Пироян Ладик Гамлетович: другие произведения.

Французский детектив

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
 Ваша оценка:

   Смертельная идея
  
  Монетная улица или начало повести.
  
   Эта история произошла в 198... , точный год неизвестен, но точно известно, что это произошло в восьмидесятых годах двадцатого века. Эти приключения, порой кровавые и жуткие, произойдут не в Америке, как читатель может подумать, не в Канаде, не в Англии, а в скромной, но великой и гордой стране - во Франции. Эта страна порой потрясала всю Европу своими народными волнениями, прославленная своими королями и интригами, теперь она станет центром этой повести, если мы заговорили о центрах, то давайте перейдём к центру Франции, точнее, столице Франции. Столицей этой прославленной республики является город Париж. Париж прославлен своим возрастом. Он видел народные волнение гугенотов при правлении кардинала Ришелье, видел, как толпы горожан пытались взять Пале - Рояль при правлении кардинала Мазарини, видел, как взяли штурмом Бастилию и видел конец монархии - начало республики. Если бы этот город умел говорить, он бы рассказал многое, очень многое.
   Ещё Париж известен своими длинными, запутанными улицами. Их в Париже несколько сотен, а может быть и тысяч. Названия улиц очень разнообразны: улица Этьена Марселя , улица Ада, улица Ришелье и т.д. Но нас интересует только одна из множества. Её название запомнить не очень трудно, и я прошу читателя запомнить его - это Монетная улица. Эта улица то же могла бы рассказать очень многое: Дуэли между дворянами, война с королём, множество буржуа и республиканский строй.
   На ней несколько тысяч домов. Все они новые, не напоминающие старость и эпоху. Хотя, если поискать, можно найти музеи времён Людовика XIV. Только нас интересует один дом, но он отличается от своих собратьев. Хотя в нём нет ни призраков, ни прочей нечисти, его некоторые граждане предпочитают сторониться. Это полицейский участок. Сейчас я попробую объяснить читателю подробнее, почему мы останавливаемся именно на этой улице и именно на этом доме.
  
  
  
  
  
  Здание полиции.
  
   Полицейское управление представляло собой довольно скромный двухэтажный дом. На крыше летали и пели птицы. Рядом, по дороге, ездили машины, рыча своими моторами. Но внешнее спокойствие этого дома никак не соответствовало внутреннему. Подобно улью с пчёлами в этом здании беспорядочно ходили полицейские, адвокаты, прокуроры, обвиняемые. Все эти люди "скользили" по коридорам, в которых было бесчисленное количество очередей, состоявшие из просителей и потерпевших. Сами полицейские заходили в кабинеты, не обращая внимания на очереди. Вообще к этому зданию все обращались по-разному. Полицейское управление полицейские уважали, преступники посмеивались, а мирные граждане боялись как чумы. Командовал жандармерией полковник Жуанье, довольно пожилой человек, одевающийся в форму жандарма. Он очень гордился своим назначением, но давно желал получить отставку и стать довольно безобидным пенсионером. Но его начальство никак не хотело давать ему отставку, так как у полковника не было приемника.
   Эти стены были посвящены и в мелкие хулиганства, и в большие, громаднейшие денежные махинации, даже в убийство. Почти все дела были раскрыты благополучно, что придавало честь начальнику управления.
   Из всего управления, из всех тысяч человек нас интересует только один, лишь малая часть этого улья, но он, в конце концов, будет главным героем нашего рассказа. На самом деле он офицер полиции, по имени Томас Мор.
  
  
  
  Лейтенант Томас Мор.
  
