Петренко Сергей Семёнович. Герцогиня Ло

Сергей Петренко

Герцогиня Ло

часть 1. Тень канцлера

-Тихо, мальчики! - сказала Алиса. - Выключаю свет.

Весёлая парочка - Димка и Дик - словно повинуясь невидимому толчку, разом смолкла, повернув лохматые головы к пульту.

Они были похожи - одинаковые русые волосы, серовато-голубые глаза, и почти одинаковые костюмы с откинутыми капюшонами. С первого взгляда - братья, если не близнецы...

В кабине стало темно - только мерцали огоньки на приборной панели, да океан искрился загадочным сиянием. Лучи солнца сюда не проникали, глубина - тысяча метров. Батискаф медленно опускался. Алиса включила прожектор. Стало видно, как скользит отвесная стена подводного хребта метрах в пяти от аппарата, вспыхивали цветными искрами вкрапления вулканических пород. Вот несколько громадных тварей двинулись навстречу лучу - выпученные глазищи недоумённо уставились на сигарообразное тело батискафа.

Ребята прилипли к иллюминаторам. К сожалению, глубоководный мир редконаселён. Разочарованные неуязвимостью металлического чудища рыбы скоро исчезли, и батискаф остался в чёрной пустоте.

По приборам полторы тысячи метров. Глубина угнетает, охота шутить пропадает как-то сама собой. Молчат акустические приёмники в ультразвуковом диапазоне, лишь в самом низу, на инфрачастотах слышно дыхание океана.

Взглянув на датчик, Дик прошептал:

-Вот сейчас... Смотрите!

Выхваченное пучком света в скале отверстие... Батискаф замер напротив него.

-Ну, давай, Дик!

Щёлкнуло, загудело - Дик, манипулируя рулями, направил в пещеру аппарат. Серебристое днище взметнуло клубы ила, но прошли точно по центру. Димка с Алисой переглянулись в полутьме - цель почти рядом.

Минуту двигались медленно, будто во сне. И внезапно проход оборвался - впереди распахнулось обширное пространство, полость в толще подводного хребта. Батискаф качнулся, задев за выступ, Дик взял вправо, в напряжении закусив губу. Что-то бесформенное, похожее на большущего кальмара метнулось на экране. Откуда здесь такие, изумилась Алиса.

-На обратном пути включу всеволновую сирену, на всякий случай...

Спустя две минуты луч прожектора выхватил из тьмы серую приплюснутую сферу, будто подвешенную между дном и сводом пещеры. Сфероид метров тридцать в диаметре, с несколькими причудливо выпуклыми иллюминаторами. Знаменитый корабль-призрак, "Мерланг"...

* * *

...Это случилось пятнадцать лет назад, когда по Империи пронеслись волны смуты. Преступные ассоциации М33, возглавившие в неспокойные годы оппозицию Эйхе, после жарких баталий в один прекрасный момент вдруг прекратили свою деятельность. Во Вселенной воцарилось спокойствие.

Затем стало происходить непонятное. Вначале пропала галактическая грузовая ВМ-связь на трёх линиях - без всяких видимых причин. Дальше - больше, исчезли несколько десятков магистралей, целая область - М33 и БМО оказалась отрезанной. Между тем, гравитонные пеленгаторы не фиксировали никаких отклонений в структурах пространства.

Был экстренно созван Высший Совет. Естественная наука и классическая магия не могли предложить быстрых и эффективных решений. Магистр Колдус посоветовал принцу обратиться к малоизученной области - магической психодинамике. По теории нереальностных измерений существовала возможность переноса и маскировки материи так, что любыми традиционными средствами обнаружить следы психодинамического вмешательства было невероятно сложно.

...Резиденция знаменитого теоретика выглядела скромно и вместе с тем достаточно уютно. Колдус, уединившийся от сует мира, почти всё время проводил в маленьком особняке на берегу Индийского океана. Внешне ничем не примечательный, дом был обустроен по последнему слову техники, а сад с ручьями и фонтаном создавал странную иллюзию - гость, появившийся здесь впервые, не мог понять, находится ли он в одичалом, заброшенном местечке или стараниями искусного садовника тщательно ухоженный уголок лишь притворяется диким.

Гость, проследовав по аллее, попадал к фасаду с колоннами, густо увитыми лианами. Пожилой слуга неизменно встречал посетителей магистра в гостиной - единственном по-настоящему роскошном помещении особняка. Богатая мебель, пышные ковры, картины в золотых рамах, старинные книги в шкафах и блистающий хрусталём бар в нише. У человека нового могло сложиться впечатление, будто Колдус стремится выставить богатство напоказ - на самом же деле причина этой роскоши была в ином. Колдус часто оказывался занят делами, требующими полного сосредоточения и не мог тот час же выйти к гостю. Порою посетителям приходилось дожидаться час и даже дольше - и хозяин старался, чтобы гости провели это время со всем возможным комфортом.

Сам Колдус почти круглые сутки обитал в кабинете, максимально приспособленном для работы, здесь же был и обеденный столик, и диван, и полки с самыми необходимыми книгами, и современный компьютер, и множество иных мелочей. Компьютер Колдуса обеспечивал прямую связь с Эйхе и Имперской канцелярией - такой привилегией обладали очень немногие во Вселенной...

После разговора с Колдусом на Высшем Совете Димка, встревоженный таким оборотом событий, поспешил на Землю. Оставил флайер перед самым входом, у колоннады, он через минуту был в кабинете магистра. Колдус, похоже, не особенно удивился высокому гостю, молча предложил кресло. Они сели друг напротив друга. Димка посмотрел на старика - глаза Колдуса слезились от долгой работы, но голос был ровным и твёрдым:

-Вы, ваше высочество, хотите обсудить проект немедленно, не так ли?

Давным-давно принц предложил Колдусу обходиться без этикета, однако магистр, обращаясь к Димке даже наедине, предпочитал соблюдать привычные условности.

