уничтожил оба осколка близнецов. С грохотом начали рушиться оба замка. Один, погребая их настоящую цель, о чём они ещё не догадывались, а другой лишая его брата той связи, от которой он так стремился избавиться. Он сам падал, его широкие крылья стали прозрачными, а потом и исчезли вовсе. Хоть он и не успел взлететь высоко, удар был ощутим.

Его окружили, укрывшись за щитами. Хргота не сопротивлялся. Он лежал, глядя в небо и плакал. Никто из нападающих не смог поднять оружие, глядя на эти глаза.

В этот вечер, охотники, уже никуда не торопясь и никого не опасаясь, расположились в доме карга и слушали историю близнеца. Он всё ещё начинал плакать, когда в рассказе вспоминал о детских проделках "братишки". Но он понимал, что люди имели право на месть. Просто горевал о брате.

Камень монастыря, в отличие от камня Рит исчез. Обломков хрупкого наконечника не нашли, они упали куда-то в заросли. Проверить, остался ли амулет цел, у них не было возможности. Правда, храм был построен без всякой магии и разрушение ему не грозило. Но "ловцы душ", оставшиеся без камня, оставались без цели. Но об этом должен был позаботиться настоятель.

Тамахи, который бросился в кусты искать Зерно, пока все остальные были заняты близнецом, получил вместо камня "лёгкую смерть". Напоролся на куст сматхи. На нём созревают сотни коробочек, которые при соприкосновении лопаются и выпускают облако токсина, убивающее практически мгновенно. Очень маленькие дозы этого вещества используют шармы для лечения тяжёлых душевнобольных, чтоб дать им сладкие сны, пока магия постепенно исцеляет их душу.

Ямми, которые увидели его на расстоянии, не дали остальным подойти к телу. Сказали, что всё это место будет ядовито до тех пор, пока от добычи сматхи не останется только скелет.

Близнеца мы решили отвести к настоятелю. Пусть побудет с ним. Такое общение станет полезно обоим. Ката, понимавший, что он прямой виновник гибели его брата, старался облегчить ему боль и долго беседовал, даже тогда, когда все уже устроились отдыхать.

-Мой единственный грех,- тихо сказал бывший хргота,- убийство отца. Но и это я сделал защищая брата. Наш замок был стар и химер в округе хватало. Ни мне ни брату не нужно было заниматься пленниками и брат, пока был совсем юным любил путешествовать по мирам. Однажды, я отправился с ним и понял, что в каком бы мире ты не находился, свой мир ты носишь в себе. Если бы не брат, я бы не взял камень. А приняв его, уже не мог отказаться. Я мечтал об этом, но сделать был не в состоянии. И, хотя я не делал ничего плохого, люди всё равно не принимали меня. Один взгляд на мои крылья и я чужой. Монстр. Хргота.

-Сейчас ты не остался без крыльев,- задумчиво сказал Ката, они внутри, просто не видны окружающим. Ты сам сказал, твой мир в тебе. Ты не стал другим. И не должен волноваться о том, чего ждут от тебя другие. Ты должен понять, чего ждёшь от себя ты сам. Это правда, люди часто принимают нас поверхностно, глядя на то, как мы выглядим. И это бывает очень обидно. Но, если мы чего-то хотим, Создатель даёт нам шанс попробовать.

-Если бы я знал, что за это придётся заплатить такую цену...

-Не гневи Создателя.. Это не твоя цена, а твоего брата,- Ката совсем не по-возрасту серьёзно задумался,- понимаешь, Зерно хргот или плетение шарм, это только символы. Символы искушения. Ведь не они делают тех, кто ими владеет, теми, кто они есть, а отношение к владению ими. Уже только безумное желание Тамахи овладеть камнем, привело его к гибели. А вот женщина, убившая старого хозяина замка, найдя камень, использовала его для благой цели, получила обратно нетронутым и выбросила его в воду, как обычный камешек. Если ты будешь поступать как хргота, твои крылья, даже призрачными, станут видны людям.

Хргота спал и ему снился маленький домик. С садом и цветами под окнами. И малыши, очень похожие на них с братом в детстве. И маленькие крылья за их спиной. Символ полёта. А совсем не злобы и жадности.

Глава 33.

Утро выдалось ветреным. Деревья трепало и клонило к земле. Спешить было некуда. Оставалось дело, которым некогда было заняться ни по дороге туда, ни по дороге обратно. Но всем хотелось отдать дань уважения крылатому каргу. На том месте, где Ката нашёл его останки вынули треснувшие камни и соорудили маленькую могилку, куда сложили лёгкие косточки летуна.

Близнец, конечно, хорошо знавший о событиях далёкой древности, в глубокой задумчивости, что-то чертил ножом на мягком крохком камне стены. С удивлением, остальные члены группы увидели как на ней возникает фигура летящего карга. Рисунок был не совсем точный, но очень характерный. Преувеличенно высокий и тонкий, с огромными распахнутыми крыльями, он, казалось, был создан парить.

Мерен одобрительно кивнул, а Ката счастливо улыбнулся.

