Петров Игорь Фёдорович: другие произведения.

Варенье из земляники

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Сказки


  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

ИГОРЬ ПЕТРОВ

ВАРЕНЬЕ ИЗ ЗЕМЛЯНИКИ

СКАЗКИ

Кемерово

Кузбассвузиздат

1999

С О Д Е Р Ж А Н И Е

   СТУЛЬЧИК
   ШЛЯПА КАТЯ
   РАДУГА
   МЫШКА БУСИНКА
   ВЕТОЧКА
   СНЕГИРЬ И ЯБЛОКО
   КОТ И МЫШИ
   О ТОМ, КАК МУЖИК С СЫНОВЬЯМИ ЕЗДИЛ МЕД ПРОДАВАТЬ
   МУРАВЬИШКА И СВЕРЧОК
   НОСОРОЖЕК
   МЕДНОЕ КОЛЕЧКО
   СНЕГ
   МАЛЕНЬКИЙ БЕГЕМОТИК ПО ПРОЗВИЩУ ВЕЛОСИПЕД
   МУХА
   МЫШКА И МИШКА
   АЛЕША
   ВАРЕНЬЕ ИЗ ЗЕМЛЯНИКИ
   ВАНИНЫ ГРИБЫ
   БУРДАЛАЙ
   ЗВЕРИНЫЕ ПОДАРКИ
   ЧЕТЫРЕ СОЙКИ
   ЧАШКА И БЛЮДЦЕ
   ЛЕВАЯ ТУФЕЛЬКА
   ЧЕРНИЛА
   ЧАСЫ
   ГОЛОС
   КАКАЯ ПОЛЬЗА ОТ ДУРНЯ
   ДЕРЕВЯННАЯ ПТИЦА
   ПРИНЦЕССА ИСКОРКА
   МОЛОЧНАЯ ВЕДЬМА
   ПЛЮШЕВЫЙ МЕДВЕЖОНОК
   РЕПА

С Т У Л Ь Ч И К

   В моей комнате стоит стульчик. Маленький, с резной спинкой и вышитым сиденьем. Очень красивый и веселый. Живем мы с ним дружно, не ссорясь, но в последнее время его шутки и шалости стали мне совсем не нравиться. Придет, например, ко мне соседский мальчик - не аккуратный и не послушный Сережа - сядет на стульчик и разговаривает со мной. Я ему говорю:
   -Сережа, ты, почему маму не слушаешь? Она ведь тебе говорила, что нельзя мороженое быстро есть, а то просудишься. Вот и заболело горлышко.
   А он:
   -Ну и что?
   -А руки, почему с мылом не моешь перед едой и зубы утром и вечером не чистишь?
   -Не хочу.
   Сидит ногами болтает, рожицы строит. Вот и поговори с таким Сережей.
   И тут я вспоминаю про стульчик и только хочу предупредить мальчика об опасности, как стульчик ножку поджал и брык на бок, вместе с Сережей. Лежит смеется - весело проказнику. Зато Сережа очень обиделся. А каково мне? Я скорее спешу на помощь к мальчику, извиняюсь перед ним, помогаю подняться и усаживаю в кресло. Креслу более ста лет и таких шуток оно себе не позволит.
   В другой раз зашла ко мне Света, нарядная, аккуратная девочка с голубыми лентами в косичках. Она мне очень нравится, только вот любит все преувеличивать и говорить не правду. Я угощаю ее конфетами и спрашиваю:
   -Ты чем сегодня занималась Света?
   А она:
   -На качелях качалась с мальчиками. Высоко, высоко - до самого солнца.
   -Неужели, - удивляюсь я, - разве до солнца раскачаешься?
   -Раскачаешься, раскачаешься, я сама сегодня качалась. Даже ногу об
   солнце обожгла, - и показывая ушиб под коленкой садится на стульчик.
   Не успел я и слова вымолвить, как стульчик ножку поджал и брык на бок. Смеется. А мне конечно не до смеха. Света ушла сердитая и обещала ко мне больше не приходить. Очень я расстроился, а тут еще хозяйка дома, где я живу, говорит:
   -И что это вы возите с собой этот маленький стульчик? На нем, наверное, и сидеть то не удобно. Да и дети его бояться стали. Я бы посоветовала его выбросить, а то он только место зря занимает.
   Мне стало жаль стульчик, и я заступился за него.
   -Нет, - говорю, - этот стульчик очень хороший и добрый и любит когда на нем маленькие дети сидят, только вот к грязнулям и хвастунам плохо относится и к тем, кто маму свою не слушает тоже.
  

Ш Л Я П А К А Т Я

   Я знал одну фетровую шляпу, звали ее Катя, которая очень любила кататься на голове. Правда удавалось ей это когда погода на улице была пасмурная. В другие дни Катя лежала на вешалке и грустила, или ссорилась с синими рукавицами и клетчатой кепкой. Зато если уж шляпа забиралась на голову, то сразу начинала кричать:
   -Поехали! Я знаю куда! Главное меня слушаться! - хлопала в ладоши и глазела по сторонам.
   Гулять с ней было чистое наказание. Развеселившись, она подпрыгивала и летела по ветру, норовя упасть в лужу. Дразнила воробьев или шлепалась на землю и катилась, катилась, катилась - заливаясь звонким смехом. А то вдруг свистнут опускалась на глаза и начинала качаться на ушах, потом съезжала на затылок и высовывала язык пугая прохожих.
   -Эй, пустые головы, - кричала Катя, - как вы оказались на улице одни? Куда смотрят ваши шляпы?
   Однажды заметив небольшую рыжую собачку, шляпа прыгнула на нее сверху и накрыла с головы до ног. Та так перепугалась, что с громким лаем помчалась прочь не разбирая дороги. В другой раз, Катя схватила за лапу пролетавшую мимо галку и залетела с ней на крышу. Просидела там целый час и никак не хотела спускаться вниз пока не пошел дождь.
   Как-то, лежа на вешалке, шляпа заметила у себя на боку дырку. Катя решила молчать и никому о ней не говорить. Гуляя на улице она закрывала ее ладошкой или затыкала обрывком газеты. Но дома рукавицы и кепка увидев дырку стали дразнить Катю:
   -Дырявая шляпа,
   Выгляни в окно -
   получишь эскимо!
   Конечно глупо было на них обижаться. Однако из-за дырки ее перестали брать на прогулку и Катя обидевшись ушла из дома. Попрыгав по дороге и не много полежав в луже, шляпа поняла, что никому больше не нужна. Легла под дерево и заплакала.
   Всю зиму Катя пролежала на одном месте. Но вот пришла весна, стало пригревать солнышко. Начал таять снег, весело зажурчали ручьи, а на ветках набухли почки. На березу под которой лежала шляпа прилетели большие черные птицы - грачи.
   -Простите, вы случайно не шляпа? - спросила одна птица.
   -Самая что ни на есть настоящая, - гордо ответила Катя и стряхнула с себя остатки снега.
   -Уважаемая шляпа, не согласитесь ли вы стать гнездом для наших маленьких птенчиков? - произнесла другая птица.
   -А где они, могу я на них посмотреть? - заулыбалась Катя и перебралась на сухую прошлогоднюю траву.
   -Их пока нет, но они вылупятся из яиц, которые я снесу. Вот только гнезда нет.
   -Как это нет, - оживилась шляпа, - а я?
   Она ухватилась за легкий весенний ветерок и залетела на березу.
   -Какая мягкая!
   -Какая просторная! - наперебой загалдели птицы.
   Так шляпа стала гнездом.
   Через неделю грачиха снесла в нее первое яйцо. А потом они с Катей стали его насиживать. Вернее насиживала только птица, а шляпа грела его снизу закрывая дырку, чтобы не было сквозняка. Но это было не самое трудное занятие. Основные хлопоты начались когда на свет появились птенцы. Вот тогда Кате пришлось поволноваться. И все опять из-за той самой дырки, что была у нее на боку. Стоило родителям отлучиться за кормом, как подрастающие галчата пытались высунуться в нее.
   -А хочешь я сейчас вылезу в дырку и полечу? - спрашивал совсем еще голый птенец другого.
   -Нет, я сейчас вылезу! - отталкивал их третий.
   И шляпе приходилось держать непосед за лапки, чтобы те не выпали из нее и не разбились. Глядя на них Катя улыбалась и вспоминала свою молодость, когда она каталась на голове и шалила.
   Незаметно прошло лето. Наступила осень. Птенцы уже давно выросли, но часто прилетали навестить шляпу. Они садились рядом на ветку и весело болтали, а Катя слушала и думала: "Вот какие замечательные птицы выросли у меня".
   Когда дни стали совсем короткими грачи засобирались в дорогу. Они готовились покинуть родные места. Среди них шляпа видела и своих грачат.
   Как-то ранним утром Катя заметила громадную стаю птиц. От нее отделились несколько грачей и направились к ней.
   -Прощай дорогая шляпа, - закричали они, - ты была для нас хорошим домом!
   Один выросший птенец подлетел к Кате и выдернув из хвоста перо подарил ей на память. Шляпа воткнула его за атласную ленту и махая в след улетающим птицам закричала:
   -Я буду ждать вас весной! Прилетайте обязательно!
  
  

Р А Д У Г А

   Проснулся медведь весной. Вылез из берлоги, посмотрел по сторонам и поежился. Земля прошлогодней травой покрыта, кругом листья сухие лежат, а кое-где снег еще не растаял. "Нет, - думает, - рано я из берлоги вылез. Ни тебе зеленой травы, ни вкусных ягод и грибов. Полезу-ка я обратно в берлогу, полежу, подожду еще". Залез, а в ней тоже уныло и сыро. "Чем бы заняться, - подумал медведь, - чтобы время быстрее шло". Выглянул наружу и глазам своим не поверил - по небу радуга разноцветная раскинулась.
   -Ох! - удивился он. - Сроду такого не видел. Интересно, чья она? У кого бы спросить?
   Посмотрел по сторонам , видит крот ползет.
   -Ты не знаешь чья это радуга на небе?
   Покрутил крот головой, потер глаза и говорит:
   -Я давно уже в лесу живу, а радуги никогда не видел.
   Обрадовался медведь. Значит не крота радуга. Почесал лапой бок и решил еще у кого-нибудь спросить. Только он так подумал, как услышал
   треск , это кабан на поляну вышел. Стоит рылом землю роет.
   -Эй кабан! Это не ты радугу забыл?
   -Где?
   -Да вон на небе, между лесом и большой горой, - показал медведь.
   -Нет косолапый, мне на небе делать нечего, и на земле дел хватает, - захрюкал и скрылся за деревьями.
   -Раз так, - не буду больше ни у кого спрашивать, - решил медведь. Эта радуга моей будет. Надо сходить принести ее в берлогу.
   Идет, а сам думает: "Только бы успеть, только бы меня ни кто не опередил, не забрал радугу. Я ее красавицу в колоду спрячу. Буду один на нее смотреть, а если и показывать кому, то только за грибы, да ягоды. Вот заживу-то!" Размечтался косолапый. Навстречу ему волк:
   -Медведь, ты куда так спешишь?
   -За радугой. Вон она над лесом висит.
   -А мне с тобой можно?
   -Можно. Только чур уговор - я радугу делить буду!
   -Ладно, - согласился волк, - а я тебе помогать стану.
   И пошли они вместе. Волк и говорит:
   -Я из радуги веревочку сделаю. От меня теперь никто не уйдет - ни барсук, ни ежик - всех переловлю.
   Идут они идут, уже и гора близко, а там и рукой подать до радуги. На встречу им лиса:
   -Куда это вы так спешите соседи?
   -За радугой рыжая. Вон она над лесом висит, - показал волк лапой.
   -А мне с вами можно?
   -Можно, - согласился медведь. - Только чур уговор - я радугу делить буду, а волк мне помогать.
   -Хорошо, - согласилась лиса. - а я волку помогать стану.
   И пошли вместе. Медведь впереди, волк и лиса сзади. Идут, а медведь их знай подгоняет:
   -Скорее кум, скорее кума, а не то кто-нибудь мою радугу себе заберет!
   Пустились звери бегом. Бегут, а волк у лисы спрашивает:
   -Зачем тебе радуга понадобилась? Медведь ее хочет в колоду посадить, я из нее веревочку сплету. А тебе зачем?
   -А я из нее разноцветного горошка наделаю и буду ловить курочек и уточек.
   Развеселились звери, каждый о своем мечтает, а радуга все ближе , ближе.
   Подслушала сорока что задумали медведь, волк и лиса сделать с радугой и такой шум подняла - стрекочет, кричит, с ветки на ветку перелетает, к лесным жителям пристает о беде предупреждает.
   Услыхала ее радуга.
   -Что там случилось, о чем сорока беспокоится? - Опустила она вниз голову. - Ах вот оно что! Спасибо тебе белобока за предупреждение. - Взяла и переставила одну ногу с горы за поле.
   Прибежали медведь, волк и лиса на гору, смотрят, а радуги нет. Поглядели по сторонам и пустились со всех ног по полю, даже отдыхать не стали.
   Бегут, устали, между собой не разговаривают. Час бегут, другой, а конца пути не видно. Радуга, как только звери к ней приближаются, опять одну ногу переставляет, то за озеро глубокое, то за лес дремучий.
   Так и не смогли добежать волк, медведь и лиса до радуги. Первой надоело лисе, отстала она и назад повернула. За ней волк ушел. Дольше всех медведь бежал, но и он ни с чем остался. Правда, в берлогу свою он так и не вернулся, до сих пор по лесу бродит - радугу ищет.
  

М Ы Ш К А Б У С И Н К А

   Жили-были, не тужили старик со старухой. Песни пели, вкусно ели. Поселилась у них в доме мышка Бусинка. Невзлюбила ее старуха и стала от нее все прятать, чтобы ей было голодно, чтобы ей было холодно и она убежала бы из дома.
   Если оставался сухарик какой, или крошечки, собирала старуха все в холщовый мешочек. Завяжет на узелок и на печку положит. Сама ляжет, а его под голову засунет. Говорит:
   -Я лучше крошечки курочке отдам, а сухарик хрющечке, чем серой мышке. Курочка мне яичко снесет, хрющечка поросеночка принесет.
   - Бабушка, голубушка, дай мне зернышко, я буду тихо сидеть в своей норке, - просит мышка Бусинка.
   -Не дам и не проси, - отвечает старуха .- Лезь старик скорее на печку, да мешок с крупой захвати пока его мышка не прогрызла.
   -Бабушка, голубушка если ты не дашь мне зернышко я буду ночью пол грызть и тебе спать мешать.
   -Да дай ты ей одно зернышко, - просит дед.
   Но старуха залезла на печь и отвечает:
   -Гаси лучину дед, да спать укладывайся - нашел кого жалеть.
   Вот легли старики, а мышка Бусинка вылезла из норки и давай лапти старухины грызть.
   Рассердилась старуха и посылает старика прогнать мышку.
   -Иди, - говорит, - веником ее на улицу выгони, а не то она мои лапти испортит.
   Слез дед с печки прогнал мышку в норку, а лапти с собой взял.
   Ночью Бусинка опять вылезла и давай сундук грызть. Проснулась старуха и толкает деда:
   -Ступай дед, мышку на улицу выгони, а не то она в сундук залезет, мою одежду испортит.
   Взял дед веник и прогнал мышку, а сундук на печку поставил. Сам рядом лег, а старухе места нет. Уселась она на сундук сверху - в одной руке мешок с крупой держит, в другой лапти. Сидит, упасть боится. Только засыпать стала, а мышка пол начала грызть в норке.
   Разбудила старуха деда:
   -Иди, поймай мышку, она мне спать не дает.
   Взял дед веник и давай в норку толкать. Обиделась Бусинка и вцепилась в него зубами. Вытащил дед веник, а на нем мышка висит.
   -Что, - спрашивает старуха, - поймал мышку?
   -Поймал, - отвечает дед и веник к старухе поднес.
   Увидела старуха рядом со своим носом мышку, да как закричит и мешок из рук выронила. Упал он на пол и из него вся крупа по дому рассыпалась. Спрыгнула Бусинка с веника и шмыг в норку.
   -Ладно, - говорит старуха, - крупу утром соберем. Снимай сундук с печки, бросай на пол лапти, да спать ложись. Скоро утро, а мы еще и не спали как следует. Я небось сильно напугала мышку, она со страха наверное и из дома убежала.
   Проснулись старик со старухой, глядь , а крупы нет. Это мышка Бусинка постаралась. Она спать не ложилась, а всю ночь трудилась - помогала, дом убирала. Крупу собрала и к себе в норку снесла.
  

В Е Т О Ч К А

   Пошла ранней весной одна девочка в лес за цветами, за подснежниками. И видит у кустика веточка сломана, а из ранки сок древесный капает. Падает на прошлогоднюю траву и в землю уходит. Жалко ей стало кустик.
   -Ох ты бедненький, - сказала девочка.
   Взяла поясок голубенький, от своего платья любимого и замотала ранку, подвязала веточку.
   Когда летом собирала она землянику, то еще издали увидела кустик и поясок свой голубенький узнала. Кустик был покрыт нежными зелеными листочками и незрелыми ягодами. Подошла девочка к нему и погладила.
   -Расти, расти миленький и не болей больше.
   Поясок свой решила не снимать, пусть останется здесь, в лесу, на веточке кудрявой на память.
   Пошла девочка осенью за грибами. Смотрит, на ее кустике листья пожелтели и ягоды вызрели, а сам он подрос, даже не узнать. Веточка больная вытянулась, больше девочки стала. Поясок, что ранку перевязывал, уже высоко над землей висит, не достать. От солнца, да от дождя выцвел, почти побелел.
   Наступила зима и отправилась наша девочка за дровами. Как к месту знакомому подходить стала, еще издали заметила зарево, вроде пожара. Выглянула из-за сугроба, а вокруг кустика свет яркий, как от пламени. Сидят возле него звери и птицы разные. Заметили они девочку и разбежались, разлетелись кто куда. Попрятались.
   Подошла девочка ближе, а кустик и говорит ей:
   -Я хочу поблагодарить тебя за то, что ты помогла мне, перевязала ранку, не дала уйти в землю сокам жизненным.
   Стали выходить к ним из своих укрытий звери и подлетать птицы. Увидела девочка зайцев и медведей, лосей и кабанов, свиристелей и синиц, воробьев и соек.
   -Ты не только меня спасла, но и их от смерти голодной, - сказал кустик.
   -Как же я могла, - удивилась девочка, - ведь я никого раньше не видела, никого не кормила, никого не поила?
   -А я их кормил, - произнес кустик, - кого почками, кого ягодами, кого листиками зелеными, а кого корой и ветками.
   Удивилась девочка, на пенек присела, а сама внимательно слушает.
   -Вот и получается, пожалела ты меня одного, а вон скольких выручила, - показал кустик вокруг. - Теперь наш черед тебе помогать.
   Затряс он густой кроной и посыпались на снег сухие ветки, да сучья. Медведи и лоси все собрали и уложили на санки. Впряглись в них зайцы, а девочка сверху уселась. Помахала всем на прощание и поехала домой, рассказывать младшему брату, что увидела и услышала в лесу.

С Н Е Г И Р Ь И Я Б Л О К О

   Узнали звери и птицы, деревья и травы, букашки и козявки, что Лесной царь созывает всех на праздник. И стали готовиться, наряжаться. Кто шапочку себе шьет, а кто рубашку стирает, пуговицы пришивает. У всех дел хватает. Один Снегирь с ветки на ветку прыг, да прыг. С дерева на дерево шмыг, да шмыг. Целыми днями песни распевает, по гостям разлетает.
   -Что же ты, так и полетишь на праздник? - спрашивает его Синица.
   -А что? Так и полечу, - отвечает Снегирь.
   -Да ты посмотри на себя. Курточка у тебя запачкалась, совсем бурая стала. Слетай к Дятлу он тебе новую сошьет.
   -Некогда. Я лучше полакомлюсь семенами крапивы, а к Дятлу всегда успею, - и упорхнул по своим делам.
   Спохватился Снегирь, да уже поздно было. Прилетел он к Дятлу и просит:
   -Сшей мне скорее разноцветную курточку!
   А Дятел ему отвечает:
   -Извини Снегирь, не могу. Мне еще Сойке рукава на платье вышивать. Где ты раньше был?
   Обиделся Снегирь и улетел, даже не попрощался. Сел в фруктовом саду и запел, заскрипел. А сам думает: "В чем же мне на празднике показаться?" Вдруг видит на ветке курточка красная висит. Да такая красивая - глаз не отвести. А рядом Яблоко зеленое спит. Догадался Снегирь, что это яблочная курточка. Подхватил ее и полетел к себе. Примерил дома, она ему в самый раз пришлась, будто специально для него сшита. Посмотрел на себя в зеркало Снегирь и заулыбался - сам себе понравился: шапочка на голове и хвост черные, спинка серая, а брюшко красное. Красавец да и только.
   -Красное брюшко
   Черная макушка.
   Сразу видно - молодец!
   Сразу видно - удалец! - довольный запел он.
   На следующий день на празднике у Лесного царя собрались все звери и птицы, деревья и травы, букашки и козявки. Куда ни глянь везде тесно, везде шум, гам, смех и веселье. Ходит наш Снегирь важно, на всех с высока поглядывает, себя показывает. Заметил его царь, подозвал к себе, усадил рядом.
   -Молодец Снегирь, - говорит Лесной царь, - хороший наряд приготовил, меня порадовал.
   -Я как только узнал о празднике, - отвечает Снегирь, - ночей не досыпал, зернышек не доедал, ключевой водицы не допивал - все трудился, все возился, курточку шил, мастерил. Хотел тебе угодить, понравиться.
   -Награжу я тебя за это голосом звонким, да хвостом длинным, тонким и сделаю придворным певцом, - произнес царь.
   Загордился Снегирь, заважничал - хвост примеряет, голос пробует. Собралось вокруг него видимо не видимо зверья всякого, птиц редких, трав, деревьев не виданных, букашек, козявок заморских не меренно. Все его слушают, все его хвалят: "Ай да Снегирь, ай да царский певец!" А он знай старается:
   -Красное брюшко,
   Черная макушка.
   Сразу видно - молодец!
   Сразу видно - удалец!
   Вдруг послышался шум и все увидели зеленое Яблоко. Оно шло к царю и горько плакало. Испугался Снегирь, попятился и под стол залез - притаился. Один длинный хвост торчит, подрагивает.
   -А позвать ко мне Снегиря лодыря, Снегиря лгуна! - раздался грозный голос Лесного царя. - Как ты смел Снегирь обмануть меня, как решился взять курточку красную, чужую? Как ты мог обидеть бедное Яблоко?
   Опустил голову Снегирь, молчит, посмотреть в глаза стесняется.
   -Вот за все за это, - говорит Лесной царь, - заберу у тебя хвост длинный и голос звонкий, дивный. Но оставлю курточку красную, курточку краденную! Чтобы все замечали тебя из далека, чтобы знали кого видят, с кем дело имеют.
   Сказал и прогнал Снегиря прочь.
  

К О Т И М Ы Ш И

   Принесли в дом молодого кота. И начал он мышей ловить, да гонять. Совсем им житья не стало. Приходит к коту мышиный князь и говорит:
   -Ты что это Васька за нас так взялся? Ни тебе сухарика погрызть, ни сальца отведать. Вчера дядю моего поймал, позавчера двух племянников.
   А кот ему отвечает:
   -Служба такая Мышь Мышович.
   И лежит потягивается, из лапок коготки выпускает.
   Постоял мышиный князь, постоял да так ни с чем и ушел.
   День проходит, другой, а кот знай себе мышам проходу не дает. По полу бегать не позволяет, от кладовки отгоняет, а потом и вовсе из норки вылезать запретил.
   Опять пришел к коту мышиный князь.
   -Раз так, - говорит он, - мы совсем из этого дома уйдем.
   -Уходите, - отвечает Васька, - мне еще лучше будет. Стану только есть, да спать, а то с вами одно беспокойство.
   -Только не долго и ты здесь без нас проживешь. Зачем кот хозяину нужен будет, коли мышей не станет?
   Ничего не ответил Васька, лишь зевнул сладко.
   Увязали мыши вещи в узелочки, положили на тележки, взяли мышат малых на руки и пошли. Впереди Мышь Мышович, а за ним весь его мышиный народ. Шли, шли и пришли на старую мельницу.
   -Вот здесь и подождем, - решил князь.
   А тем временем кот разленился, даже мяукать разучился. Полежит, полежит, сметанки, да молочка попьет и опять на боковую. Смотрел, смотрел на него хозяин и прогнал из дома. "Зачем, - думает, - мне этот жирный кот, если в доме мышей нет?"
   А на улице холодно, а на улице голодно. Где поесть Ваське, где поспать? Кругом собаки бегают злые. "Нет, - решил он, - надо поскорее мышей искать, да мириться с ними."
   Приходит он на мельницу и говорит:
   -Возвращайтесь мыши обратно, а не то мне без вас житья в доме нет.
   -Что ж, - отвечает мышиный князь, - отчего не вернуться? Там нам раньше хорошо жилось, тепло и сытно. Пожалуй вернемся. Только уговор: мышей зря не обижать, крошечки и корочки подбирать разрешать.
   -Ладно, - отвечает Васька, - но и вы, чур в кладовку не лазать, крупу не таскать, вещи не грызть.
   На том и порешили.
   Вернулись мыши обратно, а на другой день хозяин кота домой позвал.
  
