Петров Борис: другие произведения.

Рассвет

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Желание написать подобное произведение возникло по причине событий 2014-2015гг. Размышления на тему насколько может быть тонка грань неприятия одного общества другим "новым" обществом, что будет, если людей немного подтолкнуть.

  Рассвет
  
  Москва - Новый Уренгой.
  2014-2015гг.
  
  Четверг, 2:05 ночи.
  
  Легкая снежная дымка тонкой шалью окутывала каменную мостовую тревожно спящего города.
  В монотонный гул неоновых огней банковской аллеи врывался чуть приглушенный, но от этого не менее неистовый вой сирены, несшейся где-то далеко в нижней части города. Ярко освещенная улица в столь поздний час была безлюдна, отчего все это кричащее великолепие света и пластика казалось нелепым.
  "Мертвый город, - подумал Егор, сильнее затягивая шарф на легкой куртке". Он остановился возле одной из витрин, на него с презрением смотрели манекены в модных лохмотьях. Всем своим видом разодетые, как показалось Егору безвкусно, но тут он проиграл в голове стандартное "что ты в этом понимаешь, майор!" свой жены, и решил для себя попробовать понять представленные образы.
  На него смотрели, не выражая ничего определенного, пустые глаза манекенов, поза каждого из них была несколько вальяжной в своей снисходительности к окружающим, определенно автор инсталляции пытался передать потенциальному покупателю образ современного человека, не обремененного проблемами и обязательствами, "play life", гласил незатейливый лозунг. Во всем этом снобизме выделялась молодая девушка, одетая в простое ситцевое платье, со слегка распущенными по плечам волосами и, как показалось Егору, потерянным взглядом, насколько можно было бы считать, что у пластиковой куклы может быть взгляд. Но приглядевшись как следует, Егор приметил особый макияж, который был наложен на лицо манекена, тенями и тоном стилист определенно пытался уйти от мертвого пластика, и даже в свете газоразрядных ламп девушка казалось живой и чуть-чуть грустной.
   "Молодец парень, наверно свою мечту рисовал, - подумал Егор, вспомнив Дашу, когда они только познакомились, было определенное сходство, впрочем как и у любой молодой девушки, еще не затвердевшей душой. По старой привычке Егор слегка похлопал, выражая свое восхищение работой казалось бы простого оформителя витрин, но за годы службы, а также работы на заводе, Егор научился для себя подмечать красоту в самых простых вещах, от этого жить становилось веселее несмотря ни на какие невзгоды. Жена иногда посмеивалась над ним, называя радужным майором, но он не обижался.
  - Чему радуемся? - раздался справа недовольный прокуренный голос. К нему подошел наряд патрульной службы, один был худощавый с острым лицом и носом с небольшой горбинкой, видно было, что сутки даются ему тяжело, отчего недоброе лицо приобретало выражение отца инквизитора, спустившегося в казематы для допроса после долгой попойки. Второй же был рослым детиной, с небрежно нахлобученной шапкой на белобрысую голову, немного глупое лицо не предвещало опасности, если бы не ствол автомата, болтающегося наперевес и направленного точно в грудь Егора.
  - Доброй ночи, товарищи, - дружелюбно поздоровался Егор.
  - Добрая говоришь? - сухощавый усмехнулся, кивнув белобрысому, - еще один, везет нам сегодня. Ваши документы.
  Егор без разговоров вытащил паспорт и передал его полицейскому. Тот внимательно посмотрел на фотографию, потом на Егора, что-то сверкнуло на секунду в его глазах, но пролистав паспорт до конца, он отдал его обратно.
  - Почему-то поздно гуляете, Егор Борисович, семья не заждалась?
  - Вы правы, заждалась, - Егор посмотрел на часы, уже пробило половину третьего, - иду с работы, осталось пару кварталов.
  - Где работаете?
  - на станции водоотведения, - Егор протянул удостоверение.
  - Мастер участка ВО и МО, - прочитал сухощавый, - почему задержались?
  - Авария, затопило цех.
  - Ага, все в дерьме, - ехидно заметил сухощавый, белобрысый хихикнул несвойственным детским фальцетом.
  - Не более чем другие, - не менее ехидно ответил Егор.
  - Шутить любите? - внимательней посмотрел на него сухощавый.
  - А иначе совсем тоскливо, - с широчайшей улыбкой ответил Егор.
  Его карие глаза загорелись легким озорством, хотя разговор начинал его утомлять, но, как и прежде, желание поиграть с полицейскими превозобладало над усталостью. Даша всегда останавливала его в подобных ситуациях, зная характер мужа, но ее тут не было, да и спешить собственно некуда.
  - Вы знаете, что введен комендантский час?
  - Нет, а когда его ввели?
  - С девяти вечера. Мы вынуждены сопроводить Вас в отделение.
  - Постойте ребят, но я же почти дома, у меня дочь заболела, вот, - Егор потряс небольшим пакетиком с банкой меда и лимонами,- может я пойду?
  Сухощавый пристально посмотрел на него, потом тяжело вздохнул.
  - Вы должны проследовать с нами, у нас приказ, не надо сопротивляться.
  Белобрысый внушительно потряс дулом автомата.
  - Ребят, а что случилось, война что ли?
  - Вы были на войне?
  - Это я так, к слову.
  Пойдемте, в отделение все расскажут.
  - Ну а вы не можете?
  - Мы сами не в курсе, мы на втором дежурстве подряд, так что давайте мирно пойдем в отделение, - спокойным, чуть усталым голосом проговорил сухощавый, указывая направление движения.
  Егор повиновался. Отделение было в пяти минутах ходьбы. Серая железная дверь с небольшим глазком видеокамеры на неподвижной створке, не имела опознавательных знаков, вход для посетителей был с другой стороны улицы, Егор хорошо знал это место, но эту дверь он не помнил, видимо поставили недавно, т.к. раньше в этом месте была глухая стена.
  Зажужжал зуммер замка, белобрысый легко распахнул тяжелую дверь, и они вошли во внутрь.
  Тусклый свет еле освещал проход по длинному коридору. Стены, густо окрашенные зеленой масляной краской, дополняли картину казенного учреждения.
  Сухощавый уловил удивление на лице Егора.
  - Видимо не в первый раз к нам?
  - Да, случалось, но что-то я не помню этого помещения.
  - Все верно, - усмехнулся сухощавый, - тут раньше была контора.
  - А что, контора съехала?
  - Ну ты жжешь, - заржал белобрысый.
  - Тихо, Виталь, Егор Борисович, лучше пока не шутите.
  Егор показал жестом, что повесил замок на рот, а ключ выбросил далеко-далеко, белобрысый хихикнул, но тут же умолк, увидав в глубине светового проема одного из помещений в дальнем конце коридора грузную темную фигуру.
  Мужчина стоял опершись на косяк дверного проема, держа в руках кружку с чаем, шумно прихлебывая из нее.
  - еще один что-ли?
  - Да, гулял.
  - Давай его сюда, грузная фигура скрылась в двери, из которой доносилось шипение рации и, будто, чьи-то всхлипы.
  Яркий свет больно ударил по глазам после мрачного коридора. Все вошедшие зажмурились, по-детски, машинально потирая глаза.
  Комната была довольно большая, ровный ряд несгораемых шкафов закрывал практически полностью всю стенку, шесть столов были плотно сдвинуты друг к другу, разделенные плексиглазовым экраном. Возле каждого стола стояло по одному металлическому стулу с крепкими подлокотниками.
  Мужчина с кружкой исподлобья оглядел вошедших, потом небрежно кивнул на один из столов и сухощавый подтолкнул Егора. Егора усадили на железный стул, предварительно, заботливо, дав часть туристического коврика на сиденье.
  Егор, не дожидаясь требования, сам достал документы и передал их подошедшей светловолосой девушке в форме. Девушка была изможденная на вид и немного более худая, чем следовало бы, но форма на ней смотрелась неплохо, да и бессонная ночь давала себя знать, подвигая на небольшие шалости.
  Почувствовав взгляд Егора, она немного смутилась, и быстро села за компьютер, вводя его паспортные данные в протокол.
  - Ай-я-яй, как не стыдно, - покачал головой грузный мужчина, с сожалением посмотрев на пустую кружку.
  - Не стыдно, весело ответил Егор, искоса посматривая на начальника. Тот встал, стряхнув воображаемую пыль с подполковничьих погон, и подошел к Егору.
  - А ведь Дашке все расскажу.
  - Я сам расскажу, ты только отпусти меня, гражданин начальник, - жалостливо проговорив последние слова, ответил Егор и поднялся со стула. - ну привет.
  Мужчины обменялись крепким рукопожатием, пристально гладя друг другу в глаза. Подчиненные недоуменно смотрели на эту сцену.
  - давно к нам не заходил, - улыбался, глядя в чуть щербатое лицо, Егор. - Рома спрашивает, где дядя Паша, когда привезет лошадку.
  - Сам понимаешь, работы много, семью почти забыл уже, - Егор понимающе кивнул. - про лошадку помню, ее Игорь уже сделал, осталось последний слой лака нанести. И в кого он такой рукастый, я даже табуретки сделать не могу.
  - Определенно что не в тебя, ты жену то поспрашивай, - посоветовал Егор, и оба загоготали.
  - Оксана, верни Егору Борисовичу его документы.
  - Паша, ответь мне как на духу, ты же знаешь, я вранья не люблю, что случилось то?
  - Не знаю, - коротко ответил Павел, внимательно посмотрев Егору в глаза.
  - А мне ребята сказали, что контора переехала, давно?
  - Вчера, но, как видишь, не все забрали.
  - Я могу позвонить домой?
  - Нет связи, все станции отключены, только служебные частоты.
  Егор приподнял бровь и, достав телефон, с удивление увидел, что обе сим карты неактивны.
  - Тут наверно не ловит, казематы.
  - Нет, ловит тут все, рация же работает, - Павел показал на стоящие на столах рации, периодически шипящие белым шумом.
  - Могу я на городской позвонить?
  - отключено. Извини.
  
  - Паша, мне надо домой.
  - Давай дождемся рассвета.
  - да я знаю дорогу, улицы освещены, не заблужусь.
  - Я все знаю, ты в кромешной тьме найдешь путь. Нельзя, это приказ, не мой, извини.
  Егор тревожно посмотрел ему в лицо, Паша не врал, Егор знал это, но слабость дала знать, и он смирился.
  - ты точно не знаешь в чем дело?
  - Да, видишь этих людей, - он обвел рукой комнату, у них тоже семьи, дети, у Оксаны двое, Оксана смущенно кивнула и, делая вид, что готовит документ, начала слегка подрагивать плечами - все мы хотим домой.
  Сухощавый подошел к кулеру и набрал стакан воды. Протянув его Оксане, он, вернулся за стол, бесцельно разбирая бумаги. Виталий сидел с полузакрытыми глазами, держа автомат на коленях стволом вертикально вверх.
  - Паша, но ведь это не патрульные, я прав?
  - Да, все патрули сняты, ребята возвращались с обхода, хорошо что ты им попался.
  - Я был бы уже дома, если бы не они.
  - Возможно, не будем спорить.
  Егор возмущенно осмотрел комнату, пытаясь найти в ней виновного, но разум подсказывал, что Паша прав. Тревога за близких накатилась на него селевым потоком, как тогда в горах, страх не увидеть больше... Егор встряхнул головой, отгоняя от себя дурные мысли, но сдался и тяжело сел, обхватив голову руками.
  Может все не так страшно, может..., но опыт неумолимо терзал душу, не бывает совпадений. Только сейчас он начал осознавать, насколько пуст был город ночью, ведь ни одной машины, ни человека, ни собаки, ни птицы.
  Взгляд Егора привлекла невзрачная дверь в конце комнаты. Она была практически не видна, закрытая от взора рядом стальных шкафов. Оттуда начали раздаваться всхлипы, которые Егор услышал еще в коридоре, но подумал, что ему померещилось. Но теперь всхлипы были вполне отчетливы и доносились из-за двери.
  Оксана уронила на пол почти пустой стакан воды и выбежала из комнаты.
  - Проснулась, сука, - с отвращением проговорил сухощавый.
  - Дима, сходи проверь.
  - Да ну к черту, я не пойду.
  - Я приказываю, я прошу.
  - Павел Сергеевич, что там проверять, дождемся санитаров и сдадим ЭТО!
  - Что ЭТО? - спросил Егор.
  - Неважно, - сухо ответил Павел.
  - Что ЭТО, Паша?
  - Тебе не положено знать.
  Егор с вызовом посмотрел на него и направился к двери.
  - Тебе нельзя, ты можешь быть привлечен!
  - Плевать!
  Дима картинным жестом сделал вид, что не ничего не видел, Виталий грустно хохотнул, и крепче сжал дуло автомата.
  
  Егор остановился около двери и прислушался. За дверью кто-то тихо всхлипывал , что-то бормоча под нос. Разобрать было сложно, но ворчание слабо напоминало человеческую речь. Егор приложил ухо к двери, стало отчетливей распознаваться странные звуки, всхлипывание оказалось бульканьем, а непонятное ворчание сменилось монотонной мелодией, не имевшей ни начала ни конца. На секунду все прекратилось, послышался шорох, как от неловкого подъема с пола, слабые шаги начали приближаться к двери, Егор инстинктивно отпрянул от двери, и в тот же момент раздался дикий крик, сменяющийся булькающими рыданиями.
  Егор ошеломленный стоял возле двери, пытаясь осознать происходящее, Дима гадко заржал, разводя руками в доказательство своей правоты, Виталий, нахлобучил себе шапку на глаза, пытаясь тем самым скрыться от пронизывающего помещение истошного вопля.
  Придя в себя от первоначального шока, Егору показалось, что в потоке диких выкриков и завываний, он уловил несколько вполне членораздельных фраз, смысл которых только больше запутывал. Когда вопли прекратились, Егор отошел от двери и сел на ближайший стул с задумчивым выражением лица.
  - Ну что, больше не интересно? - усмехнулся Дима, и тут же замолчавший, под пристальным взглядом Павла.
  - "Они придут.. нет места живым... береги яблоко.." . Что за бред? - спросил Егор у собравшихся. Никто не ответил, Павел лишь покачал головой. - Это похоже на.. не знаю..
  - А что тут знать, не надо быть и спецом в дурке: один шизофреник, вторая религиозный фанатик.
  - Так их там двое?
  - На самом деле шестеро, остальные вообще овощи, стоят около стенки как выключенные роботы, - пояснил Дима.
  - Где вы их нашли? Сбежали с дурки?
  - Да вот и нет, не поверишь, это наш мэр и его свита.
  - Это закрытая информация, держи язык за зубами! - Павел хотел было еще что-то добавить, но в эту минуту вбежала бледная Оксана.
  - Павел Сергеевич, тут передали, вот... - она протянула сводку. Павел быстро пробежал ее глазами, посмотрел на окружающих, Оксана испуганно смотрела на него, ожидая приказа.
  - общая боевая готовность, всех разбудить, только тихо, - Оксана утвердительно кивнула и они с Димой выбежали в темный коридор. Павел задумчиво посмотрел на Егора, - стрелять еще не разучился?
  - Да вроде нет, в тире всегда Мишку выигрываю, - хотел пошутить Егор, но сам понял, что шутка уже не уместна.
  Павел подошел к одному из шкафов и достав связку ключей с резавшим уши металлическим лязгом открыл его. Достав оттуда СВД, он протянул ее Егору, тот с удивлением посмотрел на него.
  - Я же гражданский.
  - Под мою ответственность, возьми все что нужно, побольше боезапас, и выбери точку на крыше, вот рация, жди сигнала или действуй по обстоятельствам.
  - Паша, что происходит?
  - Дя не знаю я! Вот, сам прочитай! - он протянул ему телетайп.
  "Всем, кто остался! Бейте в голову, они не чувствуют боли. Красноармейский, Ленинский и Кировский пали. Теперь мы. Держитесь, братцы, прощайте!
  Железнодорожник".
  
  Егор повертел в руках листок и с недоверием посмотрел на Павла.
  - Я разгонять и тем более стрелять в демонстрантов не буду, хватит!
  - Я бы и не просил тебя об этом, сам увидишь и примешь решение по совести. Я надеюсь на твою помощь.
  - Посмотрим, хмуро ответил Егор, набирая в сумку магазины, туда же он прихватил пару прицелов ночного видения и три гранаты. - Так спокойней.
  Павел молча кивнул. В этот момент по коридору застучали армейские ботинки. Оксана вошла в комнату, переодетая в зимний бушлат.
  - Все готовы, - доложила она.
  - Никитина ко мне.
  В комнату вошел заспанный человек с неопрятно сидящей формой.
  - Привести себя в порядок.
  - Есть, - мужчина с трудом поправил на себе форму, придав более менее подобающий вид.
  - Как выдадут все оружие, заминируй хранилище, головой мне отвечаешь, один пульт мне, второй сам держи, по сигналу взрывай.
  - Есть, могу идти?
  - Выполнять, - Павел вышел в коридор, - два человека на генераторы, набрать воды, держать освещение до рассвета. Семенов, Пашков в дозор, остальных рассредоточить, стрелять по моей команде!
  - Есть! - раздалось гулким ударом, через пару секунд коридор опустел.
  - Ты же сказал, что телефон не работает? Откуда тогда факс? - Егор испытывающе посмотрел на Павла.
  - Телефоны не работают, это пришло по телетайпу, остальное отключено.
  - Против кого боремся?
  - Против себя, против себя.
  
  Среда 20:30
  
  Лена сильно сжала локоть Антона, тот сделал вид, что не заметил, и спокойно пошагал дальше. Тогда она впилась ногтями в его руку, отчего он немного дернулся.
  - не выйдет, - ответил он, повернувшись к ней. Лена стояла с невинным выражением лица все сильнее впиваясь ногтями в его руку.
  - а я и не настаиваю, - ответила она, похлопав длинными ресницами.
  - Лена, у нас дома и так уже ступить некуда, куда ты ее предлагаешь поставить?
  - например, возле кресла, буду читать там книги, вязать.
  - ты вязать, нет более фантастично - ты читать? - Антон рассмеялся, нервно подергивая пораненную руку.
  - вот, ты опять в меня не веришь! Не даешь мне даже ни одного шанса!
  - для того чтобы начать, можно воспользоваться тем что есть,- ехидно заметил Антон.
  - У тебя нет вкуса, ну посмотри, насколько хорошо она смотрится, пойдем, - и Лена утащила его в уголок между стеллажами, где стройными рядами стояли торшеры.
  - Мне не нравится, мы ее разобьем через месяц.
  - не разобьем!
  - Сколько ты уже аквариумов разбила?
  - Я учла ошибки, тем более, что когда она мне надоест, мы ее подарим моей маме.
  - тогда ладно, через неделю отвезем твоей маме.
  - Может через две.
  - Через неделю.
  Лена, довольная, схватила Антона за локоть, нежно поглаживая раненое место, улыбалась с видом победителя. Антон положил торшер в тележку и они двинулись на кассы.
  - ой, слушай, а мы с тобой хотели подушки посмотреть.
  - не мы, а ты.
  - мы, теперь все делаем мы, не забывай, муженек! - торжествуя пропела Лена.
  - Эх, судьба моя судьбинушка.. - вздохнул Антон и направил путь к огромным стеллажам с подушками, одеялами.
  Бесконечный поток людей, снующих хаотично с тележками, набитыми огромным количеством еды, то и дело подталкивали Антона то в бок, то в спину. Видя, как довольно хрупкая девушка тащит перед собой тележку с продуктами, которая чуть ли не больше чем она сама, Антон плечом показал Лене, та хихикнула, посмотрев на их скоромный набор, хотя набранных продуктов им хватит с лихвой на неделю.
  Добравшись до горы подушек, утрамбованных на широких полках стеллажей, Антон с огорчением посмотрел на часы, было уже 9 вечера, получается, они потратили впустую уже более четырех часов. Он тяжело вздохнул и стал наблюдать, как обозы с продовольствием медленно ползут в сторону касс, очередь на которых достигала уже конца первого рядя стеллажей.
  - А еще говорят, что мы плохо живем, - с мрачным лицом проговорил Антон.
  - Ты что-то сказал, дорогой?
  - Ничего, можешь не торопиться, времени у нас теперь хоть до утра.
  - Нет, ты что-то сказал, но меня устраивает последнее, - весело подмигнула Лена, вытащив несколько ярких подушек и разложив их на свободном месте на полке друг с другом. Начинался мучительный процесс выбора между двух кучек сена. Антон, чтобы не выдать лицом свое отношение к данному процессу, точнее чтобы не заржать, как обычно, начал с интересом наблюдать за змейками очередей.
  Некоторая часть людей будто по инерции продолжала подкатываться к хвосту, но большее количество людей просто остановилось на месте и чего-то ждало. Возле них остановился мужчина с плотно нагруженной тележкой, так что при остановке она потянула его за собой, и уставился на Антона невидящим взглядом.
  Антон некоторое время смотрел на него, но потом отвернулся, было что-то неприятное в этом взгляде, смесь презрения и ненависти, но также с полнейшей апатичностью. Антон поежился, он знал этот взгляд, так смотрели черпаки, закинутые химией, перед тем как начать избивать всех подряд.
  - Лена, выбирай быстрее и давай пойдем.
  - Ты посмотри, какая очередь, куда пойдем?
  - мы не купили кофе, надо успеть.
  - Ну сходи пока сам, а я тут пока повыбираю-, но заметив тревогу на лице мужа, она обратила внимание на стоящую в проходе фигуру мужчины. Который смотрел прямо на них. Как собака, готовая к прыжку.
  - Мужчина, что вы на нас так смотрите? Мы вашу подушку не заберем, тут на всех хватит, - начала было весело Лена, но в этот момент по залу гипермаркета с разных его концов начались раздаваться дикие, больше звериные крики и сдавленные призывы о помощи.
  Антон и Лена увидели впереди на кассе, которая была в прямой видимости по аллее стеллажей, что первый из покупателей начал душить кассиршу, а потом бить ее головой о стол. Окровавленное лицо кассирши с уже безвольно болтающимися руками как удар тока врезалось в голову. Стало дурно, Лену затошнило, сдерживая рвоту, она прошептала:
  - Что..? Антон...
  Мужчина в проходе в победным воплем бросился на нее с бутылкой шампанского. Опередив его движение, Антон не задумываясь обрушил на его голову торшер, но его это не остановило, только на пару метров отбросило в сторону. Будто не чувствуя боли, мужчина бросился уже на Антона, повалив его на пол.
  Мужчины барахтались на полу, путаясь в полах длинных курток. Несмотря на то, что Антон был явно выше своего противника, побороть его не удавалось. Лена, объятая ужасом, вжалась в стеллаж.
  Мужчина начал перебарывать Антона, уже довольно ощутимо сдавливая его шею, отчего уже начало сильно стучать в висках и темнело в глазах. Антон наносил удары по корпусу противника, пытаясь хоть как-то ослабить хватку соперника, но тот не реагировал на удары, а только сильнее сжимал руки. Раздался глухой уда, и мужчина обмяк и повалился на Антона безвольным мешком. Рядом стояла Лена, дрожащая всем телом, и с застывшими в ударе руками, сжимавшими тяжелую бутылку.
  - Я... я ударила его, - всхлипывала Лена.
  - нет, он просто отключился, - забрал бутылку из ее рук Антон, озираясь по сторонам.
  - Я убила его, - уже твердым голос сказала Лена, глядя на то, как по полу возле головы мужчины начала растекаться тягучая темно-красная кровь.
  Вокруг стоял оглушительный вой с дикими криками боли, от которого бросало в дрожь и дико кружилась голова. Ужас представшей перед взором Антона картины парализовывал. Люди, разделившись на кучи, буквально затаптывали других людей, кое-где танцевали странные танцы, от которых веяло чем-то очень далеким, жутким воспоминанием прошлого.
  Лена, прижавшись к его груди, тихо всхлипывала. Антон нежно погладил ее, продолжая всматриваться в происходящее. Пути побега не было, все выходы были закрыты группами людей, которые окружали пытавшихся убежать плотным кольцом.
  - наверх! - скомандовал Антон. Лена вопросительно посмотрелна него, но он уже подвел ее к стеллажу и показал рукой на самую высокую полку, на которой большими тюками были выложены пакеты с одеялами.
  - Давай лезь!
  - Но, зачем?
  - Лезь я сказал! Антон приподнял Лену и та ловко начала карабкаться наверх. Антон, осмотревшись, что за ними никто не следит, полез за ней следом.
  Добравшись до верха, Антон скинул несколько вьюков вниз, и жестом уложил Лену на верхнюю полку, он лег рядом и обложил их тюками по периметру, оставив небольшую щель для обзора.
  - Лежи тихо, - прошептал он. Лена в это время пыталась позвонить, но сети не было, телефон сильно нагрелся, отчего его было неприятно держать в руках.
  - нет связи, - прошептала Лена. Антон взял ее телефон и выключил, потом выключил свой.
  - Лежи тихо, - сказал он, прижав ее к себе. Через щель открывался отвратительный вид на торговый зал, кучи сваленного товара, бесцельно снующие группы людей, повсюду кровь, трупы. Подкатил тошнотворный ком к горлу, Антон отвел взгляд, продолжая прислушиваться.
  Шарканье сотни ног сменялось неразборчивым ворчанием. Из дальнего конца доносились глухие удары. Лена хотела взглянуть, но Антон силой прижал к себе.
  - Не надо, - прошептал он.
  Все закончилось так же быстро, как и началось. В воздухе стояла мрачная тишина, ровный гул люминесцентных ламп подчеркивал пустоту. Но зал был полон людей, которые закончили свое брожение и просто стояли, смотря вниз.
  Антон потерял счет времени, казалось, что оно остановилось. Начало затекать тело, хотелось распрямиться, вытянуть ногу. Лена тихо дышала, стараясь не производить ни одного звука. Она чуть сжала руку Антона, давая ему понять, что у нее все в порядке. Антон чуть приподнял подернул затекшей рукой в ответ. Нестерпимое желание вытянуться, а также посмотреть на часы жгло тело изнутри.
  Вскоре послышалась тяжелая поступь двух или трех пар сапог. Шаги были уверенные, но медленные, как у сильно нагруженного человека. В тишине зала они отдавались глухим эхом, отражаясь от потолка зыбкой дробью.
  Сквозь узкую щель Антону удалось разглядеть длинные свинцового цвета плащи, мелькнувшие на секунду в правом секторе зала. Через пару минут началось оживление, стоявшие как вкопанные люди разделились на группы, как показалось Антону по росту. Те, кто были повыше, сначала освободили несколько поддонов от коробок и, направляя гидравлическую тележку, стали сваливать на поддон мертвые тела. Делали они это отточенными движениями, старательно распределяя пространство, укладывая тела как укладывают бетонные блоки для отгрузки. Вторая группа, разделилась по два человека, начала собирать со стеллажей продукты, по заполнению одной тележки, они начинали заполнять вторую. Группы работали по участкам собирая определенные виды припасов, кто-то набирал крупы, кто-то сахар, некоторые тянули поддоны с бутилированной водой. Мрачная тишина сменилась методичным током конвейера, но от молчания людей становилось жутко.
  Через десять минут равномерный гул начал отдаляться, и Антон понял, что люди уходят. Дождавшись, когда воцарится мертвая тишина в непроницаемом гуле ламп, Антон осторожно осмотрел открытый взору сектор торгового зала. Было пусто, только разбросанные по полу товары, раздавленные упаковки, да, кое-где, кровавые полосы. Он подождал еще немного и осторожно разобрал баррикаду, чтобы осмотреть весь зал. Затекшие руки предательски дрогнули и он выронил одну их подушек. Она глухо упала на пол, но от этого звука железным молотом ударило в голову. Лена сильнее к нему прижалась, но она не была напугана, скорее это было инстинктивное движение.
  Ребята затихли. Ничего не происходило. Антон аккуратно разминал затекшие руки, постепенно начала приливать кровь, от чего стало теплее. Лена решительно приподнялась и осмотрела зал.
  - Тут никого нет, - прошептала она. Антон кивнул, и они начали аккуратно спускаться вниз.
  Погас свет, погрузив торговый зал в кромешную темноту.
  