-Я расскажу о тебе каргам,-сказал ямми.

-Отведи меня к ним,- попросил хргота,- я должен попросить у них прощения за мой род.

Анан толкнул брата в бок.

-Давай возьмём, Рит будет легче научить его общению с людьми, чем кому либо другому. Она более гибкая. Если уж химеру полюбила, то и с хрготой разберётся как себя вести. Да и с нашими ему легче будет, чем с монахами.

Колка пожал плечами.

-Да пусть идёт, если хочет.

У него была своя мечта, забрать с собой Далию. Как она ещё воспримет хрготу. Он решил сегодня же поговорить с Мереном. Ведь, если он воспротивится, то дочка вряд ли пойдёт против.

Ветер становился всё сильнее. В лесу слышался треск ломающихся сухих ветвей. С запада ползла туча - иссиня-чёрная. Ни о какой дороге уже и разговора не было. Надвигалась буря. В глубине клубящейся черноты вспыхивали зарницы. Первая молния разорвала небо и ещё издали покатился раскат грома. Все были рады убежищу в такую непогоду. Ещё удар грома, уже поближе, и открытый вход загородила крупная фигура. За ней показался ещё один силуэт, чуть меньше ростом, но такой же кряжистый и широкоплечий.

-Слава Создателю, нашли!- голос вошедшего оказался знакомым, и Мерен первым бросился вперёд.

-Стан! Привет, дружище! Как это вы тут оказались? И кто твой друг, я смотрю это рыцарь?- Мерен, конечно, слышал о Хариде от сына, Рит и Капитана, но встречаться им не довелось.

Только вновь-прибывшие устроились у костра, хлынул такой ливень, что все только охнули. Да, сейчас в лесу не сладко.

И тем, и другим было о чём порассказать. Хргота, которого эти рассказы не могли ни порадовать, ни ободрить, отошёл к могиле карга и начал процарапывать на камне надпись.

Ему было грустно. Он был очень одинок. Люди приняли его и были добры, не смотря на его прошлое. Но найти настоящего друга или, тем паче, близкого человека, будет очень непросто. Это было понятно, но легче от этого не становилось. Он закончил и посмотрел, что получилось. Буквы чуть приплясывали, но надпись чётко читалась: "...только крылатая душа уносит в небо..."

На его плечо легла рука Каты.

-Хорошо написал. И рисунок чудесный. Ты ведь сам научился?

-Я долго бывал один. Братишка бы удивился, увидь он нашу темницу. Там я себя запирал, потому что всё равно чувствовал себя запертым, рисовал, думал. И это было место, где он вряд ли стал бы меня искать.

Буря всё ещё бушевала, но дождь уже пошёл на убыль. Харид как раз рассказывал о королевском задании, и все кинулись разбирать, оставшиеся в дальнем углу, щитки. Они были великоваты для доспехов, и рыцарь был не уверен, что можно будет как-то их обработать и уменьшить до нужного размера. Но Стан успокоил его.

-Сок тангера размягчает покрытие за несколько дней и его, с трудом, но можно будет обрезать. Нас много, можно забрать всё. Продадим, семье Рит деньги понадобятся. Особенно, если уезжать куда-то далеко, чтоб можно было спокойно растить ребёнка.

Стан взялся паковать и увязывать. А Колка, отчаянно волнуясь, отозвал в сторону Мерена.

-Я хотел поговорить с тобой, как с отцом,- ямми всё никак не мог решить, как ему перейти к главному,- о твоей дочери. В нашем племени девушка беспрекословно слушает отца. И, хотя я думаю, что нравлюсь твоей дочери и сам чувствую, что встреча с ней стала самым важным, что случилось со мной с тех пор, как я покинул дом, но я должен спросить тебя, что ты думаешь об этом. Мне нестерпимо думать, что я могу потерять её, но пока я не сказал о своих чувствах ей, страдать от этого буду только я. Мне не хочется внести раскол в вашу семью, я уважаю тебя и мать Далии. Но я очень прошу тебя, позволь мне просить её стать моей женой.

-Я хочу только счастья для своего ребёнка, как любой другой родитель. Если таким будет её желание, мне останется только уговорить жену. Дети уходят, мы знаем это. Но, оба и так далеко, она будет очень страдать,- Мерен усмехнулся и неожиданно пошутил,- смотри, чтоб женщины в твоём доме не стало слишком много..

Ещё одна ночь в доме карга и ещё один сон хрготы. Синее море внизу, синее небо вверху. И несколько крылатых фигурок посредине. Он не видит их лиц. Только большие прозрачные крылья. Такие прозрачные, что солнце, которое садится над далёким берегом, просвечивает сквозь них... Разбудила его светло-салатовая шуша, которая села на нос, сложив свои радужные крылышки. Буря закончилась ночью. Над лесом поднималось солнце..

Глава 34.