-Да, Колдус, весь проект зависит от вас. И конечно, чем меньше людей к нему присоединятся, тем лучше.

-О, конечно... да. Итак, ваше высочество, у меня всё готово, мы можем начинать хоть сейчас.

Димка замялся.

-Я только хотел бы сперва связаться с Алисой...

-Ну разумеется! К вашим услугам! - С потолка в центр комнаты опустился экран, голубоватое сияние озарило лица магистра и принца.

Каждый раз, даже если они не виделись всего лишь день, полдня - Димка словно забывал, что всё это взаправду. И каждый раз какую-то долю секунды он уверял себя, что всё это случилось с ним, по-настоящему. Ты видишь, как я вздрагиваю, будто меня окатили солнечным водопадом, но никто больше не видит, я хорошо умею сдерживаться. И никто не видит, кроме меня, как ты смеёшься каждый раз своими большущими глазами...

И уже потом, позже, прошла вечность - голос...

-Ты?

-Мы с Колдусом попробуем взять "нереальных".

Как изменился её взгляд!

-Прямо сейчас? Это точно безопасно?

-Ваше высочество, весь ничтожный риск эксперимента коснётся только меня, - пояснил магистр.

-Сделайте всё необходимое, все возможные защиты. Лучше потерять время, чем вас, магистр. - Алиса снова перевела взгляд на принца - и экран погас.

Несколько секунд Димка не двигался, может быть, он ждал указаний Колдуса или мыслями был там, на Меге...

-Ваше высочество...

-Что? Уже?

-Да, ваше высочество. Я прошу вас пока удалиться...

-Но я...

-К сожалению, я вынужден настаивать, мне необходимо полное сосредоточение... Я позову вас.

Димка пожал плечами и ещё раз окинул взглядом комнату.

Ждать конца эксперимента в гнетущем роскошью холле было слишком тяжело. Димка прошёл анфиладой залов, расположенных полукругом, к кипарисовой аллее, и дальше - в сад, где были собраны растения со всех концов земли - орхидеи, кактусы, африканская акация и многие другие. Но и созерцание причудливой экзотической флоры не могло унять волнения - Димку бил озноб. Казалось чудовищно странным, что где-то совсем рядом, за чуть трепещущей от ветра листвой и стенами белого камня происходит величайшее таинство, борьба человеческого разума с неведомой космической субстанцией.

Мерцали искры солнца в капельках росы у фонтанов. Димке подумалось, что солнечный свет становится с каждой минутой всё ярче и холоднее. Как будто роскошный сад перемещался исподволь во владения Снежной Королевы... и на миг замер, погрузился в беззвучие.

Было трудно вделать шаг. Шевельнуться. Димка рванулся, сопротивляясь паническому страху - и всё сделалось прежним. Ветерок, ароматы тропических цветов, шум фонтанов.

-Всё кончилось...

Ноги неприятно подрагивали от слабости - словно после болезни. Димка не сразу сообразил, в каком направлении нужно идти, путаница залов сейчас показалась лабиринтом, слуг не было видно, тишина, синеватый, будто призрачный свет... Из за двери кабинета тоже не доносилось ни звука. Ждать? Но Димка был уверен, что сражение закончилось.

Димка распахнул дверь.

Тело магистра лежало рядом с креслом.

Наваждение или в глазах потемнело - Димка несколько секунд был уверен, что комната погрузилась во тьму, и человеческая фигура на ковре таяла, пожираемая юркими оранжевыми искрами...

На что-то ещё надеясь, принц взял запястье Колдуса - но ладонь обожгло, и Димка, отшатнулся, ударил по кнопке тревоги...

Империя объявила трёхдневный траур.

После поединка и гибели Колдуса имперские службы почти сутки не могли найти принца - лишь на другой день стало известно, что он на Меге.

Тысячи официальных представителей, наместники Империи, виднейшие политики и учёные собрались на Эйхе почтить память магистра Колдуса. К началу церемонии появились Их Высочества. Принц и принцесса, одетые в одинаковые черно-фиолетовые костюмы прошествовали вдоль рядов придворных и гостей к тронам. Была тишина. Потом толпа колыхнулась, пропуская четырёх носильщиков с большим, обитым чёрным бархатом гробом, с синей с золотом магистерской лентой. Под низкие звуки урд-флейт Империя прощалась с великим учёным - без речей и слёз, но искренней печалью - Колдус, как человек и мыслитель был, по меньшей мере, почитаем всеми присутствовавшими.

Через полчаса длинные колонны двинулись в Зал Тьмы, за гробом, сопровождаемым караулом имперской гвардии.

Принц и принцесса в конце церемонии чуть отстали от процессии - они должны были войти в Зал последними. Кто-то незаметной тенью скользнул к Димке, тронул плечо.

-Боже, Форк, нельзя подождать?!

Алиса тоже обернулась, они остановились - вести, доставленные имперским секретарём, очевидно, должны быть чрезвычайной важности, раз Форкингем пошёл на грубое нарушение церемониала.

-Сведения требуют немедленного обсуждения эмиссарами служб. Вам нужно присутствовать.

-Форк, ты с ума сошёл! - прошептала принцесса. - Так нельзя.

-Но...

-Мы будем через пятнадцать минут, - примирительно пообещал Димка. Кое-кто уже оглядывался на них. Имперский секретарь кивнул и так же неслышно растаял в полумраке.

"Эйхе. Имперская канцелярия.

Управление межгалактических спецслужб омега ХХII сектора.

Патрульным крейсером 0564А "Горизонт" А12004347 времени (минус 14 минут передачи шифрограммы) задержана в припограничных областях М33 - 0С крейсерская лодка типа Z4 "Мерланг". Попытка уйти от преследования.