   В этом здании правосудия, в этом вечно жужжащем улье, где пчёлы - это люди, нас интересует всего один человек, его имя Томас Мор.
   Это был молодой человек лет двадцати пяти - двадцати шести. Волосы были светло-коричневые, бороду и усы он брил. Но, тем не менее, от него, как и от большинства жителей этой прекрасной страны, приятно веяло тонкими духами. По его синему мундиру можно было понять, что он полицейский. А его погоны выдавали в нём лейтенанта.
   Нацию молодого лейтенанта можно легко было угадать - всё строение его лица: тонкие губы, светлые волосы, худое лицо выдавало в нём поляка. Уехал он из своей родной страны из-за проблем со своими кредиторами.
   Однажды, ещё на своей родной земле, он снял квартиру за пятнадцать тысяч злотых. Пан Мор нашел, что это дорого, но согласился. Квартира была отличная: пятикомнатная, с хорошим видом в городской парк, с превосходной мебелью и красивой планировкой. Первый год он старательно копил деньги для отдачи своему хозяину, и получилось, что Томас зарабатывал в год пятьдесят тысяч злотых. Тридцать тысяч на разные мелочи в год (одежда, еда, аксессуары), пятнадцать тысяч - хозяину. Итог: Пять тысяч злотых "чистыми". Естественно, что молодой квартирант добросовестно отдал деньги за первый год. Но на второй его хозяин совершил большую глупость: в нетрезвом виде натолкнулся на двоих полицейских. После уважительной просьбы полиции пройти с ними в участок "недостойный гражданин Польши", как написал один из тех полицейских в своём рапорте, кинулся на одного из них.... Через пять минут он был в управлении, а на утро, когда протрезвел, обнаружил что в первую очередь у него синяк под глазом, а во вторых, что он находится в странной комнате с решётками.
   Итак, Томас Мор лишился своего хозяина. Твёрдо решив не платить, он тратил все свои доходы до нуля. Но через два года вернулся хозяин квартиры, и потребовать деньги за прошедшие два года. Так как это составляло тридцать тысяч, а у юного квартиранта был круглый ноль, Мору пришлось идти в банк для взятия кредита. Взяв отсрочку на два дня у хозяина, Томас пошёл в близлежащий банк. Только банкир отказался давать кредит на такую сумму, поэтому пришлось взять кредиты в трёх банках, по десяти тысяч на один кредит и по тысячи злотых на отдачу. Мор решил, что выйдет из положения элементарно - его чистый доход в год составлял пять тысяч. С кризисом на три тысячи его доход падал только на два. Но жизнь любит поиграть с людьми. Та компания, точнее тот филиал одной компании в Польше разорился. Томас потерял свою работу и свои пятьдесят тысяч годового дохода. Найти работу где-нибудь ещё не получилось. В единственном месте, где её давали, годовой оклад составлял тридцать тысяч злотых. У Мора остался только один выход - ретироваться. Итак, он продаёт вещи из квартиры, расплачивается со своими главными долгами и одним из трёх кредитов, и уезжает "куда подальше", как он сам выразился. Мор выбрал Францию - страну его мечты. А так как из всех городов Франции он знал только Париж, Томас и поехал туда. Подумав, что искать его в полиции никто не будет, он поступил в ряды республиканской полиции. Там Мор подружился с одним пареньком, который работал курьером за двадцать тысяч франков в год. На предложение "немного подзаработать" курьер ответил положительно. А Томас Мор придумал план, конец которого обещал ему повышение в чине или хотя бы денежную награду.
   Его план был очень прост. Когда его начальник должен был проезжать в открытой машине по дороге в северную часть Парижа, поддельник Мора должен, в маске, разумеется, выстрелить в полковника холостой пулей, от которой Томас заслонит полковника своей грудью, как некогда Геринг защитил от пули Гитлера. План был воспроизведён в действие благополучно. К счастью для Мора, полковник не оказался скрягой и тут же произвёл Томаса Мора, своего "спасителя", в чин офицера полиции. Вдобавок новый лейтенант получил награду почётного легиона. Томас решил, что теперь им заинтересуется высшее начальство, но не тут-то было. Последние два года он сидел без дела, без работы.
   Итак, этот молодой офицер сидел за своим служебном столом, на котором порядком был беспорядок. Он опёрся локтями о стол и, от лентяйства, медленно проводил ладонями по глазам. Вдруг телефон, находящийся на его столе, резко зазвонил. Томас посчитал, что это слишком дерзко прерывать его "ничего не деланье" и звонить. На самом деле он боялся, что польские кредиторы найдут его в Париже, да и вообще во Франции. Поэтому Том рывком схватил свой телефон и ответил, довольно грубо со своей стороны. Но, услышав хриплый голос своего начальника, он смягчился и весь превратился вслух.
  