  

О Т О М, К А К М У Ж И К С С Ы Н О В Ь Я М И Е З Д И Л

М Е Д П Р О Д А В А Т Ь

   Жил-был мужик и было у него семь сыновей: Иван, Степан, Сергей, Матвей, Егор, Федор и Сидор. Раз собрался он на ярмарку продать бочку меда. Запряг лошадь, взял мед, сам сел, а рядом сыновья уселись - Иван, Степан, Сергей, Матвей, Егор, Федор и Сидор.
   Ехали они ехали и заехали в канаву. Вот мужик и говорит:
   -Слезай Иван, помоги лошадке, а то она телегу вытащить не может.
   Слез Иван потолкал не много, а телега ни с места.
   -Слезай и ты Степан, помоги Ивану, - говорит мужик.
   Слез Степан. Потолкали они вдвоем телегу, только в грязи перепачкались.
   -Слезай и ты Сергей, помоги Ивану и Степану.
   Слез Сергей. И втроём они телегу не вытащили.
   -Слезай и ты Матвей, помоги Ивану, Степану и Сергею.
   Слез Матвей. Целый час они вчетвером толкали телегу, а вытащить не смогли.
   -Слезай и ты Егор, помоги Ивану, Степану, Сергею и Матвею.
   Слез Егор. Впятером попробовали - пустое дело, телега на месте осталась.
   -Слезай и ты Федор, помоги Ивану, Степану, Сергею, Матвею и Егору.
   Слез Федор. И вшестером телегу не вытащили.
   -Слезай и ты Сидор, помоги Ивану, Степану, Сергею, Матвею, Егору и Федору.
   Слез Сидор. Всемером телегу тащили, чуть-чуть не вытащили , совсем не много осталось.
   Пришлось бочку с медом на землю ставить. И сразу телегу, с одним мужиком, лошадь на дорогу вывезла.
   Вот уселись братья - Иван, Степан, Сергей, Матвей, Егор, Федор и Сидор - и поехали дальше.
   Ехали, ехали наконец приехали на ярмарку. Глядь, а бочки с медом нет - забыли на телегу поставить, когда из канавы выбирались.
   Почесал мужик за ухом и посылает Ивана:
   -Сходи, принеси мед, а то торговать нечем.
   Пришел Иван к бочке, попробовал ее поднять, а она такая тяжелая, что даже не шевельнулась. Решил он тогда съесть не много меду, чтобы она легче стала. Достал из-за голенища сапога ложку, сел и стал есть.
   Ждал, ждал мужик Ивана и посылает Степана:
   -Сходи, найди Ивана и помоги ему мед принести, а то торговать нечем.
   Приходит Степан к бочке с медом. Стали братья вдвоем ее поднимать - ничего не получается. Сели Иван и Степан и стали мед есть, чтобы бочка полегчала.
   Подождал мужик Ивана и Степана и посылает Сергея:
   -Сходи, найди Ивана и Степана, да вместе принесите мед. А то торговать нечем.
   Пришел Сергей к бочке. Попробовали Иван, Степан и Сергей поднять бочку - не смогли. И сел Сергей с Иваном и Степаном мед есть.
   Вот посылает мужик Матвея:
   -Сходи, помоги Ивану, Степану и Сергею мед принести, а то торговать нечем.
   Вчетвером пытались братья бочку тащить , но лишь не много ее от земли приподняли, все еще тяжелая. Сели Иван, Степан, Сергей, Матвей и стали мед есть.
   Посылает мужик Егора:
   -Сходи, поторопи Ивана, Степана, Сергея и Матвея, а то мне торговать нечем.
   Приходит Егор. Взялись братья впятером и пронесли не много бочку. А дальше не могут, сил не хватает. Стали Иван, Степан, Сергей, Матвей и Егор мед есть, бочку легче делать.
   Подождал мужик еще и говорит Федору:
   -Сходи, узнай почему Иван, Степан, Сергей, Матвей и Егор мед не несут, а то мне торговать нечем.
   Пришел Федор. Взялись они вшестером и снова пронесли не много бочку. Но опять сил не хватило. Уж больно бочка еще тяжелая. Сели Иван, Степан, Сергей, Матвей, Егор и Федор мед есть, Едят, да на солнце поглядывают, торопятся, ведь на ярмарке их тятенька дожидается.
   Говорит мужик Сидору:
   -Сходи, узнай почему братья не идут. Поторопи их, скажи, что мне торговать нечем.
   Пришел Сидор. Взялись братья всемером за бочку. Попробовали - нет не донести ее до ярмарки. И принялись Иван, Степан, Сергей, Матвей, Егор, Федор и Сидор мед есть. Ели, ели. Ели, ели. И весь съели! Облизали ложки, вытерли губы, попробовали пустую бочку поднять, а она вдруг стала совсем легкая. Взяли они ее быстрее и понесли к отцу на ярмарку. А то он их там давно ждет, не дождется и ему торговать нечем.
  

М У Р А В Ь И Ш К А И С В Е Р Ч О К

   Бежал Муравьишка по комнате, смотрит под диваном копеечка лежит. "Вот, - думает, - удача, так удача!" Взял ее и покатил. Катит мимо мышиной норки и слышит:
   -Муравей, а Муравей, ты куда копеечку катишь?
   -Хочу отдать ее кому-нибудь, но только тому, кому она очень, очень нужна.
   -Поздравляю тебя Муравей! Я как раз та, кому эта копеечка очень, очень нужна. Давай ее сюда.
   -А зачем она тебе?
   -Я у Мышки-Полевки зерна прикуплю и буду самой богатой в доме. А то у меня всего три кладовки с зерном. Мало.
   -Нет не отдам я копеечку. Зерна тебе и своего хватит.
   Пробегает Муравьишка мимо темного угла, а оттуда Паук-Скакун на него уставился:
   -Эй приятель! Ты куда такие большие деньги катишь?
   -Ищу того, кому они очень, очень нужны.
   -Ну найдешь, а потом что? - засмеялся Паук.
   -Ему отдам .
   Глаза у паука сделались большими и черными. Он спрыгнул с паутины и подбежал к Муравьишке.
   -Я! Я! Я, как раз тот, кому копеечка очень, очень, очень...
   -Да что очень?
   -Очень нужна!
   -А зачем?
   -Куплю на нее новых зубов. Давай скорее!
   -Зубов у тебя и своих хватает и так никому проходу в углу не даешь. Прощай!
   Подбежал Муравьишка к печке, хотел в щель залезть, но его кто-то окликнул. Оглянулся, а это Сверчок-Тихоня.
   -Сосед, я слышал о чем ты с Пауком разговаривал. Молодец, что не отдал ему копеечку.
   -Почему?
   -Иначе бы она мне не досталась.
   -А тебе зачем?
   -Я хочу купить скрипочку. Такую маленькую, маленькую, звонкую, звонку.
   -Вот здорово! - воскликнул Муравьишка. - Ты что умеешь на ней играть?
   -А чего там уметь? Бери да скрипи.
   -Что ты! Играть учиться надо.
   -Чудак! Ты только послушай как она называется - "скрип-ка"! То есть скрипи и скрипи себе сколько влезет. А играть станешь, еще испортишь.
   -Ну нет, если ты не пойдешь учиться, я тебе копеечку не отдам.
   -Хорошо, хорошо, пойду, - согласился Сверчок. - давай ее сюда.
   Муравьишка отдал копеечку и пообещал прийти на концерт как только Сверчок окончит учебу.
   Довольный Сверчок сразу же отправился покупать скрипку. Он долго ходил между рядами инструментов, но никак не мог ничего выбрать. Все скрипки казались ему большими и тяжелыми. Тогда Соловей, работавший в магазине, принес совсем маленькую скрипочку, меньше булавочной головки.
   -Вот это то, что мне нужно! - обрадовался Сверчок и отдал копеечку.
   По дороге домой он решил попробовать как звучит скрипочка. Сел на ореховую скорлупу и провел смычком по струнам. Ск-к-кри-п, ск-к-кри-п - послышалось из крохотного инструмента.
   -Что ж не плохо, - улыбнулся Сверчок, - скрипит довольно громко. А ну-ка еще разок.
   Скрип повторился.
   -Ну и глупый этот Муравьишка. Учиться, учиться, - передразнил его Сверчок, - и так отлично получается.
   И он заскрипел во всю силу.
   Решив что уже пора устраивать концерт, Сверчок вернулся за печку и взобравшись на ржавый утюг начал скрипеть, да так сильно, что сбежались соседи.
   -Что? Что случилось? - слышалось со всех сторон.
   Никто не мог понять откуда доносится этот отвратительный скрежет.
   Вскоре появился довольный Сверчок и стал кланяться в разные стороны, прижимая к груди скрипочку.
   Наступила тишина. Собравшиеся молчали.
   -Почему я не слышу аплодисментов? - насупился Сверчок.
   -Какой ужас! - воскликнул Муравьишка - Ведь ты же обещал пойти учиться.
   -А зачем? Я и так хорошо скриплю. Вот послушай...
   -Нет, нет , - заткнула уши Мышка.
   -Надо было мне отдать копеечку, - сказал Паук, обращаясь к Муравьишке. - Теперь вот слушай его целыми днями. Хоть из дома беги.
   -Да у вас просто слуха нет! - обиделся Сверчок. - Я ведь для вас стараюсь, а вы? Ну и соседи мне достались, никакой любви к музыке.
   И Сверчок гордо удалился. Через минуту за печкой снова раздался скрип. Услышав его Мышка и Паук бросились в разные стороны, а Муравьишка так обиделся на Сверчка, что навсегда ушел из дома и поселился на улице - в муравьиной куче.
  

Н О С О Р О Ж Е К

   Белый Носорожек никогда не катался на карусели. Там, где он жил ее не было. Она находилась в соседнем лесу, а чтобы попасть туда надо пройти поле, обойти лужу и взобраться на горку.
   -Очень далеко, - говорила мама, - ты можешь заблудиться. Вот исполнится годик, тогда я отпущу тебя одного, а пока потерпи.
   -Ну когда, когда мне исполнится годик, мамочка? - каждый день спрашивал Носорожек.
   Целое лето он бегал возле дома, играл в прятки со своими друзьями, делал пирожные в песочнице, но никогда не забывал о карусели. И вот, в одно прекрасное утро, мама подошла к кроватке Носорожка и поцеловала его:
   -Поздравляю с днем рождения сыночек!
   -Что, мне уже исполнился годик?
   -Да.
   -Правда?
   -Правда.
   -Ура! - подскочил Носорожек. - Скорее, скорее мамочка!
   -Что случилось?
   -Ну как же, ты разве забыла? Мне надо быстрее одеваться и бежать кататься на карусели!
   Позавтракав и взяв денюшку на билет, счастливый Носорожек отправился в путь. Настроение у него было замечательное и он запел песенку собственного сочинения:
   -Карусели, карусели!
   Вы как птицы прилетели.
   Подарили радость мне,
   Закружили в вышине.
   Садись скорей!
   Садись скорей!
   И позови с собой друзей!
   Пробежав поле Носорожек приблизился к большой луже. "Мама велела ее обойти", - вспомнил он, но решил что уже большой и пошел прямо, никуда не сворачивая.
   -И совсем не страшно ходить по лужам, - Носорожек постоял на середине и потопал ногами. Это ему так понравилось, что он решил побегать по воде.
   -Эге-ге-гей! - закричал Носорожек размахивая лапами.
   Сделав несколько шагов он поскользнулся и шлепнулся в лужу, а когда поднялся, то обнаружил, что денюшки в кулаке нет.
   -На что же я куплю билет на карусель? - печально произнес Носорожек.
   Он нагнулся и стал искать в воде денюшку.
   Лужа была мутная и в ней ничего не было видно. Весь перепачкавшись, и не найдя монетку Носорожек опустился на песок.
   -А может мне выпить ее, - подумал он, - и денюшка останется лежать на дне?
   Носорожек наклонился к луже и нехотя стал пить. Вода была не вкусная, теплая и совсем не сладкая. Устав он сел отдохнуть вытирая со лба пот и поглядывая на солнце, которое было уже высоко над горизонтом. Немного посидев на песке Носорожек решил зайти на середину лужи и смерить много ли воды осталось.
   Воды в луже хватало и он снова принялся пить, иногда останавливаясь и трогая быстро увеличивающиеся бока. Скоро Носорожек снял майку, чтобы она не мешала раздуваться животу, и отбросил в сторону.
   Наконец, вся вода была выпита, но денюшки на дне не оказалось.
   -Где же она может быть, - заволновался Носорожек, - может я уронил ее по дороге?
   И он с досады хлопнул себя лапой по боку. В ту же секунду внутри что-то звякнуло.
   -Денюшка у меня в животе! - обрадовался Носорожек. - Наверное попала туда вместе с выпитой водой.
   И он радостно стал стучать себя по животу слушая как звенит монетка.
   -Скорее на карусель! - Носорожек в припрыжку пустился бежать в сторону леса.
   Оказавшись на горке он сразу же увидел карусель, стоявшую на солнечной поляне и раскрашенную яркими красками. Вокруг толпился звериный народ и играла веселая музыка. Тут и там продавалось эскимо на палочке, сахарные петушки и воздушные шарики. Слышался звонкий смех.
   -Вот здорово! - вырвалось у Носорожка. - Веселье в самом разгаре.
   Подбежав к карусели он увидел Медведя, который продавал билеты.
   -Дядя Медведь, - обратился к нему Носорожек, - можно мне прокатиться?
   -Конечно можно. Плати денюшку и катайся.
   Носорожек опустил голову:
   -Не могу...
   -Почему? У тебя что, нет денюшки?
   -Есть, - Носорожек чуть не заплакал, - но она у меня в животе. Вот послушайте.
   И он стал хлопать себя по животу.
   Удивленный Медведь почесал лапой затылок и позвал Жирафа, продававшего эскимо.
   -Вот он, хочет прокатиться на карусели, - показал Медведь на улыбающегося Носорожка.
   -Ну и пусть прокатиться, если у него есть денюшка.
   -Денюшка у него есть, - сказал Медведь, - но только она в животе.
   -Где? - Жираф наклонил голову.
   -В животе, - подтвердил Носорожек и несколько раз хлопнул себя лапой.
   -М-мда-а, - промычал Жираф. - А что написано в "Правилах пользования каруселью"?
   -В правилах? - переспросил Медведь. - Сейчас посмотрим.
   Он подошел к плакату висящему возле карусели и стал читать в слух:
   -Для того, чтобы прокатиться на карусели, посетитель должен иметь при себе денюшку...
   -Ну так я же имею при себе денюшку! - закричал Носорожек и стукнул лапой по животу.
   Дзинь-нь-нь - послышалось оттуда.
   -Действительно имеет, - согласился Жираф и обратился к Медведю:
   -А в правилах не написано, где она должна быть: в кармане, руке или животе?
   Медведь снова перечитал правила.
   -Нет не написано...
   -Ситуация, - растерянно произнес Жираф и сел на коробку с мороженым.
   -Ну так что, пропустим его? - спросил Медведь.
   -Должны пропустить, - сказал Жираф, - ведь денюшка при нем имеется.
   -Проходи, - махнул лапой Медведь и открыл калитку.
   Носорожек стремглав вбежал по лестнице, уселся на сиденье карусели и ухватившись за поручни, закрыл от удовольствия глаза.
   Громче заиграла музыка и карусель набирая скорость понесла счастливого Носорожка по кругу. У него захватило дух и из груди вырвалась знакомая песенка:
   -Карусели, карусели!
   Вы как птицы прилетели!
   Подарили радость мне,
   Закружили в вышине!
   Садись скорей!
   Садись скорей!
   И позови с собой друзей!
  
  
  

П Р О М А Л Ь Ч И К А Л Ё В У Ш К У И М Е Д Н О Е

К О Л Е Ч К О

   В одном красивом селе жил мальчик Лёвушка. Раз пошел он в лес за орехами. Идет и видит стоит гриб Мухомор и горько плачет.
   -Ты что дедушка плачешь? - спросил Лёвушка.
   -Пробегал мимо Заяц и уронил мою шляпку, а я уже старый и у меня нет сил поднять и одеть ее на голову.
   -Давай я тебе помогу.
   Взял мальчик красную в белый горошек шапочку и одел на голову старичку.
   -Не знаю как и благодарить тебя, - заулыбался Мухомор, - Есть у медное колечко с изумрудным камушком. Не простое - волшебное. Возьми его. Оденешь колечко на безымянный палец и станешь легким, как перышко. Куда захочешь, туда и полетишь. Только смотри, чтобы оно не попало в злые руки, а то станешь маленьким, маленьким, как мышонок. Да таким и останешься, пока колечко назад не вернешь.
   Поблагодарил Лёвушка Мухомора и отправился дальше. Нашел в лесу хороший орешник и набрал полный мешок орех. Хотел поднять, да не смог - сил не хватило. Вспомнил он про колечко, одел на безымянный палец и стал легким, как перышко. Потом прикоснулся к орехам и мешок повис в воздухе. Так и полетели домой - он впереди, а мешок на веревочке сзади.
   И зажил Лёвушка горя не зная, родным и соседям помогая. Год живет, два живет, три живет.
   Однажды положил мальчик колечко на лавочку возле яблони, чтобы не мешало, а сам стал умываться. Умылся и хотел было уже обратно одеть, на безымянный палец, как вдруг затрещали кусты и деревья, затряслись облака и из леса вышел злой волшебник Кузька-Барбуська. Идет - земля дрожит, трава вянет, птицы с испуга замертво падают, а из носа у него огонь с дымом валят, из ушей кипяток льется, изо рта огненные стрелы сыпятся.
   Схоронился Лёвушка за колодцем и от страха про колечко забыл. А Кузька-Барбуська схватил яблоню и вырвал с корнем. Повертел в руках и проглотил. Потом увидел скамеечку и ее проглотил вместе с колечком.
   В тот же миг стал Лёвушка уменьшаться. И сделался таким маленьким, да таким легоньким, что по воде мог ходить не тонуть. Что делать? Решил мальчик найти Кузьку-Барбуську и колечко у него забрать.
   И вот отправился он в путь-дорогу. День идет, другой, смотрит впереди пруд раскинулся, а по нему Утка плавает. Пошел к ней Лёвушка прямо по воде. Дивится Утка - никогда не видела такого чуда.
   -Не знаешь ли ты Утка-Кряква где живет злой волшебник Кузька-Барбуська? - спросил мальчик.
   -Нет, - отвечает та, - не знаю, не ведаю.
   Сел Лёвушка на водяную лилию и приуныл. Сидит печалится. Видит пузыри со дня озера поднимаются.
   -Кто бы это мог быть? - удивился он.
   -Это лягушки в прятки играют, - сказала Утка, - может они что знают.
   Приплыли Лягушки-Зеленушки. На все озеро квакают, толкаются, смеются. Старшая Лягушка и говорит:
   -Живет у нас в озере Рак в серебряный панцирь одетый, а на клешнях синие перчатки носит. Может он что знает? Только Рак этот плавает у самого дна озера, в глубокой яме и сам подняться на верх не может.
   -Что же мне делать? - загрустил Лёвушка.
   -Так и быть, мы тебе поможем, - заквакали Лягушки и скрылись под водой.
   Лег мальчик на лист кувшинки и стал ждать. Час ждет, другой, а Лягушек все нет и нет и не заметил как уснул.
   -Лёвушка, Лёвушка, проснись, - услышал он сквозь сон.
   Открыл мальчик глаза и видит древнего Рака, в синих перчатках и серебряном панцире. Четыре Лягушки его по бокам держат, а две за хвост.
   -Кто меня звал, кому нужна моя помощь? - спросил Рак.
   Рассказал мальчик о своей беде.
   -Иди, - говорит Рак, - к железному замку, что на том берегу озера. Найди Мышку с изумрудными глазками, она знает где искать Кузьку-Барбуську и как забрать у него твое колечко.
   Побежал мальчик к железному замку, такому огромному, что за целый месяц не обойти. Стал искать мышиную норку. Искал, искал. Искал, искал. Из сил выбился, сел на камушек и загрустил. Вдруг видит прямо перед ним, в темноте, загорелись два ярких изумрудика. Пригляделся, а это Мышка.
   Бросился он к Мышке и хотел рассказать о своей беде, но она его остановила:
   -Знаю, знаю. Все знаю. Твое колечко медное проглотил Кузька-Барбуська. Прочитала я об этом в волшебной книге и давно тебя жду, дожидаюсь. Заходи в норку, поешь, попей, отдохни, а утром в путь отправимся. Я тоже пойду с тобой, помогать стану.
   На следующее утро разбудила Лёвушку Мышка и позвала в дорогу.
   Идут они лесами, идут они полями, через реки переплывают, канавы перелезают, пустыни и болота обходят. То на птице подлетят, то на звере подъедут, а конца пути все не видно. Но вот подошли они к горе высокой, горе крутой. Лежат на ней деревья вывороченные с корнем, а на самом верху смерч огненный бушует, разбрасывая искры и дымя в небо.
   -Вот здесь и живет злой волшебник Кузька-Барбуська, - сказала шепотом мышка.
   -А как же мы проберемся к нему в логово? Вон какой жар кругом, ближе не подойти - сгорим.
   Стала Мышка по полю бегать, травку разную грызть.
   -Что ты делаешь? - спросил Лёвушка.
   -Надо набрать зернышек Травки-Муравки и съесть по сто штук, чтобы в огне не сгореть.
   Стали они кустики травки заветной рвать, да в снопы вязать, а потом молотить и просеивать. Долго ли, мало ли трудились, только набрали не большую кучку зернышек. Посчитали - как раз двести штук, каждому ровно по сто приходится.
   Полезли Лёвушка и Мышка на гору. На самую кручу забрались и хотели уже спускаться под землю, да на мальчике рубашка загорелась.
   -Подожди, - говорит Мышка, - видно мало мы зернышек Травки-Муравки съели. Слезай вниз.
   Начали опять траву собирать, просеивать и зернышки в кучку складывать.
   -Теперь давай два раза по сто съедим, - предложила Мышка.
   Так и сделали. Съели и водой ключевой запили. Отдохнули не много и снова полезли в логово к Кузьке-Барбуське. Опустились в подземелье, что на вершине горы было, видят лежит на дне огромной ямы злой волшебник и спит. Да так храпит, что земля ходуном ходит. Из носа огонь с дымом валят, из ушей кипяток льется.
   -Надо к нему в нос залезть, а потом в живот опуститься, - говорит мышка. - Там колечко попробуем отыскать. Ох, и не легко это будет сделать.
   Ухватился Лёвушка за усы Кузьки-Барбуськи и взобрался на подбородок. Потом подал руку Мышке. Подползли они к носу. Тут у Лёвушке шапка на голове загорелась.
   -Эх, опять зернышек мало съели! Силы у них не хватило, - опечалилась Мышка.
   Снова опустились Лёвушка и Мышка на землю, снова стали трудиться не покладая рук. А когда съели три раза по сто зернышек Травки-Муравки отправились к Кузьке-Барбуське.
   Заглянул Лёвушка в живот к злому волшебнику, а там чего только нет: и избы крестьянские и мосты деревянные и камни большие и камни маленькие и людской скарб разный.
   -Как же мы найдем здесь мое колечко? - спросил мальчик.
   -Найдем как-нибудь, - ободрила его Мышка. - Затем и пришли сюда. Ты начинай искать с левой стороны, а я с правой, а вон у той засохшей яблони встретимся.
   Так и сделали. Разбрелись по разным сторонам. Ищет Лёвушка колечко, во все углы заглядывает. Большие камни кругом обходит, маленькие переворачивает. На большие деревья забирается, под маленькие кусты подлезает. Уж из сил стал выбиваться, но нигде нет колечка, колечка медного с изумрудным камушком. Вот и яблоня засохшая показалась. А под ней Мышка сидит мальчика дожидается.
   -Ну что нашел? - спросила она.
   -Нет, - покачал головой Лёвушка.
   -А внимательно ли ты искал, во все ли щели заглядывал?
   -Во все, милая Мышка, я стороны поглядывал, во все щели заглядывал, кроме одной. Я туда опуститься не мог. Уж больно она глубокая.
   -Так пойдем скорее туда, наверное там колечко и лежит, нас дожидается, больше ему негде быть.
   Ухватился мальчик за веревку и спустился в щель-трещину, что в огромной глыбе была. А там и в правду колечко лежит медное. Хотел он уже его взять, да услышал сверху голос Мышки:
   -Осторожно Лёвушка! Не вздумай колечко в руки брать, а то враз большим станешь и не сможешь из узкой трещины вылезти. Ты его одень на полочку и поднимайся на верх.
   Так и сделал Лёвушка: одел колечко на палочку и поднялся к Мышке. А она его ждет, не дождется. От радости на месте устоять не может, все приплясывает. Обнялись они и скорее бежать из царства злого волшебника. Бежали, бежали и прибежали на ту самую полянку где Травку.Муравку собирали.
   -Ну Лёвушка, прощай, - промолвила Мышка, - мне домой пора. Да и тебя наверное заждались.
   Сказала и исчезла в траве. Одел Лёвушка колечко медное с изумрудным камушком на безымянный палец и стал большим как прежде и легким как перышко. И скорее полетел домой - быстрее ветра, быстрее птицы.
  