В доме Мерена шумно. Харид и Стан уехали в город, ямми остались. Во первых дожидались денег от продажи, чтоб передать Рит, во вторых Колка и Далия готовились к свадьбе. Собирались отпраздновать как только Харид вернётся. Стан не обещал. "Прогулка" сбила его тоску по прежней свободе, и, теперь, он больше волновался о заброшенных делах. А рыцарь хотел попросить отпуск. Посмотреть как живут ямми и, конечно, встретиться с Рит.

Далия, счастливая и весёлая, забыла о своих страхах. Пользуясь первым же уроком ямми, она почти вылечила руку. Колка занимался с ней, помогая овладеть магией. Собственно, он, подражая Весту, давал уроки всем желающим. Успехи были у всех. Но, больше остальных, у Далии, Каты и хрготы. Правда, теперь он не звался так. Ката сказал, что первое, что ему нужно, чтоб осознать себя как личность, это собственное имя. Он долго думал и назвался Тару - дерево, семена которого, на лёгких прозрачных крылышках, уносит ветер от родительского дерева.

-Кто бы мог подумать, что я встречу когда-то хрготу романтика,- думал про себя Мерен. Ему вообще было о чём подумать.

Возвращающихся охотников Далия увидела издали. Работать в полную силу она ещё не могла, но сидела у поля и посматривала по сторонам. Они всё ещё стереглись, ведь, что произошло со сбежавшим хрготой, им не было известно. По тому как встретились дочь и ямми и по взгляду жены, Мерен понял, что разговор, о чувствах маленького охотника, для неё новостью не станет. И вздохнул с облегчением. Честно говоря, он боялся его не меньше Колки.

Тем же вечером он всё же попытался заговорить с женой.

-Так ты не против отпустить дочь в лесную деревню?- Мерен присел на постель и взял руки жены в свои,- я боялся, что тебе будет тяжело отпустить дочку.

-Она выросла, и любовь гораздо лучше, чем её прежние страхи. Ей пора иметь семью. А у нас с тобой тоже будет чем заняться, дорогой. Я беременна.

Мерен вытаращил глаза. Нет, жена ещё не была стара для ребёнка, но он как-то не ожидал этого после стольких лет.

-Я решила, что хочу этого, ещё тогда, когда Рит уходила с Мелли. А теперь вот и Далия. Но, если нам не удалось понянчить внуков, то мы ещё в состоянии родить своего ребёнка. Страхи Далии дали мне понять, что, не давая тебе больше детей, я веду себя так же, как маленькая девочка со своими детскими боязнями.

В эту ночь он снова почувствовал себя молодым. И жена давно не горела такой юной страстью. Утром хозяин дома ходил именинником, а, увидев Далию и Колку, сидящих в саду рядышком, заявил им, что свадьбу собирается отпраздновать в родительском доме. Далия, засмущавшись, убежала к матери, а счастливый охотник тряс руку Мерена и обещал, что будет для Далии самым лучшим мужем. В общем, говорил все те счастливые глупости, которые обычно пытаются наговорить родителям дочерей, путающиеся в словах женихи.

Ката пробыл в гостях несколько дней. Он думал, хочет ли он оставаться в монастыре и не желал приходить к настоятелю с сомнениями в душе. Уроки ямми убедили его окончательно. Он хотел продолжать. Так что, чтоб не задерживать будущее семейство, он решил сходить в монастырь и наконец доложить обо всём, что произошло с камнем и с Тамахи.

Хргота, всё ещё не привыкший, что его называют настоящим именем, не обернулся, когда его позвал ловец.

-Тару,- упрямо повторил парень и тот, наконец, сообразил, что зовут его,- я иду в монастырь, хочешь со мной?

-Хочу.. мне трудно быть здесь. Слишком много народа, шума и чувств. Я теряюсь. И боюсь.. Колка так отличается от Далии, а совершенно не переживает. А я, сейчас, совсем как обычный человек, а подходить к незнакомым людям, особенно к девушкам, стесняюсь.

Они обещали вернуться дня через три и пошли по лесной дороге. Тару не привык много ходить. Если ему нужно было, он летал. И теперь, прошагав какое-то расстояние и уйдя в свои мысли, он механически попробовал взмахнуть крыльями. Ката вскрикнул. Призрачное крыло ударило его совершенно реально. Он обернулся и захлопал в ладоши. Тару, это магия! Ты вызвал свои крылья! Теперь ты снова сможешь летать. А ну ка, попробуй их убрать.

Какое-то время они играли, как дети. Оба были молоды и их серьёзность запросто переходила в весёлость. Ката, как будто заражал близнеца энергией и уверенностью в собственных силах.

-Ты говорил, крылья есть у каждого из нас. Только их не видно,- Тару, с тайной надеждой, глянул на Кату,- попробуй, может ты тоже сможешь.

Монах честно попытался. Но у него ничего не вышло.

-Может, моё тело просто не знает как это сделать,- он пожал плечами,- спросим шамана, когда придём к ямми. Мы совсем мало занимались магией, но у тебя-то навык побольше, чем у меня. Ты пользовался камнем много времени, а Колка помог тебе дотянуться до того, чем ты и так владел. Только без посредника.