  Первое дело молодого лейтенанта.
  
  - Ты сейчас свободен? - говорил голос полковника своему подчинённому.
  - В каком смысле? - не понял вопроса Мор.
  - Работы у тебя нет? - нервно переспросил Жуанье. Он не любил, когда его прерывали из-за непонимания.
  - Шутите? Я уже два года без дела!
   - А стол у тебя чистый? - снова захрипел голос в трубке.
   - Да, да, конечно, разумеется! - отвечал его собеседник, безуспешно стараясь припорядочить пачки бумаг на своём столе, до тех пор забытые.
   - В таком случае иди сейчас в конец города и найди там белый дом под табличкой "15".Это вилла Рейплейзаров. Там, кажется, произошло что-то серьезное. А так как у меня свободных людей нет, а остаёшься бездельничать только ты, я и направил тебя на это дело.
   - Простите, - снова заговорил голос офицера, - Вы сказали Пейтезар?
   - Рейплейзар, Рейплейзар, Рей-плей-зар! - даже по слогам продиктовал его патрон, - ещё одно: информация об убийстве на моём столе.
   - Хорошо, я уже еду, месье Жуанье, - проговорил лейтенант и повесил трубку. А как только она была повешена, он взял свою жандармскую, слегка помятую, фуражку и направился к выходу. Возле выхода он прошептал:
   - Да, за первые два года первое дело! Положительно, эта работа мне нравится!
   Затем он, довольно громко, закричал:
   - Машину и сержанта мне.
   Он видел, как его полковник однажды сделал точно так же, поэтому думал, что и у него пройдёт. Только он не был полковником, и на его возглас все только удивлёно переглянулись, а старики покачали головами.
  
  Вилла Рейплейзаров.
  
   Итак, Томас Мор ехал в полицейской машине в другой конец города. Чем ближе они подъезжали к назначенному пункту, как их окружала зелень. Возле самой виллы деревьев почти не было, зато её окружало бесчисленное количество растений, которых во Франции и в помине быть не должно. Когда Мор высказал своё удивление вслух, водитель машины улыбнулся и ответил:
   - Месье Роджер любил зарубежные растения. Если пройти за виллу, то можно увидеть даже перекати-поле!
   - А кто такой Роджер? - задумчиво и медленно проговорил лейтенант.
   - Шутите? - оглянулся на офицера шофёр, - это тот, кого убили!
   Томас только покачал головой, как бы говоря "и зачем люди умирают?"
   Когда машина остановилась напротив виллы, Томас Мор выскочил из первой и начал разглядывать вторую. Больше всего его поразил размер этого дома: в нём было три этажа, не считая чердак и подвал для вин. Отделана она была белым дорогим кирпичом, но после осмотра поближе можно было понять, что он декоративный. На первом этаже окна были два метра в высоту (до пола). Красные бархатные шторы живописно опускались с окон, придавая красивый вид дому как снаружи, так и изнутри. Черепичная крыша тоже привлекала к себе внимание: на ней было ещё четыре окна, для освещения чердака. Труба была обложена красивыми мраморными камнями. Так как день был жаркий, то из трубы дым не шёл.
   Мора так поразила эта вилла, что он простоял в недоумении несколько минут, пока чья-то грубая рука не толкнула его в бок. Томас резко повернулся и увидел улыбающееся лицо шофёра машины, на которой он приехал. Водитель проговорил Мору:
   - Это один из их домов.
   Томас ещё раз посмотрел на дом и медленно зашёл в это здание, которое произвело на него такое большое впечатление. А месье водитель остался ждать его на улице.
  Прихожая Рейплейзаров.
  