   С Н Е Г
   Один старый Индюк никогда не видел снега. Он жил в теплых краях где круглый год было лето. А ему так хотелось, хоть одним глазком, посмотреть на снег. Бродяга Ворон, что гостил на чердаке каждый год, рассказывал будто он холодный и мягкий и если его поклевать, может заболеть горло. А еще говорил Ворон, снег белый при белый, аж глаза режет.
   Что ты мучаешься? - спросила как-то Индюка Курица. - Взял бы да и слетал в те места, сам во всем убедился.
   -Легко сказать, да трудно сделать, - проворчал Индюк . - В моем то возрасте покидать ферму? Нет, видно так и не придется снега увидеть.
   -А ты напиши в Антарктиду, - предложила Утка, - и попроси, чтобы тебе сюда прислали.
   Подумал Индюк и написал письмо.
   В Антарктиде в это время была зима. Бушевали метель и вьюга. Мороз стоял такой, что от него нигде нельзя было спрятаться. Бедные пингвины, прижавшись друг к другу, сидели под скалой и с тоской смотрели на небо - ждали, когда же наступит весна.
   Однажды Тюлень принес им письмо с севера.
   -Прочитай что там написано, - попросил пингвинёнка Лакомку вожак.
   Лакомка ходил в школу и умел читать.
   -Здравствуйте жители Антарктиды, - начал читать Лакомка. - Очень прошу вас, пришлите мне на ферму не много снега. Я его никогда не видел. Индюк.
   -Вот бедняга, - на все голоса начали жалеть Индюка пингвины, - снега не видел!
   -Надо выполнить просьбу, - решил вожак. - Только с кем снег на ферму отправить?
   -Со мной, - вызвался Лакомка. - Я давно хотел посмотреть дальние страны.
   -Пусть идет, - решила птичья стая, - все равно больше некому, он один грамотный.
   Завязал пингвинёнок в тряпочку свежего снега, взял две рыбки, чтобы не умереть с голоду и пошел к морю. Выбрал самую большую и толстую льдину и поплыл на север.
   Целый месяц трепал льдину океан: заливал соленой водой, бросал вниз с крутых волн, откалывал здоровенные куски и даже переворачивал. Но Лакомка крепко держался за скользкую поверхность и с честью выдержал испытание. На тридцать первый день путешествия, льдина пристала к скалистому острову, на котором жило много птиц.
   -Вы случайно не подскажите мне дорогу на ферму, где живет Индюк? - спросил пингвинёнок носастую Чайку.
   -Мне известна одна ферма, но она находится далеко отсюда. За жаркой пустыней. Может ты ее ищешь?
   -Не знаю, может и ее, - признался Лакомка. - А как туда попасть?
   -Завтра в те края пойдет Верблюд и если ты поторопишься и отправишься прямо сейчас, то как раз успеешь. Не мешкай, лети на большую землю, к высоким холмам.
   -Но я не умею летать, - сказал Лакомка.
   -Как, - удивилась Чайка, - разве ты не птица?
   -Птица, но летать не умею.
   -Что же мне с тобой делать? - Чайка задумалась.
   -Зато я хорошо ныряю и плаваю, - напомнил о себе пингвинёнок.
   Чайка посмотрела по сторонам, словно разыскивая кого-то.
   -Вечно этого Альбатроса нет на месте. Ладно, - махнула она крылом, - садись на меня, я сама отнесу тебя к Верблюду.
   Так Лакомка первый раз в жизни оказался в воздухе.
   -Какая же ты счастливая, что умеешь летать, - позавидовал он Чайке.
   -А мне все время хотелось научиться плавать под водой, как это делаете вы, пингвины, - сказала Чайка. - Там наверное очень интересно, не то что здесь, на верху.
   Утром птицы опустились возле огромного двугорбого животного. Это был Верблюд.
   -Хорошо, - согласился он, - я возьму с собой пингвинёнка. Только пусть знает, дорога будет не легкой.
   Лакомка попрощался с Чайкой и, взобравшись на Верблюда, отправился на поиски Индюка.
   В пустыне стояла не выносимая жара. Повсюду желтели горы раскаленного песка: ни деревца, ни кустика, ни колючки - только один песок.
   Лакомка спрятался под узорчатым покрывалом, там было не много прохладнее и легче дышалось.
   -Откуда ты знаешь в какой стороне ферма? - высунув клюв наружу спросил пингвинёнок.
   -Все очень просто, - засмеялся Верблюд. - Пустыня мой дом, я могу идти по ней даже с закрытыми глазами и никогда не заблужусь.
   Через несколько дней впереди показались холмы покрытые травой и редкими деревьями.
   -Тут мы должны проститься, - остановился Верблюд. - Тебе нужно идти вон к тому домику, с красной крышей, а я отправлюсь дальше.
   У ворот фермы пингвинёнок встретил Утку.
   -Не здесь ли живет Индюк, написавший письмо в Антарктиду? - спросил Лакомка.
   -Здесь, здесь! - радостно закрякала Утка и бросилась под навес.
   Через минуту пингвинёнка окружили местные жители. Даже бородатый Козел вышел посмотреть на заморского гостя.
   Наконец появился и сам Индюк, с большим красным носом и сломанных очках.
   -Прошу ко мне, - волнуясь произнес он и повел Лакомку на второй этаж птичника, где у него было гнездо из соломы.
   -Вы привезли мне то, что я просил? - затаив дыхание спросил Индюк.
   -Да, - кивнул Лакомка, - и протянул сморщенную, серую тряпочку.
   -Но здесь ничего нет, - расстроился Индюк.
   -Этого не может быть, - сказал пингвинёнок. - Я сам положил туда снег.
   Лакомка взял тряпку и сильно сжал. На солому упало несколько капель грязной воды.
   -Ага, вот! - закричал Индюк и подставил крылья. - Это наверное и есть снег?
   -Да, - кивнул пингвинёнок. - Вернее все, что от него осталось...
   Когда Индюк вышел во двор он выглядел счастливым. Глаза его блестели, а походка сделалась еще более величественной.
   -Ну как, - спросила подбежавшая Утка, - видел снег?
   -Да, - важно произнес Индюк, - видел.
   -Какой он? - загалдели все вокруг.
   -Мокрый... И уж ни как не белый и не холодный, как рассказывал Ворон.
  
  
  
  

М А Л Е Н Ь К И Й Б Е Г Е М О Т И К П О П Р О З В И Щ У

В Е Л О С И П Е Д

   У маленького симпатичного бегемотика было прозвище. Все звали его "велосипед". А получил он его за то, что очень любил изображать езду на велосипеде. Расставит ноги, вытянет губы и "поехал": лапами, как педалями крутит, губами трещит, глаза горят - велосипед да и только. Бывало встретит кого в лесу и сразу спросит:
   -Хочешь прокатиться на велосипеде?
   Но все почему-то отказывались и торопились уйти прочь.
   Вот и сегодня, позавтракав и пообещав маме что не будет убегать, ой простите, "уезжать" далеко от дома, бегемотик помчался к озеру.
   Пробегая мимо поваленного дерева он заметил зайчонка, который напрасно пытался спрятаться под листом лопуха.
   -Хочешь прокатиться на велосипеде? - не сбавляя скорости закричал бегемотик кружа вокруг испуганного зверька.
   -Нет спасибо добрый бегемотик, - с дрожью в голосе произнес зайчонок, пытаясь забраться под корягу, - не хочу. Мне пора в школу. Еще вчера должен был прийти, да вот задержался.
   Но от бегемотика невозможно было уйти не покатавшись.
   -А давай ты поедешь в школу на велосипеде, - радостно предложил он.
   У зайчонка глаза стали еще больше и сошлись возле носа.
   -Ну, чего ты? -продолжая бегать вокруг зайчонка спросил бегемотик. - Это же такое удовольствие, с ветерком прокатиться на велосипеде! Многие об этом только мечтают.
   -Я не мечтаю...
   -Это потому, что ты не разу не пробовал.
   -Я не пробовал, зато медвежонок пробовал.
   -Да твой медвежонок ездить не умеет.
   -А ежик?
   -И ежик тоже.
   -А волчонок, а ...
   -Да что ты все о тех, кто ездить не умеет, - перебил его бегемотик. - Пусть они пешком ходят.
   -Ура! - закричал зайчонок. - Я тоже не умею. Какая жалость.
   -Не скромничай. Вон как уши трясутся, небось хочешь, а признаться стесняешься.
   -А у тебя какой велосипед, взрослый или детский?
   -Взрослый конечно, - с гордостью произнес бегемотик.
   -Жаль, - зайчонок облегченно улыбнулся, - мне мама не разрешает на взрослых велосипедах ездить.
   -Ха! - стукнул себя лапой бегемотик, - А он у меня легко переделывается в детский. Смотри, - бегемотик присел на корточки. - Чик-чик-чик. Видишь, получился детский велосипед? Самый детский велосипед в нашем лесу.
   -Вижу. А он у тебя двухколесный или трехколесный? - не теряя надежды спросил зайчонок.
   -Трехколесный конечно.
   -Какая жалость, - преобразился зайчонок, - я совсем уже хотел прокатиться, но на трехколесном не интересно. Прощай.
   -Подожди, подожди, - бегемотик снял шляпу и повесил на ветку. - Чик-чик-чик, - мы избавимся от лишнего колеса.
   Зайчок раскрыл рот и задумался о чем бы еще спросить. Бегемотик довольный собой весело крутился на одной ножке:
   -Последняя модель. Двухколесная. Только у меня одного. Везде трехколесные. Тебе здорово повезло. Ну, садись скорее, разрешаю как другу.
   -Разве я стал твоим другом? - удивился зайчонок.
   -Конечно! Для меня все друзья, кто любит ездить на велосипеде, - и он положил свою лапу на заячье плечико.
   -Ну тогда ладно, - согласился зайчонок, - для друга я готов на все. Даже покататься на велосипеде.
   -Ура-а!
   Зайчонок со страхом сел на бегемотика.
   -Сел?
   -Се-се-сел, - прошептал он.
   -Тогда крепче держись за руль.
   -А где руль? - зайчонок посмотрел по сторонам.
   -Да вот же, - бегемотик пошевелил ушами, - смотри какой удобный: если потянешь за левое - поедем на право, если за правое - на лево.
   -А-а-а, зачем так не понятно? - выкатил глаза зайчонок, пытаясь запомнить за что тянуть и куда ехать.
   -Это чтоб запутаннее и интереснее было.
   -А если затормозить нужно будет? - зайчонок попытался слезть на землю. - Я буду тормозить. Сразу же и начну пожалуй...
   -На нос дави, - весело закричал бегемотик, - я и остановлюсь.
   Зайчонок посмотрел на нос. Нос у бегемотика был далеко впереди, на самом конце улыбающейся рожицы.
   -Поехали! - бегемотик затрещал губами, развел лапы и рванулся вперед.
   Перед глазами у зайчонка замелькали елки, палки, березы и кусты и "велосипедисты", со всего маха, "въехали" в орешник. Когда они наконец выбрались на опушку на голове у зайчонка сидела растерянная ворона. Она громко каркала и крутила головой в разные стороны. Потом пронзительно закричав: "Хулиган!" с такой силой долбанула наездника в лоб, что со спины у зайчонка слетели листья и ветки орешника. Зайчонок вытянул лапы вперед и как тряпка повис высоко на ветке.
   К нему подбежал бегемотик и перестав трещать удивленно спросил:
   -Друг мой, куда ты рулишь? Чуть птичку не задавил. Вон она раненная сидит, - бегемотик показал наверх.
   Зайчонок посмотрел на макушку березы. Там сидела взъерошенная ворона. Увидев зайчонка она опять пронзительно закричала: "Хулиган!" и покрутила крылом у виска.
   -С меня довольно, - зайчонок замотал лапами, - сними меня отсюда.
   -Да что с тобой, неужели ты испугался? - удивился бегемотик. - Мы ведь еще до школы не доехали.
   -И ладно.
   -Нет ты все-таки испугался, - сощурился бегемотик.
   -Нет не испугался. Просто я передумал, в школу я завтра пойду, а сейчас мне нужно к тете. Моей семиюродной тете, она живет за озером.
   -За озеро, так за озеро, - с готовностью согласился бегемотик, - садись на велосипед и поехали.
   -Нет, нет, - возразил зайчонок, - пожалуй до школы ближе. Поедем лучше туда, - зайчонок разжал лапы и шлепнулся на широкую спину нового друга, - только не быстро.
   Бегемотик кивнул и сделал несколько медленных шагов по опушке леса. Потом отчаянно затрещав рванул в сторону. Зайчонок из последних сил ухватился за уши "велосипеда" и закрыл глаза, а бегемотик не разбирая дороги помчался к школе.
   Школа была сразу за глубоким оврагом, по дну которого протекал грязный ручей. Идя в школу, звери сворачивали к мостику и переходили через овраг по нему. Но разве нужен какой-то мостик велосипедистам?
   Бегемотик минуя переход помчался прямо к оврагу.
   -Сто-о-й, - жалобно застонал зайчонок.
   Но бегемотик его не слышал. Он с силой оттолкнулся о край обрыва и попытался перепрыгнуть на другую сторону. Конечно из этого ничего не вышло и друзья с шумом шлепнулись в мутную воду.
   Изрядно перемазавшись и вымокнув до нитки, "велосипедисты" с трудом выбрались на берег.
   -Моему велосипеду никакие препятствия нипочем, - сообщил бегемотик, выпуская изо рта струйку воды.
   -Вижу, - согласился зайчонок. - Может быть я уже приехал и мне можно слезть на землю?
   Друзья стояли на пороге школы.
   -А вот и школа! - радостно закричал бегемотик и сделав несколько неуклюжих шагов, запнулся о ступеньку. Перевернувшись три раза через головы, звери вкатились в класс и растянулись у стола учителя.
   Бегемотик проворно вскочил и спрятался за дверью, а зайчонок остался стоять у доски, опустив голову.
   -Ну вот и зайчонок пришел, - произнес Скворец-учитель, - Теперь кажется все в классе?
   -Не пришел, а приехал на велосипеде, - поправил Скворца зайчонок и сел за парту.
  

М У Х А

   Жила себе муха, звали ее Жужжалка. Кафтан на ней был зеленый, атласный, лапки бархатные, крылышки прозрачные, глазки радужные. Красивая муха. Дом ее находился на кухне, за старой картиной.
   Целыми днями муха летала, жужжала, из угла в угол скакала, или прыгала с тарелки на тарелку, перебегала с творога на масло, с мяса на рыбу, с хлеба на яйцо. Как заводная, даже отдыхать не отдыхала.
   -Жу-жу! Жу-жу! Жу-жу-жу!
   За обедом я лечу.
   Что сварили - проглочу!
   Жу-жу! Жу-жу! Жу-жу-жу!
   -И чего ты все носишься? - спрашивал ее комар. - Села бы отдохнула.
   Комар с лета стоял на квартире у повара и вылетал из-под дивана, где иногда спал хозяин, не часто. Сразу завтракать, обедать и ужинать. Остальное время он дремал или трубил в серебряную дудку:
   -Хрипит, пищит моя труба!
   Я буду дуть в нее с утра.
   Всех раздражать. И знаю -
   Ты уснешь, я тебя покусаю!
   Надо сказать, повар комара терпеть не мог. К слову, он и муху не жаловал. Но уж комара невзлюбил, так невзлюбил! Проходу не давал. Бывало всю ночь гоняет, поесть бедняге не дает.
   Доставалось и мухе, если та попадала под горячую руку. Ну а вообще, жизнь на кухне муху устраивала. Повар был толстым и не поворотливым, все у него лилось, сыпалось и валилось из рук. Поэтому пол на кухне всегда был скользким и липким. Чтобы не прилипнуть, муха никогда не опускалась вниз. Хотя там пахло очень аппетитно, особенно у мусорного ведра. В ведро муха принципиально не залетала. С тех пор как выбралась в "люди", то есть поселилась на кухне, она питалась исключительно на столе.
   Бродячие мухи, которые жили на улице сильно завидовали ей. Они ползали по стеклу и, перебивая друг друга, кричали:
   -Смотрите, смотрите, по мясу ползет и крылом не ведет!
   -О! А теперь на торт с кремом перебралась. Эх, нам бы туда попасть, - мечтали уличные мухи.
   А муха старалась, изо всех сил, показать себя. То взовьется к самому потолку и со всего маха - бултых в сметану: поплавает там маленько, а потом на стол. Побегает по нему и след жирный на скатерти оставит. То сядет на край вазочки, лапки в варенье опустит и болтает ими весело посвистывая.
   Но это все когда повара не было на кухне. С ним же одно наказание - особенно не разгуляешься. Только бывало, увидит муха блюдо какое новое, сейчас к нему. Сядет и давай передними лапками быстро тереть приговаривая: "Сейчас съем! Сейчас съем! Все съем! Съем! Съем!"
   Повар тут, как тут с тряпкой и ну махать ею и ну крутить в разные стороны. Просто беда! Приходится мухе прятаться куда-нибудь. Или в шкаф с посудой или под диван к комару.
   -Что, опять гоняет? - сочувственно спрашивает тот. - Вот злодей! Как будто сам все съест. Ведь уносит куда-то. Небось, поварихе с поварятами.
   -Такого не переделаешь, - соглашалась муха. - Сразу видно - жадина.
   -Гляди, гляди: гуся из духовки вытащил, - пропищал комар.
   Ж-ж-ж! - не выдержала муха и сорвалась с места.
   Сделав несколько кругов по кухне она стремглав бросилась к гусю. Села на тарелку и давай передними лапками быстро тереть приговаривая:
   -Сейчас съем! Сейчас съем! Все съем! Съем! Съем!
   Повар занервничал. Завертел головой и размахивая тряпкой бросился ловить муху. Та мастерски снялась со своего места, увернулась на лету от тряпки и сделав обманное движение скрылась из виду. Потом нарочно пролетела возле самого поваринного носа, задев его крылом и вернулась к комару.
   -Видел каков жмот? Ну я ему покажу - на усы сяду когда уснет!
   Комар согласно кивал головой, постукивая серебряной дудкой о голенище сапога.
   На кухню приоткрылась дверь и в щель просунулась кошачья морда. Понюхав воздух и решив, что сюда стоит зайти, кот затрусил к печке. Увидев его, еще одна жительница кухни, серая мышка не торопливо стала собирать свои узелки.
   Кот подбежал к повару и на своем кошачьем языке, голосом умирающего, начал канючить:
   -Дай что-нибудь поесть, жа-а-а-дина.., - и стал тереться о ногу, продолжая попрошайничать.
   Мышка собрала хлебные корочки в мешочек и напевая песенку побежала к норке:
   -Пики-таки, пики-таки!
   Ох, мне эти забияки.
   И чего жужжать, пищать,
   Бедняге повару мешать?
   Лучше тихо и спокойно,
   Мешочки снедью набивать.
   Повар нагнулся и погладил кота по голове:
   -Проголодался Мурзик?
   -Жа-а-а-дина...
   -Ну сейчас, сейчас, - и отрезав здоровенный кусок рыбы бросил ее на пол.
   Кот подошел к угощению и брезгливо понюхал:
   -Опять рыба, жа-а-а-дина...
   Потом не много подумал и схватив кусок зубами выбежал из кухни.
   На следующий день повару нужно было рано вставать и он решил переночевать на кухне. Комар только этого и ждал. Поправил сапоги, побарабанил пальцами по серебряной дудке и вылетел из укрытия:
   -Хрипит, пищит моя труба!
   Я буду дуть в нее с утра.
   Всех раздражать. И знаю -
   Ты уснешь, я тебя покусаю.
   Сел на толстую шею спящего повара и больно укусил.
   Что тут началось!
   Повар вскочил и, схватив полотенце, стал гоняться за комаром. Да с таким усердием, что бедняга даже растерялся. Собрав все свои комариные силы он вылетел в коридор и уселся на ботинок.
   -Ну и жадина, - пропищал комар, - разок и то не дает укусить. С таким каши не сваришь, живи один, а я поищу другое место.
   И вылетел вон.
   Просидев ночь за картиной, утром муха вылезла наружу. "Сегодня повар злой, как никогда, - подумала она. - Вон, беднягу комара из дома выгнал. Надо бы с ним поосторожнее." Но поползав не много по стене она заметила банку с сельдью и забыв об опасности бросилась к столу:
   -Жу-жу! Жу-Жу! Жу-жу-жу!
   За обедом я лечу.
   Что сварили - проглочу!
   Жу-жу! Жу-жу! Жу-жу-жу!
   На этот раз повар даже не дал мухе сесть на банку. Взмахнул тряпкой и отбросил ее под стол. Бедняга упала на спину и притворилась мертвой. Повар нагнулся, взял ее двумя пальцами и открыв форточку выкинул на улицу.
   Услышав шум на кухне, из норки выглянула мышка и сладко зевнула.
   -Пики-таки, пики-таки!
   Ох, мне эти забияки.
   И чего жужжать, пищать,
   Бедняге повару мешать?
   Лучше тихо и спокойно,
   Мешочки снедью набивать.
   Пропищав песенку она направилась к кладовке, из которой приятно пахло сыром, крупой, сахаром и сухарями. Протиснувшись в узкую щель мышка увидела, что там уже сидит кот Мурзик и лакает сметану из большущей крынки. Пожелав друг другу "Доброго утра!" каждый занялся своим делом: котик перебрался к сливкам, а мышка начала есть сыр.
  