Из протокола задержания. Арестовано шесть членов экипажа, очевидно присутствие седьмого до задержания (по результатам обыска: приложение). Арестованные данную версию отрицают. На "Мерланге" оружия выше класса С1 не обнаружено, систем скрытой трансляции нет.

Дополнение. А12004302 времени (минус 6 минут ПШ) посты омега-сс сообщили: исчезла пространственная блокировка М33 и БМО, предполагается восстановление 767, 785 и 1031 линий связи.

Необходимы уточнения инструкций."

-Что думаешь, Форк? - спросила Алиса.

-Ну... - Имперский секретарь на мгновение задержал взгляд на принцессе. - Всё говорит о том, что некое лицо использовало психодинамическую магию для построения барьеров в нереальностных измерениях, - насколько мы вообще можем судить об этой области магии, раз у нас больше нет специалистов уровня Колдуса. Потом это "лицо" само же и сняло свои барьеры. Был ли исчезнувший с "Мерланга" человек тем самым магом... Напрашивается ответ - да, но одновременно всё это очень сильно напоминает примитивно разыгранный отвлекающий маневр.

-На "Мерланге" мог оказаться сам Зоарх?

Ненависть сверкнула в глазах принцессы, когда Димка произнёс это имя.

-Во всяком случае, я не знаю никого другого, кому это могло быть под силу, - кивнул Форкингем. - Бывший канцлер видимо собрался с силами и рассчитывал на самый масштабный удар - однако Колдус помешал ему.

-Но ведь магистр погиб три дня назад...

-Это не отменяет моих построений. Зоарх мог это время держаться за счёт каких-то ограниченных резервов, а когда они закончились - решился покинуть укрытие. Есть и худший вариант - все эти действия могут оказаться отвлекающим маневром. А "Мерланг" - пустышкой. Однако интуиция говорит мне, что всё как раз наоборот - патруль взял действительно личный корабль канцлера, с которого Зоарх едва сумел уйти в самый последний момент.

...Никаких следов загадочного мага с "Мерланга" так и не нашли, был им мятежный канцлер или кто-то из его последователей - осталось тайной. Зоарх, исчезнувший десятилетие назад, головная боль спецслужб Империи, тенью стоял за самыми необъяснимыми и мрачными событиями в самых отдалённых уголках Вселенной. Так или иначе, противники Империи после случая с "Мерлангом" больше не давали о себе знать, а корабль отправили на стоянку в один из земных музеев космической техники.

Первым внутрь затонувшего корабля вошёл Димка. Проверил надежность стыковочного модуля и систему кислородного обеспечения. Потом Алиса, уже без скафандра перебралась к Димке, а Дик остался дежурить.

Внутри "Мерланг" показался намного больше. По периметру тянулся овальный коридор, опоясывая внутренние отсеки. Холодный свет ламп и абсолютная, "глухая" тишина - даже привыкшим к космическим путешествиям принцу и принцессе стало неуютно - как будто корабль явился из легенд прошлого, где по морям скитался "Летучий Голландец", и призрачная команда взирала на пришельцев с ледяной ненавистью.

...Их интересовал сейчас блок управления, архивы команд, сводок событий и маршрутов. Электронная память то ли была хорошо очищена, то ли зашифрована - в прошлый раз найти в ней что-либо существенное, кроме начальных и конечных координат и кратких отчётов о состоянии бортовых систем, не удалось. Теперь за дело взялись основательно.

-Или мы узнаем, как "Мерланг" исчез из музея и оказался на дне океана - или уничтожим этот чёртов корабль! - так сказал Димка, готовясь к экспедиции.

Непосвящённым блок управления межгалактическим кораблём мог показаться этаким монолитом, без намёка на какие-либо провода или кнопки - тяжеленный металлический куб и ничего больше. На самом деле внутри толстой, устойчивой к ударам и экстремальным температурам оболочки скрывался кристалл памяти с ядерным источником питания. Обмен информацией происходил по лазерным лучам через сверхтонкие, невидимые глазу каналы. В памяти этого блока могло храниться что угодно - от истории команд управления кораблём до личного архива самого имперского канцлера.

...Месяц назад история с "Мерлангом", уже отступавшая в область истории, напомнила о себе самым неожиданным образом.

Была ночь, принц и принцесса в это время уже спали в своих покоях во дворце на Эйхе. Разбудил их сигнал спецсвязи по каналу имперского секретаря. Ответила Алиса.

-Ваше высочество, требуют аудиенции...

-Даже так?

-Да. Весьма подозрительная личность. Он сейчас в приемной.

-Что, правда, так важно?

-Я не знаю...

-Но почему вы его вообще допустили?

-Он подаёт прошение на аудиенцию уже третий день, мне ничего не говорит...

-Ну так пошлите его к чёрту... Хотя бы до утра.

-Принцесса, он только что назвал личный пароль доступа Зоарха. Вот я и...

Несколько секунд Алиса молчала. Подошёл принц.

-Форк, давай его в приёмную, я буду через минут через пять.

Субъект выглядел сморщенным заморышем неопределённого возраста в потрёпанной куртке и меховых штанах. Длинные волосы облепляли начинающую лысеть голову, а глаза хитровато и как-то по-волчьи поблёскивали из-под полуопущенных ресниц. Он, сгорбившись, неподвижно сидел на скамье и не двинулся, когда принц и принцесса вошли в приёмную. Он открыл было рот, но принц оборвал его:

-Почему ты не приветствуешь нас?

Посетитель вздрогнул. Заговорил таким же неприятным, как сам он, писклявым голосом:

-О, принц! Не надо обманываться - ведь вся эта мишура уже не доставляет тебе удовольствия.

-А ты думаешь, пароль, который ты назвал, позволит тебе играть в свою игру долго? Только пока это не наскучит нам.

-Оставим эти мелочи. Вас ведь, мне кажется, по-настоящему интересует другое. Вот это...

