# Верхний фактор

Аноним Пикринов

Начало войны, ГГ банально проспал в вагоне метро. И начались его блуждания по московским подземельям в поисках пути наверх. Произведение закончено. 28.03.2013г. Половину снёс.

Пикринов

Верхний фактор


Верхний фактор

Пролог.

Чукотка, Анадырь.

Конференц-зал администрации Автономного округа. За огромным овалом, составленным из столов, собрались руководители всех субъектов Российской Федерации. Разумеется, здесь присутствует почти весь состав Правительства России, во главе с Премьером и, конечно, Президент.

- Уважаемые дамы и господа, мы впервые собрались так далеко от Москвы, чтобы провести выездное заседание Госсовета. Дело в том, что настало время обсудить положение дел не только Чукотки, но и всего Дальнего Востока и вопросы международного сотрудничества и инвестиционной политики на Тихоокеанском побережье России. В связи с глобальным потеплением, становиться реальностью проход Северным морским путём, судов не только ледового класса, но и обычных. Перспективы, которые открываются в связи с этим, также требуют нашего пристального внимания и ...- тут послышался отдалённый раскат грома и несколько раз моргнул свет. Многие удивились, час назад небо было абсолютно ясным. Хотя, за час всякое может случиться.

- Приехать в дождь, хорошая такая примета, к успеху. Хотя мы приехали в ясную погоду, но заседание мы начали в дождь, гроза этим подтверждает.

Через минуту ему пришлось прервать свою речь, так как к нему подбежал помощник и что-то стал шептать ему в ухо. От удивления, Президент открыл рот и начал вставать с кресла, но тут снова рухнул на место. К нему уже подскочили два офицера и стали настойчиво выдёргивать из-за стола. Помощники, сидящие во втором и третьем ряду, за спинами глав регионов, начали вставать со своих мест, чтобы лучше рассмотреть то, что происходит. Вдруг, сквозь плотные шторы, которыми были задрапированы окна, в зал проник очень яркий свет и огненный вихрь заполнил всё помещение. Спустя мгновение, чудовищной плотности воздух расплющил то, что не сгорело за это короткое время.

Подмосковье. Утро того же дня.

Николай, со всей семьей, наконец, дал себя уговорить и выехал с утра на дачу. Жена хотела несколькими днями раньше выбраться. Но у него, скопилось столько дел, которые можно решить только в отпуске. Не любит он отпрашиваться с работы или отщипывать от отпуска дни. Да, заранее и не знаешь, сколько дней брать. Возьмёшь один, а его и не хватит. Или наоборот, возьмёшь два, а управишься за один. На предложение жены переехать на дачу, а оттуда уезжать по своим делам, отказался решительно. Ездить по Можайскому шоссе, вечно забитому фурами, ему нисколько не улыбалось. Теперь, когда всё позади, можно и уехать. Тем более, в это время поток машин направлен в Москву. Машина свернула с трассы и поехала через Можайск. "Сейчас проедем через него, а там пятнадцать километров и Константиново". Место, где они построили дачу, им приглянулось сразу. Большой пруд с чистой водой, буквально в десяти метрах. В другую сторону, огромный лес, тянущийся до самой Рузы. В лесу всегда можно было набрать грибов, ягод. Даже зверьё водилось. Но он не любил охоту, поэтому и ружьём не обзаводился.

Спускаясь к мосту через Москву- реку, он услышал с левой стороны очень громкий, строенный грохот. Повернул голову, увидел, как в районе плотины, вверх поднимается облако пыли, а потом донёсся какой-то шум. Проезжая мост, он посмотрел на воду. Уровень реки был обычным. На подъём пришлось тащиться в колоне с черепашьей скоростью. "Наверно трактор какой-то впереди ползёт". - Подумал Николай. Тут он увидел, как едущий сзади автобус, не переставая сигналить, пошёл на обгон.

- Вот дурак! - вырвалось у него. - Здесь обгон запрещён, тем более, по встречке тоже едут.

Он обратил внимание, что со всех машин люди смотрят влево и указывают туда рукой своим спутникам. Он повернул голову и обомлел. По всей ширине долины на них нёсся вал воды, таща за собой крыши построек и разной плавающей всячины. "Неужели плотину взорвали"? - мелькнула мысль, и он тоже рванул на встречную, стремясь обогнать тихоходную колону и подняться повыше. Но тут впереди образовался затор. Водители, увидев поток воды, решили развернуться, чтобы не спускаться к мосту. Отчаянно сигналя, он попытался выехать на обочину, но там было не проехать.

- Валя! Дамбу прорвало! Хватаем детей и побежали отсюда!

- А как же машина? Ты что, хочешь её здесь бросить?

Он не стал отвечать. Выскочив из машины, он открыл левую дверь, и лихорадочно отстёгивал ремни на детском кресле сына. Жена, стала проделывать тоже с креслом дочери. В это время раздался многоголосый людской крик, и их накрыло волной. И переворачивая вместе с машиной, впечатало в стену кирпичного здания.

Двадцать пять километров к северо-востоку. В тоже время.

Сашка с отцом и матерью ковыряются на огороде, который они посадили ближе к воде. Если точнее, то ковыряется Сашка, а мать с отцом пропалывают грядки. " И зачем меня позвали? Сами бы не справились? А то не выспался нисколько. Пока с ребятами вернулись из Комлева, уже светать начинало. Договаривались, после обеда сходить купаться. Из водохранилища вода вытекает уже тёплая. А возле Рыбушкина есть хорошее место. Можно и сейчас в Озерне искупнуться. Но тут берег заросший, да и ещё не жарко. Роса, вот только-только высохла. А солнце сегодня сильнее, чем вчера, будет припекать, если только тучи не появятся. А то все дождь ждут, говорят, иначе картошка погорит". Сашка поднял голову, чтобы убедиться, что и сегодняшний день будет солнечным и не хуже вчерашнего. Тут он увидел, что с запада, почти над самыми деревьями, несётся целый рой тёмных чёрточек.

- Папа! Смотри, что это? - успел крикнуть Сашка, как рой разделился на два равных пучка, по три чёрточки в каждом. Пока отец, опираясь на тяпку выпрямлялся, чтобы посмотреть, что там такого увидел сын, как чёрточки уткнулись в плотины Рузского и Озернинского водохранилищ и вмиг подняли в воздух то, из чего они были сделаны. Спустя пять секунд от Озернинского донёсся раскатистый звук, а ещё спустя столько же, он в точности повторился от Рузского. Отец среагировал первым.

- Сашка, Людка, бежим отсюда! Затопит! - И бросив тяпку схватив жену, которая, не обращая внимания ни на что, продолжала полоть. Она, было, попыталась отпихнуть мужа, и продолжить занятие. Но он выхватил тяпку, отбросил её и, ухватившись за пояс халата, потянул за собой. Сашка в это время уже бежал впереди, почему-то с тяпкой так и не расставшись. Бежали они в свою деревню, Ракитино. До дома было метров сто. Заскочив во двор, сразу полезли на крышу пристройки по лестнице, которая осталась стоять со вчерашнего дня, когда меняли лист шифера на доме. Мать было бросилась в дом, но отец, так и не выпуская пояс из рук, потянул её к лестнице. Только взобравшись наверх, они посмотрели назад. Удивление и страх, испытали они, видя, как два огромных вала воды, несутся на них. Один, который справа, был уже у крайних построек. В воде кувыркались автомобили, которые на тот момент проезжали по мосту и дороге. Второй, с севера, тащил перед собой то, что раньше было дачными посёлками и деревнями. Но поток нёсся не по прямой линии, а ударившись о возвышенность, оставив на ней обломки и даже целые дома, устремлялся в сторону, придерживаясь русла Рузы. Каким-то чудом, вал из мусора и воды, спрямляя себе путь, обошёл Малоиванцево и устремился к Рыбушкино, в одно мгновение, накрыв дома и потащив их за собой.

В Ракитине первый поток уже обошёл деревню, утащил за собой только то, что стояло на окраинах, и заполнил собой Рузу. Все перевели дух, но тут, вырастая на глазах, на деревню обрушилась гора из всего того, что было на пути второго потока. Подпираемая сзади всё прибывающей водой, эти останки деревень и дачных посёлков, поднятые вверх водой из двух водохранилищ, обрушились на Ракитино, перемешавшись с ними, понеслись далее вниз, чтобы тоже самое проделать с Копцево и другими местами. Автомобили, которые ехали по дороге в город Рузу, прибавили скорость, чтобы выехать на более высокое место. Через пять минут, первая вода подошла к Рузе, смывая дачи, стоявшие между рекой и старым руслом. Обломки заполнили всё пространство перед мостом. Вода стала переливаться через дорогу и уходить в сторону. Ещё через пару минут на город навалился второй вал, который разрушил всю одноэтажную застройку, мост и потащил всё это вперёд.

Водители на Большой Бетонке останавливались и заворожено глядели на проплывающий мимо насыпи, поток из бывших домов. На некоторых, были видны люди, пытающиеся удержаться. Но постоянно перемещающиеся горы мусора опрокидывались и люди исчезали в этом крошеве.

Влодзимеж ехал за рулём грузовой фуры уже почти четыре часа. Только что свернули с Можайского шоссе на Большое Бетонное кольцо. "Скоро переедем Москву-реку и пора меняться. Иначе "полицай-контроль" зафиксирует переработку и придётся платить штраф. Стефану пора уже вставать. Вчера очень повезло, что Брестскую таможню прошли быстро. Часа через два будем в Клину. Если всё пойдет, как и шло последние два дня, то в конце недели отправимся домой. Последний рейс с Голландии вымотал больше, чем обычно. Проклятые забастовщики. Из-за них потеряли почти неделю. Но хоть сейчас повезло. Дождей нет, дорога сухая. Жанне, которую подсадили в Борисове, до Смоленска вполне успешно удалось вылечить их от Голландского кошмара. Правде говоря, мы и там не скучали. А вот и мост показался".

- Эй, Стефан! Вставай, тебя ждёт финишная прямая, - сказал водитель и, отвернувшись от дороги, посмотрел туда, откуда показалась взлохмаченная голова напарника.

- Чего глаза вылупил, чёрта увидел?

Но напарник только промычал что-то в ответ и вытянул вперёд ладонь с растопыренными пальцами, словно защищаясь от чего-то. Водитель посмотрел вперёд и у него вмиг, всё похолодело внутри. Насколько было видно, сперёди и слева, на них катился вал из обломков домов, деревьев. Сверху всё это венчала пена. Дороги на той стороне уже не было. То, что по ней раньше ехало, теперь плыло им на встречу и вправо. Влодзимеж резко ударил по тормозам. Спустя секунду, в зад их автопоезда со всей силы въехал КАМАЗ, везущий полный миксер бетона. Их развернуло влево поперёк дороги, тут же в правую сторону под фуру влетела корейская легковушка. Сколько в ней было людей, он не увидел. Стефан, потирая голову, пытался подняться с пола, куда он улетел после столкновения. Но тут страшной силы удар сбросил их с дороги, опрокинув вверх колёсами. Сквозь вылетевшие стёкла в кабину хлынула вода.

Сафонтьево. Коттеджный посёлок под Истрой.

Исфандор копал уже два часа. Траншея заметно удлинилась. Не удивительно. Грунт здесь мягкий. Не то, что дома. Он копал русскую землю и только качал головой. Если бы у него, там, на родине под Мургабом, была такая земля. Он тогда бы ни за что не поехал в эту Россию. Там, приходилось собирать каждую каплю дождя. Мотыжить каменистую почву, забывшую, что такое навоз. Почти никто не держит скот, пастбища вытоптаны и засохли. Если бы не решение старших в роду, его бы здесь не было. Собрали, а вернее заняли денег ему на дорогу, дали адрес земляка, уехавшего сюда два года назад, и посадили на автобус до Душанбе. И вот он роет траншею для канализации. Аллах ни за что не одобрил бы, если бы ему пришлось на такой плодородной земле ставить дом, а не выращивать урожай. За три месяца он скопил денег, что хватит, чтобы отец отдал долг и немного для сестры, которую пора выдавать замуж. Женихи, поработавшие у русских, бедных не хотят. Им подавай с большим приданым, чтобы больше не пришлось уезжать и работать дворниками или на стройке. Посёлок строится большой. Работы Исфадору хватит на два года. Он уже представлял, как вернётся домой. И все пятеро детей будут удивляться, как много он привёз подарков. А сестра, к тому времени, подарит ему племянников.

Вдруг, над головой послышался непонятный шум и что-то пронеслось. И тут же за спиной раздался грохот взрывов.

- Самолёт упал,- крикнул Зафар, копающий траншею ему навстречу. Исфандор выпрямился и оглянулся. Но вместо ожидаемого, в таких случаях огня и дыма увидел, как очень много воды несётся на него. Он выскочил из траншеи и бросился бежать от неё. Но вода догнала его и сбросила в котлован какого-то дома, завалив, вынутым отсюда грунтом. Когда воды схлынула и вернулась в русло реки, на месте стройки и соседнего дачного посёлка осталось поле, покрытое грязью.

Борт рейса Хургада-Москва.

- Уважаемые пассажиры! Наш самолёт начал снижение. Просьба занять свои места и пристегнуть ремни. Температура воздуха в аэропорту приземления, плюс двадцать два градуса.

"Это хорошо. Не так жарко, как при вылете. И какого лешего я попёрлась в этот Египет летом? Это ему хорошо. Ползает по дну с аквалангом, с такими же придурками, как он. А ты лежи под зонтиком, как дура. Что за купание в майке, а иначе никакой крем не спасёт. Думала, не доживу до конца отпуска. Но ничего, через десять минут сядем. То, да сё, в общем, через три часа будем дома. В следующий раз только в Анталию. Там нет этих дурацких кораллов. Интересно, удастся ли мне на этот раз увидеть свой дом? "

И женщина прильнула к иллюминатору, стараясь определить, что за местность под ними. Но жилые районы были на одно лицо. Решила привязаться к реке. Вот по ней, удастся определить если не дом, то хотя бы микрорайон. Но за виражами самолёта и наклоном, то на правый, то на левый борт, ей никак не удавалось зацепиться за Москва-реку. Наконец, она узнала МКАД. "Теперь нужно найти, где Крокус". Там река входит в Москву и недалеко их дом. Ей показалось, что она узнала Крокус и Красногорск. Но что-то было не так. "Вот виден "Снежком", а где же река? Она должна быть между ними. Но вместо неё какая-то огромная свалка. Или нет. И почему она так быстро разрастается, прямо на глазах? И МКАД в этом месте пропал" Тут ей стало понятно, что она видит. Ей вспомнились выпуски новостей, где показывали, как цунами накрывает и несёт дома. Но откуда взяться в Москве цунами?

Тут самолёт сделал очередной вираж и перед глазами появились Химки и Долгопрудный. А за ними россыпь водохранилищ, соединённых каналами. На водной глади которых, было множество катеров и несколько теплоходов. Отчётливо стал виден аэропорт. Самолёт слегка поправил курс и вышел напрямую на полосу.

Больше она ничего не увидела, так, как через полсекунды в самолёт врезалась одна из крылатых ракет, нацеленных на плотины. По какой, такой случайности это произошло, никто не узнает. Самолёт, рассыпался ещё в воздухе на куски. И эти обломки, метеорным роем, не меняя траектории, устремились к земле. Через пять секунд они протаранили и подожгли десятки самолётов, хранилище авиатоплива. Взрывающиеся самолёты, в свою очередь подожги все терминалы, у которых они стояли. Это увидели пассажиры других бортов, только что взлетевших или собирающихся сесть. Большинство из них поседело от этой картины. Поэтому, момент, когда полтора десятка ракет вонзалось в плотины, ни у кого не отложился в памяти. Её заполнили другие, не менее драматичные события, отсчёт которых, начался на далёкой Чукотке.

***

Борису снился сон, что он ночью в лесу. Куда-то бежит. Непонятно только, догоняет или убегает. Полная темнота, не видать ни звезд, ни луны. Сквозь густые заросли приходиться продираться буквально на ощупь, вытянув вперёд руки. За шиворот стекают капли с веток. Не то после дождя, не то роса. Ноги цепляются за корни деревьев, заплетаются травой. Иногда приходится становиться на четвереньки, чтобы пролезть сквозь уж совсем непроходимое место. Потом под ногами стала хлюпать вода. От усталости еле держался на ногах, его шатало со стороны в сторону. В конце концов, он не удержался на ногах и завалился набок.

Проснулся от того, что действительно завалился набок. Справа, по ходу поезда, было свободное место. Открыв глаза, он с трудом разглядел вагон метро. Горело только два аварийных светильника. Народ, кряхтя и матерясь, поднимался с пола. Поезд стоял. Неслышно было из динамиков дежурного объявления с просьбой сохранять спокойствие и порядок. Сейчас, оно было бы вполне уместно.

Борис не пытался сообразить, что произошло. Его больше волновало, не проехал ли он свою остановку. Если проспал, а в дополнение остановка в тоннеле, а потом возвращаться обратно, то ему не избежать неприятностей. Посмотрел на часы. Похоже, свою станцию он не проехал. До оговоренного времени оставалось полчаса. Вполне успевает. Через десять минут стоянки, понял, что может опоздать.

Решил предупредить о возможной задержке. Достал мобильник, но связи не было. Что ж, такое бывает. Не все операторы и не везде установили в метро ретрансляторы. Но если не предупредить, то будут неприятности. Дело в том, что Борис работал в интернет-магазине. Один покупатель заказал у них очки ночного видения и запасные аккумуляторы. А, так как их цена очень большая, то обязательна предоплата. Вчера деньги поступили на счет, и было оговорено время доставки покупки в офис.

Борис работал недавно. Должность стандартная - менеджер. Чётких обязанностей не было. Больше подходило определение "палочка-выручалочка" Ему приходилось сидеть на приёмке заказов по телефону, помогал выдавать заказы курьерам. Иногда и сам отвозил, но это было очень редко. Сегодня один курьер приехать не смог. Позвонил, когда остальные разъехались. Директор, дорожа репутацией и деньгами, послал его доставить заказ. Почему именно к конкретному часу нужно было привезти очки, неизвестно. Раньше условленного времени - можно, позже - нельзя. Может быть большой штраф или заказчик крутой.

Поезд по-прежнему стоял в тоннеле. Кто-то пытался связаться с машинистом, но он не отвечал. Борис постоянно смотрел на время. Когда наступила та минута, позже которой он не имел права приехать, успокоился. Теперь ему уже всё равно. Через пять минут тронется поезд или через час, итог один - его уволят. Угораздило же курьеру зацепить машину в пробке, по дороге в Москву. Из-за пустяка простоит часа три.

Сегодня или завтра вернуться родители с отпуска. Точно забыл, куда они полетели на этот раз. Турция или Египет? Или Тунис? Да, собственно и не важно. Сам он в эти страны не любит летать на отдых. Да и отдыхать только на море, тоже не интересно. Лежать на пляже, разглядывать девок, напиваться - это не его. Ему нравиться познавательный отдых. Знакомые очень удивились, когда узнали, что в последний отпуск он полетел в Эфиопию. Мол, там нет пятизвёздочных отелей и "all inclusive".

Но он остался очень доволен отпуском. Три дня на джипах, потом на верблюдах полдня. И они на месте бывшего вулкана. Или до этого проехал весь Цейлон на поездах и автобусах. А как интересно по Индокитаю путешествовать! В следующий отпуск собирается пересечь Чили с Юга на Север. Обязательно побывать на Огненной земле. А если хватит денег, то и на остов Пасхи слетать.

"Мечты - мечтами, но сколько можно стоять? Не забыть, когда приедем на станцию, взять справку у дежурной об опоздании. Бумажка лишней не будет".

Пассажиры уже открыли все форточки, было душно. Несколько человек стало обсуждать сложившуюся ситуацию.

- Может, что с машинистом случилось?

- Почему тогда электричество отключилось?

- Тем более, со станции бы пришли. Что с одной, что с другой.

- Надо идти в кабину машиниста и всё узнать.

- По составу не пройдём, ключ нужен специальный.

- Тогда откроем дверь и пойдём по тоннелю.

- Про контактный рельс, забыл?

- Если бы он был под напряжением, то был бы свет.

- Точно. На всякий случай, пойдём с другой стороны, где нет рельса.

- А где та сторона?

- Когда стоишь на станции, ты контактный рельс видишь?

- Нет, не вижу.

- Значит, рельс слева. Поэтому открываем дверь с правой стороны.

Они подошли к двери, рядом с которой находился рычаг аварийного открывания двери. Повернули его, сорвав пломбу. Дверь, с шипением открылась. Кто-то посветил мобильником.

- Мужики, рельс с этой стороны!

- Не может быть. Может это запасной.

- Хочешь проверить?

- Нет уж. Давайте откроем дверь слева.

Они снова повторили всё с другой дверью.

- О, теперь нормально. Никакого рельса. Спускаемся здесь. Вот, только высоко здесь и неудобно, тесно.

Помогая друг другу, четверо спустились вниз. Стараясь не испачкаться о стенки тоннеля и кабеля, развешенные на крючьях, они стали продвигаться в сторону головного вагона. Борис, помедлив, решил присоединиться к ним.

Он быстро снял со спины свой рюкзак. Достал хлопчатобумажные перчатки и налобный фонарик. Надел перчатки, закрепил фонарь и снова закинул рюкзак на спину, захватил сумку с заказом, спрыгнул с вагона и поспешил за ушедшими. Они опережали его на один вагон. Проходя мимо следующих вагонов, он видел, как люди рассматривали их через стёкла и, оборачиваясь, что-то говорили остальным пассажирам. Борис быстро догнал первопроходцев. Они уже подошли к первому вагону. Он сошёл с рельсов и накренился вправо. Впереди тоннеля не было. Вернее, он был, но за перегородкой. Или как, там называется толстая стена, перегородившая тоннель. Кабина машиниста была сплющена. Он, наверное, увидел перегороженный тоннель и стал тормозить, но не успел остановиться.

- Может машинист ещё живой, надо бы помочь.

- Руками вагон не разогнём. А у нас даже ломика нет.

- Почему гермоворота закрыты? - воскликнул кто-то в темноте.

- Действительно, зачем закрывать герму, если движение не остановлено?

- Может, случилось что?

- Эти ворота на случай войны. А с утра ничего про войну не намекало.

- Может учения?

- Учения ночью делают, когда поезда не ходят.

- Если бы началась война, нас бы так тряхнуло!

- А ну, тихо! Слушайте!

Все замерли. Было тихо. Тут ноги почувствовали лёгкий толчок и вибрацию. Пауза. Всё тихо. Снова толчок по ногам, уже сильнее. Скрипнул вагон. Потом глухой звук.

- Нет, это не война. Тогда бы так трясло, на ногах бы не устояли.

- Что тогда стучит?

- Стройка где-то рядом, сваи бьют или рушат старый дом.

- Это не объясняет, почему гермоворота закрыты.

- Может, автоматика сбой дала и ворота сработали?

- За столько времени, в диспетчерской давно бы разобрались и устранили.

- Что же делать?

- Надо с кем-то связаться.

- Как связаться, если сигнал отсутствует?

- В тоннеле должен быть стрелочный телефон. Нужно его найти и дозвониться.

- Пока сюда шли, не видел. Нужно в обратную сторону пройти или по другой стороне.

- Там контактный рельс. Забыли?

- Вряд ли на нём напряжение есть.

- Даже если сейчас нет, могут включить в любую минуту.

- А если постучать в стенку, может там есть кто?

- Можно и постучать, только нечем.

Точно, под ногами не валялось никакой железки или камня.

- Давайте пройдём в обратную сторону, поищем телефон.

- Боюсь, вдруг телефон на той стороне. Надо сказать, чтобы открывали двери вагонов, а я буду залезать, и осматривать тоннель с той стороны.

- Это ты правильно придумал.

Они пошли в обратную сторону. Люди уже сами открыли двери и интересовались, когда снова поедем. Им отвечали, что путь перекрыт воротами. Нужно найти тоннельный телефон и тогда узнаем, что дальше будет. Телефона всё не было. Закончился состав. Светофоры тоже не работали. Пройдя метров сто за последний вагон, Борис обнаружил под кабелями маленький тоннель, Посветил в него, и увидел, что он выходит на соседний путь. Подошли остальные и стали обсуждать, что делать дальше. Мнения разделились.

- Надо продолжать искать телефон.

- Я предлагаю по второму пути пройти в сторону станции. Может, там ворота не перекрыли путь.

- Тогда мы бы слышали, как ходят поезда.

- Как они будут ходить, если нет напряжения на рельсе.

- А ты проверял?

- Давайте, всё-таки пролезем туда и пойдём в сторону станции. Заодно и телефон поищем. Если он обязан быть в тоннеле, то будет и там.

Первым пошёл Борис. Только у него был фонарь. Мобильники с фонариком были у двоих, но один выключил, села батарея. Проход был низкий, пришлось идти согнувшись. Было много пыли и какого-то мусора. Второй тоннель выглядел абсолютно таким же, как и первый. Посветили налево, но тоннель впереди делал поворот и они ничего не увидели. Повернули направо, и пошли, светя себе под ноги.

Закрытые гермоворота увидели издали. Подошли, посмотрели, зачем-то потрогали. Стали искать, чем бы постучать, но и здесь, ничего не нашли. Зато на стене тоннеля, за углом какого-то выступа, рядом с электрощитом, висел телефон, с надписью ДСЦП. Наверное, такой же был и в том тоннеле, но там мешала разбитая кабина машиниста. Кто-то первый схватил трубку и поднёс к уху. Подергал рычажок на аппарате.

- Не работает.

Другой взял у него трубку и стал кричать в неё:

- Алё! Алё!

Перепробовали почти все. Когда убедились, что связи нет, решили возвращаться. Вскоре дошли до перехода в "свой" тоннель. И тут возник спор.

- Чего мы будем делать в поезде, сидеть и ждать у моря погоды?

- Что предлагаешь?

- Пойти к предыдущей станции.

- А если перед нею тоже тоннель перекрыт?

- Проверим другой тоннель.

- Так и будем ходить туда-сюда.

- Можешь возвращаться в вагон. Даже поспать получиться.

- А если разделиться и пойти одновременно по двум тоннелям?

- Где второй фонарь взять? Мобильный скоро "сядет" и что будешь делать?

- Значит, идём все по этому тоннелю, а там видно будет.

Снова впереди шёл Борис. За поворотом начался небольшой спуск. Через десять минут они опять уткнулись в закрытые ворота. Поискали телефон. Он оказался в таком же месте, что и предыдущий. Попытка дозвониться ни к чему не привела. Посыпались вопросы:

- Кто же тогда закрыл ворота, если никто не отвечает?

- Может со связью что случилось?

- Как нам всё-таки отсюда выбраться?

- Остаётся ещё другой тоннель проверить.

- Ты веришь, что там будет открыто?

- Не верю. Но проверить мы обязаны, чтобы не оставалось сомнений.

- Тогда пошли, чего время терять.

Обратно двигались в том же порядке. Снова пролезли по поперечному тоннелю. Оказавшись в своём, они обнаружили, что несколько человек идут оттуда, куда они собирались направиться. Обрадовались, решив, что проход дальше есть. Но их радость оказалась напрасной. Эти люди были с их поезда. Они прошли по тоннелю и, увидев закрытые ворота, вернулись.

- Телефон там был, пробовали дозвониться?

- Был. Но толку никакого.

- Что же нам, теперь делать?

- Возвращаться в поезд и ждать.

- Чего ждать?

- Что скоро откроют ворота. Не будет же вечно одна линия не работать.

- Думаешь, другие ветки работают?

- Кто его знают. Не вымерли же все одновременно.

Возразить нечего. Все вернулись обратно, на свои места. На вопросы пассажиров отвечали, что везде закрыто, нужно ждать.

Борис вернулся на своё место. Немного даже вздремнул. Проснувшись, стал думать, что делать дальше. Сколько ждать помощи - неизвестно. То, что она придёт, сомнений не было. Но, просто сидеть в вагоне и прислушиваться, не в его характере. Голод и жажда дадут о себе знать довольно скоро.

Борис решил идти на поиски выхода, самостоятельно. Приглашать кого-то не имело смысла. Фонарь, как он убедился, только у него. Вообще-то, он у него не один. Правда, второй ручной, третий динамический. Борис не любил командовать, также не любил подчиняться, если это не работа. А в совместной попытке обязательно возникнут споры о дальнейших действиях. Сегодня он уже убедился в этом. А когда идёшь один, самому себя убедить легче.

Тем более, нет плана, куда идти. Вроде всё осмотрели, кругом ворота. Но они не ходил в противоположный конец " своего" тоннеля. Вот он и решил осмотреть его сам, чем просто сидеть в вагоне. Вдруг удастся найти выход. Тогда он вернётся назад.

Борис поставил рюкзак на диван. Решился собрать тревожный рюкзак он в прошлом году. Сначала он купил на семьдесят пять литров. Уложил все необходимые вещи и продукты. Вес вышел около пятнадцати килограмм. Для того чтобы стоять в шкафу, а при необходимости срочно покинуть дом, он вполне годился. Но для ежедневного ношения он не подходил.

Пришлось взять тридцатилитровый. Составил новый список, с трудом уложил. Вес получился немного меньший, двенадцать кило. Таскать каждый день очень тяжело. Пересмотрел весь список. Избавился от навигатора, фотоаппарата. Эти функциями были и в смартофоне. Вполне можно обойтись без дублирования. Убрал половину продуктов, инструментов, одежды. Вес снизился до шести килограмм.

Первые недели всё ждал, что если что случиться, он не пропадёт. Потом надоело таскать каждый день. Несколько дней рюкзак оставался дома. Борису уже было не совсем по себе, от того, что за спиной нет привычной тяжести. Чувствовал себя как без одежды. Когда снова накинул рюкзак на плечи, вернулась уверенность.

Когда поручили отвезти заказ, он решил рюкзак оставить на работе, всё равно возвращаться обратно. Но уже в дверях одумался и взял его. Теперь он даже представить боится, чтобы было, отправься с заказом без рюкзака. Что и где в нём находиться, он знал наизусть. Теперь оставалось определиться, чем воспользоваться.

Недавнее путешествие по тоннелям показало, что в метро грязно и очень пыльно. Имеются протечки. В той, одежде, что на нём долго не проходишь. Испачкается и порвётся. И как потом в ней возвращаться домой, когда выберется из метро? Он достал имеющийся у него тонкий и прочный комбинезон. Ещё вытащил бахилы. Снизу они выглядели как резиновые сапоги, а выше щиколотки продолжались как чулки из прорезиненной ткани. Доходили до колен и вверху имели широкую резинку. Потом на свет появился шлём для водных видов спорта. Лёгкий и небольшой. Последним вытащил щиток для голени и колена. Иначе комбинезон быстро протрётся.

Несколько лет назад, знакомые ребята уговорили его пойти с ними в Сьянские каменоломни. Расхваливали очень красочно. Но Борису они решительно не понравились. Разная шпана лазит, как хочет. Мусор, кострища. В сторону ни шагу, иначе в дерьмо вступишь. Вылез грязный, оборванный. Его одежда не была готова к таким испытаниям. Он представлял прогулку в полный рост по красивым пещерам. Поэтому, подбирая снаряжение для аварийного рюкзака, он учёл печальный опыт.

Рюкзак освободился на треть. В него он засунул тот заказ, который так и не довёз. Теперь нужно переодеться. Оглядевшись, он не решился раздеваться в вагоне до трусов, поэтому комбинезон надел поверх своей одежды. Благо было лето и надето на нём было немного. Переобулся, надел наколенники. На голову, вместо бейсболки - шлём, а в завершении нацепил фонарь. Окружающие с любопытством посматривали на его приготовления.

Один из тех, с кем он ходил по тоннелям, подошёл к нему.

- Ничего себе, экипировка! Откуда она у тебя?

- Собрался ехать в Сьяны, вот и захватил с собой.

- Да, тебе крупно повезло.

- Да нафик мне такое везение. Сиди тут в вагоне. Ребята, скорее всего, ждать не стали, уехали без меня.

- Значит, ты опытный спелеолог,- к их разговору прислушивались, находившиеся рядом пассажиры.

-Да куда там! Первый раз согласился. Видишь, новое всё.

- Ты собрался куда-то идти?

- Схожу, посмотрю тоннель, в который мы не ходили.

- Так, по нему другие прошлись. Ничего не нашли.

- Особо и не искали. Смотрели только гермоворота.

- А ты чего собираешься найти?

- Понятия не имею.

- Зачем тогда идёшь?

- Может, ничего и не найду. Сидеть здесь, тоже надоело.

- Тогда удачи тебе!

- Спасибо.

Борис подошёл к двери, аккуратно слез с вагона. Затем нацепил рюкзак. Включил фонарь и пошёл вдоль поезда к последнему вагону. Пассажиры с других вагонов с удивлением смотрели на него.

- Спасатель пришёл! Спасатель пришёл! - раздались крики.

Такой реакции на его вид, он никак не ожидал. Пришлось успокаивать их и говорить, что он сам пассажир.

- Посмотрите на одежду. Разве у спасателей такая форма?

Они смотрели и соглашались. Действительно, когда в стране столько аварий и катастроф, то все смотрящие новости, знают, как выглядят настоящие спасатели. Дальше пошёл молча. Внимательно и не спеша осматривал стены с обеих сторон, верх тоннеля. Уже показались закрытые гермоворота, как Борис увидел слева, за кабелями маленькую решётчатую дверь. Он нагнулся и посмотрел внутрь. За дверью шёл коридор в полный рост и через десять метров поворачивал направо. Борис подергал решётку. Держится крепко, так как она закрыта на внутренний замок. Сама решётка сделана из толстой арматуры. Пилить её имеющейся у него маленькой ножовкой бесполезно.

Борис решил продолжить осмотр тоннеля. До самых ворот больше ничего интересного не обнаружил. Снял трубку телефона. Тишина. Постучал по рычагу, покричал в неё. Ещё раз проверил наличие сигнала на мобильном. Без изменений. Решил возвращаться к поезду. Проходя мимо решётки, ещё раз осмотрел её, теперь, более внимательно. Замок запирался вертикальным ключом. Можно попытаться открыть согнутым гвоздиком. Но вначале нужно этот гвоздик найти.

Борис стал осматривать бетонное основание. Ничего подходящего. Стал отходить дальше, пока не нашёл брус, закреплённый на стене тоннеля. В него был забит гвоздь. С помощью мультитула он его вытащил. Вернулся к решётке. Попробовал, входит ли гвоздь в замок, не толст ли. Всё нормально. Согнул примерно сантиметр и стал вращать его в разные стороны. Гвоздь цеплялся за что-то, но замок открываться не хотел.

Борис ещё раз осмотрел решётку. Потом обратил внимание на петли. Если попытаться снять её с петель, то можно пройти дальше. Выяснил, что снять с петель можно, только если её распахнуть. По-другому не даёт рама. Зазор, между рамой и дверью мал, для того чтобы её приподнять.

Значит, ничего не остаётся, как ковырять замок. Через полчаса нудного занятия, когда уже был готов забросить бесполезный гвоздь, гвоздь провернулся и внутри замка щёлкнуло. Борис обрадовался и потянул решётку. Она не открылась. Значит нужно сделать ещё один оборот. Высунув от усердия язык, он сосредоточенно крутил гвоздь внутри замка. Очень скоро таки удалось справиться с ним. Дверь открылась. Только не на себя, мешали кабеля, а внутрь.

Он задумался, что делать дальше. Возвращаться в поезд и звать людей? Всех или только тех, с кем "ходил в разведку"? Опять же, если у них нет фонаря, всё равно будут плестись сзади. Тем более, неизвестно, как далеко сможем пройти. Вдруг за углом такая дверь, что никакой гвоздик не поможет.

Борис поднялся, прикрыл за собой решётку и пошёл по проходу. Дошёл до поворота и повернул на право. Коридор через пять метров заканчивался, и начиналась лестница вверх. Поднявшись на двадцать ступенек, Он оказался на площадке. Прямо перед ним была массивная гермодверь. Закрывалась она рычагами. Сверху и снизу по одному, боковые на два. Вправо, поперёк тоннелей, тянулся длинный коридор.

Закрытая дверь, по предположению, была обходом гермоворот. Если её открыть, то можно пройти на ту часть тоннеля, который ведёт к Парку Культуры. Борис снова обдумывал, идти за попутчиками или нет. Путь дальше нашёл, замка не видно, значит откроется. Нет, нужно дальше посмотреть. Он взялся за рычаг со стороны петель. Поворачивались они с трудом, но справился. Когда все рычаги оказались в открытом положении, потянул дверь на себя. Не открывается. Тогда дёрнул сильнее, немного приоткрылась. Начал рывками дёргать дверь. Также, помалу, она открывалась. Значит, дверь давно не открывали и петли не смазывали. Наконец, дверь открылась настолько, что можно было пройти внутрь.

За дверью был маленький, метра два коридор, а потом снова такая же дверь. Значит, это шлюз. Борис снова взялся за рычаги. Эту дверь удалось открыть легче. За дверью всё было так, как и перед нею. Вниз вели ступеньки. Вправо коридор. Борис начал спускаться по ступенькам, как увидел, что на лестнице стоит вода. Глубину трудно было определить, но, больше половины ступенек было в воде. " Откуда столько воды? Хотя, Москва-река рядом, прорвало, где-то. Значит, тоннель затоплен. Но не весь, метра три. А какой диаметр тоннеля? Метров пять, не меньше. Значит, если затопило тоннель, то в вагонах люди выживут, тем более, можно и на диваны встать. Но многие умрут от переохлаждения, стоя по горло в воде. Хотя, могли открыть дверь и залезть на крышу. А дети? Нужно попасть в тоннель и убедиться. Придётся нырять. Чёрт, там ведь, наверняка, тоже решётка! Но как её открыть под водой? Значит, вылазка отменяется"

Борис с сожалением вернулся на площадку. Остаётся поперечный ход в соседний тоннель. Если и он затоплен, придётся возвращаться обратно и искать подобный ход в сторону Фрунзенской. На той стороне всё было в точности, как на этой. Поочерёдно повернул рычаги и открыл дверь. Подошёл к лестнице и посмотрел вниз. Там тоже стояла вода. Уровень примерно такой же. Пришлось возвращаться обратно, запирая за собой двери. Когда подошёл к решётке, его взгляд упал на бетонный выступ. Присмотрелся внимательней. Не поверил своим глазам. На выступе, как на полочке, лежал ключ. Быстро схватил ключ, вставил в замок и провернул. Замок щёлкнул раз, другой. Пощелкал туда-сюда. Без сомнений, ключ от этой решётки. Его или забыли или специально здесь держат. Попробовал, сможет ли достать его со стороны тоннеля. Просунул руку сквозь решётки и нащупал ключ. "Надо бы проверить во всех местах, может ключи тоже, там лежат", - решил он.

Борис решил возвратиться к поезду. Аварийные светильники едва горели. Пассажиры, едва завидев его, набрасывались с вопросами. Отвечал, что никакого выхода не нашёл, пока. Залез в свой вагон. К нему тут же подошли люди.

- Вернулся! Что видел? Есть выход?

Рассказал, что видел, ничего не утаивал. Когда закончил, повисла тишина. Потом посыпались вопросы:

- Что же произошло, откуда в метро вода?

- Значит, мы отсюда никогда не выберемся?

: Откуда вода, не знаю. Насчёт выбраться.... Буду искать ещё выход в другой стороне.

- А если и там вода, что тогда?

- Тогда и будем думать.

- Мы бы с тобой пошли, но какой от нас толк, без фонаря.

Передохнув, Борис пошёл к поперечному ходу, чтобы перейти в левый тоннель. Решётка нашлась сразу. Просунул руку, он стал шарить по стене, в поисках ключа. Уже отчаявшись, он, наконец, зацепил его, да так, что тот свалился вниз. Подобрал ключ и открыл решётку. Прошёл по похожему пути наверх. Первая дверь открылась хорошо. За ней была следующая дверь и проход в тоннель, в котором стоял их поезд. Поразмышляв, Борис стал открывать ближнюю гермодверь.

Ступеньки были сухие. Он обрадовался и спустился вниз и повернул к тоннелю. Привычная решётка, ключ тоже на месте. Выбравшись в тоннель, он огляделся. Посмотрел влево, на гермоворота. С этой стороны был электромотор, который закрыл их. Также был виден механизм, чтобы открывать и закрывать ворота вручную. Было ясно, что ему одному не справиться, нужно идти за мужиками. Но сначала надо проверить, свободен ли путь до станции.

Борис повернул налево и пошёл к Фрунзенской. Тоннель стал уходить вниз и тут вскоре появилась вода. Она пока была ниже контактного рельса. Но, так как тоннель продолжал спускаться, уровень воды поднимался. Когда она дошла до колена, Борис залез на контактный рельс и пошёл по нему. Но метров через сто остановился, вода стало ещё выше. Насколько он смог добить лучом ручного фонаря, везде была вода. На самом пределе луча, ему показалось, что он видит самый верх первого вагона поезда. Было похоже на фары.

Он вернулся назад. Решил проверить последний тоннель. В нём всё было такое же. Снова пошёл вниз, к станции. Появилась вода, потом тоже пришлось залезть на рельс. Когда вода и на этот раз поднялась до колена, он остановился. Направил луч вглубь тоннеля. Везде была вода. Справа, метров через пятьдесят, был какой-то чёрный провал. С того места, где стоял Борис, невозможно было подробно рассмотреть, что это такое. Пройти дальше, значит оказаться в воде по пояс. Это ему не хотелось категорически. С другой стороны, уходить, так и не найдя выхода из их ситуации, обидно. Тут он сообразил, как можно пройти и не намокнуть.