  
  Поезд начал тормозить и затем резко остановился. Катя вытащила одно ухо, ожидая объявлений, но динамик молчал. Пассажиров в вагоне было немного в поздний час, тем более, что сегодня футбол, Паша прожужжал ей все уши и поперся с друзьями в бар смотреть матч, козел. Катя скорчила недовольную мину и засунула ухо обратно. Спешить ей некуда, все равно ехать до конечной. Парень напротив открыто рассматривал ее, не стесняясь осуждающих взглядов. Он был простоват лицом, но довольно широк в плечах, одежда правда оставляла желать лучшего, пролетарий, как говаривала мама. Катя пристально на него посмотрела, как делала не раз, вызывая у особо назойливых чувство смущения или даже страха, как ей бы хотелось, но парень только шире улыбнулся, чуть посмеиваясь глазами.
  "Вот козел, - обиженно не понято на кого подумала Катя, - пялится прямо, что смотришь, а?"
  Катя отвернулась, и стала осматривать вагон. Не то чтобы ей не нравилось внимание, но она не любила наглецов, хотя... около дверей стоял мужчина в длинном сером плаще и ежесекундно поглядывал на часы, длинный зонт как трость отстукивал по полу вагона нетерпеливую дробь.
  Прошло минут пятнадцать, может больше, Катя вытащила наушники, музыка начала раздражать. Мужчина у двери перестал бить чечетку зонтом, он внимательно всматривался в стену туннеля.
  Женщина напротив Кати недовольно поерзала и что-то проворчала себе под нос. С дальнего конца вагона раздался смех, один из компании, усевшейся на последнем ряду, отсчитывал другому несколько звонких щелбанов. Катя непроизвольно улыбнулась, разглядывая молодых студентов. А ведь она уже старше них, горестное чувство холодной волной окатило ее. Пытаясь погрузиться в очередной раз в сеанс бесцельного самокопания, она мельком бросила взгляд на парня, который до этого пялился на нее, парень заметил ее взгляд и вновь одарил ее своей бесстыдной улыбкой.
  - Они козла забивают,- доброжелательно сказал он ей.
  - Что? Козла? - Катя с недоверием посмотрела на него, но осознание глупости ситуации рассмешило ее и она звонко рассмеялась.
  - Идиотка, - злобно проворчала женщина напротив. Но порыв возмущения, готовый вырваться наружу, был сбит незатейливым, но веселым жестом парня напротив, широко улыбавшегося, глядя на ворчащую особу.
  - ты всегда такой веселый? - спросила его Катя.
  - к сожалению, нет, обычно я довольно смурной.
  - не очень начало, - заметила Катя.
  - а что врать-то? Не вижу смысла, - пожал плечами парень. Катя тихо улыбнулась, но постаралась придать своему лицу стандартую холодность снежной королевы, что, по-видимому, изрядно насмешило его, так как глаза заискрились от насмешки.
  "вот козел, - уже по-доброму подумала Катя и начала вновь осматривать его".
  Мужчина у двери подошел к переговорному устройству и начал вызов машиниста. В ответ вырвались странные звуки, тонкое ухо могло уловить отдаленную речь, но разобрать было невозможно.
  - Вы меня слышите?- начал говорить мужчина чуть склонившись к микрофону. В ответ раздалось неясное шуршание и белый шум отключился. Повторное нажатие не дало ничего, аппарат молчал.
  - Он его просто выключил, какого черта? - мужчина начал сильнее нажимать кнопку вызова, но аппарат казалось был сломан.
  Ребята на другом конце вагона перестали играть, отложив свои телефоны, и о чем-то жестами переговаривались с соседним вагоном.
  - У них тоже не работает, - крикнул один из них, показывая руками.
  - а я говорила, что зря старого убрали, раньше такого не было, - начала было разговор пожилая женщина на другом конце вагона, обращаясь к молодой паре, на что парень лишь скорчил мину, и нервно дернул рукой. Девушка толкнула его в бок, призывая к доброжелательности.
  - и чем же раньше было лучше? По мне так что раньше, что сейчас, нас никто за людей не считает.
  - а люди кто? - поддержал разговор чуть поддатый мужчина, дремавший до этого.
  В аппарате захрипело, потом заскрипело, на некоторое время вагон заполнился противным гулом.
  Катя машинально зажала уши. Парень напротив перестал улыбаться и начал внимательно прислушиваться. Он встал с места и подошел в переговорному устройству, немного подвинув мужчину с тростью-зонтиком. Нажав долго кнопку вызовы, он крикнул несколько раз в микрофон.
  - Алло! Алло!
  Сквозь гул начал проявляться голос, но понятно было только несколько слогов.
  - Не..ит....по...до...ит...
  - Повтори, ничего не понятно. Пов-то-ри, - по слогам произнес парень отчетливо произнося каждый звук.
  Гул начинал усиливаться, и сквозь него проявились другие звуки, хлопки, похожие на петарды или выстрелы.
  - не.. не...ра... не.. раз... от... рр... откр...
  - не расходится, открываю дверь, - перевел мужчина с тростью.
  - Как открывает дверь, что случилось? - начался гул голосов по вагону.
  - Тихо! - крикнул на всех парень. Передача повторилась, расшифровка была верной.
  Ребята показывали другому вагону жестами полученное сообщение, в другом вагоне подтвердили, что поняли или слышали то же самое.
  Чрез минуту открылись двери и гул из динамика был заглушен порывом воздуха. Вдалеке слышались хлопки и непонятный фон, от которого становилось не по себе.
  - выходим из вагонов, все выходим! Не расходиться, следуйте за мной! - раздалось с головы поезда, голос приближался повторяя вновь и вновь.
  - Пошли, - парень кивнул Кате, и первый спрыгнул в тоннель.
  За ним последовал мужчина с тростью и ребята с конца вагона.
  - Я никуда не пойду, они должны, вот еще! - ворчала женщина напротив, но усердно собирала вещи и заматывала себя шарфом.
  Катя подошла к выходу, там ее ждал парень, протянув руку. Она поколебалась, но он схватил ее за талию и легко опустил на землю. Она покраснела, но в свете фонарей тоннеля вряд ли это было заметно. Парень между тем помог еще нескольким женщинам спуститься.
  Вдалеке виднелась голубая рубашка машиниста, который решительно требовал, чтобы люди выходили из вагонов.
  - Я сказал всем выходить, поезд дальше никуда не пойдет.
  - что случилось? Что происходит? - доносилось со всех сторон.
  - Всем выйти из вагона! Всем выйти из вагона!
  Гул от динамика остался в вагоне, чуть приглушенный, и Катя начала разбирать некоторые нотки того фона, что заполонил тоннель. Отчасти это был гул от электросети, но к нему и хлопкам примешивались вполне человеческие нотки, как будто кто-то кричал, кричал с надрывом, истошно. Катя помотала головой, надо меньше плеер слушать, совсем слух посадила, вот уже и чушь всякая примешивается.
  Но парень рядом стоял напряженный и внимательно вглядывался вдаль по направлению к станции прибытия, до нее было недолго, вот уже виднелся поворот. Но машинист требовал идти за ним совсем в другом направлении.
  - следуйте за мной! Не отставать!
  - но станция совсем рядом!- донеслось с другого конца.
  - следуйте за мной, там нет прохода!
  - да что ты лепишь! Объясни толком, что, завалило? - раздался позади глухой бас.
  - Я прошу вас поверить мне, выход в другом направлении!
  Сквозь открытую дверь кабины машиниста по громкой связи донеслись обрывистые приказы:
  - Выводи всех... по запасному... нельзя...выводить всех!
  - Быстрее! - скомандовал машинист.
  Фон, идущий с поворота начал усиливаться, крики стали более отчетливыми. Люди спешно двинулись за машинистом.
  - держитесь правого края, выстройтесь в цепочку, - скомандовал машинист, все повиновались.
  Парень взял за руку Катю, она не сопротивлялась, почему-то сейчас она доверяла только ему.
  Группа людей двинулась, вперед. Тоннель уходил чуть влево, но через пару десятков метров стало видно железную дверь.
  - Быстрее, командовал машинист, - помогайте друг другу.
  - а что, мы разве уже куда-то спешим? - пошутил баритон откуда-то сзади, несколько горьких смешков поддержало его, но тут же все стихли.
  Дойдя до двери, группа остановилась. Машинист сорвал пломбы, отодвинул рычаги и дернул, дверь не поддалась. Он дернул сильнее, но дверь не шелохнулась.
  - дай я попробую, - раздался знакомый бас, и к двери протиснулся здоровый мужик в ярко оранжевой куртке. Посмотрев на дверь пару секунд, он вновь закрыл рычаги, потом открыл, удовлетворившись результатом, уперся ногами в пол и с силой дернул за приварную ручку. Дверь дернулась, но не открылась.
  - Николай, ну-ка помоги!
  Подбежал мужичок поменьше ростом, взялся за ручку. Бас схватился повыше и они без счета дернули. Дверь распахнулась, и оба, чуть не упав отлетели в сторону.
  - Заржавела, подводная лодка, - весело проговорил тот, которого назвали Николаем.
  - И не говори, все блин старое, как мы с тобой!
  Оба весело расхохотались.
  За дверью открылся небольшой коридор, вдалеке которого виднелась пожарная лестница.
  Ыыы
  Неожиданно погас свет. Катя схватилась сильнее за руку, и тут вспомнила, что она не знает его имени.
  - а как тебя зовут?
  В этот момент в нее кто-то вцепился и начал душить. Глаза еще не привыкли к темноте, и понять, кто это был она не могла. Руки все сильнее сжимались на ее горле, и она не могла вымолвить не слова. Рука защитника исчезла, и ей показалось, что рядом идет борьба, но было не до этого.
  Катя попыталась отвести руки от горла, но хватка была ожесточенной, но не очень сильной. Уже ощущая нехватку кислорода, она начала бить по рукам, но это не возымело никакого эффекта, хватка не ослабевала. Сумка была уже утеряна где-то, руки лихорадочно шарили по карманам. Свет телефона осветил перед ней клочок тьмы, и она увидела перед собой ту самую ворчливую женщину, которая с остекленевшими глазами, но искаженным злобой лицом душила ее. Катя не думая со всего размаху ударила ее телефоном в висок, хватка чуть ослабла, но недостаточно. Катя ударила наотмашь еще, еще, еще. Она уже не понимала куда бьет. Хватка ослабла, и рядом грузно упал человек. Жадно хватая воздух, Катя обессилев, села на корточки опершись на стену туннеля, телефона в руках уже не было. Освобожденная, она, наконец, почувствовала, что тоннель заполнился хрипами и сдавленными криками, она будто погрузилась с головой в этот смертельный гул, тошнило, хотелось спать, просто заснуть сейчас, ведь это кошмар, надо поспать и все пройдет.
  - Вставай! Давай, давай!
  Катю кто-то дернул за руку и больно потащил за собой. Почувствовав знакомую руку, она повиновалась. Они протискивались сквозь толпу дерущихся, как ей казалось, но не было ничего видно. Потом они свернули, коридор, гулко раздавались шаги, сверху пробивался столп света.
  - давайте быстрее! - кричали сверху.
  Катя побежала на свет, парень подбросил ее на лестницу, она быстро полезла наверх. Парень внизу чуть замешкался, освещая перед собой небольшим фонариком.
  - Пойдем! Что ты медлишь! - крикнула она ему, сердце билось все сильнее.
  - я сейчас!
  - Давай лезь, дурра! - послышался сверху молодой голос, она узнала в нем одного из молодых студентов.
  - Катя лезь! - крикнул ей парень снизу, она повиновалась. Добравшись до верха, ей помогли выбраться молодые ребята.
  - у тебя кровь, на, вытри - протянул один из них ей платок. Но лбу текла струйка крови, но боли не было.
  - куда он пошел?
  - видимо еще кого-то услышал.
  Катя осмотрелась вокруг. Неподалеку стояло около тридцати человек, испуганных, кого-то била истерика, кто-то сидел на корточках, схватившись за голову руками.
  Послышались звуки снизу и на свет появился машинист с окровавленным лицом, в одной порванной рубашке. Выбравшись наверх он чуть не упал, его подхватили ребята. Следом появился парень, у него была порвана куртка, рассечена бровь, исцарапана шея. Руки были черными.
  Катя подбежала к нему и вытерла кровь на лице. Он не сопротивлялся.
  - Виктор.
  - Что? - удивленно спросила Катя.
  - Меня зовут Виктор, ты же это меня спросила.
  Катя вспомнила, и немного истерично засмеялась.
  - а откуда ты узнал мое имя, я же тебе не говорила?
  - вы бабы смешные, тоже мне секрет, на сумке брелок висел Kate.
  - так себе начало.
  - и не говори, - Виктор взял у нее платок и смачно высморкался. - вернуть?
  - Нет, тем более это не мой, - улыбнулась она и чмокнула его в грязную щеку. - Спасибо что не бросил.
  - Я тебя еле нашел,- Виктор попытался улыбнуться, но боль от ссадины на щеке выдала гримасу.
  - больше никого нет! - раздался голос одного из студентов. Они все это время контролировали выход.
  Голос вернул Катю обратно в реальность. Она начала осматривать местность вокруг, район был ей знаком, вот вдалеке торговый центр, там площадь, они не доехали до станции совсем чуть-чуть. Но улицы были пусты, ни души.
  - почему никого нет? - спросила она у Виктора, но он молчал, его взгляд был устремлен на проспект. Десятки автомобилей, искареженных страшными ударами, перегородили проспект. Несколько раз с разных концов вновь и вновь влетали новые машины как в стену в эту кучу, не тормозя, не пытаясь уйти в сторону. Кате показалось, что из одной из покареженных машин махали рукой, но было слишком далеко, чтобы сказать точно.
  - Что это, Витя? Что это? Что это? - Катя глядела на Виктора глазами полным слез, несильно ударяя его кулаками в грудь, он не смотрел на нее, он будто замер, ожидая чего-то. Куча начала гореть.
  - Что случилось? Ты же знаешь?
  Виктор покачал головой. Люди вокруг стояли, кто-то продолжал сидеть на корточках, но все молчали. Один из студентов, достав из своего рюкзака, передал машинисту толстовку. Тот быстро надел ее, поблагодарив. Кто-то передал ему шапку, перчатки.
  Виктор подошел к нему, машинист размахивал руками, пытаясь согреться, но его продолжал сильно бить озноб. Виктор снял свою куртку и передал.
  - Надо согреться.
  Машинист кивнул и застегнул куртку, через некоторое время он перестал разминаться, а устало прислонился к столбу освещения.
  - что-нибудь можешь нам сказать? - спросил Виктор.
  - ничего, мне сказали всех выводить, что на станции взрыв, заражение.
  - Заражение? Я же тебе говорил, что это зомби! - один из студентов хлопнул другого по плечу.
  - да какие зомби, тебя разве кто-то покусал?
  - нет, но череп то разбить пытались!
  - что за заражение? - повторил свой вопрос Виктор.
  - Не знаю, честно ничего не знаю. Ребят, у кого-нибудь есть телефон, мне домой надо позвонить.
  - связи нет, - ответил один из студентов, - ни один оператор не берет.
  Машинист по привычке похлопал себя по карманам, но куртка была не его, сигарет не было. Один из студентов протянул ему пачку. Машинист закурил, руки его дрожали, кровь на лице запеклась уродливыми бороздами.
  - тебе не холодно? Катя подошла к Виктору, схватив его за локоть.
  - пока нет, ветра нет, терпимо.
  - и птиц тоже нет, - добавил один из студентов.
  - смотрите, смотрите! - другой студент указывал рукой на торговый центр.
  Колонна из восьми армейских грузовиков подъехала ко входу, из двух машин вышло несколько человек в довольно странном обмундировании. Длинные плащи, странные головные уборы, наподобие тяжелых касок.
  - Мы здесь! Помогите! - закричала одна из женщин и бросилась бежать к ним. Никто не остановил ее, все посмотрели вслед.
  - может нам тоже надо?
  - посмотрим, - тихо проговорил стоявший в стороне мужчина в костюме, Виктор узнал его, он ехал с ними в вагоне, но тогда на нем был плащ - я думаю, что нам всем лучше отойти от света.
  
  - А что такого? - спросили его несколько голосов, но все повиновались и зашли в неосвещенную часть площади, скрываясь под искусственным пригорком подземной эстакады.
  Вышедшие из грузовика люди заметили ее. Она почти добежала до них, как раздался выстрел, и она упала навзничь, лицом вниз. Трое плащей посмотрели вперед, один махнул кому-то рукой. Плотный луч прожектора одной из машин начал прочесывать площадь перед эстакадой.
  - пригнитесь, - прошептал мужчина в костюме и оттащил одну зазевавшуюся женщину вглубь. Луч прочесывал основательно каждый метр, периодически задерживаясь на сугробах и заснеженных лавках.
  Все сидели тихо, ожидая, когда отключат прожектор. Вдалеке раздалось еще несколько выстрелов, прожектор метнулся в другую сторону.
  - Кто они? - здоровяк, который открывал дверь, схватил мужчину в костюме за полу пиджака.
  - Не могу сказать.
  - как это не можешь? Говори! - прохрипел бас.
  - Я не могу сказать, но если хотите выжить, делайте что я скажу.
  - что значит выжить?
  - что происходит?
  - война, - тихо ответил мужчина, освобождая свой пиджак из ослабших пальцев. - наша жизнь сейчас ничего не стоит, хотите жить, делайте что я скажу.
  - Война с кем? - Виктор внимательно посмотрел на него, что-то знакомое было в его облике, но он не мог припомнить.
  - А не все ли равно?
  Пока мы ее проиграли, - он потер лицо, видно было, что костюм не сильно его согревал. - пока наша основная задача не попасться. От каждого из нас зависит жизнь всей группы. Пока надо ждать.
  - чего ждать?
  -Рассвета.
  - Почему рассвета? Нам домой надо, что, черт возьми, происходит? - женщина в зеленом пальто с надеждой посмотрела на своего спутника, но тот сидел с обреченным видом, - что молчишь? О детях забыл?!
  - не забыл, - сухо ответил он и приподнялся. Положив руку на плечо жены, он чуть сжал его, отчего она тихонько всхлипнула. Он подошел к мужчине в пиджаке. - как Вас зовут?
  - называйте меня Андреем.
  - Я Михаил, - он протянул ему руку, Андрей пожал ее. - нам надо забрать детей из дома, это часа два пешком в одну сторону.
  - время у вас есть, до рассвета еще около шести часов, - Андрей посмотрел на часы, чтобы удостовериться, - но нас может тут уже не быть. В любом случае ваш курс на восток, основная задача вырваться из города. И, самое главное, не привлекайте к себе внимания, телефоны стоит выключить, не могу сказать почему, но они...
  -Кто они? А как мы будем связываться?
  - они это они, - Андрей махнул в сторону торгового центра, где организованная толпа как живой конвейер загружала одну машину за другой.
  - роботы, нет, это не зомби, - выпалил рыжий студент, почесывая голову около внушительной ссадины.
  - это дота, реально. Посмотри, а вон два, видишь, руками машут.
  Все посмотрели туда, куда указывал другой студент, разглядывающий происходящее через объектив зеркалки.
  - он ими управляет, а второй вон теми, - студент с камерой показал чуть правее, где второй плащ, производя жесты руками, направлял потоки на загрузку трупов в бортовой грузовик.
  - Макаки, - выдал Николай.
  - это люди! Какие макаки! Как вы можете!
  - я сам видел по телевизору, как на плантациях, - пожал плечами Николай.
  - точно! - воскликнул рыжий студент, - по Дискавери видел, там приматы в карьере руду добывают.
  - да что вы несете! Нехристи! Побойтесь Бога! - заплакала женщина в сером пуховике, закрыв лицо вязаным платком.
  - ребята правы. И нам стоит держаться от них подальше, - Андрей нехорошо улыбнулся и сильнее запахнулся полами пиджака.
  - они же люди, нам что теперь всех бояться? - многие недоброжелательно посмотрели на Андрея.
  - а вам того, что было в туннеле не достаточно? - спросил окружающих Виктор, ему уже порядком поднадоела эта болтовня, в голове его лихорадочно вертелись мысли, но ни одна из них не приводила ни к одному из хоть сколько-нибудь нормальных решений.
  - Машинист не ответил, что было заражение, люди сошли с ума!
  - а в торговом центре тоже? Посмотрите, уже третья машина трупов! - Виктор с озлобление посмотрел вокруг, Катя довольно ощутимо сжала его руку, требуя остановиться. Он повиновался.
  - товарищи, если вас не оскорбит это старомодное обращение, итак, товарищи. Давайте определимся с планом дальнейших действий. Я предлагаю дождаться, когда они закончат и уедут. Для продолжения пути нам потребуется одежда, наша не подходит и, безусловно, еда.
  - но у нас нет с собой денег, - зашептали люди, - нам надо домой, зачем куда-то идти.
  - Вы можете идти домой, но дома вас ждет смерть, либо вас найдет кто-то их них, когда вы пойдете на поиски еды, либо вас убьют ваши же близкие.
  - как вы смеете!
  - Андрей нам кое-что не договаривает, верно? - Николай подошел к нему поближе, закрыв собой все.
  - вы можете меня убить, но я вам не могу сказать больше, не имею права, ты же понимаешь это, также, майор?
  Николай кивнул.
  - но я ненавижу вашу братию.
  - а я и не хочу твоей любви. Итак, с рассветом мы тронемся из города на восток. Вы можете забежать домой, взять своих близких, главное переоденьтесь, как в поход. Следите, чтобы за вами никто не увязался. Я повторяю - это война.
  - да с кем же, черт возьми?!
  - с собой, если хотим жить, придется забыть про других.
  