Они снова зашагали по тропе. Здесь, вдоль всей западной части леса, тянулись озёрца и болотца. После прокатившейся по всему краю бури, они наполнились водой, а берега стали более топкими. Поэтому, они не слишком удивились, когда услышали крик с той стороны дороги.

-Наверное, кто-то застрял в грязи или, чего доброго, попал в бочажину,- Ката одним ударом большого ножа срубил молодое деревце и они побежали на голос.

Слышно было, что кричала женщина. Потом к её голосу присоединился громкий детский плач.

-Нет! Нет! Нуси, нет! Не лезь к маме, останься там!- парни выскочили на поляну, круто сходящую к озеру. Женщина барахталась по грудь в воде. Очевидно, она хотела вымыться и вошла в озеро. Берег, залитый свежей водой, был покрыт травой, но дойдя до прежнего края озера, который видимо, круто обрывался, она сразу попала на глубину да ещё и в топкий ил.

- Помогите!- завопила она, увидев нежданную помощь. И замахала рукой в сторону, когда они бросились к ней.

Тару был ближе к маленькой девочке, которая ползла к воде. Он схватил её на руки и малышка, сначала, скуксила мордашку, собираясь заплакать, но увидев его старый медальон, в который, вместо, рассыпавшегося в пыль, Зерна, Ката вставил ониксу, тут же вцепилась в новую игрушку и потянула её в рот. Близнец держал ребёнка так, как будто он был стеклянным и мог разбиться. Тёпленькое, пахнущее молоком тельце малышки, вызвало такую волну нежности, что бывший хргота не смог сдержать слёз. Его синие глаза наполнились влагой.

Женщина, вытащенная Катой на берег, как была, в мокрой рубахе с испачканным подолом, прилипшей ко всем соблазнительным выпуклостям, бросилась к ребёнку. Но увидев глаза мужчины, держащего его, как будто завязла в воздухе. Шаг её замедлился и они оба одновременно покрылись ярким румянцем. Она обняла себя руками, закрываясь от его взгляда, и он, тоже, быстро и смущённо, опустил ресницы.

Глава 35.

Настоятель закрыл лицо руками.

-Это настоящее горе,- он чуть не плакал,- и моя вина. Я должен был предвидеть. Видел же, что Тамахи не готов к искушению Зерном, но верил, что он справится. Он не только потерял жизнь, но и утратил душу. Только я, только я виноват..

-Вы не должны брать на себя чужой выбор. Каждый делает его сам. И сам несёт за него ответственность,- Ката в этот момент казался старше, чем пожилой глава монастыря.

-Но тот, кто отвечает за своих людей, должен. Я выбрал его для этого поручения и выбрал не верно. Не пытайся успокоить меня, мальчик. Моя совесть не даст мне покоя. Кроме того, утратив камень, мы утратили цель. Какие же мы теперь ловцы.. А у меня столько людей на попечении. У них нет другого дома.

-А что случилось с вашим домом?- вдруг жёстко спросил бывший хргота.

-Кто это?- Ката ещё не успел познакомить их. Первое о чём он сообщил это судьба Тамахи и монастырского амулета.

-Сейчас меня зовут Тару. А раньше звали хргота.

Настоятель всплеснул руками и попятился.

-Да, у моих соплеменников не было имён. Хргота, для первого из них, был богом и убив его, он, по его мнению, стал богом сам. Но каждый из крылатых считал, что это его законное место. Они не желали видеть других. В их глазах, он единственный настоящий хргота. Это я утратил дом, вместе с разрушенным камнем. И потерял брата. Но сохранил в душе крылья. А ваш дом цел. И люди тоже. Если я в силах искать новый путь, то вы, тем более, в силах.

За этот один день, после встречи с Нилой, Тару совершенно изменился. Он много общался с малюткой Хани. Ребёнок был идеальным членом человеческого общества для бывшего хрготы. Он ничего не ожидал от него, кроме любви и заботы. И Тару от всей души дарил их девочке. Нила же, наблюдавшая эту идиллию, тоже тепло приняла его общество. И даже ребёнку было бы понятно, что между ними протянулась и ниточка более нежного чувства.

Женщина, безусловно, нуждалась в покровительстве. Её жизнь нельзя было назвать лёгкой. Одинокая сирота, она работала в городе в одном из базарных кабаков, мыла скребла и чистила, с самого раннего детства предоставленная только сама себе и считавшая своего хозяина благодетелем, давшим ей хлеб и кров. Больше ничего она за работу не получала. Как только она подросла и стала очень милой девушкой, хозяин нашёл, что она может уменьшить свой "долг", согревая его постель. Только ребёнок, мешающий бесплатной служанке работать, да ещё требующий средств, не входил в планы хозяина, и девушка, получившая небольшое выходное пособие, что мешало ей обратиться с жалобой в королевский суд, оказалась за дверями своего единственного дома.

Деньги подходили к концу, а найти работу, с малышкой на руках, было очень трудно. Она почти потеряла надежду. Конечно Тару, сам не определившийся в жизни, не был тихой гаванью, но для каждого из них, возникающее чувство было первым. Трепетным и единственным. Что могло удержать в жизни их обоих.