М Ы Ш К А И М И Ш К А

   Пошли Мышка и Мишка по лесу гулять. Просто так, от нечего делать. Идут, за руки взялись, песни поют, птичек слушают.
   -Ты знаешь, кто у тебя лучший друг? - спросила Мышка.
   -Не-а, - признался Мишка.
   -Я конечно! - ткнула себя пальцем Мышка.
   -Дай пять! - обрадовался Мишка.
   И звери крепко пожали друг другу лапы.
   Счастливые они подошли к большому дереву, внутри которого виднелось дупло. Оттуда, то и дело, выскакивали пчелы и жужжа улетали в сторону поляны с цветами. Сверху вкусно пахло воском и медом.
   -А ты знаешь, кто у тебя лучший друг? - сощурился Мишка.
   -Не-а, - ответила Мышка.
   -Я конечно! - заулыбался Мишка.
   -Дай пять! - обрадовалась Мышка.
   И друзья снова пожали друг другу лапы.
   -А давай ты залезешь на дерево и достанешь нам меду, - предложила Мышка.
   -Ох, какая хитренькая. Я залезу, а меня укусят пчелы, - надул губы Мишка. - Лучше ты залезь.
   -Ох, какой хитренький, - удивилась Мышка, - тогда меня укусят пчелы.
   Они уселись под дерево и глотая слюнки стали думать, как же раздобыть меду.
   К дуплу подлетела большущая пчела, держа ведерко с цветочным нектаром. Мышка встала и, не сводя с ведерка глаз, спросила:
   -Мы с тобой друзья?
   -Друзья! - с готовностью подтвердил Мишка.
   -Значит ни ты, ни я на дерево лезть не можем, а то нас закусают пчелы.
   -Точно.
   -Надо попросить кого-нибудь, кто с нами не дружит, - предложила Мышка.
   -Правильно, - обрадовался Мишка. - Давай Зайца, его не жалко. Он хитрый и с нами совсем не дружит.
   -Ага хитрый, - согласилась Мышка. - Ишь ушами как шевелит, небось опять задумал какую хитрость.
   На тропинке стоял Заяц и смотрел на друзей.
   -Я один раз яму вырыл и воды туда налил, - с обидой в голосе стал рассказывать Мишка. - А потом и говорю Зайцу: "Встань сюда, здесь не глубоко". Так он не встал! У-у, хитрющий Зайчище. Все встали, а он не встал. Баран встал - по самую шейку провалился, - прыснул Мишка. - Вот смеху то было!
   -Жалко я не видела, вместе бы посмеялись.
   Мышка сделала несколько шагов на встречу Зайцу и поманила его пальцем:
   -Иди-ка сюда косой, дело есть.
   -Это вы мне, - поправил очки Заяц.
   -Тебе, тебе, - кивнул головой Мишка.
   Заяц нехотя подошел к дереву.
   -Мы тебя очень любим Заяц, - начала Мышка, - ты такой смелый...
   -И хитрый...
   -Не мешай! - потребовала Мышка. - Ты должен залезть на дерево и достать нам меду.
   -Мы потом и тебя угостим. Честное слово, - пообещал Мишка.
   Мышка и Мишка обступили Зайца с двух сторон и стали его уговаривать.
   Но косой не очень то хотел лезть наверх:
   -А если меня укусят пчелы и я упаду с дерева?
   -Не бойся, это совсем не больно, - успокоил Мишка.
   -А если пчелы спрячут от меня мед?
   -А ты их бац, бац! Хватай мед и вниз! - продолжал учить Мишка.
   -Я так не смогу, - закачал головой Заяц.
   Но друзья не слушая косого, стали подсаживать беднягу на дерево.
   Заяц совсем не умел лазать и его лапы то и дело соскальзывали с коры и он как тряпка падал на Мышку и Мишку.
   -Какой то хилый Заяц попался, - прошептала Мышка.
   -Ага, - согласно кивнул Мишка, - хилый и хитрый.
   Наконец Зайцу удалось ухватиться за нижнюю ветку и он с трудом подтянулся.
   -Ну, кажется полез, - вытирая со лба пот, сказал Мишка. Он покачал головой и, цокая языком, добавил:
   -Вот они ему дадут сейчас.
   -Хорошо, что у него короткие штанишки, - заметила Мышка. - Сильнее покусают.
   И Мышка и Мишка весело рассмеялись.
   Тем временем Заяц скрылся в березовой листве. Оттуда донеслось сердитое жужжание и посыпались ветки и кора. Мышка и Мишка бросились бежать и спрятались за валежником.
   Время шло, а Зайца все не было.
   Наконец показались заячьи лапы, а потом и он сам.
   -Смотри живой, - удивилась Мышка.
   -А чего с ним сделается, с таким хитрым.
   Заяц спрыгнул на траву, держа большое ведерко с медом. Мышка и мишка тотчас оказались рядом.
   -У-у, пчелок обманул, - пробурчал Мишка. - Я же говорил хитрющий!
   Друзья вцепились в ведерко и вырывая друг у друга стали быстро есть мед.
   -Вы почему так торопитесь? - удивился Заяц.
   Но Мышка и Мишка его не слышали. Каждый старался съесть побольше.
   Покончив с медом они отбросили ведерко в кусты и уставились на Зайца.
   -В следующий раз мы и тебя угостим, - сказал Мишка облизываясь.
   -Точно угостим, - подтвердила Мышка. - С нами не пропадешь, мы такие друзья, водой не разольешь!
   -А ты как пчел обманул? - спросил Мишка.
   -Да не обманывал я пчел, - обиделся Заяц. - Просто попросил и они дали.
   -Врешь! - не поверила Мышка.
   Заяц не стал спорить, повернулся и пошел своей дорогой.
   -Конечно врет, - пробурчал вслед Мишка. - У-у, хитрый Зайчище, - и положив лапу на мышиное плечо сладко зевнул.
   Друзья вышли на тропинку и отправились домой. Настроение у них было замечательное.
  

А Л Ё Ш А

   Это было давно, далеко на северном острове. Каждую весну, проходил там веселый праздник. Мальчики, в назначенный день, по последнему снегу съезжали с высокой горы и по обычаю своего народа, становились взрослыми.
   В том году, многие молодые люди готовились проверить себя. Не сидели сложа руки и родные братья - Алёша и Степан. А забот хватало: нужно было найти подходящее дерево, смастерить лыжи, смазать жиром и сшить крепления.
   У Алёши дела шли не слишком хорошо. Может от того что спешил, а может уменья еще было маловато или дерево не удачно выбрал, только не получалась у него правая лыжа.
   Зато у Степана лыжи давно готовы были. Он даже успел на них прокатиться, чтобы все видели какой он молодец.
   Жила вместе с братьями сестра, звали ее Марфой. Красавица, каких поискать. И надо же такому случиться, за день до праздника, она заболела.
   -Сходи, - просит Алёша Степана, - в соседнюю деревню на лыжах, за мхом чудодейственным.
   -Нет, - отвечает брат, - вдруг не успею вернуться и праздник без меня пройдет и останусь, еще на целый год, маленьким.
   -Тогда дай свои лыжи, я сам схожу, - предложил Алёша.
   -Не могу, - говорит Степан. - Ты их поломать можешь, на чем тогда с горы съезжать буду?
   -Хорошо, - говорит Алёша, - я пойду пешком, но сестру любимую в беде не оставлю.
   -Только ты поспеши, родной братец, уж больно близок день назначенный.
   Ушел Алёша, а больная Марфа ждать осталась. Лежит, печалится, ко всякому шороху прислушивается: не идет ли ее брат младший, не несет ли мох чудодейственный.
   Через несколько дней наступил праздник. Но Алёша к нему не вернулся.
   -Из-за тебя сестрица не станет он взрослым, - попрекает ее Степан. - Нашла время когда болеть, не могла подождать до конца праздника!
   А солнце светит, припекает, того и гляди весь снег растает. Вот уже и последний мальчик с горы съехал и проталины на склоне появились, а Алёши все нет и нет.
   И лишь когда солнце склонилось к закату и жители острова стали расходиться по домам, показался Алёша.
   Бежал он к сестре любимой, держа в руках мешочек с лекарством.
   Как только пригубила Марфа мох чудодейственный, так сразу и выздоровела. Выскочила она на улицу и пока не спряталось солнце за горизонтом, стала отрезать свои красивые волосы и укладывать на лыжню, закрывая те места, где снег растаял.
   Взобрался Алёша на гору и под восхищенные возгласы соплеменников, на одной левой лыже съехал вниз, не упав и ни разу не коснувшись земли.
   Успел! Перед самым закатом успел - и стал взрослым!
   Хотя люди говорили, что Алёша давно, за долго до праздника, уже был взрослым.
  

В А Р Е Н Ь Е И З З Е М Л Я Н И К И

   Купила девочка у одной старушки семена цветов. Пришла домой, взрыхлила землю на клумбе и посадила, а перед тем как уйти, хорошенько полила.
   На следующий день, проснулась она от того, что плачет, а почему понять не может. Смотрит, сидят на кроватках сестры и братья и тоже плачут.
   Вышли дети во двор, а перед домом цветы не виданные выросли. Как раз там, где вчера семена были посажены. Стоят себе с чёрными, пречёрными лепестками, на желтых тычинках маленькие глазки с синими ресничками, а вместо пестиков змеиные язычки трясутся. Над ними туман сиреневый висит и запах такой, будто сразу тысячу головок лука чистят.
   Чем ближе дети к цветам подходили, тем сильнее из глаз слезы текли. А на том месте, куда капали, на земле новые цветы вырастали.
   "Вот так цветы, - подумала девочка". Догадалась она, что не простые семена были, а волшебные и что дала их ей не добрая старушка, а злая колдунья. О ней люди давно говорили, знали - ходит по их местам и творит всякие гадости.
   Кинулась девочка к клумбе и стала цветы рвать и в разные стороны разбрасывать. Да не тут то было. Лишь только она вырывала какой, тотчас превращался он в змею ядовитую и укусить норовил.
   А цветов все больше становилось.
   К полудню ими уже весь двор зарос. Бросились дети из дома, а слезы из глаз так и капают.
   И потянулась за ними следом дорожка из цветов черных. Куда не бегут, а убежать все не могут. Проходят мимо люди и тоже плакать начинают, а где заплакали, там цветок вырос. Постояли - полянка. Одна, другая, третья.
   Скоро весь город зарос цветами черными.
   Сидят горожане по своим домам, на улицу носа не показывают, сидят да плачут. Никто на работу не ходит - никто хлеба не печет, никто сапог, платья не шьет. Кругом запустенье и разруха.
   И решила тогда девочка город спасать. Раз она эти цветы посадила, стало быть ей и ответ держать.
   Попрощалась она с отцом, матерью, с сестрами и братьями дорогими и отправилась к болоту топкому, где жила одна бабушка. Бабушка эта людей лечила, от дурного глаза, да от порчи спасала. Может она, что посоветует.
   Три дня и три ночи шла девочка. Нигде не останавливалась, нигде не присела. Шла и плакала, а за ней следом цветы черные вырастали. Наконец, пришла она к болоту, разыскала избушку не приметную и вошла в нее. Только зря видно торопилась - никого она в ней не встретила, не застала.
   Опечалилась девочка и уже уходить собралась. Вдруг слышит кто-то к ней обращается:
   -Подожди, уйти всегда успеешь. Присядь, отдохни с дороги.
   Посмотрела гостья по сторонам, но избушка была пустой. Только в углу, вроде кочерга шевелится. Пригляделась и впрямь она с ней разговаривает.
   -Не бойся девочка, - говорит кочерга, - меня бабушка оставила и наказала с тобой встретиться. Узнала она, что идешь к ней и чтоб не плакать от цветов черных, схоронилась на другом конце болота. Тебе же велела идти искать Царя-Землянику. Только он в беде помочь может, только он один секрет этих цветов знает. А еще велела сказать бабушка, что если увидит Царь-Земляника цветы черные или понюхает, тотчас окаменеет и не сможет тебе помочь.
   -А как же мне быть кочерга любезная? Ведь я иду и плачу, а следом цветы растут.
   -Вот тебе повязка заговоренная, завяжи ей глаза и ступай. Лишь коснется она глаз твоих, слезы и прекратятся. А чтобы идти в темноте легче было, возьми палку еловую. Только смотри, чтобы кукушку всегда в левое ухо слышно было. Лишь когда замолчит она, можешь повязку снять. Через год и придешь к месту нужному, горе двугорбой.
   Поблагодарила девочка кочергу, надела повязку заговоренную, взяла в руки еловую палку и пошла.
   Идет, спотыкается. Упадет, поднимется и снова идет, но повязку с глаз не снимает. Месяц прошел, другой, а кукушка знай себе кукует, да кукует. Уже первый башмак стоптался, а она все не замолкает. Обмотала девочка ногу, корой березовой и дальше отправилась. Потом и второй башмак совсем развалился. И только когда одежда вся износилась, наступила тишина.
   Сняла девочка повязку и увидела прекрасный дворец из сахара, а перед ним, в окружении ягод, сидел на троне сам Царь-Земляника.
   -Кто ты такая и как нашла к нам дорогу? - удивился Царь-Земляника.
   -Показала мне дорогу бабушка, что живет на болоте, а пришла я, просить, спасти город от цветов черных.
   -Хорошо, я скажу тебе как от них избавиться, но за это, обещай мне, что все его жители, никогда не будут варить варенье из земляники.
   -Обещаю вам ваше Величество, - поклялась девочка.
   -Смотри же, если хоть один человек не удержится, принесут в город вновь цветы черные, - и показал шкатулку с семенами, точь-в-точь такими же, что посадила девочка.
   Зашумели ягоды одобрительно.
   -Ну так вот, - продолжил Царь-Земляника, - пусть все жители города, ровно на семь дней завяжут глаза крапивой. И на это время прекратится плачь людской, и завянут за неделю все цветы черные, потому, что их обязательно поливать слезами надо.
   -Как же мы узнаем когда семь дней прошло, когда повязки снимать можно? - спросила девочка.
   -Вот, возьми этого сверчка-червячка, - протянул царь коробочку, - он будет трещать каждую ночь. Как закончит в седьмой раз песню - можете смело открывать глаза, цветы завяли.
   Попрощалась девочка с Царем-Земляникой и домой отправилась.
   Пришла и не узнала город родной, так он состарился, бурьяном и цветами черными зарос. По улицам только тощие собаки и кошки бегают, а в садах крысы хозяйничают. По крышам, вместо голубей, вороны и галки прыгают.
   Собрала она людей и рассказала куда ходила, о чем узнала. Обрадовались горожане, что смогут, наконец, избавиться от ненавистных цветов и принялись рвать крапиву.
   Когда все было готово, даже маленькие дети надели жгучие повязки на глаза и стали ждать.
   Через неделю, как учил Царь-Земляника, лишь только сверчок в седьмой раз проскрипел свою песню, люди со страхом открыли глаза.
   Цветов не было и в помине.
   Целый месяц жители города, праздновали счастливое избавление. Чего только не было на праздничных столах, каких только кушаний и напитков. Не было только одного - варенья из земляники.
  
  

В А Н И Н Ы Г Р И Б Ы

   Были у Вани дедушка и бабушка. И жили они в соседней деревне, за лесом. Раз собрался он их навестить: дров наколоть, да воды наносить. Взял короб большущий и пошел. По дороге, грибы, да ягоды собирает.
   Шагает Ваня, поет, а на встречу ему Медведь.
   -Стой мальчик. Что несешь?
   -Не скажу.
   -Говори, а не то я тебя съем!
   -А ты залезь в короб, да посмотри.
   Забрался Медведь в короб, а Ваня его крышкой и закрыл. "Вот гриб, так гриб, не хуже боровика будет", - подумал он и дальше пошел.
   -У меня есть дедушка,
   У меня есть бабушка.
   Я к ним в гости иду,
   Грибы, ягоды несу.
   Когда шел через лес -
   В короб Боровик залез!
   Идет, поет, а на встречу ему Волк.
   -Стой мальчик! Что несешь?
   -Не скажу.
   -Говори, а не то я тебя съем!
   -А ты залезь в короб, да посмотри.
   Забрался Волк в короб, а мальчик и его закрыл. "А этот не хуже подберезовика", - решил Ваня.
   -У меня есть дедушка,
   У меня есть бабушка.
   Я к ним в гости иду,
   Грибы, ягоды несу.
   Когда шел через лес -
   В короб Подберезовик залез!
   На встречу ему Лиса.
   -Стой мальчик, что несешь?
   -Не скажу.
   -Говори, а не то я тебя съем!
   -А ты залезь в короб, да посмотри.
   Забралась Лиса в короб. И ее Ваня тоже крышкой закрыл. "Ну а эта, не хуже подосиновика", - обрадовался мальчик.
   -У меня есть бабушка,
   У меня есть дедушка.
   Я к ним в гости иду,
   Грибы, ягоды несу.
   Когда шел через лес -
   В короб Подосиновик залез!
   Идет, а на встречу ему три разбойника.
   -Стой мальчик! Что несешь?
   -Грибы.
   -Какие грибы?
   -Боровик, Подберезовик и Подосиновик.
   -Давай их сюда, мы грибы любим! - закричал разбойничий атаман.
   Схватили они короб и расталкивая друг друга полезли в него.
   Испугались звери, подумали, что пришел их последний час. И как хватит Медведь одного разбойника по уху, Волк завыл и укусил другого за бороду, а Лиса вцепилась в чуб одноглазого атамана.
   Насилу вырвались разбойники из звериных лап. Убежали только их и видели, а Медведь, Волк и Лиса припустили в другую сторону.
   А Ваня поднял короб и зашагал к дедушке с бабушкой, чтобы им дров наколоть и воды наносить. Идет, поет, грибы, да ягоды собирает.
  
  

Б У Р Д А Л А Й

   Жили-были на свете три брата - Ерёма, Федор и Кирилл. Старшие охотились на лесного зверя, а младший, Ерёма, сидел дома.
   Вот собрались, поздней осенью Кирилл и Федор на охоту и говорят:
   -Уезжаем мы далеко, на всю зиму. Будь в избушке за хозяина, да смотри огонь береги. Не оставляй его без присмотра, чтоб лесной колдун Бурдалай не похитил.
   Уехали братья, а Бурдалай тут как тут. Ходит под окнами, руки от радости потирает. "Ну, - думает, - этот мальчишка, обязательно не уследит и огонь маленьким станет. Тут я его и украду!"
   Но Ерёма хорошо помнил наказ Федора и Кирилла и исправно подкладывал в очаг дрова, чтобы огонь не ослаб и не потерял своей силы.
   Злится Бурдалай, да ничего поделать не может - с большим, ярким пламенем ему не справиться.
   Но вот однажды, в конце зимы, поленился Ерёма встать среди ночи и покормить огонь и начал тот гаснуть. Обрадовался лесной колдун, уселся возле трубы на крыше и стал ждать. И как только оранжевые язычки пламени сделались не больше снегиря, ухватился за струйку дыма и давай сматывать в клубок. Мотал, мотал - весь дым смотал, а потом потянул за кончик и огонь в трубу вытащил. Спрятал его в горшок и бегом к себе в пещеру.
   Проснулся Ерёма, глядь, а в очаге пусто. Заплакал он, да что толку, слезами горю не поможешь, нужно идти огонь возвращать.
   Приходит он к логову лесного колдуна, гадает: "Как же огонь забрать?" Думал, думал, да так ничего и не придумал - вход в пещеру огромным камнем завален, никак в нее не попасть. Сел на пенек, печалится. Вдруг видит заяц бежит, только пятки сверкают.
   -Заяц, а заяц, - говорит Ерёма, - ты куда так торопишься, от кого удираешь?
   -Скорее уходи отсюда! - закричал заяц. - Сейчас Бурдалай выйдет. Он каждый вечер свои владения обходит. Птиц, да зверей на ужин ловит.
   Спрятался Ерёма за поваленное дерево и стал ждать.
   И вот отвалился камень и показался лесной колдун. Страшный, престрашный, с острыми рогами и длинной зеленой бородой. Постоял, понюхал воздух, завалил глыбой вход и встав на четвереньки убежал в чащу.
   Осмотрел Ерёма проход в пещеру и нашел узкую щель. Сбросил с себя всю одежду и с трудом протиснулся внутрь. Схватил горшок с огнем и назад, пока Бурдалай не вернулся.
   Не успел мальчик и половины пути до дома пробежать, как услышал страшный крик. Оглянулся, а это лесной колдун его настигает. Что делать? Видит, впереди река быстрая течет, а по ней бревно плывет. Изловчился Ерёма и прыгнул на него.
   -Ах ты так! - зарычал Бурдалай. - Ну держись, от меня еще никто не уходил!
   Припал лесной колдун к реке и начал пить воду. Пил, пил, всю до капли выпил и сделался огромным, как гора.
   А Ерёма выскочил на другой берег и юркнул в густой ельник.
   -Выходи по хорошему, - закричал Бурдалай, - не то хуже будет! - а сам, с боку на бок переваливается, не может в лес зайти, живот раздувшийся мешает.
   А мальчик знай себе бежит, не останавливается, да горшок с огнем к себе по крепче прижимает.
   Набрал тогда Бурдалай полную грудь воздуха, да как дунет. Попадали вокруг Ерёмы вековые кедры и сосны. Засмеялся лесной колдун:
   -Где тебе со мной тягаться? Отдай огонь, последний раз предупреждаю!
   -Не отдам, не за что не отдам! - крикнул Ерёма и побежал дальше.
   Пожелтел от злости Бурдалай и что есть силы стал дуть на лес, где мальчик спрятался.
   Закружилось, затрещало все вокруг и поднялись в воздух снег, камни и вывороченные с корнем деревья. Ухватился Ерёма за корягу, да где там и корягу в воздух подняло, словно пушинку.
   Полдня носило мальчика в облаках, а к вечеру упал он в сугроб и провалился в какую-то яму. Смотрит, а это берлога медвежья и лежит в ней огромная медведица, а возле нее два маленьких медвежонка. Спят.
   Испугался Ерёма, хотел на верх вылезти, да услышал рядом шаги Бурдалая. Решил обождать не много. Забился он в угол, пригрелся и не заметил как уснул. А когда проснулся, видит стоят вокруг три медведя и на него смотрят.
   -Мама, это наш братик? - спрашивает один медвежонок.
   -Нет, - отвечает медведица, - это человек, я его сейчас съем, - и как раскроет пасть клыкастую да как зарычит.
   Выскочил Ерёма из берлоги и помчался домой. Бежит и дорогу не узнает. На земле снега почти не осталось - весна пришла. "Ну, - думает, - скоро братья домой с охоты вернутся. Нужно поторопиться, огонь в очаге развести и чайник поставить".
   Только успел он все сделать, как на пороге появились Кирилл и Федор. Обрадовались братья, что Ерёма огонь сберег и подарили ему настоящий охотничий нож и лук со стрелами. А потом уселись за стол и решили отпраздновать удачную охоту. Три дня пировали! И все это время, лесной колдун, под окнами ходил и выл от злости, что не удалось ему огонь у братьев украсть.
  

