# О любви неземной

Ирина Певзнер

Еще одна вариация на сказочную тему.

О любви неземной


- ...А ты?

- А я... Ох... Только смотри, Марта: если где про это брякнешь -обеих нас повесят, не только меня!

- Да ты что! Да разве ж я не понимаю?! Ты ж меня знаешь!

- Знаю. Давно знаю. Ты только на первый взгляд болтушка, лишнего не сболтнешь. Вот потому тебе и рассказываю. Но только смотри - не дай тебе Бог...

- Да клянусь чем хочешь! Ни словечка, ни полсловечка! Ну не томи душу!

- Ну вот, значит... иду я через весь зал, а пол блестит, как зеркало, и всюду огни сияют, а кругом все разодеты - аж в глазах рябит, и все ж кругом графы-герцоги, небось, и я среди них - как будто и я вправду знатная дама какая... И тут все зашушукались, зашептались... и подходит ко мне он...

- Мамочки! Неужто принц?!

- Принц, ну да. Только это я потом узнала, что принц, а тогда смотрю на него - у него глазки синие, ресницы длинные, и сам он весь такой... такой... У меня дух перехватило, стою, смотрю на него - и ничегошеньки не соображаю.

- А он?

- А он тут мне говорит: "О прекрасная дева, вы ангел, посланный мне с небес, и кроме вашей любви неземной, мне ничего больше не надо, сделайте меня счастливейшим из смертных!"

- Ты что? Вот прямо так и сказал? Ангел неземной?!

- Вот прямо так и сказал. То есть он еще красивше сказал, как благородные господа говорят, мне такого и не упомнить. Он же по книжкам учился, как там рыцари прекрасным дамам в любви объясняются... Но в общем, что-то вроде этого и сказал. Мне. Представляешь? Слушай, я вправду красивая?...Нет, честно! Да ну тебя, врешь ты всё... Ну ладно. Ну вот. И вот, значит, берет он меня за руку...

- А ты?

- А я... ой, да не помню я толком, в голове все смешалось, я ж сама не своя была... В общем, танцуем мы, он мне слова красивые говорит, про любовь и все такое, а я смотрю на него, смотрю на него... Господи, думаю, один такой день - и что мне еще надо? В раю - и то лучше не бывает! До смерти вспоминать буду! Спасибо, крестная, век за тебя буду молиться!

- Ну а дальше-то? Дальше-то что? Он тебе предложение сделал, да?

- Ну ты что! У благородных оно так быстро не делается! Куда им спешить? Они сперва речи красивые говорят, на танцы приглашают, за ручку держат...

- Ну хоть поцеловал?!

- Да ну тебя... В общем, пролетел вечер, как одна минуточка, и тут я вспоминаю (хорошо хоть, не совсем мозги отшибло, от счастья-то!), что мне задерживаться-то нельзя! А он за руку держит, не отпускает, и всё о любви неземной толкует. В общем, не помню уж, как открутилась я от него - и бегом! А лестницы-то эти, которые как зеркало, они ж скользкие! А в туфельках таких, на каблучках-то, я в первый раз! Как только еще шею не сломала... Ну, сняла я их, подхватила - и вперед, босиком-то мне еще сподручнее!

- Подхватила? А как же тогда...?

- Ну да, подхватила, жалко ж было оставлять, красоту-то такую... Думаю: припрячу на память. Только я ж на бегу, и юбки эти путаются, их еще тоже придерживать надо, это в фартук завязать чего можно, а тут... Ну а потом-то, когда уже убежала подальше, отдышалась, смотрю - а туфелька-то одна! Должно быть, обронила по дороге да не заметила. Обидно было... Ну да что делать, не возвращаться же?

- Ну и?

- Что - ну и? Сама знаешь: назавтра в городе переполох, герольды, принцесса, туфелька... Небось не забыла, как все бегали? Ну вот... А я-то как услышала - чуть разума не лишилась! Вот, думаю, и настал мой час! Придет ко мне мой принц прекрасный, с туфелькой, а я ему и другую покажу, чтоб уж никто не сомневался! Ай да я, ай да умница, что туфельку прихватила! Да как удачно, что вторую-то потеряла! И приведет он меня во дворец, и стану я принцессой, а там и королевой... Представляешь: я - и королева? На троне, вся в брильянтах? Чего смеешься, могла бы и стать, если бы...