Нила уже была в обители. Её накормили, обогрели, как любого путника. Но в монастыре жили одни мужчины и женщину, дав ей немного денег, предоставили собственной судьбе. Она не успела отойти от монастыря далеко, как попала в беду.

Близнец не выпускал ребёнка из рук и Нила, покорно как овечка шла за ними. Она не привыкла ничего решать, живя в прислуге с малолетства. Ката не возражал, он видел результат этого общения и только радовался за обоих.

-Время всё расставит по местам,- думал он,- а опека мужчин этой милой паре совсем не помешает.

-Я хочу покинуть монастырь. На время,- успокоил старика Ката, увидев какая боль и разочарование появились в его глазах,- мне нужно поучиться кое-чему, что может дать новую цель и мне, и нашим братьям. Пусть в обители всё идёт по-прежнему. Дождитесь меня, отец-настоятель. Может быть энергия молодости и мудрость старости смогут изменить этот мир к лучшему.

Старый монах послушал и историю хрготы. Тару поразил его. В их мир входило что-то новое. Сначала Рит. Теперь близнец. Перейя искала новое место на Оси Создателя.

Глава 36.

Все влюблённые Перейи, в день свадьбы, умирают от страха. А вдруг не получится? Только те, кто любит по настоящему, могут зажечь ониксу днём.

-Свадебный обряд - самый честный из всех существующих. И подтверждает правильность слов их шаманов,- думал Колка,- души молодых, непроизвольно касаются магии, не понимая этого. Только магия эта особенная. Одна на двоих. Тут нужно не умение, а искренность, иначе ничего не выйдет. Здесь, в деревне, некоторые девушки даже надевают браслеты с плетением, надеясь этим помочь заполучить жениха. Глупенькие.. Сами не понимают, что делают. Даже, если бы это помогало, что может быть лучше, чем знать, что тебя действительно любят.

Вчера вечером приехал Харид. Король, хитрец, как все короли, получив от Стана два доспеха, заявил, что Рит всегда может приехать и получить свои деньги. Купец предполагал, что так и случится. Остальные доспехи, всего их вышло шесть, он продал через своих друзей, тайком.

Рыцарь понял, что ему не стоит просить долгосрочный отпуск, король может пустить по его следу шпионов. Он сказал в казармах, что хочет с недельку отдохнуть после тяжёлого путешествия. Он ещё слаб после болезни. Ему бы погулять на свадьбе у друзей и уж потом вернуться к службе.

Его награда от короля должна отправиться Рит. Раз уж от родственничка ей ничего не получить. Он и так достаточно богат.

Харид накупил свадебных подарков. Пусть в лесном домике молодожёнов будут вещи, которые напомнят о нём. К ним свободно можно присоединить подарки для тех, кто скрывается.

Чтоб не обидеть Рипли, нужно выбрать что-то не слишком интимное и не очень дорогое. Он купил три одинаковых обруча для волос с вставленными в них ониксами. Их носят и мужчины и женщины. Харид подумал, что они пригодятся там, где сейчас находятся беглецы. И Рит наденет обруч на себя. Так он будет чувствовать себя рядом с ней.

-Интересно, а ведь настоящей свадьбы, с обрядом, у них не было. Загорелась бы у них оникса?- мучал себя сомнениями рыцарь,- вот у него бы загорелась.. Впрочем, для этого нужны двое.

На базаре он заметил типчика, что появлялся возле всех лавочек, где он делал покупки. Король всё же узнал о его просьбе. Ну, что ж, ничего подозрительного Харид не делает. Свадебных даров для всех родственников никто не отменял. Даже если этот пройдоха проводит его до самой деревни, ничего он не увидит, кроме настоящего обряда. Только вот желанной встречи рыцарю не видать, как своих ушей.

Свадьба, по всем правилам началась за час до полудня. Молодых провели на деревенскую площадь, где свидетелями были все присутствующие. Далия, нарочно, надела платье без единого украшения, белое и без рукавов, чтоб были видны её руки, а Колка вообще был обнажён по пояс. Его татуировки, покрывавшие всё тело, всё ещё удивляли деревенских, хотя, проводя уроки магии, ямми постепенно приучал их к своему внешнему виду, надевая лишь лёгкую безрукавку и короткие, по колено, кожаные штаны. Девушки, сначала посмеивавшиеся над его ростом, теперь с восторгом и некоторой завистью смотрели на его точёные мышцы груди, узкую талию и плоский живот, в отличие от рыхловатых фигур некоторых сельских парней.

Начался ритуальный танец. Парни и девушки сходились и расходились, кружились парами и менялись партнёрами проходя полный круг. Когда влюблённые, наконец, сошлись снова, им подали большой камень, который они держали на вытянутых руках, глядя друг другу в глаза. Если до полудня, когда солнце оказывалось над головой, камень не загорался, свадьба считалась не состоявшейся.