   Зайдя в дом, молодой офицер сразу попал в прихожую. Надо отдать должное, что она была поразительной красоты.
   Потолок был отделан с особой роскошью: красная и оранжевая итальянская мозаика была красивым, но далеко не главным украшением верхней части этой комнаты. В центре потолка висела роскошная, позолоченная люстра, где свечи были настоящими. Хрусталь, который был особым украшением главного освещения комнаты, то же был не фальшивым, поэтому, так как было восемь утра, и солнце светило прямо в эти окна, люстра сверкала как в пещере Аладдина или Али- Бабы золото. После осмотра потолка взгляд Мора опустился на роскошные стены. Потрогав их руками, Томас узнал в них кожу какого то животного, она была без шерсти и абсолютно белого цвета. На этих "обоях" золотыми нитками были вышиты узоры. Они не изображали ничего, только в некоторых местах можно было различить розы. Как обычно, возле стен стояли столы, шкафы, тумбы. На одной из таких тумб, из красного дерева, с вырезкой на заказ, стояла шкатулка с сигарами. Мор подошёл к ней и обнаружил, что это самые дорогие сигары, по сто пятьдесят франков за одну сигару. Затем лейтенант жандармерии посмотрел на пол и пришёл в ужас. На прекрасном персидском ковре красного цвета резко выделялось белое пятно, точнее контур человеческого тела. Он не заметил эти останки от бедного Роджера из-за красоты комнаты. Описать это пятно было не очень просто, так как описывать было нечего: раскинутые в разные стороны руки и ноги, откинутая голова, вот всё что можно сказать о нём. Но этот контур произвёл на лейтенанта гораздо большее впечатление, чем красота дома. Томас долго, с отвращением, но со вниманием (ибо ужасные картины, тоже привлекают наше зрение) разглядывал его. Только через минуту он отвернулся от столь неприятной картины. Теперь Томас рассматривал планировку этой комнаты. Только сейчас Том обратил внимание на то, что в прихожей дома номер "15" целых шесть дверей. Все они были изящными, из красного дерева, с такими же узорами, как и на тумбе. И вот, когда любопытный лейтенант начал разглядывать одну из таких дверей, как из неё хотел выйти какой-то человек. Только ему помешал Мор. Несчастного Томаса сбило с ног шикарной дверью. Новый посетитель рассыпался в извинениях и помог полицейскому подняться. Мор тоже не растерялся и, показав своё полицейское удостоверение, спросил имя того человека. Последний представился:
   - Пьер Рейплейзар, - и выпрямился так гордо, будто был королём, а не просто богатым человеком.
   - Выражаю соболезнования по смерти вашего брата, - быстро поднялся на ноги новый детектив, признав в Пьере - хозяина дома.
   Брат убитого был одет в чёрный костюм с полосками. Опытный глаз лейтенанта сразу признал, что работа, над этим костюмом, была выполнена на заказ, так как пиджак был далеко не стандартной формы: вместо двух внешних карманов, один с одной стороны и второй с другой, на пиджаке было целых шесть, три с одной стороны и три с другой. Галстук был светло фиолетового цвета. К нему была прикреплен золотой держатель, причём на ней был маленький алмаз, но так как вся конструкция было не большой, этот драгоценный камень казался гораздо большим, чем был на самом деле. По лицу месье Рейплейзара можно было понять, что он из элегантной и богатой семьи: коротко подстриженные серебристые волосы, тщательным образом зачесанные назад, тонкие усы, худое лицо, бледный цвет лица выдавали в Пьере если не аристократа, то очень богатого или важного человека.
   - Благодарю вас,- поблагодарил брат убитого, после некоторого смущения, вызванного таким знакомством, - вы, наверное, по делу смерти моего брата?
   - Да, я веду расследование, - ответил офицер.
   - ... и хотели бы задать пару вопросов нашей семье?
   - Хорошо бы!
   - В таком случае пройдёмте в гостиную, - пригласил хозяин дома, на ходу угощая своего гостя дорогой сигарой. Ну-а Мор был не таким парнем, которого нужно упрашивать дважды. Поэтому после первого приглашения он направился вслед за Пьером Рейплейзаром. Вдруг провожатый лейтенанта резко повернулся, рискуя снова сбить с ног своего новопришедшего гостя, и спросил:
   - Виноват, а как ваше имя?
   - Лейтенант Мор, - весьма любезно представился офицер.
   После этого вопроса они, наконец, беспрепятственно прошли в одну из дверей, ведущую в гостиную этой шикарной виллы.
  
  Гостиная Рейплейзаров.
  