З В Е Р И Н Ы Е П О Д А Р К И

   Жил на свете Гаврила. Родители у него давно умерли, а братьев и сестер не было. Ходил он по свету, один одинешенек, в поисках счастья, пока не забрел в одну деревню. Понравилась она ему и остался Гаврила там жить.
   Очень скоро полюбили его люди за честность и доброту. И не смотря на бедность, первая красавица Дарья, согласилась за него замуж выйти. Уже и день свадьбы назначили.
   Но не всем оказалось по нраву, что какой-то пришлый молодец, женится на богатой невесте. И задумали эти люди погубить Гаврилу. Среди тех злодеев был и Терентий, который больше всех желал смерти Гавриле, из-за любви к Дарье.
   Не задолго до свадьбы поехал Гаврила в лес, чтобы выбрать какие деревья рубить для будущей мельницы. Узнал про то Терентий и устроил, со своими товарищами, в безлюдном месте засаду. Подкараулили там Гаврилу и напали. Коня отобрали, а самого связали и оставили на растерзание зверью лесному.
   Лежит Гаврила, печалится. Не о жизни своей, а о том, что люди и невеста про него подумают. "Убежал, - скажут, - а обещал мельницу поставить!" И так ему горько стало, так обидно, за себя и за Дарью, даже заплакал.
   Вдруг затрещали кусты и на поляне появились Медведь, Кабан и Волк. Подошли к нему, смотрят.
   -Эй вы, звери хищные, сделайте доброе дело, съешьте меня по скорее, -взмолился Гаврила. - Не хочу жить, коли моя невеста будет думать обо мне плохо.
   -Съесть мы тебя всегда успеем, - сказал Медведь. - Послужи сначала у нас в работниках, а там видно будет.
   Подняли Гаврилу и понесли. Долго шли или нет. Только подходят к норе, сырой и глубокой. Волк и говорит:
   -Поживи у меня год, похозяйничай. Если останусь тобой доволен, отпущу к Кабану, да еще награжу. А нет, пеняй на себя! - и показал Волк на косточки белые, человеческие, разбросанные повсюду.
   И стал жить Гаврила в лесу. А чтобы он никуда не убежал, одел на него хозяин норы, шкуру волчью. Уйдет Волк по своим делам, а Гаврила скорей за работу. Управится по хозяйству, проверит силки, да капканы на зайцев и на тетеревов и бегом к деревне. Сядет на пригорке и смотрит на дом знакомый, ждёт, авось Дарью увидит.
   А тем временем Терентий распустил слух, будто Гаврила плут и мошенник и убежал де за море, за океан.
   Опечалилась Дарья и с горя согласилась выйти замуж за Терентия.
   Рассердился Гаврила и решил - "Не бывать этому!"
   Спрятался он у дороги и когда ехал Терентий к венцу, вскочил к нему в телегу, да как зарычит. Погнали тут испуганные лошади, будто угорелые и завезли Терентия в болото. Насилу он из него выбрался. Только на третий день в деревню вернулся.
   Посмеялась над ним Дарья и отказалась выходить замуж.
   Прошел год.
   Отслужил Гаврила у Волка положенный срок, получил в награду молоток-самостук и к Кабану отправился.
   -Будешь присматривать за моими поросятами и желуди для них собирать, - сказал Кабан, - а чтобы не вздумал убежать, одень на себя шкуру свиную.
   И зажил Гаврила у Кабана. Ночью спит, утром и днем за поросятами ухаживает - кормит, поит - а вечером у дома знакомого сидит, невесту свою бывшую высматривает.
   А Терентий, времени даром не терял, вновь сосватал Дарью замуж. Не хотела она за него идти, да родители настояли.
   "Ах ты плут, - подумал Гаврила, - мало я тебе давеча задал? Но ничего, получишь и на этот раз!"
   Вот собрался Терентий к невесте ехать. Умылся, причесался, нарядился в костюм праздничный, а как стал с крыльца сходить, выскочил, откуда не возьмись кабан дикий и давай его в грязи валять. Валял, валял, насилу товарищи жениха, того кабана прогнали. А Терентия чуть живого в дом унесли.
   Подождала Дарья Терентия, да так и не дождалась.
   За делами и хлопотами, незаметно пролетел второй год. Получил Гаврила, от Кабана похвалу и топор-саморуб и пошел к Медведю.
   -Что ж, - говорит Медведь, - братья мои лесные твоей работой довольны остались. Если и у меня так стараться будешь, через год отпущу домой в деревню.
   Одел Гаврила на себя шкуру медвежью и стал служить хозяину берлоги: ягоды, да коренья для него собирать, сладкий мед по дуплам добывать. А кроме того, еще и оброк с остальных зверей получать. С утра до вечера на ногах, даже присесть некогда, не то чтобы каждый день к деревне бегать и на Дарью смотреть.
   А Терентию все неймется - в третий раз уговорил родственников Дарьи выдать ее замуж.
   Узнал про то Гаврила. Прокрался ночью во двор, соперника своего лиходея, и разворошил все ульи, выпустил пчел на волю. Как стали они летать, да Терентия с домочадцами жалить, те и про свадьбу забыли - разбежались по углам и до самого вечера там просидели.
   Прошел еще один год. Похвалил Гаврилу Медведь за службу и отпуская на свободу, подарил пилу-самопилку.
   -С такими инструментами, - говорит, - да с твоим трудолюбием, ты теперь нигде не пропадешь.
   Попрощался Гаврила с Медведем и скорей в деревню. Пришел на то самое место, откуда три года на Дарью смотрел, вынул из мешка молоток, топор и пилу и говорит:
   -А ну-ка, помощники мои верные, срубите к утру мельницу ветряную, быстрокрылую.
   Завизжала тут пила-самопилка, затюкал топор-саморуб, забарабанил молоток-самостук и к означенному сроку, все было готово.
   Взглянул утром Терентий из окна, глядь, а на пригорке мельница- красавица стоит, а возле нее Гаврила расхаживает.
   Испугался Терентий, вскочил на коня и ускакал прочь из деревни. С тех пор он больше в ней не показывался. А товарищи его разбойники, что на Гаврилу в лесу напали, покаялись и обо всем рассказали. Простил их Гаврила и отпустил по домам с миром, а потом, не откладывая в долгий ящик, сыграл свадьбу с Дарьей. То то радость была в деревне! Несколько дней народ пировал, из-за стола не вылезал.
   Говорят на той свадьбе, сидели странные гости. Хоть и лето на дворе стояло, один был в шубе медвежьей, другой в кабаньей, а третий в волчьей.
  

Ч Е Т Ы Р Е С О Й К И

   У одной старушки был внук. Такой не послушный, такой не путевый, что сколько ему не говори, он все равно на оборот сделает. Пошла раз старушка на мельницу и внук за ней увязался. Она и говорит:
   -Ванюша, ты там никуда не лезь, ничего не трогай, а то Мельник волшебник. Гляди рассердится.
   -Ладно бабушка не учи меня.
   Приходят они на мельницу. Старушка пошла хозяин искать, а Ваня во дворе остался. Ждал, ждал бабушку и заскучал. "Чем, - думает, - заняться, что бы такое сделать?" Смотрит петух на заборе сидит. Прицелился мальчик в него из рогатки и выстрелил. От петуха только перья полетели. "Здорово я его!", - подумал Ваня, подобрал петушиное перо и воткнул в шапку.
   А бабушки все нет и нет. Посмотрел внук по сторонам и поросенка заметил. Подкрался к нему сзади и ухватился за уши. Вскочил верхом и давай по двору ездить. Ездил, ездил пока забор не свалил. Встал, отряхнулся и решил песню спеть.
   Покричал, покричал. "Дай, - думает, - дудочку себе сделаю, а то без музыки плохо получается." Увидел молодую яблоньку под окошком, подошел и срезал ветку. Обстругал, проковырял дырочки и получилась у него такая славная, звонкая дудочка, что любо дорого слушать. Сел на крыльцо и играет.
   Пришла старушка, посмотрела на Ваню и говорит:
   -Как ты тут внучек без меня? Никуда не лазал, ничего не трогал?
   -Ой скучно здесь бабушка. Пойдем скорее отсюда, - ответил внук и взял ее за руку.
   Не успели они как следует от мельницы отойти, от куда не возьмись, налетели птицы черные. Схватили Ваню и унесли. Покричала бабушка, покричала внука, да делать нечего - пришлось одной домой возвращаться.
   А птичья стая принесла Ваню обратно на мельницу, на чердак, где пауки, да мокрицы живут и днем темно будто ночью.
   Присмотрелся мальчик и видит: стоит в углу старый Мельник, а рядом юноша в пестром платье, за бок держится, вздыхает. И что-то знакомое в том юноше показалось Ване. А возле них толстяк с девушкой. У девушки рука полотенцем перевязана, а у толстяка уши распухли, будто вареники и красные, красные, как угли в печи, только лишь не дымятся.
   Догадался Ваня кто перед ним и испугался сильно. "Зачем, - думает, - бабушку, свою родную не послушался. Зачем не сидел смирно ее дожидаючись?"
   А Мельник сверкнул глазами и вымолвил:
   -Что делать будем с этим мальчишкой, плохим и никудышным? Говори ты, Петух:
   -Пусть жернова мельничные из Подземного царства принесет, а нет я его шпорами заколю!
   -Что скажешь ты, Поросенок? - спросил старик толстяка.
   -Пусть захватит в том царстве, корыто не пустеющее или я его клыками распорю.
   -А еще зерна принесет быстрорастущего, не то я его ветками захлещу, - добавила девушка с рукой перевязанной.
   -Быть по-вашему, - говорит Мельник. - Если выполнит наказ, домой отпустим. А нет, в том царстве Подземном навсегда останется.
   Взял старик мальчика и в подвал повел. У двери железной остановился и протянул колокольчик серебряный.
   -Возьми, - говорит, - его. Как назад придешь, позвони, мы тебя на свет божий и впустим. Да смотри - пустым не возвращайся.
   Захлопнулась за Ваней дверь и оказался он в темноте полной. Шагу ступить нельзя, ничего не видно. А тишина такая, что слышно как летучие мыши вокруг головы порхают, на нее усесться норовят.
   Постоял, постоял мальчик да и пошел. Идет, рукой за стену держится, упасть боится. Много ли мало ли время прошло, только смотрит Ваня, впереди свет появился. Обрадовался и шаг ускорил. Подошел и видит костер огромный горит, все вокруг освещает, а вместо дров в нем камни железные лежат, потрескивают. Удивился мальчик и говорит вслух:
   -Сколько на свете живу, а такого чуда не видывал. Надо же, пламя камни ест и они ему нравятся!
   -Эка невидаль? - сказал кто-то сверху. - Не иначе ты не здешний, если таким пустякам удивляешься.
   Поднял голову Ваня, а на дереве Заяц с человеческими ногами сидит и печально улыбается.
   -Ты чего, - говорит мальчик, - там делаешь, на землю не спускаешься?
   -Не могу, - отвечает Заяц, - потому как сапоги мои прохудились, а босиком у нас сроду никто не ходит.
   Посмотрел Ваня под ноги и видит, на земле тысячи тысяч иголок разбросаны.
   -Что же ты так и будешь на дереве сидеть? - спросил его мальчик.
   Заплакал тут Заяц и говорит:
   -Уж не знаю что делать, как до дому добраться? А там детки малые, наверное уже из яиц вылупились, есть, пить хотят, а покормить не кому.
   -Слезай, - говорит Ваня , - я тебя отнесу, обрадую зайчат твоих.
   Несет мальчик Зайца, а сам о Подземном царстве расспрашивает. Ответы внимательно выслушивает. И чем больше узнает, тем печальнее становится. "Нет, - думает, - не выполнить мне урока, что задали товарищи Мельника, не увидеть больше света белого и родной бабушки."
   -Трудно будет тебе жернова мельничные раздобыть, еще труднее корыто не пустеющее и уж совсем не возможно достать зерна быстрорастущие, - говорит Заяц.
   -Подскажи где искать, - просит Ваня, - а уж я постараюсь, а уж я попытаюсь.
   -Хорошо, - согласился косой, - слушай. Жернова те находятся у Бобра Хитрого. Только просто так он их не отдаст, предложит службу не выполнимую, а когда ты с нею не справишься, заберет к себе в работники, аж на десять лет и десять зим.
   Вот приходит Ваня к дому Бобра и обо всем с ним договаривается.
   -Пойди к Дубу высокому, - посылает его Бобр, - да запомни имена всех его листочков зеленых и желтых, а когда я приду, ты мне каждый покажешь и как звать скажешь. Справишься - жернова твои, не справишься - быть тебе у меня в услужении.
   Повстречал Заяц мальчика и жалеет:
   -Перехитрил тебя Бобр. Не запомнить имена листочков Дуба того. Ведь их там видимо не видимо и еще столько. Ну да ладно, ты мне помог, авось и я тебе смогу добром отплатить.
   Подошли они к Дубу и забарабанил Заяц по коре лапками - тра-та-та, тра-та-та!
   Слетела вниз маленькая Птичка о семи крыльях и спрашивает:
   -Не меня ли ты зовешь, косой?
   -Тебя приятельница моя старая, - отвечает Заяц. - Хотим обмануть Бобра Хитрого, но одним нам не справиться.
   Рассказал Ваня обо всем Птичке и голову склонил, пригорюнился.
   -Что ж попробую вам помочь, - говорит Птичка. - Я на Дубе живу уже двести лет и за это время со всеми листочками перезналась, перезнакомилась. Когда станешь ты перед Бобром экзамен держать, я тебе на плечо сяду и тихонько на ушко подсказывать стану.
   Вот приходит Бобр веселый, довольный, что через час у него работник новый, работник дармовой появится и начинает Ваню спрашивать. Спрашивает пять минут, спрашивает десять, спрашивает час, другой, а Ваня знай себе отвечает. И говорит все правильно - каждого листочка имя называет, да еще когда тот родился прибавляет.
   Нечего делать бобру Хитрому, отдал он Ване жернова мельничные, а сам с горя, всех работников-пленников на волю отпустил.
   -Теперь слушай где корыто не пустующее находится, - говорит Заяц. - Оно у Погодной Лягушки, что здесь за сырость отвечает. В нем Лягушка туман непроглядный держит. Как перевернет корыто, он и валит во все стороны. День, другой - все подземное царство заволакивает, пока корыто на место не поставят.
   -И как же мне взять его у Лягушки? - спросил Ваня.
   -Дело трудное, - говорит Заяц. - Все зависеть будет от сноровки твоей и резвости. Как залезешь под кочку болотную - не стой, не мешкай, хватай корыто и беги назад, да держи его перевернутым, чтоб туман сырой за тобой стелился и погоня тебя потеряла бы. И еще, опасайся языка лягушачьего, у нее он тридцать три метра.
   Попрощался Ваня с Зайцем помощником и отправился на болото. Там увидел он огромную кочку, словно десять стогов, а внутрь нее нора темная ведет.
   Не стал Ваня долго раздумывать, да страх к себе подпускать и залез в лягушачье логово. Смотрит в углу корыто стоит, покрывалом парчовым укутано, а подле него великанша хозяйка сидит, больше на паука похожая. Глаза прикрыты - видно спит.
   Схватил Ваня корыто волшебное и вон из норы. Бежит, а за ним туман стелется, от погони укрывает.
   Поискала Ваню Погодная Лягушка, поискала, да так не с чем и вернулась к себе, а мальчик снова к Зайцу и Птичке за помощью отправился.
   -Уж и не знаю что сказать, - начал косой. - Зерна быстрорастущие у Каменных Пчел хранятся, а те глаз с них не спускают ни днем, ни ночью. Откажись лучше от своей затеи.
   -Не могу, - говорит мальчик, - иначе из Подземного царства не выберусь.
   -Ну как знаешь, - предупредил Заяц.
   -А теперь объясни, - просит Ваня, - зачем Пчелам зерна?
   -Стоит бросить одно на землю, тотчас вырастут из него цветы. Цветы не простые, полные нектара и пыльцы волшебной.
   -Я не раз в лесу разорял ульи диких пчел, поедал их запасы сладкие, - справлюсь и с вашими Каменными.
   Говорит ему на то Заяц:
   -Ты не знаешь верно, не ведаешь, что Пчелы Каменные с сороку будут и укус их очень болезненен и смертелен.
   Призадумался Ваня, сидит и что делать, как быть не знает.
   -Видно мне и на этот раз помогать придется, - говорит Птичка. - Завтра утром, притаись Ваня возле улья и жди. Полетит Пчела ранняя с зерном быстрорастущим в поле, а я уже там буду. Подхвачу семя брошенное и в камнях спрячусь. Тут такое начнется! Все Пчелы на мои поиски бросятся, а ты в это время не зевай, хватай зерна и к реке беги. Там от Пчел и схоронишься. Да смотри, сиди под водой подольше, если жизнь тебе дорога.
   На следующий день подкрался мальчик к улью железному, встал за дерево и ждет. Как услышал шум и жужжание разгневанных Пчел и увидел, что они дом свой покинули, выскочил из укрытия и схватил три зерна желанных. А потом бегом к воде, только ветер в ушах засвистел.
   Прибежал к реке и как Птичка учила в глубине схоронился. Полетали Пчелы, полетали, поискали мальчика, да не нашли - назад воротились.
   Поблагодарил Ваня за помощь Зайца и Птичку, поклонился в пояс и назад отправился.
   Подошел к двери железной и позвонил в колокольчик.
   -Ты ли это Ваня? - услышал мальчик голос старика.
   -Я.
   -Принес ли жернова мельничные? - спросил юноша.
   -Принес.
   -А корыто не пустеющее? - поинтересовался из-за двери толстяк.
   -И корыто принес.
   -А зерна быстрорастущие? - произнесла девушка.
   -Все что вы просили со мной, - отвечает Ваня, - отворяйте дверь железную.
   Впустили его мельник, со своими товарищами, а сами плачут от радости.
   -Сто лет назад, - говорит старик, - мы все были Сойками-слугами у Царя птичьего. Заколдовал он нас за непослушание. И жить приказал в этом месте глухом, до тех пор, пока не поедим мы лепешек из муки быстрорастущих зерен, смолотых на жерновах волшебных. Много раз я спускался в Подземное царство, но не смог раздобыть ни того, ни другого. Так бы и жили здесь до самой смерти, если бы не ты.
   -Но ведь я принес всего три зерна, - сказал Ваня, - вам наверное их не хватит?
   -А корыто на что? - улыбнулся толстяк и положил в него одно семя.
   И заполнилось корыто до краев быстрорастущими зернами.
   Проси у нас чего хочешь! - предложил Мельник. - Все исполним. Все выполним.
   -Ничего мне не надо, - сказал мальчик, - отпустите скорее к бабушке, я давно уже не видел ее, соскучился.
   Попрощался Ваня с Мельником и товарищами его и отправился восвояси.
   Встретила его родная бабушка, счастливая, что он живой и здоровый. Потом повела в горницу и на сундук показывает с серебром и златом, дивится - от кого такой подарок щедрый, понять не может.
   Только Ваня обо всем догадался, улыбнулся четырем Сойкам, что за окном прыгали и ничего не сказал.
  

Ч А Ш К А И Б Л Ю Д Ц Е

   В шкафу, где хранилась дорогая посуда, на нижней полке стояла чайная пара - расписанные синими цветами, с золотыми листочками, чашка и блюдце. Если тарелки из тончайшего фарфора, вазы и фужеры, вели себя степенно, с достоинством, разговаривая между собой в полголоса, то они болтали без умолка. Перебивая друг друга и переходя на крик, доказывали, кто кого осчастливил и благодаря кому живут в шкафу в изысканном обществе.
   Такое соседство было явно не по вкусу постояльцам верхних полок. Но что поделаешь - судьба, приходилось терпеть. Существовала и еще, не менее важная причина: лишь только открывался шкаф, а происходило это по несколько раз на дню, кто-нибудь "из благородных" непременно произносил:
   -Опять за этими крикунами.
   И не ошибался.
   Хотя случалось брали и остальных. На рождество, например. Тогда у всех было прекрасное настроение. В большой гостиной накрывали овальный стол и наши знакомые важно занимали почетные места. Но такое событие случалось раз в год. Остальное время, за редким исключением, все кроме чашки и блюдца пылились в шкафу. Вот это то обстоятельство и заставляло терпеть их в своем обществе. Как ни как, а только эта странная парочка была той тонкой нитью, которая связывала посуду с внешним миром.
   -Ну, наконец то убедилось, из кого пьют чай чаще! - закричала чашка как только очутилась в шкафу.
   -А на прошлой неделе и из меня пили! - завизжало блюдце и оттолкнувшись от полки покатилось в сторону солонки.
   -Что то не припомню, - возразила чашка и засеменила следом.
   -Началось, - вырвалось у салатницы.
   Солонка заметив, что блюдце направляется к ней и в очередной раз будет звать в "свидетели", заметалось из стороны в сторону.
   -Господа, - взмолилась она подняв голову, - не подаст ли мне кто руки и не поможет взобраться на верх, а не то я не выдержу. Право же, сегодня уже в четвертый раз.
   Оттуда опустилось несколько рук и бедняге помогли подняться на верхнюю полку.
   Заметив пропажу, пара бросилась в другую сторону. Там всегда находился сухарик с маком, с невозмутимым спокойствием слушавший их споры. Лежал он давно, изрядно засох и покрылся пылью. Правда почти никогда не разговаривал и лишь временами потрескивал. Да и то, когда разошедшиеся чашка и блюдце, цепляясь друг за друга начинали кататься по полке звеня на всю комнату.
   -Господин сухарик, не откажите в любезности, - затараторило блюдце. - Вы конечно помните, как на прошлой неделе, именно в меня наливали чай. Ну вспомните, я еще всем кричало, махало руками и потому расплескало не много чая на скатерть!
   -Ах это тогда! - вмешалась в разговор чашка. - Так чай в тебе всего несколько минут был. Потом увидали, что ты его расплескало и обратно в меня перелили. Из меня весь вечер и пили.
   Сухарик зевнул и заморгал глазами. Потом посмотрел на блюдце, на чашку и перевернулся на другой бок.
   -Вот видишь, - укоризненно сказала чашка, - сухарик даже не хочет с тобой разговаривать. Ему и так все ясно. Здесь всем все ясно, - она посмотрела на верх и развела руки в стороны.
   -А ты, а ты... вести себя не умеешь! Не припомню когда тебя, в последний раз, одну без моего присмотра, на стол ставили.
   -А-а-...
   -Что и сказать нечего? Стоит поставить, враз пятно грязное на скатерти. А то все я, да я! Слушать противно. Правда, господин сухарик?
   Сухарик выкатил глаза и сжал губы, от напряжения из него высыпалось несколько зернышек мака. Он поспешно собрал их в ладони и проглотил. Потом пошевелил беззубым ртом и притворился спящим.
   -Грубиян, - презрительно сказала чашка, - здесь не с кем даже поговорить.
   -Трудишься, трудишься, а им даже не интересно, что на прошлой неделе в меня наливали чай, - согласилось блюдце.
   -И все благодаря мне, - пояснила чашка.
   -Причем здесь ты? - снова заволновалось блюдце. - Меня и без тебя знают, я пользуюсь авторитетом у сахарницы. Со мной здоровается даже чайник.
   -А ты знаешь, что чайник приходится дальним родственником моей бабушке? И это наверное он похлопотал, чтобы нам отвели место в шкафу. И вообще - не будь меня, в тебя наливали бы молоко для хозяйской кошки.
   -Что?! Дзинь-дзинь! Ты только посмотри на себя, у тебя на левом боку почти стерся золотой листочек. Ты стала похожа на оловянную кружку. Другое бы блюдце давно рассталось с тобой.
   -Какая наглость...
   Срываясь на крик спорщики вцепились друг в друга и собрались было выяснять отношения дальше, как дверца шкафа отворилась и они очутились на столе, покрытом белой накрахмаленной скатертью. На нем уже стоял медный самовар, молодой красавец, по которому вздыхали многие суповые тарелки. Рядом находились сахарница и заварной чайник.
   -Что у вас там за шум, голубушка? - обращаясь к чашке спросила сахарница.
   Чашка низко поклонилась, изобразив на лице улыбку и делая знаки блюдцу, сказало:
   -Не повезло с соседями. Целый день шум, гам и ссоры. И с такой публикой, нам, с дорогим блюдцем, приходится проводить свободное время.
   Блюдце не заметно ущипнув чашку продолжило:
   -Истинная правда и что делят не понятно? Ведь мир и согласие, что может быть дороже.
   -Господа, - обратилась сахарница к чайнику и самовару, - перед вами идеальная чайная пара. Мне не приходилось встречать ни кого, кто жил бы в такой дружбе и согласии.
   Чайник наклонился и налил душистой заварки в чашку, сахарница опустила в нее три кусочка сахара, а самовар пыхтя и отдуваясь добавил крутого кипятку. Чашка надувшись от счастья встала на блюдце, как бы говоря всем своим видом: "Смотри, видишь какие почести оказываются мне?"
   Блюдце не выдержало унижения и когда красивые белые руки, украшенные бирюзовым колечком, взяли их со стола, толкнуло чашку.
   Горячий чай обжог палец и рука вздрогнув выпустила блюдце.
   Мгновение и по комнате разнесся звон разбитого фарфора. Возле стола остались лежать осколки, на которых виднелись нарисованные цветы.
   В первые минуты чашка злорадно подумала: "Так тебе и надо!" Но неприязнь постепенно уходила, а из укромных уголков памяти всплыли приятные моменты их совместной жизни.
   -Какое несчастье, - сказала сахарница. -Бедное блюдце
   И чашка заплакала. По золотым листочкам покатились слезы. Не помня как очутилась в шкафу, она еще долго не могла прийти в себя. Ее раздражала тишина и сухарик, который притворяясь спящим, тайно подглядывал за ней одним глазом.
   Если раньше благородную посуду выводили из себя шум, крики и пустые ссоры, то теперь соседство с несчастной чашкой делала их жизнь еще менее приятной. Чашка перестала следить за собой, целыми днями стояла в углу, мрачно смотрела в одну точку, а то вдруг приставая к окружающим требовала сочувствия.
   -Вы конечно помните как дружно мы жили, - говорила она. - Я души в нем не чаяла. А оно? Ни разу даже не повысило на меня голоса.
   В конце концов, солонка отказалась спускаться с верхней полки и чашку слушал все тот же сухарик. Однажды не выдержав, он прыгнул вниз в открытую дверь и упав на пол, закатился под шкаф.
   И чашка осталась одна, совсем одна. Целый год ее не вынимали из шкафа, а потом унесли на кухню. Там поставили в стол, к обыкновенной посуде, где она и сейчас стоит - ни кому не нужная.
  