Он поставил ногу на один из кабелей, проложенных по стенам. Рукой ухватился за другой. И вот так, перебирая по кабелю, руками и ногами, он добрался до заинтересовавшего его места. Повернул за угол, он увидел, что это такой же тоннель, под острым углом отходящий от основного и понемногу "забирающий" влево. Долго раздумывать не стал, стал продвигаться по нему. Через пять минут, он увидел, как на противоположной стене тоннеля, какой-то ход со ступеньками. Махнул рукой на желание остаться сухим, шагнул в воду, предварительно держа одной рукой над головой рюкзак. Погрузился по грудь. Пересёк тоннель и стал подниматься по ступенькам. На площадке коридор повернул вправо и сразу уткнулся в дверь. Обычную фанерную. На ней, белой краской написано: СУ-148. Строительное управление, что ли? Потянул на себя и оказался в мужском туалете.

Его изумлению не было предела. Вот уж чего-чего, а в поисках выхода оказаться в сортире.... Рядом с входом была ещё одна дверь. Открыл её и увидел лестницу вниз. Воды не было. Спустился. В подвале стояли насосы, и было много труб, уходящих вверх. Скорее всего, это были фекальные насосы, а туалеты на случай войны, для укрывшихся в метро людей.

Тут Борис почувствовал, насколько он проголодался. Вернулся в тамбур и открыл рюкзак. Достал влажную салфетку и вытер руки. Разжёг спиртовку и поставил на неё кружку с водой. Пока она грелась, он съел две охотничьих колбаски с хлебом. Хлеб у него был вчерашний. Он раз в два дня менял хлеб в рюкзаке. Там была ещё пачка галет, но с хлебом лучше. Тут и вода вскипела. Попил чай со "сникерсом". Вот теперь, другое дело. Можно двигать дальше.

***

Форсировать тоннель снова не захотел. Да и какая разница, по какой стороне идти? Взобрался на кабеля и, перебирая руками и ногами, двинулся дальше. Уровень воды то понижался, вызывая временную радость, то повышался, огорчая. Несколько раз останавливался передохнуть. Почти через час, или полкилометра, появился ещё один туалет, СУ-149. Теперь он догадался, что может означать эта надпись. Наверное, санитарный узел. А цифра, показывает порядковый номер. Слез с кабелей и передохнул на твёрдой поверхности. Для интереса зашел в туалет и открыл кран. Полилась вода! Пробовать на вкус не стал из-за красноватого цвета и затхлого запаха. Но, если пропустить через фильтр, то пить можно.

С этого места тоннель снова раздваивался, отворачивал влево. Надо было определиться, куда идти дальше. Подумав, решил, что пойдёт по этой же стороне, что и шёл. Минут через десять продолжил движение. Тоннель неуклонно забирал влево. Также, неуклонно, стала подниматься вода. Приходилось залазить по кабелям всё выше, пока не стало, не за что держаться.

Борис остановился. Далеко рассмотреть тоннель не получалось из-за его кривизны. Придётся возвращаться. В этом месте переходить тоннель не получится, воды по шею. Он отправился в обратный путь. Вернувшись к туалетам, остановился, чтобы дать отдых ногам. Остаётся последний тоннель. Хотя и он может раздвоиться. "Интересно, что сейчас делают пассажиры моего поезда?" - подумал Борис. "Сидеть столько времени в темноте и безысходности, тяжело. Как в братской могиле".

Посмотрев на часы, он увидел, что после ухода с поезда прошло четыре часа. Нужно торопиться. Он форсировал тоннель, привычно залез на кабеля и пошёл в левую сторону. Еще не начался этот новый тоннель, как кабеля круто пошли вверх. Выяснилось, что они огибают большой проём, забранный решёткой. Правда, сама решётка была сильно погнута, а дверь вырвана. Табличка сверху решётчатой двери гласила, что это ВШ-134. Вентшахта, значит. "А ведь это путь наверх!"- обрадовался Борис.

Он слез с кабелей и оказался по грудь воде. У самой решётки была какая-то ступенька, на которую он встал, и вода доходила только по пояс. Захватив рюкзак, вошёл внутрь.

Прямо от порога начинались ступеньки круто вверх. Воды уже не было, но кругом лежал слой жидкой грязи. "Непонятно, откуда ей взяться. Значит, уровень воды был выше. Но в санузлах нет никакой грязи. Выходит, вода в тоннели попала сверху, поэтому гермоворота и закрыты. Но станции затоплены. Сухой осталась только середина перегона. Откачивающие насосы тоже под водой, теперь они воду уже откачать не смогут. Тогда этим займётся МЧС. Да они уже, наверное, уже выкачали всю, пока я здесь брожу", - размышлял Борис, осматривая помещение.

В конце коридора, метров через десять, в стене была привычная дверь с запорами. Справа, вертикальные жалюзи, они были открыты и сорваны с нижних креплений. Открыв поочерёдно двери шлюза, Борис оказался в коридоре, поворачивающем вправо. Метров через двадцать, огромный вентилятор с погнутыми лопастями. За стеной тоннель снова поворачивал, на этот раз влево. В его конце была сама шахта. Лестница уцелела, но повреждений хватало. Перила кое-где отсутствовали, остальные погнуты. Лестничные марши были на месте, но тоже покрыты грязью.

Похоже, остался последний рывок. Борис подкрепился шоколадкой, съел горсть сухофруктов, запил водой и начал подъём. Главной опасностью было не поскользнуться на тех участках, где не было перил. Одолев с десяток пролетов, он оказался на последней площадке, в венткиоске шестигранной формы. Дверь прогнулась, но устояла. Воздухозаборники, в виде горизонтальных полос, на гранях сооружения, были вогнуты внутрь, некоторые отсутствовали.

Борис выломал одну такую пластину, которая едва держалась одним краем. Воспользовавшись ею, как монтировкой, он отжал дверь и вышел наружу. Оказался во дворе старого пятиэтажного кирпичного дома. Две стороны двора были забором парка. Вдоль длинной стороны были капитальные гаражные боксы. А вдоль короткой, наверное, металлические. Потому, что они там были свалены в кучу, вместе с автомобилями. Дом, до четвёртого этажа был в грязи, без окон. Окон, правда, не было и на пятом.

Необходимо было узнать, что произошло. Но ни одного человека, ни одной машины не было. Борис выше со двора. На другой стороне улицы стояли кирпичные девятиэтажки, тоже без стёкол в закрытых рамах. Но там, где рамы были открыты, стёкла сохранились. На стене краской написано: Оболенский пер. 5. Значит, Парк Культуры недалеко. Он огляделся по сторонам. Никого. И даже авто не едут. Тут он увидел, как на балконе шестого этажа показалась пожилая женщина.

- Эй! Можно вас на минутку! - Женщина подошла к ограждению и завертела головой. Увидев его в снаряжении, она удивилась ещё больше.

- Ты меня звал?

- Да, это я. Хочу узнать, что здесь произошло.

- Ты что, с Луны свалился?

- Нет, наоборот. С метро вылез. Вон там, - и Борис показал рукой назад на венткиоск.

- Как же ты уцелел один?

- Почему один? Нас там целый состав стоит между Парком Культуры и Фрунзенской. С обеих сторон закрыты ворота и нам ни как, не выбраться. Везде затоплено. Вот только сейчас сюда вылез. Так, что всё-таки случилось? Откуда столько воды?

- Война началась. Взорвали водохранилища и затопили Москву. Очень много, говорят, народу погибло. В области много чего посмывало.

- Почему тогда окна на большой высоте выбиты, бомбили?

- Рядом Генштаб, вот и туда ракетами стреляли и в центр много летело. Я как раз бельё вешала и видела.

- Так, значит, и ядерные бомбы бросали?

- Никто не говорил, что такое в Москве было. За городом, говорят, что куда-то бросили. А больше узнать нечего, света нет.

- А вы откуда про всё знаете?

- Я по мобильнику слушала радио. Две станции всего работали.

- Сейчас уже не работают?

- Не знаю, батарея разрядилась.

Борис вынул свой мобильный. Половина заряда ещё оставалось. Включил и стал искать работающие станции. Тишина, нет ни одной. Ему бы приёмник на средних или коротких волнах, а эти FM станции никуда не годны. Аккумуляторы на передатчиках разрядились, а генераторов не имеют. Попробовал позвонить спасателям, но сети не было.

- Не работают радиостанции, - сказал он женщине, которая с нетерпением ожидала от него вестей. - Почему машин не видать, вода ведь ушла?

- Так улицы завалены всем, чем попало, не проехать. А там, где повыше и вода не достала, проехать можно. Но творится такое, просто ужас!

- Что там такое творится?

- Грабят всё подряд, дерутся. Эвакуируются много, а выехать трудно.

- Вы, почему не уезжаете?

- Жду, когда муж приедет. С утра уехал на работу.

- Ладно, я пойду обратно, нужно сказать тем, кто в поезде, что можно выбраться здесь. Мне бы фонарики купить где, а то нет ни у кого, а там очень темно.

- Здесь ты ничего не купишь, все магазины затопило, да и не было рядом ничего. Это на Комсомольском были магазины.

Борис пошёл обратно. Остановился у автомобилей, сваленных в углу. Стёкла у некоторых были выбиты, сами они помяты. Он заглянул в ближайшую машину. Это была Пежо 308. Там сидела привязанная ремнями молодая женщина. Мёртвая. В другой машине, в Шкоде, никого не было. Он открыл бардачок. Среди всякого хлама, нашёл фонарик. Включил. Свет загорелся. В ещё двух в салоне было пусто, но в багажнике было по большому фонарю. Зашёл в соседний двор. Там не было ни одного авто. В гаражные боксы не стал соваться, да и нечем открыть ворота. Засунул фонари в рюкзак и стал спускаться обратно в шахту.

Внизу почти без изменений. Возможно, показалось, но воды стало сантиметров на десять меньше. Вода тогда доходила до первой ступеньки. А сейчас она на уровне порога. Тут он увидел, как справа по воде пробежался широкий и яркий луч света. Его фонарь светил в это время под ноги. Первым порывом было броситься навстречу людям. Но, вспомнив, что началась война, он повернул голову в сторону и выключил фонарь. Осторожно выглянув, он посмотрел в тоннель. Справа двигались в его сторону два человека, судя по двум лучам от сильных фонарей. Всё ближе и ближе. Опасаясь, что они идут в венткамеру, Борис отступил вглубь и спрятался за сломанными жалюзями. Остановившись, не заходя внутрь, они осветили помещение, и пошли дальше. Подошли к развилке и остановились.

- И где мы должны искать этих мудаков?

- Сказали же, что в тоннеле.

- Да понятно, что не на улице. Ты же видишь, всё затоплено. В какую сторону идти? На Кольцевую или Сокольническую?

- Понятие не имею. Знать бы, что с ними, утопли или дезертировали.

- Если утонули, то, как их найдёшь, если смылись, тем более.

- Как они могли отсюда сбежать? Гермы то закрыты.

- А вентшахта, чем не выход?

- Говорят, наверху ещё хуже, чем здесь.

- Какая разница, хуже - лучше, нам то, что делать? Тут роту надо на поиски пустить. Как-никак, пропали часовые.

- Так, сколько часов прошло, почему только сейчас чухнулись?

- А я, почём знаю? Не до них, наверное, было, когда руководство страны со всеми губернаторами на атомы распылили.

- Короче, что делать будем?

- Скажем, что утонули, и их унесло течением на Кольцевую линию. Всё равно, никто проверять не будет.

- Ладно, возвращаемся. Хорошо, что больше часовых в тоннеле ставить не будут. Не от утопленников же, охранять. А за пару дней, когда восстановят сигналку, тогда вообще, проблем не будет.

- С вентшахтой, как быть?

- Взорвём. Завтра же, или сегодня ночью, когда спецы появятся.

- Хорошо, пошли уже отсюда.

Они немного потоптались на углу, освещая воду в разных направлениях. Потом развернулись и пошли, по грудь в воде. Борис потихоньку пошёл за ними, стараясь не плескать водой. Уровень воды стал понижаться. Идти по тоннелю было сложно из-за того, что под ноги попадались всякие препятствия, проложенные между рельсами. Он шёл, боясь вскрикнуть от того, что всё время то цеплялся ногами за что-то, то ударялся коленом обо что-то твёрдое. Тоннель шёл прямо, не отклоняясь ни в одну сторону, только неуклонно поднимаясь. Вскоре воды осталось по колено.

Впереди показался тупик. Двое направлялись прямо к нему. Подойдя вплотную к стене, перегородившей тоннель, они остановились. Борис спрятался между контактным рельсом и каким-то железным ящиком. Повернулись назад, поводили лучом по тоннелю и снова отвернулись. Тот, кто стоял справа, пошарил рукой по тюбингам и достал оттуда что-то, напоминающее заводную рукоятку от грузовика. Одним концом он приставил её к крайнему тюбингу и стал вращать против часовой стрелки. Стена стала уходить влево. Отъехав на метр, остановилась. В луче фонаря была видна ещё одна стена, на небольшом расстоянии от первой. Второй снова оглянулся назад и посветил фонарём, что-то сказал первому. Тот кивнул головой и вернул рукоятку на прежнее место. Оба зашли внутрь, и стена стала возвращаться на своё место.

Когда проём закрылся, Борис выждал пять минут и пошёл к тупику. Там воды не было. Стал искать оставленную рукоятку. Нашёл быстро. Достал её и стал подыскивать подходящее отверстие для неё. Оно оказалось шестигранной формы. Ручка вошла точно, и Борис попробовал провернуть. На удивление, вращалось легко. Стена стала отходить, и он быстро вернул её обратно. Ещё рано туда лезть, а может, вообще не стоит. Нужно возвращаться к поезду.

Вернув ключ на место, Борис заторопился. На этот раз он не стал перебирать ногами по кабелям, а пошёл прямо по воде. Перед самой развилкой на свою линию, были гермоворота, которые не закрылись. По виду, они были не рабочие, да и шлюза с дверьми возле них не было.

А остановился он потому, что у железного шкафа, что-то было не понятное. Подойдя ближе, его чуть не вырвало. Это был утопленник. Посветив вокруг, он увидел в десяти метрах ещё одного. На них была камуфляжная форма. Борис подошёл вплотную к ближнему трупу и повернул его. Лет двадцать пять. На голове фонарь, как у самого. Он попробовал его включить. Он оказался включённым, но не светил. Сел аккумулятор. Но всё равно он его забрал, имелись запасные. На ремне была кобура с пистолетом. Борис снял ремень и вытащил его из кобуры. Явно не Макаров. Сбоку был номер, а на рукоятке, выдавлено изображение, похожее на сову. Ещё ниже, цифры 9х21, наверно калибр патрона. В кобуре был ещё один снаряжённый магазин. В карманах куртки оказался так же один фонарь, ручной. На этот раз, работающий. Рация..., размокшие сигареты..., зажигалка..., тоже рабочая..., мобильник.... Никаких документов и знаков различия. У второго, тот же набор, за исключением сигарет. Похоже, это были те часовые, которых искала та пара. Вероятно, они стояли на развилке возле ворот венткамеры, когда на них обрушился поток воды. Сбило с ног и, ударив головой обо что-то, потащило вперёд. Пока они здесь оба не застряли.

Оставив их там, где и обнаружив, продолжил путь. Обратный путь до дверей шлюза он проделал быстрее, чем сюда. А по сухому тоннелю до поезда добрался вообще за пять минут. Когда он появился возле него, люди повставали со своих мест и стали кричать:

- Он вернулся! Он вернулся. Нас спасут! А вы говорили, пропал, - и, обращаясь к нему, спрашивали:

- Почему один? Где спасатели? - И ещё кучу вопросов. Хватали его за мокрую одежду и пытались добиться ответа. Но он все-таки сумел дойти до своего вагона и с помощью поджидавших его попутчиков, залез внутрь. Вопросы теперь посыпались от пассажиров своего вагона.

- В общем, ситуация такая. - Начал он говорить, как все затихли и зашикали, на тех, кто пытался что-то сказать. - Началась война. - Кто-то громко ойкнул, и заговорили все разом.

- Всё руководство страны, все руководители регионов, погибли. Взорваны плотины всех водохранилищ и вода затопила и смыла всё, до чего смогла достать. Москва подверглась обстрелу крылатых ракет. Ядерное оружие применялось по объектам за пределами города.

- Откуда всё знаешь?

- Один человек рассказал.

- Значит, есть путь вверх?

- Да, по вентиляционной шахте.

- Давайте тогда пойдём скорее, хватит здесь сидеть.

- Большую часть пути придётся пройти по грудь в воде.

- С одним фонариком это невозможно.

- Я нашёл ещё пять, - сказал Борис и достал из рюкзака фонари.

- Нужно, чтобы в каждом вагоне знали то, что я рассказал здесь. Минут через пятнадцать выходим. Нечего здесь делать.

- Почему не сообщил спасателям? Они бы нас вывели отсюда по-другому, - задал вопрос невысокий и плотный мужик.

- Нет связи. А чтобы вывезти через станцию, нужно откачать воду с тоннелей. А электричества нет.

- Должны быть аварийные генераторы, - не унимался он.

- Знаете, пусть каждый решает, чего он хочет. Сидеть в темноте и ждать, когда его спасут специально обученные люди. Или выбираться самим и через час быть на поверхности.

Сколько всего народу оказалось во всех семи вагонах, Борису было не до переписи. Да и ничего бы и не дало, только трата ценного времени. Сейчас он сидел на диване и отдыхал. Многочасовое хождение по грудь в воде и кабельным трассам сказалось на мышцах ног. Ноги просто гудели, казалось, что никакая сила не заставит его подняться и снова пойти в затопленный тоннель.

Пассажиры разделились на два лагеря. Одним не терпелось скорее выбраться на поверхность, другие убеждали подождать спасателей. Вторых было явное меньшинство, в основном женщины средних лет и старше.

Рядом с Борисом присел парень, его ровесник и мужчина, лет сорока.

- Это правда, что война началась? - спросил тот, который постарше.

- Нет, это я ходил-ходил по тоннелям, всё думал, чтобы такое смешное придумать! Решил вот так вам поднять настроение!

- Да не ершись, ты! Думаешь, всё это так легко представить, что случилось там наверху. В голове не укладывается.

- Сам понимаешь, по радио никакого объявления не слышал. Своими глазами видел только-то, что по городу прошёл водяной вал. Над нами достал до четвёртого этажа. А там, куда не достала вода, окна выбиты воздушной волной.

- Так, четвёртый этаж, это одиннадцать-двенадцать метров.... Плюс три-четыре метра от уровня реки.... Выходит, вода поднялась на пятнадцать-шестнадцать метров. Но это в самых низких местах, вдоль берега. Таких мест в Москве мало. Будем считать, что в основном, город остался цел.

- На западе воды было много больше. Это потом она разлилась вширь, и уровень упал, - добавил молодой.

- По любому, город особо не пострадал. Тем более, если не применялось ядерное оружие. Значит, те, кто начал войну, хотят, чтобы Москва им досталась относительно целой,- продолжал размышлять вслух старший.

- Думаешь, будет оккупация? - спросил Борис.

- Не сомневаюсь.

- Зачем тогда водохранилища взрывать?

- Откуда мне знать. На обороноспособность это повлиять не сможет. Если только поставить цель деморализовать население.

- Эй, пятнадцать минут прошло, пора двигать на выход, - крикнул кто-то от крайних дверей.

- Да, действительно, пора. Надо выйти, пока наверху солнце светит, чтобы обсохнуть и согреться после метро. Вот вам фонарь. Остальные я раздам другим. Проверьте потом, не остался ли кто в вагонах.

С вагонов уже вышло много людей, которые, спустившись вниз, сразу шли в хвост состава, чтобы не мешать другим. Борис прошёл до поперечного тоннеля, или, как кто-то подсказал, ходка, и остановился. Темнота, хоть и слегка освещаемая фонарями, не давала представление, сколько здесь было человек. Если прикинуть число в его вагоне и умножить на семь, то получится около трёхсот. К нему подошёл парень из его вагона

- Пятеро наотрез отказались выходить. Будут дожидаться, когда дадут свет и придут спасатели. Ни про какую войну не верят.

- Пусть остаются.

- Да ты чё, хочешь их здесь бросить?

- Не я бросаю, они сами остаются. Не детский сад, чтобы их уговаривать съесть ложку манной каши. Или ты желаешь, чтобы я на себе понёс?

- Может ещё раз поговорить, убедить?

- Как знаешь, но мы пойдём. Семеро одного не ждут,- и первым, согнувшись, полез в ходок.

До гермозатвора и дверей шлюза дошли вполне нормально. Единственное, что доставляло неприятности, это падение людей, запнувшихся в темноте о различные препятствия. Света шести фонариков, на двести пятьдесят метров тоннеля, на которые растянулись люди, было мало. Каждому под ноги не посветить. Главное, обошлось без серьёзных травм и переломов. Когда Борис открыл последнюю дверь шлюза, и стоящие первыми, увидели чёрную воду, они отшатнулись. Начались крики, что они в воду ни за что не полезут, лучше подождать в вагоне, пока откачают воду и придут спасатели.

- Слушайте сюда! - крикнул Борис, и когда шум немного утих, продолжил:

- Я один прошёл этот путь туда и обратно. Со мной ничего не случилось. Только промок, да и одежду придётся выбросить. Я уже был наверху. Конечно, мог бы не возвращаться в метро, а пойти домой. То, что по воде идти на много хуже и страшно, согласен. Но лодок здесь нет, и плот не из чего сделать. В общем, кто хочет домой, пошли за мной. Идите аккуратно. Не спешите. Под водой много всякого, что будет мешать. Смотрите друг за другом, помогайте подняться тем, кто упадёт. Передние пусть передают идущим сзади, о тех препятствиях, на которые наткнулись. Детей, возьмите на руки или лучше посадите на шею. И повернувшись, первым шагнул в воду.

Ему самому тоже не хотелось снова залазить в неё, но понимал, что это последний путь к спасению. Всего лишь, через какой-то час, он и все остальные будут греться на солнце. Потом разойдутся по своим домам, чтобы вспоминать сегодняшний день как страшный сон.

Пассажиры, спускающиеся следом за ним, охали при первом шаге в воду. Он потихоньку пошёл вперёд. Иногда оборачивался и светил людям под ноги, стараясь не попадать лучом в глаза. Слышно было, как кто-то наотрез отказался лезть в воду, требуя, чтобы ему отдали фонарь, для возвращения в поезд.

Борис всё дальше и дальше отходил от шлюза. Шедших сзади, он предупреждал о препятствиях, которые попадались ему под ноги. Так они дошли до первой развилки. Он сообщил, что они сейчас перед Фрунзенской, и поворачивают в тоннель к Кольцевой линии. Но до неё не дойдут, а вылезут на свет раньше. Вдруг, какая-то женщина громко закричала. Оказывается, когда Борис поворачивал голову, в луч света попал один из утонувших солдат.

- Там человек! Быстрее помогите ему!

- Ему уже не помочь, он там давно. Не задерживайте всех.

Снова возобновилось движение. Борис хотел было сделать остановку возле туалетов, для отдыха, но передумал. Все не войдут, а потом трудно снова заставить их спускаться в холодную воду.

Вот и вход в вентиляционную шахту. Он остановился, поджидая, когда подойдут ещё двое с фонарями.

- В общем, так, - сказал он, обращаясь к подошедшим, - Нам осталось пройти по вентиляционной камере и подняться по лестнице наверх. Здесь несколько поворотов. Мы сейчас пойдём внутрь, а вы с фонариками остановитесь у каждого поворота. Я доведу людей до лестницы и вернусь на это место. В шахте есть немного света. Будьте очень осторожны при подъёме, лестница местами повреждена. Не торопитесь, там может быть ещё скользко. Десять минут и вы на улице, а там свет и тепло.

Люди, увидев, что вода сюда не достаёт, и дальше сухо, оживились. Подталкивая друг - друга заторопились вперёд. Когда дошли до лестницы и увидели хоть и слабо, но освещённую солнцем шахту, все разом повеселели.

Он остановился у самого начала лестницы.

- Поднимайтесь осторожно, лестница крепкая, выдержит всех. Но всё рано, на один пролёт больше двух человек не становитесь. Когда подниметесь до самого верха, не скапливайтесь на последней площадке, а выходите на улицу. Я пошёл назад. Буду там, пока последний не подойдёт.

Несколько человек сказали спасибо и заторопились к лестнице. Борис пошёл навстречу людскому ручейку, втягивавшемуся в помещение венткамеры. У всех был очень усталый вид, вода стекала ручьём с их одежд. В обуви хлюпала вода, которую они даже не пытались вылить.

- Мы дошли! Правда, мы дошли?- Спрашивали они непонятно кого, толи себя, толи его. Он старался их приободрить и отвечал:

- Совсем мало осталось, подымитесь по лестнице и всё. Не спешите, больше двух на один пролёт не становитесь. Поднимитесь наверх, сразу выходите на улицу. Не мешайте тем, кто идёт сзади.

Это наставление он повторял каждые две минуты, по мере подхода всё новых групп.

- Тебя как зовут, а то мы так и не познакомились, - спросил старший, один из тех с кем он разговаривал перед тем, как они все сюда отправились.

- Борис.

- А меня Николай. А то разбежимся, а как зовут нашего спасителя, так и не узнаем.

- Одному мне всё равно бы не удалось вывести всех с поезда.

- Вывести, как-нибудь, да удалось бы, главное, знать куда вести. Кстати, что за люди там утонули? Метрополитеновцы или такие же как мы, с поезда?

- Это солдаты, то есть, какие-то военные. Стояли здесь на посту, а водой с поверхности их сбило и они утонули.

- Что часовым здесь охранять, эту шахту?

- Откуда мне знать. Приказ не я им отдавал.

- Тогда откуда ты знаешь, что они были часовые?

- Их искали сослуживцы, но не нашли.

- Ты что, видел в тоннеле ещё людей? Что они ещё тебе рассказали? Куда же они делись, тоже наверх вылезли?

- Видел двоих. Мне они ничего не рассказали. Ушли не наверх, а вон туда, - и Борис махнул рукой в темноту тоннеля.

- Почему не захотели ничего тебе рассказать, что случилось. Но ты им сказал, что здесь целый поезд с людьми застрял? И они никакой помощи не предложили?

- Они меня не видели, я не стал им попадаться на глаза. Откуда мне знать, кто в тоннеле оказался? Вдруг, это те, кто войну начал.

- Но потом, когда ты понял, что это наши, раз слышал, что они ищут своих. Почему тогда не вышел?

- Не решился. Или испугался. Вот выйду я к ним из темноты, а они с испугу меня и застрелят. Может у них здесь секретное, что-то.

- У них, что было оружие?

- Не знаю. Темно было. Они же себя не освещали, когда разговаривали. А у часовых было по пистолету.

- Чего же ты их не подобрал!?

- Почему не подобрал, подобрал. Фонари тоже их.

- А тоннель, по которому ушли те, он далеко ведёт или ты не ходил?

- Ходил. Пошёл вслед за ними. Метров через двести он заканчивается тупиком. Они отодвинули стену, вошли внутрь и закрыли.

К этому времени подошёл второй собеседник по вагону. Остановился, заинтересованно слушая их беседу. Познакомились, его зовут Олег.

- Может это Метро-два? - спросил он.

- Всё может быть. Но я читал, что к ним тоннель идёт после Спортивной.

- Так тебе правду и напишут.

- Интересно было бы посмотреть, куда идёт тот тоннель, который за стенкой.

- Ага. И пулю схлопотать в лоб.

- За что?

- За такое, вот любопытство, да ещё в военное время. Да, Борис, а что за оружие у них было?

- Пистолеты какие-то. На Макарова похож, но не он. Сейчас покажу, - и, сняв со спины рюкзак, стал его расстегивать.

Вытащил пистолет, он протянул его Николаю. Тот, взял в руки и первым делом вынул обойму.

- Борь, тебе очень повезло. Это действительно не ПМ, это Гюрза.

- Что, хороший пистолет?

- Не то слово. Просто отличный.

- Служим с таким?

- Неа. Нам такие не положено, только ФСБшные структуры им вооружены.

Тем временем, к вентшахте подходили последние пассажиры. У дверей они остановились, ожидая, когда пройдут вперёд те, кто пришёл раньше. Кто-то из вновь пришедших крикнул:

- - Смотрите туда, спасатели идут!

Люди повернули головы в ту сторону, куда кричавшая женщина показала рукой. Там, в тупике, был виден освещённый сегмент, из которого вышли несколько человек и направились в их сторону. Из венткамеры вернулись некоторые пассажиры, чтобы посмотреть на спасателей. Несколько человек, среди них, замыкающий с фонарём, направились к появившимся из-за стены, крича:

- Ура! Мы здесь!

Те, пройдя полпути, остановились. Фонари направили на людей, приближающихся к ним, и стоявших у венткамеры. Потом раздались автоматные выстрелы. Люди остановились и с криками бросились обратно.

- Гаси свет! - крикнул Николай.

Борис и Олег немедленно выключили свет и Николай начал толкать их в венткамеру. Но там образовалась куча - мала от попадавших друг на друга людей. А темнота ещё больше добавила растерянности.

- Не успеем подняться, надо не туда, - сказал шёпотом Борис.

- Назад, что ли?

- Нет. За угол, в тот тоннель, что на Кольцевую ведёт. Пригнитесь и держитесь за меня.

Стрельба по-прежнему продолжалось, короткими очередями. Люди кричали, а те, кто ещё мог двигаться, лезли в венткамеру. Стрелявшие приближались. Борис с товарищами быстро, как только могли, пересекли тоннель и оказались за углом. Борис снова включил фонарь и осветил тоннель.

- Нужно как можно дальше и быстрее отсюда отбежать. Чтобы нас не заметили, пойдём между контактным рельсом и тоннелем.

- Почему они по нам стали стрелять? - Спросил на ходу Олег.

- Потому, что мы увидели, откуда они появились. А им этого совсем не нужно, - ответил Николай.

Борис уже давно выключил фонарь и они на ощупь, не жалея себя спешили отбежать дальше. Вернее, отплыть, так, как вода доходила уже до плеча. Он постоянно оглядывался назад, чтобы заранее увидеть преследователей и успеть затаиться. Наконец они появились на развилке.

- Стойте! Прячемся, прижмитесь к тоннелю и замрите.

Им повезло, что они только что проплыли мимо небольшого расширения, у которого стоял какой-то шкаф, за него и спрятались. В промежуток, между шкафом и тюбингами они наблюдали, как один остановился на углу и шарил лучом по их тоннелю. Через некоторое время, возле первого, появилось ещё двое. Они что-то обсуждали, постоянно обшаривая тоннель фонарями. Потом повернулись и ушли.

- Как думаешь, все живы остались?

- Надеюсь. При нас ни в кого не попали.

- Может, они и не собирались убивать, а только припугнуть.

- Зачем им это надо?

- Не хотят взваливать на себя ещё и наши проблемы. А так постреляли, народ ломанулся из метро. Больше сюда ни за что не сунется, чтобы узнать, откуда это вылезли вояки, и что у них там спрятано.

- Что будем делать? - спросил Олег.

- Ждать, - ответил Николай.

- Чего ждать?

- Ждать, до прояснения ситуации.

- Может они ушли, и мы можем вернуться и выбраться на поверхность?

- Непонятно. Для чего-то они вышли ведь из своего убежища. Они же не знали, что напорются на нас. Думаю, что пока они не выполнят то, что собирались, не уйдут.

- Я, кажется, догадываюсь, ответил Борис, - тут, одно из двух. Либо они всё-таки собрались найти часовых, либо взорвать вентшахту.

- Почему ты решил, что они могут её взорвать, - спросил Николай.

- Когда они искали часового, то сказали, что её взорвут завтра или сегодня ночью. А сейчас только восемь вечера. Может, решили не дожидаться?

- Если они взорвут её сейчас, как тогда мы выберемся из метро? - с лёгкой паникой в голосе, поинтересовался Олег.

- Будем преодолевать неприятности, по мере их поступления. А пока ждём. - Подвёл итог дискуссии Николай.

- Вода холодная. Как бы переохлаждение не получить.

***

Через десять минут, Борис решил вдоль правой стороны тоннеля пробраться до угла, чтобы узнать, где военные. Фонарь включать нельзя, значит, придётся воспользоваться ПНВ. Заказчику всё равно он не достанется, а ему в самый раз сгодится. Снял рюкзак и стал развязывать герметичный вкладыш, в котором хранились некоторые вещи. Если бы не он, всё бы пришло в негодность. Достал коробку и вытащил прибор. Вставил аккумулятор. Всё пришлось проделывать в полной темноте, благо, что утром проверил его, перед тем, как выехать. Сейчас проведёт полномасштабные испытания в полевых условиях. Что ни говори, а заказчик знал в этом толк, раз такие деньги заплатил. Хотя, мог два-три других взять за эту сумму. Оставил рюкзак и перебрался на другую сторону.

Продвигался медленно. Прибор не позволял видеть под водой, а шум от падения в воду, ему ни к чему. Перед самой развилкой пришлось погрузиться в воду по самую шею. Первого вояку он увидел на нижней ступеньке у входа в венткамеру.

Где же ещё двое? Нигде не видать. Значит, проверяют, вентшахту. Решил ждать, когда выйдут остальные. Минут через пять, появился свет от фонарей, а потом из проёма вышли два человека. Борису пришлось спрятаться за контактный рельс и снять ПНВ, чтобы линзы не блеснули в свете фонаря, если попадут лучом. До них было метров пятнадцать, поэтому он слышал весь их разговор.

- Ну, как там, все смылись? - спросил тот, кто оставался у входа.

- А, то. Бежали так, что обувь сбрасывали. Поняли, что в туфлях на шпильках, да по трапу, быстро не получиться.

- Поднимались на самый верх?

- Конечно. Нужно же было убедиться.

- И как там на улице?

- Из венткиоска мы не выходили. Только посмотрели через вырванные жалюзи. Дома стоят, солнце светит, кругом грязь и мусор.

- Может, никто сюда и не сунется? И взрывать не придётся? Заварить решётку и все дела.

- Может и заварим. Пусть командиры решают. А пока придётся по двое стоять на этом месте. Я пойду, составлю график дежурств, - и третий пошёл в конец тупика, оставив двоих у входа в венткамеру.

Борис не стал дальше слушать их болтовню и побрёл назад.

- Плохи дела. Осталось двое часовых.

- Что, они постоянно там будут стоять? - спросил Олег.

- Да, пока не заварят или не взорвут вентшахту.

- Ничего, себе. Что же нам делать?

- Есть два варианта, - сказал Николай, - Найти другой выход или пробиваться с боем.

- Как же нам найти этот второй выход?

- Только случайно, так, как среди нас нет метрополитеновцев.

- А если пробиваться с боем, значит стрелять в своих? А может, просто попросить их, чтобы они пропустили нас? - от волнения, Олег перешёл на шепот.

- Не обязательно убивать, только ранить, в крайнем случае. Что касается попросить.... Неизвестно, как они к этому отнесутся. Тем более, когда началась война....

Тут они увидели, как впереди забегали лучи света. Пришлось снова укрыться за электрощитом. Но в их тоннеле, никто не появился. Светили в районе венткамеры. Слышались удары по металлу, какой-то скрежет. Им только и оставалось, что гадать о происходящем. Потом всё стихло, и пропал свет. Выждали ещё десять минут. От холода, стало сводить ноги. Надо было решаться на какие-либо действия.

- Может они ушли? Заделали проход, и ушли? - спросил у Николая Олег.

- Всё может быть, нужно проверить.

- Я предлагаю идти всем, - предложил Борис, - Фонари не включать. Если там никого нет, то срочно выбираться наверх. Пока никто не вернулся.

- Нам повезло, что у тебя есть прибор ночного видения. Ты как знал, что пригодиться. Всегда с собой возишь?

- Он не мой. Должен был отвезти заказ, а оно, вон как получилось.... Ладно, я иду первым, а то от холода скоро здесь окочуримся.

Они потихоньку двинулись вперёд, стараясь не упасть и не плескать водой. Дойдя до развилки, Борис увидел, что у входа стоит только один часовой. ПНВ на нём не было, только фонарь в руках, который он иногда включал. На плече висел автомат. Напарника не было ни рядом, ни в тупике. Обо всём увиденном, он доложил товарищам по несчастью.

Значит так, - предложил Николай, - Боря с ПНВ и пистолетом наготове, смещается вправо. Я, со вторым стволом и с фонарем, буду на этом углу. Олег, а ты с фонарём сзади меня. Стрелять только в крайнем случае и только по ногам. Будем действовать по обстановке.

Они ещё обговорили всякие мелкие детали и разошлись. Борис очень тихо пересёк свой тоннель. Остальные, на ощупь пробрались к углу. Выждав пару минут и убедившись, что часовой действительно один, Борис крикнул в темноту:

- Руки вверх! Стоять на месте! Иначе стреляю!

Часовой дёрнулся, включил фонарь. Николай прицелился и выстрелил в направлении света, но стараясь не попасть в него, и добавил:

- Гаси свет и подними руки, иначе следующий выстрел в тебя.

Фонарь погас. В ту же секунду Олег и Николай включили свои фонари, направив их в глаза часового. Все трое быстро пересекли тоннель и приблизились к военному. Николай рывком сдёрнул автомат и вытащил пистолет из кобуры. Пробежал руками по одежде часового, вытащил рацию. Борис и Олег стали пытаться открыть дверь, которая до этого болталась на одной петле. Но их ждало разочарование. Дверь была закреплена намертво. Тут им стало понятно, что за шум доносился до них. Весь проём был опутан железной цепью и закрыт на два висячих замка.

- Где ключи?

- У старшего, - ответил часовой, - Николай ещё раз, но более тщательно, обыскал его.

- Не врёт, ключей нет.

Борис внимательнее стал осматривать и цепь и замок. Гвоздём не открыть. А если попробовать перепилить дужку замка или цепь? Он снял рюкзак и достал пилку по металлу. Стал выбирать, с чего бы начать.

- Может выстрелить с пистолета по замку? - спросил Олег. Борис повертел замок туда-сюда, - Не получиться. Ключ вставляется в нижний торец. Если бы личинка была посредине.... Попробовать выстрелить в верхний торец, чтобы сбить с дужки...? Рикошетом может в кого-нибудь пуля попасть.... Но нужно попытаться. Надо только уложить его правильно.

Он стал ворочать замок с цепью, пристраивая его так, чтобы пуля попала строго перпендикулярно.

- Всем отойти мне за спину.

Когда Николай с Олегом оттащили часового со связанными руками за спину Бориса, он в упор выстрелил из Гюрзы. Замок оторвался от дужки и плюхнулся в воду. У троих вырвался крик радости. Борис стал пристраивать второй замок, но он висел высоко, а перекрученная цепь не давала возможность расположить его так, как нужно.

Никто не заметил, что стена в конце тоннеля стала отодвигаться в сторону. Наконец, замок занял нужное положение. Борис вытянул руку и выстрелил. Но в самый последний момент, замок крутнулся, и пуля только чиркнула по нему. Вздох разочарования раздался сзади его. Он снова взял в руки замок и тут краем глаза увидел слева от себя светлый сектор тоннеля в виде молодого месяца.

- Атас! Не вовремя, гады, не успею! Коля, погаси фонарь, а ты Олег свети один!

Руки лихорадочно заработали, прилаживая замок, который не желал лежать так, как было нужно. В проёме отодвинутой стены показались два человека. Кое-как уложив замок, Борис выстрелил. И второй замок плюхнулся в воду. Тут по ним ударили сразу два мощных фонаря, осветив четверых человек, где должен был быть один.

Борис нагнулся за упавшим замком, чтобы схватить конец цепи и начать распутывать её. Не тратя время на закрытие двери, двое устремились к ним. Поняв, что распутать всю цепь он не успеет, Борис, чуть не расплакался от отчаяния. Николай тоже это понял и крикнул:

- Все ходу обратно! - схватив часового, выставил его как щит между собой и приближавшими, они по пояс в воде стали пересекать тоннель. Добравшись до угла они оставили военного и не жалея сил, бросились по тоннелю. Фонари выключать не стали, главное, убежать подальше. Когда преследователи добежали до развилки, троица уже скрылась за левым поворотом. Только метущийся свет указывал, их местонахождение. Двое было бросились следом, но связанный часовой крикнул, что у них автомат и пистолет. Двое, нехотя остановились. Послав в тоннель несколько коротких очередей, вернулись к нему. Развязывая руки, спросили, что произошло.

- Выскочили из темноты, стали стрелять.

- Кто они такие?

- Понятия не имею. Скорее всего, из тех, кто наверх пробирались. А эти, значит, не успели.

- А оружие, тогда откуда у них?

- У них Гюрза. Наверное, подобрали у пропавших часовых.

- Может, это они часовых грохнули?

- Вряд ли. Иначе, давно бы выбрались на поверхность. Скорее всего, где-то наткнулись на погибших.

Осмотрели сбитые замки. Один из троицы, сходил и принёс два новых. Снова восстановил, как было до этого. Часовых стало двое, и пост перенесли на двадцать метров вглубь тупика. Решили, что нужно срочно решать с вентшахтой и убирать часовых внутрь объекта.