  Пробираясь в темноте по торговому залу, Антон вел за руку Лену, которая послушно шла за ним, выставив свободную руку в сторону, пытаясь на ощупь сориентироваться.
  Глаза начинали постепенно привыкать, можно быстро различить большие объекты, но все равно знакомый торговый зал, в котором они были уже сотню раз, стал не узнаваемым, пугающим.
  Антон все вел ее куда-то вправо, видимо что-то искал, но ей хотелось вырваться отсюда как можно быстрее, домой, домой! Это была единственная мысль, попасть домой, страстное желание, надежда.
  Антон остановился около одного из стеллажей и начал осторожно копаться. Работал он на ощупь, аккуратно, но все же несколько коробок глухо ударились о пол. На секунду молодые люди замерли, выжидая. Подождав несколько минут, Антон продолжил копаться. Через мгновение яркий свет фонарика ударил во тьму, от этого заболели глаза, Лена машинально закрыла их руками. Антон стоял с зажмуренными глазами, поочередно приоткрывая каждый, привыкая ко свету.
  Вручив Лене другой фонарик, он жестом показал ей следовать за ним. Она, еще щурясь от света, побежала за ним, главное не отставать, ни за что.
  Выбрав два рюкзака, Антон положил в них несколько упаковок батареек, одни передал Лене. Заполнив их водой и батончиками с орехами, ребята осторожно двинулись к выходу. Перед ним Антон погасил свой фонарь, Лена погасила тоже, схватившись за его руку, и они по стенке, стараясь не шуметь, начали подходить к выходу в фойе.
   Лунный свет пробивался сквозь стеклянные стены, кое-где горело аварийное освещение, мигали лампочки сигнализаторов дыма. Вокруг было ни души. Лысые манекены смотрели на них холодным равнодушным взглядом, несколько раз Лене показалось, что один из них повернул голову, смотря им вслед. Она вцепилась в руку Антона. Антон глубоко вздохнул, пытаясь не выдать боли.
  Дойдя до эскалатора, Антон остановился, не нравилась ему эта позиция, у всех на виду. Он задумался. Можно по пожарной лестнице, но она скорее всего быть закрыта. Лена вопросительно подергала его рукав.
  Антон показал рукой на эскалаторы на парковку, почему-то это решение показалось ему наиболее безопасным. Лена вопросительно посмотрела на него, но в эту же минуту этажом ниже началось какое-то движение. Торопливые нестройные шаги, кто-то шел спокойно, кто-то бежал, потом останавливался, все они приближались к ним. Бежать к эскалатору на парковку уже нельзя было, Лена потащила замешкавшегося Антона в один из павильонов.
  Около дюжины человек проследовало в сторону гипермаркета. Во главе шел высокий мужчина, держа в руке хромированную стойку ограждения.
  Шаги удалялись, отдаваясь приглушенным эхом, вскоре их не было более слышно. Ребята бесшумно вышли из павильона, и, почти на цыпочках, быстро посеменили в намеченную сторону.
  - Эй! Кто там? - раздался снизу хриплый голос.
  Антон и Лена стремительно бросились вперед, преодолев последние тридцать метров прыжками, и сбежали вниз по лестнице.
  - ты кого-то увидел? - молодой голос испуганно прошептал на первом этаже.
  - может мне показалось, но две тени мелькнуло. Наверно кто-то еще остался.
  - нам бы побыстрей, а то.
  - не бойся, они уехали, пока бояться нечего.
  Молодой человек на первом этаже достал из кармана телефон. Голубоватый свет озарил его худое испуганное лицо. Сети не было.
  - Странно, - пробормотал молодой человек.
  - что странно? - Николай подошел к нему.
  - сети нет, вроде ничего не загружено.
  - ну и что, выключи ты его, Андрей просил.
  - да выключу, просто телефон греется, и разряжается, полчаса назад был полный.
  - хм, греется, говоришь, хм. Выключи его.
  - все, выключаю, - студент отключил смартфон и убрал его в карман. Позади раздался шорох и странное ворчание.
  - ты это слышал? - студент нервно оглянулся, вокруг было довольно темно, но холл, все же, хорошо просматривался насквозь, небольшое открытое кафе выделялось гордым островком в море пространства стекла и бетона.
  - нет, может тебе показалось, - Николай пожал плечами, поигрывая небольшим кастетом.
  Ворчание повторилось, оно доносилось со стороны кафе.
  - вон, вон там, за диваном, как только Николай повернулся, оттуда выскочил мальчик и с криком бросился на него, пытаясь расцарапать ему лицо. Николай инстинктивно отбросил его и повернулся в ожидании нового броска, второй раз ему удалось его схватить, зафиксировав беснующееся тело.
  - Тихо, тихо малыш, мы тебе не сделаем ничего плохого.
  Но мальчик не сдавался, энергии позавидовал бы любой взрослый, Николаю было тяжело его держать, тем более что мальчик норовил укусить его за руку.
  - вот же волчонок! - натужно прошептал Николай и, не рассчитав удар, вырубил мальчика.
  - ты его убил? - довольно спокойно спросил его студент.
  - нет, просто в нокауте. Никогда не бил детей - Николай со злостью посмотрел на свои руки.
  - он один из них.
  - это ребенок, ты сам еще ребенок.
  - он один из них, он ведет себя как они, - студент опасливо посмотрел на лежащего на полу мальчика.
  - возможно. Не хочу об этом думать, Николай поднял мальчика и отнес его на один из диванов кафе. - Иди сюда.
  - Зачем? Там точно больше никого нет?
  - Нет никого, давай не трусь, Слава.
  Студент подошел к Николаю, тот задумчиво смотрел на мальчика.
  - ну что случилось?
  - Он спит, видишь, как дергается нога, у меня так сын спал, - Николай тяжело вздохнул.
  - Хм, да все дергаются, что с того?
  - посмотри вон на тот столик, он же оттуда выскочил, ничего не замечаешь?
  - нет, стол, диван, кресло. Стоп, кресло. Ты думаешь это его?
  - да, посмотри на его обувь, она чистая, брюки. Мальчишка точно бы изгваздался.
  - Но как это возможно, если он инвалид, как он тогда, чушь какая-то.
  - Чушь говоришь? Ты помнишь, что было в туннеле?
  - не напоминай, как в фильме ужасов. Если бы мы с ребятами не драпанули сразу, там бы и остались.
  - Вот-вот. Я и не знал, что старушки бывают такими сильными, да простит Господь мою душу.
  - Ты что, верующий? Что-то не похоже.
  - Нет. Но хотел, и хочу. А сейчас я вообще не понимаю, Апокалипсис какой-то.
  Мальчишка приоткрыл глаза. У него был заспанный вид, небольшой кровоподтек возле глаза напоминал об истинном характере сна.
  - Мама, мама, - тихо позвал он. Увидев возле себя двух мужчин, он испугался, стараясь прикрыть себя одеялом, но тут он понял, что одеяла нет, а он лежит на диване.
  - где моя мама? - с надеждой спросил он их.
  Николай отрицательно покачал головой.
  - что случилось, почему так темно?
  - долго рассказывать, ты себя хорошо чувствуешь?
  - голова болит и тошнит сильно, - прошептал мальчишка, несколько раз икнув.
  - это моя вина, прости, - искренне извинился Николай, - как тебя зовут?
  - Артем. Вы можете позвонить моей маме? Я скажу номер. Она приедет, заберет меня.
  - Мы не можем этого сделать, - покачал головой Николай. Слава недоверчиво смотрел на ребенка, тот уловил его взгляд.
  - Почему вы так на меня смотрите?
  - потому что ты пару минут назад хотел нас задушить.
  - это невозможно, - уверенно ответил мальчик, в нем начала чувствоваться твердость характера, какая обычно присуща детям инвалидам, не желающим жалости окружающих. - Я инвалид, я не могу ходить.
  - Еще как можешь, - усмехнулся Слава.
  Мальчишка посмотрел на него как на идиота.
  - мы тебе не врем, - доброжелательно сказал Николай, - попробуй встать.
  Мальчик с недоверием посмотрел на обоих, но легко приподнялся, что сильно испугало его. Бросив взгляд на Николая, он поймал подбадривающий жест, и попробовал подняться. Сначала перенес одну ногу, потом вторую. Вот он встал, с непривычки рухнул сразу обратно, но видно было, что мозг вспоминает утраченный навык, еще попытка, еще одна - и он уверенно стоит на ногах. Артем улыбался, глядя на незнакомцев, сделал несколько шагов, остановился, чтобы привыкнуть, повернулся и пошел обратно, устало сев на диван. Губа его подергивалась, глаза наполнялись слезами.
  - Артем, - Николай сел возле него, - мы честно не знаем где твои родители. Отвезти тебя к ним мы тоже не можем. Пойдем с нами, поверь, если бы я мог, я бы объяснил, но сам толком ничего понять не могу. Дождемся утра, а там найдем и твою маму и папу, договорились?
  Артем кивнул и утер наворачивающиеся слезы рукой.
  - А как Вас зовут? - обратился он к стоящему в стороне Славе. Тот хмыкнул, но подошел к нему, протянув руку.
  - Слава, не переживай, все будет хорошо, тебе сегодня повезло.
  Артем приветливо улыбнулся. И деловито пожал руку. Слава приветливо ему кивнул, но что-то озадачило его во взгляде мальчишки. Он посмотрел в упор в глаза Артема, улыбка постепенно сходила с губ, глаза начали заполняться слезами, взгляд терял осмысленность, концентрируясь на одной точке.
  - Артем, Артем! - Слава потряс его за плечи, но мальчишка входил в оцепенение.
  - Мама, мама, - прошептал он и потерял сознание.
  - Твою ж мать! - выругался Николай. Вдалеке послышался шум мотора.
  - шухер!! - крикнул студент, - надо валить отсюда. Он побежал за остальными, Николай взял куртку с кресла, подхватил мальчишку на руки и побежал за Славой на второй этаж.
  Из гипермаркета уже выходили, с рюкзаками, каждый нес по фонарику. При виде Славы образовалось смятение, все смотрели на Андрея, тот, переодетый в лыжный костюм, рукой показал на спуск на парковку.
  Двери торгового центра распахнулись, и внутрь вошли стройные колонны.
  
  Виктор махнул рукой удаляющимся Михаилу с женой. Застегнув куртку повыше, он вопросительно посмотрел на Катю.
  - почему ты помогаешь мне? Разве тебе не надо домой?
  - мне нет.
  - у тебя нет семьи? Может, есть девушка?
  - У меня никого нет, представь себе.
  - А родители?
  - я не знаю кто они.
  Кате стало неудобно за свои вопросы, она посмотрела в сторону торгового центра.
  - почему ты не пошел с ними? - Катя по инерции задала этот вопрос, но ответ она пока не хотела знать. Виктор усмехнулся.
  - Я их не знаю, вдвоем проще.
  - А меня ты знаешь? У меня ведь есть парень, мы хотели пожениться, в следующем году.
  - что-то ты о нем, по-моему, не вспоминаешь.
  
  
  Она зло посмотрела на него. Виктор не отвел взгляда, усмешка сошла с его губ, но глаза торжествовали.
  - Пойдем, время идет, нам отсюда часа полтора топать, - он взял ее под руку, она одернула свою руку, идя рядом.
  - какой у нас план? - спросила она, постепенно остывая, злиться было сейчас не лучшим решением.
  - пока план найти твою маму.
  - Ну а дальше, дальше куда? Легкий оттенок паники звучал в ее голосе.
  - Не знаю, соберемся в условленный час с той группой, может Андрей выдаст нам информацию.
  - Ты ему доверяешь?
  - Странный вопрос. А доверяешь ли ты мне?
  - Нормальный вопрос, - обиделась Катя. - он мне не нравится. Ты меня спас, да, я тебе доверяю.
  - А ведь ты меня не знаешь.
  - Хватит болтать, Витя, кого ты из себя строишь?
  Виктор покачал головой. Дальше они шли молча.
  Пустые улицы освещались только тусклым лунным светом, с трудом пробивающимся сквозь толщу облаков. Кирпичные дома возвышались тихими исполинами в темноте, нависая крутым обрывом перед путниками, осмелившимися пробираться по лощине.
  Витрины магазинов в отблеске голубоватого света придавали улице зловещий окрас. Знакомая с детства дорога теперь казалась чужой, враждебной.
  Молодые люди шли по не освещенным участкам улицы, стараясь быть незаметными, но в этом мертвом царстве любое движение привлекало пристальное внимание.
  Пройдя мимо небольшого парка, Виктор заметил движение. Он остановился, жестом показывая Кате спрятаться в темном проеме стены, Катя с каким-то детским страхом уходила, боясь, что на нее нападет чудовище. Прогулка по темной улице будоражила воображение, в голову лезли всяческие монстры из кинофильмов, но они не пугали, скорее предупреждали о чем-то.
  По скверу с дикими криками пробежало несколько человек. За ними, наращивая темп, неслась небольшая стая собак, молча, как волки, постепенно настигая убегавших. Виктору не было видно, но по характеру бега он уловил, что собаки нагнали жертв, яростная борьба, лай, животные крики, все это острым ножом прорезало могильную тишину, отбиваясь в голове глухим набатом. Собаки побеждали, постепенно утих и лай. Стая бесшумно повернула обратно, одна из собак, учуяв Виктора остановилась, принюхалась, Виктор смотрел в упор на нее. Собака мотнула головой и побежала вслед за остальными. Виктор выдохнул.
  Начал падать небольшой снежок. Он ложился на тротуар крупным хлопьями, покрывая его темным серым одеялом. Луна практически скрылась за облаками, и стало совсем темно.
  Виктор подошел к проему, где он оставил Катю.
  - Пойдем, все нормально, - прошептал он. В ответ донеслись тихие всхлипы. В темноте проема он нашел Катю, она прислонилась к холодной кирпичной стене, все ее тело трясло от сдержанного рыдания.
  - Пойдем, у нас мало времени, - мягко прошептал Виктор, отводя ее от стены.
  - Куда? Зачем? - шептала она, - что мы выиграем? - Катя пыталась взять себя в руки, но не могла, сердце билось в груди яростным мотором.
  Виктор притянул ее к себе, разгладил волосы руками, потом легонько поцеловал в лоб, как отец целует дочь.
  - Пошли, нам осталось немного, - он взял ее за руку и потащил за собой. Катя постепенно успокаивалась идя за ним.
  - Почему? - спросила она его, остановившись.
  - Что почему? - удивленно спросил Виктор, повернувшись. В темноте он с трудом различал ее лицо, но уловил упрямый взгляд.
  - Почему ты меня не поцеловал?
  - мгм, - Виктор озадаченно поправил шапку, - я думаю, что сейчас не до этого.
  - То ест я тебе не нравлюсь? - Катя вырвала свою руку из его, отойдя на шаг назад.
  Виктор наконец поправил шапку, улица была пуста, но Катя вышла в самое заметное место, это было опасно. Он резко подошел к ней, притянул к себе и поцеловал. Катя уперлась руками ему в грудь, но не сопротивлялась.
  - А теперь пошли, надеюсь, все вопросы сняты, - Виктор потащил ее за собой, уходя под защиту фасада дома. Катя старалась не отставать от его быстрого шага, улыбаясь, "как девчонка, - думала она про себя".
  Чрез полчаса они подошли к панельной многоэтажке. Двери подъездов были распахнуты, кое-где уже намело снега на порог. Катя побежала к последнему. Железная дверь была распахнута, подпертая несколькими кирпичами. Везде валялись какие-то коробки, бутылки, пакеты. Разобрать было невозможно, все выглядело одинаково, серо.
  Катя вбежала в подъезд. Виктор захватил с собой несколько бутылок, вошел следом и наткнулся на нее.
  Темень моментально ослепила их. Было трудно понять, где находится лестница, только открытая дверь с тусклым отблеском ночного солнца была маяком.
  Тишина, тишина и чернота вокруг постепенно растворяли в себе вошедших. Глаза не видели, оставался только слух и осязание. Держась за стенку, они двинулись наверх. Пройдя мимо будки консьержа, Катя повела Виктора правее, увлекая на лестницу, чуть скрытую за шахтами лифтов.
  - Седьмой, - тихо прошептала она, и они двинулись вверх. Виктор шел впереди, сжимая наготове бутылки.
  Подъем шел медленно, гулким эхом раздавались шаги, поэтому приходилось останавливаться и вслушиваться в тишину.
  Седьмой. Осторожно открывая дверь выхода на этаж, Виктор выждал несколько секунд и бесшумно вошел. Свет из окна давал достаточно освещения, межквартирная дверь была выбита изнутри, и висела на одной петле. Виктор жестом показал Кате ждать его здесь, но она не захотела, упрямо выйдя вперед него. Он успел схватить ее, лучше он первый пойдет. Катя согласно кивнула, передала ключи, крайняя левая.
  Пройдя мимо раскуроченной двери, взору открылась площадка на шесть квартир, пара из них были закрыты, но у остальных двери были раскрыты нараспашку. Крайняя левая дверь была вынесена вместе с косяком внутрь. Катя рванула, вбежав в свою квартиру.
  Все было повалено на пол, шкаф перегородил дорогу, развалившись на три части.
  - Мама! Мама! - закричала она, вбежав в одну из комнат. Виктор побежал за ней, в комнате творился тот же хаос, никого не было. Катя вбежала в другую, Виктор зашел на кухню, все длилось доли секунды, ему казалось, что он двигается очень медлительно, он боялся, что любое малое промедление сыграет не в их пользу, сердце билось в уши ускоренным молотом, было душно и смрадно, очень мучила сильная жажда. Эта последняя мысль спасительным кругом потянула его на поверхность из пучины сотен, выстреливающих как пули из пулемета, гнетущих мыслей.
  Как быстро смерть меняет людей, как она безжалостна, порой несправедливо уродует даже сильных, волевых личностей, представляя всем истинное равенство.
  Открывшаяся его взору картина не вызвала в нем никаких эмоций, он уже давно перестал реагировать на трупы. Именно трупы, только так он воспринимал умерших, не придавая телам человеческих черт.
  Холодная мертвенность лица, открытые глаза, сколько раз он видел уже этот взгляд, чуть испуганный, с укоризной - это все нитки эмоции, в основном пустые, в конце только всеобъемлющая, всё поглощающая пустота. Виктор зашел на кухню, машинально огляделся, в поисках чего, правда и сам не понимал.
  За столом, откинувшись на спинку стула, сидела пожилая женщина. Лицо ее в тусклом свете было сложно разобрать. Окоченевшие руки яростно сжимали скатерть, голова была повернута ко входу, неестественная поза, застывшая в движении воля.
   - Мама! Нет! Пусти! Пусти! Пусти! - Виктор держал рвущуюся Катю у входа, не позволяя ей войти. Она напирала все сильнее, сильнее, ему было трудно удержать ее. Оступившись, он задел стол, тело чуть сдвинулось, потеряв от этого последнюю точку равновесия, грузным мешком свалилось на пол. Катя, провалившись в обморок, обмякла в его руках, он ее бережно подхватил на руки. Посмотрев на успокоившееся лицо, Виктор мотнул головой, отгоняя от себя лицо ее матери.
  Тихо пройдя в другую комнату, он аккуратно положил ее на кровать. Наверно это была ее комната, он открыл шкаф, да, он не ошибся. Задумавшись, Виктор нерешительно начал вытаскивать из шкафа вещи, которые, по его мнению, могли пригодиться. Он совсем засмущался, когда открыл комод, чтобы выбрать белье, схватив несколько охапок, он запихал все в боковой отдел сумки.
  Жажда вновь напомнила о себе. В комнате воды не было, пустая лейка стояла одиноко у окна. Вернувшись на кухню, он спокойно перешагнул через тело, открыл холодильник. Йогурты, масло, кастрюли с супом, несколько нарезок, клубника. Вытащив всю воду, он поставил ее на столешницу, это лучше взять с собой. Холодильник уже начинал нагреваться, отдавая в атмосферу последние крупицы холода. Достав бутылку молока, сыр, нераспечатанные нарезки, Виктор тихонько прикрыл его дверцу. Пошарив по шкафам, он достал оттуда шоколад, орехи, несколько пакетов с сухофруктами - все было аккуратно сложено в пакет вместе с водой. Ножи, ложки, несколько кружек, кастрюля с толстым дном, это напомнило подготовку к походу. Виктор улыбнулся воспоминаниям, далеким настолько, что сейчас они казались сказкой, мечтой, которой больше нет. Закусив молоко остатками открытого шоколада, он прихватил с собой бутылку початой водки, одиноко стоявшей в дальнем углу шкафа.
  Пройдя с пакетом снеди в ванную, он набрал из шкафчика пластырей, ваты, тампонов, несколько пузырьков с йодом, пластинок с углем. Свет слабого фонарика упал на большое зеркало над раковиной, Виктор мельком посмотрел на себя, хм, пора бы постричься. Захватив несколько тюбиков с пастой и щетки, он вернулся в комнату.
  Катя мирно спала, удобно улегшись на кровати. Ей стоило бы поспать, но не сейчас и не здесь. Виктор потряс ее за плечо, подождав немного, потряс сильнее, ущипнув за левое ухо.
  Катя осторожно открыла глаза, секунд десять она удивленно смотрела на него, вспоминая, потом маска кошмара вновь нашла ее.
  - где мама? - прошептала она.
  - она мертва, - почти беззвучно ответил Виктор.
  - как? - Катя тихо заплакала, она больше не рвалась, она вспомнила. - Что нам теперь делать?
  - надо уходить.
  - Как уходить? А как же мама?
  - Мы ей ничем больше не поможем.
  - Но мы должны ее похоронить.
  