Посетитель вынул откуда-то, будто из рукава, кристалл памяти, протянул Димке. Принц взял... Когда он снова поднял взгляд, посетителя уже не было.

...Небольшой фонтанчик у скамейки тихо шелестел, касаясь струйками и шлейфами воды тончайших ажурных арок. Арки из белого коралла, большие, маленькие - словно ожили однажды в полночь и сбежались в этот уголок дворцового сада. Цветы, похожие на причудливо разросшиеся, ветвящиеся пушистые веточки мха, усеянные крохотными, но пронзительно-яркими синими искорками-глазками и радужными капельками воды, испускали еле уловимый аромат - его нельзя было даже назвать запахом, это была чистая свежесть, без оттенков.

Принц и принцесса любили это место, иногда часами оставались одни, смотрели на игру живых нитей фонтана. Так было и сейчас. Только не получалось достичь желанного умиротворения. Алиса всё чаще бросала на принца взгляд: он тоже чувствует это, тонкую струну, связавшую их с тайной, с кораблём-призраком, уснувшим в подводной пещере на другом конце Галактики, с неприятным, загадочным человечком, бесследно исчезнувшем из твердыни Империи - Тронного дворца Эйхе.

-Наверно, надо лететь уже сегодня, Димка. Мне всё время кажется, будто мы можем потерять что-то из-за этих лишних часов промедления. Тот человек, он ведь торопился...

Димка повернулся к принцессе. Прошла секунда, казалось, он с большим усилием вернулся к реальности.

-Ты веришь, что там действительно код доступа к блоку управления? А не ловушка... Карточка памяти, на которую налепили заманчивый ярлычок: "Мерланг" - что может лучше подействовать на нас. Да ещё интригующе подписано в конце - "подарок от Ло"!

-Но чего нам бояться? Какие ловушки опасны для нас, если мы будем под пристальным наблюдением крейсеров?

-Мы мало знаем об истинной силе Зоарха. Я был в его руках, я помню... как это, быть беспомощным... когда не только тело, а весь ты в его плену, удушающем... И эта неизведанная область магии.

-Тогда зачем они впутали сюда Форкингема? Он осторожен и ненавидит наших врагов, врагов Империи. Они могли бы подбросить код незаметно и так, чтобы подозрений было меньше.

-А если он...

Алиса даже вздрогнула от этих слов. Тряхнув головой, она решительно запротестовала:

-Нет! Нет, что ты?! Он всегда был с нами, настолько полностью наш, что я не представляю, как можно...

-Да... Это у меня уже голова становится дурная от сомнений.

К Земле летели вдвоём. Никакой охраны. Даже Форкингема, обычно сопровождавшего их в опасных предприятиях, они попросили остаться на Эйхе и не разглашать истинную цель экспедиции. Никто не должен был знать о прибытии принца и принцессы на маленький земной космодром. Почти никто...

-Корабль "Мерланг" Z040 исчез! - У служащего было такое изумлённое, испуганное лицо, что Димка едва не засмеялся. Они с Алисой ждали в кабинете директора, пока их проводят к объекту Z040. Объект находился под особым надзором, поэтому случившееся пахло для дирекции крупным скандалом.

Димка с Алисой молча шли за провожатым к ангару консервации, понимая, что вряд ли что-то узнают на месте. Так и оказалось. Пломбы, сигнализация - всё создавало иллюзию полной сохранности объекта. Только площадка в центре силового охранного поля была пуста.

По дороге к их кораблю Алиса произнесла неизбежный приговор расследованию этой истории:

-Вот теперь всё...

-Вовсе нет! - чей-то звонкий голос заставил их обернуться - мальчик в оранжевом комбинезоне, удивительно похожий на принца, стоял в трёх шагах от них и улыбался как будто чуть-чуть насмешливо, озорно.

-Вы кто? - осторожно спросила Алиса.

-Да уж не враг, видите, ножика у меня нет!

-Вы знаете, кто мы?

-Конечно. И я вам помогу. Я знаю, где корабль.

Алиса взволнованно стиснула ладонь принца.

-И чего вы хотите?

-Я лечу с вами на Эйхе.

-Я ничего не понимаю, - сказал Димка. - И всё-таки, ты кто?

-Я - Дик.

Вот так необычно началось это знакомство - а уже через день оно почти превратилось в дружбу - настолько приворожил принца и принцессу загадочный Дик.

...Случилось то, чего они опасались - память блока управления была очищена.

-Специалисты поработали, метод обратных вероятностей, тут даже тахионные считыватели не помогут.

Все трое угрюмо примолкли, не отводя глаз с бесконечных колонок нулей на мониторе. Димке чудилось, будто сам корабль еле слышно поскрипывает, шуршит холодным смешком, как живой, как будто враг, проклятый канцлер, растворил свой разум в нагромождении непостижимых устройств.

И снова ворочалось, как зверь в норе, чувство бессилия перед тем, кто сильнее, хитрее, непредсказуемей... будто не было пятнадцати лет на Эйхе. Оно вернулось после смерти Колдуса, и с тех пор тень Зоарха, тень Чёрной башни не давали принцу ощущать себя свободным.

-Ну, - сказал Димка. - Теперь самое время отступить на заранее подготовленные позиции с победным маршем и реющими знамёнами... Эх, сыщики мы, сыщики...

Димке не понравился свой голос, он махнул рукой и отвернулся.

-Ну что ты... Мы сделали, что могли. - Алиса взяла мальчиков за руки.

-Ну и ладно. В конце концов, это просто корабль. Мы можем его расплавить, чтобы больше не торчал, как соринка в глазу. И никто не доказал, что между "Мерлангом" и канцлером есть связь.

Нет, Димка понимал - эти слова обман, и даже не обман, что-то другое, просто детская заклинашка от разочарования. Конечно, Алиса этому не верит, он сам не верит, и не рассчитывает кого-то обмануть. И эта игра в поддавки друг с другом могла бы показаться вполне невинной, если бы не...