Наша же, троица, не останавливаясь, неслась вперёд, если это только применимо к тому способу передвижения по грудь в воде, не разбирая дороги. Тем более, пули, срикошетившие от тюбингов, подстегнули беглецов. Но вскоре и они устали. Погасили фонари и, повернувшись назад, прислушались. Было тихо. Значит, погони нет. Выбрали место, где можно было взобраться повыше и стали решать, что делать дальше.

- Надеюсь, всем понятно, что обратной дороги нет? - задал вопрос Николай. Все молча, согласились с ним.

- Куда дальше идти? Вода всё поднимается.

- Этот тоннель соединяется с кольцевой линией. Доберёмся до неё. А там посмотрим, - сообщил Борис.

Они продолжили двигаться в единственно возможном для них направлении. Метров через сто, Борис остановился и стал тщательно осматривать нишу за кабелями. Что-то привлекло его внимание. И попутчики, подойдя к нему, стали освещать место, заинтересовавшее Бориса. Только после того, как он, нагнувшись, подлез под кабеля, стала видна круглая дверь, больше напоминавшая люк на подводной лодке. В центре находился стандартный штурвал. Борис попробовал его провернуть. Он не стронулся ни на миллиметр. Попытался крутануть в обратную сторону. Тот же результат. Неужели он заблокирован с обратной стороны?

Тут к нему присоединился Николай.

- Давай вместе, может удастся открыть.

Упёршись ногами в край ниши, они навалились на штурвал. Раздался щелчок и он стронулся с места. Вздох облегчения вырвался за их спиной у Олега. Они снова схватили железное кольцо и потянули за один край вниз. На этот раз удалось сделать треть оборота. Немного передохнули и продолжили. И так, раз за разом. Минут через пять, колесо провернулось немного, и со стуком остановилось. Неужели открыли? Начали тянуть люк за штурвал на себя, но быстро спохватились, что кабеля не дали бы возможность открыться. Стали толкать его внутрь. Со второго раза, скрипнув, люк подался вперёд. Вода не полилась, значит, там не затоплено. Продолжая толчками наваливаться на дверь, им удалось распахнуть её полностью.

Посветили внутрь. После небольшой площадки перед дверью, начинались ступеньки вниз. Это их несколько озадачило, так, как они рассчитывали выбраться наверх. Продолжать поиски другой двери, так и не узнав, куда ведёт этот ход? В их ситуации разбрасываться редко выпадающими возможностями слишком расточительно. Перебросившись парой слов, они пролезли внутрь, задраив за собой люк. На потолке были круглые светильники, так называемые 'рыбий глаз'. Правда, ни один не горел. До нижней площадки было ступенек двадцать. Потом снова дверь, но такая, как на тех обходах гермоворот, которые они проходили дальше. Дверь открыл Николай относительно легко. За ней шёл длинный коридор. По обеим сторонам, в десяти метрах друг от друга, находилось по две таких же двери. За первой был туалет. Рядом общий душ. Вода была там и там. Правда, пить никто не решился, но все вдруг остро почувствовали жажду и приступ голода.

- У меня есть немного продуктов и воды, - сказал Борис, - на один раз нам хватит перекусить. Давайте найдем, где пристроиться, и поедим.

За третьей дверью было большое помещение с деревянными нарами в три яруса и проходами посредине. Явно, это было бомбоубежище. Но, почему оно так спрятано, не понятно. В конце помещения была обычная дверь. Войдя в комнату, которая очень напоминала кабинет, они увидели стол, покрытый зелёным сукном. У стола с одной стороны стоял стул, с сидением и спинкой, покрытым дерматином. Напротив, стояло четыре табурета, как в солдатских казармах. У стены была деревянная скамейка, как на вокзалах в старых фильмах.

- Может, здесь расположимся?

- А что, вполне подходящее место.

- Никто не хочет посмотреть, что за четвёртой дверью? - спросил Олег.

- Вы идите, а я пока распакую рюкзак, - ответил Борис.

Он поставил фонарь на стол и снял мокрый рюкзак. Из него вытащил герметичный мешок. Достал по очереди всё, что у него было поесть и попить. На стол поставил спиртовую горелку, а на неё кружку с водой.

Вышел в спальное помещение, снял и выжал комбинезон. Подумав недолго, и махнув рукой, разделся догола и отжал воду со всей одежды. Вернулся в кабинет. Достал с самого низа рюкзака футболку, трико, носки, полукеды. Он надел на себя сухие вещи и почувствовал себя заново родившимся. Мокрую одежду развесил на нарах, пусть сохнут.

- А где же эти двое? - заволновался Борис. - Минут десять прошло, как ушли.

Он взял пистолет, фонарь и направился к двери. Не успел пройти и два шага, как дверь открылась и в убежище с улыбающимися лицами ввалились Николай и Олег.

- Я тебе скажу одну вещь, только ты не обижайся, да, - процитировал Николай знаменитую фразу из Мимино, - В той комнате чего только нет.

- И чего там нет? - подыграл он ему.

- Мало чего, а так всё есть.

- Пойдёмте, покажите.

Сильно заинтригованный, Борис последовал за ними. Войдя в дверь, он увидел помещение, не похоже ни на одно из тех, где они уже побывали. Из первого помещения с широким предбанником, расходились короткие коридоры, заканчивающиеся железными дверьми с рычажными затворами. Николай стал открывать их по очереди, слева направо.

За первой дверью был склад химзащиты. На стеллажах лежали коробки с противогазами, сменными фильтрами. В шкафах висели ОЗК. На полках с противоположной стороны стояли приборы радиохимической разведки. В отдельном шкафу комплекты аптечек. На полу стояли не распакованные ящики с чем-то ещё.

За второй дверью был склад постельного и нательного белья, армейского вида. Лежали матрасы, синие одеяла с полосками по краям, подушки на вате.

За третьей дверью стояли два дизельгенератора. Аккумуляторы и баллоны со сжатым воздухом для запуска.

- Топливо для дизелей есть?

- Вон, у стены мерные трубки. Они показывают, что баки полны. Но, насколько топливо кондиционное, неизвестно, - ответил Николай.

- Что ты имеешь в виду?

- С годами, качество теряется.

- Всегда?

- Всё зависит от условий хранения.

- Давай попробуем запустить.

- Сначала, нужно разобраться, как тут всё устроено. Определить, какие вентили нужно открыть, чтобы пошло топливо, а также воздух раскрутил стартер. Аккумуляторы, по всей видимости, разрядились.

- Почему так думаешь?

- Пойдём дальше, скоро сам поймёшь.

Напротив дизельной, оказался продовольственный склад. Борису даже стало стыдно за тот стол, который он 'накрыл' в кабинете дежурного по казарме. Размером он был со спальное помещение. Три прохода со стеллажами по бокам. На них, куда не глянь, ящики и ящики. По наклеенным этикеткам было видно, что в них лежит. Тушёнка, каши с мясом, сгущенное молоко, крупа, макароны. Далее, растительное масло, топлёное масло, галеты, чай, сахар. В следующем ряду, на полках лежали бумажные мешки с сухарями, яичным порошком, сухой картошкой, морковью, луком. Что было на самих верхних ярусах, неизвестно. Для того чтобы узнать, нужна стремянка. Из этого же склада была ещё одна дверь. В соседнем помещении была складирована металлическая посуда. Миски, кружки, ложки, котелки, термоса, фляги, кастрюли, сковороды. Стояли в ряд керосиновые лампы, примусы или керосинки, Борис не разбирался, в чём между ними отличие.

Вернулись в коридор, и вошли в ещё одну дверь. Там были ёмкости с водой, стояли насосы. Здесь же были установки фильтрации воздуха. В следующем помещении, вероятно, находилась канцелярия или штаб убежища. Т-образно расставлены столы. На стене план убежища, инструкции. Плакаты по Гражданской обороне. В углу сейф, на нём допотопный чёрный телефон с диском. Рядом ещё один телефон, явно армейский, с ручкой с торца коричневого ящика. Над сейфом висел портрет Андропова. Рядом табличка, о том, что 'Ключ от сейфа находиться ответственного за Объект, майора А.И.Красильного. Тел. 108.'. Как только дозвониться, до этого майора? Борис подошёл к сейфу и машинально снял трубку телефона. В полной тишине раздался гудок. От неожиданности, он чуть её не выронил и тут же положил обратно.

- Ни фига себе! Он, что, городской или местный?

- Не знаю. Нужно найти бумаги, тогда и выясним, - и Николай подошёл к шкафу, стоящему справа от сейфа. Открыл дверцы и всем стали видны полки, уставленные папками и книгами. Справочника со служебными телефонами не нашлось.

Из канцелярии был вход в ещё одно помещение. Оно оказалось оружейной комнатой, но только без оружия. С одной стороны стояли пустые пирамиды, а с другой железные шкафы, вероятно под боеприпасы. Двери оказались не заперты, но внутри тоже было пусто.

Они вернулись в канцелярию. Олег стал выдвигать ящики двух тумбового стола. Ничего интересного там не нашлось. Кроме газеты 'Красная Звезда' за июль 1983 года. Выходит, что с тех пор сюда никто не спускался? Не может такого быть! Хотя, судя по тому, что портрет в кабинете не менялся на более поздних руководителей, то вполне возможно. Но тогда, продукты и вода испортились.... Пропало столько всего! Интересно, как могли забыть настолько лет об этом убежище?

- Интересно, что сейчас над нами, и откуда могли сюда укрываться?

- Судя по тому, что майор Красильный сидел в кабинете, то это какая-то воинская часть. А в Хамовниках их полно. Во всяком случае, было, - ответил Николай.

- Я, кажется, понял, чьё это убежище. Где-то над нами Академия имени Фрунзе, - догадался Борис.

- Вполне может быть. Правда, маловато предусмотрено мест, - согласился Николай.

- А если у них оно не одно, а про это забыли?

- Нам и лучше, что здесь пока никого нет. Давайте перекусим, пока про него не вспомнили. А потом начнём искать выход наверх. На схеме должно всё быть. Я на голодный желудок ничего не соображаю.

- А когда будем дизельгенератор запускать? - поинтересовался Олег.

- А оно нам надо? - в свою очередь спросил Николай, и добавил, - Фонари пока светят, а сколько провозимся с дизелем, неизвестно. Раньше наверх подымимся, раньше дома окажемся.

- Пойдёмте на склад, возьмём чего-нибудь поесть, а то у меня и кот не наесться.

- Разве продукты не испортились за столько лет?

- Вот сейчас и проверим.

Распечатали коробку с тушёнкой. Сверху банок, лежала стопка этикеток от них. Сами банки были густо покрыты чем-то, напоминавшим солидол. Вынули пару банок, предварительно обернув их этикетками, чтобы не испачкаться. Пригляделись. Банки не вздулись. При нажатии пальцем, крышка не прогибается. Значит, можно есть.

Проверили каши с мясом. Только одна банка немного прогибалась при нажатии. Открыли коробку со сгущёнкой. К их изумлению, там были не банки, а алюминиевые тубы. Для космонавтов, что ли делали? Отвинтили колпачок и выдавили немного. Молоко оказалось коричневого цвета, как будто варёное. Попробовали на вкус. Мня, мня..., сладкое и вкусное. Решили взять на пробу к чаю. Кстати, гулять, так гулять. Открыли большой фанерный ящик с чаем. Судя по наклеенной снаружи этикетке, в нём должен быть чай ?36, в маленьких пачках по пятьдесят грамм. Так и оказалось. Одна проблема, на спиртовку можно поставить только одну кружку.

- Кто знает, как пользоваться керосинкой?

- Ты про лампу?

- Про примус. Тогда, заодно и про лампу, побережём батарейки.

- Мне приходилось пользоваться, - ответил Олег, - и мне, - добавил Николай.

- Тогда займёмся ужином. В канцелярии будет лучше всего. Тут и посуда, и керосинки, и вода.... Чёрт, воды у меня мало! Кто его знает, можно ли пить ту, которая здесь.

- Если хорошо прокипятить, то ничего не будет, - успокоил Николай.

- Если что, у меня есть таблетки, - со смехом добавил Борис.

Пока Олег с Николаем настраивали керосинки, Борис выбрал сковородку, чайник, кружки, ложки. Достал банку с галетами. Открыл воду и дал ей немного стечь. Потом набрал полный чайник. Принюхался. Особого отвращения не почувствовал. В это время разгорелся примус и две керосиновых лампы. Борис сбегал в казарму и перенёс свои мокрые вещи ближе к теплу, здесь лучше подсохнут. Открыли банки с тушёнкой и поставили их в сковородку, предварительно налив в неё воды. Еле дождались, пока она разогреется, и тут же набросились на неё с ложками. Пока уплетали тушёнку, грелся чайник. Кипятили минут десять. Потом высыпали прямо в него пачку чая и дали настояться. Пили чай вприкуску с галетами, со щедро выдавленной на них сгущёнкой. Примус не гасили, какое-никакое, а тепло от него идёт.

Когда допивали чай, стали обсуждать дальнейший план. Решили, что надо выбираться наверх. По схеме было видно, что вверх есть два выхода. Только, куда они выходят, непонятно. Один был основной, скорее всего, выходил в подвал Академии. Второй, судя по тому, насколько он был узким, явно аварийный. И выходил он в сквер Девичьего Поля, напротив Академии.

Стали собираться. Проверили оружие. В пистолетах заменили магазины полными. Потом с интересом стали вертеть в руках автомат. Он уж очень был похож на Калашников, но немного отличался. Приклад складывался не влево, а вправо. Николай и здесь продемонстрировал хорошее знание оружия.

- Это 'Абакан', или АН-94. Хороший автомат, лучше, чем АК.

- Приходилось стрелять?

- Пару раз.

- Вот и хорошо, твой трофей, ты и пользуйся. А Олег пусть забирает Гюрзу. Справишься?

- Справлюсь.

Не зная, чего их там ждёт, решили уходить не с пустыми руками. На складе нашлись солдатские вещмешки. Каждый наложил в них продуктов, сколько хотел и чего хотел. Борису второй рюкзак был ни к чему, поэтому он полностью забил свой. Жаль, только, что примус не уместился. Но сковородку, на всякий случай, взяли. Она алюминиевая, тащить не тяжело. А дрова наверху найти не проблема. Борис вновь переоделся в прежнюю одежду, хотя и в немного влажную, но зато тёплую. Как не хотелось, вновь залазить в воду, но, если придётся, никуда не денешься.

Вышли в коридор и повернули налево, в сторону, противоположную той, откуда пришли. За дверью был тамбур с четырьмя дверьми. За одной оказалась душевая. Как объяснил Николай, это для дезактивации пришедших с заражённых мест. Одна дверь вела куда-то вправо, поперёк тоннеля. Третья в основной вход из здания. Туда решили не соваться. Кто его знает, как отреагируют военные на группу вооружённых людей с вещмешками за спиной, вылезших из подвала. За четвёртой дверью сразу начиналась крутая лестница, вскоре перешедшая в вертикальную шахту, с железными скобами, вместо ступеней. Радовало, что не было воды. Через каждые десять метров была площадка, сваренная из толстых прутьев. С первой уходил низкий ход в сторону основного. Скобы переходили на другую сторону шахты, так и меняясь, на каждом уровне.

Шестая площадка оказалась последней, перед поверхностью. Потом был короткий подъём, и они оказались в бетонном помещении, квадратной формы и высотой в полтора метра. Никакого окошка или, хотя бы жалюзей, в нём не было. Может поэтому, и шахту не затопило. Что, если снаружи замок? Но пока, решили повернуть четыре рукоятки, которыми была закрыта дверь. С трудом, но получилось. Попытались открыть дверь, но она отошла всего сантиметров на пять. Навалились вдвоём и отодвинули ещё на десять. Значит, что-то там мешает. Стали раскачивать дверь туда-сюда, и с каждым разом, зазор увеличивался, пока не стал таким, через который можно было вылезть.

Протиснувшись, один за другим, они оказались в лесу. Во всяком случае, это первое, что им пришло в голову. На улице была ночь. Не горел ни один фонарь, не светилось ни одно окно. Они решили выяснить, что им мешало открыть дверь. Посветив фонарём, они увидели, что бетонный куб, который был аварийным выходом, оказался завален вырванными с корнем деревьями и какими-то стройматериалами. Вокруг были перевёрнутые и искорёженные автомобили.

- Неужели, вся Москва такая? - спросил Олег

- Я думаю, что нет. Это только в низинах, где река течёт. А так, весь город на холмах. Ты, сам-то, где живёшь?

- На Подбельского.

- Значит, туда вода не достала. Там место будет повыше, чем здесь.

- А твой дом где?

- Мой в Строгино, - ответил Николай. Дом на горке стоит, но там и воды должно было быть больше. Да я и живу на седьмом этаже. Может и не достало до меня. Только, вот как сейчас туда добраться? Транспорт, вряд ли какой сейчас ходит. Как бы в ответ на его слова, послышался звук мотора. Повертев головой, они определили направление и побежали в ту сторону. Что оказалось не таким, уж лёгким делом. Сквер был завален всяким мусором, вперемешку с деревьями. Им приходилось перелазить через них, или обходить, если завал был очень большим. Пока они добежали до дороги, машина уже проехала.

- Жаль, что не успели. Можно было попросить подвезти нас до дома, - еле переводя дыхание, проговорил Олег.

- Ты всерьёз полагаешь, что после того, как началась война, по городу ездит 'бомбила' и ищет клиентов?

- Не обязательно 'бомбила', может и ему в ту сторону.

- Борис, а тебе куда добираться? - спросил Николай.

- Я на Пудовкина живу.

- Где это?

- Напротив Мосфильма.

- Так тебе здесь совсем рядом. Пешком можно дойти. По Третьему Кольцу или по железке перейти реку и ты дома.

- Я знаю. В Лужники так и хожу. Отсюда можно меньше чем за час добраться. Знать бы, что мосты устояли, а не смыло их. Пойдёмте ко мне, переночуете, а утром найдете, как добраться домой.

- А мы все разместимся у тебя?

- Вполне. Родители только завтра прилетают из отпуска..., - тут он вспомнил про то, что случилось. Неизвестно, каких масштабов достигла война. Стала ли она Третьей Мировой или только похожей на Югославию или Ирак? Как узнать? Интернет вряд ли работает, телевизор тоже. Остаётся радио, да и, то только средние и короткие волны. А такого приёмника у него нет. Точнее, уже нет, потому, что буквально весной, батя, по настоянию матери, отнёс на помойку. Да хоть бы и не выбросил, толку никакого. Он работал от сети.

- В общем, место есть, главное, чтобы дом был на месте, - он невольно скаламбурил.

- Ты как, Олег, согласен?

- Куда деваться.... Впрочем, можно спуститься в убежище и там переночевать....

- Нет, уж, туда я больше ни ногой! Как вспомню эти тоннели.... Столько сил приложили, чтобы выбраться наверх.... - Бориса даже передёрнуло от воспоминаний.

Тут снова послышался шум двигателя. Похоже, что ехал грузовик со стороны Садового Кольца. Судя по звуку, должен проехать по улице, с другой стороны сквера. На этот раз, они решили завалы не преодолевать, а обогнуть стороной. Только они ринулись, как со стороны сквера, напротив Академии, раздались длинные очереди, автоматные или пулемётные. Грузовик прибавил газу и помчался в их сторону, открыв огонь, на этот раз, уже точно из пулемёта. Тут по грузовику ударили из чего-то, наподобие гранатомета, потому, что они увидели яркую вспышку и пулемёт замолчал.

Приятели спрятались за каким-то старинным зданием, с краю парка. Что им сейчас делать, непонятно. К кому бежать? Кто с кем воюет? Анархия какая-то. Пока они гадали, что делать, грузовик, которого они по-прежнему не видели, разгорелся очень сильно. В нём начали рваться патроны и гранаты. Скорее всего, это был бронетранспортер, раз имел вооружение. Пока они гадали, как поступить, как в ночном небе послышался шум подлетающего вертолёта, а по дороге звук ещё двух бронемашин. Откуда-то с крыш по вертолёту провели лучом прожектора или очень мощного фонаря и следом начали бить по нему из пулемёта.

- Ни фига себе, так это 'Команч'! - воскликнул Николай.

- Индеец? - удивился Олег.

- Вообще-то, да. Но в данный момент, это штатовский военный вертолёт. Значит, против нас начали войну американцы.

- Ты хочешь сказать, что они из Америки прилетели за полдня до Москвы на вертолётах? - на этот раз спросил уже Борис.

- Нет, оттуда на вертолётах не долететь. А вот с Прибалтики, нефиг делать.

- Почему с Прибалтики?

- Ты что, забыл, что они в НАТО?

- Выходит, против нас не только США, но и НАТО. Чего им от нас надо?

- Да мало ли чего.

В это время, вертолет стал делать разворот над сквером, почти над ними. Опасаясь быть обнаруженными, они заскочили в домик, оказавшимся общественным туалетом. Тем более, самым старым в Москве, ещё до революционной постройки. О чём гласила табличка, висевшая внутри. Вертолет, судя по звуку, стал обстреливать дом, откуда по нему стреляли. С подъехавших бронемашин тоже стали стрелять по дому и по парку, откуда велась стрельба.

Нужно было отсюда быстрее выбираться, пока не началась зачистка или не залетела случайная граната. Глупо погибнуть в общественном туалете, хоть и с такой историей, после того как с таким трудом выбрались на поверхность. Решили покинуть сквер и для начала укрыться во дворах. По одному, пригнувшись, стали выбираться. С их стороны, до домов было очень близко, нужно было только перебежать Большую Пироговскую улицу. Но по ней, как раз ездил, вращая башней, бронетранспортёр Хамви, как его определил, Николай. Решили дождаться, когда он отъедет как можно дальше и отвернёт башню. Когда они уже собрались рвануть через улицу, с другой стороны выехал ещё один броневик. Он стал поливать заросли справа от них, и одновременно высаживая десант. Солдаты веером разбежались от него и легли на асфальт возле ограды парка.

- Быстро на другую сторону, к Плющихе! - крикнул Борис и первым бросился бежать, сильно пригнувшись. Судя по трещавшим сзади веткам, было понятно, что уговаривать их не нужно. Тем временем, вокруг парка усилилась стрельба. Несколько раз пришлось падать, услышав, как рядом просвистели пули. Петляя, падая, и снова вскакивая, они приблизились к противоположной стороне.

- Мы в полной заднице! - сказал Николай, когда добравшись до поваленного забора, они увидели, что в ста метрах от них стоит Хамви, а возле него спешивается отделение солдат.

- Что делать будем?

- Олег, ты, кажется, хотел переночевать в убежище? Считай, что ты нас уговорил. Ходу!

И они побежали обратно. Когда огибали завалы, то Борис остался один. Вспомнить точно, где находиться вход в бункер, он не смог. Хотел было включить фонарь, но увидев кружащий недалеко вертолёт, остерёгся. Начал описывать зигзаги, стараясь увидеть зелёный куб, но всякий раз, натыкался на всякий хлам. Тут над головой взлетели осветительные ракеты, и усилилась стрельба. Перед тем, как ракетам погаснуть, он успел увидеть в метрах двадцати открытую дверь аварийного входа и забегающего в него Олега. Борис тут же рванул в том направлении. В полной темноте, которая наступила, после того как погасла ракета, он протиснулся в дверь, вслед за Николаем.

- Боря, Олег, вы здесь?

- Да, тут мы.

- Быстро задраиваем дверь и вниз.

Заработали руки, притягивая дверь к себе и поворачивая рычаги. Когда закрыли последний рычаг, Борис включил налобник и обалдел. Прямо перед ним, стоял молодой парень, судя по 'цифровом камуфляже' солдат. Это его Борис принял за Николая, когда вбегал в дверь.

- Ты кто?

- Федя. А вы?

***

- Я Боря. А ты как здесь оказался?

- Так я за товарищем лейтенантом бежал.

Борис осветил тесно сгрудившуюся группку людей. Больше никого из чужих не было.

- Ты уверен?

- Не знаю.... Я думал, что бегу за товарищем лейтенантом.... А где он?

- Нам почём знать. Это твой командир, а не наш. И ты его потерял.

- Тогда я побегу его искать.... Иначе мне попадёт.

- Как знаешь, задерживать тебя, мы не имеем право. Ты на службе, - и Борис взялся за рычаг, но тут очень близко прозвучала очередь из автомата и несколько пуль попали в дверь, оставив внутри выпуклости, прямо перед глазами Бориса.

- Нет, уж! Как-нибудь в другой раз! - и развернувшись, устремился вниз. - Не отставайте!

- Чего боишься? Дверь стальная, - ответил Олег, при этом, не отставая от него.

- А если гранатомёт? Мы же не знаем, случайная эта очередь или нас кто-то заметил, как мы сюда забежали. Могут и заряд взрывчатки присобачить к двери.

На каждой площадке, Борис останавливался и освещал лестницу, поджидая остальных. Хотя, у всех, кроме Фёдора, фонари были, но налобник только у Бориса. А спускаться по скоб-трапу и держать в руках фонарь было невозможно. На предпоследней площадке стали совещаться.

- Куда дальше пойдём? Вниз или по этому тоннелю, к основному выходу?

- Я считаю, что нам нужно выбираться наверх. Не получилось в сквере, попробуем вылезти в подвале здания. А то, действительно, взорвут двери, то сюда кто только не полезет. В убежище отсидеться не сможем, - очень доходчиво объяснил ситуацию Николай.

- Да, если с убежища выкурят, то придётся опять в метро уходить. Но, как-то совсем не хочется в воду снова залазить, - добавил Олег.

- Так вы в метро прятались? - удивился Федя.

- Не прятались. А выбирались из него, - ответил Олег.

- А как вы в него попали?

- Что значит, как? Как все, через турникет.

- Чего-то я ничего не понял....

- Не забивай себе голову, Федя. Сейчас нет времени рассказывать, - встрял Борис, - полезли по нему, а там видно будет. Доставайте фонари, - и, пригнувшись, снова полез первым.

Тоннель два раза повернул влево - вправо и закончился привычной дверью. Открыв её, они оказались в тамбуре, куда выходили четыре двери, считая и ту, через которую они сюда попали. Две из них, больше других. И рычажных задвижек больше, по две штуки по бокам. Стали решать, куда они могут вести. Одна понятно, вниз в убежище. Вторая вверх, на выход. А третья? На схеме ни этого тамбура, ни второго хода они не помнили. Решили, что большие двери ведут наверх и вниз, чтобы легче было затаскивать в бункер запасы. Чтобы убедиться, Борис открыл правую дверь и пробежался вниз по бетонным ступенькам. За ещё одной дверью был тамбур, из которого начался их путь наверх. Всего, каких-то полчаса назад.

- Всё верно, значит идём в левую дверь.

Открыли её и увидели перед собой бетонную лестницу, полого подымающуюся вверх. Через двадцать ступенек, на короткой площадке она повернула вправо, ещё через двадцать опять вправо. И так до самого верха, пока не закончилась перед дверью. Переведя дух, Борис с Николаем взялись за рычаги. Только открыли правые и нижний, как в них с силой ударила плоская струя холодной воды. Навалившись на дверь, они задраили её.

Переведя дух от неожиданного происшествия, стали соображать. Пришли к выводу, что подвал затоплен и воду не откачивали. Может и поэтому, никто не спустился в бомбоубежище. Строители просто не предусмотрели, что его затопит.

- Значит, через этот выход нам не выбраться? - обречённо произнёс Олег.

- Я думаю, что вход сюда не стали бы делать в большом подвале. Скорее всего, а просто с нижней площадки лестницы, - произнёс Николай.

- Что это нам даёт? - заинтересовался Борис.

- То, что на лестнице много воды может и не быть. Не думаю, что она глубоко ведёт сюда. Максимум, два пролёта.

- Как я понимаю, ты предлагаешь открыть дверь и спустить воду с той лестницы в эту?

- Да, ты правильно понял.

- Возможен вариант, что с площадки перед дверью в убежище, есть дверь и в сам подвал, и она открыта? - и, не дожидаясь ответа, продолжил, - Тогда сюда потечёт вода и из всего подвала. Может так быть?

- Не исключаю.

- Тогда мы просто утонем. Вниз, не так уж много и уйдёт. Даже если вода затопит только нашу лестницу и, выйдя за эту дверь, мы не упрёмся в какой-нибудь завал.

- Вернёмся назад.

- Не сможем. Если лестницу затопит на половину, или на треть, пускай даже если на четверть, то мы не откроем задраенные двери без снаряжения.

- Можно будет найти какую-нибудь трубку, вывести её наверх и через неё дышать.

- А если не найдём? Даже, если найдём, то затопим бункер. Не полностью, но и по колено достаточно, чтобы там неуютно стало жить.

- Ты что, жить там собираешься?

- Жить, не жить.... Какая разница.... Какое-то время, всё равно, перекантоваться придётся, пока не уляжется это, - и Борис мотнул головой вверх.

- Что же тогда нам делать?

- Ты забыл про ещё один ход.

- Точно. Народ, вы как, готовы лезть дальше? - дождавшись от Феди и Олега кивка, он продолжил, - Тогда пошли.

Развернувшись, они потопали вниз. Войдя в тамбур, они осторожно приоткрыли дверь в ход, ведущий в сквер, прислушались. Было тихо. Закрыв её, потихоньку отворили другую, напротив. Коридор был сухой. По нему можно было идти в полный рост. Совершив три поворота, пройдя в общей сложности метров сто, они вышли к ещё одной двери. Открыли и оказались в тамбуре, с ещё одной дверью. За ней тоже было сухо. Наверх вела довольно-таки крутая лестница с бетонными ступеньками. Она была сделана как в подъездах жилых домов. Только пролёты были не по девять ступенек, а по пятнадцать. Вот и последняя площадка перед железной дверью. Они остановились, не решаясь взяться за рычаги, боясь того, что снова увидят воду.

Сначала повернули верхний рычаг. Пока сухо, воды нет. Но, может дверь ещё не отошла от коробки? Повернули тот, где петли. Тоже всё нормально. Осмелев, стали открывать с другой стороны. Появилась слабая струйка. Хотели было задраить дверь обратно, но решили погодить. Минут через пять, рычаг повернули полностью, дверь теперь удерживалась только нижним. Напор увеличился не сильно.

- Что будем делать? Рискнём? - спросил Николай.

- Давай помалу.

Николай стал понемногу поворачивать рычаг влево. Вода полилась сильнее. Тогда он повернул ещё немного, оставив в зацеплении самую малость, чтобы не дать себя сбить потоком воды, если там будет большой напор. Никаких перил на площадке не было, чтобы они смогли удержаться. Решили пока не торопиться, а подождать, следя за напором.

- Федь, а что ты делал в скверике? - спросил Борис.

- Так.... это.... Воевал.

- С кем и против кого?

- С нашими против ихних.

- Кто такие наши и кто 'ихние'?

- Как, кто? Мы - это наши. А они - ихние.

- Я понял. Федя нас принимает за 'ихних'. Поэтому и так туманно отвечает. Федя, мы тоже наши, только не в форме, - успокоил его Борис.

- Да я понял, что вы свои.

- Так, чего ты нам голову морочишь? Говори, как оказался в сквере и с кем воевал, если воевал. То, что у тебя автомат, ещё ничего не говорит.

- Наши два отделения и два с роты охраны, послали на двух УРАЛах и БТРах в Академию, что-то секретное забрать и вывезти.

- Что именно? - спросил Николай.

- Не знаю. Товарищ лейтенант в курсе.... Был.... Но мы не смогли проехать из-за завалов на спуске с метромоста. Поехали в объезд, чтобы по Третьему Кольцу с Бережковской заехать, и с Ленинского. Но все съезды-заезды, и даже на эстакадах, были завалены, чем попало. Ждали, что кто-нибудь расчистит, бульдозер, какой. Потом спешились и пошли пешком. С Академии нас торопили. Сказали, что транспорт найдут. Когда пришли к ней, там уже стоял американский БТР.

- Это ты Хамви имеешь в виду?

- Наверное. Я в них не разбираюсь.

- Вам хоть разъяснили, что случилось?

- В смысле?

- Это, что, настоящая война, или как? - задал Борис, всех волнующий вопрос.

- А вы чё, разве не знаете?

- Нет, знаем, но только придуриваемся! - не выдержал Николай, - тебе, же говорили, что мы только сейчас вылезли из метро и тут, же пришлось из-за вашей стрельбы возвращаться обратно.

- Вы что, в метро ездите с оружием? - он показал рукой на его автомат и на их пистолеты в кобурах, висящих поверх одежды, - или это не настоящие?

- Ага, игрушечные. Мы тут в войну решили поиграть. Хочешь с нами, у тебя ведь тоже не настоящий? - вмешался Борис, чувствуя, что у Николая сейчас кончиться терпение.

- Что вы! У меня самый, что ни есть настоящий. АКС-74.

- Почему же ты не стал стрелять, а побежал прятаться?

- Я стрелял, как мне приказывал товарищ лейтенант. Но потом патроны кончились. Вот, - и он передёрнул затворную раму. Оттуда ничего не выскочило. Потом вытащил из подсумка пустой магазин и показал его, - а потом товарищ лейтенант приказал следовать за ним и побежал глубже в парк. Я сделал, как он приказал. Но, потом потерял его, когда пришлось залечь из-за того, что рядом очередь из автомата прошла. Потом вскочил и опять побежал, и тут увидел, как он залез в укрытие. Я следом. Но оказалось, что это вы, а не он. Теперь, товарищ лейтенант, наверное, волнуется и ищет меня. А я здесь, в безопасности..., - огорчённо он закончил свою длинную речь.

- Насчёт безопасности, ещё ничего не известно.

- Смотрите, вода уже еле течёт! - воскликнул Олег.

Все посмотрели вниз. Струя была совсем слабой. Не мешкая, открыли дверь полностью. Небольшой вал перетёк на лестницу. Вода в коридоре ещё оставалась, но высокий порог не давал ей ходу. Да и воды, там было ниже колена. Одна лестница, которая слева, вела вверх, а справа - вниз, в подвал. Дверь туда была открыта и там стояла вода. Они, естественно, пошли вверх. Через два пролета оказались на первом этаже. Освещая стены фонариками и читая вывешенные бумаги, они поняли, что второй выход вывел их в общежитие для иностранных слушателей Академии. Оно было сделано в форме буквы D, с внутренним двором. Вода в здание попала через выбитые стёкла окон, выходящих наружу. Но через них, всё равно было не выбраться из-за решёток.

С улицы доносились выстрелы. Нужно было определиться, как выбраться из здания. Если нельзя через окна, то нужно найти дверь, выходящую на необстреливаемую сторону. Оказалось, что, непосредственно на улицу двери не выходят. Или во двор, или в длинную пристройку, к первому этажу с двух внешних сторон. Входная металлическая дверь в пристройку была закрыта на два замка. Выстрелами их выбили и вошли в бывший холл. И тут же услышали из-за колонн:

- Кто такие?

Они даже не знали, что ответить. Ничего не приходило в голову, кроме банального:

- Свои мы.

- Что значит, свои?

- Русские. Или вам фамилии назвать?

- Военные, из Академии?

- Нет, гражданские. Правда, есть один военный. Федя, назовись.

- Рядовой Хаюстов.

- Хаюстов! Ты жив!? - из-за колонны выскочил военный и подбежал к ним.

- Товарищ лейтенант! Я тогда в парке отстал от Вас и потерял. Вот их принял за Вас. Вы один или остальные тоже здесь?

- Я думал ты погиб. С рядовым Сизовым мы прорывались в этот переулок, когда в него попали на углу с пулемёта. Патронов ни у него, ни у меня уже не оставалось.

Тут Николай первым протянул ему руку и назвался. Потом, поздоровались все остальные. Николай спросил:

- А здесь как оказались?

- Хотел прорваться в Академию, но эту дверь ничем вскрыть не смог. Выскочит и попытаться обойти не получиться, там два броневика. Стоят на углу и держат всё под наблюдением. Но, раз дверь вы вскрыли, то теперь можно двигаться дальше. У меня задание. Рядовой Хаюстов, за мной!

Они пошли в ту дверь, ведущую в общежитие. Трое знакомцев, помешкав, направились за ними следом. Прошли через весь первый этаж, и вышли к выходу, ведущему в учебный корпус. В него вёл короткий крытый переход. Дверь была не заперта. Лейтенант, взявшись за ручку, оглянулся на них, и, словно в первые увидел.

- Гражданским дальше нельзя. Да, откуда у вас оружие? Мародеры? Сдайте мне!

- А ху-ху, не хо-хо, товарищ лейтенант? - ответил за всех опешивших, Николай.

- Как вы смеете! Я требую сдать оружие немедленно! - он от злости, наверное, покраснел, но этого не было видно в темноте.

- А ты отбери, - продолжил с ним собачиться Николай.

- Рядовой Хаюстов! Разоружите гражданских!

- Товарищ лейтенант.... Так.... Они же меня.... И потом мы..., - Федя крутил головой в их сторону и в сторону лейтенанта, не зная, что ему делать.

- Да ты знаешь, что я с тобой сделаю за не выполнение приказа в военных условиях? - и он схватился за кобуру.

- Вот, что, военный. Выполняй-ка ты лучше приказ, который тебе дали, а мы пойдём домой. И береги Федю.

И все трое, развернувшись, пошли назад. Офицер начал что-то выговаривать Фёдору, но они, повернув за угол, уже не слышали, что именно. Вернувшись в холл, они выглянули на улицу. Один Хамви стоял справа, на углу проезда Девичьего Поля, а другой слева, на улице Бурденко. . Из них, периодически открывали огонь по зданию Академии. Они могли бы успеть, рывком перебежать переулок. Но, прямо напротив выхода, был длинный дом. И чтобы забежать во двор, им пришлось бы бежать по тротуару, вправо или влево, чтобы обогнуть дом. На это у них времени уже не хватило бы. Оставалось ждать, когда машины уедут

Через некоторое время, Хамви, что стоял справа, ближе к скверу, поехал в их сторону, на сближение с другим. Проехав мимо них, он остановился и сдал назад. Из задних дверей вылезли трое военных, и направились к входу в общагу

***

По всей видимости, солдаты хотят перекрыть выход из Академии. Или, наоборот, прорваться в неё через общежитие. Беглецы заметались, решая, что делать. Убегать? Но куда? Назад в метро никак не хотелось, когда до улицы буквально несколько шагов. Спрятаться в холле и дождаться, когда солдаты его покинут? Вдруг, они выставят здесь пост? Тогда ни вниз, ни на улицу без боя не прорваться. С одним автоматом против троих в бронежилетах не прокатит. Пистолеты здесь точно не помогут.

- Ба, вот попали.... Сматываемся назад в коридор, - они, пятясь и пригнувшись, выскользнули обратно за железную дверь. Николай остался у двери, наблюдать за входом через дыру от выбитого замка. Вот, трое один за другим вошли в холл. Фонари не включили, значит, все имеют ПНВ. Двое пошли в левое крыло, один остался у входа.

- Думаю, когда проверят эту пристройку, то пойдут в само здание или во двор, или в Академию. Через главный ход у них не удаётся. Значит, наткнуться на нас. Надо пока уйти.

- Но, если они пройдут дальше, тогда окажутся в тылу наших, и тех, которые туда прошли, - забеспокоился Олег.

- За них я спокоен. Они к подобному готовы, просто так их врасплох не застанешь. Но отбить охоту врагам, нужно. Как только они соберутся все трое напротив нас, вы оба, распахиваете дверь, а сами там за косяком и остаётесь. Я же, лёжа, стреляю сначала им по ногам. А потом, если будет возможность, добиваем.

- Почему сначала по ногам? - спросил Борис.

- Потому, что они в бронежилетах и касках. А в темноте попасть в незащищённое место с гарантией, что противник полностью нейтрализован, я не сумею. Поэтому, бью по ногам, а там видно будет.

- Если они на постоянной связи со своими, то на помощь им придут очень быстро. С ними тоже будем воевать?

- Нас уже здесь не должно быть.

- Куда тогда? В здание мы не знаем, как пройти.

- Значит, придётся вниз.

- Опять? Начнут искать, наткнуться на дверь.

- Придумаем, что-нибудь.... Тсс, тихо....

Он снова припал к дырке в двери, наблюдая и знаками показывая, куда им стать. Олег с Борисом встали слева и взялись за длинную ручку. Вот он махнул рукой, одновременно ложась на кафельный пол, пряча корпус за стену. Только дверь начала открываться, как Николай длинной, патронов на десять, очередью ударил в темноту. Натовцы не успели открыть ответный огонь, как повалились на пол. Николай привстал на одно колено, стал добивать их уже короткими очередями.

- Свет!

Борис быстро направил фонарь в холл. Там никто не шевелился. Николай вскочил и, позвав Олега с Борисом, бросился к лежащим солдатам. Борис пробежался фонарём по ним.