  - нет, не должны.
  Катя возмущенно посмотрела на него.
  - Если мы не поторопимся, то ляжем рядом, - спокойно продолжил Виктор, упаковывая еду и лекарства в сумку, ножи он примерил себе под ремень.
  - Мы должны ее похоронить! - громко сказала Катя.
  - ты говори потише, - настоятельно прошептал Виктор.
  - Тут никого нет, кого мне бояться!
  Этажом ниже раздался непонятный звук. Катя хотела еще что-то сказать, но Виктор зажал ей рот рукой. Катя возмущенно смотрела на него, но покачала головой, что она поняла. Он отпустил ее.
  Звук снизу возобновился, раздалось непонятное ворчание, затем стремительный топот нескольких пар ног заполнил тишину давящим сердце набатом.
  Они бежали сюда, Виктор рукой показал Кате спрятаться в угол, слева от двери, закрывая ее от взора входящих. Сам он встал слева. Ожидая приход, немного подумав, он открыл настежь окно, впуская свежий ветер гулять по темным закоулкам.
  Они близко, они рядом, Виктор ощущал себя затравленным хищником в ловко организованной егерями ловушке. В голову лезли картинки из прочитанных книг, голова кружилась от предстоящего.
  Ворвались, один бросился в другую комнату, второй прямиком на Виктора. Рычание, лязганье зубов, в руках нож. Человек бросился на Виктора с победным кличем, норовя попасть ножом ему прямо в лицо. Виктор увернулся, обойдя противника, летящего прямо в стену, не останавливаясь, Виктор методично наносил ему удар за ударом, вонзая нож в тело человека. В голове Виктора был шум, картинки из книг исчезли, только шум.
  Почувствовав движение, Виктор, обернувшись, схватился со вторым. Нож выпал из его рук, борясь уже на полу, Виктор чувствовал, что противник сильнее его, это понимал и противник, наращивая усилия, пытаясь задушить его. Изловчившись, Виктор, упав на спину, перебросил его через себя. Секунда передышки была бы кстати, но ее не было, озверевший человек моментально вскочил и с победным воем бросился вновь. Ударом ноги в живот Виктор отбросил его к окну, противник, получив удар подоконником в позвоночник, присел на пол, но тут же начал подниматься, растопырив длинные руки. В пылу схватки Виктор не разглядел, что противник был гораздо выше его и довольно грузен. Виктор подбежал к нему, и, схватив за ноги, выбросил в окно.
  Глухой удар донесся снизу. Виктор устало опустился на пол, в том же месте, где только что стоял человек. Катя дрожала, забившись в угол.
  Первый валялся в углу, по полу разливалась густая серая кровь.
  - Пора идти, - прохрипел Виктор, тяжело поднимаясь. Катя смотрела на него отрешенным пустым взглядом. Виктор подошел к ней, Катя отдернула его руку, забившись в угол. Он ни слова не говоря собрал разбросанные на полу припасы, утрамбовал их сильнее в сумку. Вытерев ножи от крови о покрывало кровати, он положил их в боковой карман сумки, оправил одежду, затянув потуже ремень на сумку, попрыгал на месте, ничего не болталось. Виктор подобрал Катины вещи и с силой выдернул ее из угла, потащив за собой, она не сопротивлялась, но с трудом передвигала ноги. Виктор остановился возле лифтов, луна спряталась за густыми тучами, отчего все приобрело темно-серый окрас.
  - Пей, - тихо произнес он, протягивая Кате бутылку с водкой. Она отрицательно покачала головой, но после уверенного толчка послушно поднесла горлышко ко рту. Чуть помедлив, Катя сделала большой глоток, отпрянув к стене. Виктор забрал у нее бутылку, пока она откашливалась.
  - Пошли, времени уже нет.
  - Кто ты? - Катя со страхом смотрела на своего спасителя, борясь с чувством страха и благодарности.
  - Никто, я обычный человек.
  - Обычный человек не может пырнуть другого ножом! - вскричала она.
  - Давай оставим этот разговор на потом, я второй схватки не потяну. Пойдем, раз боишься, значит не пропадешь.
  - Ты мне потом расскажешь? - Катя неуверенно посмотрела ему в глаза.
  - Придет время, я тебе все расскажу. А теперь надо идти, мы одни не выживем, понимаешь?
  Катя утвердительно покачала головой, взяла у него шапку, затянула потуже шарф.
  Спустившись на первый этаж, Виктор чуть помедлил у выхода, прислушиваясь к остановившемуся ночному воздуху. Непривычная тишина действовала на нервы, каждый шорох ветра заставлял вздрагивать и напрягать все рецепторы, вслушиваясь и вглядываясь в темноту двора. Кожа улавливала вибрации воздуха, заставляя мозг рисовать картины ужаса. Но ждать тоже было опасно, сверху доносились шорохи, неверные шаги, будто кто-то шел за ними.
  Катя дернула Виктора за рукав, показывая рукой наверх. Шорохи прекратились, кто-то остановился в нескольких этажах от них. Виктор жестом показал Кате на выход, она послушно отворила дверь, та предательски скрипнула оглушая своим протяжным металлическим стоном. Шаги возобновились, кто-то спускался вниз по лестнице. Катя вопросительно смотрела на Виктора, который застыл на месте, прислушиваясь. Ему показалось, что он уловил, хотя наверно нет, это уже галлюцинации. Он помотал головой, отгоняя прочь наваждение и уже двинулся к выходу, как легкие всхлипы уже боле явно донеслись до него, Катя тоже услышала, подавшись обратно. Виктор отстранил ее назад.
  - Но там ребенок, - прошептала она одними губами. Виктор утвердительно кивнул, аккуратно поставив сумку на пол, он осторожно вытащил один нож. Катя с ужасом посмотрела на него. Он жестом попытался ее успокоить, но Катя вошла обратно с решительным видом.
  - не смей! - прошептала она.
  Виктор вздохнул и отдал ей нож.
  - Если что, беги, не надо меня ждать, - прошептал Виктор, сильнее натянув на себя шапку, Катя кивнула.
  Возвращаясь обратно на лестницу, Виктор замер, заново привыкая к темноте. Слух обострился до предела, отчего звук собственного дыхания был нестерпимо громок. Звуки доносились с третьего этажа, теперь было слышно отчетливо, что там кто-то был, ребенок, так хотелось думать Виктору, когда он по-кошачьи ступал по ступенькам вверх.
  Перед входом на третий этаж, Виктор, усмиряя сердцебиение, всматривался в толщу тьмы. Луна блеснула из-за туч, и он уловил маленький силуэт у окна, девочка стояла, опершись руками о подоконник, всматриваясь в ночь. То и дело она переминалась с ноги на ногу, всхлипывала, утираясь рукавом куртки. Вязанная шапка с большим помпоном сдвинулась на бок, норовя вот-вот упасть. Виктор ждал момента, просто подойти было нельзя, девочка вздрагивала от каждого шороха, то и дело оборачиваясь назад к квартирам. Вдруг девочка испуганно посмотрела наверх, задрожав всем телом. Виктор тоже уловил уже знакомое ворчание, сомнений не было.
  Девочка дернулась к дверям, но выронила из рук связку ключей, она с ужасным звоном пронеслась по бетонному резонатору, сверху послышался топот ног. Пора!
  Виктор влетел на площадку как раз тогда, когда девочка трясущимися от ужаса руками пыталась поднять ключи с холодного бетона, шапка упала на пол. Виктор не говоря ни слова схватил ее в охапку, получив вместе с оглушительным визгом ощутимый удар в бок ногой. Второй рукой он поднял с пола шапку и бросился стремглав вниз по лестнице, не разбирая пути, натыкаясь на стены. Девочка оглушительно визжала, но от этого становилось почему-то теплее и легче бежать, живой, живой человек упирался, пытался пинать его, укусить, живой!
  Виктор влетел на первый этаж, отдав шапку остолбеневшей от происходящего Кате, схватил сумку и выбежал на улицу, Катя вылетела за ним. Позади остался звериный вой, грохот ног, все позади. Они бежали от дома как можно быстрее, девочка перестала биться, послушно повиснув на его руке.
  Выбежав из квартала в сквер, Виктор остановился, выпустив "пленницу", рядом рухнула запыхавшаяся Катя.
  Девочка вскочила и отбежала от них за дерево, примеряясь куда бежать. Но не убегала.
  - Катя, это ты? - послышался тонкий голосок из-за дерева.
  Катя отдышавшись, выпрямилась, в руках у нее был нож, она с удивлением смотрела на него, крепко сжимая рукоятку.
  - Да, это я, - ответила она, начиная припоминать этот голосок. - Юля, выходи, не бойся.
  Катя протянула шапку вперед, не отпуская нож. Виктор деликатно взял у нее нож и положил в сумку. Он отошел подальше, чтобы не пугать ребенка, сев на спинку скамейки, дыхание приходило в норму, но усталость уже давала о себе знать, смертельно хотелось спать, отчего он начал громко зевать, издавая смешные звуки, похожие на зев льва после обеда.
  Девочка из-за дерева засмеялась, выглянув остреньким личиком.
  - Юля, не бойся, выходи, - Катя поманила ее рукой, пытаясь улыбнуться, но ужас ночи скорчил на ее лице такую гримасу, что она испугалась, что Юля сейчас убежит и повернулась к Виктору, тот же сидел на лавке и улыбался во весь рот, будто и не было ничего, Катя по-хорошему позавидовала ему, но улыбнутся не смогла.
  Юля выбежала, обхватила Катю, уткнулась лицом к ней в куртку. Катя погладила ее голову и надела шапку, на улице холодало, девочка была вся горячая.
  - Надо идти, - Виктор встал, оправляя одежду. Затянув ремень сумки потуже на груди, сумка плотно прижалась к его спине как рюкзак.
  - Но мама и папа должны вернуться, - Юля с надеждой посмотрела на Катю, потом на грозного мужчину, который спокойно стоял посреди аллеи, водя уставшими плечами. Катя с надеждой посмотрела на него.
  - Когда они ушли? - Виктор подошел поближе, уже озабоченно смотря назад, краем глаза он уловил движение, но слух пока молчал.
  - В девять, они пошли в театр, я осталась одна. Мама звонила, говорила, чтобы я оставалась дома, они скоро приедут, - затараторила Юля.
  - Я уверен, что твои родители старались выполнить свое обещание, но сейчас это невозможно, - Виктор перешел на шепот, давая понять, что он что-то услышал.
  - Но как они меня найдут, мне сказали оставаться дома.
  - Дома небезопасно, там...
  - Зомби! - уверенно ответила Юля.
  - Зомби? - Катя посмотрела на Виктора, тот ехидно улыбнулся.
  - Точно. А помнишь, что надо делать, когда приходят зомби,
  - Удирать! - Юля звонко отчеканила ответ, как это делают отличницы на уроках.
  - Верно! Вот и нам пора удирать, пойдем?
  Юля утвердительно кивнула, взяв протянутую Виктором руку. Катя удивленно смотрела на них.
  - А что, она права, так и есть, - Виктор сделал жест влево, и они втроем скрылись за стволами деревьев.
  Вдалеке от них, удаляясь, слышался звук нескольких моторов. Все шли молча, дойдя уже до середины сквера, Виктор высматривал трупы людей, истерзанных стаей собак, вдалеке проглядывались небольшие бугорки, занесенные снегом, он повел левее, отводя дальше от трупов.
  - Я слышала машину, - Катя тихо проговорила, Юля чуть бежала впереди, то и дело оборачиваясь на взрослых.
  - Там было несколько машин, - Виктор поморщился от попавших в нос снежинок, по-детски потерев нос. Катя смотрела то на него, то за Юлей, а в голове ее кружилась тяжелая карусель мыслей, сталкиваясь одна с другой, разбиваясь, продолжая друг друга, вырастая в один большой вопрос, кто ее спутник?
  - Как ты думаешь, кто это?
  - Не знаю, но лучше от них держаться подальше.
  - А вдруг это власти, может они оказали бы нам помощь, может...
  - Когда идет оповещение населения, должны повсюду орать матюгальники, ты разве слышишь хоть что-нибудь? - перебил ее Виктор, остановившись возле небольшой кондитерской.
  - Нет, не слышу. Ты думаешь власти о нас забыли?
  - Я думаю, что нам надо поднабрать пирожков и пироженных! -неожиданно весело проговорил Виктор, подзывая Юлю к себе. Девочка подбежала к нему, улыбаясь во весь рот. - Есть хочешь?
  - Да! - Юля часто закивала, чуть подпрыгивая на месте.
  - Тогда ударим по сладкому! - Виктор снял сумку, незаметно вытащил нож и сунул его себе под куртку. - Встаньте вон там у ниши, чтобы вас не было видно, если что, дорогу ты знаешь, возвращайтесь к Андрею.
  - Все будет в порядке, - уверенно сказала Юля, зомбаков там нет.
  - Откуда ты знаешь? - удивилась Катя.
  - Я их чувствую.
  - Вот и проверим, - Виктор улыбнулся и передал Кате сумку. Когда они отошли в укрытие, Виктор выровняв дыхание, тихо приотворил дверь кондитерской.
  Скудный лунный свет неуверенно пробивался внутрь помещения. Стоял стойкий запах ванилина, марципана и сахара. В этот столп запахов вмешивались тона сливочного крема, шоколада. Пройдя до стеллажа с пироженными, Виктор, взяв пакет у кассы, начал опорожнять лотки в пакет. Под ногами валялись разбросанные фрукты, видимо стоявшие в корзинах возле кассы, одну из них Виктор случайно пнул ногой, огласив помещение глухим перекатыванием. Выхватив нож, он прислушался, тихо. Набрав два пакета, он двинулся к двери, но его внимание привлек слабый блеск около прилавка. Подойдя ближе, он обнаружил на столе большой металлический бойлер, который на редкость был еще вполне горячим. Поставив пакеты на прилавок, он перемахнул через него. На стеллаже стояла стопка бумажных стаканчиков, рядом стояли коробки с пакетиками чая. Когда три стакана наполнились еще горячей водой, он, нашарил на полке под прилавком пластиковые крышки. В выключенном холодильнике стояли блюда с тортами, запах от них будоражил аппетит, а ведь сегодня у него День рождения, почему бы и нет. Виктор выбрал по запаху тот, который показался ему самым вкусным, и положил несколько кусков в боксы.
  Собрав поклажу, он двинулся к выходу, уже уверенно обходя перевернутые столы, стулья.
  На улице начал сильнее падать снег. Небо вновь заволокло темно серым покрывалом, но из под этой перины все же пробивался скудный лунный свет.
  Из ниши вышли Катя с Юлей. Виктор взял сумку, передал пакеты Кате.
  - На ходу поедим, раздай чай, там есть по куску торта.
  - А что сегодня праздник? У кого ДР? - Юля схватила стакан с чаем, отпив большой глоток. - Фу, не сладкий.
  - Плохой сервис, - криво улыбнулся Виктор.
  - Торт сладкий, - назидательно сказала Катя, достав кусок для Юли из бокса.
  - Угу, - ответила с набитым ртом девочка.
  Некоторое время они шли молча, Виктор нацепил на локти пакеты, чтобы освободить руки для еды. Когда с тортом было покончено, Юля умяла еще пару марципанов, Катя же наотрез отказалась.
  - Не врем о фигуре думать, - ухмыльнулся Виктор.
  - Я правда не хочу.
  - У теб ДР, да?
  - Как узнала? - наигранно удивившись ответил Виктор.
  - У тебя правда День рождения сегодня? - Катя удивленно посмотрела на него.
  - Правда, правда! Он тогда покраснел! - Юля весело засмеялась.
  - Ну ты не могла этого видеть.
  - А врать не хорошо.
  - Сдаюсь, ты меня раскусила.
  - Поздравляю, но даже не знаю, как и сказать, - Катя смущенно потупила взгляд.
  - Спасибо.
  
  
  Антон и Лена спрятались за небольшой джип. Через минуту по эскалатору вниз сбежало несколько десятков человек. Быстро разделившись на группы, они также спрятались за припаркованные машины.
  Все ждали, когда застучат ступеньки эскалатора. Сердце билось так сильно, что каждому казалось, что стук его сердца оглушителен, что именно из-за него их заметят.
  Но никто за ними не бежал, никто не громыхал сапогами, не кричал им вслед. Сверху раздавались только глухие удары, звуки волочения. Не заметили, не заметили!
  Лена жестом показала Антону на соседнюю машину. Антон вопросительно вздернул голову, Лена утвердительно покивала.
  Группа начала собираться обратно, осторожно выходя из своих укрытий. Они что-то шепотом обсуждали, здоровый мужик, держащий за руку мальчишку, поначалу возражал, активно жестикулируя, но потом покорно опустил руки.
  Лена дернулась встать, Антон с усилием посадил ее на место.
  - Сначала я, если что, не высовывайся, - шепнул он ей в ухо.
  - Я все равно без тебя не смогу, - почти одними губами ответила она ему.
  Лена встала во весь рост, показавшись из укрытия.
  Мальчишка дернул мужика за рукав, указывая пальцем на дальнюю машину позади них. Тот обернулся, в черноте виднелись два силуэта, один был выше. Тени двинулись в их сторону.
  Разговор прекратился, мужик вышел чуть вперед, заслоняя собой всю толпу. Человек в центре, который до этого раздавал указания, жестами разбил группу, люди расположились полукругом, каждый определяя для себя пути отхода.
  Антон и Лена подошли. Он включил фонарь, дав собравшимся осмотреть их, потом направил луч вперед. Человек в центре усиленно замахал руками, Антон тотчас выключил фонарь.
  - Мы нормальные, - тихо проговорила Лена, обращаясь к здоровому мужику, который крепко держал в руках какую-то палку, в темноте было трудно разобрать, что именно.
  - Мы тоже, - последовал ответ.
  - Я Лена, это Антон, - Антон вышел вперед, показывая, что его руки свободны.
  - Николай, - грозный мужчина протянул ему руку. Антон неуверенно подошел, пожав в ответ. Крепкое рукопожатие успокоило его, ноги перестали наливаться свинцом, Антон облегченно выдохнул.
  - Давно сидите, - к ним подошел Андрей, он включил маленький фонарик, прикрыв свет ладонью.
  - Мы были в Ашане, потом что-то случилось, люди стали бросаться друг на друга, - Лена торопливо зашептала дрожащим голосом. Андрей жестом остановил ее.
  - Потом расскажешь. Сейчас главное успокоиться, - Андрей внимательно смотрел на Антона, у которого начинала пульсировать жилка на шее.
  - Успокоиться? Но.. - Антон вдохнул побольше воздуха.
  Николай покачал головой, призывая его не шуметь.
  - Именно. Чем меньше шума мы создадим, тем дольше останемся в живых.
  - В живых? Нас что хотят убить?
  - Не совсем так.
  - Тогда что?
  - Новый порядок не терпит конкуренции, - Андрей жетом показал, что разговор окончен.
  - Идемте с нами, Андрей может и сволочь последняя, но без него нам не выжить, - Николай потрепал по голове подошедшего мальчишку.
  - Артем, - мальчик протянул Антону руку.
  - Антон, это Лена, - Антон не сильно пожал детскую руку.
  - Очень приятно, - мальчишка улыбнулся, Антон улыбнулся в ответ.
  - Куда теперь? - Антон посмотрел на Андрея, тот то и дело поглядывал на часы, он явно спешил.
  - Узнаете. Пока же мы еще полчаса ждем здесь.
  -А потом? Что потом? - раздался шепот собравшихся вновь людей.
  - Потом обратно вниз.
  - Куда вниз? - неуверенно спросил нервный женский шепот.
  - Вниз, туда, откуда пришли, - Андрей неприятно оскалился, отчего его лицо приобрело жестокий надменный вид.
  - Но там, как это?
  - другого пути нет. Кто не хочет, может остаться здесь. Но я уже вам говорил - помощи ждать бесполезно.
  - Кто он такой? - спросил Антон Николая.
  - Да морда фсбэшная, как пить дать.
  - Неважно кто я, помните о том, кем хотите остаться вы.
  Андрей погасил фонарь, все погрузились вновь во тьму парковки. Остались только ярко желтые фосфоресцирующие указатели, да кое-как пробивавшийся свет аварийного освещения, мигавшего на последнем заряде аккумуляторов, поддерживал сознание, не позволяя ему скатиться в бездну.
  
  Впереди показалась площадь проспекта. Уже затихли завывания сигнализаций, поблескивали кое-где затухающие фонари фар разбитых машин. Трое остановились в нескольких сотнях метрах от места сбора. Небольшая арка старого дома, стоявшего на перекрестке проспекта и когда-то оживленной улицы, хорошо скрывала их от постороннего взора, позволяя просматривать местность далеко вперед.
  Время близилось к рассвету, Виктор взглянул на часы, было без четверти четыре.
  Опоздали. Слишком долго возвращались. Виктор вздохнул. Он не знал, что делать дальше, куда идти, зачем.
  Катя уловила его мысли и ободряюще сжала его локоть.
  - Смотрите, вон, вон там! - Юля тихо зашептала, дергая за рукав Катю. Все посмотрели туда, куда указывала девочка.
  Ничего не было видно, темное нагромождение бетонных конструкций, столбы с потухшими фонарями.
  - Что, что ты увидела?
  - Там, там был, - Юля уверенно указывала на небольшую площадку, ту самую, на которую много часов назад они выбирались из ада метро.
  - Пошли, - Виктор уверенно потянул ремень сумки. Пакеты он передал Кате.
  - Ты уверен, может, показалось?
  - Уверен.
  Катя не стала больше спорить, ей самой хотелось, чтобы это было правдой.
  Выйдя из укрытия, они почувствовали себя беззащитными. Переходя перекресток, обходя искореженные машины, они были видны как на ладони с любой точки. Бежать уже не было сил, давала о себе знать усталость ночи. Юля не понимала озабоченности взрослых, но осторожно, не выбегая вперед, шла за Виктором, держа за руку Катю.
  Дойдя до места сбора, они облегченно выдохнули, оказавшись под защитой бетонной стены, облицованной гранитными плитами.
  Никого не было, пусто. Сердце неприятно защемило, голова налилась. Катя испуганно смотрела на Виктора.
  - Что теперь?
  - Вон, вон там! - Юля дернула Виктора, показывая на торговый центр.
  Вдалеке показался слабый мерцающий свет. Он то гас, то светил вновь.
  - Интересно, - Виктор достал небольшой фонарик и, когда тот погас, начал светить в ответ, короткими и длинными вспышками.
  Через несколько минут последовал ответ.
  Надо ждать.
  - Это они?
  - Да, скоро подойдут.
  - Слава Богу, - Катя крепко обняла испуганную Юлю, потом поцеловала в щеку Виктора. Ей он больше не казался тем страшным человеком, которого она увидела в квартире.
  
  
  4:30 утра.
  