Л Е В А Я Т У Ф Е Л Ь К А

   В дом принесли новую пару женских Туфелек и поставили возле полки для обуви. А ее здесь было предостаточно: красивые, на высоких каблуках Башмаки и мужские меховые Унты, франтоватые Полусапожки и щегольские Ботинки, миниатюрные Ботики и дырявые Валенки. Ну а детской то, детской - целая дюжина! От Пинеток, до Сандалий всех цветов и размеров. Были тут и Сапоги, резиновые и кожаные и не понятно для чего лежала куча старомодных Галош, с красным нутром и блестящим верхом. Но самым примечательным, в этом обувном царстве был Лапоть. Простой лыковый Лапоть. Как он сюда попал никто не знал. Даже стоптанная Подошва, а ее здесь все считали старожилом и та не ведала.
   Целыми днями Лапоть молча лежал в пыли, ни кому не показываясь на глаза. Иногда он кашлял и тогда о нем вспоминали.
   -Простите господа, - извинялся он, - сырость. Не выносимая сырость и сквозняки.
   Обычно его извинения оставались без ответа. Галоши, которые были к нему ближе всех, делали вид, что ничего не слышали. Они просто продолжали делиться позавчерашними новостями и обсуждать современную моду.
   А вот Подошва, если конечно не спала, желала Лаптю здоровья. Она в тайне рассчитывала выйти за него замуж, поэтому при каждом удобном случае старалась напомнить, что он очень старый и дряхлый и вряд ли кто за такого пойдет. Если только... Но ей надо подумать. Сильно подумать и посоветоваться с мамой.
   Узнав, что у Подошвы есть мама, у щегольских Ботинок вывалился язык и никак не хотел убираться на место.
   -Мама, - вытаращив глаза повторял он, - у нее еще есть мама!
   -Успокойтесь, - хлопая его по спине говорили Башмаки, - эти Подошвы такие крепкие, по двести лет живут, как черепахи. Чего вы хотите - простая обувь, здоровья хоть отбавляй.
   Что касается Лаптя, он не воспринимал всерьез намерения Подошвы, а покуривая трубку улыбался в усы, когда та желала ему здоровья, наперед зная что она скажет. И не ошибался.
   -Будь здоров старенький, - скрипела Подошва. - Хотя я вижу оно у дедушки никуда не годится. За тобой уход нужен. Женился бы, враз поправился. Да кому, ты такая развалина, нужен.
   Лапоть не спорил. Хотя точно помнил, что еще когда был маленький все вокруг звали Подошву бабушкой. А сейчас почему то он оказался развалиной. "Это все от табака, да были", - догадывался Лапоть, но выбросить трубку не решался.
   Вот так, потихоньку, помаленьку и протекала жизнь на полке.
   Обувь старела и куда то исчезала. На ее месте появлялась новая. Постепенно и она спускалась с верхних этажей на нижние и с первоначально каждодневного внимания, доходила до редкого обращения и почти полного забвения.
   Появившиеся женские Туфельки сразу понравились всем. Новые, на каблуках, да еще со шнурками, так похожие друг на друга, они производили приятное впечатление. Ну и манеры, поведение, все говорило о том, что к ним прикоснулась рука мастера, а не какого то башмачника-кустаря не умеющего отличить левый от правого ботинка.
   Туфельки одинаково охотно общались со всеми. И с щегольскими Ботинками и с Башмаками и со старомодными Галошами и со скрипучей Подошвой. Всегда находили несколько добрых, ласковых слов и для Детской обуви.
   -Очень милые эти Туфельки, - говорила одна Галоша другой.
   -Глядя на них, я вспоминаю себя в молодости, - признавалась третья. - Только была, как мне кажется, на много красивее и блестящее.
   Вот такого прекрасного мнения были жители обувной полки о Туфельках. И вдруг, как гром среди ясного неба:
   -Вы слыхали, - злорадно сообщили миниатюрные Ботики, - Левая то Туфелька... Ее видели с Лаптем!
   -И давно это у них? - с показной заинтересованностью спросили меховые Унты.
   Хотя, по правде сказать им было все равно - давно или не давно. У самих забот хватало: моль дыр на голенищах наделала. Но они были сшиты из собачьего меха и положение обязывало высказать свое отношение к происходящему.
   -Со вчерашнего дня, -доложила Галоша. - Я как сейчас помню, пошла попросить Валенки не стучать костяшками домино об пол. Честное слово, это просто не выносимо. Целыми днями смеются, как лошади и играют в домино.
   -А вот и не правда, - в один голос закричали Валенки, - в пятницу мы проводили турнир по шахматам. Пол дня резались!
   -То же мне шахматисты! Да вы фигурами шлепаете, как будто в домино играете. И каждый раз, после окончания партии, устраиваете потасовку... Может вам почитать что дать? - жалобно спросила Галоша.
   -Не отвлекайтесь пожалуйста, продолжайте, - напомнили Меховые Унты, - Валенкам я дам обертку от маргарина. Пусть читают, расширяют кругозор.
   -Уж лучше бы карты вернули, - заметили Валенки.
   -Ну так вот, - продолжала Галоша, - иду это я к...
   -Смотрите, вон они, - произнес кто то полушепотом.
   Возле входной двери, на половике, показались Лапоть и Левая Туфелька. Лапоть вдохновенно читал стихи, его трудно было узнать. Куда девалась пыль на боках и не весть откуда бравшаяся сажа? Он был чист и опрятен и без своей традиционной трубки. Туфелька с нескрываемым любопытством смотрела на Лаптя, не находя чем бы занять шнурки.
   -Мне сейчас гуталин не к чему,
   Щетку тоже решил я оставить.
   По грязи, в непогоду пойду,
   Если сердце больное заставит! - бубнил Лапоть.
   -Тоже мне поэт нашелся, - презрительно произнесли меховые Унты. - Небось прочитал где-нибудь на этикетке от вазелина, а выдает за свои. Прохвост! Он никогда нам нравился. Лежит понимаете ли да кашляет. Кашляет и лежит.
   -Она и уши развесила, - сказала Подошва. - Мне видеть все это противно.
   -А как на это смотрит Правая Туфелька? - зевая спросил Башмак. - Небось рвет и мечет. Я видел у него на носу здоровенный шрам, видно любитель подраться.
   -Будешь тут любителем, когда приходится сражаться со всякими Лаптями, - ехидно заметили резиновые Сапоги. - Ну и жизнь: спи и бойся, как бы какая Галоша, с твоей Левой Туфелькой не ушла.
   -Мы попросили бы вас выбирать выражения, - срываясь на крик загалдели Галоши.
   -Да это я так, - заулыбался Сапог, - для сравнения.
   Сапог прошелся по полке и подойдя к другому Сапогу обнял его:
   -Вот я например, всегда спокоен за свою половину, -он ткнул Левый Сапог пальцем. - Посмотрите какая дырка на голенище. Кому он нужен. Ха-ха. Из-за нее мы уже два года на улице не были. Красота! Спишь и никого не боишься, ни Лаптя, ни Галоши.
   -Мы протестуем...
   -Молчу, молчу, - приложил к губам ладошку Сапог.
   Он сделал большие глаза и скосил в сторону и все заметили, что рядом стоит Правая Туфелька. Наступила неловкая тишина. Которая впрочем длилась не долго, ее нарушили все те же меховые Унты:
   -А что голубчик, в саду наверное слякоть? - и не давая ответить Туфельке, продолжили. - Как вы на это смотрите?
   -На что? - не поняла Туфелька.
   -Только не прикидывайтесь, что вы ничего не знаете.
   -Да правда же, я не понимаю о чем идет речь, - пожала она плечами.
   Меховые унты молча указали на половик у двери. По нему неторопливо шагали Лапоть и Левая Туфелька.
   -Просто смешно, - сказала Туфелька, - я не воспринимаю это всерьез. Вы только посмотрите на них, разве они далеко уйдут. И потом, мне решительно все равно, уйдут они или не уйдут.
   Зрелище и впрямь было забавное. Большущий Лапоть шаркая и издавая скрипучие звуки шагал широко, размеренно, отставляя носок в сторону, а рядом не большая Туфелька, которой приходилось семенить, чтобы идти в ногу.
   -Действительно, Лапоть ей не пара, - с облегчением заметила Подошва.
   -Вот именно, - подтвердила Правая Туфелька, - все это скоро пройдет, в этом я нисколько не сомневаюсь. Только в паре со мной, Левой Туфельке открыта дверь на улицу.
   -А что, это похоже на правду, - согласились меховые Унты. - Мне за всю жизнь не приходилось видеть, чтобы кто-нибудь шел по тротуару одев на одну ногу Лапоть, а на другую - Туфельку.
   -Ха-ха-ха! - загоготали Валенки хлопая друг друга по спине.
   Успокоившаяся Подошва направилась к баночке с кремом для обуви. Последнее время она особенно часто заглядывала в нее. Кроме того, каждое утро, в обед и вечером протирала себя бархатной тряпочкой.
   Но предсказаниям Правой Туфельки не суждено было сбыться. Лапоть и Левая Туфелька по прежнему ходили вместе. Это вызывало неслыханное раздражение, которое постепенно сменилось завистью и даже ненавистью.
   В самом деле, когда все, без исключения сидели или лежали на полке, изнывая от скуки и безделья, перемывая друг другу косточки и обсуждая не существующие проблемы, эти двое гуляли вместе. Причем всякий раз радостно улыбались! А что может быть отвратительнее счастливых лиц, если всем вокруг не до смеха?
   -Не слыханная дерзость, - жаловалась Подошва. - Что эти так и будут ходить у всех на виду?
   -Да они просто плюют на нас! - негодовали Башмаки.
   -С этим надо кончать, - заключили меховые Унты. - Этак каждый из нас начнет ходить с кем захочет. Вы понимаете к чему это может привести? Галоши пойдут с резиновыми Сапогами, миниатюрные Ботики с этой, как ее, Подошвой, а Валенки с щегольскими Ботинками.
   -Вот еще! - закричали Валенки. - Да мы не в жизнь рядом с ними не встанем, не то что куда пойдем. Вы только посмотрите на них: верх белый, середина желтая, подошва зеленая, а шнурки красные с синими кисточками. Ужас!
   -На себя посмотрите! - запальчиво заговорили щегольские Ботинки. - Мы, если хотите знать на свадьбу два раза надевались. Такой чести удостаивается не каждый, а о вас вспоминают только когда уголь принести надо, или дрова разгрузить.
   -А Подошва, причем здесь Подошва?
   Что тут началось! Нам даже рассказывать не приятно. Одним словом многие поссорились в тот вечер.
   А Лапоть и Туфелька продолжали ходить вместе. Сделав шаг Лапоть останавливался и поджидая Туфельку, ласково глядел на нее. И та старалась изо всех сил чувствуя поддержку друга. Постепенно они так приноровились, что шли в ногу, не отставая и не опережая друг друга.
   Чтобы положить конец этому безобразию, меховые Унты предложили закрыть Левую Туфельку в коробке из под обуви. И однажды при помощи Галош осуществили свой замысел.
   -Мы делаем это ради вас, - успокаивали они Туфельку, - вы только подумайте что вас ожидает? Ну куда, куда с таким спутником можно пойти? В кино, музей или может быть в театр? Конечно же нет. В лучшем случае на сенокос. А к этому ли вы стремились получая такое великолепное образование в сапожной мастерской?
   Но Левая Туфелька и слышать ничего не хотела:
   -Выпустите меня отсюда! - кричала она.
   Лапоть сильно переживал разлуку с подругой. Снова достал трубку и курил целыми днями лежа в пыли и грязи. Три раза он пытался вызволить Туфельку из плена, но Валенки и меховые Унты всякий раз наваливались на него и оттаскивали в сторону. Совсем отчаявшись он решил уйти из дома в деревню.
   Новость мгновенно облетела обувные полки и с чувством выполненного долга Меховые Унты и Галоши решили освободить Туфельку. Наконец то, все встанет на свое место и Валенок будет ходить с Валенком, Сапог с Сапогом, Галоша с Галошей, ну а Левая Туфелька, разумеется с Правой.
   Поздним вечером Лапоть подошел к двери и постояв не много на половике обернулся назад, ища глазами Туфельку. Она пропала и уже несколько дней не появлялась на полке. Опустив голову и так и не попрощавшись, Лапоть вышел за дверь, вздохнул полной грудью весенний воздух и пошел.
   Раскисшая было за день дорога успела подмерзнуть и идти по ней было приятно и сухо. На небе ярко светили звезды, тихо шелестел ветерок, пахло подснежниками... Впереди показался мост и взошедшая Луна осветила стоящую у обочины Туфельку, она радостно улыбалась и махала рукой другу.
  

Ч Е Р Н И Л А

   В магазине канцелярских товаров очень много нужных вещей, но самыми желанными для покупателей были чернила. Их то и дело спрашивали у хозяина и охотно брали лавочники, студенты, учителя и адвокаты. Да мало ли кому они могли понадобиться.
   Чернила хранились в красивых склянках и очень гордились этим. Ночи на пролет они проводили в горячих спорах и беседах о своем исключительном предназначении.
   Среди обыкновенных бутылочек с чернилами, были и очень красивые пузырьки из тонкого фигурного стекла с причудливыми крышками, стоившие много дороже остальных.
   На их этикетках значилось большими золотыми буквами: "Чернила синие" и "Чернила красные".
   По единодушному мнению, именно эти чернила были самыми талантливыми среди всех. Именно им предстояло если не перевернуть мир, то уж во всяком случае, сделать что-нибудь выдающееся. То, что сделает их знаменитыми.
   Из-за своей высокой цены эти пузырьки брали не так часто как остальные. Только в особо торжественных случаях, например, в подарок. Они стойко переносили ожидание и мечтали о том дне, когда наконец понадобятся. А пока говорили, говорили, говорили.
   Сразу, как только закрывались ставни, вокруг них собирались почитатели. Молодые, недавно привезенные в магазин бутылочки, с интересом слушали уважаемых "стариков". Вчера, например, "Чернила синие" рассуждали о том, в какой чернильнице лучше всего находится - в бронзовой, золотой или серебряной. В конце концов пришли к единодушному, с "Чернилами красными", мнению, что больше всего им подходит золотая или серебряная посуда. В простой чернильнице сколько не старайся, вдохновение не придет, а значит ничего путного не выйдет - только по напрасну себя потратишь. Правда в исключительных случаях, конечно же в интересах дела, можно пожертвовать своим здоровьем и расположиться в хрустальной, но художественно выполненной чернильнице.
   -После этого следует браться за что-то большое, чтобы не распыляться, - важно произносили "Чернила красные".
   -Полностью с вами согласны, - утвердительно кивали фигурной крышкой "Чернила синие".
   -Ах, как правильно сказано, - проносилось над собравшимися, - сразу чувствуется талант! Какие смелые мысли!
   Под такие одобрительные реплики и восторженные взгляды, красные и синие чернила, не замечая собравшихся, прохаживались по витрине магазина. Делая исключение разве что гусиным перьям. Проходя мимо стаканчика где те хранились, чернила элегантно приподнимали крышечки и раскланивались:
   -Наше почтение коллеги, - говорили они улыбаясь.
   Перья отвечали радостными криками и с интересом рассматривали пузырьки и этикетки с золотыми буквами. Оно и понятно, ведь многие были не грамотными и пока не написали ни одной буквы. А тут, рядом, расхаживают чернила с такими этикетками! Удастся ли им когда-нибудь писать так же красиво? Многие просто отказывались в это поверить.
   -Интересно, кому из них посчастливится прикоснуться к нам? - спрашивали "Чернила синие" кивая в сторону стаканчика с перьями.
   -Вот так представишь себе, что может достаться мало того что простое, так еще и какое-нибудь безграмотное перышко. Возись потом с ним - учи уму разуму, - сокрушались "Чернила красные".
   -Да, занятия не из приятных.
   Посетовав на судьбу и согласившись, что от этого никуда не уйдешь: молодежь тоже надо учить, а кому как не им заниматься этим, чернила продолжали прохаживаться по витрине.
   Так проходили недели, месяцы.
   Каждый день в магазин заходили покупатели и уносили с собой обыкновенные чернильные бутылочки. А те, даже не успев хорошенько привыкнуть к прилавку, со страхом и растерянность в глазах исчезали в сумках и портфелях. "Что, ну что они смогут сделать в большом и неведомом мире, - думали они, - не имея такого огромного таланта, как у синих и красных чернил?"
   -Мы, например, хотим посвятить себя написанию королевских указов и грамот, - важно произносили "Чернила синие" глядя поверх голов.
   -Это действительно стоящее дело, - кивали "Чернила красные", -Правда можно еще писать ученые книги.
   -Непременно толстые и в золотом переплете.
   -В свободное время мы пожалуй возьмемся сочинить роман о своей жизни, - под одобрительный ропот сообщали "Чернила синие".
   -Это само собой разумеется, об этом и говорить не следует - и вы и мы, просто обязаны сделать это.
   Все вставали и аплодировали. У многих на глазах выступали слезы.
   -Признаться, хотим сказать по секрету, - не естественно громким шепотом сообщали "Чернила красные", - наша мечта заключается в том, чтобы потратить жизнь на подписи особо важных документом. И не имеет значение о чем документы. С одной стороны не так хлопотно, как скажем написание ученого трактата в три тысячи страниц и в то же время очень почетно.
   -В этом вы безусловно правы.
   -Конечно. Ведь всегда вначале смотрят на подпись, а уж потом читают что написано. А там наша подпись, представляете! Сколько разговоров будет!
   -Если ваша, то успех обеспечен что бы вы не подписали. Это говорит специалист, можете нам поверить. Мы, как вам известно, очень принципиальны в своих суждениях. Такая подпись не останется не замеченной в свете.
   -Нам особенно дорога ваша оценка нашего таланта.
   Хозяин магазина добрый и уважаемый человек, как и все кто связан с торговлей, тщательно записывал что продал или купил за день. Для этих целей служила толстая амбарная книга, ее страницы были пронумерованы и разделены жирной чертой по середине. На одной стороне значилась надпись "Приход", на другой - "Расход". Естественно все записи в книге делались чернилами из простой бутылочки.
   Вы даже представить себе не можете сколько колких слов было высказано в адрес тех чернил. Сколько смеха они услышали по поводу своего "творчества". Бедные простые чернила не знали куда спрятаться.
   -Обратите внимание на эту несчастную бутылочку, - говорили "Чернила красные".
   -Печальное зрелище.
   -Подумать только, отдать жизнь на никому не нужные записи!
   -Ее ведь никто не будет читать, - возмущались "Чернила синие".
   Но больше всего они презирали промокашку, которая лежала не далеко от стопки писчей бумаги и вздрагивала, при каждом открывании дверей. Если с гусиными перьями чернила приветливо раскланивались, то эту предусмотрительно обходили, с опаской поглядывая в ее сторону.
   -Удивительно ветреное создание, не правда ли?
   -Даже смотреть противно. При одной мысли, что рано или поздно придется с ней общаться, делается не по себе, - сообщали "Чернила синие".
   В противоположность им промокашка вела себя непринужденно, не выказывая и намека на недовольство.
   -Здравствуйте! - ласково кричала она. - Господа, мне не терпится познакомиться с вами по ближе!
   Но ее слова оставались без ответа.
   Кроме чернильниц, перьев и промокашки, любимой темой для обсуждения была бумага. И это совсем не праздный разговор, считали "Чернила красные" и "Чернила синие". Ведь разве все равно на какой бумаге оставлять след? Конечно же нет?
   -Бумага в нашем деле занимает не последнее место, - объявляли "Чернила красные".
   -На простой, в лучшем случае можно написать письмо или сделать пустяшную запись, - добавляли "Чернила синие". - Я предпочитаю гербовую, высшего качества - толстую и твердую.
   Они подходили к краю прилавка и смотрели вверх на полку, где лежала тоненькая пачка такой бумаги. При этом каждый раз пробовали с ней поздороваться - кричали, снимали крышечки, но бумага не слышала, потому что лежала в плотной коробке.
   -Благородное создание.
   -За нее платят по золотому за дюжину.
   -Вы забыли о водяных знаках! - вдруг вспоминали "Чернила красные".
   -Ну что вы, на хорошей гербовой бумаге они обязательны, это всем известно, - возражали "Чернила синие".
   Время бежало не заметно. И все же наступил час, когда пришли и за нашими знакомыми.
   В дождливый, пасмурный день зазвонил колокольчик и открылась входная дверь. На пороге появилась старушка в длинном пальто и маленькой шляпке. В руках она держала зонт.
   -Добрый день, - поздоровалась покупательница, - у вас есть красные чернила в красивых флакончиках?
   Хозяин любезно улыбнулся и предложил "Чернила красные", которые в это время обсуждали известные нам проблемы.
   -Какой красивый пузырек, какая изящная крышечка, - удивилась старушка. - Они должны понравиться моей внучке Сонечке. Я покупаю их.
   И купила.
   "Чернила красные" неторопливо обвели всех довольным взглядом, помахали на прощание и скрылись в сумке.
   Не долго оставались в магазине и "Чернила синие". Их купила через несколько дней экономка адвоката - молодая болтливая женщина. Она часто заходила в магазин и подолгу разговаривала с хозяином. Иногда пила чай в соседней комнате, пересказывая городские новости. К ней привыкли и не обращали никакого внимания. Поэтому все замерли от неожиданности, когда она произнесла?
   -Да, чуть не забыла! Господин адвокат просил купить хороших синих чернил и перьев. Надеюсь они у вас есть?
   -Разумеется, - сказал хозяин и подал "Чернила синие" и горсть гусиных перьев.
   Как только "Чернила красные" купила старушка, у них началась иная жизнь, совсем не похожая на ту, о которой они мечтали. Но об этом потом.
   Оказавшись в сумке, "Чернила красные" с высока посмотрели на клубок со спицами и уселись рядом на носом платке, не забыв посмотреться в стекла очков - полюбоваться на свое отражение.
   По дороге домой старушка зашла в булочную, а потом на рынок, где купила улыбающуюся румяную булку и головку чеснока. Булка понравилась всем кто находился в сумке, а вот чеснок издавал резкий запах и вел себя отвратительно и бесцеремонно. "Чернилам красным" сказал "ты", ущипнул булку и пнув клубок улегся в углу, прямо на шелуху от семечек.
   В таком обществе чернила и прибыли в дом старушки. Это было небольшое двухэтажное здание, расположенное в прекрасном яблоневом саду. В нем, по мимо старушки жил усатый господин, его жена и дочка Сонечка. Ей в подарок и были куплены "Чернила красные". Они понадобились потому, что наступило время учить девочку писать. Все необходимые принадлежности были уже приготовлены и уложены на маленьком аккуратном столике. Недоставало только чернил.
   Справедливости ради следует упомянуть и о маленькой болонке и толстой ленивой кошке, которые тоже жили в доме.
   Сонечка не испытывала ни малейшего желания немедленно приступать к занятиям. Напротив, она придумывала множество причин, чтобы оттянуть их. То у нее вдруг заболевал пальчик, то голова, а то начинали чесаться глаз или ухо. К тому же она была очень балованной и непоседливой девочкой. У нее никогда не хватало терпения подолгу чем либо заниматься. Будь это вышивание, вязание или рисование. Все она бросала так и не доделав до конца. Но бабушка на нее не обижалась - как можно обижаться на любимую внучку.
   Увидев куда попали, "Чернила красные" охватило отчаяние. Зачем здесь их талант, зачем они маленькой девочке? Да к тому же на столе стояла простая фарфоровая чернильница, с нарисованными на ней петушком и курочкой, а рядом лежала обыкновенная бумага!
   "Ну, это уже слишком! - решили чернила. - В таких условиях мы не сможем трудиться". Горю их не было конца, от чего они сделались еще краснее.
   -А-а! - обрадовалась Сонечка, увидев пузырек. - Такими красивыми я согласна учиться писать.
   Подбежала и поцеловала бабушку.
   Но одно дело сказать: "согласна писать" и совсем другое дело действительно научиться писать. Ведь всем известно, что для этого надо каждый день, по много раз, выводить палочки, кружочки и крючочки. Это занятие быстро надоело девочке. Тем более с первого раза у нее ничего не получалось. Вместо палочек выходили закорючки, а вместо кружочков кляксы или огурцы. Кому это понравится? Да еще "Чернила красные", возмущенные своим унизительным положением, цеплялись за бумагу, растекались или нарочно прыгали с перышка на платье или стол.
   В первый же день учебы расстроенная Сонечка разбросала по комнате бумагу и перья, топала ногами и плакала. А после того как бабушка ее пожалела, раскрыла чернила и сунула в них палец. Повозила им по бумаге и нарисовала смешную рожицу. Толстая кошка и болонка были рядом и одобрительно смотрели на девочку.
   Естественно, после такого обращения "Чернила красные" вообще решили не писать и отвернувшись встали возле подсвечника.
   Так прошел день.
   Когда в следующий раз сунув палец в чернила Сонечка рисовала, в комнату вошла бабушка.
   -Сонечка, - всплеснула руками она, - ведь ты же обещала больше так не делать!
   Внучка вздрогнула и задев раскрытый пузырек опрокинула на стол.
   -Ой! - вскрикнула девочка и вскочила с места.
   По столу растекалась красная чернильная лужа.
   Бабушка Сонечку даже не заругала. Наверное бабушки все такие. Она лишь взяла внучку на руки и погрозила пальцем.
   А чернила залив стол, закапали на пол, пачкая красивый шерстяной ковер. Толстая кошка подошла к ним и потрогав лапой долго трясла и облизывала ее. Маленькая болонка к чернилам не подходила, а только прыгала вокруг лужи и лаяла.
   "Чернила синие" добрались до нового места жительства без приключений. Как только экономка пришла домой, она поставила пузырек на заваленный бумагой стол, высыпала перья и ушла на кухню.
   Адвокат, совсем еще молодой человек, повертел пузырек в руках и не переставая о чем то думать, снял крышку. Посмотрел по сторонам, поискал чернильницу и не найдя, обмакнул перо прямо в чернила. Потом потрогав нос неторопливо начал писать: "Уважаемый господин судья, благодарю за приглашение посетить вас в эту пятницу..." И так далее и так далее. Это было простое письмо! Представляете?
   Дальше было еще хуже. Адвокат сочинял свои скучные выступления. В одном например, шла речь о защите аптекаря, собака которого съела афишу приезжего цирка. В другом говорилось об уличном фонаре - его свет мешал спать целой семье. Словом сами понимаете, все не то, совсем не то о чем так хорошо мечталось в магазине канцелярских товаров.
   Несколько раз адвокат забывал накрывать крышкой "Чернила синие" и они стояли с непокрытой головой, пока экономка случайно не делала это.
   Потом внутрь попала здоровенная муха, воробьиное перышко и еще что то. Все это естественно не могло не отразиться на самочувствии чернил. Постепенно они стали вялыми, а со временем пропал и интерес к жизни. В конце концов, когда адвокат в очередной раз, по рассеянности не закрыл их, они высохли...
   А в магазине канцелярских товаров, всякий раз, как только привозили новые бутылочки с простыми чернилами, рассказывалась история о том, как на прилавке жили талантливые "Чернила красные" и "Чернила синие", которые где то далеко отсюда совершают великие дела и прославляют эти стены.
  