- Забирайте всё, что можно. У нас секунд тридцать есть, - крикнул Николай, выдёргивая из рук ближайшего солдата автомат. Борис, не мешкая, повторил за Николаем. Потом снял каску с ПНВ, вытащил три магазина с разгрузки. Саму разгрузку снимать с лежащего, не было времени. Рывком перевернул убитого и обзавёлся ещё двумя круглыми гранатами. Хотел снять рацию, но Николай прислушался к чему-то и крикнул:

- Всё, быстро уходим! Олег, да брось ты этот рюкзак, не успеешь снять! Боря, захвати вот ту доску, а я вторую, - и он легко оторвал от какого-то рекламного стенда боковую часть. Борис, не стал переспрашивать, сделал тоже, что и он. Выскочив в коридор, они побежали к двери в бомбоубежище. Заскочив внутрь, Николай крикнул:

- Олег, беги к тому выходу, где мы не смогли пройти из-за воды! Открывай дверь и сразу убегай в тамбур. Дверь за собой закрой и жди нас! Хотя, погоди. Снимай рюкзак и отдавай нам всё, что снял с убитых, чтобы тебе ничего не мешало.

- Что ты задумал?

- Олег, додумай сам, давай бегом! - а сам в это время, задраил дверь и стал упирать в рычаги доски, которые они принесли.

- Коль, это их надолго не задержит.

- Нам надо, хотя бы минут пять, пока вода не затопит вход в убежище. Всё, готово, побежали быстрее, не отставай, - и он устремился вниз.

Борис, ничего не понимая, поспешил за ним. Внизу перед дверью, воды было выше пояса. Когда открыли дверь, она устремилась в тамбур, и её уровень стал по колено. В тамбуре, из которого расходились тоннели в четыре стороны, никого не было. Потом он открыл дверь вниз и сложил на площадку вещи Олега. Тоже он велел сделать и Борису со своим имуществом.

- Потом заберём, некогда перетаскивать их вниз.

Задраив за собой дверь, Николай побежал в убежище, наказав Борису дожидаться Олега и помочь ему закрыть за ним дверь. Только он скрылся, как дверь в ход, ведущий в здание Академии, открылась и вместе с потоком воды, появился весь мокрый Олег. Навалившись вдвоём, они её задраили.

- Уф,- перевёдя дух, сказал Олег, - как я только не убился на этих ступеньках, не пойму. Кажется, я понял, чего задумал Николай. Кстати, а где он?

- Вниз побежал. Сказал, тебя дожидаться.

Спустя минуты три, появился Николай, таща две лавки, которые были в спальном помещении. Ими он стал подпирать задвижки двери, в тоннель к общежитию.

- Так, немного времени выиграли. Олег, там как, много воды?

- Кто его знает, времени рассмотреть, не было. Еле убежал. Хорошо, что лестница всё время поворачивала в одну сторону. Я бежал по внутреннему кругу, а вода по внешнему.

- Сейчас открываем дверь в соединительный тоннель к аварийному выходу. Потом эту дверь, за которой вода, а сами в тот ход. По нему бежим вниз и задраиваем за собой дверь. Вода затопит этот тамбур и аварийный ход. И ниоткуда в наше убежище не пройти. Главное, чтобы воды хватило. Не думаю, что кто-нибудь станет её откачивать. Что, все готовы? - и дождавшись от них кивка, открыл дверь.

Хлынувший поток сбил его с ног. Ребята подхватили его и все вместе побежали по тоннелю к аварийному ходу. Основной напор воды принимал на себя тамбур, а по тоннелю поток был не сильным. Но уровень постоянно повышался. В конце тоннеля, уже бежали по колено в воде. Потом на один пролёт вниз и они уже в убежище. Тщательно задраили дверь. Потом дополнительно укрепили её железными уголками, найденными в насосном помещении.

Закончив, поднялись к двери, где забрали вещи, которые там оставили и её тоже забаррикадировали. Вернулись назад и проделали подобное и с дверью, ведущей в этот тоннель. Теперь они чувствовали себя в полной безопасности.

- Коль, а эту дверь, так и оставим? - спросил Олег, показывая на четвёртую дверь, из которой ход вёл поперёк тоннеля метро. Куда он ведёт, они так и не узнали.

- Чёрт, как же я про него не подумал? Её обязательно нужно, кто его знает, куда он ведёт, - сказал Николай и пошёл за материалом.

Закончив с укреплением, Борис, посмотрел на часы и удивился. Оказывается, что столько событий, случившихся за то время, как они пошли наверх и до возвращения, уложилось в полтора часа. Поделился этим с другими, Они тоже удивлённо уставились на часы. Даже всматривались в секундную стрелку, чтобы убедиться, что они идут.

- Честно говоря, я даже успел проголодаться, от этой беготни, - поделился своими ощущениями Олег, - все с ним согласились и они пошли в канцелярию.

Привычно разожгли примус. На этот раз, решили поесть гречневой каши с мясом. За едой стали решать, что дальше делать. Первым делом, не вызвавшем ни у кого возражения, решили, что надо хорошо выспаться. Нести караул в тамбуре, ведущем в затопленные ходы, договорились по очереди. Меняться через три часа. Для того чтобы определить очерёдность, тянули жребий из соломинок, надёрганных из валявшегося веника. Первым заступает Борис, вторым Николай. Приготовили подпорки под задрайки двери, уже непосредственно с того тамбура где будут дежурить, в убежище, собрались было идти спать, как вспомнили о том, что со стороны метро они не укрепились. Пришлось снова использовать лавки, так, как подходящего железа больше не нашлось.

Когда убедились, что больше ничего не забыли, стали стелиться. Постельные принадлежности оказались немного сырыми и затхлыми. Пришлось зажечь три примуса, чтобы хоть немного их просушить. Так провозились до двух ночи. Первый дежурный, взял табурет и пошёл в тамбур, остальные тут же уснули, стоило голове коснуться подушки.

Вначале Борис постоянно вскакивал. Старательно прислушивался, прикладывая ухо по очереди, ко всем заблокированным дверям. Но ниоткуда не доносилось, ни звука. Вода из-под дверей не просачивалась. Потом успокоился и уселся на табурете основательно. Начал перебирать в памяти невероятные события прошедших суток, поражаясь их количеству. С тех пор, как они снова оказались внизу, никто пока не стал обсуждать дальнейшие планы. Чтобы не уснуть, стал ходить к двери, ведущей в метро и обратно. Так прошло три часа. Разбудив Николая, доложил, что всё в порядке, завалился на постель, уснув прежде, чем голова коснулась подушки. И тут же его разбудил Олег, пора на смену. Не веря, что прошло шесть часов, Борис посмотрел на время. Часы не врали, было уже одиннадцать часов утра. Есть не хотелось, а вот кофе, было бы в самый раз. Но где же его взять? Значит, чай, только покрепче. Впервые разжигал керосинку самостоятельно. Оказалось, что совсем не страшно. Вместо сахара, выдавливал на галеты, коричневую сгущёнку, оказавшуюся очень вкусной.

Утреннее дежурство прошло легче. Может, оттого, что выспался или просто привык. Убедившись, что за всеми дверьми тишина, решил, было подробнее рассмотреть свои трофеи. Но, сидя на табуретке, по щиколотку в воде, было неудобно. Тем более, не хотелось разряжать аккумулятор фонаря. Лучшим выходом, было бы устроиться за столом в канцелярии и зажечь пару керосинок. Но, тогда он может и не услышать, если кто-то начнёт возиться у двери. Придётся дожидаться "общего подъёма".

К концу его вахты все уже были на ногах. Решили пообедать, как положено, т.е. приготовить 'первое'. Но не тут - то было. Сушёная картошка никак не желала вариться, как надо. Вероятно, её нужно было предварительно замочить, как и морковь. После долгого кипения, решили вывалить в кастрюльку банку тушёнки.

Взяли ложки и стали наворачивать прямо из кастрюльки. Морковь разварилась лучше. Скорее всего, потому, что была нашинкована соломкой на тёрке. Запив своеобразный супчик, чаем, принялись обсуждать варианты, как выбраться наверх. Да их и осталось всего, раз-два.

- Снова возвращаться в тоннель метро не имеет смысла, ты ведь всё разведал. Больше выходов на поверхность нет, - сказал Николай.

- Разведал далеко не всё, только там, где смог пройти. В большинстве мест много воды. Если сделать большой плот, то можно добраться до Кольцевой линии. А там и вентшахты должны быть, и через станции можно попытаться выйти.

- Можно подумать, что есть из чего его сделать, - скептически высказался Олег.

- Оглянись вокруг. Все стеллажи и нары деревянные. Если нельзя сделать один на всех, то можно три индивидуальных, - отреагировал Николай.

- Тогда на плоту можно не только на Кольцевую, но и по Сокольнической проплыть, - уточнил Олег.

- Можно. Но как с плотом пролазить через шлюзовые двери? Разбирать?

- Мы ещё не знаем, куда ведёт не разведанный ход поперёк тоннеля, - добавил Борис.

- Надо бы пройти по нему. Вдруг он выходит не в Академии. Тогда и не нужно плоты городить, - предложил Николай, и спросил - Никто не против?

- Не думаю, что он далеко ведёт. Так, что времени потратим немного. Поэтому, я тоже пойду, - согласился Борис.

- Присоединяюсь, - добавил Олег.

- Не пора, ли разобраться с трофеями? Кто разбирается в иностранном снаряжении? - спросил Борис.

- Вместе сообразим, что к чему. Ничего особо навороченного мы не успели подобрать.

Они зажгли ещё пару ламп и, убрав всё лишнее со стола, выложили все трофеи. Автоматы и по три магазина, успел забрать каждый. Каску с ПНВ, как и гранаты, только Борис и Николай. Насчёт автомата, выяснилось, что это Mk.17 SCAR-H. Удобный складывающийся телескопический приклад из пластика. Со всех сторон на автомате закреплены планки для разных приспособлений. На тех, что подобрали они, был только подствольный фонарь. Выщелкнули патрон из магазина и очень удивились, что он один в один с АК47. Обрадовались, что не придётся выбрасывать после того, как закончились бы патроны. Освободив патронники, попробовали, как передёргивается затвор. Кстати, если переставить рукоятку, можно взводить и слева. Хотели почистить стволы, но не обнаружили, чем это можно сделать. Пришли к выводу, что всё осталось в рюкзаках. Проверили, как работает ПНВ. Борис отдал свой трофей Олегу, а сам решил не расставаться с так и не доставленным заказом.

Незаметно пролетел час. Николай периодически уходил в тамбур, прислушивался. Пора было собираться на выход. Ещё раз проверили все бумаги, но не смогли найти подробной схемы убежища и окрестностей. На имеющейся схеме, даже не было понятно, куда ведёт ход, по которому они собрались идти. Он просто обрывался на краю листа. Скорее всего, полный план коммуникаций находился в том кабинете, где сидел некто Красильный.

Ничего дополнительно не стали из убежища забирать, они ещё не успели воспользоваться тем, что набрали в вещмешки при первом выходе. Убрали с двери подпорки, установленные ночью. Осторожно приоткрыли. За нею никого не было. Тоннель шёл прямо и под углом в сорок пять градусов через пятьдесят метров повернул направо. Тоннель имел овальное сечение и был выполнен из чугунных элементов, в отличие от тех, по которым они ходили ночью. Те были из железобетона.

Через сколько-то метров, тоннель перекрыла дверь. Николай приложил к ней ухо и стал слушать. Но ничего не услышал. Они погасили фонари и включили ПНВ. Осторожно, по одному, стали поворачивать рычаги. После каждого делали перерыв, чтобы убедиться в отсутствии воды. Вдвоём с трудом открыли на себя дверь. За ней шёл короткий коридор, заканчивавшийся похожей дверью. Но были и отличия. На левой стене были закреплены железные скобы. Над ними, в потолке был круглый люк. Такой же, был в полу, посредине коридора.

Стали совещаться. Заманчиво, конечно было бы, проверить всё, но цель у них была выбраться наверх. Этот фактор перевешивал все остальные, даже и интересные в плане исследования московских подземелий. Следовало учитывать реалии военного времени. Тем более что и в мирные годы, такое любопытство иногда приводило к трагическим последствиям. Выбрали ход, начинавшийся на потолке. Николай повернул штурвал и, упёршись плечом, толкнул люк вверх. Затем высунулся в него по пояс и осмотрелся. Потом вылез в него полностью и, включив фонарь, позвал остальных. Поднявшись вслед за ним, они задраили люк. Тоннель, в котором они оказались, уходил вправо, относительно нижнего тоннеля. Больше никаких дверей в нём не было. Не задерживаясь, они пошли по нему. Несколько раз тоннель поворачивал вправо-влево. Прошли через ещё двое дверей. Потом оказались в тупике. Только люк в полу.

Снова повторилось прослушивание и открывание штурвалом четырёх рычагов. Опять погасили фонари. Взявшись за ручку, осторожно открыли люк. Внизу была чёрная пустота. Включили ПНВ. Присмотревшись, увидели слева стены тоннеля со скобами, кучу кабелей. Борис полез первым. Скоб-трап, по которому он спускался, находился в каком-то закутке, между закрытым гермозатвором с приводом и железным шкафом, вероятно, электрическим. Под ногами были рельсы и шпалы. М - да, вернулись в метро. Только, вот на какую линию? Впрочем, прошли они мало, метров четыреста.

Когда спустились остальные, стали гадать, где они оказались и куда идти дальше. Сначала, осмотрелись вокруг. Никого не видно. Тогда снова включили фонари и стали детально обследовать место, в котором они оказались. Рельсы блестели. Значит ветка действующая. Потом Борис увидел в стене открытую решётчатую дверь.

- Мужики, я уже был здесь вчера, - Олег и Николай, стоящие поодаль, обернулись.

- Ты уверен?

- Конечно. Вон палка, с которой я гвоздь вытащил, чтобы замок открыть.

- И что там за перегородкой?

- Затопленный тоннель к Парку Культуры.

- Значит, в соседнем тоннеле стоит наш поезд. А в нём сидят и ждут помощи пассажиры, которые не пошли за нами, - как бы размышляя с самим собой, проговорил Николай.

- Может, пойдём к ним, поможем выйти? - предложил Олег.

- Как мы им поможем выйти, если сами не знаем дороги? - возразил ему Николай.

- Через ту вентшахту, что и остальных.

- Ты уверен, что её не взорвали?

- Мы бы это услышали. Но можно сходить проверить.

- Если честно, то лезть в воду после того, как только совсем недавно обсох, совершенно не хочу. Даже, если шахта не разрушена, там стоит охрана.

- Можно с ними поговорить, чтобы пропустили. Они что, звери, не войдут в положение? Выведем людей, и пусть взрывают, что хотят.

- Олег, не забывай, что для них главное, чтобы никто не знал, что они там есть. А им известно, что мы знаем. И светиться перед ними, нам чревато. Тем более, с оружием, отобранным у них.

- А если нам не попадаться им на глаза?

- Как это?

- Доведём людей, как можно ближе, а там они уже сами.

- Сомневаюсь я, однако. Тем более, они больше суток ничего не ели.

- Так, в чём дело? Пошли, накормим, - сходу предложил Николай.

- Им, в первую очередь нужна вода. Её у нас всего литр. Подерутся из-за неё, - скептически отреагировал Борис.

- Скажем, что по дороге напьются. В санузлах, ты говорил, есть вода?

- Так она не кипячёная!

- Ерунда. Я опасаюсь, как бы они не стали пить ту, которая в тоннеле стоит.

- Хорошо, пошли. Если, там ещё кто остался.

- Да, куда они денутся, - и с этими словами, Николай пошёл первым. Остальные последовали за ним.

Через пять минут, пригнувшись, они выходили из поперечного тоннеля. Первое, что они почувствовали, это запах гари. Воняло тряпками, пластмассой и ещё какой-то химией. Потом они увидели два костра, недалеко от состава, и несколько человек, сидевших вокруг огня. Кто-то из них, первым увидевший свет от фонаря, вскочил и завопил:

- Ура! Спасатели пришли, ура! - и побежал им навстречу, спотыкаясь и падая. Его крик подхватили ещё несколько человек. С вагонов, плача, тоже стали спускаться люди.

Борис подошёл к костру, в котором увидел остатки сидений из вагонов. Им ещё повезло, что поезд состоял не из новых вагонов с металлическими диванами. Он поочерёдно осветил себя и напарников.

- Мы не спасатели, посмотрите и вспомните. Мы тоже с этого поезда.

- Но у вас снаряжение и оружие, - уточнил полный мужчина, стараясь не обращать внимания на галдёж, стоящий вокруг.

- Наверху иногда стреляют, это подобрали по случаю.

- А где те люди, которые с вами ушли? - заинтересовалась одна из тех, что ни в какую не хотела идти со всеми.

- Дома, наверно. Они поднялись наверх, а кто куда пошёл, нам не доложили.

- А вы тогда, почему вернулись, чтобы нас вывести? Почему не спасатели?

- Не смогли дозвониться до них, связи нет. А, вернулись, потому, что так получилось. У нас есть немного еды. Сколько всего людей в поезде?

- Человек пятнадцать..., может двадцать. Двое или трое ушло куда-то. А вода у вас есть?

- Всего одна бутылка.

Николай снял рюкзак, развязал и стал доставать из него банки. Олег и Борис делали тоже. Тут и пригодилась сковорода. В неё вошло содержимое четырёх банок. Остальные, после того, как их открыли, поставили на лист железа, уложенный на костёр. Вот, только ложек и вилок было немного. Еды вышло по банке на человека, плюс галеты. Сгущёнку, ввиду отсутствия воды, решили не давать.

Как только содержимое банок нагрелось, люди набросились на еду. Борису с компанией стало неловко смотреть на то, с какой жадностью люди ели, почти не жуя. Но всему приходит конец. После того, как последний закончил скрести по железу ложкой, Борис попросил всех внимания:

- Вы намерены продолжать ждать спасателей или будете выбираться?

Все заговорили наперебой, не слушая друг друга. Ясно было одно, оставаться не хочет никто.

- Учтите, полчаса придётся идти по грудь в воде. Сохранилась ли возможность подняться наверх, мы не знаем. Но сюда, никто за вами не придёт. Если все готовы, тогда в путь. Батареи в фонарях не вечные.

Несколько человек пошли обратно в вагон забрать свои вещи.

Николай, Борис и Олег отошли в сторону, и стали обсуждать, как им поступить.

- Возможно, есть шанс вместе со всеми подняться наверх, - сказал Борис.

- С этим, как быть? - Николай показал на оружие и шлемы, - нас сразу за яйца схватят. Только, если всё снимем и оставим здесь.

- Боюсь, что кто-нибудь из выводимых пассажиров сболтнёт. Да, и жалко мне расставаться с таким добром. Тем более, когда началась такая заваруха.

- Троим, согласен, есть риск. Одному проще. Олег, ты как, готов выходить с толпой?

- Даже не знаю, как-то и не думал. А вы тогда, как выберетесь?

- Поищем новый путь. Остались не пройденные ходы. Наверх выйдем по любому, - ответил Борис.

- Придётся вернуться в убежище за припасами. Заодно захватим брюки с чулками от ОЗК. Вдруг, где-то опять придётся в воду лезть, - добавил Николай.

- Тогда и я с вами остаюсь.

- Я пойду впереди. Как только увижу, что у венткамеры стоят вояки, отдаю фонарь и останавливаемся. Они дальше пойдут без нас. Пусть сами договариваются.

- Думаешь, им удастся? - спросил Николай.

- Ты бы долго продержался против бабского напора, когда им до спасения метров сто остаётся?

- Стрелять не станут по ним?

- С какого перепугу? Они же ничего не видели и не знают, кроме тоннеля.

- Мы готовы идти, - сказал, подошедший к ним мужик.

- Вот и хорошо. Не будем затягивать, нужно выбраться, пока на улице светло.

- Что с костром будем делать? Надо бы погасить, - сказал один из пассажиров.

- Чем его тушить, воды нет. Прогорит и само всё погаснет, - ответил ему кто-то.

- Никого не осталось в вагонах? Третий раз возвращаться не буду, - предупредил Борис.

Ответом было молчание. Он пошёл первым, в средине Олег. Николай замыкал колонну. До шлюза прошли по сухому тоннелю, а после уже был затопленный. Вода началась метров на сто дальше, чем в прошлый раз. Похоже, уровень упал из-за того, что где-то начали откачку. Значит, больше чем по пояс, в воде не придётся идти. Некоторые замешкались, не решаясь вступать в воду.

- Не бойтесь промокнуть, на улице обсохните. Главное, ступайте осторожно. Под ногами полно всяких препятствий, не покалечьтесь, - ободрил их Борис, первым входя в чёрную воду.

Вскрикивая и охая, люди, один за другим пошли за ним. Минут через пять освоились. Правда, пара человек упала, споткнувшись обо что-то. Дошли до угла и повернули в тоннель, соединяющий две линии. Борис отдал фонарь тому, кто шёл сзади его, а сам включил ПНВ и стал всматриваться в темноту, стараясь увидеть вояк. Их он заметил, когда они вышли из венткамеры и, осветив приближающую толпу, крикнули, приказав остановиться.

- Вот, что. Дальше, мы с вами пойти не можем. Вас они не тронут и пропустят. Кричите, что вы из поезда, сошедшего с рельс. О нас ни слова, иначе вас будут мурыжить долго. Удачи! - пожелал им Борис и пошёл в хвост колонны.

Оставшийся за предводителя, помалу приближаясь, стал кричать военным то, чему он его научил Борис. Те приказали всем оставаться на месте, а к ним пусть подойдёт тот, кто за старшего.

Троица невольных диггеров, прижавшись к тюбингам, следила за ходом событий, дожидаясь результата переговоров. Минут через десять, переговорщик вернулся к своим, и они побрели к поджидавшим их военным.

- Ну, что, уходим? - спросил Борис.

- Пошли, больше для них мы ничего не сделаем, - согласился Николай. Бросив последний взгляд на бывших попутчиков, не включая фонари, они двинулись в обратный путь.

Спустя час, они, раздевшись до трусов и развесив мокрую одежду, грелись у стоящих на полу примусов. После того, как она подсохла, разогрели консервы и поели. Снова набрали полные рюкзаки еды, ложки с вилками, сковородку, а сверху штаны от ОЗК. И второй раз за день отправились в поисках выхода к свету. Тем более, лишились одного фонаря, а остальные уже светили не так ярко, как вчера.

Кода добрались до места, откуда полезли в люк в потолке, стали решать, какой выбрать путь, из оставшихся двух. Идти прямо, либо лезть вниз? Пришли к мнению, что лучше сначала проверить оба. Погасили фонарь и с включенным ПНВ стали открывать нижний люк. Приподняли крышку и заглянули вниз. Там оказалось помещение, с кабелями по одной стороне. Ни воды, ни шпал с рельсами - не было. Николай свесился вниз головой и осмотрелся по сторонам. Помещение было метров десять в длину и три в ширину. Кабеля выходили с одной стены и уходили в другую. Вдоль противоположной стены стояли три шкафа, стол, несколько ящиков. Дверь была всего одна и находилась она между двумя шкафами. Для спуска или подъёма, что, впрочем, не известно, что первично, на стене был приделан привычный скоб-трап.

Николай вылез обратно. Осторожно опустили люк на место. Он перечислил всё, что там увидел.

- Давайте посмотрим, куда ведёт ход за последней дверью, а потом решим, по какому из них, пойдём дальше.

Так и сделали. За дверью в конце тамбура шёл такой же тоннель, по которому они пришли сюда. Прямой участок тянулся метров на тридцать, а потом поворачивал влево. За поворотом тоннель продолжался метров двести, пока не упёрся в закрытую дверь. Повторили ставшую обычной процедуру открывания. Ничего особенного за ней не было, всё тот же тоннель. Шли по нему минут пять, пока не увидели ход, отходящий влево. Повернули туда. Метров через пятьдесят, появились ступеньки вверх. Соратники обрадовались и ускорили шаг. Через пять пролётов, справа была дверь. Попытались открыть, но, ни один рычаг не провернулся. Повторили попытку снова. Результат тот же. Пришли к выводу, что дверь заблокирована с той стороны. Решили подняться выше по лестнице, вдруг им там повезёт.

Через три пролёта лестница закончилась тупиком. Они остановились перед ним озадаченные. Зачем было её делать, если она тупиковая. Но присмотревшись, они поняли, в чём дело. Там, где раньше была дверь, теперь плохо оштукатуренная стена. Выходит, по какой-то причине её заложили, оставив только один вход, но закрыв его со своей стороны. Тут им послышалось, что кто-то тихо поёт. Начали вертеть головой. Но, посмотрев вверх, обнаружили круглую оцинкованную трубу, диаметром сантиметров пятнадцать. Она выходила из одной стены и уходила в противоположную. Снизу трубы было вырезано маленькое окошко, забранное густой сеткой. Как Николай предположил, что это вентиляционная труба. Вот из неё и слышно слабое пение. Слов было не разобрать, так же, как и кому принадлежит голос - мужчине или женщине.

- Значит, там люди есть, - пришёл к выводу Олег.

- Не факт, может и радио работать, или что-то подобное, - возразил Борис.

- Может попробовать покричать или постучать по трубе, а потом попросить открыть дверь.

- Неизвестно, с какой стороны голос. Труба может проходить через несколько помещений, а оттуда может и не быть прохода к забаррикадированной двери.

Они стали вслушиваться в голос. Потом почувствовали какой-то непонятный запах. Никак не удавалось определить, чей. Усиленно стали втягивать в себя воздух, как бы пропуская через природный газоанализатор. Запах был смутно знакомый, и главное, редкий. Когда уже стала кружиться голова от постоянного и частого вдоха, Николай вспомнил.

- Это ладан!

- Откуда ему взяться под землёй? Черти, что ли курят? - вспомнив песню Высоцкого, спросил Борис.

- Нет, не черти. Здесь, наверное, какой-то храм. А песня, скорее церковная. Наверное, идёт служба. Кто вспомнит церкви в районе, где мы находимся?

- Эх, знать бы, где находимся, может, и вспомнили бы, - ответил за двоих Олег.

От Академии, мы прошли метров шестьсот-семьсот.

- В какую сторону?

- Так, дайте вспомнить, - Николай достал из кармана ручку и стал чертить на стене приблизительную конфигурацию тоннелей, по которым они шли. Рисовал, зачёркивал, переходил на другое место, что-то бубня себе под нос. Загибая пальцы на руках, высчитывал. Наконец, закончив рисовать линии, отошёл на два метра, придирчиво всматриваясь в чертёж.

- В общем, так, - начал он свою речь, - Пересекли Садовое Кольцо и параллельно Кропоткинской, то бишь, Пречистенке движемся в сторону Центра. После Кольца метров четыреста прошли, не больше. У кого какие предположения, что за церковь над нами? Впрочем, не важно какая, важно, где мы?

Все задумались, наморщив лбы, припоминая географию этого района.

- Кто помнит, какие улицы и переулки есть в этом районе? - спросил Борис.

Все забормотали себе под нос, загибая пальцы.

- Кропоткинский знаю, - сказал Олег.

- - А я вспомнил Денежный и Чистый переулки, - добавил Борис.

- Остоженский. Остоженский рядом. А там Зачатьевский монастырь есть,- заторопился Олег, словно не успевает уложиться в выделенное время.

- Остоженский много дальше и в стороне, - уточнил Николай.

- Постойте! Я, кажется, догадался, где мы, - воскликнул Борис. - В Чистом переулке резиденция Патриарха. Вот почему пахнет ладаном.

- Может быть ты и прав.... Ничего больше не вспоминается?

Но никто больше не назвал ни одного храма.

- Не думаю, что нам откроют дверь, если мы начнём стучать по трубе. На их месте я бы не стал пускать в резиденцию Патриарха, не пойми кого. Тем более, в такое время. Допускаю, что дверь вообще может быть заварена, - предположил Николай.

- Выходит, зря сюда шли? - расстроенным голосом спросил Олег.

- Ничего не бывает зря. А теперь, пошли дальше по тоннелю. Узнаем, куда он выведет, - и, развернувшись, стал спускаться по ступенькам. Проходя мимо двери, Борис ещё раз подёргал рычаги. Без результата.

На развилке повернули налево. Очень скоро появилась новая развилка. На этот раз, справа, но с дверью. А на двери висел замок. Это их очень удивило. До этого, замки не встречались, только герконы на некоторых дверях. И пару раз висели какие-то датчики. С этой дверью решили не возиться, и пошли дальше. Ход привёл их расширению. Вверх шла крутая лестница. Прошли семь или восемь пролётов, как уперлись в дверь. Она была довольно-таки серьёзной. Бросалась в глаза её явная, хоть и не видимая, толщина. Должна была открываться, чем-то похожим на штурвал. Но его самого не было. Но четырёхгранный вал выступал на десять сантиметров. На самом конце была резьба для фиксации привода.

Больше им здесь делать было нечего. Развернувшись, пошли вниз. Дошли до двери с висячим замком и остановились. Гвоздём его не откроешь, да и не было у них гвоздя. Борис снял рюкзак и достал оттуда маленькую ножовку по металлу, чем очень удивил своих спутников. Чтобы распилить дужку замка, понадобилось всего лишь пару минут. Отбросив его в сторону, они открыли дверь. В ПНВ было не понять, что это перед ними. Они включили фонари и обалдели. Стены тоннеля, в котором они оказались, были сложены и тёмно-красного кирпича. Возможно, он стал таковым от времени, кто его знает. Тоннель имел сводчатую форму. Он тянулся вправо и влево. На полу воды не было, значит не "ливнёвка", или какая другая канализация. Даже не было, принятого в таких сооружениях, жёлоба посредине тоннеля. Значит, этот тоннель изначально строился для перемещения людей.

- Коль, как думаешь, в каком направлении он идёт? - спросил Олег.

Тот думал не долго:

- Определённо, в центр.

- Значит, мы можем и в Кремль по нему пройти?

- Не думаю, что удастся. А то, что раньше можно было - не сомневаюсь, - ответил за Николая Борис, - Кто, что думает, в какую сторону нам идти?

- Если все входы-выходы из него на замке, то смыслы идти по нему - нет,- высказал своё мнение Николай. Олег кивнул, соглашаясь.

- А если ради интереса?

- Всё зависит от того, насколько нам хватит заряда в аккумуляторах. Чтобы не пришлось идти на ощупь. Даже факелы не из чего сделать, - высказался Николай.

- У меня есть запасные аккумуляторы. Единственное, чего я не знаю, подойдут ли они к вашим трофейным "ночникам"?

- Давай посмотрим.

Николай снял с головы шлем и стал искать, где находится отсек для батареек. Открутил крышечку и вытащил две батарейки типа АА и показал Борису.

- Тогда живём. У меня таких батареек целая упаковка, весной купил. Есть и аккумуляторы этого размера, четыре штуки. Вот, если бы были CR-123, тогда дело швах, всего одна штука.

- Значит, решено. Идём в сторону центра, хотя вероятности, что старый тоннель может быть забутован - больше. Но это обнаружится скоро, так, что много времени на это не уйдёт.

- Олег, ты как, согласен или у тебя есть другое предложение?

- Я не против, уже вошёл во вкус. Даже интересно стало. Когда бы я вот так полазил под Москвой?

- Да, уж, действительно. Не зря говорят: 'Не было бы счастья, да несчастье помогло'. Хотя, по большому счёту, я бы пива сейчас выпил. А то, после этой тушёнки солоно во рту, - горестно проговорил Николай.

- Если все согласны, тогда пойдём. На поверхность выйдем, по любому. Главное, чтобы найденный выход нас устроил.

На стенах тоннеля не было никаких надписей или стрелок. Значит, вездесущие любители Московских подземелий сюда не смогли проникнуть. Что хорошо и одновременно плохо. Плохо тем, что из этого тоннеля нет свободного выхода на поверхность, если он вообще есть. Метров через сто справа от тоннеля появилось ответвление. Троица повернула в него, сделав на углу отметку. Пройдя немного, они ногами почувствовали, что начался подъём, что не могло не радовать. Правда, воздух был довольно-таки затхлый. Так прошли метров двести пятьдесят, как увидели, что дальнейший путь невозможен. Весь тоннель был завален кирпичом.

- Николай, сможешь сориентироваться, где мы?

- Приблизительно. Скорее всего, ход шёл в Зачатьевский монастырь, про который Олег говорил. Или из монастыря, что сути не меняет. А в тридцатых годах, он был взорван. Дальше мы не пройдём, это ясно.

Развернувшись, они пошли обратно. Дальше продолжили путь по основному тоннелю, как они его для себя назвали. Где-то, через полкилометра, снова ответвление вправо. Повернули в него, но почти сразу уткнулись в завал. Только, на этот раз, из белого камня.

- Теперь я попробую угадать, - сказал Борис, - Это Храм Христа Спасителя?

- Очень похоже. Но если ход так будет идти и дальше, то упрёмся в Кремль. А там, даю двести процентов, что выход будет замурован бетоном.

- Выходит, что выхода нет? Простите, за тавтологию, - произнёс Олег.

- Выход есть, только мы до него ещё не дошли. Не будем терять время. Пошли дальше, - обнадёжил его Борис.

Вернувшись в основной тоннель, буквально через сто метров увидели отходящий ход влево. Но сразу в него не пошли, решив пройтись дальше. И не ошиблись. Влево отходил ещё один тоннель, но более поздней постройки. Свернули в него. Он в основном состоял из ступенек, между которыми были короткие площадки. Так, что его можно смело назвать лестницей. Через два пролёта она упёрлась в железную дверь. Ручки с их стороны отсутствовали. Было видно, что они срезаны автогеном.

Вернулись к тому тоннелю, который отходил влево. Делать было нечего, если идти в сторону центра, то больше шансов оказаться в тупике, чем в периферийных ответвлениях. Выбранный ими ход целенаправленно вёл их в каком-то одном направлении. Через разные промежутки, он отворачивал то вправо, то влево, но после короткого отрезка, снова шёл вперёд. Несколько раз путь им преграждали решётки, закрытые на висячие замки, которые, по всем признакам, давно не открывались.

Здесь выручала всё та же ножовка. Вправо и влево отходили тоннели, уже и ниже того, по которому они шли. У них не возникало никакого желания сворачивать в них. По ощущениям, они прошли не один километр, пока не оказались перед дверью.

Замка на ней не было, но открыть её не удалось, не смотря на то, что все рычаги они провернули. Значит, замок висит изнутри. Начали качать дверь туда-сюда, благо, был небольшой люфт. Тут Олег обратил внимание, что рядом с ним, шевелиться торец кирпича. Именно тогда, когда они качали дверь. Оставили в покое дверь и сгрудились у стены. Николай надавил на кирпич, и он ушёл внутрь. Что-то щёлкнуло. Борис потянул дверь и она открылась.

Перед ними была комната, имевшая довольно-таки обжитой вид. Стояли два стола, стулья. У стены было несколько металлических шкафов. Друзья вошли и закрыли дверь. Снова щелчок. Попытались открыть - не удалось. Олег снова проявил наблюдательность и обнаружил слева от двери рычаг. Надавил на него вниз, внутри щёлкнуло, и дверь открылась. Они облегчённо вздохнули. Чувствовать себя в западне было страшно. Олег машинально опёрся на стену. Рука на что-то наткнулась. Он посмотрел, что там и увидел чёрный пакетный выключатель. По привычке повернул ручку.

Зажёгся свет! Их изумлению не было предела! Борис с Николаем стали по очереди включать и выключать свет, чтобы убедиться, что это им не сниться. Наигравшись, они погасили фонари и стали осматриваться, чтобы понять, куда они попали.

Напротив шкафов было что-то наподобие кухни. На столе электрочайник, микроволновка. Кроме той двери, через которую они вошли, было ещё три. Сама комната была площадью метров восемнадцать. Это определил Николай, сравнив с одной из комнат в своей квартире. За ближайшей дверью оказался санузел. Сантехника была обычная, как в советских новостройках. Вместо ванны был душ с поддоном. Рядом умывальник. Открыли кран. Полилась обычная вода. В том смысле, что не затхлая, как в санузле тоннеля метро.

За второй дверью оказалось небольшое спальное помещение, в котором стояло две двухъярусные кровати. Рядом с кроватями стояли тумбочки и табуреты. Слева и справа от входа, на стене была закреплена доска с крючками для одежды. На них висели комбинезоны, типа "горка". Внизу стояли берцы. На верхней полке лежали чёрные вязаные шапки и шлемы, типа тех, кто сплавляется на рафтах.

За третьей дверью, была комната с аппаратурой в стойках, стоящих на длинном столе. Ни одна лампочка в них не горела. От стоек поднимались пучки кабелей. У потолка они раздваивались и уходили в противоположные стороны за стены. Перед столом было два вращающихся кресла. На столе стоял телефонный аппарат. Вполне такой современный, кнопочный, а не такой древний, как в убежище под Академией. Олег снял трубку. Тишина. Постучал по клавише, но без результата.

Из этого помещения было ещё две двери. Очень серьёзные двери. На это указывала их толщина. Одна дверь была закрыта на все "задрайки", а другая только на одну. И то, не полностью. Словно кто-то уходил в спешке и должен скоро вернуться. Открыли дверь и выглянули в тоннель. Он был шириной с метр, и высотой в меньше двух. По левой стене тянулись кабели, идущие от стоек. Но не такие толстые, как в метро, не толще пальца. Метров через десять тоннель поворачивал влево.

- Что будем делать, пойдём по нему? - спросил Борис.

- Считаю, что надо сходить посмотреть. Вдруг там выход, хотя я и сомневаюсь, - ответил Николай. И первым пошёл вперёд.

Ход дважды вильнул, и начались ступеньки вверх. Через несколько пролётов, они вышли на небольшую площадку. С неё появились ответвления направо и налево. Кабеля тоже разделились на три пучка. Борис принюхался. Пахло чем-то горелым, а может и химией. Его спутники тоже не смогли определиться, что это такое. Постояв, но так и не найдя ответа, они продолжили путь прямо. На потолке появились отверстия, диаметром с полметра. В них уходило по одному кабелю. Борис направил туда фонарь и увидел только блестящий цилиндр, в который заходил кабель.

- Коля, как думаешь, это не взрывчатка?

- Понятия не имею, что это может быть. Ни разу подобное не видел.

Они пошли дальше и увидели в соседнем тоннеле, человека, лежащего лицом вниз. Николай наклонился к нему и дотронулся до руки. Тут же её одёрнул и выпрямился.

- Мёртвый.

- А от чего? - спросил Олег.

Николай снова наклонился и перевернул тело. На мужчине была одежда, похожая на ту, которую они видели в спальном помещении. На груди слева была видна запёкшаяся кровь. На поясе висела пустая кобура. Посветили вокруг. Непонятно, где это он получил смертельную рану, крови рядом не было. Значит, пока он сюда дошёл или дополз, кровь успела свернуться. Сколько времени он пролежал здесь, пока не умер - не известно.

Николай проверил карманы. Кроме маленького фонарика на брелоке с ключами, ничего не нашлось. Не сговариваясь, они передёрнули затворы автоматов и взяли оружие наизготовку. Стали решать - идти по тому тоннелю, по которому шли, либо по этому, в котором лежал убитый. Согласились с мнением Бориса, что бы идти, как шли, но уже погасив фонари. Включили ПНВ и продолжили путь, но только с большей осторожностью. Дошли до конца тоннеля, вернее, до очередного поворота налево. Решили свернуть в него и пройтись тоннелем, параллельным тому, в котором лежал неизвестный.

Непонятный запах усилился. Напоминало смесь горелого и химического. В потолке иногда попадались те же непонятные цилиндры в отверстиях. Они дошли до конца поперечного тоннеля. Перед ними был тоннель, проходящий справа налево, или наоборот, смотря, как считать. В него-то и 'впадали' эти тоннели. Ничего подозрительного пока не заметили. Борис выключил 'ночник' и включил фонарь. В его свете они заметили пятна крови, вероятно, того, которой позже умер. Николай наклонился и дотронулся до них пальцем и поднёс его к глазам. Палец был сухой. Значит, прошло, больше полусуток, раз кровь высохла. И, кто бы в него не стрелял, их уже здесь не было. Иначе бы они пошли за ним и оказались бы в том помещении, где сидел убитый.

Не сговариваясь, все трое повернули направо, и пошли туда, откуда могла исходить потенциальная угроза. Им нужно было убедиться в её отсутствии. Олег шёл замыкающим и постоянно оглядывался и освещал тоннель сзади их. Стало видно, что тоннель, по которому они шли, заканчивался впереди Т-образной развилкой.

Вдруг, на высоте с метр от пола, с левого тоннеля в правый, проплыло или пролетело, невозможно было дать этому точное определение - круглое, вернее, шарообразное световое пятно. Именно световое, а не светлое. Размером оно было с баскетбольный мяч. Оно светилось, но и не испускало свет и не отражало. Этакий светящийся, но не светивший, шар. Все трое остановились и только взглядом проводили его, пока оно не скрылось в правом тоннеле.

- Это что было? - спросил Олег.

- Может, это шаровая молния? - в свою очередь произнёс Николай.

Только Борис, как вкопанный стоял и смотрел на то место, где только что в воздухе проплыло Нечто. Наконец, тряхнув головой, прогоняя оцепенение, он сказал:

- Мужики, срочно делаем отсюда ноги!

- Что такого случилось, испугался пятна от своего фонаря? - повернулся к нему Николай.

- Сейчас некогда объяснять! Побежали! - и он первый повернул обратно и перешёл на бег.

Олег с Николаем, оторопевшие от поступка, всегда рассудительного и уравновешенного Бориса, смотрели ему вслед. Но он даже не оглянулся. Нехотя, они последовали за ним. Добежав до поворота налево, они обернулись на какой-то шум. С тоннеля, откуда появилось световое пятно, вылетела струя пламени, заполнив собою весь объём. В нос им ударил тот самый запах, природу которого они пытались понять. Не сговариваясь, они бросились догонять Бориса, чья спина была в пяти метрах перед ними. Добежали до площадки и повернули вправо, и побежали по ступенькам вниз. Сзади раздался сильный взрыв. Снова оглянувшись, они увидели клубы пыли или дыма, заполнившие всё пространство.