Колка не мог дождаться момента, когда Далия снова окажется с ним в паре. Лубок с руки сняли только вчера, но он боялся, что камень окажется слишком тяжёлым, если держать его придётся слишком долго. Но оникса вспыхнула, едва они коснулись её и все радостно закричали.

Тару, стоявший рядом с Нилой, робко коснулся её руки. Она посмотрела на его просящие глаза и неожиданно шагнула с ним в круг. До полудня оставалось несколько минут и они протянули ладони к уже погасшему камню. Пальцы их коснулись его одновременно. И он снова вспыхнул ярко и ровно. И снова вокруг раздался одобрительный крик. Жители деревни засвидетельствовали две свадьбы вместо одной.

Глава 37.

Рипли всё никак не мог решить, чего же ему действительно хочется. Как только он впервые коснулся магии, ему стало легко идти дальше. Как будто он просто вспоминал то, что знал раньше.

Их встреча с к'яной дала повод для нового визита к скульптору. Парню нравилось общаться со старым каргом. И ещё его всё время тянуло к барельефу. Каждый раз, спускаясь вниз, он подолгу стоял, глядя на морские волны лижущие скалы и ужас на лицах тех, кто видел крушение собственного мира, устроенного своими же руками.

Прежде ему хотелось изменить себя снаружи. Теперь он менялся изнутри. И его всё больше стесняли каменные стены. Хотелось простора. Хотя возможностей у их тел появлялось всё больше и без глобальных перемен. Бедный Харид, он бы расстроился, узнав, что теперь они могут свободно видеть в полной темноте. Им больше не нужны камни шарм, чтоб избавиться от боли или остановить кровь. Они могут снять усталость. Зажечь пламя и поднять из земли воду. А ещё превратить её в лёд. Умели объединять усилия, если одному не хватало сил с чем-то справиться. Общаться на расстоянии.

Пришёл день, когда они решили выйти на поверхность. Рипли в последний раз спустился к своему другу.

-Как бы мне хотелось сделать что-то для вас,- парень задумался,- я хотел бы вернуть вашу жизнь, дать надежду, как вы дали её нам. Меня удивляет, вы так много умеете, а приспособить своё тело для жизни на поверхности не смогли.

-У каждого организма есть свой предел. В изменениях тоже. Но, может, наши предки просто испугались того, что уже единыжды разрушило их жизнь. Потеряли страсть, жажду знаний. Цель, в конце концов. Если бы мы могли вернуться обратно.. Но мы не знаем, что стало с нашей землёй. Сможем ли мы жить там снаружи. Там на севере было более прохладно, чем здесь. Меньше солнца. Облака. Дожди. Густые тенистые леса. Реки и озёра. И селились мы вдоль берега моря. Поэтому среди нас так много водных оборотней.

Попрощались тепло. Да и пожить пока решили у ямми. Так что, проведать друзей возможность была. Тантии и Канди очень привязались к малышу.

Ямми встретили их тепло. Вечером собирались устроить праздник. Но к полудню стали собираться тучи. Буря, прошедшая с запада на восток далеко стороной, не пролила в округе ни капли дождя. Вообще стояла сушь и, сначала, все даже обрадовались грозе. Но сухой треск молний приближался, а на землю всё ещё не упало ни капли.

Шаман озабочено хмурился.

-Сухая гроза. Однажды такая сожгла лес на меры. Слава Создателю обошла деревню.

-Дым!- закричал мальчишка, которого Вест заслал влезть на высокий тамар.

-Воду!- шаман скомандовал ребятишкам и те разбежались по деревне.

Люди обливали дома и ограду. Земля вокруг деревни была обкопана на меру. Вест всегда следил за этим. И врагу не подойти незаметно и от огня какая-никакая защита. Но, если огонь пойдёт прямо на них, это не спасёт. Задохнутся.

Из леса к посёлку бежали люди.

-Далия!- бросился к сестре Рипли.

-Братишка!- она бросилась ему навстречу,- пожар, огонь идёт!

По краю поляны , панически подёргиваясь, в сторону реки проскакал плях.

-Женщины, уводите детей к реке,- Вест обречённо глянул в сторону, тёмного облака.

Рит упрямо помотала головой.

-Мы должны попробовать вызвать дождь!.. Вместе!

Рипли согласно кивнул. Ямми, Вест и Далия присоединились. Незнакомый Рит мужчина, нежно подтолкнул женщину с малышкой на руках к уходящим ямми и вдруг легко распахнул прозрачные крылья и взлетел. Мелли восторженно взвизгнул и вырвался из рук отца. Крохотные крылышки затрепетали за его спиной и Рит испуганно вскрикнула. Рипли рванулся за ребёнком, взлетавшим всё выше, и удар воздуха сбил с ног маленького шамана. Оба мужчины одновременно поймали ладошки малыша и повернулись в сторону пожара.

-Не теряйте времени,- крикнул Тару, счастливо улыбаясь,- ещё раз вместе.