Ч А С Ы

   Довелось мне охотиться в сибирской тайге. Осень была сухая, теплая, поэтому ездили налегке и возвращались в деревню лишь поздно вечером. Однажды увлекшись охотой и разговорами, не заметили как отъехали верст на семь дальше обычного. Между тем быстро темнело. Ночевать в тайге не хотелось, да и голод давал о себе знать. Приятель мой выросший в этих краях, предложил заехать к своему дальнему родственнику. Выбирать не приходилось - я согласился.
   Деревенька куда мы направлялись находилась не далеко и имела, по рассказам, домов десять с небольшим. Проживали в ней люди старые, в основном одинокие.
   Хозяин большого деревянного дома встретил гостей приветливо и пока я осматривался и приводил себя в порядок, накормил лошадей и вернулся в избу.
   Время было позднее, поэтому наскоро попив чаю стали готовиться ко сну. Мне постелили на верху, в коморке скорее похожей на чердак, чем на комнату.
   Попрощавшись с хозяином и своим спутником, я не спеша поднялся к себе, разделся и сидя на кровати закурил трубку. Ночь была лунная и тихая, свет из маленького круглого окошечка падал на стол, тускло освещая старые фотографии. Спать не хотелось. Я с наслаждением курил ароматный табак и вспоминал сегодняшнюю, как никогда удачную охоту... Прошло около часа.
   Вдруг за спиной послышались шорох и бурчание. Я обернулся и прислушался. Шум становился все сильнее и уже можно было различить отдельные голоса. Любопытство вконец отогнало остатки сна и я с интересом стал ждать, что будет дальше. Мне никак не удавалось разобрать откуда же доносится разговор.
   -Никакого уважения и почета, обращаются как будто с равными! Нет, нам этот надоело, решительно надоело!
   И тут я догадался. Голос доносился из... Откуда бы вы думали? Из часов! Из больших старинных часок, что висели у меня над кроватью.
   Между тем послышался другой возмущенный голос:
   -Им надоело, вы слышите?
   Сбоку открылась дверца и на верхнюю крышку выбежали Винтики, Стрелки, Пружина и Цифры. Размахивая руками они кричали не замечая моего присутствия.
   Все тот же голос продолжал:
   -Досталась самая легкая работа и то не нравится. Меня каждый день так скручивают, что думаю: "Вот и смертный час пришел". Ан нет, потихоньку, помаленьку выпрямляюсь. Мало того, еще и вас всех кручу. И так сто лет! Если говорить по справедливости, я здесь самая главная. Не будь меня, часы давно остановились бы и нечего было бы показывать зазнайкам Стрелкам.
   -Надо проучить их! - закричали с разных сторон Винтики, но тут же опустили головы под пристальным взглядом Стрелок.
   -Правильно!
   Поднялся невообразимый шум. Думаю его было слышно на первом этаже дома. Каждый старался перекричать друг друга.
   Беспокойный Маятник, то и дело спотыкаясь, сновал взад и вперед положа руки за спину. На его голове был симпатичный красный колпачок, какие обычно носят сказочные гномы. Из-за длинного роста несчастному приходилось сгибаться чуть ли не пополам, чтобы голова находилась вровень с другими. Медный диск у основания туловища потускнел и кое где покрылся ржавчиной. Маятник пытался что то сказать, но не мог перекричать товарищей. После каждой такой неудачной попытки, он останавливался и махнув рукой продолжал шествие.
   Зато Цифры совсем не интересовались происходящим. Как бы говоря : "Из-за чего собственно шум? Все и так давно ясно." Наиболее молодые: Единица, Двойка и Тройка напоминали старинных витязей - такая же удаль и статность. Они ходили не спеша, вразвалочку, весело поглядывая на окружающих.
   Цифры Десять, Одиннадцать и Двенадцать изрядно состарились. Они сидели в мягких креслах с высокими спинками. На самом почетном месте находился седой старик с беззубым ртом. Его голову украшала корона с изображением цифры двенадцать, на груди и на мантии красовались часы. По правую руку Двенадцати сидели Одиннадцать и Десять. Они были моложе своего повелителя, но пользовались не меньшим уважением среди товарищей.
   Но вот шум утих и Пружина, все это время старавшаяся перекричать человечков, продолжила:
   -Я все время молчала, терпела высокомерное обращение Стрелок. А чем они лучше меня? Да ничем. Работаю не жалея себя, а они на всем готовеньком - сидят на верху и показывают на Цифры. Этак любой из нас сможет. А вспомните, как они закапризничали и целую неделю время не правильно показывали. Нам чуть жизни это не стоило!
   Пружина отошла в сторону. Ее узкое тело скручивалось спиралью, а старое рваное платье, усеянное заплатами, болталось как на вешалке. Одна нога была короче другой, отчего она сильно хромала и громко стучала деревянными башмачками.
   Все смотрели в направлении Стрелок и ждали что они скажут.
   Сестры стояли не много в стороне от остальных и разговаривали друг с другом. Старшая держала руки в карманах широкого, богато расшитого золотом платья. Движения ее были медленны и не торопливы, во всем чувствовалась уверенность и высокомерие.
   В противоположность ей, младшая сестра казалась почти в два раза выше старшей. Одеждой отличалась более скромной, напоминающей монашескую рясу, с серебряной полоской по краям. Она нервно подергивала кисти пояса и пританцовывала на месте, забегая то с одного, то с другого бока сестры.
   Откашлявшись старшая Стрелка вышла вперед, огляделась и сказала:
   -Я и раньше предупреждала: эта выскочка Пружина до добра не доведет. Вместо того чтобы работать она только с толку вас сбивает. Если все считают, что работа у нас легкая и не ответственная, может без Стрелок обойдетесь? Пусть кто-нибудь время показывает, а мы отдохнем, посмотрим чем дело кончится.
   -А что и обойдемся, правда ведь? - торопливо заговорила Пружина, обращаясь к Шестеренкам.
   -Нам все равно кто показывает, кто крутит, - наперебой заговорили те. -Мы вообще считаем лучше когда часы стоят. Тогда занимайся чем хочешь или отдыхай в свое удовольствие. Но если общество считает, что нужно работать без Стрелок, будем крутиться без них.
   Все одобрительно зашумели и стали ждать, что скажут Маятник и Цифры.
   Дождавшись наконец своей очереди, Маятник печально произнес:
   -Одумайтесь. Никто из нас не сможет заменить другого. Мы хороши только на своих местах.
   Собравшиеся повернулись к Цифрам. Настала их очередь высказать свое мнение.
   Цифра Десять наклонившись к уху Двенадцати, пересказала слова Шестеренок и Маятника. Разобравшись в чем дело, старик повернул голову к остальным цифрам и тихо произнес:
   -Это можно. Отчего же не попробовать без Стрелок.
   Толпа зашевелилась. Кто-то даже закричал: "Ура!" И возбужденные жители часов направились к дверце.
   Светало. В окошечко заглянуло утро, постояв в нерешительности на подоконнике, оно весело зашагало по комнате. Пора собираться в дорогу. Так и не поспав ни минуты я быстро оделся и спустился вниз. На кухне уже хозяйничал мой товарищ. Поставив на стол самовар, он аккуратно наливал в миску душистый мед. Возле его ног терся огромный сибирский кот. Прикрыв глаза, кот громко мурлыкал и следил не бросят ли ему что за усердие. Делая это не от большого голода, а скорее так, по привычке - на всякий случай.
   Плотно позавтракав мы оседлали коней и отправились на охоту. Не буду описывать наши приключения, скажу только, что охота в тот день оказалась не менее удачной, чем накануне. К вечеру я предложил товарищу снова переночевать у его знакомого и мы направили лошадей по уже известной дороге.
   Ночью, расположившись на своем старом месте, я с нетерпением ждал, заметив что часы стоят, Стрелок нет, а на их месте устроились Шестеренки. "Значит Пружина, Цифры, Стрелки и Винтики все еще не договорились между собой, кто из них самый главный", - подумал я и стал рассматривать Шестеренок.
   Шестеренки носили одинаковую одежду желтого цвета, состоящую из рубашки, штанишек, шапочки и башмачков. Это придавало им вид симпатичных однодневных цыплят. Сидя на циферблате, они раздраженно разговаривали размахивая руками.
   -Ты показываешь минуты и потому должна двигаться быстрее, не глазея по сторонам и не отвлекаясь!
   -Кто бы говорил! То же мне часовая стрелка, я уже два круга сделала, а ты все сидишь на одном месте.
   -Давай меняться.
   -Что толку, мы уже четыре раза менялись, - разочарованно сказала Шестеренка, заменявшая минутную стрелку. - Нужно возвращаться к себе пока не поздно.
   В это время послышался щелчок и из боковой дверцы стали выходить мои старые знакомые.
   Процессия двигалась медленно, не громко переговариваясь. Многие были недовольны происходящим. Только Стрелки улыбались, злорадно посматривая на остальных.
   Шестеренки соскочили с циферблата и вышли на встречу.
   -У нас ничего не получается, - сказала одна из них. - Мы испробовали разные способы, но никаких результатов - или забегали вперед или опаздывали.
   -Даже хозяин качал головой, - добавила Минутная Стрелка ехидно.
   Все повернулись к ней. Она продолжала:
   -Ну, кто из нас оказался прав?
   Собравшиеся не спешили отвечать на вопрос.
   Мы в часах главные и работа у нас самая трудная и ответственная, - заключила Часовая Стрелка.
   -А у меня разве легкая или не ответственная? - закричала Пружина.
   -Прекратите спорить, у всех важная и нужная работа, - вмешался в разговор Маятник. - Давайте займем свои места и продолжим дело, не то хозяин действительно отнесет нас в чулан.
   -Нет! - не унималась Пружина. - Я буду показывать время, а Стрелки пусть за меня поработают.
   Стрелки переглянулись. Минутная наклонилась к сестре и что то быстро заговорила на ухо. Та согласно кивала и улыбалась от удовольствия. Потом засмеявшись промолвила:
   -Хорошо пусть еще и Пружина посидит на нашем месте, а мы пойдем поработаем за нее. С нашими способностями это не составит большого труда.
   -Безумцы, - произнес Маятник.
   Цифры молчали и окружив старейшин поглядывали на них. Не много подумав, старик Двенадцать произнес:
   -Пусть будет так.
   И тут же дружные цифры подхватили его слова и закричали на разные голоса:
   -Пусть будет так! Пусть будет так!
   Пружина засияла от удовольствия и направилась на новое место. За ее спиной зашептались Винтики, не имевшие собственного мнения. Они всегда поддерживали самого сильного, приговаривая: "Мы Винтики маленькие, незаметные, куда нам до них".
   Вот и сейчас, забившись в угол продолжали шептаться, показывая то на Пружину, то на Стрелок. Как и Шестеренки Винтики имели одинаковую одежду: маленькие головы покрывали здоровенные фуражки серого цвета, поверх коричневых рубашек носили черные фартуки, а на руках кожаные рукавицы. Все были одинакового роста и возраста.
   Постояв еще некоторое время на крышке часов, человечки засобирались обратно.
   Впереди поддерживаемые молодежью шли седобородые старцы - Двенадцать, Одиннадцать и Десять. За ними следовали остальные Цифры. Чуть отстав и гордо подняв головы семенили сестры Стрелки, им было весело. Шустрые Шестеренки пробежали шумной гурьбой, громко говоря и размахивая руками. Потом тихой шушукающейся толпой проковыляли Винтики. В самом конце, низко опустив голову брел Маятник, то и дело повторяя: "глупцы".
   Посидев еще несколько минут я разделся и лег в постель, но никак не мог уснуть. Вспоминались Пружина и Стрелки, Маятник и Цифры, Шестеренки и Винтики. Грустная улыбка невольно появилась у меня на губах. Жаль, что не узнаю чем закончится спор милых симпатичных человечков. Завтра с утра, мы собирались покинуть эти места и уже были готовы к отъезду. Попрощавшись мысленно со своими друзьями я крепко уснул.
   Но не всегда человек поступает так, как того хочет. Утром шел сильный дождь и нам ничего не оставалось, как отложить отъезд до обеда. К обеду черные тучи заволокли последние светлые клочки неба и началась гроза.
   Признаться я только обрадовался этим обстоятельствам. Мне снова предстояло встретиться со своими знакомыми.
   Сразу после ужина, нигде не задерживаясь я поспешил к себе в комнату.
   Лишь только перевалило за полночь, как отворилась дверца и верхняя крышка часов стала быстро заполняться человечками.
   Приходилось только удивляться как изменились Стрелки и Пружина. Их было не узнать. Куда девалось обычное высокомерие Стрелок? Они шли молча низко опустив головы. Праздничная одежда сильно запачкалась и кое-где порвалась. Младшая Минутная Стрелка погнулась и теперь была не на много выше своей сестры. Да и Пружина выглядела не лучше своих соперниц, на ее лице блуждала растерянная улыбка.
   Зато Винтики были довольны, тихо хихикали и перешептывались, потирая от удовольствия руки. Шестеренки зевали, равнодушно поглядывая на соседей, Маятник насвистывал, а Цифры расположились обычным полукругом и скучали.
   Наступила тишина.
   Вперед вышла Пружина и виновато произнесла:
   -Я хочу вернуться на свое место, это занятие не по мне. Тяжело сразу показывать и часы и минуты. Сначала я пробовала трудиться за часовую стрелку, но вскоре потеряла счет времени. Потом за минутную и совсем запуталась. Пусть лучше у меня будет тяжелая работа, но я выполню ее хорошо.
   -Это уж точно. Лучше хорошо делать свою работу, чем плохо чужую. - подтвердили Шестеренки.
   -Представляю, если бы на моем месте вдруг оказались Тройка или, например, Двойка, - пробормотал старик Двенадцать. - Вот уж путаница, так путаница началась.
   Все согласились.
   Подождав пока народ успокоится и станет тихо, заговорили Стрелки:
   -Мы тоже не справились на новом месте. Моя младшая сестра согнулась от тяжелого и непривычного труда. У Пружины действительно нужное дело и мы больше никогда не станем смеяться над ней. Если можно, то сестра и я, хотели бы вернуться к себе.
   -Вот это правильно! - закричал повеселевший Маятник. - Наконец-то прекратился спор и мы поняли, что среди нас не может быть главных и не главных. Все главные! А теперь скорее за работу! - он снял колпачок и стал размахивать им. - Мы еще послужим своему хозяину!
   И Маятник первый направился к дверце часов.
   Через несколько минут наступила тишина.
   Посидев еще некоторое время на кровати, я не спеша подошел к окну. По звездному небу величаво плыла Луна разбрасывая яркие искры, они кружась падали на землю и покрывали ее серебристым ковром. Снег! Выпал Снег! Из груди невольно вырвался крик удивления и восторга.
   На следующий день я был уже далеко, от тех богатых и удивительно красивых мест, а вскоре и совсем забыл о таежных приключениях...
   Но вот недавно, получил письмо от своего товарища по охоте, он приглашает в гости. Ответа пока не написал, но уже твердо знаю, что непременно поеду. И обязательно навещу своих маленьких знакомых, которые живут в старинных часах.
  

Г О Л О С

   Разморило мужика на солнце, прилег он под дерево и уснул. Спал, спал и не заметил как у него изо рта голос выпал. Прокатился по траве и в кротовью норку провалился.
   А надо сказать, голос у мужика был так себе, не на что кроме ругани не годный. Хриплый такой, дребезжащий, но громкий. Бывало хочет мужик шепотом что сказать, а голос как заорет на всю округу. Прямо беда. И что только мужик не делал, не придумывал, чтоб значит с голосом со своим совладать. Куда там - голос не унимался. Так что мужик вначале даже обрадовался, когда обнаружил пропажу: никто на него не косится, пальцем у виска не крутит, не сторонится. И только потом понял чего лишился. Ну сами посудите, хочет наорать на кого, а не может, хочет глупость вымолвить не получается. Пришлось учиться руками браниться.
   А голос подождал пока мужик подальше отойдет от дерева и бегом, только его и видели. Спрятался в траве и смеется. Пошутить значит хотел над мужиком, а получилось, что над собой пошутил. Да еще как - потерялся!
   И вот сел голос на пенек и приуныл, что делать не знает, куда идти не ведает. Много ли просидел мало ли, только видит идет по дороге баба, а в руках корзину несет. Изловчился голос и когда та мимо проходила, вскочил в корзину.
   Пришла баба домой и пока скотину кормила и поила, голос прошмыгнул в избу и за печкой затаился. Дождался ночи, закрыл родной бабий голос в чулане, а сам вместо него остался.
   Вот просыпается утром баба и к детям, чтоб значит разбудить, покормить и все такое. А голос как заорет, дети с испугу заплакали и убежали из дома. Вышла баба во двор живность домашнюю проведать. Хотела зерна курам задать, но вместо: "цып-цып", такой рык вырвался из груди, что птицы от страха на землю повалились, лошадь забор сломала и в поле ускакала, а корова под телегу забралась. "Не уж-то заболела?" - подумала баба.
   Пришла к старушке, которая всякие болезни знала. Та ей в рот посмотрела и говорит: "У тебя горло позеленело, не иначе голос больше чем надо вырос. Надо его подсушить не много." Взяла спицу и вытащила голос изо рта, бросила на тарелку и наказала: "Положи на солнце, пусть дня три полежит, усохнет, а потом проглоти."
   Так баба и сделала. К тому времени и дети домой вернулись и скотина успокоилась. И пошло все по старому.
   Все да не все - голос сильнее чем надо усох и стал писклявым словно комариный. Скажет баба чего и сейчас к ней, со вех сторон, мошки разные да мухи слетаются. Тучами вокруг кружат, за свою принимают, а остальных кусают и жалят.
   Пошла она снова к старушке. Та ей и посоветовала голос в молоко положить, чтоб значит размок и погрубее стал.
   А голос только этого и ждал. Напился молока, и лишь только во рту у бабы оказался, опять за свое. Орет по чем зря на детей, соседей и скотину. Чем бы все это кончилось не знаю, но только дочка услышала, что в чулане кто то плачет.
   Заглянула баба туда, а там ее голос родной в пыли да паутине мается. Подняла она его помыла, полотенцем протерла и хотела на прежнее место вернуть. Да не тут то было, голос мужика уперся и не пускает его.
   Пришлось снова к бабушке за помощью обращаться. Та и говорит: "Надо лягушку скользкую проглотить, она чужака испугает, он и убежит".
   Ох как не хотела баба та лягушку глотать, чай не в Париже, в Россее живет. Да делать нечего, пришлось кушать.
   Выскочил голос мужицкий изо рта и убежал. И так он лягушки напугался, что решил больше никогда к людям не возвращаться, а жить сам по себе.
   С тех пор и бродил по лесам, полям и горам, передразнивая путников, повторяя за ними слова. Кого напугает, кого рассмешит, а кого и с пути собьет.
   Узнал про то мужик, хозяин голоса и хотел вернуть его себе - надоело ему руками ругаться. Да где там, только набегался зря.
   Пришел мужик восвояси и по совету одного пастуха проглотил свисток, чтоб значит какой ни какой голос иметь, но только оконфузился. Люди над ним стали смеяться. Начнет мужик на кого орать, а вместо этого насвистывает, да так потешно, что все вокруг за животы хватаются.
   Так бы и свистел тот мужик по сей день, если бы не умудрился у рыбы голос выменять. Уж на что не знаю, только с тех пор рыба онемела, рот раскрывает, а что молвит не слышно. Зато мужик снова заговорил. Правда не громко, но если прислушаться разобрать можно.
   Да, и вот еще что! Ругаться он перестал, боится, вдруг что с рыбьим голосом случится.
  

К А К А Я П О Л Ь З А О Т Д У Р Н Я

   Проехал Царь по своим владениям и видит, все в государстве трудятся, никто не сидит без дела. Кто шьет, кто жнет, кто пашет, кто вяжет - всяк при деле. Один дурень ремесла не имеет. Лежит на печи да пальцем на губе играет. Целыми днями: "Бим-бим. Бим-бим".
   Позвал Царь к себе главного министра и говорит:
   -Надобно дурня работать заставить.
   -Нельзя Ваше величество, - отвечает министр. - Какой с дурня прок?
   Не понравилось это Царю и повелел он издать указ об использовании дурня с наибольшей пользой для государства.
   Бросились исполнять указ и определили дурня помощником к бондарю, бочки проверять. Если отыщет дырявую, так чтоб крестиком помечал.
   Приходит вечером бондарь, посмотреть как у дурня дела, а он на половине готовых бочек крестики поставил.
   -Неужто дырявые все? - удивился мастер.
   -Нет батюшка не все, - говорит дурень, - в этих я еще не успел дырки проковырять, - и показывает на остальные бочки.
   Дали дурню другую работу - велели гусей пересчитать. Вот считал, считал он птиц, а те туда сюда ходят, с места на место перелетают. Сбивается дурень, злится - ничего у него не получается. И стал дурень гусям шеи сворачивать. Свернет одному и считает: "Раз", свернет другому - "Два". И пошло дело.
   Приходит птичник дурня проверить, а он забрался в корыто и по озеру за последним гусем плавает и камнями в него бросается.
   -Ты что это делаешь? - закричал птичник.
   -Гусей считаю, - отвечает дурень, - почти всех сосчитал, один остался.
   Думали, думали что еще дурню поручить и решили, что если он привык на печи лежать, то и работа такая должна быть.
   Привели дурня к плотине, которая бурную реку перегораживала и велели возле нее лечь и на губе играть.
   -И все? - удивился дурень.
   -И все, - отвечают ему, - лежи, играй, да посматривай на плотину. Если течь заметишь, вставай и беги в деревню.
   Вот лежал, лежал дурень на траве и стало ему скучно и решил он в деревню отправиться. Взял лопату и давай плотину копать. Копал, копал пока вода не появилась. Обрадовался дурень и побежал в деревню.
   Через какое-то время вызывает Царь главного министра и спрашивает:
   -Что ж, используете вы дурня с наибольшей пользой для государства?
   -Используем, - Ваше величество.
   -И какая же наибольшая польза от дурня?
   -А когда он на печи лежит и на губе играет, - отвечает главный министр.
  