  -Помоги! А, чертова балка! - Сержант отбросил в сторону автомат, подозвав молодого парня в грязной порванной форме, мнущего в руке поломанную сигарету.
  - Что толку, он скорее всего мертв, прямое же попадание.
  - Я тебя как человека прошу, не как старший по званию.
  - Ладно, - парень выбросил сигарету, перекинул автомат через плечо.
  Вдвоем раскидав снесенные взрывом балки, они начали раскапывать под грудой обломков старой башни. Сначала показалась винтовка, чуть запыленная, но на вид вполне целая.
  - Шевелится, шевелится, твою мать!! А ты говорил каюк ему!
  Лихорадочно, стараясь быстрее пробиться, они, уже не глядя, начали раскидывать все в разные стороны.
   За показавшейся первой рукой, появилась голова, которую закрывала черная от сажи рука, схватив Егора за плечи, они аккуратно начали вытягивать его из завала. Егор что-то простонал в ответ, но ребята не останавливались, пока тело шло легко, видимо взрывом его только оглушило, груда обломков легла прямо над ним, не зажав ни туловища, ни ног.
  - Викторович, подсоби! Тяжелый, гад!
  Втроем они быстро потащили его внутрь здания. Начавший приходить в себя Егор мутным глазом оглядел площадку около здания, полностью усеянную трупами. В голове тут же вспыхнула картина, та картина, которую сознание скрывало от него, провалившись в обморок.
  Десятки людей, с кусками арматуры, топорами, полуголые, неистово несущиеся под градом пуль с каким-то победоносным воплем, врезались друг в друга, падая, сраженные очередью. Его начало тошнить. До последнего момента он не мог себя заставить открыть огонь, он видел их лица в прицел, будто они рядом с ним. Ему тогда казалось, что он их знает или знал, но не этот взгляд, не эту морду, захлебывающуюся от злобы, злобы к кому?
  Рация надрывалась, раздавались команды со всех концов здания.
  - Ты как? Живой? Мы уж на тебя и надеяться перестали. Что так долго молчал?
  - Да отстань ты от него. Сам то, что замешкался?
  - А что я? Что я? Разве я этому пришел служить? Чтобы своих да расстреливать? Безоружных?
  - Не свои это Дима, не свои, - пожилой мужчина достал из пачки мятую сигарету и нервно задергал зажигалкой.
  - А кто тогда, кто тогда?! - молодой парень вскочил с места, сверкая глазами. - Да что ты, что ты говоришь! Я, да я, да я застрелил, понимаешь застрелил, понимаешь.. Всю обойму, по всем.
  Парень замолк, опуская руки.
  - Я тебе не буду говорить о долге, каждый сам потом решит. Но скажи, ты бы пустил их к себе в дом?
  - Они уже все там, можете не беспокоиться,- Из темного угла комнаты раздался хрипловатый голос.
  - Не дергайся, дай забинтую, - Оксана остановила его порыв встать, продолжая заматывать окровавленную голову.
  - Ты бы заткнулся, а то! - молодой парень угрожающе дернул плечами.
  - НЕ хватало нам еще тут начать между собой выяснять отношения. Ну-ка заткнулись оба, - сержант плюнул в сторону погасшим окурком. - Итак, все в сборе. Егор, ты сам пойти сможешь?
  Егор лежал на койке, тело начало отзываться на его команды, оглушающий звон и боль в голове мешали ему сосредоточиться. Чуть привстав, он с трудом сел.
  - Дайте воды, - незнакомый голос поразил Егора. Он говорил низко, почти утробно, боясь каждого своего слова.
  Оксана закончила забинтовывать. Голова раненого превратилась почти в мумию.
  - Ну что, Тутанхамон, - кисло засмеялся сержант, наливая стакан воды Егору. Тот с жадностью выпил его. Потом второй, третий.
  -Сколько осталось?
  - С тобой пятеро, - забинтованный встал, чуть покачнувшись.
  - Посиди пока, тебе еще рано, - Оксана попыталась его усадить обратно, но он резко одернул ее.
  - Спасибо тебе, сестрица, но времени у нас нет ни на что.
  Егор встал с кровати, звон в голове чуть ослаб, но слух возвращаться не желал.
  - Что произошло?
  - А ты не помнишь? - молодой подошел ближе, протягивая сигарету. Егор отрицательно покачал головой, курить не хотелось совсем.
  - Тебя подбили, из гаранотомета.
  - Кто подбил?
  - Кто-то, я не видел, не до этого было.
  - Хорошо, что ты успел почти всех сотников отщелкать, иначе бы нам была труба.
  Сотники, да, точно. Именно их он выбрал. Они шли позади черные, в тяжелых длинных плащах, четверых он снял.
  - Четверых, - повторил вслух Егор.
  - Тебе виднее. Но как раз вовремя, по нам начали как раз из гранотометов то шарашить, черт, где они их взяли.
  - Так значит, это уже были нормальные? - Егор силился вспомнить, но ничего не мог найти.
  - Да куда там, видел я нескольких. Такой же скот, как и эти, - забинтованный натягивал на себя грязную куртку. Проверил свой автомат.
  - Откуда ты знаешь?
  - Знаю, как Егор очередного сотника снял, так они встали как вкопанные, вон там стоят, - забинтованный показал в окно. Слева, у угла соседнего дома, стояло двое человек, держащих в руках два ствола. Стояли не шелохнувшись, будто ожидая команды.
  - Они ими управляют, - Сержант хрустнул шеей. - Как роботами.
  Все помолчали. Оксана собирала на столе какие-то бумаги, лицо ее было бледное как тогда, но теперь Егор уловил в нем тень холодной жестокости, он видел такие лица, видел не раз, с холодной решимостью в глазах.
  - Оставь, теперь это уже не важно, - сержант рассовывал по карманам магазины для автомата, подумал, и сунул пару гранат.
  Оксана, положив бумаги в ведро, щелкнула зажигалкой, лист вспыхнул, она дала ему разгореться, и отрешенно опустила его в корзину. Документы занялись желто-красными языками.
  - Так, все мы перенесли, - все молчали, сержант подумал немного. - Тогда, значит, на сбор пять минут.
  - А что потом? - Дима проверил затвор, поставил полный магазин.
  - Потом будет потом. Эти скоро вернутся. Как пить дать.
  - Почему так думаешь?
  - Я не думаю. Четыре минуты.
  Через пару минут все были готовы. Вооруженные люди вышли на улицу, проходя мимо трупов товарищей, они старались не смотреть. Последним вышел сержант, он задержался внутри чуть более чем на пять минут.
  - Уходим, - сказал он, и уверенно зашагал прочь от здания.
  - Прощайте, скоро свидимся, - забинтованный снял шапку, и так с обнаженной головой пошел за остальными.
  - Тебе она и не нужна, Тутанхамон,- молодой попытался пошутить, забинтованный криво улыбнулся.
  Они прошли несколько домов, не прячась, идя по середине улицы. Страха не было, но не оружие добавляло уверенности, пустота царила внутри каждого.
  Сержант обернулся назад, забор еще виднелся вдали.
  - Четыре, три, два , - отсчитал он.
  Вдалеке грянул глухой взрыв, потом еще один, еще, еще. Ночное небо осветилось заревом опаленной ночи, столб пыли, поднятый вверх в темном небе казался исполином, темно-красным исполином, возвышающимся над городом.
  - Куда теперь? - молодой смотрел на сержанта.
  - Домой, что за вопрос.
  - Домой. А что потом?
  - в городе оставаться нельзя.
  - А куда предлагаешь? - забинтованный аккуратно застегивал шапку, стараясь не давить на бинты.
  - предлагаю вверх по течению, а там дальше, где понравится.
  - Есть другие варианты? - Викторович посмотрел на остальных, все молчали. Вариантов не было.
  - Сверим часы, - сержант посмотрел на свои, было 4:50.
  - 4:50. Тогда ближе к 7:30 у пятаков. Вопросы? Нет вопросов, отлично. Ждать будем до 8:20.
  - До рассвета.
  - Да, в походы ходили? Тогда знаете что брать. Разделились.
  Егор остался с Оксаной, их дома были рядом.
  Шли молча. Егор хотел было спросить, как умер Паша, но расхотел, зачем это было знать, он умер. Он видел его тело, когда они выходили из здания.
  Оксана остановилась, было видно, что она сильно волнуется.
  - Какой дом?
  - Пятый, второй подъезд. Егор, я боюсь.
  - Какая квартира?
  Оксана молча протянула ему ключи. По еле шевелящимся губам он уловил: четвертый этаж, крайняя справа.
  - Иди за мной, - Егор вошел в темный подъезд.
  Старые стоптанные ступеньки, нестерпимый запах застывшей жизни ударил в нос сладковато-приторным цветом. Обшарпанные стены, покосившийся ряд почтовых ящиков - его дом был точно такой же, разве что вездесущий дух разлитого пива отсутствовал, вытесненный запахом прошлой жизни.
  Сквозь мутные стекла подъездных рам неуверенно пробивался лунный свет, очень скоро луна сойдет с небосклона и все вокруг погрузится в тяжелую предрассветную тьму.
  В тусклом свете бросились в глаза распахнутые настежь двери. Все квартиры были пусты, так показалось Егору, ни что не нарушало томящей душу тишины, только нервозное дыхание идущей позади Оксаны, вторило его все более и более надвигающемуся волнению.
  Второй этаж - все настежь, третий - настежь.
  Подойдя ко второму пролету на четвертый, Оксана вдруг вжалась в угол и часто затряслась.
  На лестничной клетке лицом вниз лежал мужчина, руки его были неестественно запрокинуты назад, голова проломлена, раздавлена. Рядом никого больше не было. Все двери распахнуты, Оксана села на пол, закрыв лицо руками.
  Егор вскочил на этаж, чуть не запнувшись о тело, и влетел в квартиру. Пусто, комната - пусто, кухня - пусто, пусто, пусто!
  Он медленно вышел. Только теперь к нему пришел тот страх, что сковывал других, боявшихся возвращаться домой после бомбежек. Страх узнать, знать, вот чего не хочет человек, иначе на что тогда надеяться, на что?!
  Он подошел к Оксане и присел на корточки. Бледное лицо девушки буквально постарело лет на двадцать, на него теперь смотрела молодая старуха, ища в его глазах надежду, силясь уловить хоть одну искорку.
  - Раз их там нет, значит они еще живы.
  - Живы? Живы, живы, живы!- Оксана рассмеялась негромко, страшно. Она дернула лицом и встала, Егор быстро поднялся, поправив автомат.
  - Надо идти.
  - Знаешь, кто этот труп? - Оксана обнажила белые ровные зубы.
  - Это твой муж?
  - Это теперь труп! - она снова рассмеялась жутким тихим смехом. Потом она дернула Егора за шиворот и выхватила пистолет. Направив его не то в него, не то в себя. - Ты ведь мне правду сказал, там нет их, правда? Не смей мне врать, не смей врать!
  Егор аккуратно забрал у нее ствол, обняв ее. Оксана уткнулась лицом в его измазанную чьей-то кровью куртку и тихо прошептала - ты же не врал, ты не мог мне соврать?
  - Я тебе не врал. Мне надо домой.
  - Да, прости, - Оксана быстро собралась, и начала спускаться первой. Наверху послышалась какая-то возня, кто-то начал шаркать старческими ногами. Лязгнули замки, тяжело отворилась дверь. Егор остановился и медленно стал подниматься наверх. Задвинув автомат за спину, он взвел затвор на Макарове, спрятав его в передний карман куртки.
  - Я сейчас.
  Он быстро вбежал на пятый этаж. В распахнутой двери, освещенный небольшим огарком свечи, стоял старик в полосатой пижаме. Вид у него был немного комичный, казалось, что он только что проснулся, всклокоченные седые волосы торчали во все стороны.
  - Здравствуйте, молодой человек, - старик будто бы пропел слова мягким тенорком.
  - Доброй ночи, - ответил Егор, убрав руку из кармана.
  - Времени остается мало нам с вами, не правда ли?
  - Что верно, то верно.
  - Я вижу, Вы спешите, я не буду долго Вас отвлекать. Вы искали детей? Так вот их всех увезли. Да, не удивляйтесь, мы может и старые, но еще кое-что подмечаем.
  - Игорь, из тридцать второй, долго бился. О, бедный мальчик, они его буквально на клочья рвали, - вмешалась в разговор маленькая старушка.
  - Игорь? Вы знаете, куда увезли детей? - Оксана вбежала на этаж.
  - Ой, Оксаночка, да не знаю, не знаю. Они что-то непонятное говорили, какое-то терротур или турратурк.
  - Кто они? - Егор тер стучавшие виски.
  - Ой, ироды какие-то, фашисты, вот те крест.
  - Сама ты фашисты. Байкеры какие-то, все в шлемах, плащи до пола, вот только рация у них позади.
  - Да, да, именно рация. Я сам такую носил, - из тьмы вышел еще один старик в полинялом спортивном костюме Динамо.
  - Вот только говорили они о Градской, что за Октябрьским.
  - Их всех повезли в ЦКБ? - Егор удивленно переспросил.
  - Да, именно. Всех детей с подъезда. Ну а взрослых, их забили, а тела вынесли.
  - Эти черные только руками махают, а рабы делают, - добавила старушка.
  - Мы то старые, нас не трогают, сами подохнем.
  - Да, а ведь чуют, стервецы! - старик в спортивном костюме со злобой сплюнул и тут же закашлялся.
  - Спасибо за информацию.
  - Вам спасибо, хоть поговорили с кем-то перед смертью, а то вот с этими помирать со всем уж горько, - старик в пижаме добродушно улыбнулся, показывая на своих товарищей.
  - Что стоите. Идите уже, нечего время терять! - старушка толкнула Егора от двери.
  - Бегите, пока еще есть время, - добавил, откашлявшись, второй старик.
  - А куда бежать? - Егор сам не знал, зачем спросил.
  - Как куда, Россия она большая - и не такого гада изводили, вот как скажу!
  - Прощайте, авось на том свете свидимся. Но не торопитесь за нами, - старик в пижаме улыбался беззубым ртом. Егор обнял его, потом старушку, потом второго старика, крепко пожав его довольно сильную для его лет руку.
  - Прощайте, спасибо, - Егор пошел вниз. Оксана чуть задержалась, она обнимала стариков, называя их по именам, шепча простые, отчасти бестолковые, но такие нужные слова. В последний раз дав молодым надежду, они захлопнули за собой дверь, так же как схлопывалась былая жизнь как воздушный шарик, поднявшийся слишком высоко в небо, разнося по ветру все, что казалось когда-то незыблемым.
  Квартал, второй, вперед, еще пара домов. Вот, точно такой же дом, черный в предрассветной мгле.
  Егор бежал вверх по лестнице, не боясь столкнуться, не боясь погони, схватки, он жаждал ее. С каждым этажом внутри все падало, падало дальше вниз, вниз, оголяя нервы, бив по ним как раскаленным стержнем видом безнадежно распахнутых дверей. Пусто, пусто, пусто! Везде, хоть бы что-нибуль. Он не знал, хочет ли он что-то найти. Но искал, искал, переворачивая мебель в квартире, громя шкаф, столы стулья, искал, ломал, боялся, боялся найти, боялся осознать.
  Оксана нашла его сидящим около перевернутого стола, в руках фотография, двое мальчишек, смешных, немного курчавых.
  - Это мои, - Оксана протянула ему небольшое фото, совсем маленькие карапузы озорно глядели на фотографа, обдумывая, как его получше обляпать кашей.
  - Красивые.
  - Анька и Вова. Мы же их найдем, правда.
  - Правда, иначе не будет, - Егор отдал ей фотографию. Жены тоже не было. Может, может быть иначе. Что толку об этом думать. Отсюда до первой более двадцати километров, надо искать транспорт.
  