   Войдя в комнату, Томас Мор воскликнул:
   - Чёрт возьми, эта гостиная больше моей квартиры!
   На что Пьер довольно усмехнулся.
   В центре дома сидела какая-то старушка. На восклицание Мора она всеволишь повернула свою инвалидную коляску ближе к новому гостю. После первого взгляда можно было понять, что эта дама не только паралитик, но ещё мать Роджера и Пьера. Она была одета в траурное чёрное платье. Цвет лица смертельно белый: даже седые волосы не были такими как лицо. Глаза голубые, и если бы не блеск этих глаз- последнее напоминание на её весёлую молодость- то можно было подумать, что она уже мертва. Честно говоря, её сын, Пьер Рейплейзар, давно уже мечтал об этом: за этой женщиной было девятьсот тысяч ренты, плюс казино и кафе.
   Её сын предложил следователю сесть в роскошное кресло, на что последний весьма охотно согласился. А Пьер, напротив, остался стоять. Когда Мор поудобнее устроился на этом "троне", как он сам потом будет называть то кресло, месье Рейплейзар заговорил:
   - Мама, это лейтенант Мор, следователь по случаю смерти бедного Роджера, месье лейтенант - обратился к Томасу Пьер, - это мадам Рейплейзар, моя мать.
   - О, Пьер -, проговорила своим хриплым, старческим голосом достопочтенная дама, - не только твоя мать, - на слове "твоя" она сделала ударение, - ведь у меня ещё есть дочь в этом мире и сын в ином.
   - Да, у вас хорошие связи, - постарался сострить жандарм, - а где же ваша дочь? Я хотел бы задать несколько вопросов всей вашей семье.
   - Она сейчас в Сан-Франциско, приобретает недвижимость для нашей компании... - ответила мадам Рейплейзар, пристально глядя на Томаса, как бы наказывая его за столь скверную шутку.
   - Компания? - прервал её речь месье Мор, - я думал, что вам принадлежит только один банк!
   - Да, это так, - на этот раз заговорил Пьер, - но у нашего банка так много филиалов, что вместе это составляет целую компанию, приносящую в год восемь миллионов франков "общими".
   - Пьер, я думаю, что месье лейтенант пришёл сюда с какими-то вопросами, - решила побыстрее закончить этот разговор его мать.
   - Да-да, всего несколько вопросиков, - сказал Томас, вынимая из кармана коричневый блокнот.
   "Давно бы так" - подумала достопочтенная дама, на лицо её не выразило ничего.
   - Так, - продолжал офицер, вновь поднимая глаза на неё, - прошу прощения, а где вы были в шесть часов тридцать пять минут в прошлую пятницу?
   - Была в постели, - отвечала она, - я помню: я уже легла, приняла снотворное, и, кажется, уже заснула. Но в скорее меня разбудил какой-то звук, похожий на выстрел...
   - Виноват, а сколько было времени, когда вы услышали этот шум, сколько было времени?
   - Да, я, проснувшись, посмотрела на часы: было шесть часов тридцать пять минут утра.
   - Чёрт возьми, - прошептал Том, - а я думал, что это время связано с вечером, - потом прибавил вслух, - после этого момента вы, конечно, сразу заснули?
   - Вы, я надеюсь, понимаете, что, чтобы мне встать нужно, где то полчаса, - проговорила спрашиваемая, дотрагиваясь одной рукой до своего инвалидного кресла.
   - Да, да, понимаю, - сказал Том, и затем перевёл свой взгляд на Пьера, - а вы, месье Рейплейзар, были в этом доме в утро убийства?
   - Нет, - со вздохом проговорил банкир, - в это время я был в своём банке, за своим письменным столом и писал письмо моей сестре.
   - А вас кто-нибудь там видел?
   - Когда я выходил из дома, меня видел мой привратник. А на моей работе меня видела секретарша.
   - И она может подтвердить, что вы были там в шесть тридцать пять?
   - Нет, она не может, - задумчиво проговорил Пьер, - зато наш привратник может. Я как раз спросил его "сколько времени". Ну, где-то часы потерял. Тогда было пять сорок.