Развернувшись, прибавили скорости и догнали Бориса, который уже открывал дверь. Заскочив внутрь, они втроём бросились поворачивать рычаги. Потом стали искать, чем бы их заблокировать. Недолго думая, приспособили под это дело стулья. Только потом перевели дух. Один Борис выглядел спокойным, как будто это не стало для него неожиданным.

Минут десять они не отходили от двери, ожидая, чем же всё закончиться. Кроме того, первого взрыва, было ещё два, уже ближе к ним. Но, что удивительно, свет у них, даже не моргнул. Когда всё затихло окончательно, они перешли в комнату, где была кухня, так, как им очень сильно захотелось есть.

Олег предложил, раз они вернулись сюда, то воспользоваться розеткой и подзарядить аккумуляторы. Зарядное устройство было только к Борькиному смартфону и фонарю. Но, хоть что-то.

Умывшись, они открыли банки с тушёнкой. Но в микроволновку, металл ставить нельзя. Занялись поиском подходящей посуды, которую нашли довольно-таки быстро. Пока ели, заварился чай. Пили его с привычной сгущенкой.

Когда наевшись, они расслабленно облокотились на стену, Николай сказал:

- Боря, не желаешь объясниться?

- Что именно?

- Откуда ты узнал, что нужно срочно убегать?

- Ниоткуда. Просто показалось.

- Нет, ты решил, что нужно уходить, именно тогда..., когда увидел то..., впрочем, не важно, как его назвать.... В общем, его все видели.

- Ты же сказал, что это след от моего фонаря.

- Сказал, как сказал.... Не в этом суть.... Ты прекрасно понимаешь, о чём речь. Если бы ты не принял то решение, мы бы все погибли.

- Хорошо. Я сам толком ничего не понимаю. Поэтому начну издалека. Как говориться, давно это было. Мне было лет десять или меньше. Отвезли меня на лето к бабушке...

- В деревню.... - продолжил за него Олег.

- Нет, не в деревню. В город, на юге. Не городок, а именно город. Больше ста тысяч жителей. С соседскими пацанами каждый день искали себе занятие. Кто-то увидел, что на соседней улице раскопали траншею. Менялись какие-то трубы, между общагой ПТУ и жилым домом. А для нас, это был настоящий окоп для "войнушку". Играли мы себе так несколько дней, пока не захотелось заняться чем-то другим.

И вот, нас трое, типа, как сейчас, решили полазить по подвалу. Трубы входили в общежитие через дыру в фундаменте, в самом низу траншеи. У кого-то нашёлся фонарик. Батарейки, правда, были уже слабые, но других не было. По одному пролезли через дыру и осмотрелись. Как такового, подвала не было. Трубы шли по ходу, прорытому по периметру здания, вдоль фундамента. Здание было прямоугольной формы, дыра была в правом углу на короткой стороне. Осмотревшись, я нашёл под ногами плоский ржавый напильник без ручки. Подобрал его и положил на большой камень, лежащий возле дыры. Посовещавшись, мы полезли вдоль здания по часовой стрелке. Ход был узкий и высотой меньше полутора метров. Трубы занимали всю ширину. Поэтому нам пришлось ползти по ним на коленках.

Повернули направо и поползли уже вдоль длинной стороны. Где-то посредине была прорыта поперечная траншея. Наподобие той, которая в метро соединяет два тоннеля. Не помню, лежали в ней трубы или нет. Ширина поперечного хода была не больше метра. И в тот момент, когда я посветил в этот ход, мы все увидели, как над трубами вдоль противоположной стороны, в сторону дыры в фундаменте, медленно проплывает светлое пятно, в виде шара. Один в один, что мы видели сегодня. А в то время были в ходу истории про приведения, которые мы рассказывали друг другу, особенно вечерами, сидя на лавочке.

Поэтому, первая мысль была, что это и есть привидение. Развернувшись, мы на четвереньках рванули к выходу. Даже не сообразив, что "привидение" плыло именно в том направлении. Выбрались из подвала и побежали на свою улицу. Встретив ребят, мы стали рассказывать, что только что видели привидение. Над нами посмеивались, говорили, что это мы придумали .... Кто-то говорил, как и ты, Николай, что это свет от фонаря. В итоге, через полчаса, мы и ещё пара ребят, пошли обратно, чтобы убедиться, что мы не врём. Когда пришли на место, увидели, что траншея закопана. Полностью. Вся. А там была длина метров пятнадцать-двадцать. Когда мы убегали, и когда вернулись, не встретили ни одного землекопа или трактора.

Вернувшись на улицу, все стали рассуждать, что же произошло. Если бы мы не увидели или не испугались этого белого шара, то мы бы продолжили лазить под общагой. Сколько времени, мы бы там пробыли, неизвестно. Точно не помню, брали ли мы собой еду или нет. В общем, пока мы были бы там, траншею бы засыпали. А увидев что-то непонятное и убежав, мы тем самым спаслись. Я только потом понял, для чего поднял и положил напильник на камень у входа. Сделал подсознательно, что если засыплют выход, то с его помощью будем откапываться. Но вряд ли нам бы это удалось.

- Вас бы искали и откопали, - сказал Олег.

- Мы никому не сказали, куда идём. И нас никто не видел, что мы полезли в подвал. Там с трёх сторон был деревянный забор с воротами и калиткой, а с четвёртой была стена общежития без окон. Поэтому, искать могли совсем не там.

Вот, почему, увидев сегодня этот шар, я понял, что меня снова предупреждают о смертельной опасности.

- Почему же этот шар не предупредил тебя, когда мы оказались под обстрелом в сквере возле Академии? - требовательно спросил Олег.

- Мы ведь убежали сами и нас даже не зацепило. Так?

- Да, ну и что?

- А то, что 'Оно', видимо знает наперёд, что может произойти. И подаёт знак только в самом крайнем случае. А так, как мы смогли спастись без подсказки, вот 'Оно' и не появилось. Такое моё мнение.

- Значит, между тобой и этим шаром, существует определённая связь, - сделал вывод Николай.

- Всё равно не сможем разобраться, что это такое. Надо решить, что дальше делать будем.

- Мы так и не поняли, чем занимались люди в этом месте и кто они. Нельзя исключать то, что сюда могут спуститься коллеги погибшего, - напомнил Олег.

- Ничего такого, что могло бы идентифицировать это, мы не видели, - ответил ему Борис.

- Толком, мы и не искали.

- Те, кто стрелял в того мужика, а также воспользовался огнемётом и всё там взорвал, могут и сюда прийти.

- Олег правильно говорит, - согласился Николай.

- Возможно. Но почему тогда раньше не пришли? Может там всё автоматически сработало. Но то, что отсюда надо быстрее уходить, сомнений нет. Кто скажет, через какую дверь?

- Обратно вниз, а там, куда-нибудь да выйдем, - предложил Олег.

- Может, попытаемся выйти наверх через тот ход, по которому спускались сюда те, кто здесь работал? - спросил Николай.

- Не думаю, что выход отсюда никак не охранялся. Скорее всего, наверху помещение подобное этому. Тогда тем людям проще будет нас грохнуть, так, как возможно мы узнали то, чего никто из посторонних не должен был знать, - предположил Борис.

- Николай, а ты сможешь и на этот раз предположить, где мы сейчас находимся? - спросил Олег.

- Точно вряд ли, так, как не считал, сколько мы прошли. Примерно, в районе Нового Арбата. Плюс-минус, конечно.

- Да, там много чего есть секретного. Начиная Министерством обороны. И заканчивая Американским посольством, - вспомнил Борис.

- Может, всё-таки, хоть немного пройдём вперёд, вдруг повезёт, - настаивает Олег.

- Я не против, Коля, а ты как?

- Считаю, что не стоит туда идти. Но если большинство хочет 'прогуляться', то я соглашусь за компанию.

Быстро поднявшись и отключив 'зарядники', они пошли к дверям Принцип открывания был такой же, как и на первых дверях. Надавили на рычаг и открыли тяжёлую дверь. Тоннель метра через три поворачивал влево. Борис остался в помещении, а Николай с Олегом закрыли и открыли дверь снаружи, чтобы убедиться, что смогут её открыть при вынужденном возвращении. Теперь можно идти, зная, что путь к отступлению не перекрыт. Погасили за собой свет. Похоже на то, что он был от аккумуляторов, значит, не стоит их разряжать без пользы.

По стенам тоннеля шли кабеля из помещения с аппаратурой. Светильники, закреплённые на потолке, не горели. Дабы зря не 'садить' батарейки, включили только один фонарь, тем более что пол был ровный, и можно было не опасаться споткнуться. Тоннель был шириной метра два, что и позволило занести в бункер габаритное оборудование и мебель. Он шёл прямо метров сто, затем была лестница ступенек на двадцать, с площадкой на средине подъёма. Затем, после прямого участка, снова началась лестница, закончившаяся широкой площадкой у массивной двери. Борис обратил внимание, на датчики и видеокамеры, закреплённые на потолке.

Осмотрели стену в поисках 'кирпича-открывалки', но ничего похожего не обнаружили. Повернули рычаги и толкнули дверь от себя. С трудом, но совместными усилиями, открыли настолько, чтобы можно было пройти. Протиснувшись по одному, увидели, что большое помещение, в которое они попали, завалено обломками бетона и кирпича. Вот почему так трудно было открыть дверь. Пыли в воздухе не было, значит, обвал не связан с взрывами внизу и произошёл раньше.

Каждый включил фонарь и они стали искать выход. Борис решил проследить, куда идут кабеля. Они привели его к обычной железной двери. Обычной в том смысле, что сделана как входная дверь в квартиру. Даже глазок был. Но, скорее всего, для отвода глаз. Так, как на стене были видны две видеокамеры. Борис потянул на себя ручку. Дверь открылась! Странно, что была не закрыта на ключ. Потом он присмотрелся и понял, что она была закрыта на электронный замок. А после того, как пропало электричество, дверь разблокировалась.

Борис направил фонарь вглубь помещения. Что-либо разглядеть было невозможно. Потолок обрушился и панели перекрытия, висевшие на арматуре, закрыли весь обзор. Вдоль стен когда-то стояли железные шкафы и столы, наподобие тех, что внизу. Потом он посветил вверх. Но небо увидеть не удалось. Здание, видимо, имело несколько этажей, и все они обрушились.

Больше делать тут было нечего. Его окликнул Николай:

- Боря, как там?

- Никого нет, всё разрушено. А у вас?

- То же самое. Непонятно, где искать выход.

- Я иду к вам.

Только он это сказал и сделал пару шагов к двери, как кто-то произнёс:

- Земляк, ты откуда?

Борис от этих слов как будто споткнулся. Он развернулся и стал шарить фонарём перед собой. Но никого не увидел.

- Ты где? - спросил он.

- В Караганде. Так ты мне не ответил, откуда здесь взялся.

- Из метро.

- Вот как.... Значит, поезда снова ходят.... Это хорошо.

- Не знаю, ходят или нет..., - но он не успел договорить, как Николай опять позвал его:

- Боря, ты где? Пошли отсюда обратно, здесь нам не выбраться наверх.

- Идите оба сюда! Здесь кто-то есть.

Слышно стало, как спотыкаясь на обломках, к нему заспешили его приятели. Войдя в дверь, они заводили лучами вокруг, стараясь увидеть нового человека.

- И где он? Что-то видно никого.

- Сначала объясните, кто вы такие и как сюда попали? - донеслось откуда-то из угла помещения.

- А тебе, не кажется ли, что ты не в том положении, чтобы ставить условия? - задал встречный вопрос Николай.

- Нет, мне не кажется. Тем более что я держу вас на мушке.

- А вот мы сейчас погасим фонари и бросим на твой голос гранату. И куда ты потом свою мушку засунешь?

- Кто вы такие, что так вооружены? И что вы делали в метро?

- В метро мы ничего не делали. Ехали себе, никого не трогали.... А ты кто?

- Я здесь работаю.

- Ладно, не будем мешать. А то игра в вопросы-ответы надоела. Тем более, когда в нас целятся. Бывай, - закончил свою речь Николай, и повернулся, чтобы уйти.

- Эй, погодите! Вы пришли снизу, значит, были в дежурке. Как там?

- Не знаю, о какой 'дежурке' ты говоришь. Если ты имеешь в виду помещение с аппаратурой, двухъярусными кроватями и туалетом, то там всё нормально. Свет есть, вода тоже бежит из крана.

- Никого не видели?

- В дежурке - никого, а в тоннелях с дырками в потолке, лежал один. Мёртвый.

- Его убили?

- Скорее всего. Если бы застрелился, то пистолет бы рядом валялся.

- Он и сейчас там?

- Конечно. Покойники ведь не ходят.

- Надо бы похоронить Сизова.

- Он уже похоронен.

- Спасибо вам.

- Мы здесь не причём.... Кто-то взорвал тоннели и его засыпало.

- Вот значит, что за взрывы были слышны,...Что же тогда вы делали в тех тоннелях?

- Искали выход наверх.

- Откуда?

- Снизу, конечно.

- Долго ищите?

- Скоро двое суток будет, - ответил за Николая Борис, и повисла пауза. Невидимый собеседник молчал. Спустя минуту он произнёс:

- Помогите мне отсюда выбраться, а я помогу вам.

Втроём они, соблюдая осторожность, подошли ближе к нагромождению обломков и стали детально всё обследовать. Незнакомца они обнаружили в самом углу комнаты. Стена наклонилась внутрь, а сверху упала потолочная плита и одним краем легла на торец плиты, зацепившись за торчащую арматуру, а другим упёрлась в пол. Они образовали подобие шалаша, удерживая друг друга и не позволяя упасть. Человеку, чтобы вылезти оттуда, нужно было убрать любую из стен своеобразного шалаша. Но, тогда другая плита или панель завалиться на него и раздавит. Вылезти вперёд или назад он не мог, не давали две другие стены. Оставался только просвет сантиметров пятнадцать, через который на них смотрел мужчина, ровесник Николая. На нём была такая же одежда, как и на том, внизу. Только вся в цементной пыли, как и всё вокруг.

- У вас есть вода? Очень пить хочется....

Борис быстро снял рюкзак и достал оттуда пластиковую бутылку, которую они наполнили водой, перед последним подъёмом.

- Вот, только она из-под крана.

- Не имеет значения.

- Ещё у нас есть тушёнка. Будешь?

- Нет, только воду.

Потом, вчетвером стали обсуждать сложившуюся ситуацию. Первым делом, нужно зафиксировать плиты. Иначе, при возможных близких взрывах, равновесие может нарушиться и бетонный 'карточный домик' сложиться внутрь. Стали более детально обследовать весь доступный подвал. Искали всё, что могло сгодиться в качестве распорки. То, что могло сгодиться, не пролазило сквозь узкую щель.

Осмотрев, что только можно было, уже отчаялись было помочь невольному узнику. Но Борис нашёл подходящий вариант. Одна из стен в подвале была сложена из красного кирпича. Когда всё рушилось, упала и она, рассыпавшись как на отдельные кирпичи, так и на большие фрагменты стены. Борис предложил подавать кирпичи внутрь, а Александр, как звали того мужика, будет выкладывать две пирамиды.

Одиночных кирпичей хватило только на одну. Пришлось искать инструмент, чтобы разбивать крупные куски. Хорошо ещё, что перегородка была в полкирпича, поэтому особо мучиться не пришлось. Пирамиды выкладывали с основанием в шесть кирпичей, чтобы они выдержали давление бетонной панели. За работой не заметили, как прошло почти два часа.

Когда закончили с ней, стали решать, чем оттолкнуть бетонную стену, чтобы плита перекрытия легла на кирпичи. Тогда другой край поднимется или отъедет подальше, Александр сможет пролезь под ней наружу. Или, наоборот, завалить влево потолочную плиту, а перегородка упрётся на кирпичи.

Вот, только усилия четырёх человек недостаточно ни для одного способа. Нужен хороший рычаг. Они снова разбрелись по заваленному помещению, выискивая подходящий предмет. Удача улыбнулась Олегу. Среди груды обломков, он отыскал двухметровый швеллер. Воодушевлённые находкой, все стали прикидывать, во что его упереть. Перепробовали несколько способов, пока не выбрали один - единственный. Для этого подсунули конец швеллера под нижний край плиты перекрытия. Подложили под упор рычага стопку кирпичей и начали раскачивать плиту.

По сантиметру она начала отъезжать от стены. Когда зацепления оставалось около двух сантиметров, Александр присел на пол и закрыл голову руками, чтобы уберечься от падающих кирпичей, если таковые будут.

- Так, все готовы? - спросил Николай.

Остальные кивнули в ответ.

- Навались! И раз!

Плита соскочила с панели на кирпичную пирамиду, а на неё завалилась стена и, надавливая на одну сторону плиты, приподняла её противоположный край от пола на полметра. Когда убедились, что получившаяся конструкция зафиксировалась и больше двигаться не сможет, то разрешили 'узнику' ползком покинуть место вынужденного заточения.

Стоило только показаться из-под плиты рукам и голове, как четыре руки подхватили Александра, вмиг выдернули и поставили его на ноги. Он немного постоял, пошатываясь, а потом стал пожимать всем руки, бормоча слова благодарности, но, не поднимая головы, видимо стеснялся слёз. Ребята, деликатно отвернувшись, стали заглядывать под плиты, чтобы дать Александру прийти в себя.

Когда он пришёл в норму, то начал было расспрашивать об их злоключениях. Но у них не было никакого желания этого делать.

- Ты обещал показать путь наверх, - напомнил Николай. - И ещё, где мы сейчас территориально находимся?

Александр задумался, обдумывая ответ. Потом решился.

- Рядом с Новым Арбатом, между двумя "домами-книжками".

- Давно тебя завалило?

Он посмотрел на часы. Потом похлопал по карманам, словно чего-то выискивая. Вытащил мобильник и посмотрел на экран.

- Почти двое суток прошло, значит, столько, сколько и вы ищете выход. Вот, только не понятно, почему никто не появился здесь.... Ни спасателей, ни со службы....

- Так, война же..., - объяснил ситуацию Борис.

Александр удивлённо уставился на него, потом перевёл взгляд на остальных, словно ожидая, кто из них первый не выдержит и засмеётся. Тем самым покажет, что слова Бориса, это шутка. Но все оставались серьёзными.

- Я думал, что это теракт. А с кем война?

- Не знаю. Но у Академии имени Фрунзе столкнулись с Натовцами. Вот эти трофеи с них. Искать по карманам документы, не было времени.

- Если были у Академии, а сами говорите, что ищете путь наверх.... Что-то не сходиться, - и он отошёл на шаг назад, но за пистолет, лежащий в кобуре, пока не схватился.

- Тут всё просто. Вылезли из бомбоубежища в метро. А там нарвались на вояк. Пришлось стрелять и снова убегать вниз, затопив за собой вертикальный тоннель, - ответил Олег.

- Стреляли вы, из какого оружия? Его-то, где взяли? Или всем пассажирам выдавали?

- Нет, не выдавали. Что нашли, что отобрали, в качестве возмещения морального ущерба. Но, хватит о том, что было. Надо выбираться. Скоро светать начнёт, а мы даже не спали эту ночь, - решил прекратить разговоры Николай.

- Вообще-то, мы тут осмотрелись, но никакого выхода не нашли, - добавил Олег.

Александр попросил у него фонарь. Потом пошёл к месту, где были столы, раздавленные с аппаратурой. Начал разбирать этот завал и, наконец, вытащил два фонаря. Один оказался работоспособный. Но и второй пригодился. Вернее не фонарь, а аккумуляторы, которые он вытащил из него. Вернул Олегу его фонарь, а со своим пошёл вдоль стен. Они пошли следом. Александр подошёл к стене, в которой вероятно раньше была дверь, а сейчас лежала гора обломков. Походил туда-сюда, потом пригнулся и посветил вглубь завала.

- Да, вы правы, здесь выхода нет.

- А куда он шёл?

- В транспортный тоннель под Новым Арбатом.

- Значит, остался один путь - вниз, откуда пришли. А потом снова искать выход наверх, - обречённо произнёс Олег.

- Есть ещё один путь. Правда, он тоже ведёт вниз, но выход искать не нужно, он известен.

Александр направился в другой угол, наименее заваленный. Там стояло два стола и гардероб. Он оттащил в сторону правый стол и выдернул из-под него линолеум. Под ним оказался квадратный люк. Александр выпрямился и подошёл к своим спасителям.

- Запасной выход в порядке, уйдём по нему. Но у меня к вам просьба. Подождите меня здесь, пока я схожу в дежурку, через которую вы прошли сюда.

- Не вопрос, мы подождём,- заверил его Николай.

Александр вернулся через полчаса, держа в руках какой-то ящик с ручкой.

- Я готов,- и подойдя к люку, вынул из кармана ключ и вставил его в самый центр и трижды провернул. Взявшись за утопленную ручку, он потянул крышку на себя. Это ему удалось без видимых усилий, видать люк был подпружиненный.

- Давайте спускайтесь, я пойду последним, чтобы закрыть на ключ.

Первым, по скоб - трапу, полез Борис, за ним Олег. Через пять метров была небольшая площадка, на ней они и стали поджидать Александра. После того, как он спустился, последовали за ним. Идти пришлось не далеко. Через метров сто они подошли, к уже ставшей привычной, двери. Но, она тоже была закрыта на внутренний замок. Ключ от него был у Александра на одной связке, вместе с ключом от люка. Когда дверь открылась, все увидели перед собой шпалы и рельсы.

- Что, опять метро?! - разочаровано воскликнул Олег.

- Да, в метро. Но это ненадолго. Метров сто пройдём и вылезем наверх через ветшахту.

- Раз мы спустились не глубоко, значит это Филёвская линия, - определил Борис.

- Совершенно верно. Впереди станция Арбатская. Первую ветку строили, в основном открытым способом. А несколько участков проложили закрытым.

- Разве не Сокольническая линия, считается первой веткой? - спросил Николай.

- На схеме - да, она. Но их открыли одновременно. После Охотного Ряда тоннели расходились и поезда шли попеременно к Парку Культуры и Смоленской.

- По большому счёту, это метро нас уже задолбало. Вверх-вниз, вверх-вниз... Кучу народу вывели, а самим почему-то не везёт..., с досадой продолжил Олег.

Никто ему не ответил, дальше продолжили идти молча. Вскоре слева появился проём, забранный решёткой. Замок был выломан, а дверь болталась на одной верхней петле. На стене была надпись 'ВШ 356'. Александр удивлённо покачал головой и вошёл внутрь тоннеля, перпендикулярного линии метро. По боковому проходу обошли фильтрационную установку и огромный вентилятор. Вот за ним и упёрлись в завал из металлоконструкций, бывших жалюзями вентиляционной шахты. Кто-то взорвал их, чтобы прервать любое сообщение, между верхом и низом.

- Возвращаемся в тоннель, там впереди есть ещё одна шахта.

- Какова вероятность, что она не взорвана, - поинтересовался Николай.

- Сейчас - уже никакой нет. Но проверить нужно.

И точно, спустя три минуты, они стояли перед похожей решёткой, с табличкой 'ВШ 355'. Только открытая дверь висела на обеих петлях. Обречённо они вошли в вентиляционный ход. Картина, представшая перед ними, была один в один, как в предыдущей.

- Как думаешь, кто это сделал? - спросил Борис.

- Понятия не имею. В Москве столько спецслужб, а узнать, у кого какие действия расписаны при наступлении подобной ситуации, сам понимаешь....

- Остались ещё варианты, как нам выбраться наверх?

- Может и остались. Только меня в известность о них не поставили.

- А чем вы занимались под землёй?

- Извини, но даже в качестве благодарности за спасение, ответить не имею право.

- Нельзя, так нельзя. Тогда пошли на станцию. До неё минут пять идти, не больше.

Только отошли от венткамеры, как Олег, шедший сзади, остановился и крикнул:

- А это что такое?

Все остановились и обернулись, задрав головы кверху и направив свет от фонарей в потолок.

Часть потолка, между бетонными балками, имела рваные края с торчащей вниз арматурой. Сверху пролома, лежали почерневшие деревянныё балки, поверх и поперёк которых плотно друг к другу уложены такие же чёрные от пыли доски.

- Это немецкая авиабомба пробила тоннель в ночь первой бомбардировки Москвы. Я читал об этом, но не думал, что след сохранился и смогу увидеть его собственными глазами, - объяснил Борис.

Путь до Арбатской станции закончился раньше, чем они предполагали. Правда не в том смысле, что дошли быстро. Даже не из-за гермоворот, которых на этом перегоне не было. А потому, что метров за сто перед станцией, там, где двухпутный тоннель расходится на два однопутных, была устроена баррикада. Правда, не в классическом виде.

На параллельных путях стояли вагоны. Свободные промежутки между ними, а также между вагонами и тоннелем, были заполнены шпалами, какими-то металлическими щитами. Как только их группа вышла из-за поворота и увидела это препятствие, их окликнули:

- Стоять на месте! Кто такие будете?

- Сотрудник ФАПСИ, Рязанцев. Со мной проверенные люди.

- Куда и с какой целью направляетесь?

Вопрос поставил их в тупик. Ведь очевидно и так, что они идут на станцию.

- Хотим выбраться наверх.

- Документы есть?

- Ребята, у вас есть что-нибудь? - обратился Александр к спутникам.

Все закивали головой.

- Да, документы имеются, - крикнул он.

- Сотрудник с документами на всех подойди, остальным стоять, - последовала очередная команда.

- Слышь, Саня. Может, ну её, Арбатскую? Пойдем, поищем ещё выход, - предложил Борис.

- Давайте, сделаем так. Сначала схожу, узнаю, кто они такие. Если разрешат вернуться к вам, тогда расскажу лично, что узнал. А если не отпустят и скажут, чтобы позвал вас, то сделаем так. Если всё нормально, то так и скажу. Тогда не бойтесь, можете идти. А если крикну, что 'всё хорошо', значит, наоборот, плохо, уходите. А если сам толком не пойму, то скажу, 'всё в порядке', тогда решайте сами, как поступить.

- Нет, так не годиться. Если нам придётся уходить, то мы останемся без документов. А без них в нынешней ситуации опасно, - высказал опасение Николай.

Александр ушёл, а остальные сели на кожух, закрывающий контактный рельс и погасили фонари. Взамен, Николай включил ПНВ.

Вблизи баррикада совсем не впечатлила Александра. Впрочем, её построили главным образом, как препятствие, а не для боя. Интересно, а как же перелезть через неё? Никакого прохода не осталось. Но тут открылась дверь кабины машиниста.

- Давай залазь, - и ему подали руку.

Действительно. Вагоны были выдвинуты вперёд на два метра, относительно заграждений. Достаточно залезть в кабину и пройти в вагон, как оказываешься на другой стороне. С кабины его сразу провели в салон. Там горело две лампы аварийного освещения. В их слабом свете он увидел несколько человек, в основном в военной форме, а также метрополитеновцы. Несколько человек лежали на сидениях, скорее всего, спали.

- Значит, это ты ФАПСИшник? - спросил его один из военных, с красными от бессонницы глазами. Судя по погонам, общевойсковой майор.- Покажи, что там у тебя за документы.

- А Вы сами, кто будете?

- Я майор Ганин,- ответил он, показывая удостоверение, - На данный момент командир поста "Смоленский". Другой пост, как ты можешь догадаться, называется "Александровский". Теперь давай документы на всех, и вкратце доложи, как оказались в метро, что делали и куда направляетесь.

- Они не отдали свои документы.

-Почему?

- Сказали, что не знают, кто вы такие, поэтому покажут, когда я подтвержу, что всё в порядке.

- Ну, раз так.... Ладно, докладывай дальше.

- Я нес службу в пункте по линии ФАПСИ, подробностей раскрывать не имею право. В результате взрывов помещение разрушено, выход заблокирован, сам оказался в бетонной ловушке обрушившихся плит. Мне помогли выбраться эти трое пассажиров из застрявшего поезда.

- Как они оказались в твоём пункте?

- Искали пути выхода наверх и по системе тоннелей вышли на нижний пункт, а через него на верхний.

- Разве у тебя нет аварийного выхода?

- Есть. Вот по нему мы и спустились в этот тоннель. Пытались подняться по вентшахтам 355 и 356, но они разрушены взрывами.

Услышав последние слова капитана, метрополитеновец поднялся с сидения и подошёл к ним и спросил:

- Какие именно разрушения в шахтах?

- Жалюзи покорёжены, так, что дальше пройти мы не смогли.

- Что Вы можете сказать о своих спутниках? - продолжил майор.

- То, что они своих не бросят.

- Почему же они за двое суток так и не смогли выбраться наверх? Вас это не удивляет?

- Удивило. Я их так и спросил. Они дважды оказывались наверху, но вынуждены были снова укрыться внизу, в связи с боевыми действиями в местах выхода. Однажды, даже вступили в бой с ними, убив троих и завладев их оружием и снаряжением.

- Они, что, голыми руками с ними справились?

- Нет, не голыми. У них был автомат и пистолеты.

- Где взяли?

- На это вопрос они не стали отвечать.

- Интересные ребята. Отвечать не стали, говоришь.... Что-то нечисто....

- А с какой стати они бы стали первому встречному всё рассказывать? Я, ведь, тоже не исповедовался перед ними, вот и они передо мной не выложили всё. Да и времени не было, чтобы болтать. Они уже устали бродить по тоннелям. Хотят выбраться наверх и разойтись по домам.

- Гражданским оружие не положено, тем более, неизвестно, как они его добыли. Может, у российских военных похитили, если не сделали чего-либо похуже. Значит так, зови их всех сюда, а мы уж тут сами с ними разберёмся.

Александр пошёл в кабину. Ему открыли дверь, и он крикнул в темноту тоннеля:

- Ребята, всё хорошо, идите сюда.

С минуту было тихо, затем Николай крикнул в ответ:

- Хорошо, сейчас придём, - затем они развернулись и, не включая фонари, пошли обратно вглубь тоннеля, скрывшись за поворотом. Когда дошли до двери, через которую они попали в тоннель, остановились.

- Что дальше будем делать, в этот ход пойдём или на Смоленскую потопаем? - спросил Николай.

- Сюда никак не получится. Без ключа мы не откроем, - напомнил Борис.

- Вот чёрт! Я уверен, что и на Смоленской такая - же бодяга нас ожидает. Надо искать другие ходы на поверхность. А пока пошли дальше. Включаем фонари и ищем всякие двери или люки. Осматриваем весь тоннель, снизу доверху.

Через сто метров они увидели вход в вентщахту ?358. Странно, что они не заметили ?357. Хотя, она могла быть в соседнем тоннеле. Вошли в венткамеру и быстро убедились, что её постигла участь соседних. Продолжили движение в сторону станции. Олег обратил внимание на железную дверь на левой стороне тоннеля, закрытую на висячий замок. На двери белой краской нанесены буквы: ШЧС-3. Что они обозначают, никто не знал.

Борис привычно достал ножовку и перепилил дужку. За дверью оказалась обычная узкая кладовка с верстаком. На верстаке были закреплены тиски, и стоял наждак. На полу и полках свалены какие-то электротехнические детали: реле, контакторы, провода. У противоположной стороны стоял железный шкаф. Вместо замка, дверцы были закрыты на болт с гайкой. Внутри лежал такой же хлам, как и снаружи. Так, как шкаф не прилегал вплотную к стене, то Борис заглянул просто по привычке, ожидая найти какой-нибудь инструмент. Но там ничего подходящего не оказалось, а зато его внимание привлекла ещё одна дверь.

- Мужики, давайте отодвинем этот шкаф, там что-то есть.

Навалившись втроём на одну сторону, развернули его. Точно, это была дверь, даже без висячего замка. Откантовав шкаф подальше от стены, одну за другой стали поворачивать ручки. Толкнув дверь от себя, увидели бетонную лестницу, прямо уходившую вниз.

- Что будем делать?

- Сначала поедим, а то где ещё удастся посидеть за столом, - предложил Николай.

- Так, здесь всего две табуретки, - уточнил Олег.

- Ничего, я и на ящике посижу. Доставайте сковородку, горелку. Аппетит нагуляли знатный.

Как смогли, закрыли дверь изнутри. Вдруг, захотят их вернуть на станцию. А они отошли от неё меньше полукилометра. Так, что пока будут ломиться в кладовку, им удастся уйти в тоннель.

- Коля, как думаешь, что нам могли сделать плохого на Арбатской? - задал, всех мучивший вопрос, Олег.

- Отобрали бы оружие - раз. Выведали про убежище под Академией - два. Держали бы до тех пор, пока не выяснили про то, как мы обзавелись российским оружием - три.

- Не думаю, что это им бы удалось, - высказался Борис.

- Я тоже так считаю, но всё это время нас бы никуда не выпустили.

- Думаешь, нам удастся найти выход?

- Уверен.

Экономя батарейки, Борис поджёг свечной огарок. Самый большой из обнаруженных на полке.

Под это оптимистическое заявление и прошёл их завтрак. Жаль, воды было мало, на всех вышло по пол кружки чая. На всё про всё ушло меньше часа. Ещё раз осмотрелись, может, что им пригодиться, из имеющегося здесь имущества. Николай взял два метровых куска жёсткого провода, квадратов на шесть, на всякий случай. Двери в кладовку разблокировать не стали. Если кому очень понадобиться, то сумеют открыть.

Аккумуляторы решили беречь, поэтому фонарь включал тот, кто шёл впереди. На этот раз, вызвался Олег. Тоннель, никуда не сворачивая, спускался вниз. Через каждые двадцать ступенек была небольшая площадка. Потом снова шёл спуск. Уклон был небольшим, поэтому лестница получилась длинной. Наконец они достигли последней площадки. Перед ними была дверь, как две капли воды похожая на ту, через которую они только что вышли в этот наклонный тоннель. Привычно повернув обе рукоятки, Олег толкнул дверь. Она поддалась всего на пару сантиметров. Похоже, что-то мешает ей открыться полностью. Стали толкать вдвоём.

Дверь загораживал тоже какой-то шкаф. Поэтому его пришлось толкать уже втроём, до того, он был тяжёлый. Отодвинув его, они оказались в каком-то помещении, раза в два большем, чем то, которое они покинули. Это было завалено разобранными электродвигателями, в основном, видимо из-за своих размеров, лежавшими на полу.

Борис подошёл к входной двери и толкнул её. Не поддалась. Видимо, снаружи она была закрыта на висячий замок.

- Как же мы выберемся отсюда? - с тревогой в голосе спросил Олег.

- Дверь немного ходит. Так, что если будем втроём наваливаться на неё, то проушины, на которых висят замок, оторвутся, - пояснил Николай.

- Как думаешь, где мы сейчас?

- Да тут и гадать не надо. Арбатская линия.

- Мы всё глубже зарываемся, вместо того, чтобы идти наверх.

- 'Нормальные герои, всегда идут в обход', слыхал такое, Олег?

- Как же не слыхал, но всё равно.... Дома, наверное, переживают за меня....

Сдвинули на верстаке всякий хлам на один край, и на освободившееся место сложили всё, что мешало им выбить замок. Начали примеряться, как сподручней толкать дверь. Втроём толкать дверь было тесно. Решили, что один будет на подмену.

На счёт "раз" одновременно ударились в дверь левым плечам. Без результата. Повторили попытку. Только на третий раз щель увеличилась, и дверь стала болтаться свободнее. Ударяя раз за разом, только меняя плечо с левого на правое, они продолжали биться в дверь. После очередной попытки, они услышали, как кто-то снаружи ударил в дверь и крикнул:

- Кто стучится в дверь ко мне?!

Приятели поначалу опешили и не шевелились. Потом Николай решил подыграть.

- Это я, твоя сестра. Я ...,- дальше он не стал продолжать, вдруг там дети.

- Отзыв принят! Значит свои, - донеслось из-за двери, - Кто вас там запер?

- Никто.

- Значит, это вы сами повесили снаружи замок.... А как же обратно залезли туда?

- Через другую дверь.

- Что вам мешает через неё обратно выйти.

- Ничего. Но хотим через эту.

- Вам помочь?

- Если не затруднит....

Стало слышно, как заворочался замок в проушинах. Потом раздался щелчок, дверь качнули туда-сюда и она открылась. В глаза им светило как минимум три фонаря. Они выставили перед собой руку, ладонью прикрываясь от света. Затем лучи зашарили по сторонам, остановившись на столе, заваленном их имуществом. Привыкнув к свету, они увидели перед собой троих парней. Ещё один парень и девушка заглядывали в помещение сбоку.

- Спасибо за помощь, - поблагодарил их Николай.

- Да не за что. Вы бы и сами скоро справились, - ответил парень, стоявший справа, - а перекусить болторезом дужку замка вообще не проблема.

- Мы без него ни шагу, - добавил его сосед.

- Это почему?

- Мы же диггеры. А лезть под землю без него, это всё равно, что без фонаря, - и он показал инструмент, напоминающий ножницы с длинными ручками. В фильмах про войну подобными перекусывают колючую проволоку.

Борис, наконец, расслабился и убрал пистолет, который всё это время держал в правой руке за спиной Николая. То же проделали и его спутники. Кто-то из диггеров присвистнул от удивления.

- А вы кто? ФСОшники? Или какая другая спецура?

- Мы простые пассажиры. Домой идём, - ответил за всех Борис. И, видя, что в его объяснении е никто не поверил, вкратце пересказал их историю, о многом умолчав.

- Вот как. А мы и не знали об этом тоннеле, что соединяет накоротко две линии, - проговорил один из них.

- Может, сходим, посмотрим? - предложил четвёртый парень. К этому времени они почти все вошли в мастерскую. За дверью остался только одна девушка, Оксана. Ребята с интересом разглядывали их снаряжение и оружие. Сами, в свою очередь, тоже были, не в чём попало. На всех надеты комбинезоны. На голове шлемы с налобными фонарями Petzl, за спиной рюкзаки. У одного даже АКСУ, и разгрузка. Ещё у двоих на поясе висело по кобуре, видимо с Макаровым.

- Вы всегда с такой экипировкой спускаетесь под землю? - спросил Николай, показывая рукой на автомат.

- Если бы. Обнаружили милицейский Форд, с двумя утопленными сотрудниками внутри. Видимо, их потоком воды притащило. Решили, что нам вполне сгодиться, а сдавать не станем, тем более что у них такого добра полно, - ответил обладатель автомата.

- Что же, вполне разумно. А в метро, зачем спустились?

- Грех не воспользоваться такой ситуацией. Давно хотели проверить ...., - тут говорившего толкнул его сосед, - в общем, надо нам в одно место. А когда напряжение снято с рельса и поезда не ходят, да и сигналки многие не работают..., то нам удастся попасть туда, куда нужно.

- Как давно вы с поверхности? - не удержался от вопроса, доселе молчавший Олег.

Парень с автоматом, видимо за старшего в их компании, посмотрел на часы.

- Уже часов пять прошло.

- А где вы спустились?

- Извини, друг. Но на такие вопросы ответа не будет. Мы 'залаз' никогда не палим, в отличие от некоторых.

- И как там наверху?

- Где как. Где война идёт, где тихо-смирно. Но единой власти нет. Магазины некоторые работают, но мало, не везде есть свет. Поэтому стараются продать в первую очередь те продукты, которые могут испортиться. Хотя, Москва большая, не могу за всю сказать.

- Где нам быстрее всего подняться наверх, если не через ваш 'залаз'? - спросил Борис.

- Да, где угодно. Хотите через ВШ, можно и через станцию. Эту линию мы почти не знаем, уж очень она режимная была. Много тут народу с кавеса 'попалилось'.

- Откуда? - переспросил Николай.

- Сайт есть такой, вернее был. Любителей полазить под землёй, в бомбари пробраться, хабар вытащить оттуда какой-нибудь.

- Всё понятно. Попробуем сами найти выход. Как мы убедились, их полно, но не через все легко выбраться.

- Тогда желаем удачи, - сказал их собеседник и пожал каждому руку. То же самое повторили и его соратники. Потом они направились в сторону станции Арбатская.

- Ну, а нам куда идти? - повернулся Олег к Николаю.

- Вслед за ними не пойдём, ну его. Там Министерство обороны, так, что нам там ничего не светит.

Они закрыли за собой дверь. В проушины вставили замок так, чтобы он выглядел целым. Ещё раз осмотрелись и пошли в сторону Смоленской, внимательно обследуя каждый метр тоннеля. Немного погодя, они увидели решётку с надписью ВШ-342, но заглянув и посветив внутрь, поняли, что им там ничего 'не светит'. Кто-то с маниакальной целеустремлённостью уничтожал все явные входы в метро.

Ничего не оставалось делать, как идти и смотреть дальше. Метров через триста, слева, Олег заметил в нише, между электрическими щитами, узкую дверь. Висячего замка на ней не было, как и скважины для внутреннего. Если задвижки только с внутренней стороны, то им никогда её не открыть. Подобные двери им уже встречались. Николай стал тщательно осматривать окрестности вокруг двери. Его внимание привлёк железный рычаг, типа 'Стоп-крана', прикрытый крышкой.