К стоящим на земле присоединились мужчины племени и порыв ветра ударил в лицо первыми каплями. Туча наплывала всё ближе и на горящий лес обрушился шквал дождя. Женщины хохотали, утирая мокрые лица, глядя как малыш, выдернув скользкую ручонку, кувыркается в воздухе. А старый шаман вдруг вытянул руку к реке.

-Шармы!- с ненавистью воскликнул он.

Глава 38.

Пять чёрных фигур, прямых как палки. С постными лицами и высокомерно поджатыми губами. За ними отряд около двадцати вооружённых всадников мужчин двигались со стороны реки. Женщин и детей ямми, оставшихся чуть в стороне, они, демонстративно, игнорировали.

Рит прикрыла глаза. Мелли, почувствовав её тревогу, перестал шалить и, трепыхая крылышками, опустился ей на руки. Она прижала его к груди и он превратился в обычного малыша, если можно назвать обычным того, кто только что спустился с неба.

Рипли и Тару не спешили проделать то же самое. Сверху им было легче защитить своих или отвлечь на себя часть внимания. Они оба как-то сразу ощутили родство друг в друге, а Рипли, нежданно-негаданно, получив назад крылья хрготы, понял, что, именно, этого ему не хватало для полной уверенности в себе.

Высшая, а это была она, тоже знала - то, что нужно сделать так, как нужно тебе, надо делать самому, и миссию встречи с Рит не доверила Низшим. Когда её шпионы, притворявшиеся охотниками, доложили о том, что последним местом, где видели семью, было племя ямми, а дальше следы теряются в лесу, ни на миг этому не поверила. Это глупых мужчин можно обмануть как вирта, путая следы и засыпая их вонючей сальмой. Она знает, что дикари-охотники это умеют лучше всех остальных. И надеялась на свою удачу. У неё наконец получилось вызвать грозу и поджечь лес. Колдунья не говорила никому, что освоила такую сильную магию в одиночку. Если ямми выйдут из-за стен посёлка, они будут более уязвимы.

Рит смотрела на шарм и улыбалась. Высшая тоже молчала. Это был своеобразный поединок, и характера было не занимать обоим.

-Мы пришли с миром,- наконец, сдалась Высшая.

-Допустим,- спокойно ответила Рит, она умела держать театральную паузу.

-Нас интересуют возможности нашей сестры и её ребёнка,- колдунья тоже умела играть в игры.

-Так послали бы приглашение,- Рит ухмыльнулась,- хотя, я бы не пришла,.. одного визита мне было достаточно.

-Низшая, так недостойно поступившая с гостьей, была наказана.

-Это ваши внутренние дела, меня они не касаются.

-Ты наша сестра..

-Высшая или Низшая?- перебила её девушка.

-Я не думала об этом,- магиня на минуту растерялась. Её власти давно никто не оспаривал и она, действительно, не подумала о возможных притязаниях девчонки.

-Не стоит напрягать мозги, колдунья, у меня достаточно родни и друзей, я не планирую заводить новых. Вы играете в игры, которым я не хочу учить своего ребёнка.

-Но мы пришли предложить своё гостеприимство и совсем не хотели вас как-то обидеть.

-А у вас бы и не вышло,- Рит приподняла одну бровь. Сумерки опускались на лес. Она помахала рукой. Шармы обернулись. К стоящим в стороне маленьким ямми подходили три гигантские, по сравнению с ними фигуры. Тантии, Канди и скульптор Дант услышали ментальный зов Рит одновременно и поспешили на помощь.

-Вы проделали дальнюю дорогу и мы не станем гнать вас от порога,- сказал Вест. Но народ ямми никогда не считал себя слабее шарм и угрожать нам, он кивнул в сторону вооружённых мужчин, бессмысленно. И колдовство ваше не испугает здесь никого. У нас каждый ребёнок учится ему с детства. Хоть вы, считая себя такими уникальными, никак не можете поверить в это. Вот наши первые учителя - древняя, мудрая раса каргов.

Шарма вздрогнула и, с сомнением, посмотрела на, идущих к ним, великанов.

За всё это время Ката не проронил ни слова. Он как будто ушёл в себя и, с немым удивлением, следил за происходящим. Только теперь мысли полностью оформились в его голове. Монах подошёл к колдунье.

-Я ловец, шарма, вон там,- он показал пальцем в небо,- бывший хргота и тот, кто был химерой. Перейя меняется. Вы можете меняться с ней или оставаться в прошлом.

-Вы в чём-то правы, юноша,- холодно улыбнулась Высшая,- наш мир меняется с того момента, как в нём появилась Рит. И, может быть нам не так уж это нравится, но мы всё равно хотим мира. Мы даже принесли вам кое-что, принадлежащее ей.

Шарма повернулась ко мне и, как фокусник, достала из складок своей чёрной хламиды коробочку.