- Если бы что?

- Что, что... Да вот то самое. Любовь неземная - она... Ой, да ладно. Ты ж не знаешь: принц-то тогда тоже ездил по городу, вместе с придворными, тайком. Чтоб лично проверить, чтоб ошибки не было. Такая у него, значит, любовь была. И вот заявляются они к нам, сестрицы мои драгоценные с мамашей их любезной наизнанку выворачиваются, уж и не знают, где встать и что сказать... И туфелька им, ясное дело, не подходит. И тут я выхожу из кухни, вся такая гордая, развязываю передник и достаю мою вторую туфельку. Ну, думаю, сейчас... Сейчас он глянет на меня - и...

- А он?

- А он глядит на меня - глазки синие, ресницы длинные - и не узнает! Поморгал-поморгал - и спрашивает: "Милая, где же ты эту туфельку нашла? И где ее хозяйка?"

- Да ты что! Господи, да как же... А ты?

- А я гляжу на него и чувствую, что разревусь сейчас. Мачеха меня в бок толкает (бить при благородных господах стесняется), шипит чего-то, а я стою и молчу, как дура. Не поверишь - я ж вся испереживалась, чтоб мне там во дворце не опростоволоситься, я ж неученая, еще скажу чего не так или сделаю не то... Всё думала, как бы мне заранее поучиться, хоть на сестриц посмотреть, как они ходят-говорят... Мне, дуре, и в голову не приходило, что... Да ладно, ладно, все в порядке со мной, не суетись.

- Ох, страсти-то какие... А он?

А он смотрит на меня... и вроде что-то до него начинает доходить. И рот у него этак медленно-медленно открывается. Тут один из господ, что с ним были, ему на ухо шепчет чего-то, а потом подходит ко мне и говорит, мол, померьте, сударыня, туфельку. Ну я туфельку надеваю, и она мне, ясное дело, в самый раз; и тут мой принц становится ну точно как Жак-дурачок, что на углу у булочной сидит, слюни пускает. Глазками синими похлопал и говорит: "О Боже... Это ты... вы... ты...?"

- А ты?

- А я и отвечаю: я это, я, твой ангел неземной, посланный с небес.

- Ты что? Вот так, прямо принцу? Совсем рехнулась... А он?

- Точно, рехнулась. Только я тогда поняла уже, к чему дело идет, и так мне горько стало, что, ей-богу, уже все равно было.

- Дура, он же мог тебя...

- Мог. Ну да не сделал же ничего. Постоял еще, поморгал, а потом - не поверишь - начал на жизнь жаловаться и вроде как оправдываться. Вроде как неудобно ему. Что король с королевой не поймут, что соседние державы засмеют, что кузен-сволочь только и думает, как трон захватить, что он-то думал - не принцесса-графиня, так хоть из богатой семьи, в казне-то шаром покати, а тут такое ко... колле... как оно называется? - ну в общем, крестная из бусок моих стеклянных, за три гроша на ярмарке купленных, наколдовала мне как бы ожерелье брильянтовое, фигурное. Красивое... То есть, он думал, ежели столько брильянтов на мне - у моих родителей денег куры не клюют. Ну и все прочее такое. И что ж ему, бедному-несчастному, теперь делать, и как людям на глаза показаться, как во дворец возвращаться...

- А ты?

- А я слушала-слушала... и стало мне смешно и противно. Надо же - уши развесила, как последняя дурочка, на глазки синие засмотрелась! Так мало этого: принц мой синеглазый поохал-поохал, а потом подошел ко мне и так тихонечко говорит: "Слушай, милая, ты же умная девочка, ты ведь понимаешь, какая между нами пропасть?" Понимаю, говорю. Вот и прелестно, говорит он; а хочешь - возьму тебя во дворец кухаркой или горничной? Я к тебе смогу приходить иногда, ты ж и вправду милашка...

- Ой, боже мой! А ты?

- А я... В общем, тут-то остатки моей любви неземной и испарились. Говорю: найдешь себе, высочество, другую милашку. А ты не плачь - я подарок тебе сделаю, от ангела небесного.