Он потянул рычаг вниз. За дверью заскрежетало. Борис с трудом толкнул её от себя. Со скрипом, подталкиваемая, дверь открылась настолько, что уже можно было протиснуться. Он посветил внутрь. Короткая площадка заканчивалась вертикальной железной лестницей. Николая заинтересовала дверь, что за хитрая система запора на ней стоит. Оказалось, тут устроено наоборот, не из двери выходят штыри, а из стены входят в дверь.

Борис вернулся и закрыл дверь, выходящую в тоннель. Начали подъём наверх. Непроизвольно, но все стали его убыстрять, стремясь быстрее оказаться на улице. Даже не стали останавливаться на отдых на горизонтальных площадках. Наконец последний отрезок лестницы закончился. В стене шахты была уже привычная железная с ручками-задрайками. Переведя дух от быстрого подъёма, Николай повернул ручки.

Через метр была ещё одна дверь, на этот раз, обычная деревянная. Борис подошёл, повернул ручку. Закрыто. Под нею была скважина для сувальдного замка. Не похоже, что удастся открыть этот замок обычным гвоздём, тем более что его у них и не было.

Николай, было, решил попробовать толкнуть дверь, но вовремя заметил, что она открывается в их сторону.

- Ну, что, опять будем стрелять? - спросил он.

- Больше ничего не остаётся делать, - ответил Борис и, достав пистолет, прицелился в нужное место. Остальные прикрыли уши ладонями. Звук выстрела в таком маленьком помещении больно бьёт по ушам. В двери образовалась дыра от вырванного замка. Потом он потянул её на себя и открыл. За нею был широкий коридор с несколькими дверьми по обе стороны, которые были заперты на висячие замки. С ними легко справились с помощью ножовки по металлу.

За первой дверью находилось помещение с противогазами и подобным снаряжением.

- Опять бомбоубежище! - в сердцах сказал Олег. Все молча, согласились с ним, так как надеялись, что после такого долгого подъема, окажутся наверху, - Может вода здесь есть, а то пить уже давно хочу после тушёнки.

- Если это нормальное укрытие, то вода будет. Правда, неизвестно, когда её меняли на свежую. Пойдём, посмотрим, что здесь ещё есть, - предложил Николай.

Вышли в коридор и открыли дверь напротив. Впрочем, и так было понятно, что за нею, ибо на двери была табличка 'Уборная'. Туалет оказался очень похож на тот, что был под Академией, только гораздо меньше.

В соседнем помещении были два ряда умывальников по бокам. Открыли ближайший кран. Пусто. М - да, плохо.

- Может, где-то перекрыта магистраль? - предположил Борис.

- Всё возможно. Надо найти помещение с насосами и резервуарами, - согласился с ним Николай.

Нужное помещение оказалось за следующей дверью. Уровень воды в контрольных окошках показывал, что баки полны. Определили отходящий трубопровод от цистерны под номером '1' и пошли по нему, открывая все краны. Впрочем, их было- то всего два. В итоге, вода из крана умывальника полилась. Дав ей немного стечь, Борис подставил сложенные ладони и набрал в них воды. Поднёс к носу и принюхался. Какой-то запах был, но он не смог понять, чем пахнет. Главное, что не тухлым. Набрал немного в рот и выплюнул, пытаясь ещё таким способом определить её пригодность к употреблению. Особо неприятных ощущений не чувствовалось, только слабый металлический привкус.

- Нормально, прокипятим и можно пить, - резюмировал он и наполнил пустую литровую бутылку, - Теперь, пошли смотреть дальше.

А дальше их ждало разочарование. Ничего общего с бомбоубежищем под Академией, оно не имело. Нет, в принципе, всё было такое же, но в уменьшенном масштабе. Только не было основного наполнения. Ни продуктов, ни годного снаряжения, ни топлива для имевшегося генератора. Впрочем, даже если бы и было топливо, то он бы всё равно бы не завёлся, судя по тому состоянию, в котором находился. Помещения были превращены в склад различного хлама. Столы, стулья, тумбочки, настольные лампы - все они имели инвентарные номера, написанные белой краской. Из некоторых бумаг, они поняли, что это не специально построенное убежище, а приспособленный под него подвал Окружного военного суда.

Впрочем, приятели и не собирались здесь отсиживаться. Нашли короткую лестницу и по ней поднялись до двери, выходящей из подвала. Дверь открывалась внутрь, поэтому Николая чуть не завалило обгоревшими кирпичами, когда он потянул её за штурвал. По всей видимости, здание обрушилось вследствие пожара. Однако только от огня оно бы так не развалилось, что-то ещё этому поспособствовало. Кому понадобилось его уничтожать, не ясно, впрочем, это уже и не важно.

Дальнейший осмотр привёл к неутешительному выводу, что через этот завал им не выбраться. Всё это стало напоминать какой-то злой рок, который их преследует всё это время.

- Так, мужики, без паники. Здесь должен быть аварийный выход. Надо его найти, - решительно высказался Борис.

Но поиски выхода ни к чему не привели. Возможно, его хорошо замаскировали или элементарно не сделали. Впрочем, учитывая наш бардак, всё возможно. Перепачканные и уставшие, они собрались в какой-то комнате, видимо предполагавшаяся стать кабинетом начальника убежища. Это они определили по канцелярскому столу, двум шкафам и нескольким стульям. Мусора и здесь хватало. Борис зажёг огарок, который он прихватил в электромастерской.

- Что дальше будем делать? Есть, у кого идеи? - спросил Николай.

- Идея, конечно, есть. Как же без неё. Ей уже двое суток. Других и быть не может. И мы все следуем только ей. Вот, только с воплощением в жизнь, загвоздка, - с иронией сказал Олег.

- Полностью с ним согласен, - отозвался Борис.

- Может, нам эту поменять на другую? - продолжил задавать вопросы Николай.

- Ну, уж нет! Я хочу домой! - категорично высказался Олег.

- Я вот, что подумал. Может, кто-то или что-то старается удержать нас здесь, под землёй? - предложил неожиданную версию Борис.

- Для чего мы здесь кому-то нужны? - удивился Олег.

- Возможно, для того, чтобы помочь спастись из безвыходного положения тем, кто не в состоянии этого сделать, - озвучил свою мысль Борис.

- Например?

- Тем же пассажирам нашего поезда. Пацану в парке Академии, хотя мы уже и были там, куда стремились. А я, так вообще, самый первый оказался наверху, но потом опять спустился вниз.

- Ты забыл упомянуть ФСБэшника, - дополнил список Николай.

- Не забыл. Просто не договорил.

- А что, вполне разумное объяснение тому, что с нами происходит, - согласился Николай.

- Что за чушь вы несёте! - вскакивая со стула, крикнул Олег.

- Тогда послушаем твою версию.

- Да какая, там версия! Просто подписываемся постоянно под то, где бы и без нас обошлось.

- Конечно, обошлось бы. Александр бы похудел в три раза и сам бы в щель вылез.... Народ с поезда, научился бы видеть в темноте, нашёл под диваном карту всех тоннелей и вышел бы сам наверх.... Солдат бы стал непробиваем никаким пулемётом..... Так, что ли? - спросил Николай.

Олег, молча, стал разглядывать какую-то бумагу, подобранную с пола.

- После встречи с белым пятном, я готов поверить в любое, на первый взгляд непонятное. Поэтому, версия Бориса, вполне укладывается в эту схему, - закончил Николай.

- Если я правильно понял, ты предлагаешь нам снова спуститься вниз и бродить по тоннелям? "Через поле, через гай, ходит мальчик Помогай". Так, что ли?

- Не я предлагаю, а обстоятельства нас к этому принуждают. И не бродить, а искать выход наверх. А если кому понадобиться наша помощь, значит поможем.

- У нас заканчиваются продукты. Воду с собой не возьмешь, сколько нужно, просто не во что. Аккумуляторы тоже долго не протянут. Что потом делать будем?

- "Будем справляться с трудностями по мере их поступления", так, кажется, говорят?

- Вроде того.... Предупреждаю заранее, чтобы не было обид - как только окажемся наверху, то я пойду домой. Я не романтик лазания по грязным подвалам и тоннелям, - подытожил Олег.

- Можно подумать, что мы так и тащимся от подобных занятий, - наконец высказался Борис и предложил - Ты можешь прийти на любую станцию. Они тебя выпустят.

- Но тогда придётся оставить оружие вам или сдать на посту. А мне без него будет неуютно. Пригодится ещё. Ладно, какие наши дальнейшие планы?

- С собой можем унести только два литра. Поэтому, пока мы здесь и есть вода, попьём чаю.

- Топлива для керосинки уже мало.

- А мы и не будем на ней кипятить. На костре приготовим. Вон, сколько мебели ненужной валяется.

Чем и занялись в ближайший час. Пока ждали, когда вскипит вода, Олег ещё раз осмотрел подвал в поисках выхода, но безрезультатно. Чай пили, молча, глядя на догорающие деревяшки. Если бы вместо бетонного пола была земля, а вместо стен - деревья, то это было бы гармонично. А так только добавляло мрачности.

Потом направились вниз. Может, повезёт найти ход, по которому спустились диггеры. К станции Смоленская приближаться не хотелось. Довольно скоро обнаружился поперечный ходок, между тоннелями. Приняв за правило, не оставлять за собой ни одного, потенциального выхода, они пошли по нему.

Почти посредине, в полу обнаружилась крышка чугунного люка, с буквой 'К', посредине. Они остановились, рассматривая его.

- Посмотрим, что там? - предложил Борис.

- Да ну его, не охота в дерьмо лезть, - отказался Олег.

- Почему же, сразу и в дерьмо?

- Да потому, что это люк канализационного коллектора. По надписи на крышке понятно.

- Что-то глубоко для городской канализации, ты не находишь? - засомневался Николай.

- Я не сказал, что это городская канализация. Сам же видел, сколько в тоннелях туалетов.

- Так ими никто не пользуется.

- Уверен? Сам посуди, сколько сейчас народу под землёй. А бомбоубежища? То-то же...

- Вообще-то, как я сам видел, под тоннельными туалетами стоят насосы, которые перекачивают оттуда наверх, в городскую канализацию, - вспомнил Борис.

- Тогда почему на люке буква 'К'?

- Ты обрати внимание, что на нём нет мусора. Значит, кто-то его недавно открывал. С чего бы, это...

- Хочешь, слазай, посмотри. А я подожду. Стираться негде, а прийти домой в провонявшейся одежде - не хочу.

- Ты забыл, что у нас есть ОЗК.

- А его где отмывать? Или таким грязным обратно на рюкзак привязывать? Вот, когда по затопленному тоннелю придётся идти, тогда и надену.

- Как знаешь, - ответил Борис, отвязывая свой комплект химзащиты. Николай последовал его примеру.

Облачение не заняло много времени. С люком справились тоже без больших трудностей, подцепив его найденным неподалёку железнодорожным костылём. Посветили вниз. Колодец был не очень глубокий, метров пять. На дне коллектора, который шёл параллельно путевым тоннелям, в жёлобе медленно текла вода. Значит, уклон был небольшой. Ожидаемой вони сточных вод не было. Немного пахло сырым подвалом. Спустились по скобам, вбитым в кирпичную кладку. Наверху ничего из снаряжения не оставили, несмотря на доводы Олега, что оно там будет только мешать.

- Олег, может, передумаешь, и с нами полезешь? - спросил напоследок Борис.

- Да ну его, я лучше пока левый тоннель проверю.

Надо определиться, в какую сторону идти. В сторону Кремля смысла нет, хотя и заманчиво. Скорее всего, там и охрана могла остаться и решётки с хитрыми замками. А если по этому коллектору пришли встретившиеся им диггеры, то, явно не из центра. А если даже они туда не полезли, то и им тем более не стоит. Направились вправо, к Смоленской.

Идти было не трудно, высота позволяла Борису не сгибаться. А вот Николаю пришлось немного наклонить голову вперёд, после того, как он дважды чиркнул ею по бетонному своду. Пройдя примерно метров триста, они увидели колодец, похожий на тот, по которому спустились.

- Подниматься будем? - спросил Борис.

- Сто процентов, что окажемся в таком, же тоннельчике, только перед самой станцией.

- Тогда пошли дальше.

Коллектор шёл немного по дуге, забирая вправо, вероятно повторяя конфигурацию линии метро. Но вот они оказались на месте пересечение точно с таким коллектором. Остановились и стали выбирать, куда идти дальше. Слабые ручейки воды вливались в 'их' трубу и уровень повысился вдвое, но всё равно оставался маленьким. Договорились и дальше идти прямо.

Снова вышли к колодцу. На этот раз захотели посмотреть, куда он выходит. Николай стал подниматься первым, чтобы открыть люк. Для этого он всё снаряжение оставил внизу, с собой взял только пистолет. Немного приподнял один край и сдвинул люк, чтобы прошла только голова. Прислушался. Доносился какой-то шум, но смог понять его происхождение. Рискнул и включил фонарь. Небольшое помещение, одна дверь, вдоль стен проходят трубы. Спустился обратно вниз.

- Похоже, мы под станцией. Люк в комнате, скорее всего под перроном. Никого нет, но слышен непонятный шум.

- Давай посмотрим.

Поднялись наверх, но крышку люка на место задвигать не стали, мало ли что. Выключили фонари и остались только с ПНВ. Потянули на себя ручку двери. Открылась. Выглянули. Из помещения был выход в длинный коридор, с одним аварийным светильником на потолке. С противоположной стороны он был глухой, а с их было несколько дверей. В какую сторону идти, даже не гадали. Пошли вправо, откуда слышался какой-то стук. Подошли к лестнице выхода на платформу и поняли, что стучат в стороне соседнего тоннеля. Прошли по коридору и выглянули из-за угла. Здесь всё выглядело почти также.

У двери стояли две женщины и по очереди стучали по ней чем-то железным. Пока стучит одна, другая светит фонарём. Понаблюдали за ними и только потом вышли из-за угла. Их появления они и не заметили. Метров за пять, Николай кашлянул, чтобы привлечь внимание. Та, которая светила, оглянулась и от испуга выронила фонарь и только и успела сказать:

- Ой, батюшки! - и села на пол.

Вторая повернулась в их сторону и, замахнувшись железкой, крикнула:

- А ну... не подходи! А то, как дам в лоб!

Николай примирительно поднял руки вверх и сказал:

- Не бейте нас, мы вас не тронем.

- Вы как здесь оказались? Я сейчас милицию вызову! - не унималась женщина. Севшая было на пол, уже поднялась и стала за спину подруги.

- Мы ищем дорогу наверх. Поможете нам выбраться?

- А чего её искать? Поднимайтесь по эскалатору и идите с богом.

- Что, вот так просто можно выйти на улицу? - удивился Борис.

- Оно, конечно, пешком тяжелее, но люди ходят.

- Вот здорово! Пойдём Олега позовём.

- А сколько вас всего?

- Трое.

- И все вот так одеты и с оружием?

- Да, а что?

- Вас сразу и застрелят, как выйдете на Садовое или Арбат.

- Это кто и за что?

- Бывшие наши. То, что вы не армия и не милиция, сразу видно. Значит, украли или забрали то, что у вас. А с такими не церемонятся.

- Бывшие - это кто, предатели?

- Можно их и так назвать. Поляки там, прибалты всякие.

- А они как тут оказались?

- Так, их в НАТО давно ещё приняли. Не знал?

- Знал, конечно, но.... Откуда у вас такие сведения?

- Люди рассказывали. А на второй день их человек десять спустилось на станцию. Прошлись по двум составам, что стоят на станции. Потом проверили тоннели от ворот до ворот. Выгнали всех, кто укрывался здесь. Несколько человек забрали с собой.

- Здесь ещё кто-то есть? - спросил Николай, оглядываясь и прислушиваясь.

- Никого, только мы двое остались. Остальные разошлись по домам,... наверное.

- А вы, почему не ушли?

- Я начальник станции, она дежурная. Не имеем права уйти, не передав смену.

- Когда меняетесь?

- Этого мы и сами хотим знать. Третьи сутки здесь. Может там пост стоит и никого не пускает к нам. Не знаем, связи-то нет.

- На станции много людей должно работать. Почему же они ушли?

- Метро, во всяком случае, наша дистанция, обесточено. Генератор топливо выработал. Кассирам, уборщикам, машинному отделению, электрикам - делать здесь нечего. Вот всех и отпустила.

- А милиция?

- У них своё начальство.

- Как обстоит на других станциях?

- Киевские затоплены. Хорошо, мы успели металлоконструкции закрыть, а то и здесь вода бы стояла.

- Не понял, чего вы успели закрыть?

- Металлоконструкции, гермоворота, то есть.

- Может, там уже всё откачали, и скоро метро заработает?

- Вряд ли. Если тягово-понизительная под водой побывала, значит, хана ей. Релейка тоже потребует замены.

- Понятно. А чего это вы там долбите?

- Там НЗ лежит, а ключа нет. Своя еда закончилась, никто не идёт. Вот и решили вскрыть помещение. Оформим актом, всё будет, как положено.

- Можно взглянуть? Вдруг удастся открыть, - предложил Николай.

- Да смотрите, не жалко.

Николай с Борисом подошли к железной двери кладовой. Одного взгляда на неё было достаточно, чтобы понять, что женщинам с ней не справиться.

- У вас, что, ничего подходящего не нашлось? У механиков или электриков инструмент должен быть.

- Мы и хотели там взять. Но никто не оставил ключей, почему-то.

- Мы можем, только выстрелив в замок, открыть дверь. Вы не будете возражать?

Женщины переглянулись, не решаясь высказаться. Потом, начальник станции, махнула рукой, мол, делайте, что хотите.

Попросив их отойти в сторону, Николай вышиб замок одним выстрелом. За дверью оказалось помещение, где-то три на пять, со стеллажами по обе стороны, заставленными коробками и ящиками. Он посторонился, и в внутрь вошли женщины. Быстро найдя, то, что посчитали нужным, они набрали немного продуктов в пакет, и вышли, опломбировав дверь.

От предложения поесть вместе с ними или взять часть продуктов, отказались. Взамен только спросили, где можно набрать воды. Дежурная ответила, что питьевая вода есть у них наверху.

- А мы можем подняться наверх и узнать, как там обстоят дела? - спросил Николай.

- Конечно, можете. Затвор опущен, ничего не мешает, - ответила начальница, - тем более что мы там наверху и сидим.

- А я думал, что вы здесь, внизу обитаете.

- Чего нам тут делать без света? Поезда всё равно не ходят.

- Почему тогда вы не купите продукты в магазине? Или вас не выпускают из станции?

- Никто нас здесь не держит. А продукты бесплатно не раздают.

- Вы что, совсем денег не берёте с собой?

- Берём. Но мало. Так, хлеб купить по дороге домой...

- Борис, пошли, посмотрим, что там и как.... Заодно воды наберём.... И вниз, а то Олег уже заждался.

Подъём не занял много времени. К входным дверям подходить не стали, а поднялись на верхний этаж. По кругу были окна, через который открывался хороший обзор. Правда, вестибюль стоял во дворе и виден был только маленький кусочек Арбата, через Троилинский переулок. А обзор через арку на Садовое кольцо был совсем мизерный. Впрочем, разглядывать, что там вдали, всё равно было лишено смысла, так, как напротив входа на станцию стоял милицейский форд, с тремя сотрудниками внутри. На капоте и по бокам были белые наклейки RFOR NATO. Что они означали, догадаться было легко. Выходит, что МВД сотрудничает с оккупантами, то есть, служит новой власти.

- Слушай, а если нам вылезти в окно с противоположной стороны? - предложил Борис.

- Да, это вполне возможно. А далеко мы уйдём в таком виде? Вон МИД стоит, - Николай указал пальцем на высотку за окном, - а вокруг вполне могут быть посты. Ночью можно было бы попытаться, а сейчас только полседьмого утра.

- А если спрятать всё лишнее здесь на станции и уйти налегке?

- Ты уверен, что нам потом удастся всё это вернуть? Тем более что бабы не согласятся оставить это здесь. Они рисковать из-за нас не станут. А как потом забрать, когда вместо них здесь будут другие? Расставаться с оружием я не хочу, времена, вон какие настали.

- Да, ты прав. Но и бродить по тоннелям надоело, тем более, когда мы практически вылезли из метро. Ещё можно всю снарягу уложить в мешки и взять с собой.

- До первого патруля, который примет нас за мародеров. Надо найти более тихое место и там вылезти. Здесь, в центре, таких выходов должно быть полно.

- Должно-то, должно, а вот остались ли они...

- Будем искать, Боря. Может Олег, что и нашёл... Пошли вниз....

В этот момент словно стали рвать простыню. Два милиционера выскочили из машины и побежали к арке. Остановились и стали осторожно выглядывать на Садовое. К звуку разрываемых простыней добавился стрекот швейной машинки. Дважды что-то ухнуло и всё затихло. Двое робких наблюдателей вернулись в машину.

- Схлестнулись с кем-то... Интересно, чья взяла? Ладно, пора.

Попрощавшись с метрополитеновцами и поблагодарив их за две двухлитровые бутылки воды, они пошли вниз. Как бы им и не хотелось лезть в люк. Но пришлось, так как станция с двух сторон была закрыта гермозатвороми. Олег ждал их в путевом тоннеле. Подробно рассказали ему, что видели на станции и об обстановке наверху. Услышанным новостям он не обрадовался, а вот от известия о том, что у них есть вода, повеселел. В свою очередь, он сообщил, что тоннель в сторону Смоленской он проверил до гермоворот. Непонятно, почему здесь нет шлюзового обхода в обход их. Обнаружил только одно закрытое помещение и больше ничего интересного.

- Так, что делать будем? Спускаться вниз и проверить поперечный тоннель в одну и другую сторону? Кстати, Олег, никакая канализация там не течёт, немного воды и всё. Достаточно надеть одни чулки, - заверил его Борис.

Рассиживаться долго не стали и уже через десять минут, они гадали на развилке, в какую сторону идти.

- Если прямо пойдём, окажемся уже на том берегу, у Киевского вокзала. А вправо-влево неизвестно, куда заведёт, - обрисовал ситуацию Николай.

- Слева мы уже были, надоело утыкаться в тупики. Испытаем судьбу с другой стороны, - предложил Олег.

Так и сделали. Тоннель шёл почти прямо, только слегка отклоняясь в стороны. Минут через десять влево ушло ответвление. Оставили отметку на стене, они повернули в него. Пройдя ещё столько же, оказались у железной двери. Никаких замков не было. За дверью началась узкая лестница вверх, как две капли воды похожая на ту, по которой они спускались с Филёвской линии на Арбатско-Покровскую. В конце подъёма их ждала уже более серьёзная дверь с внутренним замком. Борис достал весь имеющийся у него инструмент и приступил к взлому двери. Провозился с час, но толку никакого.

- Николай, твой выход. Ты у нас лучший в мире открывальщик дверей девятимиллиметровой 'открывалкой'.

- Это не деревяшка. Может так получиться, что после выстрела вообще ничем не откроешь. Ладно, отойдите подальше, вдруг срикошетит.

Николаю пришлось сделать несколько выстрелов, прежде чем он смог открыть дверь. За нею был короткий коридор и ещё одна, но уже не запертая дверь. Пройдя её, они увидели длинный коридор, с крашеными в синий цвет стенами и пару дверей по сторонам. Олег, увидев под потолком круглые светильники, привычно щёлкнул выключателем и.... зажёгся свет!

Все удивлённо уставились на горящие светильники, словно ничего подобного никогда не видели, до того отвыкли за это время от электричества. Борис не удержался и сам несколько раз включил-выключил. Свет не пропал.

Проверять, что находиться в запертых комнатах не стали, а сразу пошли к выходу. К нему, путь преграждала уже привычная дверь с рычагами. Борис стал поворачивать средний, но он только слегка пошевелился. Верхний и нижний открылись, а этот никак. Снова подёргал средний. Безрезультатно. Потом навалились на него вдвоём с Николаем.

- Борь, бесполезно дёргать его. С той стороны явно висит замок.

- И стрелять бесполезно, - добавил Олег.

- А если гранату привязать и рвануть эту дверь к чертям собачим! - воскликнул Борис.

- Не получиться. Гранаты для этого не годятся. Вот, если бы взрывчатка была....

- Выходит, обратно топать вниз? - с отчаянием в голосе спросил Олег.

- Давай посмотрим, может из тех комнат, ещё один выход найдём, - предложил Николай, чтобы хоть как-то успокоить ребят.

Больших проблем со вскрытием дверей не было. Но ничего обнадёживающего они не обнаружили. Подвал был огромный и явно старый. Сводчатые потолки, широкие двери. Больше часа они потратили на его обход. В своё время он был превращён в бомбоубежище, но уже много лет, как перестал таковым быть. Ни топлива для генератора, ни воды в резервуарах, ни каких либо припасов и снаряжения. Превратился в обычный подвал, используемый как склад инвентаря и канцелярской мебели. Из найденных бумаг они узнали, что находятся в подвале Минэкономразвития. Вот, почему, для них прорыли выход в метро.

Если и был когда-то второй выход из подвала, то его, скорее всего, заложили кирпичом. Когда убедились, что все помещения осмотрели, то уставшие уселись на стульях в одной из комнат.

- Не кажется ли вам, что каждый раз облом случается в самый последний момент? - спросил Борис, оглядывая приятелей.

- Вот только не надо снова начинать про нашу миссию по спасению заблудших, в прямом смысле, душ, - огрызнулся на его слова Олег.

- И не собираюсь. Мне, как и тебе, хуже горькой редьки надоело лазить под землёй. Значит, мы свернули не в тот тоннель.

- А кто знает, где находится это здание, в подвале которого мы сидим? - задал давно назревший вопрос Николай.

- Понятия не имею, - ответил Борис. Олег тоже отрицательно покачал головой.

- Впрочем, можно прикинуть приблизительно, - сказал Николай и привычно стал чертить на подобранном листе бумаги. Справился он довольно быстро.

- Мы всё время шли перпендикулярно Арбатско-Покровской линии, а потом повернули под девяносто градусов влево. Получается, что мы в районе Садового кольца на полпути к Патриаршим прудам.

- И что нам это даёт? - скептически спросил Олег.

- То, что мы пересечёмся с Краснопресненской линией, она где-то там должна проходить, между Пушкинской и Баррикадной.

- Думаешь, есть шанс топать в том направлении?

- Нужно надеяться на лучшее в любых направлениях.

- Сколько нам идти туда?

- С полчаса, не больше.

- Тогда не будем здесь задерживаться. Перекусить сможем в другом месте.

- А вот, с удовольствием бы вздремнул несколько часов. Эту ночь мы провели на ногах. Неизвестно, сможем мы через час выбраться наверх или нет, а вдруг там даже присесть негде будет, - зевая, проговорил Борис.

- А что, я согласен отдохнуть здесь, - поддакнул ему Николай, - Места здесь много, постель есть из чего соорудить. Ты как, Олег?

- Я бы мог пойти и один, но так уж и быть, выспимся, а потом пойдём дальше.

- Чуть не забыл,- спохватился Борис, - нужно найти розетку. У меня есть зарядное на четыре аккумулятора. Успеют зарядиться.

Розетка нашлась в комнате, видимо выполнявшей роль канцелярии или кабинета.

Проснулись они почти одновременно, около двух часов дня. Перекус много времени не занял и они без сожаления покинули этот подвал. Дошли до развилки и повернули влево. Скоро им попалось ответвление вправо, но сворачивать в него они не стали. Тем более, немногочисленные кабеля, которые шли по одной стене, тоже не разошлись. Наконец они увидели железные прутья на правой стене и люк в потолке. Первым полез Николай, а Олег с Борисом удерживали его спину, когда он пытался приподнять люк. Когда ему это удалось, и он вылез в помещение, оказалось, что на крышке люка стоял ящик с какими-то железками. Потом он помог подняться Борису, и они уже вдвоём принимали от Олега всё своё снаряжение.

Втроем, уже осмотрелись детально. Комната была небольшая, с одной дверью. Открыв её, они увидели бетонную лестницу, довольно-таки круто уходящую вверх. Других путей отсюда не было. Поднимались не долго. Уже через пятьдесят ступенек, которые для интереса про себя считал Борис, они оказались перед дверью на последней площадке.

За нею увидели донельзя знакомую конструкцию вентшахты. И, что характерно, не взорванную.

- Кто хочет спуститься вниз, взглянуть на новую линию, где мы ещё не бывали? - лукаво оглядывая своих спутников, спросил Николай.

- Блин, можно подумать, что только её нам не хватает до полной коллекции, - сплёвывая, ответил Олег.

- Ну, раз желающих нет, пошли домой.

Почти наперегонки они устремились вверх по железной лестнице. Наконец и она закончилась. Шестигранное сооружение имело одну дверь и воздухозаборный проём по периметру, забранный горизонтальными жалюзями и сеткой. Дверь оказалась запертой снаружи. Проём был очень высоко. Чтобы в них заглянуть, приходилось подниматься на цыпочки. Насколько им удалось что-либо рассмотреть, они находились в каком-то дворе. Подробностей увидеть не удалось из-за росших вокруг деревьев. Только в одну сторону был просвет и вид на один дом старой постройки.

Борис достал железнодорожный костыль, которым они подобрали перед Смоленской, и попытался выдрать одну пластину. Но из-за того, что рычаг был мал, жалюзи высоко, оторвать приваренную железку не получилось. Потом попытку повторили Олег и Николай, с тем же результатом. Последний бросил костыль, сказал:

- Что делать будем, Боря?

- Есть один вариант. Возле сварного шва, между пластинами засовываем гранату и взрываем. Две полосы точно оторвутся, а то и больше. Потом повторяем со следующими.

- А, что, неплохой вариант.

- Стоп-стоп, мужики! Вы чё, охренели? Какая граната? Белый день на дворе, центр Москвы! Да нас тут же повяжут, если не пристрелят сразу, - воскликнул Олег.

- Успокойся. Ты всё мыслишь довоенными категориями. Телефонная связь не работает, поэтому никто, никуда не позвонит. А в каждом дворе по постовому быть не может. А в этих краях я не припомню важного объекта, где бы держали постоянный пост. Тем более, и без нас есть, кому шуметь. Прислушайся. По всему городу слышна и стрельба и взрывы. Так, что наш хлопок никто и не заметит, - и действительно, снаружи донеслось несколько выстрелов.

- А если кто прибежит на звук взрыва? - поинтересовался Олег.

- А ты бы прибежал?

- Я нет, а вот вояки или менты - могут.

- Да и надо нам всего минут десять, от силы, - добавил Борис.

- А если кто вдруг случайно и появиться раньше, то успеем смыться обратно в метро.

- Почему не хотите дождаться темноты?

- Сейчас три часа. Стемнеет окончательно в одиннадцать. Предлагаешь сидеть всё это время здесь?

- И что, вот так, с оружием, в бронежилетах и касках разойдёмся по домам?

- Да, тут надо что-то придумать.... И так идти стрёмно и ночью можно нарваться.... Только если идти в ПНВ, или машину поймать. На крайний случай, взять без спроса. Кто-нибудь из нас умеет заводить без ключа? - спросил он, переводя взгляд с Николая на Олега.

Оба промолчали в ответ.

- Вот уж, дилемма. Близок локоток, да не укусишь. Можно сказать, сидим на пороге, а за дверь боимся выйти, - в сердцах проговорил Николай.

- Самым оптимальным, я считаю вариант с машиной, неважно какой. Главное, чтобы было, куда погрузить снаряжение и чтобы наш вид не бросался в глаза. Тут Олег прав на сто процентов, - вставил Борис.

- Тогда сделаем так. До вечера ещё далеко, поэтому будем пытаться выломать нужную дырку вручную. Вдруг повезёт. А я пока спущусь вниз, поищу более подходящий инструмент. Вдруг, что и найду.

Так и поступили. Борис с Олегом попеременно орудовали костылём, а Николай осматривал вентшахту и комнату, через которую они вылезли из тоннеля. В первом случае вообще ничего не валялось, что и было понятно. Так, как напор воздуха мог бы затянуть это в вентилятор. А в комнатке ничего подходящего тоже не оказалось. Или очень маленькое, или наоборот, такое, что и не донесёшь. А уж тем более, не просунешь между пластинами. Единственное, что он принёс полезное, это два ящика, чтобы удобнее было с них работать. Для этого ему пришлось вывалить из них содержимое непонятного назначения.

Вернувшись, он застал ребят, сопевших от усердия. Олег орудовал костылём, а Борис пытался воспользоваться ножовкой по металлу. Успех сопутствовал Олегу. Сварка уже начала трескаться и скоро должна оторваться полностью. Правда, это 'скоро' затянулось ещё на десять минут, пока пластина не оторвалась от рамы из уголка.

- Итог таков, одна пластина - один час, - подсчитал Николай.

- Дальше должно быть легче, если оторвать эту пластину и использовать её как рычаг. Или ножовке удастся подлезть.

- Не годиться. Пластина мягкая, согнётся враз.

- Я же, пока светло, чтобы не тратить зря аккумуляторы, начну приготовления, чтобы, в крайнем случае, воспользоваться гранатой.

- Вот только где достанешь верёвку или проволоку, чтобы выдернуть кольцо? - спросил Олег.

- Нужно всего метров десять. Пойду, поищу.

Он пошел вниз по лестнице. Можно было разделать кабель, который шёл на светильники. Но он был проложен в железных трубах. Чтобы его достать, нужно вскрывать железные распаечные коробки. А они стояли через пять метров. Значит, нужно будет провод наращивать.

Нашёл лучший вариант, это провод, идущий на датчики сигнализации. Он тоньше, поэтому не надо разделывать. И длина без разрывов. Так и сделал. Оторвал от стены метров двадцать и поднялся наверх. Там продолжалась борьба со второй пластиной.

Вдруг, снизу послышался выстрел. Ребята побросали работу и стали прислушиваться. Потом донёсся удар и ещё выстрел.

- Олег, останься. Мы сбегаем, посмотрим, - распорядился Николай, - схватив оружие и надев рюкзаки, они стали осторожно, не включая фонари, а пользуясь только ПНВ, спускаться вниз. Снизу кто-то крикнул:

- Оксана, беги наверх, мы их задержим!- и следом глухой удар.

Было слышно, как по лестнице стучат шаги быстро идущего человека. Борис с Николаем прижались к стене на площадке, держа под прицелом последний пролёт. Вот уже запрыгал по стенам свет от фонаря, и услышали тяжёлое дыхание подымающегося человека. Показалась голова в каске, на которой был закреплён источник света. Из-под каски выглядывали длинные волосы. Женщина. Тут она повернула голову, и луч осветил притаившихся людей с направленным на неё оружием.

От неожиданности она громко вскрикнула и повернулась, чтобы бежать обратно. Борис включил фонарь и направил его на Николая, крикнул ей:

- Оксана, не бойся! Ты же нас видела сегодня ночью!

Девушка остановилась, вглядываясь, а потом вдруг резко опустилась на площадку и заплакала. Николай подбежали к ней и, тряхнув за плечо, спросил:

- Где остальные?

Она только махнула рукой вниз, не переставая плакать.

- Жди здесь! Боря, быстро туда! - и первым помчался по лестнице.

Через четыре пролёта они увидели двоих, из команды диггеров. Каждый из них удерживал свою рукоятку, не давая возможности открыть дверь, тем, кто находился с другой стороны. Повернув головы на звук бегущих людей, они узнали Николая с Борисом. Первый сразу сообразил, что долго им дверь не удержать. Скинув рюкзак, он вынул из него провод, который прихватил из мастерской электриков.

Запор на дверях был устроен так, чтобы их открыть, ручки нужно было повернуть в противоположные стороны. Поэтому он решил связать их между собой, тогда дверь с той стороны не открыть какое-то время. Коротко объяснил ребятам, что он хочет сделать, принялся привязывать провод к верхней рукоятке. Потом стал оборачивать его вокруг нижней ручки. Закончив с первым проводом, то самое стал проделывать со вторым. Ребята убрали руки, и отошли в сторону, не мешая Николаю вязать третий провод. Теперь пусть помучаются открывать. Дверь толстая, пуля не пробьет, так, что время у них есть.

Николай выпрямился и повернулся к диггерам.

- Где ещё двое?

- Наверное, погибли, - ответил тот, который, похоже, был у них главным.

- Что значит, 'наверное, погибли'?

- Когда мы убегали, то по нам стреляли.... Эти упали.... А так, как они бежали сзади, то мы сразу не заметили.... А когда оглянулись, возле них уже остановились те, кто за нами гнался. Вот, - сбиваясь, проговорил второй.

- Кто были те, кто по вам стрелял?

- Мы толком и не поняли. Только залезли на объект, - тут он остановился, а потом продолжил, - как там же появились и они.

- Охрана?

- Не похоже. Скорее всего, они тоже стремились туда попасть со своей целью. А тут мы.

- У вас же было оружие!

- Только пистолет остался, да патроны закончились. Автомат и второй пистолет у тех ребят был.

В это время за дверью раздался сильный скрежет.

- Быстро наверх. Проволока долго не выдержит. Надо выбираться на улицу, - распорядился Николай, подталкивая ребят на лестницу.

Девушка так и сидела на площадке, уткнув голову в колени и тихо плача. Её друзья сели рядом и что-то тихо говорили. Возможно, одним из погибших, был её парень.

- Нет времени, нужно уходить, - поторопил Николай.

Ребята помогли девушке подняться и, поддерживая с двух сторон, повели вверх. Николай с Борисом их опередили и вкратце рассказывали Олегу о том, что там произошло. Тут подошли и горе - диггеры. Надо отдать им должное, в суть проблемы вникли быстро.

- Болторез остался где-то внизу, а то с ним бы легче было ломать пластины, - сожалел Саша, как он им назвался при взаимном знакомстве. Того, который был у них за старшего, звали Володей.

Снизу усилились раздались удары по железу. Все стали тревожно прислушиваться к доносившимся оттуда звукам. Девушка снова заплакала.

- Олег, бросай эту бесполезную работу, будем рвать! Все на два пролёта вниз! Боря, помогай мне.

Оставив всё лишнее с ребятами, они приступили к делу. Гранаты были толще, чем промежуток между пластинами. Пришлось стволом "американца" их раздвигать. Воткнули одну, привязали к кольцу провод. Усики пока разгибать не стали, а растянули провод, чтобы убедиться, что осколки их не заденут.

Борису ни разу не приходилось иметь дело с гранатами, поэтому, завершить дело взялся Николай. Аккуратно разогнул усики взрывателя. Граната была зажата между пластинами крепко, так, что при рывке должно выскочить кольцо, а не она. Взяв в руки провод, Николай стал спускаться по лестнице, следя за тем, чтобы он ни за что не зацепился. Если осколки и полетят в их сторону, то никого не заденут. Потихоньку стал выбирать слабину. Когда почувствовал, что провод натянулся, приказал открыть рты, чтобы не оглушило в этом замкнутом пространстве. Сделал то, что и они, он дёрнул провод. Слышно было, как щёлкнул взрыватель. Спустя пять секунд взорвалась граната. Звук был слабее ожидаемого. За их спину прилетело пару осколков, не больше.

Почти наперегонки они подбежали к месту, где закрепили гранату. Взрывом оторвало четыре пластины, а пятая держалась на честном слове. Дважды ударили по ней затыльником автомата, после чего оторвалась и она. Взявшись за концы, они отогнули пластины на метр, как раз до следующей вертикальной стойки. Получившаяся щель была сантиметров двадцать пять - тридцать. Чтобы пролезть, этого было мало. Решили повторить. Закрепили гранату между второй и третьей пластинами, считая от получившейся дыры.

На этот раз, подорвать гранату взялся Борис, под контролем Николая. Сложностей никаких не возникло, взрывом оторвало четыре пластины. Проём получился не меньше полуметра. Сквозь него вполне мог протиснуться любой из них. Сетка от взрыва порвалась на куски и после нескольких ударов затыльником автомата, оторвалась, и больше не мешала им выбраться наружу.

Просунув голову, осмотрелись. На улице было пасмурно, по всему чувствовалось, скоро дождь. Из людей никого не видать. Действительно, их подрывные работы не привлекли ни чьего внимания. Только внизу участились удары, так, что дверь, похоже, долго не продержится.

- Всё. Можно уходить, - крикнул Николай, подойдя к краю лестницы. Потом он с Борисом поспешил вниз забрать своё снаряжение. Поднявшись обратно, они увидели, что ящики пригодились, как нельзя кстати. Только с них и можно было вылезти наружу. Первым отправили Олега, следом Сашку. Олег обеспечивал наблюдение и охрану, а Саша принимал того, кто пролазил через воздухозаборник. Потом помогли выбраться Оксане и Володе. Когда Борис уже пролез наполовину, снизу раздалась автоматная очередь. Звук выстрелов изменился, значит, преследователи прорвались в шахту. Он, было, хотел вернуться обратно, но Николай его буквально вытолкнул наружу.

- Олег, Боря, уводите всех вправо, за деревья. Я сейчас.

Он выбросил в проём всё лишнее, и подбежал к ограждению. Снизу слышался торопливый топот нескольких человек по лестнице. Николай вытащил две оставшиеся гранаты и разогнул усики. Выглянул за перила, прикидывая расстояние до преследователей и выдернув кольца, бросил одну за другой обе гранаты. После взрыва и раздавшихся воплей, разрядил в них весь магазин. И быстро побежал к выходу. Начал протискиваться, и тут ему помогли сразу четыре руки.