Я передала Мелли на руки Далии. Он слегка накуксился. И открыла крышечку, уже почти догадавшись, что там лежит. Это было кольцо с крупным бриллиантом. Его подарил Илья, когда сделал мне предложение. Я приняла и то, и другое, только потому, что одно без другого существовать не могло. Но носить его не могла, отговариваясь тем, что он наденет мне его на палец в день венчания. Кольцо лежало в моём доме, в тумбочке у постели. Откуда оно взялось у шарм? Я глупо ткнула в него пальцем. Не кажется. Малыш громко заплакал.

-Ты не из нашего мира, нагнувшись ко мне, прошептала колдунья.

Вокруг меня воздух вспыхнул сиреневатым и, сдавив с огромной силой, потащил куда-то. Последнее, что я видела, как Мелли, вырвавшись из рук Далии, взмывает вверх...

Глава 39.

Шарма мило улыбнулась.

-Ваша Рит вернулась домой. Нам тоже пора. Иди ко мне, малыш,- она протянула руку к Мелли и сжала зубы. Раздался хлопок и ребёнок исчез. Рипли бросился к колдунье. Четыре других вскинули руки и начали отступать,- не психуй, мужчина, я ничего не сделала с этим чудом природы. Он нужен мне был живым. Мне жаль, но он сбежал. Спроси хрготу, он знает, я не чудовище, просто, чтоб оставаться наверху, иногда, приходится делать низкие вещи. Такой вот каламбур.

Только теперь к месту событий подоспели карги. Они слышали последние слова колдуньи.

-Очень заметно, что у хргот и шарм одни корни,- сказала Тантии, остановив напряжённую толпу ямми одним властным жестом- не волнуйся, Рипли, пусть они уходят.

Шармы и их сопровождение, ощетинясь оружием отступало к реке.

Дант, смотрел на своего друга с сочувствием.

-Тантии права, ты не должен терять надежды. Ты знаешь способности Мелли. Шарме его не взять. Твоя женщина сильная. Сильней, чем думает Высшая. Она ещё сумеет всех удивить.

-Любовь - особая магия,- Тару встал рядом с Нилой, не зря она зажигает ониксу. Рит вернётся.

Я открыла глаза. Тёмно-синее покрывало с цветами и рыжий медведь, нелепо лежащий на спине с задранными вверх лапами.

-Это мой дом?.. А как же Мелли!? Рипли!- мне хотелось биться головой о стену,- то что произошло со мной, это было или не было? Маргарита, ты сходишь с ума или просто спала и тебе всё это приснилось? Нет, не может быть.. Ребёнок.. Любимый.. Это так реально, хотя остальное, конечно похоже на сон.

Я почти никогда не засыпала вот так на покрывале, не расстелив постели.

-Глупая!- я схватила телефон,- сейчас я позвоню Илье и всё узнаю.

Длинные гудки. Один, второй, третий.. "...телефон выключен или находится вне зоны..."

Я швырнула бесполезный аппарат на покрывало. И заметалась по квартире. Ни сумочки, ни ключей от квартиры и машины.. Это наводило на определённые сомнения. Моя голова разрывалась. Тупо глянула на себя в зеркало и увидела пятно влаги, расплывающееся на платье.

-Господи, платье, я даже не посмотрела во что одета и молоко.. Я всё ещё кормила Мелли грудью.

Я закричала и упала на кровать. Заколотила руками и что-то твёрдое впилось уголком в кожу. Проклятая коробочка с кольцом! Камень.. Зерно из нашего мира.. Я отшвырнула её от себя.

-Магия.. она действует здесь или нет?- насколько могла, я постаралась успокоиться и почувствовать.. Мягкое обволакивающее тепло.. собрать его и.. я оглянулась и отправила горсточку собранной энергии к голубенькой сувенирной свече. Вспыхнул малюсенький огонёк, разгорелся, потрескивая, раздался тихий хлопок и в воздухе кувыркнулось на крохотных смешных крылышках тельце моего малыша.

-Мелли!- слёзы брызнули у меня из глаз. Я прижала к себе его тёплую щёчку,- ты нашёл меня. А папу найти поможешь?

Малыш, как всегда, прошёл по следу колдовства, унёсшего меня из мира Перейи.

-Если кто-то и мог найти меня, то только он. Рипли, не имея памяти хрготы, не сможет этого сделать. Даже Тару не сильно поможет ему. Я даже не знаю все ли крылатые охотились здесь. При существующем множестве миров, сильно сомневаюсь. Камня прямого пути у меня на этот раз нет. Но у меня есть магия. Есть мой сын, самый талантливый и самый любимый,- я чмокнула малыша в щёчку, а он зачмокал и заворочал мордашкой у пятна, пахнущего молоком,- голодный..

Мелли спал на моих руках, а я думала, что мы пройдём между миров. То, что смог хргота, ради своей никчёмной жизни, смогу и я, чтоб вернуть свою. Моя жизнь уже была там, на Перейе. Здесь у меня нет никого. Мама воспитывала меня одна и её уже несколько лет как нет. Теперь я знаю, где-то она нашла свой мир. Илюша.. не знаю, может сын хрготы тоже вернётся к своим корням? Пусть малыш поспит, а после, надеюсь, научит меня ходить между миров.


Оценка: 8.50*4  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"