- Ты что? Еще и подарок ему? Зачем?

- А добрая я. Да я ж не задаром: подумалось мне, что можно из этой дурацкой истории хоть что-нибудь для себя получить. А то одна только туфелька и останется - смотреть на нее и про дурость свою вспоминать. Я и говорю ему: вот видишь, дурень ты мой синеглазенький (нет, не смотри на меня так, это я только подумала), сестрица моя Шарлотта - как раз тебе подойдет.

- Ты что? А она?

- Она-то? Да так и села! А Амалия от злости чуть не треснула, а мамаша рот разинула, глаза выпучила... Смех, да и только! Нет, правда: они с Шарлоттой два сапога пара, всё ахают-охают, глазками синими хлопают... Ну а у мамаши ее, сама знаешь, денег - два раза всё королевство купит, и еще останется. Вот, говорю, тебе и все проблемы. Хочешь - туфельку на нее натяну, хочешь - так соври, что впору была; ты принц, тебе поверят. А потом сшей ей втихаря такие же. А он послушал, глазками еще похлопал... Советник ему опять чего-то пошептал... Ну и согласился.

- Ой... А ты?

- А я свое получила - вот видишь, денег дали, кондитерскую свою помогли устроить.... Мамаша расщедрилась на радостях - надо же! Видно, от счастья временно в голове помутилось; небось, теперь локти кусает - да я теперь сама себе хозяйка, у меня и грамотка королевская, чтоб никто мне в моем ремесле препоны не чинил... Принцу - принцесса, казне - приданое, а мне - свобода. И все довольны. Крестную только успокаивать пришлось...

- А Шарлотте - корона...

- И сплетни за спиной. Я добрая - да не очень. Будь это Амалия, она бы всех в бараний рог скрутила. А Шарлотта-то простушка... Я-то, пока ждала принца своего, напредставлялась, как графини-герцогини за спиной хихикать станут - вот теперь Шарлотта-то всё это и съест. Она хоть и училась там танцевать, приседать, по-книжному говорить, только до дворцовых дам ей далеко, я уж за тот вечер навиделась. Хотя в глаза ей, конечно: ах, наша принцесса, ох, наша красавица... А за спиной-то... Ты погоди, еще месячишко - по городу байки гулять пойдут: "Подходит к принцессе Шарлотте аглицкий посол и спрашивает..."

- А туфелька? Туфелька-то как же?

- А туфельку я им отдала. Зачем она мне? Теперь такие туфельки всё королевство носит: туфли принцессы Шарлотты... колье - вот, вспомнила, точно: колье! - принцессы Шарлотты... пироги принцессы Шарлотты...

- Какие еще пироги?

- Да яблочные. Шарлотта ж пышечка, от пирогов без ума, она с утра до вечера может пироги лопать. А я теперь главный - как оно? - главный поставщик пирогов для ее высочества. Во как! Оказывается, королевский повар не может ей угодить. Честь-то какая! Не смейся, главное - доходы немаленькие.

- Ну пироги-то пирогами - а как же ты?..

- Что - как? Вон Шарль, писарь судейский, по мне страдает. Тоже - ангел я ему, красота неземная, любовь до гроба, жить без меня не может...

- А ты?

- А я... Не знаю я. Непутевый он, Шарль. Одни байки-сказки у него на уме, и как его еще от судьи-то не выгнали... Говорят, младший сын судьи тоже сказки любит - вот потому, наверное, Шарло моего и терпят. Язык у него подвешен, это правда, такое может насочинить... Я, говорит, про тебя сказку сочиню, как будто это ты принцессой стала. Потому как ты, говорит, для меня лучше всех принцесс на свете.

- Ох ты... Мне бы кто такое сказал...

- Скажет, Марта, скажет, не беспокойся. Вот я и думаю: а то, может, выйти за Шарля? Непутевый он, это верно, ну да я и сама семью прокормлю. Да и не лентяй же он, работает... И добрый. Только ветер в голове, болтать любит. Зато вот сказку мне сочинит. Про любовь мою неземную и принца прекрасного... Да не плачу я, это вот... от лука... Какой лук в яблочных пирогах? А это рецепт такой... особенный...