Старик тоже когда-то сделал похожую ошибку. Когда сдался. А я не могу - я принц.

-Ладно, чуть-чуть соберёмся с мыслями - и будем снова бодать эти ворота, - выдохнул Димка.

Тогда Дик, молча выжидавший, вступил в разговор:

-Да, без паники. Если прямо сейчас, не отключаясь, запустить вариаторы, есть шанс узнать хотя бы, когда тут всё потёрли.

Ответом ему были изумлённые взгляды...

-Так, Дик, мы тебя ещё помучаем расспросами, откуда ты взялся, такой сообразительный! - весело пообещала Алиса. - А сейчас давайте не терять времени...

Вариаторы входили в комплект оборудования надзорных станций омега-служб. Эти приборы считывали следы распада характерных частиц и по составленным матрицам вероятностей определяли предполагаемое время события в прошлом. Понятно, что выделить какое-то одно событие в большом потоке - даже такому прибору не под силу. Но блок управления был как раз одним из самых защищённых модулей корабля, и любое существенное изменение в нём наверняка можно было вычислить.

Результат появился на мониторе вариатора даже быстрее, чем ждали. Димка несколько секунд непонимающе смотрел на цифры...

-Блок очищен полчаса назад... Алиса... отойди от него!!!

Алиса, поймав его взгляд, выхватила передатчик:

-Солнечный сектор омега - к нам, быстро! Информаторий! Данные по перемещениям в Солнечном... Что?

Она зашевелила губами, как будто возражая - беззвучно.

-Ничего? - догадался Димка.

-Не было никаких перемещений. Больше суток. Кроме нашего. Они проверят по спецдопуску, но почти наверняка и там ничего нет даже в пределах световых суток... Да, пусто...

-Значит, всё сначала...

-У меня есть такие варианты, - сказал Дик. - Первый - кто-то появился на Земле раньше, а сейчас где-нибудь на Земле же и прячется. Второе - кто-то приплыл сюда на вашем же батискафе, незаметно для вас. Например, этот "кто-то" - я.

Стало тихо. На пределе слышимости шелестели внизу насосы. Димке казалось, "Мерланг" еле заметно покачивается в подводном течении - хотя, какие в этой пещере течения?

-Но зачем?! - Алиса всё ещё не могла поверить - так неестественно прозвучали от Дика эти слова. - Ты пошутил?!

Дик не отвечал. Было понятно - он совершенно серьёзен.

Дик опустил глаза.

-Простите... - Он бросил что-то на стол... и исчез.

"Простите... Мне больно так уходить. Вреда я вам не принёс, но сейчас рассказать ничего не могу. Не ищите больше Зоарха, это бессмысленно, и он для вас теперь не опасен. Поверьте мне, пожалуйста! Не тратьте на него своё время и силы. И меня искать тоже бесполезно. Пожалуйста, не обижайтесь, так всё вышло... Как жаль, что я не могу быть с вами! Прощайте.

Дени Д`Арнон."

часть 2. Семейная хроника Ло

Зачем ты выстрелил, Джон?! Джон, зачем ты выстрелил?.. Но олень был как на ладони, его ветвистые рога венчали грациозный силуэт, совершенство линий, тугие мышцы, чуть серебрившаяся под пятнами утреннего солнца шерсть. Он сам был готов в каждый миг распрямиться, полететь - наперегонки со стрелой! Он был создан для Джона, для того краткого мига, когда совершенство человеческого оружия соединится с совершенством Природы. Никогда прежде Джон не убивал без нужды. Но тогда жажда обладания красотой, жажда победы над недоступным вспыхнула и ослепила.

Звук тихий, почти неслышный - стрела пробила шкуру у лопатки, сразив чудо-оленя с неумолимой точностью рока. И тут... тут появилась Она. Бесшумно скользнула меж ветвей, очутившись рядом с охотником, потянула его за рукав куртки. Старая карга не на шутку испугала Джона. Вот она стоит перед ним, скрюченная карлица, что-то мямлит беззубым ртом.

Джон отшатнулся, смешанные чувства - страха и брезгливости - овладели охотником. От ведьмы исходила та тёмная таинственность, какую и следовало ждать от них по легендам.

А карлица - как будто прочла его мысли, бестия! - промолвила голосом мягким, приятным, почти как у юной мельниковой дочки:

-Зачем ты убил его?

Испугавшись ещё более, Джон всё-таки ответил грубо (нечего таким волю давать!):

-Чего тебе тут надо, не видишь - охочусь я!

-А как донесу?

-Ну... попробуй.

-И чего злишься, охотник, вижу ведь - злобы в тебе настоящей нету... Не бойся, не сделаю я тебе плохого.

"Вот же прилипла, нечисть окаянная! - думал Джон. - И нет бы мне обернуться перед выстрелом, ведь этак в другой раз и на графских лизоблюдов нарваться можно... Вот теперь попробуй, отвяжись от неё!"

В глубине души Джона больше волновало другое, в чём он боялся себе признаться - по поверьям, явление старухи Тахи предвещало грозные и значительные события. Чем это могло обернуться на этот раз?

...Из его памяти непонятно как пропала вся дорога к логову карлицы. Да если бы только она! Джон, хоть убей, не мог вспомнить, почему он вообще согласился идти с ведьмой, запугала она его или чем соблазнила? В ясном сознании - нипочём бы не пошёл, уверял себя охотник.

Видел ли кто-нибудь из людей в округе берлогу старой Тахи? Вряд ли - слухи ходили самые разные, один другого причудливей и страшней. А Джон словно очнулся от колдовского морока у самого входа - чёрной норы в склоне холма, заросшей колючим бурьяном - не окажись тут самой хозяйки, Джон решил бы, что видит логово зверя, но никак не человечье жильё.