  **********
  
  Виктор посмотрел на часы, стрелка близилась к пяти утра. Катя и Юля, обнявшись, дремали, уткнувшись в его правый бок. Спина ныла, хотелось потянуться, сменить положение, но девчонки только заснули, если он правильно понял, то сбор будет только через полчаса, пусть спят. Постепенно и его начинал марить сон, он тер свободной рукой лицо, пытаясь прогнать сладковатую дремоту.
  Вдалеке послышался легкий шорох, неуверенные шаги через пару минут сменились тихим топотом нескольких десятков ног. Виктор дернулся, без двадцати шесть, видимо он все-таки уснул. Он мягко покачал за плечо Катю.
  Приложив палец к губам, он немного отстранился, острая боль ударила в левое плечо, неуклюже выбираясь из укрытия, он выглянул за откос моста. Во тьме было сложно распознать, но он уловил движение нескольких десятков человек, которые небольшими группами приближались к месту сбора.
  - Сидим тихо, - сказал он Кате, та гладила по голове заспанную Юлю.
  Бег замедлился. Двое бесшумно вбежали под откос, не заметив спрятавшихся в темной впадине моста людей. В одном из них Виктор узнал мужика из поезда, он не мог разглядеть его лица, но фигура не оставляла сомнений.
  Второй несколько раз мигнул фонариком в сторону торгового центра. Через минуту приглушенный бег возобновился.
  Виктор пожал руку Кате, она ответила ему. Виктор вышел из укрытия, так, чтобы его было видно, опустил руки вниз, повернув ладони вперед.
  Мгновенная вспышка фонарика осветила его и сидящих сзади. Свет ослепил Виктора, и он машинально закрыл лицо рукой.
  Николай мигнул еще несколько раз фонарем вниз, махая им рукой, он узнал парня.
  - Больше никого, - прошептал он, когда Виктор и девчонки подошли ближе.
  - Нас трое, больше никого не видели.
  Второй, как показалось Виктору один из студентов из их вагона, толкнул Николая в бок, что-то показывая ему впереди.
  Десять человек вбежало под откос. Все тяжело дышали, но старались не производить лишнего шума, отчего дыхание сбивалось, некоторые начинали задыхаться.
  Внезапный удар донесся до них тяжелым дуновением ветра. Вдалеке, в километрах пяти от них, мерцало красновато-черное зарево, раздуваясь выше на доли секунды, донося до них каждый раз новые удары.
  Остальная группа добежала, последним влетел Андрей.
  Он осмотрел группу, кивнул Виктору. Зарево вдалеке не угасало, а набирало большую силу, ветер доносил все более явные удары, теперь не было сомнений, что это были взрывы.
  Андрей вскинул руку, и Николай, вместе со студентом бесшумно побежали вперед, остановившись на площади. Первая группа побежала за ними, люди двигались друг за другом, стараясь не обгонять. За ней последовала вторая группа. Андрей махнул Виктору рукой, Катя удивленно смотрела вперед, но ведь там же все началось.
  - Выбирай сам, - прошептал Андрей и замкнул последнюю группу.
  Виктор уверенно кивнул Кате, она немного замешкалась, но все же они побежали вслед за остальными.
  Около люка стоял Николай, держа в одной руке большой кусок арматуры, согнутый наподобие кочерги.
  - Ты куда? - прошептала Катя, схватив за руку Виктора.
  - Я все проверю, а потом поднимусь за вами. Я вернусь, не бойся, - он потрепал ее по голове, отчего шапка чуть съехала. Этот жест ее разозлил, заставив толкнуть его в плечо.
  - Только попробуй не вернуться, - угрожающе прошипела она. Виктор беззвузчно рассмеялся.
  Николай вопросительно посмотрел на него, Виктор показал два ножа, запрятанные у него в рукавах куртки, Николай кивнул, но махнул в сторону, через мгновенье студент принес Виктору такой же кусок арматуры, но чуть меньшего размера.
  Николай опустил голову вниз, тихо, только далеко в туннеле глухо капала вода.
  Виктор показал ему, что он пойдет первым. Заткнув арматуру за пояс, он начал спускаться.
  Ботинки скользили по металлическим ступенькам лестницы, отчего при спуске раздавался легкий посвист. Виктор остановился в нескольких метрах и прислушался. Он спустился ниже и легонько ударил рукой по лестнице, она чуть задрожала, потом начала поскрипывать, Николай был значительно тяжелее.
  Яркий луч фонарика ударил во тьму перехода, рассекая черноту тоннеля. Погас, ни звука, только капающая вдалеке вода.
  Николай пошел вперед, Виктор шел за ним, держась в полутора метрах.
  Вход в тоннель, вошли, тяжелый запах ударил в нос, Виктор запнулся о какой-то мягкий предмет, труп. Тело лежало одной частью на парапете, но ноги оставались на путях.
  Николай чуть замешкался, но через минуту луч разрезал тоннель, деля его на две части. Вокруг, насколько хватало света, все было усеяно трупами. Свет погас. Тишина.
  Через несколько минут Виктор вылез на поверхность, около люка стоял Андрей и пара студентов. Виктор кивнул, Андрей махнул одному из студентов, тот отбежал в людям. Первая группа без задержек начала спускаться вниз. Виктор подошел к Кате.
  - Пора идти, Юля, держи за руку Катю. Как спустишься вниз, зажмурься и не открывай глаза, пока Катя тебе не скажет, хорошо?
  - Да, я поняла, - Юля закивала головой.
  Катя испуганно смотрела на него.
  - Ты справишься, главное не бойся, я рядом.
  Катя неуверенно кивнула. Виктор взял ее за руку и повел к люку.
  - Все идут по цепочке. Идти будем в темноте, поэтому держитесь ведущего. Смотрите только вперед, держите себя в руках, иначе пропадет вся группа. Это понятно? - Андрей внизу шептал указания собравшимся.
  Группа разбилась на звенья по пять человек, впереди стоял тот, у кого в руках была арматура или бита, Николай и два студента стояли в авангарде.
  - И главное, чтобы ни случилось, не останавливаться, - Андрей кивнул Николаю, первые три пятерки начали спускаться.
  Виктор с Катей, Юлей замыкали группу, за ними шел Андрей и один из студентов, воинственно держа в руках грозный колун.
  - подарок постоянному клиенту, - тихо прошептал он Виктору, показывая ему свое оружие.
  - Серега, потом пошутим, - Андрей подтолкнул парня в спину.
  Спускаясь в тоннель, Виктору показалось, что он услышал взрывы. Он остановился, Андрей подошел к нему ближе и тихо шепнул на ухо:
  - Если не поторопимся, то нас всех засыпет, не тормози, сапер.
  Виктор спустился вниз, сделав шаг, он чуть не споткнулся о чье-то тело. Переступив, он почти врезался в стоявшую на путях девушку, это была Катя. Впереди нее стояла дрожащая Юля. Виктор мягко дотронулся до нее, Катя вздрогнула, но почувствовав, что это он, успокоилась. Ее спокойствие передалось девочке, Юля повернулась, стараясь в темноте разглядеть Виктора, но темнота поглотила все вокруг, слабые отблески аварийного освещения давно уже перестали мигать, уступив битву черному тоннелю.
  Виктор встал вперед, вытащил ремень, продев его в заднюю петлю джинс, отдал вожжи Юле. Катя подвязала Юлю свои шарфом. Замыкали группу Андрей и студент, который шел последним, закинув за спину тяжелый топор.
  Идти было трудно, ноги то и дело застревали между шпалами, хорошо, что по дороге больше не было тел, Виктор надеялся, что Юля так и не догадалась, через что ей приходилось переступать всего лишь пару минут назад. Вымерив шаг, он задал верный темп. Шпалы были мокрые, идущий последним, студент пару раз поскользнулся, лязгнув топором о рельс. Андрей подождал, когда студент врежется в него, и быстро ему что-то шепнул. Шепот был похож больше на посвист небольшого грызуна, но Виктор смог различить несколько слов.
  Юля, как заправский возница, лихо управляла своей повозкой. Но через полчаса игра прекратилась, она устала, начала запинаться о шпалы, оттягивая Виктора назад.
  Виктор резко остановился, в паре десятков сантиметров от него стоял человек. Он дотронулся до него, давая понять, что они сзади. Девушка дернулась в сторону, но, сообразив, что это последние, вернулась.
  - Станция, - тихо прошептала она. Виктор передал дальше по цепочке. Через мгновение их уж начал обходить Андрей, дотрагиваясь до каждого, не для ориентира, а чтобы успокоить, он будто кошка видел в темноте, ни разу не наткнувшись. Напряжение в группах постепенно снижалось, но дойдя до первого звена, Андрей все же столкнулся с занявшим весь проход Николаем.
  - Что там?- спросил Андрей свистящим шепотом.
  - Станция, - провибрировал Николай низкой волной. - Слава пошел посмотреть, скоро должен быть.
  - Есть контакт?
  - не знаю, - Николай пожал плечами, шумно выдохнув.- Просто Артему стало плохо.
  Артем вцепился в Николая, его всего трясло, пот струился по его лицу, лицо горело.
  - Что с ним?
  - Не знаю, Слава думает, что он чувствует их.
  -Их?
  - Своих, как он говорит.
  - Гм, надо проверить. Сколько его уже нет?
  - 365, - ответил Николай.
  - Хорошо, ждем.
  Андрей расстегнул куртку, становилось душно. Люди сзади ворочались, кто-то неуверенно сдерживал икоту. Андрей повернулся к первому из стоявших.
  - Всем расстегнуться, задохнемся.
  Шепот стал распространяться свистящим ветерком. Одна за другой начали расстегиваться молнии, кто-то вдалеке облегченно вздохнул.
  "А сами так и не догадались бы", - усмехнулся про себя Андрей
  Впереди послышался шорох, легкое дуновение движущегося тела.
  - Это я, - прошипел Слава, голос его был совсем осипшим.
  - Докладывай, - Андрей подошел к нему вплотную, чтобы тот говорил потише.
  - Не обманул, полна станция. Черт, они будто поезда ждут.
  - Ты уверен? Сам не запалился?
  - Не, я даже не стал включать фонарик, эти зомби стоят на перроне, кто-то в игры шпилит, кто-то просто в телефон смотрит. Я насчитал около тридцати, но думаю, что их там больше.
  - Что, просто так стоят и все? В темноте.
  - Да, это роботы. Точно роботы, мы таких в институте делали, команду не дашь, он так и будет на месте стоять.
  - Значит, говоришь, Артем своих чует? - Андрей потрогал лоб мальчика, его била лихорадка.
  - Точно, наш радар.
  - Хорошо, - Андрей задумался.
  - Что будем делать? - Николай погладил мальчика по голове. - Куда дальше то идти?
  - Вперед. Больше некуда.
  - А куда мы идем?
  - Вперед, не задавай лишних вопросов, скоро сам все узнаешь.
  - Но как мы вперед-то пройдем? Там же эти? - Слава передернул плечами, вспоминая.
  - Сначала пойдете вы трое, - Андрей дотронулся до Николая и Славы.
  - Нашли героев, - Слава попытался возразить, но Андрей очень сильно сжал его руку.
  - Не болтай. Если каждого будем слушать, то все погибнем. Ты потом вернешься, Переходить будем малыми группами.
  - Ок, но я надеюсь, что Родина о нас не забудет, - Слава по-солдатски оправился, подтянув ремень.
  - Родину не должны забыть мы, это основная цель. Все, вперед. Счет до 200.
  - Потерпи, родной, - Николай поднял на руки мальчика, Слава уже ушел вперед, прихватив свой лом.
  Остальные члены группы чуть выждав, медленно пошли вслед.
  Позади раздался тихий ропот. Андрей подошел к ведущему второго звена и взял его за локоть.
  - Что происходит?
  - Люди устали, боятся.
  - Боятся - это хорошо.
  -Почему мы должны идти под землей, тут темно, сыро. Мне кажется, что по мне ползают крысы, - к ним подошла одна из женщин, замыкавших вторую группу. Лица ее Андрей разглядеть не мог, да и голос ничего не напомнил. Он не старался всех запомнить, выделяя для себя только ведущих.
  - Скоро все поймете. Прекращайте разговоры, впереди длинный путь, экономьте силы и нервы.
  - Но куда мы идем? Что черт возьми происходит? - донеслись возмущенные голоса с середины цепочки.
  - Вы не знаете, куда вы идете? Ну, вспомните карту, направление известно, напрягите мозги. Идти по верху небезопасно, не надо спорить, мы уже обо всем договорились ранее, сейчас вы все должны довериться мне, иначе группа будет вынуждена с вами расстаться.
  - Но кто вы такой? Почему вы лучше нас знаете, что надо делать?
  - Мое имя известно. Как вы можете что-то решать, если вы не в состоянии понять, куда мы движемся. Прекратить разговоры.
  Андрей прошел вперед, этот ропот ему порядком надоел. Он стоял в темноте, продолжая считать. Напряженный до боли слух старался уловить малейшее изменение воздушного пространства, но взволнованное дыхание людей позади сбивало его концентрацию. Он прошел еще вперед, когда краем глаза уловил легкий отблеск голубоватого света, сделав несколько шагов, Андрей подошел ко входу на станцию. В черноту тоннеля пробивались искорки света от телефонов. Студент не обманул, на перроне стояли люди, больше десятка человек с одной стороны, вторую половину перрона он разглядеть не смог. Некоторые стояли совсем близко, повернув голову по направлению к прибывающему поезду, но их лица, освещенные периодическими вспышками экранов, были неподвижны, ожившие восковые фигуры они то доставали телефоны, то убирали их обратно. С нескольких точек раздавалась музыка, некоторые стояли в наушниках, также неподвижно, лиц разглядеть не удавалось. Неподвижные фигуры в полной темноте, освещенные редкими вспышками диодов, навязчивая музыка плохого качества. Андрей поежился, легкий холодок пробежал по всему телу.
  - Склеп, - неожиданно для себя прошептал Андрей.
  В отблеске слабых вспышек Андрей различил темную фигуру, довольно быстро и бесшумно пересекавшую расстояние между тоннелями.
  Слава, стараясь не смотреть на людей на перроне, чуть согнувшись, почти бегом переступал со шпалы на шпалу, держа чуть выше поясницы кусок арматуры, готовый в любой момент нанести удар первым.
  Андрей отошел чуть назад, освобождая проход. Слава почти проскочил мимо него, влетая в черный тоннель, шумно выдохнул.
  - Это я, - шепнул Андрей, продолжая глядеть на людей на перроне.
  - Все нормально, Коля пошел дальше, мальчишка совсем плох.
  - Живой?
  -Без сознания.
  - Тогда жить будет, давай за второй группой, я их провожу, отдыхай пока.
  Слава кивнул по привычке, но поняв, что его вряд ли увидели, добавил: - Понятно, ушел.
  - Объясни всем, как надо идти.
  - Хорошо.
  Вторая группа прошла за Андреем чуть дыша, люди, поначалу остолбеневшие от увиденного, останавливались, но потом страх заставлял их идти быстрее, быстрее сбежать, переходя почти на бег. Андрей сдерживал их движение, останавливаясь и задавая ровный бесшумный темп.
  - Не задерживайтесь, идите вперед. Вы будете мешать следующим группам, - скомандовал Андрей, когда все, тяжело дыша от напряжения, стояли по ту сторону станции, скрытые от глаз.
  Андрей перевел дух, и пошел обратно. Там его сменил Слава, каждая следующая группа проходила это расстояние под невидящим взором потерянных пассажиров все быстрее. Слава вызвался сопровождать каждую последующую группу, в то время как Андрей вкрадчиво объяснял готовящимся характер прохождения дистанции.
  Последними шли Витор с Катей и Юлей. Виктор уговорил Юлю завязать глаза, она поначалу сопротивлялась, но подошедший к ним Андрей молча завязал ей глаза, тихо прошептав ей что-то на ухо, отчего Юля стала серьезной и деловито поправила повязку, более плотно фиксируя ее на голове.
  - Серега, ты замыкающий. Только не шуми, - Андрей отдал последнее указание студенту с колуном.
  Катя старалась смотреть только вперед, но боковое зрение все же отпечатало в ее голове малую часть картины, а уставший и напряженный мозг развил страх до гигантских размеров, отчего ее начало трясти.
  Юля, спокойно идущая за Виктором, остановилась и, уверенным движением повела за руку Катю, которую уже начал давить приступ паники.
  Виктор шел наклонившись, чтобы висевшая на плече сумка не задевала стоявших у самого края людей. Он не старался избегать их, а наоборот порой останавливался и вглядывался в голубоватые вспышки.
  Пройдено было более двух третей пути, когда Катя неожиданно поскользнулась и ловя воздух правой рукой чуть дотронулась до ноги стоявшего у самого края пассажира.
  Мужчина дернулся, ноздри его начали жадно хватать воздух. Голова его завертелась, он согнул к путям, потом резко дернулся и схватил за рукав остолбеневшую от страха Катю. Глухое рычание, отдаленно похожее на человеческую речь оглушило, кровь ударила в голову, сердце бешенным насосом качало разгоряченную кровь по жилам.
  Виктор не раздумываясь схватил Юлю и побежал вперед. Андрей пытался оторвать руку от куртки Кати, но мужчина мертвой хваткой вцепился в нее, яростно крича что-то, люди на перроне зашумели и начали медленно, как бы просыпаясь, двигаться к путям. Знакомое глухое ворчание начало заполнять пространство станции, Катя не выдержала и истошно закричала.
  - Отойди!- крикнул Сергей, Андрей моментально отскочил в сторону, хватая Катю за поясницу, и страшный удар топора отсек руку. Андрей, затыкая рот Кате, второй рукой поволок ее к тоннель. Ее быстро перехватил подоспевший Виктор, схватив ее за ноги. Они быстро пересекли оставшиеся метры под нарастающий гул разъяренных пассажиров.
  Последним вбежал Сергей, пригнувшись, уклоняясь от протянутых с перрона рук.
  Скрывшись в темноте, Андрей коротким ударом в живот заставил продолжавшую орать Катю замолчать. Она согнулась и, жадно хватая воздух, начала приходить в себя.
  Сергей стоял запыхавшийся, вытирая рукавом вспотевший лоб. Гул остался позади, все стояли прислушиваясь, но было слышно только их дыхание.
  - Сходи, проверь, только тихо, - сказал Андрей Виктору. Сергей было вызвался сам, но Андрей его остановил, положив тяжелую руку на плечо.
  - Успокоилась?
  - Да, - прошептала Катя, от удара сильно болел живот.
  - Ты так всех сдашь, понимаешь?
  - Да, я не нарочно.
  - В следующий раз и тебе завяжем глаза.
  - А что там было, почему ты кричала, - спросила Юля, прижавшись к Кате.
  - Ничего такого, о чем тебе бы хотелось вспоминать, - ответил Андрей.
  - Никого, они все остались там. Они не могут спуститься, что-то им мешает, - Виктор быстро обернулся, никто не расслышал его приближения.
  - Ну ты прям Чингачгук, - восторженно проговорил Сергей.
  - Сапер он, ведь так? - Андрей потер затекшую руку, от волнения у него разболелась порванная когда-то связка.
  - Угадал, - угрюмо пробурчал Виктор. Он подошел к Кате, дотронулся до ее лица горячей рукой.
  - Все нормально, не болит?
  - Нет, прошло почти. Спасибо, - искренне обратилась она к Андрею.
  - Не благодари, в следующий раз я тебя пристрелю.
  Прошло несколько часов, но группы за это время смогли пройти только пару станций, которые к общему облегчению оказались пустыми. Люди сильно устали, на последних километрах некоторые начали часто спотыкаться и падать на пути, толкая в падении впереди идущего или утягивая его за собой. Андрей скомандовал на привал, и люди разместились на лавках и на полу перрона.
  Виктор успел занять лавку перед эскалатором, уложив на нее Катю с Юлей, девочку он последние километры нес на руках, так как та начала падать, засыпая.
  - Уже рассвет, наверное, - тихо проговорил он, поправив сумку под собой, мраморный пол был очень холодным, и в полной темноте величественной станции напоминал лед.
  - Рассвет? - Катя спросонья несколько громко переспросила.
  - Час назад, - раздался шепот справа, отблеск часов чуть осветил фигуры сидевших людей на ступеньках эскалатора.
  - Я скоро, - Виктор встал с места и пошел вглубь станции. По слабому отблеску телефона, он нашел Андрея. Тот стоял посередине станции, рядом, судя по фигуре, был Николай, и двое парней.
  - А, хорошо, что подошел, - Андрей издали окликнул Виктора, приглашая его к беседе.
  Все внимательно разглядывали лист бумаги, уложенный на планшет. Андрей периодически что-то подрисовывал.
  - Как думаешь, кто дойдет? - спросил он подошедшего Виктора.
  - Знать бы куда идем.
  - Ну, а то ты не знаешь. Подумай, ведь все ж на поверхности, точнее под ней.
  - Ну, раз мы под землей, тогда только в точку 3.
  - Верно, как раз в точку, - Андрей усмехнулся. - Наша группа там должна встретиться с первой и второй. Вторая должна быть уже давно на месте, на следующей станции узнаем.
  - А что в точке 3? - переспросил Слава, ткнув пальцем в листок.
  - Эх, молодежь, - вздохнул Андрей.
  - Знаю, знаю! - воскликнул Сергей, он даже сейчас не выпускал из рук топора, прислонив его к своей ноге. - Бункер, стопудово.
  - А малой то в правильные игры играл на гражданке, - одобрительно ответил Андрей, возьмешь в разведку, а?
  - Да мы вроде и так не маршем идем, - Николай прокашлялся, похлопал Сергея по плечу, отчего тот покачнулся, но удержался. - У нас уже есть группа, мы со Славой в авангарде, вон Виктор с Серегой прикрытие.
  - Да, резервы что надо, вот только припадочную свою ты успокой.
  - Больше не повторится, под мою ответственность.
  - Ну а под чью же. Но ты пойми, обратно дороги нет, а скоро, - Андрей посмотрел на часы, стрелка двигалась уже к десяти утра, - хм, мало времени.
  - А что скоро? - переспросил Слава, который все вглядывался в нарисованную карту, что-то прикидывая в уме.
  - Скоро и пути наверх не будет.
  - Почему?
  - ОБЖ в школе было? Ну, вот будешь через часа три сдавать мне норматив на команду газы.
  - Ты хочешь сказать, что...
  Андрей не дал договорить Николаю, похлопав его по плечу.
  - Я могу только предполагать, но предположения мои, к несчастью, могут сбыться. А теперь внимание всем, - Андрей повысил голос, чтобы его было слышно на обоих концах станции, - я обращаюсь ко всем. Привал закончится через полчаса. По достижении точки будет большой привал, но, я прошу всех, экономьте воду. Не надо ей мыть руки, не пейте ее большими глотками, чуть смачивайте горло и все. Расстегнитесь, сложите лишнюю одежду в рюкзак. Если я замечу, что кто-то будет опиваться водой, мы будем вынуждены отобрать у всех воду, и выдавать ее согласно норме. Ваш запас воды - ваша гарантия выживания. Все, полчаса.
  Виктор вернулся к лавке, рядом уже сидел молодой парень, а на лавке уместились три девушки. Парень все пытался усесться на неудобный рюкзак, облокачиваясь на облицованную мрамором колонну. Заметив движение, он посветил фонариком, рассматривая подошедшего.
  - Мы чуть вас подвинули, Лена совсем устала, а мест уже не было.
  - Ничего страшного, все же уместились, а мы как-нибудь так, - Виктор сел на свою сумку, даже неудобная поза не мешала ему стремительно проваливаться в сон.
  - Я Антон, это Лена, - парень махнул рукой на подрагивающую во сне спину девушки.
  - Виктор, это Катя, это Юля, - он пожал его руку и оба через мгновенье погрузились в сон.
  Разбудить всех оказалось не так просто, Андрей сам чуть задремал, заняв свободные ступени на эскалаторе. Через десять минут все поднялись, разгоняя прилипчивую зевоту. На станции было прохладно, но многие сняли куртки.
  Теперь все шли быстрее. Каждому казалось, что скоро будет обещанная точка привала, отчего хотелось оказаться на ней как можно скорее. Легкий шепот сопровождал колонну, группы шли очень близко, нарушив ранний порядок.
  Впереди, сильно опережая, шли Слава и Николай с Артемом. Артем пришел в себя и страстно о чем-то рассказывал Николаю, тот лишь пожимал плечами, дескать не знаю, отчего мальчик все время шепотом восклицал, назидательно объясняя своему застрявшему в средневековье собеседнику.
  Они прошли еще одну станцию. Она была пуста, но Славе показалось, что он слышал какое-то движение. Николай посмотрел на Артема, мальчик был совершенно спокоен.
  - Может тебе померещилось?
  - Нет, не померещилось.
  - Артем спокоен, наверно померещилось.
  Слава недовольно дернул плечами и выключил фонарь, взвалив свою кочергу на правое плечо. Легкий шелест скользнул тревогой по ушам.
  - А теперь, - шепнул Слава, Николай подтвердил.
  Шелест повторился и начал усиливаться. Николай, установленным сигналом, два раза мигнул в темноту. Оттуда немедленно ответили, группы уже подошли слишком близко. Николай подал знак всем вперед и они быстро побежали в другую сторону тоннеля. Группы ускорили шаг, шелест нарастал и стал оформляться в более стойкий звук, очень знакомый.
  - Черт! - Выругался Виктор, они уже подошли ближе и звук с нарастающей силой доходил до них.
  - Что случилось? - обеспокоенно спросила Катя.
  - Антон, бери Лену на руки. Юля, иди сюда, - он взял девочку на руки, - Катя, прыгай на спину.
  - Но что случилось?
  - Быстрее! - неожиданно громко рявкнул Виктор. Катя послушно уцепилась за его плечи, отчего ему пришлось чуть наклониться вперед, чтобы не упасть.
  Что-то скользкое и маленькое прошмыгнуло между ног, затем еще, еще, еще - пока не превратилось в сплошной поток. Топот нескольких тысяч маленьких лапок заполнил тоннель, испуганный писк, кто-то истерично орал, кто-то отмахивался, но в итоге был снесен лавиной крыс, и накрыт ею.
  Крысы бежали вперед туда, откуда шла группа. По неведомому указанию, крысы в несколько рядов, зачастую прыгая друг на друга, селевым потоком врезались в остолбеневших от ужаса людей и неслись дальше в тоннель.
  Через несколько минут лавина исчезла также внезапно, как и появилась. На путях лежало несколько человек, они ощупывали себя, но ни одна из крыс их не тронула, только небольшая часть помета на лице, да нестерпимая вонь, заполнившая весь тоннель - все что осталось от этого внезапного нашествия.
  - Все, спускайся, - Виктор поставил на землю Юлю, и начал расцеплять впившиеся в него руки Кати, которая что-то шептала себе, обращаясь к маме.
   Не стоять, бегом, вперед! Не задерживайтесь, бегом, бегом! - в начале колонны кричал Андрей, стуча арматурой по рельсам. Люди, оглушенные, не сразу понимали, озираясь вокруг. Те, кто быстро пришел в себя, толкал замешкавшихся, приговаривая: "Ну что ты встал, давай, бегом, давай!".
  -Юля, Катя, - Виктор взвалил на себя сумку, - бегом вперед, не отставайте.
  - Витя, что случилось, что случилось? - Катя медленно приходила в себя, стряхивая с куртки воображаемых крыс.
  - Бегом, твою мать! - не выдержал Виктор. Юля дернула вперед, за ней поспешила и Катя, они были уже последние. Виктор бежал позади, сумка начинала сильно оттягивать плечо, но бросить ее он не решался.
  Поравнявшись со станцией, он проследил взглядом убегавших девчонок. На перроне стоял Андрей, Сергей светил ему фонарем.
  Андрей внимательно смотрел на стеклянную тонкую палочку. Запаянная внутри жидкость постепенно из прозрачно-желтоватого начинала краснеть, все больше заполняя пространство.
  - А, черт!- Андрей в сердцах бросил ее в сторону. - У нас десять минут. Брось ты эту сумку.
  Андрей соскочил на рельсы, Серега, не выключая фонарик, побежал вслед, Виктор был замыкающим, он почти набрал их темп, но Серега с топором бежал все равно быстрее.
  Бег в темноте длился не более пяти минут, но каждому казалось, что он бежит уже больше часа. Страх подстегивал бегущих, шаги отдавались ударами в голову, становилось трудно дышать, но никто не падал.
  Впереди забрезжил желтоватый огонек, он становился с каждым шагом, с каждым вздохом все ярче. Дверь, впереди, слева от путей уходил небольшой коридор, а там была дверь, открытая настежь.
  За ней стояла темная фигура, постоянно махавшая руками.
  - Сюда, сюда! - Кричал Николай, сигнализируя руками. Он держал массивные рычаги, готовый зайти последним и задраить дверь наглухо.
  Ослепленные, запыхавшиеся, люди врывались в дверь, опознавая Николая только по голосу. Кто-то пробегал вперед и врезался в стену, кто-то врезался во внезапно остановившегося посреди комнаты человека, проталкивая его вперед подгоняемый влетающими следом.
  Виктор влетел последним, чуть не сбив Серегу, тот выронил топор, и он с глухим стуком ударил как в гонг о бетонный пол.
  Николай не спрашивая захлопнул за собой дверь. Рычаги не сразу поддались, подоспевший Виктор помог ему задраить первый, остальные уже пошли более податливо.
  Бокс освещался одной небольшой лампочкой, но после черного тоннеля все долго не могли привыкнуть к свету, закрыв глаза руками.
  Из бокса выводила еще одна, более массивная дверь. Изнутри заскрипела давно не смазанная червячная передача, защелкали засовы. Несколько глухих ударов, и дверь начала медленно открываться, стоявшие рядом мужчины потянули за внешние ручки, помогая толкающим ее открыть.
  Дверь приоткрылась только на половину, а дальше она будто во что-то уперлась. Команды больше не требовалось, все организованно, стараясь не мешкать, но и не толкаться, ринулись в небольшой проем.
  Виктор подобрал сумку, пройдя в дверь, он было остановился, чтобы помочь, но трое незнакомых мужчин махнули ему, чтобы тот бежал вперед. Обратно дверь закрывалась легче, издав характерный хлопок.
  Виктор пробежал по небольшому коридору, ему показалось, что он бежит немного вниз. Вторая комната была значительно больше бокса, в ней находилось много людей, он насчитал более двухсот, которые недоверчиво смотрели на вновь прибывших.
  Скрип, удар, хлопок. Последняя дверь была задраена.
  ********
  