- Вы, почему здесь? Я вам, где сказал быть? - крикнул он Борису и Олегу.

- Ничего ты не говорил, - ответил за себя и напарника Борис, - ты только сказал отвести их, а про то, чтобы мы там оставались, ни слова.

Последние слова он произносил, когда они уже завернули за венткиоск, направляясь к месту, где остались диггеры. Но там никого не оказалось.

- Вы точно их здесь оставили?

- Конечно, вот же наши рюкзаки лежат.

- Так, хватаем их и убираемся отсюда быстрее!

- Мы, что не будем их искать?

- Олег, ну ты и выбрал время играть в прятки... Ходу отсюда!

Подобрав снаряжение, они рванули в проход между домами. Добежали до угла и Борис, выглянув, осматриваясь. Несколько человек удалялись слева. Вправо проехала машина. Они перебежали улицу и через огромную арку попали во двор большого дома. Попытались забежать в ближайший подъезд, но он был закрыт. Повторили попытку со следующим, но и в него не смогли попасть. Впрочем, и не удивительно. Судя по мемориальным доскам, дом не для простых жителей. Скорее всего, там консьерж сидит, или охрана. Пробежали мимо него и слева увидели такой же зелёный двор, где вылезли на поверхность. Свернули туда и, пробежав между деревьями, заскочили в первый попавший подъезд ближайшего дома. Кодовый замок был, но дверь оказалась открыта, видимо по причине отсутствия электричества. Не останавливаясь, поднялись по лестнице на последний этаж, и обессиленные свалились на ступеньки. Николай, словно опомнившись, вскочил и осторожно подошёл к окну, дабы убедиться, что возможная погоня не идёт по их следам.

Прошло минут десять. Ничего, напоминающего погоню, не обнаружилось. Он вернулся на место, а пост у окна занял отдохнувший Борис.

- Я думаю, нам нечего бояться. Те "стрельцы" о нас и не догадываются, а гонятся только за диггерами. Тем более, как я понял, они сами какие-то мутные. Вряд ли они с оружием будут прочёсывать центр города, - успокоил всех Олег.

- Да, возможно ты и прав, - согласился с ним Николай, - но нам бы от этого легче не стало бы. С нами никто разговоры не стал бы разговаривать. Так, что жалеть не буду, что пришлось забросать их гранатами. Пацаны остались живы, и то хорошо.

- И они, скорее всего, уже далеко.

- Почему же они убежали, не попрощавшись?

- Может, испугались, когда узнали, что те прорвались в вентшахту?

- Мне кажется, здесь что-то другое. Боялись, что мы захотим узнать, куда же они залезли, что из-за этого погибли ребята, а за остальными началась настоящая охота.

- Если бы ты узнал, куда они стремились попасть, пошёл бы тоже? - спросил Борис.

- Нет, если это только не библиотека Ивана Грозного, - ответил Николай.

- А вдруг они проникли на одну из станций Метро - 2?

- Мне-то оно зачем?

- Совсем не интересно?

- Ты же знаешь, что сделали с любопытной Варварой? Вот здесь, тот самый случай во всей наглядности. Только с ещё худшими последствиями.

- Что дальше делать будем?

- Олег, ты же так хотел выбраться наверх и идти домой, а теперь уже не знаешь, чего хочешь?

- Да знаю я. Только не понятно, как всё это применить на практике. Дворами и закоулками до Подбельского долго идти. А мосты через Яузу? Вдруг везде посты понаставили. Без обыска могут и не пропустить. Тогда всё это, - и он показал на лежащие у ног рюкзаки и автоматы, - придётся прятать где-то здесь.

- Да и мне с Николаем нужно реку пересекать по мостам. Так, что проблемы у всех одинаковы.

- Как вариант, вот что предлагаю. Вскрываем чердак, прячем всё лишнее и идём посмотреть, как обстоит дело с мостами и дорогами. Как вам это? - спросил Николай, оглядывая каждого по отдельности.

- Совсем без оружия идти? - уточнил Борис.

- Вообще-то, хорошо бы совсем. Но, пистолет и гранату лучше взять. Если что, сразу сбросить можно.

- Каждый сразу идёт своей дорогой или все вместе разведываем каждый путь по очереди? - заинтересовался Олег.

- Второй вариант совсем смешным выглядит, не находишь?

- Значит, каждый сам за себя?

- Давай так. Цель предусматривает средства для её достижения. У нас она была одна на всех: выбраться наверх. И у каждого ещё есть своя: добраться до дома. Итог: первая цель достигнута. После чего наступает очередь второй, индивидуальной. Верно? - Николай уставился взглядом в Олега.

- Да, всё правильно. Но трое суток блужданий под землёй приучили действовать командой. Хотя у Бориса неплохо получалось и в одиночку.

- Блин, Олег! Давай говори прямо, чего ты хочешь, в 'отгадайку' играть не собираюсь! - не на шутку разозлился Николай.

- Как я понимаю, - вмешался Борис, - Олег один и без оружия очкует идти домой.

- Я не очкую! - вскочив на ноги, воскликнул Олег.

- Тогда мы тебя слушаем, не тяни кота за хвост.

- Я не думаю, что в Москве сейчас идут аресты и расстрелы. Так, что до дома доберусь, ни куда не денусь. Просто подумал, а что я потом стану делать? В институте каникулы. Пока не работаю. Если нет электричества, то за компом не посижу, телик тоже не посмотреть. Скучно....

- А о родителях ты подумал? Трое суток от тебя никаких известий. Уверен, что будь дома свет, то они бы не телевизор смотрели, а тебя выглядывали, не смыкая глаз, - как неразумному дитяти выговаривал Николай.

- То, что я должен быстрее добраться, это само - собой. А вот потом не хочется просто так сидеть дома. Я бы ещё полазил бы где-нибудь.

- Похвальное стремление, ничего не скажешь. Напомни нам, сколько раз мы оказывались в шаге от гибели за эти три дня? Ты планируешь и дальше так скуку разгонять, правда? Тем более, как я уже сказал, у нас была цель подняться наверх. С трудом, но мы её достигли. А снова лезть вниз ради чего? Я ещё понимаю, когда идут в парк просто так погулять. Но во время войны спускаться в метро и бродить там бесцельно....

- А если такая цель появиться, пойдёте?

- Смотря какая. Но если тебе нужно просто за компанию, то зови любого из своих друзей и шляйтесь где хотите. Да, и вот ещё что. Как я понял, связи пока не работает, во всяком случае, мобильная. Рации не достанут. Как ты собираешься с нами связываться, голубей посылать?

- Над этим я пока не подумал....

- Вот - вот. Ты пока подумай, а мы вскроем чердак, надо же спрятать лишнее.

Замок оказался не сложный, справились быстро. Пластиковый хомут - пломбу разрезали, чтобы потом, расплавив зажигалкой, соединить вновь. На чердаке хлама почти не было, но укромное место всё же нашлось. Избавившись от лишних вещей, закрыли люк. Обменялись телефонами, адресами и стали спускаться вниз.

Погода стала меняться. Солнце скрылось за облаками, но дождь будет ещё не скоро, так, как облака светлые и очень высоко. Со двора вышли на улицу и оказались на углу Малой и Большой Бронной улицы.

- Мужики! Связь есть! - раздался радостный возглас Олега.

Двое обернулись на крик и увидели прямо перед собой руку, державшую мобильник, дисплеем к ним. Уровень сигнала был не полный, но достаточный для соединения. Каждый торопливо полез в свой карман за телефоном. Довольно давно они выяснили, что у всех троих разные операторы. Не факт, что их телефоны окажутся в зоне доступа. Почти так и вышло. У Николая уровень приёма был на пределе, а у Бориса совсем ничего не показывало.

Олег отошёл в сторону и оживлённо с кем-то общался. Николай только набрал номер и, прижав трубку к уху, ожидал ответа. Борис перешёл на другую сторону улицы и, вглядываясь в экран, старался найти место, где появится сигнал. Но, как он не крутился, ничего ему не удалось. Николай первым закончил говорить и убрал телефон.

- Всё хорошо? - спросил у него Борис.

- Да, всё в порядке. Мои на даче, а там у них ни большой воды, ни ракет и бомб не было. За меня переживали здорово, но теперь успокоились. А ты дозвонился домой?

- Нет сигнала.

- Так возьми мой, чего стесняешься, - и он протянул трубку Борису.

Поблагодарив его, отошёл в сторону. Телефон матери не отвечал, а отец ответил сразу. На душе сразу отлегло. С матерью тоже всё в порядке, у её телефона разрядился аккумулятор, а зарядное отца не подходит. Они по-прежнему в Турции. Должны были вернуться вечером того дня, когда всё началось. Вылетать собирались на самолёте, который должен был прилететь после обеда, что, по понятным причинам он сделать не мог. С отеля съехали на квартиру, так намного дешевле, ведь с собой денег много не брали, а с карточками проблемы. Система не работает. Сколько это продлиться - никто не в курсе. С несколькими москвичами собираются добираться на перекладных. Как именно удастся это сделать - не знают, но это вопрос одного-двух дней. Успокоил родителей, заверив их, что у него всё в порядке.

Вернул телефон, извинился перед Николаем за то, что пришлось воспользоваться международным роумингом. Олег не отнимал трубку от уха уже минут двадцать. Увидев, что двое приятелей смотрят на него, он закончил разговор и вернулся к ним.

- Ну, давай, хвастайся,- сказал ему Борис.

- Родители дома. Свет есть, вода тоже. Пара магазинов работает, рынок. Друзья тоже в порядке. Правда, о половине нет сведений.

Николай и Борис поделились своими новостями. Оживлённую беседу неожиданно прервал Николай.

- Эй, гляньте туда, узнаёте? - и показал рукой на левую сторону Большой Бронной. Обернувшись, они увидели трёх человек, перебегающих улицу. С удивлением узнали в них злополучных диггеров, по-английски их покинувших. Приятелей они не заметили, так как те стояли на тротуаре напротив универсама.

- За это время могли бы за Можай убежать, а они вот только где, - произнёс Борис.

- Значит, их что-то здесь держит, - добавил Николай.

- Намекаешь на то, что они снова вниз полезут? - спросил Олег.

- Я не удивлюсь, если они так и сделают, - ответил Борис.

- Даже после того, как час назад погибли двое друзей? Они, что, совсем больные на голову?

- Значит, "Париж стоит мессы", - не отрывая взгляда от того места, где скрылась троица, произнёс Николай, - пойдем, посмотрим.

Как они успели заметить, диггеры перелезли через невысокий забор из крашеных зелёной краской железных прутьев. Не раздумывая, Борис перепрыгнул его и побежал вперёд. Приятели последовали за ним. Забежав за угол кирпичного дома с мемориальной доской Покрышкина и следами от крепления ещё двух досок, он увидел, закрывающуюся дверь чёрного хода.

- Куда они делись? - спросил Олег.

- Вошли вон в ту дверь, - показал рукой Борис.

- Тьфу, а я-то думал, что они решили продолжить поиск приключений на свою "пятую точку"! - сплёвывая, проговорил Олег.

Ничего не ответив, Борис подошёл к двери. Взявшись за ручку, потянул на себя. Не заперто. Держа её открытой, он стал всматриваться в темноту лестницы ведущей в подвал. В тамбуре была ещё одна дверь, но она вела наверх. Откуда-то снизу донёсся глухой удар. Не раздумывая, Борис стал спускаться. Внизу была железная дверь с вырванным висячим замком. Открыв её, он оказался в коротком коридоре. Так, как сюда уже не попадал свет с улицы, пришлось достать из рюкзака фонарик. Впереди была дверь со штурвалом.

- Олег, догадайся с трёх раз, куда ведёт эта дверь? - с ухмылкой спросил Борис.

- Тольке не это! - простонал Олег.

- Что с тобой? Разве не ты полчаса назад уговаривал нас лезть под землю? - добавил от себя Николай.

- Я имел в виду вообще, а не конкретно и прямо сейчас.

- А кто тебе сказал, что мы прям сейчас туда собираемся спускаться? Да и в целом мы таких желаний не высказывали.

- Интересно, что их туда как магнитом тянет? - высказал вслух свою мысль Борис.

- И заметь, вылезая из одной дырки, сразу же полезли в другую, - добавил Николай.

- Как-то не верится, что прямо сразу с улицы, с обычного дома, можно попасть в метро, - засомневался Олег.

- Дом не совсем обычный. Насколько я помню, здесь жили члены Политбюро. Точно не помню кто, но чьи-то доски висели. Довелось проходить по этой улице. Тут рядом был Палашевский рынок, вот туда за семечками и ходил, после занятий.

- А что, вполне может быть. Я слышал, что из Брежневского дома был спуск в систему метрополитена, - согласился Борис.

- Вы так серьёзно всё это говорите, словно твёрдо решили пойти вслед за ними. Или просто вам хочется меня подурачить? - не унимался Олег.

- Если мы ринемся следом, то можем попасть под "дружественный огонь", как говорят пиндосы. Не думаю, что они нуждаются в попутчиках. Но чертовски интересно, куда они так с маниакальной настойчивостью стремятся? - всматриваясь в бронированную дверь, игнорируя его вопрос, произнёс Николай.

- Если рассуждать серьёзно, то опасно наступать им на пятки. А идти спустя какое-то время, просто бессмысленно. Мы не следопыты, чтобы ступать шаг в шаг с ними. Тут мы можем полагаться только наудачу, - продолжил тему Борис.

- 'Вот с того места поподробней', - также ответил цитатой Олег.

- Хорошо. Давайте взвесим все "за" и "против" на счёт того, спускаться нам снова вниз или нет, - начал Борис. - Домой мне можно не спешить, предки ещё за границей, у них свои проблемы и решать их они будут сами. Помочь им я не в состоянии. У Николая тоже нет срочной необходимости стремиться в Строгино, семья на даче и в безопасности. Остаёшься ты, Олег.

- Вообще-то, я пообещал, что скоро буду дома.

- Всё ясно. Впрочем, это не существенно. Теперь дальше. Стоит ли нам идти "туда, не знаю куда, искать то, не знаю что"? Что нам известно? - Компания диггеров узнала о чём-то, из-за чего полезла в метро при первой возможности. Гибель двоих единомышленников их не остановила, и они снова отправляются обратно. Непонятно одно, те, с кем они схлестнулись внизу, их конкуренты или они охраняют то место? Или случайно оказались на пути очень серьёзных людей? Мы легко можем оказаться в положении без вины виноватых, стоит только и нам попасться им на глаза, - закончил Борис и по очереди оглядел спутников.

Олег потоптался на месте, ничего не ответил. Николай, немного помедлил и ответил:

- Ситуацию ты обрисовал верно. Почти ничего не опустил. Ясно то, что территория поиска не охватывает всю Москву, а только её центральную часть. Или они ничего не ищут, а узнали про один тайный ход и хотят просто пройти маршрут из точки А в точку Б.

- Из-за этого не убивают, - возразил Олег.

- Убивают и за меньшее. Или они оказались не в нужное время и не в нужном месте, и от них решили избавиться как от нежелательных свидетелей. Если бы они нам рассказали хоть что-то, то половина, если не вся, вопросов бы отпала.

- Если мы пойдём туда, - Олег показал рукой на дверь в подземелье, - то нам придётся обшарить все ходы и закоулки. Будем всюду тыкаться как слепые котята. На ум приходит пример с чёрной кошкой в тёмной комнате.

- Круг поиска можно сузить до пределов Кольцевой линии, особенно западной половины. Мы их в первый раз встретили в районе Арбатской. Спасли здесь, на Патриарших. А откуда они бежали не знаем, но можно предположить, что искомое находится в этих окрестностях. Знать бы только, они достигли цели или были только на пути к ней? - закончил Борис.

- Ты всё это серьёзно говорил или это у тебя юмор такой? Какие-то придурки от нехер делать полезли в тоннели, а ты на этом выстроил целую теорию! - взвился на Бориса Олег.

- А может я и сам такой же придурок, но до сегодняшнего дня не знал об этом? - с улыбкой ответил Борис, - Насильно никого не тащу и не уговариваю. А просто рассуждаю вслух. Раньше любил разгадывать кроссворды, по словарям и энциклопедиям лазил, искал ответы. Вот и сейчас типа этого и получается.

- Тоже мне, сравнение. Одно дело, сидя на диване разгадывать кроссворд, а другое дело, лазить по тёмным и сырым тоннелям, где и на пулю можно нарваться.

- Но загадка-то существует.

- Не доказано.

Будем считать, что это я сам себя убеждаю. Пока до входа в тайну нужно сделать один шаг, - он снова показал рукой на дверь, - то я готов его сделать. А если сейчас пойду домой, то возвращаться сюда уже не захочется. Пока не пропал азарт, я готов спуститься в метро.

- Прям сейчас?

- Нет, конечно. Нужно будет вернуться на чердак за снаряжением. А когда стемнеет, идти сюда. А пока хочу попытаться достать продуты, батарейки, инструменты. Сменить кое, что из одежды.

- Как знаешь, но я пас. Буду добираться домой, как и обещал родителям. А то, как им объяснить, что едва вышел на поверхность, снова поле вниз. Не обижайся, Боря.

- Да ни сколько. Троим сложнее остаться незамеченными, так, что так будет только лучше.

- Я даже не знаю, чего мне больше хочется - в пустую квартиру или в метро? - медленно, как бы пробуя слова на вкус, сказал Николай.

- Я не настаиваю, готов пойти и один, что не скрою, хуже. Но и в первый день пришлось полазить одному, тем более, впервые. А сейчас какой-то опыт накопил, легче будет.

- Где ты собираешься доставать всё необходимое для дальнейшего путешествия?

- Не знаю. Пройдусь по улицам, может, что и придумаю.

- Тогда я с тобой, тоже порядком пообносился.

Развернувшись, они стали подниматься по лестнице. За последние полчаса стрельба, которая была еле слышна, приблизилась. Автоматные очереди разрывали непривычную для Москвы тишину. Стреляли где-то в районе Маяковки или Белорусской.

- Это нам на руку, - прокомментировал перестрелку Борис, - Патрули устремятся туда и не помешают нам заняться поисками всего необходимого.

Оказавшись снова на улице, они увидели возле супермаркета небольшую толпу людей. Подойдя ближе, стала понятна причина, собравшая здесь людей. Компания молодых людей в куртках с капюшонами, громила витрины. Изнутри магазина по ним стреляли из травмата охранники, но должного эффекта это не давало. Либо они промахивались, либо под одеждой у нападавших, была какая-то защита.

Борис рекомендовал своим спутникам держаться ближе к проделываемому входу, чтобы не опоздать прихватить подходящих припасов.

- Ты что, мародёрить собираешься? - почти одновременно спросили его Николай и Олег.

- Скажем так. Я возьму то, что мне нужно и даже оставлю деньги на кассе. Даже если там не будет кассира.

- Если тебя прихватят на улице, это не поможет.

- Значит, постараюсь не попасться.

- А не проще ли купить?

- Я только "за", но где ты видишь открытые магазины. А у меня нет времени заниматься их поисками. Да и цены, наверное, взлетели до небес, что никаких денег не хватит, объяснил Борис, и добавил:

- Олег, пока ты с нами, бежишь к кассам и набираешь батарейки, зажигалки, шоколад и шоколадные батончики, жвачку, мятные леденцы. Ссыпай всё в пакеты, они на кассе должны быть. И жди нас во дворе дома, где спуск в метро. А мы вглубь магазина побежим. У нас не больше десяти минут, но лучше бы уложиться в пять.

Пока они разговаривали, стоя у глухой стены магазина, стрельба изнутри прекратилась, и первые грабители ворвались внутрь. Трое приятелей последовали за ними. Для начала побежали в отдел сопутствующих товаров. Там схватили по большому школьному ранцу, чтобы было, куда сложить припасы. Разделились, и каждый побежал по соседним проходам.

Воняло в магазине ощутимо. Холодильные прилавки, оставшиеся без электропитания, и заполненные замороженной продукцией оттаяли. В том углу, где лежало мясо, куры и рыба, вонь стояла такой силы, что даже пробегать рядом было сущей мукой. Разбитые окна притоку свежего воздуха не способствовали, так как сквозняка не было.

Борис бросил в ранец банки с мясными и рыбными консервами, и несколько палок сухой колбасы. Николай стал набирать продукты, которые не требуют готовки, а только, чтобы залить их кипятком. Потом он вспомнил про чай в пакетиках, и вернулся, чтобы взять по упаковке. Напротив чайной витрины полки были заполнены разнообразным кофе. Выбрал самое дорогое из растворимого. Не забыл и сухариков с галетами и пачку рафинада. По пути попался стеллаж с товарами для кухни. В ранец полетели несколько вилок и ложек, туда же отправилась парочка ножей и кружек из нержавейки. Нашлись и парафиновые свечи. Подумав, что сухари ещё надоедят, а свежего хлеба они уже давно не ели, взял упаковку уже нарезанного.

Пяти минут хватило, чтобы наполнить ранцы доверху. Так, как это был магазин не из дешёвых, то продукты были выложены на полки поштучно. Никаких ящиков и коробок не стояло, что вызвало затруднение у основной массы мародёров. Люди стали хватать разные банки пачки, но в руках много не унесёшь. Тогда они побежали к кассам за пакетами, где из-за них начались стычки. Банки полетели на пол, стеклянные разбивались, и в воздух поднялась пыль растворимого кофе.

Особо нервные "покупатели" встретились у витрин с дорогим спиртным, который был в соседнем проходе, от Николая. Он завернул сюда, чтобы взять бутылку водки, необходимую для профилактики простуды, если вдруг придётся снова лезть в холодную воду. Ему повезло обнаружить водку в сувенирных алюминиевых фляжках, окрашенных в защитный цвет. Теперь можно не опасаться, что разобьются.

За текилу, виски и коньяк схлестнулось с десяток ценителей благородных напитков. От словесных угроз и отталкиваний, дело дошло до ударов по рукам и головам. По торговому залу стал распространяться вкусный запах коньяка. Потом, когда об керамический пол разбилось виски и текила, в воздухе стали преобладать самогонные "ароматы".

Когда он укладывал фляги в ранец, из-за спины высунулась рука и ухватившись за лямку, потянула на себя. Николай только и успел, что схватиться за вторую лямку. Выпрямляясь и оглядываясь, он увидел, что на его собственность посягнул один из тех. кто крушил витринные стёкла.

- Чего наглеешь, парень? Тебе мало магазина? - крикнул ему Николай.

Тот ничего не ответил, пытаясь вырвать ранец из руки Николая. Видя, что силы не достаточно, он перехватил рюкзак в левую руку, а правой вытащил из кармана нож. Щёлкнула кнопка и на свет появилось узкое лезвие. Сходиться с ним врукопашную Николаю совсем не хотелось. Поэтому, не долго думая, он вынул пистолет и всадил пулю наглецу в правое колено.

Выстрел, прозвучавший в шуме и криках заполнивших магазин людей, всё же был услышан всеми. Шум сразу стих, но его тут же заменил крик завалившегося на спину незадачливого грабителя. Отпустив ранец, он держался обеими руками за ногу и орал от боли. Его соучастники, застыли с бутылками в руках. Потом один из них, перехватил бутылку за горлышко и замахнулся на Николая. Тому ничего не оставалось делать, как выстрелить в потолок и крикнуть:

Ша! Тому, кто дёрнется, всажу пулю в лоб!

Храбрецов не нашлось. Подхватив ранец, Николай поспешил к выходу. Борис, к тому времени уже находившийся на улице, после выстрела поспешил обратно. Увидев, что Николай торопиться ему навстречу и в руках у него оружие, всё понял и не стал задавать ему в данной ситуации никаких вопросов.

Быстро добежали до нужного дома, и убедившись, что за ними никто не последовал, вошли в дверь. Олег уже сидел на ступеньках и запивал шоколад каким-то энергетическим напитком.

- Молодец! Самый первый управился, - похвалил его Борис.

- Борь, ты снаряжение и инструменты собирался 'купить' таким же образом?

- Сначала надо найти торговую точку, а там поглядим, какая форма оплаты у них в ходу. Олег, если ты не торопишься домой, подожди нас здесь и посторожи вещи, а мы быстро пробежимся по окрестностям и доберём того, без чего не стоит вниз соваться.

Выбежали со двора и повернули влево. На улице стемнело, хотя времени до захода солнца ещё было рано. Поднялся ветер. Подняв голову, они увидели, что всё небо затянуло тучами и до дождя остались считанные минуты. Может это и к лучшему, меньше народу на улице окажется.

К месту, куда стремился Борис, ближе было бы другой дорогой, но она пролегала мимо супермаркета, где, судя по прозвучавшим коротким автоматным очередям, донёсшимся оттуда, происходило что-то нехорошее. Он мысленно похвалил себя за то, что они успели вовремя "смыться". Срезая путь через соседний двор, они спугнули одного, с виду солидного мужика, который пристраивался за кустами для "удовлетворения большой физиологической потребности"

- Вконец народ обнаглел, в центре Москвы с...т во дворах, а с виду приличный, - возмутился Николай на бегу.

- Ты бы сам на его месте так делать стал.

- С чего бы вдруг? У меня дома, что, туалета нет?

- А толку от него без воды. Или так и оставишь, унитаз не смытый?

- Чёрт, я как-то не подумал. Так, это через неделю в Москве не продохнёшь от дерьма в каждом дворе.

- Ага, и шагу не ступишь, чтобы не вляпаться.

Перебежали через дорогу и оказались во дворе, где в полуподвальном помещении был магазин "Всё для отдыха". Спуск по лестнице был закрыт сверху и сбоку, поэтому с улицы никому не было видно, как они вскрывали дверь. С некоторой опаской вошли в магазин, хотя и знали, что сигнализация не сработает по причине отсутствия электричества.

Было темно, но налобный фонарь с новыми батарейками давал достаточно света, чтобы убедиться, что товар с магазина не вывезен. А может и некому вывозить.

Первым делом выбрали по семидесяти литровому рюкзаку. Борис выбрал зелёный, а Николай синий. Хотя, какая разница, ведь под землёй они оба станут одного цвета - грязного. Сразу каждый оснастили питьевой системой. Потом у них вышел спор, что брать: спальник или "пенку"? Каждый приводил веские аргументы, которые не убеждали другого. В итоге, остались при "своих". Николай отнёс к рюкзаку спальный мешок, а Борис двухметровый туристический коврик. В ту же кучу полетела бухта реп шнура, карабины, ещё по налобному фонарю, топорик, фомка. Потом дошла очередь до снаряжения. Разделись догола и сменили всю одежду. Под низ - термобельё, так, как, не смотря на то, что на дворе июль, в метро прохладно. Пришлось заодно и переобуться. Обувь, которой пребывание в грязной воде на пользу не пошло, пришлось выбросить. Не удержались и обзавелись хорошими мультитулами. Когда они крутили головами и гадали, чтобы ещё полезного взять, в луч фонаря попала витрина с радиостанциями. Выбрали три комплекта и дополнительные батареи.

Ещё набрали сухого горючего, не век же им с керосинкой ходить, а газовую горелку брать не стали, маленькие баллончики заканчиваются быстро, а большие таскать неохота. Заодно взяли самый маленький костровой набор из двух котелков и сковородки. Также до кучи добавили литровый термос из нержавейки. Посовещавшись, решили взять с собой ещё один комплект одежды и снаряжения для Олега. Пусть сменит свою грязною одежду, чтобы сильно не напугать своим видом родителей.

Обходя торговое помещение, Борис, рассматривая всякую мелочёвку на витрине, увидел себя в зеркале.

- Коля, ты не видел, случайно у них есть вода?

- В кране точно нет, а в куллере есть. И ещё парочка полных баллона возле него стоят.

- Пойдём, польёшь мне, хочу голову помыть. А то она уже чесаться начинает. Заодно и побреюсь.

- А бриться-то зачем?

- Так и лицо тоже чешется, даже больше, чем голова.

- Где ты шампунь и станки возьмёшь?

- Передо мной витрина, как раз со всякой гигиеной.

Водные процедуры заняли немного времени. Николай не удержался и тоже помыл голову, а вот бриться не стал. Набрали ещё немного всякой мелочёвки, во фляги налили воды и вышли на улицу. Там вовсю лил дождь и похолодало. Припустили бегом, и через пять минут уже были на месте. Олег обрадовался подарку и спросил, почему и ему рюкзак не взяли.

- Тебе-то он зачем, грязную одежду и в пакете донесёшь до дома. Меньше внимания будешь привлекать. - Да, и как мне было надеть на себя два рюкзака? - пояснил ему Николай.

- Значит, вы меня не хотите с собой брать?

- Олег, чёрт тебя побери! У тебя семь пятниц на неделе! За два часа ты уже третий раз меняешь своё решение. Определись, наконец, окончательно. Ты с нами или домой?

- Да я сам до последнего момента не знал, что захочу. А как увидел на вас новую снарягу, так и позавидовал.

- А домашние как к этому отнесутся?

- Скажу, что остановлюсь у приятеля, мол не хочу сидеть в душной квартире, а у него дача с колодцем и генератором.

- Ладно, утрясай свои дела и переодевайся. А потом вернёмся на чердак и заберём остальное.

Легко сказать. Путь к нужному дому лежал мимо ограбленного супермаркета. Поэтому, снова пришлось делать порядочный крюк. Пошли налегке. Оказались свидетелями интересного зрелища. Жители домов, вместо того, чтобы прятаться от дождя, высыпали на улицу с различными ёмкостями и стали подставлять их под водосточные трубы, собирая в них дождевую воду. Понятно, что для питья и приготовления еды она не годиться, а для всего остального в самый раз. По дороге завернули в подвальчик, где Олег с помощью Николая выбрал себе рюкзак и спальник.

Пока они отсутствовали, никто на их снаряжение и оружие не покусился. У них возникли трудности с выбором того, что брать с собой, а что оставить. Решили в одну кучу класть то, что возьмут обязательно, а в другую, что можно оставить. В итоге, всё, за исключением касок, кастрюли и сковородки, которые они взяли ещё под Академией, оказалось в первой куче. Несколько раз её перебирали, но почти ничего не убавилось. Договорились, раз такое дело, то потащат всё. А естественный отбор- покажет, что действительно окажется необходимым, а что - балластом.

Когда возвращались назад, уже стемнело, а с темнотой стало слышнее стрельба, которая доносилась с нескольких сторон. Где-то на Пресне полыхало зарево. Судя по высоте, горела одна из башен Москва-Сити. Дождь уже не лил как из ведра, а только нудно моросил. Но добыча воды не прекратилась. У водосточных труб стояли молчаливые очереди, взволнованно наблюдая, как заполняется очередная ёмкость. Их маленький отряд никаких эмоций у уставших людей не вызвал.

Ещё на чердаке проверили и почистили оружие, заменили аккумуляторы в фонарях и ПНВ, подогнали на себе всё снаряжение. Броники тоже надели, не хватало ещё на улице напороться на случайную пулю.

Перед дверью в подвал уложили в рюкзаки продукты и мелочёвку, распределив всё поровну. Николай взялся за верхнюю рукоятку. Тут Олега разобрал хохот, да такой, что он сполз на ступеньки и не смог остановиться даже после того, как Борис постучал ему по спине, что в бронике было абсолютно бесполезно. Когда смех стал тише и появились паузы между приступами, Борис спросил у него:

- Что с тобой? Может тебе всё-таки домой пойти?

- Всё нормально. Просто представил, что мы вот такие все офигенно крутые и серьёзные открываем дверь, а там просто типа дворницкой с мётлами и лопатами для чистки снега. Из мебели только топчан, а на нём Оксана с ребятами, в общем, вы понимаете, чем они там .... хи-хи-хи... А тут мы ...хи-хи, в поход, как на войну собрались... хи-хи-хи-хи, - у него снова начался хохот, но уже не такой продолжительный.

Подождали, пока он успокоиться и порекомендовали попить воды и положить в рот пару жвачек. Николай снова взялся за рычаг и, оглядываясь на Олега, открыл дверь. Естественно, никакой дворницкой там не оказалось. За дверью была небольшая площадка и ступеньки, полого уходящие вниз. Борис на "авось" щёлкнул выключателем, но чуда не произошло. Приблизительно через двадцать ступенек была следующая площадка и поворот влево. Дальше спуск никуда не отворачивал.

Тоннель, в который они вышли спустя минут пять, ничем примечательным не выделялся. Тюбинги из железобетона, несколько кабелей на кронштейнах, редкие светильники по потолку. На полу, покрытому толстым слоем пыли, выделялась только дорожка следов, оставленная тремя парами ног. Шаг был длинный, значит, ребята сильно торопились. Знать бы, только куда.

- Стойте! Тихо, не разговаривайте, - приказал Николай.

Все остановились, как вкопанные. Борис так и застыл с поднятой ногой.

- Слышите?

Откуда-то доносились редкие звуки, напоминающие постукивание.

- Кажется, стреляют... - предположил Олег.

- Что-то не похоже..., а впрочем.... - Борис весь превратился в слух.

Но больше никаких звуков не было. Прошло минут пять, и они осторожно, пользуясь только "ночником", отправились дальше. Тоннель закончился, влившись в другой, проходящий перпендикулярно первому. Следы тройки диггеров смешались с другими, имевшиеся в обоих направлениях. В какую сторону идти, оставалось только гадать или полагаться на случай. В прибор было видно, что и правый и левый тоннель через сто метров делали повороты. Не дождавшись никаких подсказок, пошли влево.

Передвигались не спеша, стараясь не издавать никаких звуков. Борис, шедший сзади, поминутно оглядывался. Пару раз попадались скоб-трапы, которые вели к люкам на потолке. После внимательного осмотра с использованием фонарика, убеждались, что вверх давно никто не поднимался, или не спускался и двигались дальше. Признаков того, что стреляли в этой стороне, пока не обнаружилось.

На следующей развилке, высматривая следы, Николай на пару минут включил фонарик и присел, чтобы их лучше рассмотреть. В это время справа прозвучал одиночный выстрел, и пуля просвистела над его головой. Он мгновенно выключил фонарь и упал на пол, отползая назад. Остальные отпрянули за угол, доставая оружие. Борис, не включая ПНВ, присел на одно колено и осторожно, выставив вперёд ствол автомата, выглянул из-за угла. Чернота тоннеля не позволяла ничего увидеть. Включать прибор было опасно. Тут ему пришла одна идея. Олег был самый рослый из них, поэтому Борис шёпотом и обратился к нему за помощью.

- Олег, достань самый мощный фонарь.-

- Борь, ты что! По нам сразу и влупят! - так же тихо ответил Олег.

- Ты встань на цыпочки и вытяни руку как можно выше, а за угол высунь только фонарь. Прижми его к стене, направь в тоннель и только потом включи. А я постараюсь увидеть стрелка. Включишь по моей команде, а пока слушай в оба уха, мы сейчас, - сказал он и позвал Николая, отошёл на двадцать шагов назад. Николай отвязал от рюкзака скатанный спальник и, сложив его вдвое, накрыл автомат Бориса. Тот, в свою очередь, просунул под него руки, словно решил зарядить фотоплёнку в кассету, передёрнул затвор, досылая патрон. Следом, повторил процедуру заряжания и Николай.

Также тихо они вернулись обратно.

- Ну, как там? Тихо?

- Да, ничего не слышно. Может тот стрелок ушёл...

- Вряд ли, не для этого он там сидит. Приготовься и не забудь, что включишь, когда скажу.

Борис снял рюкзак, поправил каску и бронежилет, лёг на пол и осторожно ползком добрался до угла тоннеля. Не высовывая головы, прислушался и пытался приноровиться для стрельбы левой рукой. Было очень неудобно прицеливаться. Жутко не хотелось высовывать голову даже на миллиметр. Кое-как приноровившись, он затаил дыхание и сказал:

- Олег, давай!

В ту же секунду, мощный луч прорезал темноту тоннеля и высветил метрах в ста-ста пятидесяти, фигуру человека, со стволом какого-то оружия, направленного в их сторону. Вероятно, ослеплённый, он не успел выстрелить первым. Борис, как смог прицелился и послал по нему две короткие очереди. Человек упал, и выстрелил в ответ, целясь в фонарь. Борис ещё послал несколько пуль в его сторону. Вдруг, откуда-то прозвучали автоматные очереди. Стреляли, особо не целясь, явно стремясь прикрыть огнём своего.

- Олег, пошарь фонарём по тоннелю, не видно, откуда стреляют, - уже не таясь, сказал вслух Борис.

Сразу же луч фонаря заметался по узкому тоннелю, высвечивая то пол, то потолок, перебегал от стены к стене. Пару раз он осветил человека, выглядывающего из какой-то ниши или тоннеля. Борис перевёл автомат на одиночный огонь и выстрелил в него, целясь по ногам. Выпустив несколько пуль в ответ, тот спрятался. Прекратил стрельбу и Борис, отползая назад.

- Хватит, Олег, выключай. Надо уходить. Не зная цели - не вижу смысла прорываться с боем, не пойми - куда.

- Ты попал в кого-нибудь? - спросил Николай, так как сам ничего не видел.

- Кто его знает. Крика не слышал, может в первого и попал, тут расстояние маленькое и он не за укрытием.

- Как думаешь, это здесь стреляли? Помнишь, мы тогда что-то такое услышали?

- Понятия не имею. Во всяком случае, больше никого в тоннеле не заметил. Возможно, они убежали в левый тоннель.

Борис забросил рюкзак на спину и торопливым шагом они направились в обратную сторону. Шли, поминутно оглядываясь. Вариантов, куда идти больше не было. О том, чтобы подняться наверх и разойтись по домам, никто даже не заикнулся. Каждый ломал голову над тем, по какой причине по ним открыли огонь на поражение, стоило им только показаться в тоннеле?

Поравнявшись со скоб-трапом, Николай остановился и поднял голову, всматриваясь в люк.

- Борь, последи за тылом, а я поднимусь, проверю, что там.

- Давай, только по быстрому, - ответил Борис и присев на одно колено, направил автомат в ту сторону, откуда они ушли. Николай без рюкзака быстро взобрался вверх и поднатужившись, поднял люк и сдвинул его в сторону. Затем вылез по шею, осмотреться.

- Ну, что там, - с нетерпением в голосе, спросил Олег.

- Какая-то ниша, надо проверить, что за ней, - и он полез дальше. Вернулся через пару минут, задвинув люк на место.

- Над нами тоннель метро, вдали стоит поезд. Людей не видать, наверное, давно уже ушли.

- А какая это линия?

- Я так прикинул, выходит, что Серпуховская.

- Точно?

- Да.

- Полезем туда?

- А смысл?

- Тогда пошли дальше.

По второму скоб-трапу уже поднялся Борис. Из небольшой комнаты уходила вверх вертикальная шахта с железной лестницей. Явно, что до самой поверхности. Решили, что этот выход ведёт тоже в какое-то здание. Проверять, в какое именно, не стали и продолжили путь дальше.

Как только прошли ответвление, по которому спустились сюда, сбавили ход и стали очень внимательно рассматривать тоннель снизу до верху. Сначала смотрели в ПНВ, а когда убеждались, что до поворота никого нет, кто-нибудь один включал фонарь. Наконец тоннель привёл их к закрытой двери. Обследовав её, обнаружили следы недавнего открывания. Ржавчина ещё не успела покрыть свежие царапины.

Чтобы снова не нарваться на выстрел без предупреждения, договорились, что все одновременно поворачивают рычаги. Олег и Николай верхний и средний и укрываются за дверью, а Борис лёжа нижний. Приложив ухо к двери, пытались услышать что-либо, но там было глухо. На счёт 'раз-два-три', каждый повернул свой рычаг и потянул дверь на себя.

Скрипнув, та с трудом открылась. Никаких неприятных сюрпризов не последовало. В ПНВ Борис увидел небольшое помещение с двумя дверьми. По его команде Олег включил фонарь, продолжая оставаться за дверью. И при свете ничего опасного не заметили. Ещё раз оглянувшись, они вошли внутрь. Затем повторили процедуру с новыми дверьми. Везде было пусто. В том смысле, что не было людей.

За правой дверью был длинный коридор, уходящий вправо, за за левой было несколько комнат, больших и малых. Сами помещения были заброшены уже давно. Судя по оставшейся мебели, плакатов, инструкциям на стенах и обрывкам кабелей, это был какой-то командный пункт, возможно со времён войны. Никаких запасов продовольствия и снаряжения. Да и вообще, ничего ценного или интересного не осталось. Зато обнаружилось, что объект посещали диггеры, и довольно-таки с давних пор. На самой ранней газете, на которой оставались остатки закуски, была дата 17 июня 1990 года. Судя по датам изготовления, присутствовали следы и более поздних посещений, в виде пустых банок и бутылок из под пива и водки.

Нашли второй выход и прошли по нему до решётки, за которой был тоннель с рельсами, блестевшими от частого использования. Олег с Борисом повернулись к Николаю и не задавая вопроса, молча ждали от него ответа.

- Блин, да вы даёте. Я, что, офигенный знаток подземелий?

Видя, что они не вступают с ним в дискуссию, он смирился и стал что-то бормотать себе под нос, при этом, загибая пальцы.

- В общем так, насколько позволяет моё пространственное воображение, то перед нами Замоскворецкая линия. Перегон между Тверской и Театральной. А объект, откуда мы только что ушли, это недоделанная станция Советская, напротив Мэрии. Потом её в войну переделали в какой-то командный пункт.

- Вот, а ты прибеднялся. Предлагаю проверить тоннель до обеих станций, если только он не перекрыт, как Арбатская, - предложил Борис.