Джон помедлил у края норы, как будто проверяя - властен ли он ещё над собою или ведёт его чужая воля? Помедлил, прислушиваясь к странному чувству - как в детстве, манило оно, проводя сквозь страх, сомнения и запреты... и, согнувшись, шагнул во тьму.

Подземный ход пахнул на него сыростью и запахом не то гниющих корней, не то могильного тлена. Старуха сняла фонарь с крюка под сводом, зажгла огонь каким-то чудным, неизвестным Джону приспособлением. Страхи и сомнения съёжились, как опадают тени, когда светильник поднимают к потолку.

-Не боишься, - сказала она, и как-то торжественно прозвучал её голос. Джон хотел пренебрежительно тряхнуть лохматой головой - будто отмести сомнения в мужественности бывалого бродяги и охотника... будто в словах Тахи что-то оскорбило - но старуха предупредила его, костлявой ладонью сжала его запястье. Джон наклонил голову, смиряясь.

Место, куда Тахи привела гостя, оказалось кельей с земляными стенами и потолком из грубо обтесанных бревен, между которыми кое-где торчали хвостики корней - как будто мыши устроили наверху посиделки за бочоночком эля и ломтями старого сыра. Джон ухмыльнулся - надо же, какая забрела мысль. И с удивлением подумал - ему здесь нравится. Из обстановки - кое-как сколоченный стол, кривой стул, и ещё один - но уже просто чурка из недавно распиленного бревна, ещё занозистая, шершавая, неотшлифованная ничьим задом - наверно, человеку, обставлявшему келью, надоело мучиться, воображая из себя столяра. Единственной вещью, видимо, сделанной умельцем со стороны, был сундук, окованный полосами зеленоватой меди. На крышке сундука стояла большая сальная свеча.

Неумехи, усмехнулся Джон. Но, будто бы, живут своим умом, не ждут от боженьки помощи.

И снова удивился - значит, "они"? Не одна тут ведьма ютится... Точно, так. Откуда-то Джон это знает.

И ещё будто померещилось Джону: что стоит он не в логове ведьминском, а на пороге хорошо знакомого трактира "Одинокий волк" и пахнет оттуда не подземной сырью, а вкусным дымом и горячим паром, жареной снедью, кисловатой кожей волглых курток и какой-то душистой травою, которой жена трактирщика приправляет похлёбку. И аромат травы той, еле уловимый, начинает вдруг кружить голову, утягивает совсем уже в древние времена, когда качались колоски над лицом, двигались чистые облака и дрожало запутавшееся в ресницах солнце...

И даже голоса стали слышны - как будто ввалилась толпа одичалого вида лесорубов, не то троллей, не то людей, глыбастых, волосатых великанов, перед которым Джон, не юный давно охотник, был как легкая косуля перед могучим рогачём-оленем... Олень! О нём и забыл-то Джон - а вот как обернулось!

Необычно как даже мысли текут! Джон замечал - да, случается, задумаешься о том, о сём, время незаметно проходит, и видишь тогда, как одна какая-нибудь мелочь приводит рассуждения в такие дали, что головой удивлённо качаешь - надо же, как устроена душа человеческая! Но теперь и этого мало - мысли свои Джон видит как будто извне, все они как на ладони, ни одна не теряется, захочет - так повернёт рассуждение, а захочет - эдак! Чудно! Небось, только епископ со своими самыми ближними клириками так мозгами ворочает, они на то и церковники, так всё разумно устроено - и правильно! Нельзя охотнику, или там, вояке в дебрях рассуждений себя терять - недолго такой проживёт на свете.

И ещё раз Джон удивился, едва заметил другое в себе изменение - каждый образ, каждая мысль будили в душе такие свежие переживания - как будто в детстве, когда всякий новый шаг полностью обновляет мир, открывает новые цвета, и всё оказывается незнакомо и долгожданно, и ничто не желает тебе зла.

Старуха Тахи усмехнулась - всего лишь искривился уголок бледного рта - и Джон отвернулся, испугавшись - не читает ли она мысли? И опять подземная келья увиделась другой - исчезла земляная сырость, в одной стене обнаружился камин, да такой, будто в баронском замке, из шлифованного камня, высокий. А на столе со скатертью - кувшин вина, блюдо с жарким, фрукты невиданные, пышный хлеб.

Заколдовали меня, охнул Джон. Всё вокруг - одно наваждение! Да что ж делать, никаких нету сил противостоять...

И шагнул он к столу, и опять почудилось, будто всё не так, всё иначе, никакого оленя не было в помине, никакой норы, старухи... А сидит он в трактире, душный, ароматный пар на минуту закружил голову, повело её от крепкого эля, но это всё ничего, не страшно, зато - знакомое всё кругом, и никаких тебе хитрых глаз карлицы, и никаких мучительных сомнений...

А всё равно - иглой, судорогой прихватила боль - жалко, невыносимо жалко... Теряет он что-то, неизъяснимое, древнее, что не опишешь на человечьем языке, разве что - на младенческом, когда кричит младенец, скорбно плачет, понимая, в какой мир он нынче попал, какой - невозвратимо потерян.

...-Ну, Джон Колт, теперь у нас время поговорить толком. Не догадываешься ещё, зачем я тебя к себе привела?

Ухмылка, оскал - точно дьявольский. Сейчас и кончены будут твои дела, Джон...

-Стара я, Джон, даже представить тебе не удастся, как стара. Когда я родилась, люди носили одни лишь звериные шкуры и ели сырое мясо.

...Да что ты этим хочешь сказать, ведьма?..

-Я наблюдаю за людьми из века в век, вижу, как меняются они, меняются их облик, их жилища, их одежды и обычаи. Десять тысяч лет назад любой из них, не сомневаясь, сожрал бы себе подобного чтобы выжить в голодную зиму. У них почти не было слов, чтобы сказать о том, что они знают, а насилие почиталось за справедливость - да, впрочем, и теперь немногие водят между этим разницу, правда ведь, Джон? Разве не насилием я притащила тебя сюда, сковав твою волю, замутив разум... Не хочешь ли сказать мне, что сейчас всё по-другому?