Д Е Р Е В Я Н Н А Я П Т И Ц А

   Жила-была в одной деревне Правда. Долго жила и люди к ней привыкли. Но однажды, решила Правда свою сестру Кривду навестить. Обрадовался староста и как только она ушла, смотал дороги, дорожки и тропинки, что в деревню вели и спрятал в сундук.
   И стали все не по правде, а по лжи жить. Каждый норовит обмануть, обобрать соседа. Даже братья родные и то ловчат и завидуют друг другу.
   Люди понять ничего не могут, от чего жить стали хуже, от чего улыбаться перестали. Бродят злые, подозрительные, лишний раз на улице не показываются. А чтоб поздороваться с кем, или слово доброе сказать и говорить нечего - забыли как это делается. Один староста довольный ходит, руки от радости потирает. Что ни день, он богаче становится - никто его перехитрить не в силах.
   В той деревне жил пастух, по имени Макар. Однажды услышал Макар, как староста жене хвастает, что теперь Правда никогда не вернется, не найдет дорогу обратно.
   Догадался пастух в чем дело, какая беда с ними приключилась и решил идти искать Правду. Вышел из деревни, но не успел и десяти шагов сделать, как дома туманом начали покрываться. Бросился Макар назад, да поздно, поднялась деревня вверх и осталась висеть на облаках.
   Постоял пастух, погоревал и пошел куда глаза глядят.
   День идет, другой, навстречу ему Счастье.
   -Чего дома не сидится, добрый молодец? - спрашивает оно.
   Рассказал Макар, что хочет вернуть Правду в деревню, да вот только не знает где ее искать.
   -Оставайся лучше со мной, - улыбнулось Счастье. - Зачем тебе Правда? Где Правда, там и Беда не далече.
   -Нет, - говорит пастух, - не могу я родную деревню бросить.
   Поклонился Счастью и отправился дальше.
   Много ли, мало ли времени прошло, только повстречал он разбойников. Ограбили его злодеи, связали и оставили в лесу на растерзание зверью дикому. Лежит Макар, прощается с жизнью, вдруг видит идет старуха, а за ней змея гремучая ползет. Подошла к нему, села на пенек и смотрит.
   -Помоги мне бабушка, - просит пастух.
   -Зачем же я тебе помогать стану, если сама разбойников напустила.
   -Понял пастух, что с Бедой разговаривает.
   -Мы теперь с тобой до самой смерти не расстанемся, - пообещала старуха.
   Вытащила рожок и давай волков приманивать.
   "Ну нет, - подумал Макар, - просто так я от жизни не откажусь" - и стал веревку мять, теребить. Крутил, тянул узлы в разные стороны и освободился. Вскочил и помчался не разбирая дороги, лишь бы подальше от Беды быть. А старуха ему в след кричит:
   -Куда ты, добрый молодец? От меня все равно не уйдешь!
   Бежал, бежал пастух и не заметил как в болото заскочил и тонуть начал. Хватает руками тину, ногами по грязи бьет, но только глубже в ил погружается. Остановился, чтобы отдышаться, глядь, а на кочке Беда сидит и беззубым ртом улыбается.
   -Придется тебя спасти, - говорит старуха, - а то утонешь и волки голодные останутся.
   Помогла Беда Макару на твердую землю выбраться и давай опять на рожке играть, зверям знак подавать.
   Изловчился пастух, выхватил дудочку у старухи и забросил ее на середину болота. Зарычала, заскрежетала зубами Беда, да делать нечего полезла рожок доставать, а Макар пустился наутек, только его и видели.
   Целую неделю бродил по лесу пастух, грибами, да ягодами питался и вышел туда, откуда путь начал. Аккурат перед своей родной деревней оказался. Висит она на облаках и нет к ней дороги.
   Задумался Макар, что делать не знает. Вдруг слышит вроде плачет кто. Огляделся по сторонам, видит Правда сидит, пригорюнилась.
   -Тебя то мне и надо! - обрадовался пастух. - Возвращайся скорее в родную деревню.
   -Уже сколько раз пробовала, - говорит Правда, - только дорогу найти не могу.
   -Ничего, - сказал Макар, - меня тятенька к разному ремеслу приучил, я птицу деревянную сделаю и мы по воздуху полетим.
   И принялся пастух за дело. Три дня и три ночи трудился, даже на минуту не останавливался, торопился домой вернуться. Славная получилась птица, точь-в-точь как живая, только что не поет и не скачет. Уселись на нее пастух и Правда и уже лететь собрались, откуда не возьмись Беда и Счастье.
   -Оставайся со мной, - предложило Счастье.
   -Возьми меня с собой! - закричала Беда.
   -Тебе решать, - говорит Правда, - с кем быть и кого брать.
   -Я уже давно решил, - произнес пастух и направил птицу вверх.
   Летят они над деревней, а староста их заметил.
   -Увози обратно Правду Макар, - взмолился он. - Кому она нужна? За это половину добра отдам.
   -Нет, - говорит пастух, - это тебе она не нужна, а людям очень даже нужна!
   Посадил Макар деревянную птицу. Сошла Правда на землю и как поведет рукой то в одну, то в другую сторону. И затерли люди глаза и заплакали. Стали смотреть вокруг и дивится, как же они так жили, так поступали - не по совести, не по справедливости. И стыдно всем стало. Правда она ведь как оса, глаза колет.

П Р И Н Ц Е С С А И С К О Р К А

   На большой, пухлой туче раскинулось ледяное царство. В нем жили Снежинки, в кружевных платьях, расшитых сосульками и покрытых инеем шапочках. Правили царь Ледок и царица Льдинка. И была у них дочь - принцесса Искорка.
   Целыми днями Снежинки распевали песни, водили хороводы и играли в салочки, а когда Метель или Вьюга собирались вниз, отправлялись с ними на землю. Тогда с неба валил снег и все вокруг покрывалось белым пушистым ковром. Только принцессе нельзя было покидать родные края и она всегда оставалась дома.
   Однажды, заигравшись с подругами, Искорка упала с тучи и оказалась в лесу, на макушке елки. Случилось это накануне нового года. Страшно сделалось принцессе, но Снежинки успокоили ее, пообещав, что царь скоро отыщет дочь и заберет обратно.
   Недалеко от того леса, стояла избушка одной старой женщины и ее сына Федора. Жили они бедно, еле-еле концы с концами сводили. Раз увидел Федор, как мимо их двора елку для господского дома везут, а на ней Снежинка. Да такая красивая, глаз не отвести - разными цветами переливается и искорки во все стороны отбрасывает. Пожалел Федор Снежинку, рассудил растает в тепле и потихоньку снял с ветки и в снегу спрятал. Потом принес на рукавице во двор и положил в сенях, в самом холодном месте.
   Хватились в ледяном царстве Искорку, всю тучу обыскали, но не нашли принцессу. Отправил царь Ледок Метель и Вьюгу вниз и велел без дочери не возвращаться. Закружила Метель, завыла Вьюга и началась на земле страшная пурга. Поднялся такой сильный ветер, даже деревья к земле пригнулись, звери попрятались, а люди в погребах и подпольях схоронились.
   Вернулись Метель и Вьюга назад и рассказали, что Искорку, вместе с елкой, в господский дом увезли. Заплакала царица Льдинка и приказала за своим братом Морозом послать.
   А Федору Снежинка очень понравилась и стал он к ней по ночам ходить. Днем работает, а стемнеет, сразу в сени: оденется потеплее, зажжет лучину и любуется как та переливается. И чудится ему будто живая она и сказать что-то хочет, но не может. Один раз, показалось Федору, вроде шевельнулась Снежинка и улыбнулась даже.
   Прилетел Мороз на землю, нашел усадьбу, где елку поставили и ну студить, ну холод напускать. Так расстарался, аж стены у дома потрескались и окна полопались. Бедные жильцы, кто куда разбежались - барин с барыней к родственникам, а прислуга по избам. Ходит Мороз в опустевших хоромах, ищет принцессу, а найти не может и только злее становится и еще сильнее стужа по округе разливается. Люди носа на улицу показать боятся, сидят на печах и крестятся, никто такого холода не припомнит.
   Одному Федору все нипочем, он давно из дома перестал выходить. Сидит в сенях, от Снежинки глаз оторвать не может. Смотрит на нее, как завороженный, попить, поесть забывает. Влюбился парень. Не в девицу красавицу, а в комочек льда. Даже мать забеспокоилась, за доктором хотела идти, да решила стынь обождать.
   А Мороз разошелся, рассвирепел и задумал людей извести за племянницу Искорку. Сидит Федор в сенях, на любимую смотрит, ни живой, ни мертвый, рук, ног не чувствует. На полу иней, стены льдом покрылись, а с потолка сосульки свесились. Вдруг качнулась Снежинка и вспыхнула светом ярким и предстала перед Федором красавица сказочная. "Не иначе снится", - подумал он и глаза протер, только девушка не исчезла, а улыбнулась ему. И узнал Федор Снежинку, на колени упал и в любви признался. "Что хочешь, - говорит, - для тебя сделаю, только стань моей женой".
   Согласилась принцесса за Федора выйти, но с условием: если в ледяном царстве с ней жить будет. Ни секунды Федор не раздумывал, лишь с матерью попрощался и отправился за своей любимой.
   Больше Федора не встречали. Как он, что с ним, никто не знает. Разное говорили люди, только кто их разберет, где правда, а где вымысел. Но одно я точно знаю, сам видел - каждую зиму к его старой матери, приезжает в гости мальчик, розовый такой, а лицо белое, белое, как снег.
  

М О Л О Ч Н А Я В Е Д Ь М А

   У жителей не большого горного селения вдруг стало прокисать молоко. Подоят женщины корову или козу, а молоко тут же свернется. И что только не делали люди, даже лягушек в кувшин садили, ничего не помогало. Думали животные виноваты: едят траву какую не попадя, пьют воду где придется, а потом догадались, не иначе проделки ведьмы.
   Случилось это летом, когда молоко в тамошних местах особенно вкусное и ароматное, из-за сочной травы покрывающей склоны гор и целебного воздуха, густого как мед.
   Вскоре в селении появилась старуха, в драной одежде и клюкой в руке. Она ходила от дома, к дома и требовала плату за воду и пастбища. Утверждая, будто является хозяйкой гор и ей принадлежит растущая на них трава и река текущая в глубине ущелья. Все посчитали нищенку сумасшедшей и подняли на смех. Тогда старуха вышла на центральную площадь и сверкая глазами, пообещала наказать обидчиков. Бросив посох на землю и перекувыркнувшись через голову, незнакомка растворилась в клубах дыма, оставив после себя кучку пепла и запах гари.
   Целую неделю люди прятались по домам, ожидая мести колдуньи, но время шло, а ничего не случалось. Постепенно о старухе забыли и жизнь в селении потекла своим чередом.
   Но однажды, местный священник увидел морщинистое лицо ведьмы в чашке с молоком. Она смотрела на него с ненавистью, сжав губы и грозя скрюченным пальцем. Бедняга так разволновался, что выронил кружку из рук и выбежал на улицу.
   И началось. То тут, то там, можно было услышать истории о ведьме, напугавшей ребенка или женщину. Каждый раз, старуха появлялась в молоке и требовала деньги. Некоторые селяне даже отказались употреблять его в пищу, перестав доить скотину и оставляя коров на улице. Потом ведьма сцапала одного старика за волосы, пившего из кувшина молоко и хотела утащить к себе, но к счастью поблизости оказался сын, который схватил отца за ноги и вытянул обратно. Дальше, больше. Молоко принималось вдруг клокотать и из чашки или бидона начинал бить фонтан, заливая пол в доме до самых окон. Затем, в одночасье, оно превращалось в кишащую змеями грязь, наводя ужас на окружающих.
   Селяне стали поговаривать о том, чтобы уступить старухе и начать платить дань за траву и воду, но Глеб-печник вызвался спасти людей, решив нырнуть в молоко и разузнать секрет ведьмы.
   Прыгнув в кувшин, юноша оказался в подземелье, на огромном шерстяном ковре, покрытом колючим кустарником и пнями деревьев. Осмотревшись, Глеб увидел еле заметную тропинку и осторожно пошел вперед. Покружив по ковру, смельчак приблизился к огромной кастрюле, с дверью и окнами. Она была пустая.
   Юноша решил подождать ведьму и спрятавшись, стал наблюдать за странным жилищем.
   Старуха появилась не скоро, в окружении крыс и с мешком на плечах. К ее голове был привязан раскрытый зонтик. Бросив поклажу на ковер и войдя в кастрюлю, колдунья вынесла наружу серебряный таз и принялась за дело. Вытряхнув из мешка змей, она начала бормотать заклинание и кидать в него гадов, добавляя зеленый порошок и помешивая клюкой. Запахло серой. Достав поварешку ведьма разлила зелье в маленькие тарелки и позвала крыс. Голодные хвостатые твари набросились на угощение, кусая и расталкивая друг друга.
   Неожиданно старуха выпрямилась и поведя носом направилась в сторону юноши, вытянув руки вперед и скрежеща зубами. Не известно чем бы все это кончилось, если бы в подземелье не загремел гром и сверху не посыпался сахарный песок. Остановившись, старуха с криком бросилась к кастрюле, стараясь не наступать на сладкие кристаллики, валявшиеся под ногами.
   Так, Глеб-печник узнал тайну ведьмы. Вернувшись на верх, он рассказал обо всем селянам и те стали добавлять в молоко кусочки сахара. С тех пор оно больше не портилось, а старуха никогда не появлялась в кружках и чашках людей.
  

П Л Ю Ш Е В Ы Й М Е Д В Е Ж О Н О К

   Подарили Пете игрушку - плюшевого Медвежонка. Покрутил его в руках мальчик и швырнул в угол.
   -Я хотел машинку, а не медведя, - надул губы ребенок.
   -Хорошо, в следующий раз куплю машинку, - пообещала бабушка.
   -Не хочу в следующий раз, хочу сейчас! - закапризничал внук.
   Горько стало Медвежонку, он так ждал этой встречи, а его даже не спросили как зовут, не поиграли, а сразу бросили.
   Сел Медвежонок на кубик и приуныл. Вдруг из под кровати выглянули одноглазый Волчонок и Заяц с оторванным ухом.
   -Ну чего раскис? - спросил Заяц.
   -Обидно.
   -Тебе еще повезло, что цел остался, - Волчонок с опаской посмотрел по сторонам.
   -Точно, - согласился Заяц, - нам вон как попало.
   К Медвежонку стали подходить другие игрушки, они были в грязной, мятой одежде и пугливо озирались.
   -Ты лучше спрячься пока не поздно, - посоветовал хромой Щенок. - Я, пока Петя спать не ляжет, всегда под креслом сижу.
   -А я за шкафом, - признался Суслик в разорванной рубашке.
   Посмотрел Медвежонок на новых товарищей и опустил голову. Волчонку стало его жалко и он сказал:
   -Зато я Петин носок съел. Мальчик утром встал, а носок тю-тю. Искал, искал, но не нашел.
   -Точно, - подтвердил Заяц, - из-за этого в детский сад опоздал.
   -Так ему и надо, - топнул Суслик.
   -Я и второй носок съем, - пообещал Волчонок, - пусть только попробует меня еще раз пнуть.
   -А я пуговицу на его рубашке отгрызу, - погрозил кулаком Заяц.
   Когда все улеглись спать и в доме погас свет, Щенок осторожно взобрался на Петину кровать и предложил:
   -Давайте опять нарисуем ему усы.
   -Правильно, - обрадовался Заяц. - Прошлый раз над Петей все смеялись и он целый день просидел дома, боялся выходить на улицу.
   -Нет, лучше завяжем брюки, - сказал Суслик, - мальчик станет их одевать, упадет и больно ударится.
   Игрушки начали наперебой предлагать, как лучше досадить Пете.
   Утром, бабушка зашла к внуку и заметив краску на лице, всплеснула руками:
   -Ну что за наказание, опять перепачкался! - она разбудила Петю и тот с закрытыми глазами направился в ванную комнату.
   Подойдя к умывальнику, мальчик увидел перед собой индейца, хмуро смотрящего на него из зеркала. Перепугавшись, Петя вбежал на кухню и вскочив на стул завопил:
   -А-а-а!
   -Что опять случилось? - недовольно спросила бабушка.
   -Там, в зеркале, какой то дикарь сидит, раскрасил рожу и пугает меня.
   -А как зовут того дикаря, ты не спросил?
   -Как же я спрошу, если он нашего языка не понимает?
   Бабушка еле-еле отмыла внука и велела скорее собираться, времени осталось совсем мало.
   Петя взял брюки, просунул ноги в завязанные штанины и упал.
   -Хватит играть, опоздаем, - бабушка подняла Петю и принялась помогать одеваться.
   -Кто-то запутал мои брюки, - мальчик приготовился заплакать.
   -Наверное тот индеец из ванной, - улыбнулась старушка.
   -Ты мне не веришь?
   -Верю, верю только давай быстрее, - бабушка взяла мальчика за руку и они вышли из дома.
   Игрушки зашевелились и стали выбираться из укрытий.
   -Видели как Петя перепугался, чуть не заплакал? - спросил довольный Щенок. - Я его так разукрасил.
   -Нет, - замотал головой Суслик, - он хотел заплакать потому, что были завязаны штаны.
   -Тоже мне завязаны, - Щенок залаял, - бабушка сразу их развязала.
   Суслик и Щенок принялись толкать друг друга, выясняя кто больше досадил Пете.
   -А ты почему такой сердитый? - спросил Заяц плюшевого Медвежонка.
   -Я не понимаю, зачем вы это делаете?
   Игрушки уставились на Медвежонка и Волчонок с обидой произнес:
   -Петя обращается с нами жестоко, а мы ему мстим.
   -Ну и зря, - сказал Медвежонок. - Злом нельзя ничего добиться, только сильнее рассердите мальчика.
   Звери притихли.
   -Он и мне помогать не хотел, - крикнул Суслик.
   -И меня отговаривал, - вспомнил Щенок и отошел в сторону.
   Волчонок и Заяц зашептались и ничего не говоря полезли под диван. За ними последовали остальные. Медвежонок остался один, новые друзья его покинули.
   А Петя продолжал обижать игрушки: бросал, пинал, рвал и пачкал. Те отвечали ему разными пакостями: Заяц отгрызал пуговицы на рубашках и связывал шнурки на ботинках, Волчонок глотал носки и рукавички, Суслик перекручивал брюки, а Щенок мазал краской лицо. Только плюшевый Медвежонок ничего не делал. Каждый раз, когда Петя ложился спать, он забирался на кровать и усаживался рядом на одеяле.
   -Вот подлиза, - с презрением говорили игрушки.
   Иногда мальчик просыпался и заметив Медвежонка швырял на пол, не понимая как он тут оказался. Тогда Щенок или Суслик подходили и в который раз, предлагали начать ломать карандаши и рвать книжки. Но Медвежонок не соглашался, продолжая хорошо относиться к Пете.
   Однажды мальчик занемог. У него поднялась высокая температура и бабушка запретила ему вставать. Ночью Пете сделалось еще хуже и домой вызвали доктора. Врач прописал мальчику лекарство и сказал, что за больным нужен уход. И еще: у Пете должно быть хорошее настроение, тогда он скорее выздоровеет.
   Медвежонок забыв про обиду, пошел к игрушкам. Они встретили его не приветливо.
   -Зачем пришел, предатель? - спросил Суслик.
   -Петя болен.
   -Знаем, так ему и надо, - сказал Щенок, - не будет нас обижать.
   -Мальчику нужна наша помощь, без игрушек он не скоро поправится.
   -А у меня бок когда заживет? - Щенок показал дыру, из которой торчала вата.
   Медвежонок заплакал:
   - Хотите, после того, как Пете станет лучше, я буду ломать карандаши или прятать его носовые платки?
   -Да ладно, - махнул лапой Волчонок, - мы и так поможем.
   -От меня вы этого не дождетесь, - не согласился Щенок и залез под кресло.
   Целыми днями Заяц, Волчонок, Суслик и Медвежонок не отходили от больного, стараясь предугадать любое желание мальчика. Сидели возле него ночами, укрывали одеялом, поправляли подушку. Игрушки готовы были стерпеть любые выходки Пети, поэтому когда он протягивал к ним руки, никто не убегал и не прятался. Но странное дело, мальчик больше не обижал их. Каждое утро Петя рассаживал зверей на кровати и играл. Играл как все дети: кормил, поил, одевал и разговаривал. И смеялся, много смеялся. Игрушки не верили своим глазам - Петя стал другим.
   -Подождите, - ворчал Щенок, - как только мальчик поправится, опять за свое возьмется.
   Но Щенок ошибся, Петя действительно изменился - больше не капризничал, не топал ногами и не валялся на полу, требуя очередную машинку или пистолет. Он стал хорошим мальчиком. Теперь звери больше не боятся, не прячутся по углам, а Петя обращается с ними хорошо. У него появилось много новых игрушек, но самой любимой остается плюшевый Медвежонок.
  

Р Е П А

   Жил на свете крестьянин, по прозвищу Репа, такой бедный, что даже lдома своего не было. Задумал парень жениться, но кто за него пойдет, если он в шалаше ютится. И решил горемыка не шутить, не улыбаться, а смех копить. Насобирать побольше и продать, а на вырученные деньги избу срубить, а потом и невесту сосватать. Целый год терпел и набрал полный мешок смеха, завязал потуже и пошел на другой конец царства, на ярмарку.
   Идет, мечтает и не заметил, что мешок прохудился и из него смех помаленьку высыпается. Приходит на ярмарку, глядь, а мешок пустой. Делать нечего, пришлось Репе назад поворачивать.
   Шагает крестьянин обратно и куда не зайдет, народ везде смеется, надрывается, остановиться не может. Некоторые уже совсем обессилили, лежат за животы держатся, из глаз слезы льются, но все равно улыбаются.
   Догадался Репа, что люди по его вине страдают. Выломал березовый веник и давай свой смех обратно в мешок собирать. Мел, мел и почти весь смел, только одну смешинку не нашел. Искал ее Репа искал, но все без толку - как сквозь землю провалилась. Вдруг видит, слуги царские спешат, с головами поникшими. Рассказали они, что за лекарем идут - царь занемог, третий день смеется, вот-вот умрет от усталости. "Я, - говорит Репа, - нашего государя вылечу, ведите меня скорее к нему".
   Пришел крестьянин в палаты красные, а там его смешинка пропащая. Сидит на плече у царя и что то на ухо ему шепчет, а тот смеется, заливается. Достал Репа веник и сбросил ее в мешок. Вздохнул государь с облегчением и наградил спасителя шубой со своего плеча. "Зачем, - спрашивает царь, - тебе столько смеха?" "Продать хочу, - отвечает Репа". "Продай мне, - говорит царь, - будет, чем от врагов на границе защищаться". Так и сделал Репа, а на полученные деньги дом построил, а потом и женился.
  
  
  
  
  
  
  
   ББК Ш3(2-Рос)-615
   П30

Рисунок на обложке Лёвы ПЕТРОВА

  
   Петров И. Ф.
   Варенье из земляники: Сказки. Кемерово: Кузбассвузиздат, 199. - 136с.
   ISBN 5-202-01681-6
   П 4803010201 Без объявл.
   Т45(03)-99
   ББК Ш3(2-Рос)-615
   ISBN 5-202-01681-6
  
   Џ Петров И. Ф., 1999
   __________________________________________________________

Литературно-художественное издание

Петров Игорь Фёдорович

ВАРЕНЬЕ ИЗ ЗЕМЛЯНИКИ

Сказки

Редакторы: Т. А. Козяева, Н. В. Тиунова

Технический редактор В. И. Труханова

Лицензия ЛР N 071467 от 11.07.97

Лицензия ПЛД N 44-12 от 4.12.94

  

Подписано к печати 00.00.00. Формат 84/108/1-32

Бумага офсетная. Гарнитура Школьная. Печать офсетная

Усл. Печ. Л. 7. Уч.-изд. Л. 5,2. Тираж 1000 экз. Зак. 392

_____________________________________________________

Издательство "Кузбассвузиздат"

650043 Кемерово, ул. Ермака, 7. Тел. 23-34-48


 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"