Возражать никто не стал. Вскрыв замок, они пошли влево, к Тверской. Откуда-то слышался запах дыма. Пахло горящим деревом или бумагой. Значит, это не в тоннеле, так, как шпалы пропитаны креозотом и горят с неприятным запахом. Скоро впереди показался стоящий состав, не сумевший доехать до станции совсем немного. Двери с обеих сторон были открыты, в вагонах и кабине машиниста никого не было. Обошли состав и увидели перед собой станцию. Стараясь ступать не слышно, приблизились к платформе.

Что-либо увидеть, сходу не удалось. Центральный зал от платформы отделяли очень широкие пилоны, поэтому она не просматривалась насквозь. Было слышна какофония звуков, состоящая из музыки, громких разговоров треска ломаемых деревяшек. Олега оставили у портала тоннеля, а сами осторожно двинулись дальше. Почти в конце платформы, недалеко от эскалатора, горел костёр. Вокруг него и в стороне на диванах с вагонов, расположилось человек двадцать.

Восточная, а точнее, индийская музыка лилась из магнитофона, стоявшего на полу. Да и компания слушателей подобралась под стать ней. У парней были волосы собранные на затылке в хвосты, девицы в каких-то одеяниях, не-то сари, не-то пенджаби. На шеях у всех висели различные бусы, на запястьях разноцветные металлические браслеты. Чего-чего, а увидеть под землёй кришнаитов или буддистов было удивительно.

- Как считаешь, стоит с ними поговорить? - шёпотом спросил Борис.

- О чём? Спросить дорогу? Считаю, что незачем нам светиться без крайнего повода. Вдруг этот антураж просто маскировка.

- Ты так считаешь?

- Во всяком случае, не исключаю такой вариант.

- Хорошо, тогда уходим.

Вернувшись, по ходку они перешли в параллельный тоннель. И пошли вниз, к Театральной. Буквально через сто метров, Олег, идущий в пяти метрах впереди, громко вскрикнул, да так, что они сразу упали между рельсами, ожидая выстрелов. Но никто не стрелял. Тем временем, он ползком вернулся к ним.

- В чём дело, Олег? - тихо спросил Николай

- Там кто-то есть..., - дрожащим голосом ответил он.

- Точнее.

- Кто-то лежит под контактным рельсом.

- Далеко?

- Метров десять-пятнадцать.

Они замолчали, обдумывая ситуацию. Кто бы тот ни был, он их если и не увидел, то услышал. Может он сам их опасается, потому и залез под третий рельс. Надо что-то делать, не вечность же так лежать, уткнувшись в лоток между рельсами. А вдруг гранату кинет?

- Эй, кто ты там есть, отзовись! - крикнул Борис. В ответ только молчание.

- Слушай, приятель. Мы просто идём мимо, никого не трогаем, можешь нас не бояться. Как понял?

Снова тишина.

- Так, я сейчас отползу назад и стану за железный шкаф, который мы прошли только что. Включу фонарь и посвечу на молчуна, а ты Боря, если что, стреляй, - озвучил свой план Николай.

Так и сделали. Как только луч попал на незнакомца, Борис взял его на мушку. Но тот никак не реагировал на происшедшее.

- Похоже, это покойник, - произнёс Николай.

- Не убирай фонарь, схожу проверю.

Борис с трудом убедил себя подняться, но встать в полный рост решительности не хватило. Так он и шёл, прижимая подбородок к бронежилету, и стараясь не перекрывать луч от фонаря. Труп, а это действительно было так, лежал на спине, а вместо глаза была сплошная рана. Борис включил свой фонарик и позвал остальных, им теперь опасаться нечего.

Николай, как более опытный в таких делах, стал осматривать тело, ворочая его и осматривая вывернутые карманы комбинезона. Закончив, он выпрямился и повернулся к спутникам.

- Убили его в упор, больше суток назад, а потом ограбили. У него, скорее всего был бронежилет и шлем, поэтому и выстрелили в глаз. Потом всё это сняли и унесли с собой, также, как и оружие с боеприпасами, даже с карманов всё выгребли.

- А чей он, наш или Натовский, это можно определить?

- Такое снаряжение можно купить и в России, так, что ясность в это внести не смогу.

- Ладно, тогда уходим. Нам на заметку, что без страховки к себе никого на близкое расстояние не подпускаем, даже знакомцев-диггеров, если встретим.

На этом и порешили. Не оглядываясь, отправились дальше, уже не ставя оружие на предохранитель, а только убрав палец с курка. Но до Театральной не дошли немного. На подходе к станции стало слышно, как там происходят какие-то разборки на повышенных тонах. Дважды прозвучал выстрел из пистолета, видимо в потолок, потому, что шум малость поутих. У платформы стоял поезд. Из некоторых вагонов слабый свет падал на тоннельные тюбинги. Компания остановилась и стала обсуждать, как быть дальше.

Договорились, что соваться в места, где полно народу опасно. Даже нельзя дать знать об их пребывании под землёй. Так, что нужна по возможности полная скрытность. Опять же, непонятно было, куда идти дальше. Спереди и сзади на станциях хозяйничает какой-то сброд. Остался только вариант с неисследованным коридором на бывшем военном объекте. На этом варианте и остановились.

Обратный путь занял меньше времени. И вот они уже стоят перед очень серьёзной дверью, которую никак не получается открыть имеющимися у них инструментами. По-видимому, она закрыта с обратной стороны. Значит, тот, кто прошёл последним через эту дверь, решил исключить малейшую возможность, чтобы кто-либо проследовал за ним. 'А это неспроста', как говорил Пух.

О том, что дверью пользовались не в старые-стародавние времена, а буквально на днях, свидетельствовал кусочек ещё не сильно зачерствевшего серого хлеба и не высохшая 'попка' от огурца, кем-то выплюнутая. Видимо те люди торопились и ели на ходу.

Досконально обследовав дверь, пришли к выводу, чтобы пройти, её нужно рвать взрывчаткой или резать автогеном. От оставшихся у них гранат толку мало, нужно хотя бы пару двухсотграммовых шашек тола, чтобы вырвать петли. Махнув рукой, решили на сегодня с поиском обходного пути погодить, и так уже больше суток на ногах. Вернувшись на объект, нашли более-менее чистое помещение и решили остаться здесь на ночёвку. Да и поесть по человечески давно пора. Неизвестно, попадётся ли им ещё такое подходящее место в ближайшее время. Заодно и рюкзаки облегчатся, правда, на немного. Что ещё их очень удивило, так это возможность воспользоваться имеющимся санузлом по назначению. Видимо в трубах оставалась вода, с непонятно каких времён. Так, что они дружно согласились, что, всё, что ни делается - к лучшему.

Никакого дежурства выставлять не стали. Только завязали толстым проводом изнутри рычаги на дверях.

Наутро все встали вполне выспавшимися, значит уже втянулись в ритм подземной жизни. Наскоро позавтракав, отправились на поиски обходного пути. Не таясь никого, включили фонари и, распределив сектора, внимательно осматривали каждый сантиметр тоннеля, снизу доверху. Однажды, найдя ещё один люк, обрадовались, но, как выяснилось, преждевременно. Это оказался ещё один ход в тоннель Серпуховской линии. Решили было пойти по нему, чтобы там отыскать нужный ход, но отказались. Линия относительно новая, смысла делать из неё проход в более старый тоннель ни к чему.

И вот они снова, до рези в глазах всматриваются в места соединения тюбингов, обшаривают попадающиеся и непонятные по назначению ниши. Удивило то, что тоннель был сделан из разных материалов. Одни участки были сложены чугунными тюбингами, другие железобетонными. Были просто бетонные, а один боковой ход был сложен из красного кирпича. Скорее всего, поздние строители экономили время и средства, грамотно воспользовались наработками предков.

Но всё тщетно. Сколько раз уже было, когда на очередной крик: 'Кажется, я нашёл!', они бросались к тому месту, над которым стоял со счастливой улыбкой их товарищ. Но это снова оказывалось обманчивым.

Тоннель всё дальше и дальше уводил их от Тверской площади в сторону Нового Арбата. Дважды он пересекался с другими, но оба раза оказывались на поверку ходами из домов. Определить, из каких именно, не представлялось возможным, так, как снаружи висели замки. А устраивать стрельбу и привлекать к себе внимание - не хотелось категорически. Даже 'знаток Москвы', как именовали Николая друзья, не смог определить точно, где стоят эти дома. Единственное, что выявили, один дом был жилым, скорее всего Дом Композиторов, а другой служебным, в районе Газетного переулка или Никитской улицы.

Через три часа с момента выхода, они дошли до конца тоннеля. Перед ними была привычная дверь со штурвалом. Погасив фонари, осторожно её открыли. Николай заглянул в образовавшуюся щель и увидел двоих военных, сидевших у противоположной стены. Он тут же отпрянул обратно, боясь быть обнаруженным. Все замерли, прикрыв дверь, готовясь стрелять по ногам, если кто-нибудь пойдёт в их сторону. Но спустя и три минуты было тихо.

Снова приоткрыли и поняли, почему их присутствие осталось не замеченным. Два солдата, судя по стрижке под "ноль", сидели в наушниках от плеера и, видимо в такт музыки трясли головой и притоптывали ногой. Стало ясно, что дальше им хода нет. Особо не таясь, закрыли и задраили дверь. Отошли до ближайшего поворота и стали обсуждать, как быть дальше.

- По моим прикидкам, мы дошли до Арбатской площади или её окрестностей, - доложил Николай.

- А теперь куда, раз ничего не нашли, по домам? - задал риторический вопрос Олег.

- Я вот как думаю. Идём в обратную сторону и буквально носом роем весь путь до бункера. Где-то мы пропустили потайной ход. У меня чувство, что на глаза попалась подсказка, но я не придал ей значение. Мой косяк, признаю, - покаялся Борис.

- Сможешь, вспомнишь, где это было?

- Приблизительно. Но чтобы наверняка - нет. А вдруг мне это показалось или ничего там нет? Или он окажется не тем, что нам нужен. А мы по дороге туда пропустим то, что ищем. Поэтому, будет лучше, если мы досконально прощупаем весь путь.

- А если ничего не найдём, то что будем дальше делать? - опять сел на своего конька Олег.

- Вот тогда и будем думать. А теперь пошли.

Кроме налобников, дополнительно взяли в руки ещё по фонарю и стали медленно, шаг за шагом идти в обратном направлении, повторно осматривая тоннели. Понятно, что долго идти так невозможно, глаз 'замыливается'. Поэтому, после каждого часа они устраивали десятиминутный перерыв.

Шёл третий час их поиска теоретически возможного и не очевидного тайного хода. Позади большая половина пути. Решили, что привал теперь будут делать пятнадцатиминутный. И не через час, а через три четверти, иначе есть риск пройти мимо вероятного места. Удача, как ни странно, улыбнулась Олегу. Его робкий голос, которым он позвал друзей, остался бы не услышан, если бы он не повторился. Все, уже в который раз за сегодня, сгрудились возле очередного подозрительного места.

Но на этот раз, похоже, им воздаться за их труды. Часть левой стороны тоннеля, выложенного чугунными тюбингами, казалось, ничем не отличался от соседних. Но, если взглянуть внимательней, то обнаружиться, что один элемент, второй снизу, не соединяется болтами с четырьмя соседними.

- Борь, ты про это место говорил?

- Возможно, но не берусь утверждать с точностью. Помню, что глаз заметил какую-то странность, которой быть не должно. Но подумалось, что мне просто показалось.

Николай достал топорик и постучал обухом по тюбингу, прислушался к звуку. Потом тоже самое проделал с соседними.

Николай достал топорик и постучал обухом по тюбингу, прислушался к звуку. Потом тоже самое проделал с соседними. Незначительное отличие было, но это могло быть потому, что не было жёсткой связи между другими. Отвёртками из мультитулов стали прочищать швы. Потом, применив подходящие железки, стали раскачивать тюбинг. Мало-помалу, буквально по полмиллиметра, он начал выходить из стены. И вот настал момент, когда он рухнул вниз, едва не придавив Олегу ногу. Три головы одновременно устремились в образовавшийся проём. Свет фонарей осветил низкий, метра полтора высотой, тоннель, выложенный белым камнем.

У всех вырвался вздох облегчения. Друзья стали хлопать Олега по плечам, поздравляя его со столь важной находкой. Он не знал, куда деться от смущения.

- Может зря радуемся, вдруг это не тот тоннель, - наконец произнёс он.

- Главное, что он древний. Видишь, какими камнями выложены стены. Это потом, их стали делать из кирпичей, - просветил его Борис.

- Раз древний, то его могли давно разрушить или забетонировать. Или просто от старости обвалился. Вспомни, постоянно показывают про провалы в городе. И сколько потом туда машин песка высыпают.

- Согласен, и такое может быть. Когда убедимся в этом, тогда и разойдёмся по домам. А теперь, хватит болтать, мне не терпится увидеть, что же это мы откопали, - подытожил краткую дискуссию Николай.

Первым пролез внутрь Олег. Потом туда просунули все рюкзаки и остальное снаряжение, которое пришлось снять, когда вытаскивали тюбинг. Им ещё повезло, что он был не для путевых тоннелей, а для коллекторов, что гораздо меньше и легче. Иначе с помощью тех инструментов, что они имели, они бы вытащить не смогли бы.

Древний тоннель примыкал к современному под углом в тридцать-сорок градусов. Но не на одном уровне, а со смещением вниз. Так, что, возможно он, продолжался и на той стороне, если только не был разрушен во время строительства. Борис лёг на пол и посветил вглубь. Небольшой ход был, но по нему можно было пройти на другую сторону только ползком. Рюкзаки и всё остальное придётся тащить за собой на верёвке. Выпрямившись, рассказал всё, что видел.

- Вот как, - удивился Николай. - И в какую сторону нам нужно идти?

- Надо обдумать. Но мы забыли про главное, дырку так и оставим открытой? А то здесь, как проходной двор. Неприятно ходить, зная, что кто-то может сзади подкрасться.

- Весит тюбинг около сотни кило. Не представляю, как его изнутри присобачить на место.

- Да, и некого попросить, чтобы он помог с той стороны.

Шутку оценили, представив ситуацию. Отсмеявшись, Николай предложил одну идею. Выкрутить пробку посредине тюбинга, через которую закачивают цемент для герметизации. А в отверстие продеть всю медную проволоку. Сделать с той стороны что-то типа узла, и попытаться поднять его и вставить на своё место.

- Провод, как потом вытащить обратно?

- А зачем?

- Значит, он останется с той стороны как указатель 'Влезать здесь'?

- Блин, даже не подумал. Оставить как есть нельзя, и поставить на место не получиться. Что же тогда делать?

- Есть вариант. Почти как твой, только вместо проволоки берём верёвку. А вместо узла отвёртку или штырь. Привязываем не за средину, а со смещением, делаем натяжку, чтобы железка прижалась к тюбингу, и поднимаем. Вставляем его на место. Верёвку ослабляем, железка перевешивает из-за смещённого центра тяжести и висит в одну линию с верёвкой. Её тянем на себя и протаскиваем всё вместе внутрь.

Борис оглядел всех, ожидая вопросов, но Николай с Олегом в голове прокручивали услышанное и пытались представить, как это будет на практике.

- Да, уж, здорово придумал. Хочу добавить кое-что. Поднимать будет тяжело. Давай, просунем ещё одну верёвку и перекинем её через верх сюда. Поднимать будем в основном за неё...

- Погоди, Коль. Она не даст тюбингу сесть на место, а если и даст, то так и останется там прижатой, - перебил его Олег.

- Всё будет нормально. Сначала вставим нижний край. Потом эту верёвку выдёргиваем и притягиваем с помощью центральной.

На том и остановились, других идей не последовало. Тут и пригодилась верёвка, взятая из магазина 'Всё для отдыха'. Бориса, уже взявшегося за нож, чтобы отрезать два куска, буквально в последний момент остановил Олег.

- Не режь! Разматываем всю бухту и вставляем оба конца.

- Молоток, Олега. Мне бы и в голову не пришло, - похвалил его Борис.

- Да ладно, тебе вон, какая идея насчёт подъёма пришла. А тут только про верёвку.

Борис вылез обратно и стал привязывать длинный штырь, который в своё время подобрал в мастерской в метро. Тут краем глазом он заметил, что как справа из-за поворота, мелькнул свет от фонаря и пропал. Подумал, что показалось. Но потом уже свет от двух фонарей заметался по тоннелю. Он сразу сообщил об этом ребятам и лихорадочно заработал руками, торопясь успеть закончить работу.

- Кто-то идёт сюда! Всё, выбирайте слабину. Быстрее! - сам же, ухватившись за низ тюбинга, стал помогать поставить его на попа. Как только ему это удалось, он тут же присоединился к приятелям и они вместе потащили тюбинг вверх. Когда нижний край встал на место, Борис выглянул в оставшуюся щель. Вдали были видны лучи несколько фонарей, которые обшаривали весь тоннель, снизу-до-верху.

Выдернули верёвку, перекинутую через верхний край и тюбинг встал на место. Стали вытягивать второй конец, который со штырём, но он всё время упирался в край отверстия, а времени до подхода незнакомцев оставалось всё меньше. Николай просунул выпрямленную проволоку, и штырь по ней, как по направляющей вошёл внутрь.

- Пробка, где пробка? - затараторил Борис. Она нашлась под вытащенной верёвкой. Он вставил её в отверстие и стал осторожно ввинчивать, боясь, чтобы не перекосилась, а шла точно по резьбе. Через четыре витка пробка остановилась. Обхватив пассатижами, он стал вворачивать её дальше. Но и здесь не удалось закончить. Оставалось торчать сантиметра два. Впрочем, и этого достаточно. Без газового ключа больше не закрутить. Боясь звякнуть, Борис убрал инструмент и приложил ухо к тюбингу.

Ничего не было слышно. Только однажды, ему показалось, что чем-то звякнуло. Прошло пять минут. Выпрямившись, он сказал:

- Похоже, нам крупно повезло. Кто бы они ни были, и нас обнаружили, наше дальнейшее пребывание потеряло бы весь смысл. Если не хуже.

- Думаешь, они ищут то же, что и мы? - уточнил Олег.

- Дело в том, что мы сами не знаем, чего ищем.

- А теперь, нужно решить, в какую сторону идти. Или монетку бросить?

- Чего-то мне не хочется ползти через дыру на ту сторону, оставим на крайний случай, если ничего не найдём здесь.

- Хорошо, тогда пошли по этому тоннелю.

Смотали верёвку, собрали все инструменты, забросив рюкзаки за спину, тронулись вперёд. В полном снаряжении идти было тяжело, но не только из-за груза. Под ногами была многолетняя пыль, которая размокла от просачивающейся воды. Ноги постоянно скользили в этой субстанции, поэтому затруднительно осматривать тоннель и удерживать равновесие, так как пол имел слегка вогнутую форму. Воздух был влажным и затхлым. Зрительно не было заметно, но ноги чувствовали, что есть небольшой подъём.

Вскоре дошли до развилки. Справа примыкал более современный тоннель. На полу были видны следы нескольких человек. Судя по ним, люди прошли в их сторону и повернули направо, то есть, куда и они идут.

- Сходим, посмотрим, откуда они появились? - предложил Олег.

- Лишняя информация не помешает никогда, - согласился Борис. Николай только молча кивнул головой.

Идти пришлось не долго, минут пять. Перед ними была дверь, очень похожая на ту, которую они вчера не смогли вскрыть. Рычаги были связаны между собой капроновым ремнём и зафиксированы карабином.

- Смотреть будем или так поверите, что мы там ночевали? - спросил Борис.

- Верим, Боря, верим. А открывать не надо, вдруг, там кто-то дежурит, в расчёте на лохов. Мы и так на сутки с лишним отстаём, - рассудил Николай.

- Значит диггеры, а это, скорее всего, были они, прошли здесь и отрезали путь возможным преследователям. Значит, про второй вход они не знали или не надеялись, что удастся обнаружить.

- А те, от кого мы успели спрятаться в последний момент, они откуда шли?

- Откуда и мы, от Тверской площади.

- Если не найдут наш ход, тогда будут вскрывать эту дверь. Боюсь загадывать, но возможности для этого они изыщут, - Николай поддержал опасения Олега.

- Что ты предлагаешь?

- Если в тоннеле попались именно они, то значит, в бункере никого нет. Разблокируем эту дверь и бежим к входной и блокируем её. Потом дверь, которая ведёт сюда. Ну и эту, само - собой. Пусть помучаются.

- А у нас есть чем?

- Есть верёвка, провод. Можно мебелью подпереть рычаги.

- Что же, разумно. Тогда приступим.

Открывали с предосторожностями. Олег и Борис взяли дверь на прицел, а Николай осторожно освобождал рычаги. К счастью, за дверью было пусто. Олег остался сторожить вещи, а они помчались по коридору к входу в бункер, торопясь успеть до возвращения чужаков. Но по-быстрому сделать не получилось. На первой двери рычаги открывались в одну сторону, поэтому просто связать между собой было бестолку. Но терпение и труд... В общем, через час все три двери были заблокированы.

- Вот бы посмотреть на их лица, когда они вернуться..., - говорит Олег, упаковывая свой рюкзак.

- А представьте, как удивятся те, кто завязывал эту дверь, когда обнаружат, что и остальные двери кто-то по закрывал намертво, - развил его мысль Борис.

- Интересно, куда они ушли так далеко, что их нет уже вторые сутки? - размышлял вслух Николай.

- Могли найти ещё один выход, - предположил Олег.

- Может и так... Ладно, потопали...

Дальнейший путь пролегал по следам тех трёх первопроходцев. Фонари обшаривали все стены и потолок. Чего хотели найти, сами не знали, осматривали скорее по привычке. Камни, как камни. Отличаются от современных тем, что не распилены, а довольно-таки грубо обтёсаны. Идти пришлось хорошенько согнувшись. Особенно неудобно было Николаю из-за его роста. Да и рюкзак постоянно цеплялся за потолок. Однажды он едва удержался на ногах, когда рюкзак зацепился за выступ на потолке. В этом месте тоннель стал ещё ниже. Присмотревшись, поняли, что новый участок старше предыдущего.

Вскоре они дошли до перекрёстка. Определить по имеющимся следам, какое направление выбрать - не удалось, натоптано было повсюду. Покрутившись на месте, Борис предложил воспользоваться "правилом правой руки".

- А причём здесь магнитная индукция? - удивился Олег.

- Молодец! Видимо, хорошо учился в школе. Но физика здесь не причём. Оно принято для прохождения лабиринтов. По этому правилу, если всё время поворачивать вправо, то не потребуется несколько раз ходить по одну и тому же тоннелю.

- А если всё время поворачивать влево?

- Без разницы. Главное, не чередовать.

- Так, мы на чём остановимся?

- Чтобы не мудрить, пойдём вправо.

Через сто шестьдесят восемь шагов, которые добросовестно считал и записывал Николай, слева обнаружилась дверь. Все уважительно зацокали языками, глядя и трогая массивные, окованные железом дубовые доски. Замок был внутренний, и по нему было понятно, что гвоздиком не справиться. Да и фомкой вскрыть не удастся, что было видно по царапинам и гнутым краям, сделанным как очень давно, так и совсем не давно, раз они не успели поржаветь. Кто-то даже стрелял, чем возможно и испортил замок.

Борис, стоя перед дверью, вспоминал, что из имеющегося у них инструмента подходит. Был бы дробовик с картечными патронами, то можно было бы надеяться на успех. Можно, конечно, помучиться, но раз дверь не вскрыта за сутки, то не она является целью проникновения под землю крайне настойчивых групп людей.

- Оставим на десерт. Коля, пометь её на своей рукописной схеме.

Дальше начался форменный лабиринт. Повороты, тупики, завалы, развилки. Попадались и вскрытые помещения, судя по всему, очень давно. Однажды они почти вышли наверх, но оказались в давно замурованном подвале снесённого строения. Было слышно, как над их головой проезжают автомобили. Никакого люка тоже не нашлось. Подвал ничем интересным не обрадовал. Вернулись обратно вниз.

Встречались и замурованные помещения. Одни были заложены таким же белым камнем, другие красным кирпичом. В некоторых ответвлениях чужих следов не наблюдалось. 'Они' или знали, куда идут, или случайно миновали. Наконец попалась дверь, которая им вполне по зубам. Борис стал выкладывать на пол различные инструменты, которые бы помогли вскрыть замок. На нём даже не было следов попыток взлома.

Последовательно применяя имеющийся набор железок, Борис почти час ковырялся в механизме. Наконец, раздался долгожданный щелчок, затем другой, третий. Всё, дальше не проворачивается. Выпрямившись, он потянул дверь на себя. Не идёт. Возможно закрыта изнутри на засов или просто разбухла от сырости. Николай вставил кончик фомки в имевшуюся щель. Хоть и недостаточно широкую, но хоть такую. Борис обхватил ручку уже двумя руками и резко потянул на себя, помогая ещё и всем весом. Есть! Немного стронулась. Продолжили в том же ключе. С пятой попытки дверь отошла на столько, что уже можно было войти.

Приготовив оружие, заглянули внутрь. От порога увидеть, что там, не было возможности. Дверной проём был занавешен тканью, похожую на парусину. Навалившись на дверь изнутри, распахнули её ещё больше. Откинув полог, Николай вошёл первым и тут же остановился, издав удивлённый возглас. Заинтригованные Олег с Борисом оттолкнули Николая и в свою очередь остановились обалдевшими. Да и было отчего.

Помещение со сводчатым потолком, было почти полностью заставлено. Были ящики, судя по цвету явно с военным содержимым. На полу стояли два станковых пулемёта Максим, четыре Дегтярёва, но без дисков, которые оказались в двух соседних ящиках. Сколько было ящиков с Мосинками, они даже и считать не стали. А с ППШ было всего два. К ним ящик барабанных магазинов. Николай особенно обрадовался пистолетам ТТ.

- Ты глянь, тридцать восьмого года! Не то дерьмо, что во время войны клепали. Обалдевшие они ходили между патронами, гранатами. Трогали руками пулемёты, дёргали затворы винтовок. Когда из первой комнаты попали во вторую, то пыл свой по умерили. Там стояли ящики со взрывчаткой Её было десятка два с трафаретными надписями 'Тротиловая шашка'. И столько же с противотанковыми минами ТМ-41, как следовало из маркировки. И ещё несколько ящиков с непонятными обозначениями.

И судя по имевшейся двери, эта комната не последняя. За нею было помещение такого же размера, как и предыдущие. Но оружия и боеприпасов в ней не было. Стояли ящики с тушёнкой, с гороховым концентратом, чаем. В углу на досках лежали мешки с сухарями, какой-то крупой. Николай определил, что это была перловка. Борис и Олег её никогда не ели, поэтому поверили ему на слово. Не всё удавалось распознать, так, как почти всё испортилось. Макароны, крупы, сухари пропали окончательно. Пробовать тушёнку тоже не стали, хотя вздутых банок были единицы. Ржавчина их не взяла из-за густой смазки.

Здесь же имелись и всё, что необходимо для приготовления и поедания еды: примусы, котелки, сковороды, чайник,ложки, кружки. Вода была в молочных флягах. Но когда открыли первую, то чуть не задохнулись от её запаха.

В четвёртой комнате были двухъярусные нары на десять человек. И два одноместных топчана. Посредине длинный деревянный стол, по бокам две лавки. Ещё один стол поменьше и два стула в углу, там же сейф на тумбочке и рядом шкаф. На свободной, противоположной стене доска с вбитыми гвоздями, видимо вешалка для одежды.

На нарах лежали ватные матрасы и подушки. Одеяла и простыни были сложены стопкой на одной кровати. Ещё одна кровать служила местом складирования ватных телогреек и штанов. Никакой обуви не нашлось. По всем признакам, никто ничем здесь не воспользовался.

Борис, взявший на себя обязанности по вскрытию замков, стал осматривать сейф.

- Даже голову не буду ломать, фомки достаточно.

И действительно, через пару минут все лицезрели пустое нутро железного ящика.

- Коля, ты что обо всём этом думаешь? - спросил Борис, обведя руками комнату.

- Да тут и гадать нечего. Это оборудованный схрон для подпольщиков-диверсантов, в случае сдачи Москвы. Они готовились для войны в условиях оккупации. Размещаться должно было одно отделение. Но город отстояли и надобность в нём не возникла.

- Почему тогда не вывезли обратно оружие и боеприпасы? Вдруг оно могло оказаться в руках у бандитов, да и на фронте бы пригодилось, - недоумевающе произнёс Олег.

- Кто его знает... - ответил Николай, разглядывая обстановку спального помещения. - Возможно погиб тот, кто знал об этом тайнике. Не думаю, что в неё посвящали многих... Знали, скорее всего, считанные единицы. А может ещё какая-то причина была... Пойдём глянем, куда ведёт вон та дверь, что напротив.

За нею оказался маленький коридор с двумя дверьми. За той, что справа был короткий, явно не достроенный тоннель, где в тупике оборудован туалет, типа деревенский сортир. У стены стояли три мешка с опилками и один с хлоркой. Их назначение понятно было всем. Вентиляции-то здесь нет, а если не принимать никаких мер, то здесь долго не продержаться. А за второй дверью начиналась лестница вверх. Стали подниматься, но за вторым поворотом упёрлись в завал из белого камня, как и все стены. Нечего и думать, что им бы удалось его разобрать. Присев на четвереньки, Олег пытался обнаружить пустоты среди нагромождения камней, но тщетно.

Вернулись вниз и уселись на лавках, давая отдых уставшим ногам.

- Вот тебе и ответ, почему не вывезли. Наверно упала бомба и всё завалило. Командование посчитало, что нет смысла раскапывать, то, что вероятно уничтожено. Они же не знали, что помещения не пострадали. Или не до раскопок было, оставили на потом. А спустя годы никто уже и не вспомнил про это.

- Ничего себе, забыть про целый арсенал! - воскликнул Олег.

- И не то бывает. Когда сносили гостиницу Москва, то нашли заложенную взрывчатку, предназначенную для уничтожения фашистов, если те разместятся в ней. Тогда минировали везде, где могли расположиться штабы или ещё что. Даже Большой Театр собирались взорвать, когда там будет проходить торжественное мероприятие по случаю захвата города. А тут всего какой-то засыпанный подвал.

- Кстати, а где мы приблизительно находимся?

- Я уже думал об этом. Прикидывал расстояние и направление. Скорее всего, мы в районе Высоко-Петровского монастыря.

- Вообще-то, рядом был Страстной, а также Рождественский и Сретенский монастыри, - уточнил Борис.

- Страстной разрушили незадолго до войны. Хотя в подвалы, наверное, можно попасть было и из сохранившихся окрестных зданий. Но это не сходится с моими расчётами.

- А Рождественский?

- Между ними где-то с полкилометра. Я бы заметил это расстояние. А подвалы и под ним вполне могли сохраниться. А эти тоннели, по которым мы ходим, возможно соединяют все ближайшие монастыри Москвы. Так, что, можем оказаться под любым из них. Но всё указывает на окрестности Петровского.

- Как думаешь, не этот ли схрон настойчиво ищут как минимум две группы?

- Вряд ли. Бандитам такое старьё не нужно, впрочем, пистолеты они прибрали бы с удовольствием... Диггерам попасть под серьёзную статью совсем не хочется... А на обычных желающих обзавестись огнестрелом на всякий пожарный, они не похожи. Так, что у них цель другая, посерьёзней.

- Что тогда нас делать со всем этим хозяйством?

- Предлагаю каждому взять по пистолету, благо патронов к ним здесь немерено. А то к нашим имеющимся стволам даже не представляю где взять. В тупике, где сортир можно и пристрелять оружие, никто не услышит. Только сначала почистим и смажем хорошенько. А потом устроим перекус, Борис запрёт дверь и двинем дальше. Как вам такой расклад?

- А чё, нормально. Хоть раз постреляю сколько хочу, - решительно поддержал план Олег.

- И я не против, меня это тоже устраивает.

- Тогда за дело!

Сняли с себя всю лишнюю амуницию и приступили к работе. Каждый придирчиво отбирал себе пистолет, словно был большим знатоком этого дела. Принадлежности для чистки разнообразного оружия нашлись в каждом ящике. На тряпки пустили простыню, тем более, что их было здесь достаточно. Загвоздка вышла только с мишенями для пристрелки. Картона не нашлось, подушки нечем было крепить. В итоге приспособили опять простыню. Нарисовали на ней круги и прибили гвоздями к торцевой стене. Потом разметили дистанцию. До двери было ровно десять метров. Поэтому обозначили три точки: на десять, семь с половиной и пять метров. Патроны решили не экономить.

После первых выстрелов поняли, что недооценили боевую мощь ТТ. Пришлось расковырять одну подушки и наделать беруши. Совсем другое дело! Но возникла другая проблема. Чем больше стреляли, тем труднее становилось дышать. Рискнули открыть дверь на лестницу, рассудив, что через четыре помещения звук до тоннеля может и не дойти. Николай с Борисом, отстреляв по паре обойм, тем пристрелку и закончили, то Олег, впав в азарт, палил по мишеням в своё удовольствие. Не поленился почистить ещё один пистолет, стал учиться стрелять 'по-македонски', впрочем, не особо в этом преуспев.

Потом принялись за чистку оружия от нагара. Олег болтал без умолку, делясь впечатлениями от стрельбы. Спросил Николая, можно ли ему оставить себе второй ствол.

- Почему нет? Конечно можно, да хоть все забирай! Главное, чтобы не умер по дороге от тяжести. Я даже сам хотел вооружиться ППШ, благо патроны одинаковые с ТТ. Но потом понял, как глупо буду выглядеть с Абаканом, Mk.17 и ППШ. Аника-воин, в натуре.

- Можешь мне отдать Абакан, не откажусь - предложил Олег.

- А индейскую народную хижину 'фигвам' не хочешь? Про жадность и фраера все знают, так это про тебя, Олег.

- Много оружия разве плохо?

- Представь такую ситуацию: Нам нужно срочно и быстро уносить ноги. А лишних четыре-пять кило уже в тягость. Мне надо от какого-то ствола избавляться. Борису проще, у него только американская винтовка и два пистолета. Патроны, соответственно. У меня, будем считать, три автомата и два пистолета. У тебя одна винтовка и три пистолета. И вот я начинаю решать, что бросить, а что оставить. А время уходит, меня, отставшего от вас, догоняют. А я всё не решил, от чего избавиться. Когда, наконец, сделал выбор, то ствол, а возможно и патроны подарил преследователям. Делать на бегу частичную разборку, чтобы вытащить затвор, глупость. Лучше определиться заранее. Вот гранаты я возьму. А то мы здорово из-за диггеров потратились.

Так за разговором и не заметили, как управились с чисткой. К каждому стволу снарядили по десять магазинов. И по сотне патронов положили в карманы рюкзака. Гранаты каждый взял, сообразуясь с тем, где их разместить. Но по две 'лимонки' иметь было обязательно. Пять тротиловых шашек с взрывателями, детонирующим и бикфордовым шнуром взял Борис.

Когда надели всё снаряжение по-походному, то поняли, что килограмм под тридцать каждый несёт, это точно. Пришлось в армейские вещмешки уложить тот груз, который не жалко будет бросить, в крайнем случае, и закрепить его сверху. Правда, Николай проследил, чтобы не оказалось, что все выбрасывают одно и то же. Так можно остаться без воды, или без батареек, или без тушёнки. И так далее по списку.

Тут дал о себе знать жуткий голод, который где-то скрывался. Экономно расходуя питьевую воду, с трудом, более-менее отмыли руки от щёлочи и оружейного масла. Решили воспользоваться обнаруженными кухонными принадлежностями, чтобы не мыть свою посуду и принадлежности. Керосинка горела с трудом, вернее не горела, а в основном коптила. Видимо, не смотря на туго завинченные крышки ёмкостей с керосином, он лишился большинства своих горючих свойств. Едва не угорев, обед или ужин приготовили. Ели только свои продукты, рисковать долго здесь хранившимися, не стали.

Как не велико было желание задержаться здесь дольше, но засиживаться не стали. Облачившись и надев значительно потяжелевшие рюкзаки, пошли дальше, предварительно закрыв замок на три оборота. Идти стало не в пример труднее. Низкий потолок вынуждал наклоняться вперёд, а вес груза добавлял свои неудобства. Поэтому шли как туристы в походе, глядя в основном под ноги и по сторонам, осматривая стены.

Хуже всех было Борису, идущему первым. Ему приходилось держать голову прямо, чтобы смотреть вперёд. Договорились меняться каждые пять минут. Но действительность внесла свои коррективы.

- Атас! Гасите свет! - негромко крикнул он.

Немедленно выключили фонари и прижались к стенам, тревожно всматриваясь в темноту, выставив оружие. Николай даже выложил гранату. Впереди виднелось тусклое световое пятно. Даже трудно было понять его природу, естественного или искусственного происхождения. Для естественного - слишком большая глубина, но если на поверхности открыт люк, то вполне могло быть.

Борис посмотрел на часы. Солнце ещё не зашло, только начало седьмого вечера. Внимательнее вглядевшись, он определил, что свет падает не сверху, а слева. Час от часу не легче! Значит, свет точно искусственного происхождения. Значит, там вполне могут быть люди. Теоретически можно допустить, что там просто кто-то ушёл и не выключил свет, но "это фантастика". В этих древних тоннелях им пока не попалось ни одного провода. Своими выводами он поделился со спутниками.

Его доводы признали разумными. Поэтому, сняли рюкзаки и залегли за ними, через ПНВ всматриваясь вглубь тоннеля и не забывая оглядываться. Прошёл час. Никто не появился. Олегу показалось, что свет стал тусклее. Пригляделись внимательнее, но не смогли подтвердить или опровергнуть его наблюдение. Решили действовать.

- Олег, мы проберёмся к тому месту, а ты поглядывай в оба, во все стороны. Если что, крикнешь в рацию.

Пригнувшись, насколько можно и выставив вперёд оружие, они двинулись вперёд, прижимаясь к правой и левой стороне тоннеля. Больше всего они опасались споткнуться и упасть. Звук от удара автомата о камень могут услышать те, кто находится впереди. Чем ближе они подходили к тому месту, тем отчетливее становилось ясно, что свет падает из дыры в стене тоннеля. Не доходя десяти метров, они остановились. Выключили прибор и стали прислушиваться. По-прежнему полная тишина.

- Боря, стой здесь, а я пройду дальше.

Борис не стал спорить и присел на левое колено, держа дыру под прицелом. Николай, прижимаясь к левой стене, двинулся вперёд. Пальцы Бориса, державшие винтовку, вспотели. Хотелось вытереть их об одежду, но боялся даже на секунду оторвать руки от оружия. Казалось, что только стоит это сделать, как случиться что-нибудь, а он не успеет выстрелить. Тем самым, его секундное промедление будет стоить кому-то жизни. Возможно и ему самому.

За метр до места, Николай остановился и весь превратился в слух. Ни малейшего звука, казалось, что он слышит, как бьётся его сердце. Когда уже стало невмоготу стоять, согнувшись, он плавно, перенося вес с пятки на носок, приблизился к самому краю сделанного пролома. А это было именно так. По всей вероятности, отходящий тоннель или тупик, а возможно и тайная комната, был замурован. А кто-то его обнаружил и вскрыл. И этот кто-то, сейчас находиться там.

Николай перебирал способы, как заглянуть туда и не подставиться под пулю или что-нибудь другое. Наконец, решился. Вернулся на два шага назад, осторожно перешёл на другую сторону. Пригнулся и приставным шагом пошёл вперёд, направив ствол ТТ в сторону пролома. Оказавшись напротив его, стал выпрямляться. Источник света находился левее. Свет был ровный и не колебался. Значит, это не свеча, не факел и не керосиновая лампа. В отверстие была видна часть стены, сложенная из такого же камня. Держа на прицеле комнату, Николай снова замер. По-прежнему оттуда не доносилось ни звука.

Нужно было что-то делать. Осмотревшись, он поднял с пола осколок камня и бросил его внутрь. Но никто не отреагировал на звук залетевшего и стукнувшегося о противоположную стену предмета. Николай задумался. Если бы там кто-то был, он бы себя выдал обязательно. Раз там никого нет, то почему люди ушли и оставили источник света? Вышли в соседнюю комнату? Вполне возможно. Значит, могут вернуться в любой момент. Но теперь их самих можно застать врасплох.

Николай рукой показал Борису, чтобы он приблизился. Когда он подошёл, Николай объяснил тому ситуацию.

- Я сейчас тихо забираюсь внутрь, а потом ты следом, как дам сигнал. За тылами Олег присмотрит. Готов? - и дождавшись кивка, быстро, перекатом залез в комнату и, не выпрямляясь, осмотрел его, следуя за поворотом головы стволом пистолета. Тут он замер, удивлённо уставившись в одну точку, и резко выпрямился. Потом прошёл в левую сторону. Борис вытянул голову, пытался увидеть, что так заинтересовало Николая, но для этого нужно было бы просунуться дальше.

- Отбой тревоги. Боря, давай сюда. Олег, ты пока побудь там, проследи за тылами.

Когда Борис пролез внутрь и повернулся в ту сторону, где был Николай, то только и смог произнести:

- Ни фига себе! Кто это их?

На полу лежали мёртвые диггеры. Все трое. Свет исходил от их налобников, светивших в низкий потолок.