Она меня в дикарях, в нехристях числит...

-Да, они теперь не ходят нагишом, они пьют изысканные вина из тонкостенных, изящных сосудов... Они пишут красивыми буквами в священных книгах, они слагают сладкозвучные стихи... Но внутри... внутри они те же. Вот почему я живу здесь, Джон, живу так, чтобы их не видеть, чтобы не видели меня. Я ненавижу человечий род! А люди ненавидят меня.

-А... - У Джона был сумбур в голове - как будто выпита не одна кружка эля. Чего она хочет? Зачем он ей? Какие запутанные рассуждения, неужели нельзя сказать прямо и сразу?

-Долго думала я - и решилась. Решилась - и выбрала тебя.

С изумлением взглянул на Тахи охотник.

-Да, люди полны пороков. Жадность, сластолюбие, зависть... Трусость. И самый главный - дикость, пусть прикрытая, пусть спрятанная, но всё та же дикость. И я попытаюсь сделать их другими.

-Я-то здесь при чём?! - только и смог вымолвить Джон.

-А! Очень даже при чём. Ты мне подходишь... За многими я наблюдала - в тебе порчи меньше. А уж дальше будет - моя забота.

Колокол на городской церкви ныл несмолкаемо. В сером дне его звук тоже казался серым, и как будто над городом сгущался и тяжелел воздух, и небо стало низким оловянным днищем таза, по краю которого призрачный великан водил палицей. Звуки колокола собирали и собирали людей. Ремесленники и крестьяне, солдаты и нищие, мелкие торговцы и солидные купцы сходились на овальной площади перед ратушей. На мощёную площадь с одной стороны глядела церковь, с другой - замок господина Хёрда и ратуша. Часть площади возле ратуши оцепили стражники, там было устроено насыпное возвышение со столбом в центре. Рядом лежали цепи.

Внимание толпы привлекал этот столб. В толпе становилось всё шумнее - оживлённые разговоры, выкрики, возникающие время от времени яростные перепалки, когда кто-то из вновь прибывших желал протиснуться поближе, выбрать местечко получше.

И всё это гомонящее сборище разом затихло, едва лишь на площади появилась карета, а за нею - телега с десятком стражников. На телеге возле палача лежал связанный по рукам и ногам мужчина с окровавленным лицом и искалеченными руками. Одет он был в какую-то нелепую хламиду, будто мим на ярмарке.

Протиснувшись через толпу, процессия остановилась у возвышения. Осуждённого вытащили из телеги, прислонили к столбу, окатив ведром воды. Рядом с палачом встали монах и помощник судьи. Судейский чиновник, развернув пергамент, начал читать:

...-И еретик этот, исповедуя учение сатаны, вступал в связь с ведьмами и прочим отродьем его, и почитал себя равным творцу, и уличён был в деяниях богопротивных, как-то посягал на вторжение в саму душу человеческую, дабы изменить её и переустроить по усмотрению своему...

...Под испытаниями он отрёкся от дел и устремлений, и учений своих, но, учитывая тяжесть им совершенных деяний, суд постановил подвергнуть очищению душу раба божиего Джона Колта огнём...

Взгляд у приговорённого был отрешённым, бессмысленным, казалось, разум давно покинул его почерневшее и опухшее от пыток тело.

Палачи не спешили. Неторопливо двигались стражники, обкладывая столб с человеком дровами. Монах с судейским чиновником тихо переговаривались, зато толпа снова загудела, и с каждой минутой шум нарастал и выкрики раздавались всё громче и чаще.

-Эй, в огонь его, чего тянете!

-Жги сатану!

-Вона он, вон, дьявол, как смотрит, того гляди, порчу напустит!

Старуха с беззубым ртом шмыгала в толпе, злобно шипя:

-Клещами его, клещиками калёными прокусите...

К судейскому чиновнику подскочил невзрачно одетый человек, зашептал на ухо:

-Господин, люди волнуются, как бы сами на расправу не пошли! Пора бы уж начинать...

-Что твои?

-Не удержат, если пыхнет... Да скажите, хоть, долго ли ждать, и чего?

-Дурак! Сказано же было - подмоги ему ждать. Он не сам по себе, не одиночка, известно - целая шайка там в лесных берлогах укрывается. А у хозяйки его, слышно, руки длинные - неужели же она, скотина такая, своего в беде бросит?.. Тут бы их и взяли... Передай солдатам - пусть внимательней смотрят, когда кончится - всем сутки гулять за счёт господина барона.

...Никто не явился спасать осужденного еретика, напрасную хитрость затевали инквизиторы. Может, предупредил кто-то старуху Тахи, а может - просто чуждо ей было сострадание к человеку, роль которого уже исполнена в её, ведьминской игре...

А народ, обыкновенно боявшийся и не любивший инквизиторов, с радостью отыгрался на чужаке, никому не нужном, подозрительном, опасном, на самом деле, как видно, продавшем душу сатане - наконец-то церковники схватили настоящего прислужника дьявола, не по навету завистника-соседа, не за случайно оброненное неосторожное слово. Что за человек этот Джон Колт, откуда он явился, без роду-племени, живёт в лесу, из леса приходит, в лесу пропадает, богу не молится, с людьми словом простым не перемолвится, и смотрит - как душу вынимает...

И под взглядами - злорадными и любопытными - обратилось живое тело в пепел. Дико кричал еретик - но боль его не открывала сердца людей, была она сладостна им, как будто хотели они через страдания чужака, бесовского прислужника, отринуть свою собственную боль, свой страх, обмануть себя, убедив в том, что зло уже наказано, уже повержено - и теперь им-то, добропорядочным человекам, можно пожить в покое и счастье.