  
  Гул мотора разбудил замершую улицу, из кустов взлетела встревоженная заспанная птица. Луна давно скрылась за горизонтом, сквозь тяжелый фронт облаков начинал пробиваться свет. Светало.
  Егор остановил машину у въезда во двор, посмотрел на часы - они остановились. Он побил пальцем по циферблату - стоят.
  Оксана тихо вышла из машины, оставив дверь приоткрытой. Егор взял с заднего сиденья автомат, потянул затвор, все в порядке.
  Всю дорогу они молчали, Егор петлял по узеньким улочкам, стараясь не выезжать на проспекты. Оксана сидела всю дорогу неподвижно, смотря вперед пустыми глазами.
  Пройдя дворами несколько кварталов, Егор остановился, знаком показывая Оксане присесть.
  Впереди уже виднелся обшарпанный бетонный забор, за которым высились безликие корпуса больницы.
  - Подождем немного. Забравшись в домик на детской площадке, откуда было хорошо видно забор, но не видно их, Егор внимательно вглядывался, реагируя на каждый звук. Оксана сидела спиной к забору, методично проверяя обоймы.
  - Патруля нет, дозорных тоже не вижу. Я пойду первым, ты мне через пару минут перекинешь автомат. Как стукну - ты. Перелезть сможешь?
  - Смогу, - Оксана просмотрела последнюю обойму и сунула ее в карман.
  - Без надобности не стреляй, хорошо?
  - Не знаю, - ответила Оксана. Ее холодная решимость немного пугала Егора.
  Он скользнул с домика, и короткими перебежками побежал к забору, остановившись около небольшого тополя, росшего прямо возле забора.
  Через две минуты бесшумно перебежала Оксана. Егор передал ей автомат, проверил карманы, легко подпрыгнул вверх, и быстро перемахнул через высокий забор, как молодой солдат на учениях.
  Тихий стук. Оксана перебросила ему автомат, Егор поймал его, и быстро спрятался в близлежащих кустах.
  Вокруг было тихо, слабый ветерок перебирал голые ветки кустарников, которые были лишь номинальным укрытием, просматриваемым с любой точки. Высившийся перед забором девятиэтажный корпус был темен, как все близлежащие дома. За ним стоял еще один бетонный исполин, левее стояли небольшие четырехэтажные строения. Ничто не выдавало присутствия людей.
  Но вдалеке слышался звук мотора, пробивались редкие лучи света. Егор два раза стукнул по забору. За ним послышался шелест, который тут же сменился звуком сползающего тела.
  Оксана, упираясь спиной в ствол дерева, начала медленно подниматься наверх. Усевшись верхом на забор, она спрыгнула вниз.
  - Гематологический корпус, - Егор начал чертить на земле схему.
  - Так пошли, - Оксана дернулась, но он ее поймал за рукав.
  - Через центральный не пройдем, надо идти через девятый корпус, - Егор показал на небольшую башню вдалеке справа, - там есть подземный коридор, чтобы отвозить трупы в морг. Пошли.
  Каждый раз после пересечения открытого участка, Егор выжидал, прислушиваясь. Шум моторов стал более явным, несколько дизелей, вроде автобус, но видно было плохо, здание почти полностью скрывало центральную площадь.
  Дверь скрипнула, они вошли в пустой зал. Утренний свет еще не смог пробиться сквозь толщу старых пыльных рам. Левый коридор, вторая дверь налево. Егор отчетливо помнил это здание, не раз приходилось бывать внизу.
  Гулкие шаги ботинок эхом отдавались в стены. Как ни старались, но в темноте шаг немного сбивался.
  Снизу повеяло холодом и характерным тошнотворным тоном формалина. Морг. Вереница широких дверей опоясывала подвал, часть вела в камеры, другая же - в операционные, кладовые.
  Поперек продолговатого коридора была широкая дверь, распахнутая настежь и, подпертая несколькими бидонами. За ней виднелся длинный коридор, в конце которого дверь была также распахнута.
  Егор снял со спины автомат, подошел ко входу в переход между корпусами.
  - Держи за мной три корпуса, на счет три, - Егор отсчитал пальцами, и побежал вперед по коридору, Оксана, держа дистанцию, бежала следом пригнув голову будто от невидимого препятствия.
  На другом конце появилась большая тележка, полностью нагруженная трупами. Бежавших за ней не было видно, но звук ботинок был слишком громким и перебивал скрип колес. Егор прибавил и со всего размаху ударил ногой по тележке, та откатилась назад, увлекая под собой санитара. За ней, стояло еще двое, непонимающе смотрящих на то, как тележка придавила ведущего. Не сомневаясь ни секунды, Егор вырубил их ударами приклада. Первый начал вылезать из под тележки, но третий удар приклада закрепил его на полу.
  Егор быстро осмотрелся, в холле никого не было, только слабое освещение жужжало стартером.
  "Надеюсь, я не ошибся" - подумал Егор, глядя на оглушенные тела.
   Из холла вело две двери. Большая двустворчатая дверь с круглыми иллюминаторами застыла в полуоткрытом состоянии, открывая взору широкий пандус и лифтовой холл. Чуть слева от нее находилась закрытая белая дверь с зеленой табличкой "Выход". Лифтовой холл был освещен лучше, один из лифтов стоял открытым.
  Егор дернул за ручку запасного выхода. Дверь была заперта на ключ. Из центрального холла доносились звуки голосов, смех. Были слышны звуки волочения, кто-то передвигал что-то тяжелое.
  Егор прислушался, пытаясь угадать в звуковом фоне периодичность. Раз в две минуты повторялся глухой удар, видимо что-то перекатывали, роняя бочку на бок. Звук повторялся с периодичностью, иногда чуть запаздывая, но нагоняя в следующий период.
  Егор передал автомат Оксане, встав на изготовку. Три, две, Егор ударил чуть раньше, обгоняя звук падения. Дверь хрустнула, язычок почти вышел из створ замка. Второй удар, на этот раз они совпали. Дверь с грохотом ударилась о стенку лестничной площадки. Они быстро вбежали внутрь, прикрыв за собой дверь. Послышались приближающиеся шаги. В лифтовой холл зашел мужчина с автоматом наперевес. Взгляд его был остановившийся, но голова как локатор мерила пространство сканирующим взором. Повертев головой, он прошел было ко входу в переход в другой корпус, но ничего не заметив быстро развернулся и пошел обратно.
  Егор выдохнул. Оксана сидела на корточках возле двери, сжимая в руках пистолет.
  - Убери, - одними губами прошептал Егор. Она спрятала пистолет в карман, оставив на снятом предохранителе.
  Два пролета, дверь на второй этаж была заперта. Сквозь решетчатое стекло было видно, что ее подпирала тележка с наваленными на нее суднами.
  Третий этаж, заперт. По этажу расхаживало два автоматчика с такими же каменными лицами, какие были и у санитаров низу.
  Четвертый. Резкий скрип, дверь отворилась наполовину, впустив характерный больничный запах. На этаже никого не было. Свет не горел.
  Егор полностью открыл дверь. Медленно ступая, они прошли вдоль стены. Двери палат были открыты, в некоторых виднелись перевернутые кровати. Повсюду гудел ветер, окно в холле этажа было разбито, из некоторых палат сильно дуло.
  Лифтовой холл был темен, беспорядочно валялись перевернутые кресла и скамейки из дерматина.
  Две палаты были закрыты. Они находились недалеко от центральной лестницы. Сквозь гул ветра и шум снизу, Егор уловил звук, похожий на плач. Он прильнул ухом к двери первой палаты. За дверью послышались торопливые перемещения, несколько раз всхлипнули, сомнений не было.
  Заперто. Егор аккуратно подергал ручку, определяя стойкость замка. Он посмотрел на Оксану. Она всем телом прильнула к стенке, слушая комнату.
  Егор достал нож и привычным движением поддел язычок простенького замка, дверь бесшумно раскрылась. Густой запах страха ударил в нос. В тот же момент в него полетел металлический лоток, Егор чудом сумел его поймать около своего лица.
  Всхлипы усилились, кто-то зажимал рот плачущему ребенку.
  Егор быстро осветил комнату фонариком. Насколько хватало глаз, она была вся заполнена детьми. Были и совсем маленькие, прячущиеся за спинами более взрослых. Старшие воинственно выставили вперед стойки для капельниц.
  - Дядя Егор? - спросил один из них, когда фонарик погас. Остальные жмурились, ослепленные резким светом.
  - Да, это я, - тихо прошептал Егор, узнав в мальчишке знакомого с соседнего подъезда. - Сколько вас тут?
  - Папа, папа! - двое ребятишек бросились к темной фигуре. Егор встал на колени, обнимая детей.
  - Аня, Вова - это мама, - шептала Оксана, обессилено упав на колени возле входа в комнату, до боли в глазах вглядываясь в темноту. Старшие дети отошли чуть назад, пропуская бегущих детей. Через мгновение Оксану и Егора облепили почти все дети, только старшие стояли вдали, пряча свои слезы от себя и от других.
  - Ну что вы, родные, тихо. Все хорошо. Все хорошо, - приговаривал Егор, слезы мешали ему говорить, по горлу рифленым цилиндром катался ком, -давайте пока все назад, Оксана закрой за собой.
  Егор с трудом отлепил от себя плачущих детей, нельзя, нельзя расслабляться.
  Затолкав сопротивляющихся сыновей, повисших на его шее, он показал знак Оксане, и она, взяв себя в руки, тихо закрыла дверь.
  Внизу шум усилился, Егор упустил этот момент. Они определенно спешили, кто-то сиплым голосом кричал на другого, но Егор не смог разобрать, кричали не по-русски. Силясь в отраженном звуке понять принадлежность языка, он чуть спустился на один пролет, скрываемый от взора лестничным перелетом.
  Язык был не понятен, краем глаза он вновь уловил фигуры в тяжелых черных плащах, но теперь они были без шлемов. Все, кого он успел увидеть, были абсолютно лысые. Судя по голосам и движению, на втором этаже находилось около двадцати человек. Егор вернулся на этаж. Разбитое окно холла выходило на центральный вход в здание. Десять, три справа, двадцать слева - считал Егор. Внизу стояли те же безликие автоматчики, которых он видел на втором этаже, один в черном шлеме ходил вокруг и осматривал свой взвод. Четыре джипа, два автобуса, несколько ПАЗиков.
  Внезапно тот в шлеме вскинул руки, указывая на окно, Егора заметили. Автоматчики повернулись и как роботы начали беспорядочную стрельбу по окнам третьего этажа.
  Егор отпрянул, спрятавшись за колонной. Тяжелый стук ботинок донесся с лестницы. Четверо ворвались на этаж, быстро вращая головами. Егор взял прицел. Выстрелы. Раз. Два. Три. Четвертый спустился на один пролет ниже, чуть приподнялся, чтобы оглядеться, Егор прицелился - выстрел. Четыре. Труп упал ничком на ступеньки и начал сползать вниз.
  Шум на втором этаже усилился, было слышно, как снизу стучат все новые и новые ботинки. Егор бросил быстрый взгляд в окно, черный шлем направлял солдат в здание, он уже видел эти движения.
  Выстрел. Звонко разлетелся черный шлем на десятки осколков, он покачнулся и упал навзничь головой в снег.
  Егор стремглав бросился к лестнице, слева, они все сгруппировались слева. Две гранаты звонко покатились по полу. Три, два, взрыв потряс здание, заполонив этаж едкой пылью.
  Егор снова бросился к окну, скрываясь за стенкой, - шесть человек в черных шлемах ковыляли до машин. Три с ревом рванули со двора в сторону ворот.
  Бег по лестнице, крики. Потом все затихло. Егор услышал, как по запасному выходу тяжелой поступью поднимаются. От центральной лестницы малой очередью стрекочет автомат.
  - Сдавайся! Ты не смеешь сопротивляться Новому миру! - Егор вздрогнул от первых звуков мегафона, доносившегося со второго этажа.
  - Ты последний, никто тебе не поможет. Переходи к нам или умри в забвенье - голос патетически выводил каждое слово.
  Двое вошли со стороны запасного выхода, за ними еще трое. Все заняли позиции, разместившись за колоннами.
  Егор снял первого, сильно высунувшегося из-за колонны.
  Град пуль обрушился на его укрытие, он жался в угол, закрывая голову от шрапнели из бетонной крошки и штукатурки.
  Автоматы один за другим замолчали. Кто-то уронил магазин, Егор быстро снял второго, наклонившегося за магазином, потом третьего, увидевшего появившегося из укрытия противника и вставшего в полный рост, изготовив автомат для стрельбы. Перебежав в другое укрытие поближе к центральной лестнице, Егор сменил магазин, голос снизу с начавшим более явно проявляться акцентом не унимался, призывая его познать великую силу Нового мира. Призыв становился все громче, Егор, сквозь редкие очереди с лестницы, услышал тяжелые шаги буквально под собой.
  - Что ты там лопочешь? - крикнул ему Егор, высматривая в прицеле голову надоедливого стрелка на лестнице. Вот он. Выстрел. Тяжелый стон, гулкий удар упавшего оружия на бетон.
  - признай величие Нового Мира! Вся твоя жизнь всего лишь капля, наполняющая чашу Нового мира!
  С лестницы больше не стреляли, видимо боялись подойти. До него долетали редкие очереди с другого конца, но стрелки были плохие. Так что его обдавало только дождем из штукатурки.
  Егор нащупал у себя последнюю гранату. Времени мало, надо рисковать, только бы попасть.
  - Не слышно!- крикнул Егор.
  Оратор, не останавливая свои речи, встал напротив лестницы, его голос полностью заполнил этаж.
  - Я согласен! - крикнул Егор, выдернул чеку и резко метнул гранату вниз. Граната отскочила от стены, покатилась на второй этаж. Топот шагов, взрыв.
  Дождь из штукатурки моментально прекратился. Егор методично снял застывших стрелков. Внизу все было тихо. Он спустился, около лестницы неподвижно, ощерив дула автоматов, стояло около десяти человек. Егор не думая повалил из очередью. Справа от лестницы стояло еще трое, тоже неподвижных, не раздумывая ни секунды он застрелил и их. В какой-то момент его больно ударило в сердце, но он быстро выпустил эти мысли из головы, на том свете всех посчитают, про совесть будем потом думать.
  Слева от лестницы, ничком лежал человек в черном плаще. Развороченная на спине рация была вся в крови. Шлем съехал в сторону, обнажив абсолютно лысую голову.
   Егор быстро обежал этаж, больше никого не было.
  На первом этаже он также никого не встретил, только сложенные ящики с бельем, да большие канистры.
  - Все в автобус, быстрее, быстрее! - подгонял детей, выбегавших из комнаты. - Оксана, рассаживай всех, заводи мотор.
  - А ты?
  - Я только проверю, - Егор указал на соседнюю дверь. - Дети, это игра, все за руки и за тетей Оксаной. Только не смотрите вниз. Отвечаете головой.
   Егор кивнул старшим.
  Когда все убежали, Егор выбил соседнюю дверь.
  В комнате было почти пусто, только несколько столов стояло по средине. На столах что-то лежало. Егор не сразу смог это разглядеть, включил фонарик, и в ужасе выронил его. Шатаясь, он вышел из комнаты, вернулся, подобрал фонарик и с силой захлопнул ее, побежав вниз.
  На втором этаже он заметил небольшое движение, немного дергалась рука из под черного плаща. Егор перевернул тело. Бледное ухоженное лицо смотрело на него, он был еще жив. Глядя ему в глаза он смеялся на Егором, что-то пытаясь сказать, но только кровавая пена выходила из его рта.
  Егор бросил его. Пройдя два шага, он вернулся и, схватив за грудки, стал кричать ему в лицо:
  - Кто вы такие? Кто?
  - Вы лишь материал, - выкашлял тот, продолжая улыбаться, - убей меня, ты все равно ничего уже не изменишь.
  Перед глазами Егора стояли два стола, с растерзанными телами детей.
  - Убить? Это слишком мало для тебя, - Егор отпустил его.
  Выбежав на улицу, он вскочил в автобус, передав автомат Оксане, сел за руль, оглянулся назад - все кресла были забиты детьми.
  - Все на месте?
  - Да! - ответила Оксана, - все, поехали, поехали!
  Егор закрыл дверь, развернулся и, не включая фар, вылетел за ворота, сворачивая на дорогу, ведущую из города.
  ***********
  Виктор лежал на полу, расстелив свою куртку. Под голову он приспособил сумку, выложив часть вещей, которые он разместил под длинной лавкой, установленной вдоль стены. На лавке касаясь головами друг друга, спали Катя и Юля. Всем мест не хватило, поэтому часть мужчин лежала на полу. Тускло горела одна лампочка, освещая малую часть большой комнаты около проема, ведущего к туалетному отсеку.
  Справа, при выходе из комнаты, находилась глухая стальная дверь с небольшой табличкой. Виктор не смог разобрать, что на ней было когда-то написано, так как большая часть облупилась, но, судя по всему, это была кладовая.
  Перед отбоем Андрей сухо обнял какую-то женщину, наверно это была его жена, Виктор это понял по ребенку, который бросился обнимать папу. Мальчугану было около шести лет, в отличие от остальных детей он не плакал, а с гипертрофированной серьезностью держал себя при разговоре с отцом. Потом все легли спать.
  Виктор посмотрел на часы, он проспал уже около трех часов. Тело болело, спать он больше не мог. В комнате было душно, он смочил рот водой, подольше задержав ее, и спрятал бутылку обратно в сумку.
  Девчонки спали, подложив под голову Катины свитера. Катя сильно подрагивала во сне, и Виктор, боясь, что она сейчас проснется, старался сопеть потише, в этой роли у него наглухо заложило нос. Но Катя не просыпалась, а только в момент напряжения все сильнее поджимала ноги.
  Юля спала как убитая, как ее положили, так она и не сдвинулась. Виктор немного позавидовал ее крепкому сну, ощущая себя полностью разбитым. На соседнем месте разместилась молодая пара, Виктор попытался вспомнить их имена, но вспомнил только парня, вроде его звали Антон, и рядом лежали Артем с Николаем. Дальше у стены сопели четверо студентов, организовавшие из своих курток подобие матраса. Боевой топор лежал под правую руку у Сереги, он не выпускал его даже во время сна.
  "Играют ребята", - подумал Виктор и, несмотря на то, что он был всего лет на семь старше их, почувствовал себя старым. Выкинув из головы глупые мысли, он тихо встал, стараясь не наступить на лежащих на полу людей, направился к уборной.
  Проходя мимо кладовой, Виктор заметил полоску света, робко бившую снизу. Полоска света стала шире, кода он возвратился, видимо дверь открывали. Немного подумав, Виктор потянул дверь на себя. Тяжелая массивная дверь поддалась не сразу. Желтый свет начал постепенно заполнять темный коридор, когда дверь толкнули с той стороны.
  - Входи, - послышался незнакомый голос. Виктор быстро вошел. За ним закрыл высокий мужчина крепкого телосложения, с таким справиться было бы сложно, прикинул Виктор быстро осматривая кладовую.
  Длинная комната, с расставленными по обеим стенам высокими до потолка серыми стеллажами, на которых плотными рядами были уложены коробки, патроны для противогазов, одежда. В конце комнаты стояли стальные бочки, надпись была повернута к стене.
  - Осмотрелся?- голос принадлежал сухощавому мужчине лет пятидесяти, который сидел на коробке за импровизированным столом из коробок с тушенкой. Виктор кивнул.
  Около стояла стояли Андрей и Николай, оба были в сильной задумчивости, разглядывая карту на столе.
  -Я говорил, что этот спать не будет, - бросил в его сторону Андрей, на миг оторвавшийся от карты.
  - Где служил?- мужчина сделал на карте несколько пометок и начал внимательно осматривать Виктора.
  - Это имеет сейчас значение? Номер части и подразделение назвать?
  - Не суровь, - по-дружески хлопнул его по плечу высокий мужчина, шансы заломать которого Виктор оценил как довольно низкие, - Олег.
  Виктор пожал протянутую руку.
  - Нашего сурового предводителя зовут Александром Николаевичем. Он мужик добрый, но где-то глубоко в душе, - Олег тихо загоготал.
  - Закончил треп, - Александр Николаевич вопросительно посмотрел на Виктора.
  - Военная специальность - сапер. Этого достаточно, - спокойно ответил Виктор, выдерживая взгляд.
  - Он как наш боцман, не любит таких, как мы, - заметил Андрей, толкнув в бок Николая. - Это как раз нам же и на руку.
  - Куда Кутузов отступает? - Виктор подошел к карте и наклонился, чтобы лучше рассмотреть сделанные пометки.
  - Кутузов отступал, а наша задача сбежать. Вот только народу много. Ваша группа не планировалась.
  Виктор с удивлением посмотрел на Андрея. Тот утвердительно кивнул.
  - Так что тогда? - Виктор прокручивал в голове разные варианты, но все сводилось только к одному - западня.
  - Никто никого бросать не будет. Сейчас каждый человек на счету, это раз, - Александр Николаевич покрутил ручкой по рту, рассматривая под лупой часть карты.
  - Это уже не плохо, - Виктор подхватил с пола один из ящиков и сел на него.
  - С точки зрения человеколюбия да, с точки зрения выживаемости - слишком много якорей, - Александр Николаевич приложил линейку и быстрым движением очертил одну из зон, замкнув ее в равностороннюю трапецию.
  - Самая главная проблема - организация транспорта. Нас сейчас двести двенадцать человек. Пути из города перекрыты здесь, здесь и здесь, - он показал ручкой лупы на основные магистрали, ведущие на восточную часть области.
  - А на западе?
  - На западе перекрыто все. Нам в принципе нет смысла идти на запад, прямо в тыл врага.
  - А кто враг? С кем воюем?
  - Кишка у нас тонка воевать. Вон, спят солдаты, - Андрей махнул рукой за стену.
  - Кто враг? Если бы я сам себе смог ответить на этот вопрос, - Александр Николаевич отложил ручку и лупу, встал и заходил по комнате. - Ты знаешь, а ведь многие добровольно, понимаешь, добровольно согласились бы на Новый мир.
  - Новый мир?
  - Это не наши данные, мы как раз все это упустили. Угадали только с вторжением, да и то, с опозданием.
  - Про новый мир мне хрипел один из этих, - Олег неприятно хрустнул пальцами. - Лысый весь, без бровей, даже ресницы выщипаны.
  - Почему?
  - Неверный вопрос. Зачем, вот верный вопрос, - Александр перестал ходить по комнате и начал осматривать маски противогазов, уложенные аккуратно в коробку на полке. Вытащив один из низ, он быстро бросил его Виктору. - Примерь-ка, вроде твой фасон.
  - Противогаз был еще советский. Виктор быстро надел маску.
  - Зачем? - прогундосил он сквозь маску.
  - Власть. Абсолютная, над всеми.
  - Ну это все демагогия, - Андрей взял в руки карту и начал что-то показывать Николаю.
  - Ты же понимаешь, что мы знаем больше чем говорим. Поверь, некоторых вещей лучше никогда не знать, иначе можно потерять веру.
  - Веру во что? - Виктор выдохнул, запах резины начинал его душить, положил маску на колени.
  - Веру в себя. Только это делает тебя человеком, - Андрей положил карту на место. - Итак, у нас следующие проблемы: первая, мы пока не можем подняться наверх, потребуется более трех суток, чтобы хоть как-то это облако рассеялось.
  - Газы?
  - Именно, как в Первой мировой. Кстати, не исключено, что со старых же складов. Нет у меня лаборатории, но вроде мы пока живы. Вторая проблема - транспорт. Нам необходимо пять автобусов.
  - Третья проблема - направление?
  - Направление, как раз известно, вперед по казанской трассе. Но вот насколько вперед?
  - До Урала, а может и дальше, - Александр Николаевич занял свое место и задумчиво посасывал сигарету. - Пойдешь в разведчики?
  - А есть другие кандидаты?
  - Нет. Но ты можешь отказаться.
  - Не могу.
  - Правильный ответ.
  Андрей сильно закашлялся, потом с силой втянул воздух. Он кивнул Николаю, и они быстро вышли из комнаты. Все замолчали. Виктор посмотрел в лица оставшихся, но Александр Николаевич сосредоточенно вглядывался в карту, а Олег старался придать своему лицу маску беззаботности и даже веселья, но по напряжению лицевых мышц и частому вздрагиваю ноздрей, было видно, что он волнуется, его лицо скорее напоминало маску средневекового театра. "Горгулья", - подумал Виктор и быстро вышел из комнаты.
  В общем зале народ постепенно просыпался, слышались ворочанья, неуверенные шаги. Все чаще начали раздаваться короткие приступы кашля. Что-то сильно терзало горло, Виктор сухо прокашлялся, горло ответило резкой болью, оно начало кровоточить.
  - Буди всех! - Андрей толкнул застывшего Виктора и влетел в комнату, закрыв за собой дверь. Подбежал отставший Николай, он все время кашлял, сплевывая густую мокроту на пол. Николай повернул незаметный выключатель, и общий зал заполнился густым желтым светом.
  - Вставайте!! - начали будить спавших Виктор и Николай.
  - Что случилось? - Катя легонько толкала Юлю, заставляя ее просыпаться.
  - Пока не знаю, - Виктор достал из сумки несколько платков и намочил их водой из бутылки, - приложите к лицу и так дышите.
  - Быстро соберите вещи, - Николай стоял около выхода, призывая людей к вниманию. - Возьмите платок или кусок такни, намочите его водой, приложите к лицу.
  -А что случилось? Почему? Я требую объяснений! - раздался недовольный гул по комнате.
  - Мама, у меня горло болит, - прошептала маленькая девочка, когда мать натягивала на нее свитер.
  Виктор быстро собрал разложенные вещи и утрамбовал сумку. Катя и Юля послушно сидели на лавке, рядом сидели взволнованная молодая пара, закрыв свое лицо мокрыми кусками футболки.
  - Ничего не бойся, - Виктор подмигнул Кате и быстро вышел из комнаты.
  - Держи, - Олег взвалил на Виктора две увесистые коробки, - перетаскивай их пока в зал.
  Николай строил народ в шеренги, мужчин он построил справа, женщин и детей слева от входа.
  - Слушайте меня внимательно, - Николай достал одну из масок из коробки и поднял над собой, - показываю, как следует надевать противогаз. Запоминайте, если вы наденете его неверно, то вы погибнете. Кто знает свой номер, подходите вперед.
  Около десяти человек вышло вперед, по очереди назвав номера. Николай быстро набрал необходимое из принесенных коробок. Тем временем вся стена уже была уложена коробками с масками, сменными фильтрами, сумками.
  Разделив людей по размеру голов, Виктор призвал каждого найти свою их предложенных. Пока мужчины определялись и мерили, Николай и Виктор, набрав по коробке малых размеров, раздавали маски женщинам и детям. С детьми было проще, они воспринимали это как игру и с радостью натягивали маски на голову. Некоторые женщины начинали ворчать и спорить, когда их волосы запутывались и прилипали к резиновой маске.
  Катя быстро убрала волосы Юли, завязав в тугую косичку, потом подвязала свои.
  Некоторые остались недовольны, то им маска давила, то дышать не возможно.
  - У вас есть выбор, либо надеть противогаз и следовать нашим инструкциям, либо сдохнуть через полчаса, - заставил замолчать всех Андрей, внося очередную коробку с патронами.
  - Всем снять маски, - скомандовал Николай, - Олег начал раздавать по рядам баночки с глицерином, - смазывайте стекла изнутри глицерином.
  Андрей и Виктор тем временем комплектовали сумки патронами, Олег вешал их на людей, не спрашивая.
  Николай несколько раз показал, как собирается противогаз и как менять патрон. Потренировавшись несколько раз, была дана команда на сбор. Все засуетились по своим местам, но через несколько минут были готовы.
  - Запоминаем команду - газы. Сначала одеваете противогаз на себя, потом контролируйте ребенка и других, - это понятно? - Андрей обходил шеренги, показывая некоторым, что следует подтянуть ремень на рюкзаке или застегнуть молнию. - Ничего не поднимать, не снимать перчаток.
  - Готовность пять минут, каждому выпить по два глотка, не больше.
  - Дышите спокойно, старайтесь не допускать отдышки. Всем надеть противогазы. Проверить работу клапана, - Андрей закончил осмотр и последним одел противогаз.
  Колонна вышла из убежища и направилась по путям в сторону окраин города. Дорогу ведущему освещал луч фонаря, разрезавший жирный туман.
  На половине прогона на путях стояло два поезда, за встречным виднелись еще голубоватые вагоны. Все они были пусты.
  На станции ведущий повернул на перрон, направился к дальнему выходу. На полу станции под ногами валялся мусор, попадались редкие трупы собак, кошек. Никто не останавливался, чтобы разглядеть, лишь только раз один бросил луч фонаря на лежавшую у самого выхода собаку, с повернутой на бок мордой. Шерсть и ткани были буквально сожжены, вокруг нее разливалось пятно густо засохшей крови.
  Эта картина прибавила скорости, вот уже громыхали ботики по ступенькам застывшего в прошлой жизни эскалатора.
  Постепенно дневной свет начинал заполнять пространство. С каждым шагом перед глазами яснее открывалась ужасающая картина. По всему периметру холла все было устлано трупами птиц, животных, людей, стремившихся найти спасение в метро.
  