   - Простите, но этого недостаточно. Мне нужно, чтобы кто-нибудь подтвердил ваше появление в час убийства на вашей работе, - на слове "ваше и вашей" он сделал ударение.
   - Кажется.... Да, точно, - воскликнул Пьер, поднимая глаза на Томаса, - мой шофёр. Когда я выходил из машины к банку, мне снова пришлось спросить время. На тот момент было шесть тридцать.
   - Гх. А как зовут вашего шофёра и где его можно найти?
   - Его зовут Луи. А живёт он на улице Могильщиков, в доме Љ12, в квартире 8 на втором этаже.
   - Ясно, - проговорил Томас, уже представляя, как он будет искать этот дом, - а когда я могу встретить его на работе?
   - Он работает с понедельника по пятницу. В субботу и воскресенье его заменяет другой шофёр.
   - Хорошо, я подойду к вашему банку в три часа для разговора с этим Луи, - после этого краткого монолога Мор перевёл свой взгляд на мадам Рейплейзар, - кстати, а кто может подтвердить ваше появление в спальне?
   На этот вопрос ответил её сын:
   - С улицы она не могла выйти, там её увидел бы привратник, да и кресло не позволило бы. А в коридоре, напротив двери в её комнату, я поставил камеру и случайно забыл её выключить. На ней вы сможете увидеть, что никто не входил и не выходил из комнаты.
   "Чёрт возьми, у них обоих слишком хорошее алиби". А потом хотел прощаться, но в этот момент он обратил своё внимание на эту самую гостиную.
   Подобно прихожей этого дома, на потолке искрилась и сверкала итальянская мозаика. Позолоченные стены, хрустальные люстры, роскошные столы, бархатные кресла красного цвета и пуфики были, конечно, роскошными и красивыми. Но Мора больше всего удивило содержимое шкафов: либо в профиль, либо портретом было расставлено оружие "на любой вкус". Из-за такого количества различного огнестрельного оружия у Мора широко раскрылись глаза и рот. Он машинально, не думая, спросил:
   - Вы имеете право на... на... это...
   На что Пьер рассмеялся.
   - Но зачем вам столько пистолетов, винтовок, гранат? - снова заговорил изумлённый офицер
   - Дело в том, что я не только банкир, я ещё и изобретатель. Ох, извините меня! Я присвоил славу двоих себе одному! Я и мой брат были изобретателями. Мы усовершенствовали все эти "пистолеты, винтовки, гранаты", - нарочно повторил фразу Тома Пьер, - вот, посмотрите, - после некоторого раздумья снова воскликнул он, - у этой винтовки изобретено сразу две вещи: мини-фотоапарат и вделанный в прицел он же, что позволяет в случае нужды сфотографировать врага или ещё кого-нибудь. Память и микросхема встроены в приклад.... Но, к сожалению, из-за траура наше изобретение нельзя продать.
   - Да, великолепное приспособление.
   - Надеюсь, вы не станете плагиатором...
   - Нет, нет, что вы! Я даже конструктор собрать не могу!
   После чего раздался смех по всей комнате. Но смеялись только двое: мадам Рейплейзар сохранила свой серьёзный вид. А когда смех стих она проговорила:
   - Месье Мор, вы задали нам все вопросы или вам ещё что-нибудь нужно?
   - О, нет, - воскликнул Том, - не буду злоупотреблять вашем терпением, - и он вышел из комнаты, оставив месье и мадам Рейплейзар вдвоём.
   - Какой неприятный человек! - воскликнула последняя через минуту после ухода лейтенанта.
   - Ну, мама! Он ведёт расследование по смерти нашего бедного Роджера!
   - Увы! - двояка сказала его мать.
   А детектив в этот момент уже выходил на улицу. Там он встретил сержанта, своего водителя, который от скуки и безделья прогуливался по лужайке. Увидев Тома, он быстро подбежал к нему. Дойдя до Тома, полицейский воскликнул:
   - Месье полковник приказал вам приехать к нему, как только вы освободитесь!
   - Хорошо, хорошо. Поехали!
  Они сели вдвоём в машину и уехали. Но они не могли видеть, что со второго этажа виллы за ними наблюдал Пьер Рейплейзар.
  