Несколько странников в полуденный час держали путь к морю унылыми улочками Йорка. Две женщины - ветхая старуха и девушка лет восемнадцати - сидели в повозке, пятеро мужчин шагали впереди. С одинаковой отрешенностью на лицах, одетые просто и бедно, они казались не то паломниками, не то бродягами, которых пожар лишил крова. Их пожитки, умещавшиеся в одном узле, кляча, тащившая повозку - заинтересовали бы разве что совсем уже отчаявшихся разбойников - да и те, наверняка, не позарились бы на скудную поживу, если ради неё придётся иметь дело с таким количеством защитников.

Путники пересекли город по окраинам, где улицы были тише, и достигли побережья. Дома больше не заслоняли горизонт, зато там и тут поднимались мачты кораблей, воздух стал сырым и будоражил запахами, обещая перемены и абсолютную неизвестность впереди. Кончился мир пыльных дорог, скучающих и подозрительных взглядов, мир людей. Впереди был другой мир. Он казался свежим и полным какой-то дикой силы, даже здесь, у причалов, где слышались крики и ругань матросов и грузчиков, вода была грязной, а небо помутнело от туч и опустилось ниже.

Лица путников как будто посветлели, разгладились, как будто море обещало им надежду, как будто опасности остались уже позади. Путь их был труден и опасен, чтобы убедиться в этом, любопытствующему довольно было обратиться с вопросом к командиру какого-нибудь из отрядов, разосланных по всему графству, вопросом - кого же ищут солдаты, о ком расспрашивают у лавочников и крестьян, трактирщиков и монахов. А ещё стоило поинтересоваться, что же натворили эти преступники, какова их вина, а если любопытствующий знал бы грамоту, ему, пожалуй, соизволили бы показать и пергамент, на котором личным секретарём епископа были начертаны письмена, возвещавшие о страшных злодеяниях, в которых повинны беглецы, а также кары, грозящие неразумным, рискнувшим оказать какую-либо помощь скрывающимся от правосудия.

Тем большим было счастье путников, ступивших наконец на палубу одного из тех небольших судёнышек, что предназначены для каботажных рейсов вдоль побережий Британских островов с командой в десяток человек.

Понятно, что никакой капитан, даже самый мягкосердечный, не обременил бы себя так запросто опасными пассажирами в то время, когда люди графа рыскали по дорогам в поисках "преступников". Но прибыль от продажи товаров давно уже едва покрывала расходы, а в руках одного из мужчин, попросившихся на судно, магическим образом оказался небольшой мешочек с золотом, настоящим, полновесным - капитан сам, прежде чем решиться взять беглецов, проверил монету. Для пассажиров нашлась даже отдельная каюта, только лошадь с телегой пришлось оставить.

Судно должно было отправиться часа через два - но, понимая, чем грозит каждая лишняя минута в порту, капитан приказал отчалить раньше. Ищейки графа опоздали. На всех парусах судно уходило от берегов. Но несчастья не отступились от беглецов.

Ночью капитан собрал команду. Большинство пассажиров - обе женщины и трое мужчин уже спали, но одного оставили на посту на палубе, второй дежурил тут же, в каюте. И предосторожность оказалась не напрасной. Человек, стороживший на палубе, заподозрив неладное, бесшумно нырнул вниз.

-Время золота кончилось...

Как тени, люди госпожи Тахи цепочкой скользили по судну. Вахтенный невидящим взглядом уставился в пасмурное небо, вцепился в штурвал, мышцы матроса будто свела судорога. Другие моряки сгрудились вокруг капитана, слушая указания, но его хриплая и чуть свистящая речь вдруг оборвалась. Тесный круг будто раздвинулся. Фонарь в руке одного из матросов осветил ярче их лица. Неподвижные, тяжёлые, точно выточенные из морёного дуба - море вытравило из них искры тепла, оставив лишь те качества, которые оно принимало - как, например, безрассудную храбрость; и те, которые оно соглашалось терпеть до поры, вроде алчности или невежества.

Сейчас моряки как будто оказались во власти странного гипноза - их лица, с остановившимися взглядами, постепенно клонились к земле. Люди Тахи уже не таились - кто-то выпростал из под тряпицы подобие волынки - мех с приделанной к нему длинной трубкой, из которой с тихим шипением выходил газ. В свете фонаря было видно, что нижняя часть лиц у всех обмотана мокрыми тряпками.

Потерявших способность сопротивляться матросов связали, затем каждому отёрли лицо тряпочкой, смоченной какой-то жидкостью из пузырька. Спустя четверть часа они стали приходить в себя. Большинство яростно ругались, силясь освободиться. Капитан, оценив ситуацию, только мрачно смерил людей Тахи взглядом:

-Через час, самое большее, мы налетим на скалы. Чего вы хотите? Заберите у нас оружие и освободите нас, и я дам слово, что мы доставим вас до материка.

-Оружие мы вам, понятно, не оставим, - сказал один из пассажиров. - Но освободим только троих - этого достаточно, чтобы управлять судном.

-А если налетит шторм?

-Будем уповать на бога...

Комментарии: 1, последний от 30/07/2011. © Copyright Петренко Сергей Семёнович (Alfare44@mail.ru) Размещен: 29/07/2011, изменен: 11/02/2012. 46k. Статистика. Глава: Фантастика		Ваша оценка:
Аннотация: Первые главы небольшой повести 1990 года. Повесть примыкает к роману "Империя". После подавления мятежа имперский канцлер Зоарх загадочно исчезает. Но спустя пятнадцать лет в Империи снова происходят зловещие события. Принц и принцесса отправляются на Землю, изучить обстоятельства исчезновения корабля "Мерланг"...

Петренко Сергей Семёнович: другие произведения.

Герцогиня Ло