  Несколько трупов лежало прямо в дверных проемах, сбитые на ходу голубоватым туманом.
  Почти переходя на бег, группа поднялась наверх. Пустынные улицы были усеяны редкими трупами, все они тянулись к спасительному подземелью.
  Не останавливаясь и не переводя дух, все шли по центральной улице, обходя редкие автомобили, с открытыми настежь дверьми. У некоторых были выбиты стекла, разбиты фары.
  Направо, дорога уходила далеко вперед, позволяя видеть череду заборов и трамвайный круг. На путях стояли пустые вагоны трамваев. Из ворот депо выглядывало погрустневшее лицо трамвая, с потухшими круглыми глазами.
  Правее от депо располагалась небольшая стоянка для грузового транспорта. На ней разместились шесть дальнемагистральных автобусов и несколько кранов.
  Повозившись минут пятнадцать, Олегу далось завести четыре из них. Перед входом Андрей заставил каждого стереть с себя осевшую на одежде и сумках влагу, тут же выбрасывая использованные вещи.
  Автобусы тронулись. Николай замыкал колонну, Виктор сидел рядом, вглядываясь в туманную даль. Пассажиры сидели тихо, кто-то ощупывал маску, кто-то откинулся на кресло, но большинство смотрело в окна, как лавирующие между брошенными машинами автопоезда все дальше и дальше удаляются из их родного города.
  Катя подвела к Виктору Юлю, у нее начала слазить кожа с рук. Девочка держалась, не плакала, но все ее тело дрожало.
  Ее положили на переднее сиденье, пока Катя аккуратно обрабатывала руку платком смоченным водой, Виктор рылся в своей полевой сумке, захваченной из кладовой.
  Катя показала на скомканные тряпки, рана промыта. Виктор быстро схватил их и резким движение открыл окно и выбросил.
  Юля начала сильно кашлять, несколько раз попыталась снять противогаз, но Катя ласково удерживала ее, стараясь не трогать пораженные места.
  Виктор быстро сделал два укола, не церемонясь стащив с девочки штаны. Уколы были болезненные, Юля плакала, ничком лежа на сиденьях.
  Катя опешила от стремительности Виктора, но, придя в себя, начала помогать ему забинтовывать пораженные руки. Юля уже затихла, видимо уколы начали действовать, она засыпала.
  Катя толкнула Виктора, у него все руки были окровавлены, кожа лоскутами сходила с них. Он быстро сдернул с себя остатки перчаток, разрезал рукава куртки, удаляя промокшую ткань. Раны он обработал сам, не давая Кате дотронуться до него. Быстро перебинтовав, не раздеваясь, вколол себе в ногу шприц.
  Катя быстро обошла салон, больше ни у кого подобных симптомов не обнаружено.
  Она вернулась к Виктору, он сидел на полу около Юли и что-то тихо тянул из под маски, знакомая мелодия, но Катя никак не могла уловить ее полностью. Погладив маленького слоненка по голове, Виктор показал большой палец Кате, она с облегчением села на соседний ряд.
  Юля держала своей забинтованной рукой руку Виктора.
  - Мама, мама, - еле различимо произнесла она. Катя подошла к ней и подложила под голову свою куртку, вывернув ее наизнанку.
  - Мама, - вновь прошептала Юля и уснула. Виктор морщился от боли, руки горели, мягко держа руку девочки, не передавая в нее дрожь, которая била все его тело.
  - Открыть все окна, мы вышли из зоны поражения, - засвистевшая поначалу рация прохрипела властным голосом Андрея. - Через полчаса снять противогазы. Дезинфекция через полтора часа.
  Автобус несся уже по шоссе, давно покинув город. Голубоватый туман остался далеко позади, определяя границу погибшего города.
  Мало кто сейчас понимал, что никогда больше не вернется к себе домой, что его дома уже нет. Впереди была пустота неизвестности, разум заволокла спасительная усталость, отгоняя тревожные мысли, притупляя совесть по брошенным там родным, друзьям.
  
  
  Год назад
  
  
  - А мы продолжаем наш новостной вечер,- яркая шатенка с белоснежной улыбкой манила зрителя задержаться у экрана, - и тема сегодня "Новая промышленная революция или отказ от индустриализации?". Представляю наших гостей: Зимин Олег Геннадиевич, руководитель российского отделения компании ZOOIndustri, добрый вечер Олег Геннадиевич.
  - Добрый вечер, уважаемые зрители! - ответил чуть лысеющий мужчина в хорошем костюме.
  - Второй наш гость председатель сенодального совета всемирного союза религиозных организаций отец Константин, добрый вечер святой отец.
  - Добрый вечер Марианна, добрый вечер зрители, - ответил довольно толстый мужчина непонятного возраста в красно-черной сутане.
  - И наконец, мы не могли не пригласить профессора НИИ Антропологии Конова Петра Моисеевича. Добрый вечер, Петр Моисеевич.
  - Добрый вечер, - сухо ответил человек в простом коричневом свитере, с некоторым неодобрением смотрящий на приглашенных гостей.
  - Ну что ж, надеюсь, мы сегодня с вами все-таки разберемся в данном вопросе, но для начала мы подготовили сюжет, который будет вводной нашего разговора. После чего я прошу каждого из вас коротко ответить на простой вопрос: что такое хорошо, а что такое плохо? Внимание на экран.
  
  Картинка студии сменилась огромными возделанными полями, которые плавно замещались пыхтящими заводами, карьерами, с будто игрушечной техникой, полилась расплавленная сталь
  "Человечество стоит на пике развития своей цивилизации. Мы покорили моря и океаны, нам безропотно отдают свои сокровища горы, многие тысячелетия считавшиеся неприступными. Мы победили климат, мы добились высокоэффективного сельского хозяйства. Может пора человечеству задуматься о чем-то более достойном, о том, что требует действительно приложения трудов и знаний человека?
  Но что требуется для этого? Ответ очевиден: необходимо освободить человека от физического труда, высвободив потенциал для более достойных задач.
  Казалось бы, развитие индустриального производства, отход от мануфактур, развитие робототехники были призваны решить эти задачи. Да, но все же есть огромный пласт работ, где труд человека более уместен и с точки зрения эффективности и стоимости вложений, ведь роботы никогда не смогут полностью заменить ручной труд на полях, в карьерах, на сортировке, погрузке и многих других работах, где применение сложных и подчас ненадежных систем не оправданно".
  На экране появился изможденный трудом работник, с отвращением бросивший лопату.
  "Решение данного вопроса всегда было перед нами. Испокон веков человечество приручало животных для выполнения многочисленных работ по возделываю полей, перевозок грузов и т.д. Но всегда сталкивалось с ограниченными возможностями мозга животного, нельзя заставить делать животное больше, чем оно может понять. Опыт одомашнивания, опыт дрессуры позволил ученым Массачусетского университета совместно с ведущими НИИ Германии, Англии и России, выдвинуть гипотезу и молниеносно воплотить ее в жизнь!".
  На экране появился стройный человек лет пятидесяти, с хорошей укладкой и в тонкой золотой оправе. Внизу появилась надпись: профессор Чарльз Уилсон.
  "В первую очередь в решении данного вопроса нам помог прорыв в технологии производства колоний нанороботов. Это позволило вживлять в живой организм управляемый модуль контроля поведения. Вживленные в организм нанороботы организуют колонии в спинном и головном мозге организма, образуя тем самым новую нервную систему, которая начинает доминировать над нервной системой организма при внешнем воздействии.
  Все это, проще говоря, позволяет создать внутри живого организма передатчик, превращая его в биоробота или киборга, как кому нравится, нам же больше нравится термин биоробот".
  Картинка сменилась, и взору представилось огромное рисовое поле, где при достаточном приближении зритель увидел сбор урожая, производимый обезьянами. Обезьяны слаженно, не отвлекаясь срезали и сматывали в копна, другие тут же перекладывали их в тележки и отвозили. Каждое действие было вымерено и отточено до совершенства. Голос профессора продолжил: "Управляемый живой организм способен выполнять как более простую работу, наподобие той, что вы видите на экране, так и более сложную".
  Поле сменилось на огромный завод, где обезьяны покрупнее вручную отжимали пульпу через фильтры, другие, внимательно следя за приборами, переливали что-то в колонну.
  "Поведение управляемого живого организма определяется программной, которая задается после становления колонии. Определяется предрасположенность живого организма к работе, после чего ему закладывается программа и работник готов, требуется лишь периодический контроль. Управляемый живой организм менее требователен к еде, сну, лишен гормональных всплесков, психических заболеваний".
  На этом речь профессора прервалась и на экране появилась студия, где широко улыбающаяся ведущая, поправляя документы на столе, жестом пригласила гостей к обсуждению:
  - Наверно с Вас, Олег Геннадиевич, так это хорошо или плохо?
  - Конечно, хорошо! Наша компания успешно внедряет по всему миру данную технологию, и смею заметить, что количество клиентов растет с каждым днем. В России большинство крупных производителей уже подписали с нами договора о переходе на Зоо-индустрию.
  - Ваша позиция ясна, а что скажете Вы отец Константин?
  - Использование для блага человека тварей божьих было заложено Создателем. Человек имеет иную, духовную цель своего существования, мы можем только приветствовать освобождение человека от гнета физического труда.
  - Полнейшее единодушие, - чуть удивленно сказала ведущая, - но что нам на это ответит наука?
  - В данном вопросе следует разделять как минимум два аспекта: первый, хорошо ли развитие науки? Я отвечу как ученый - безусловно, разработанная технология открывает очередную дверь в познание нашего мира и нас с вами в частности. Но есть и второй аспект, хорошо ли использование данной технологии - нет, это приведет к катастрофе. И дело тут даже не в том, что огромное количество людей потеряют работу, что поставит под вопрос их выживание, чтобы не говорили о высокой цели для человечества. Высокой целью занимаются единицы, это доли процента от общего числа населения Земли. Но ответьте мне на вопрос, что мешает применить эту технологию на людях?
  - Узнаю нашу науку, если не они придумали, то надо обязательно плюнуть в других! - выпалил дорогой костюм.
  - Давайте не будем оскорблять друг друга, мне вот в словах уважаемого ученого слышится вполне разумный и довольно пугающий сценарий. Что Вы об этом думаете, отец Константин?
  - Человек обладает душой, он не животное, нельзя подчинить человека воле какой-то программы. Если даже кто-то попытается это сделать, ничего не получится. Господь этого не допустит.
  - Надо также отметить, что использование данной технологии на людях запрещено мировой общественностью, данный пакт подписали все, все без исключения страны мира! - горячо возразил дорогой костюм.
  - Наличие бумажки, которой и является любой пакт, никогда ничего не гарантировало, вспомните историю, - Петр Моисеевич снял очки и начал их методично протирать белым платком.
  - Мир изменился! Старые пережитки умерли, мы на пороге новой эры!
  - Вот с этим, пожалуй, соглашусь, мир действительно изменился и меняется дальше, но люди никогда не поменяются, - Петр Моисеевич глубоко вздохнул, как вздыхают при разговоре с явно тупым собеседником.
  - А какие животные используются в данной технологии? Кто ответит?
  - Ну, пожалуй, я, - ответил дорогой костюм, - преимущественно приматы, на суше. В море же мы используем дельфинов.
  - Ну а почему, например, у нас в стране не использовать медведей? Ведь тогда сбудется мечта наших иностранных друзей, по нашим улицам будут ходить дворники медведи в шапках ушанках, валенках, а в обед играющие на балалайке? - ведущая озорно посмотрела на представителя фирмы, потом на остальных гостей. Представитель молчал.
  - использование медведей, наряду с волками и другими псовыми, семейство кошачьих - невозможно, так как сознание медведя, а я настаиваю именно на этом термине, не стоит вмешивать сюда теологические споры, так вот сознание медведя как животного не стадного, а единоличного хозяина леса, не позволяет адаптироваться системе наноколонии, и животное просто погибает.
  - Как погибает, ложится и умирает?
  - Не совсем так, медведи, также как тигры, рыси, разрывают лапами себе голову. Испытуемые волки перегрызали друг другу глотки.
  - Господи, какой ужас, получается, они понимали, что с ними происходит?
  - Да. Под программу подпадают только человекообразные обезьяны, с дельфинами наш уважаемый представитель погорячился, на данный момент нет положительных результатов.
  - А что, они тоже?
  - Как правило, выбрасываются на берег, либо один таранит другого как акулу.
  - Вы говорите не правду, мы достигли серьезных результатов в применении данной технологии на дельфинах!
  - Предъявите. Вы, уважаемый, забываете, что я вхожу в группу академика Павлова до сих пор.
  - Я специально сразу не сообщила об этом, так как Вы являетесь последовательным критиком данных исследований, все верно?
  - Если обобщить, то Вы абсолютно правы.
  - Тогда почему же Вас держат в группе разработчиков?
  - В науке, как и в любом другом серьезном деле, должны быть люди, которые больны идеей, которые творят. Но должны быть и люди, которые будут бить по рукам, когда страсть к исследованиям ставит под угрозу жизнь человека и существование человечества в целом.
  - Академик Павлов тоже придерживался подобной позиции? К сожалению, академик Павлов скончался полгода назад, но мы успели записать с ним последнее интервью.
  - Георгий Александрович был одним из идеологов, но, впоследствии, понял всю опасность исследований. Именно ему принадлежит инициатива заключения соглашения о недопущении использования данной технологии на людях.
  - Но все же подобные работы ведутся?
  - К сожалению, и тут мы попадаем в юридическую ловушку. Люди, признанные недееспособными по ряду психиатрических отклонений и заболеваний не обладают всеми правами граждан.
  - Получается на них можно испытывать? Отец Константин, как Вы к этому относитесь?
  - Сумасшедшие люди наиболее близки к Богу, им нечего бояться.
  - Но все же, какой результат?
  - Большинство стран, подчеркну, развитых стран, свернули данные исследования. Но по нашим данным исследования ведутся в странах центральной Африки, - Петр Моисеевич надел очки и внимательно посмотрел на представителя компании.
  - Это не правда, наша компания полностью соблюдает мировое законодательство и никогда не проводит эксперименты на людях.
  - А на сумасшедших, ведь согласно данному документу, - на большом экране появилась цитата из официального документа, - сумасшедшие не считаются людьми. Уже давно на них испытывают лекарства, что мешает испытать и данную технологию, ведь по мнению многих ученых, это позволит адаптировать их к социуму, дать работу?
  Наша компания не испытывает технологию на людях, - повторил представитель.
  - Понятно, Вы уходите от ответа. Но у нас есть еще пара тройка козырей в рукаве, чтобы вы, уважаемые зрители, для себя определили, насколько данная технология нужна человечеству. Сейчас мы покажем последнее интервью с академиком Павловым, после чего я дам каждой стороне вновь изложить свою позицию, а вы, уважаемые телезрители, ответите нам на один простой вопрос: Нужна ли человечеству данная технология?
  Студия пропала, и на экране появился небольшой деревянный домик, окруженный солнечной летней растительностью. На маленькой веранде сидел чуть сутулый седой человек с острым, как у коршуна лицом. Голос за кадром представил:
  - мы находимся в гостях, в убежище, как он сам называет это место, у академика Павлова Георгия Александровича.
  - Здравствуйте, - поздоровался академик.
  - Георгий Александрович, ни для кого ни секрет, что основной новостью является проект Зоо-индустрии. Как показывают исследования, это самая популярная тема в интернете, да и в научных кругах не утихают споры по этому поводу. Вы, как один из разработчиков данной технологии, ведь мы можем уже это так называть? Что можете рассказать, может поставить наконец финальные точки спорах?
  - для начала надо определиться с терминами, зоо-идустрия - это корпорация, которая начинает внедрение данной технологии в производство. Вы, правы, это в полной мере уже является технологией.
  - Скажите, а когда наступит то светлое будущее, о котором так много и горячо твердят?
  - о светлом будущем я ничего сказать не могу, это спрашивайте у политиков или фантастов. Но внедрение данной технологии уже произошло, преимущественно пока в странах Центральной Африки, Латинской Америки.
  - И каков результат?
  - Определенно, технология работает, но есть несколько "но", о которых многие стараются умолчать.
  - По данным отчетов, исследований нет причин для скепсиса, о каких проблемах идет речь?
  - первая и основная проблема повсеместного внедрения данной технологии - это нестабильность. Пока слишком мало времени технология испытывается, чтобы говорить о надежности в долгосрочном периоде. Вторая, немаловажная проблема, это социальный взрыв, который мы сейчас и наблюдаем в странах, где внедрена технология. Массовые волнения по поводу безработицы в некоторых странах уже перешли в гражданскую войну, которая, под разными лозунгами, подавляется силами НАТО, но я тут вижу исключительно интересы глобальных компаний, но это совсем отдельный разговор.
  - Пожалуй, да, оставим его пока в стороне. Но первой проблемой Вы обозначили нестабильность технологии. Насколько известно, внедрение технологии довольно простое мероприятие, одна инъекция и робот готов?
  - Не совсем так, но общая канва передана верно. Инъекция с наноматериалом вводится как правило через глаз, допустимо также ввод через шею. Введение в конечности, тело, может вызвать некроз и гибель организма.
  - То есть одним шприцом можно запрограммировать любое животное?
  - Нет, правильней говорить подготовить. Управление, также как и программирование производится со стационарных или мобильных станций человеком. Инъекцией мы устанавливаем передатчик. Через два-три часа после инъекции организм готов к программированию, если выживет.
  - А что бывали случаи?
  - Поначалу, да, гибли партиями. Но сейчас этот вопрос решен, погибает лишь три процента.
  - Это и есть нестабильность технологии, о которой Вы говорили?
  - нет. Нестабильность связана совсем с другим. Несмотря на все наши усилия по управлению организмом, все равно проявляются некоторые особенности поведения, свойственные скорее животному миру, чем управляемому роботу.
  - О чем идет речь? Ведь перед массовым внедрением необходимо взвесить все за и против.
  - речь идет о некотором неприятии запрограммированных особей к неподготовленным.
  - то есть, к нормальным, чистым животным?
  - то есть к нормальным.
  - а в чем это проявляется?
  - не знаю, возможно, ли это рассказывать в вашей передаче.
  - да, люди должны знать все.
  - не уверен, что людям стоит знать все.
  - И все же.
  - Они убивают нормальные особи.
  - Как убивают, за что?
  - за что не понятно, но прослеживается явная тенденция на истребление иных, чем они.
  - что же они делают, просто берут и убивают?
  - не просто, они окружат нормальную особь и рвут ее на части, а потом танцуют.
  - Как танцуют?
  - Наподобие ритуальных танцев народов Африки, но тут меня могут обвинить в расизме, но это не только мое мнение, многие этнографы подтвердили это предположение.
  - а что потом, после танца?
  - потом как ни в чем не бывало возвращаются на работу, самое интересное, что повлиять на эту агрессию мы не можем.
  - Получается технология изучена, но только поверхностно?
  - По нашему мнению да, но есть ряд ученых, которые придерживаются иного мнения.
  - И их большинство?
  - Да, все так.
  - получается, что надо просто ограничить место работ от попадания других животных?
  - Если бы все было так просто, но это скорее указывает на возможные более серьезные последствия.
  - А можно ли применить подобную технологию на людях:
  - Да, но надеюсь, на это никто никогда не решится.
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"