  
  
  
  
  Снова в Жандармерии.
  
   Здание правосудия было тем же, чем и было два часа назад, поэтому я считаю, что незачем его описывать.
   Так как Том понятия не имел, где находится новый кабинет Жуанье, он решил воспользоваться пословицей "язык до Киева доведёт". И действительно, через двадцать минут он был уже у дешёвой сосновой двери, на косяке которой была прибита табличка "НАЧАЛЬНИК ЖАНДАРМЕРИИ, ГОСПОДИН ЖАК ЖУАНЬЕ". Почитав надпись, Мор постучал в дверь, и, услышав громкое и хриплое "входите" он воспользовался приглашением последнего. Войдя в кабинет своего начальника, Том был поражён если не роскошью комнаты, то тем, что он не ожидал увидеть роскошь в этом здании.
   Потолок был отделан довольно обычным и непримечательным способом. Белая краска, покрашенная неаккуратно, прозрачная круглая лампа, висевшая криво - нет, потолок недостоин, чтобы его описывали. Гораздо большего внимания заслуживает остальная часть комнаты: на стенах, если и не очень большие, то, во всяком случае, красивые копии картин. На дешёвых шкафах были развешаны клетки с канарейками и попугаями. Рядом с птицами стояли книги великих писателей разных национальностей: Дюма, Верн, Пушкин и т.д. Пол был устлан тёмно зелёным ковром, правда, не очень дорогим, но порядочно красивым. В конце кабинета стоял громаднейший письменный стол, за которым сидел полковник, как обычно, в мундире старшего офицера французской полиции. Как только в дверь постучали, он поднял только голову, а когда Томас Мор зашёл, старый жандарм встал и быстрым шагом подошёл к своему новому посетителю.
   - Ну, здравствуй, великий детектив, - начал разговор полковник, как обычно, своим хриплым, неприятным голосом, - как твоё расследование?
   - Пока идёт хорошо: я взял некоторую информацию у семьи убитого - у них обоих отличное алиби...
   - Хорошо, хорошо, - воскликнул его патрон таким тоном, что не допускалось сомнения, что ему совсем не интересно, как проходит расследование, - я приказал позвать тебя по срочному делу.
   - По какому же? - робко проговорил Мор после минутного молчания обоих. Он уже догадывался, по какому делу его вызвали так спешно, но хотел услышать это из уст полковника.
   - Да, в общем, не такое важное. Но ты, должно быть, знаешь, как я хочу на пенсию, и почему мне её не дают?
   - Нет, я этого не знал, - ответил его собеседник, хотя знал это также верно, как предложение ему полковника.
   - Но это правда. И знаешь, почему мне не хотят давать отставку? Потому что у них нет человека, готового встать на моё место. А что для этого нужно: ум, смелость и порядочный чин. И вот я выбрал тебя - ты имеешь и то, и другое; а чин я тебе гарантирую. От тебя сейчас зависит успешно закончить своё дело.
   - Да, я согласен, - с плохо скрываемым восторгом воскликнул Том, - только у меня есть одна просьба, не для меня и совсем не большая...
   - Ну, какая же, сказал полковник, видя, что Том медлит.
   - Дело в том, что я прошу вас назначить мне в помощники здешнего курьера, месье Люка Ларье...
   - И только то, - неосторожно подхватил будущий пенсионер, - ну что ж, я это устрою. А если он тебе нужен то бери, бери пожалуйста!
   - Ну, уж спасибо, то есть, виноват, - опомнился будущий комиссар, - благодарю вас, месье!
   - Ладно, ладно. У меня к тебе всё. Можешь идти по своим делам, - и полковник вновь опустился на своё кресло. Но когда Томас уже открывал дверь, он поднял на него свой холодный взгляд и проговорил хриплым голосом:
   - Учти, у тебя три недели.
   Том молча кивнул и вышел из комнаты. Но в коридоре он заметил знакомую фигуру, читающую утренею газету. Это был Люка Ларье - будущий помощник Тома. Последний быстрым шагом подошёл к Люка.
  Разговор с будущим помощником.
  
   На вид Люка было двадцать три года. Волосы светлые, глаза чёрные. В мгновение гнева эти глаза сверкали как два агата. Усы, а ибо наш новый герой носил усы, были маленькими и тонкими, не столько, оттого, что он сам хотел себе такие, а просто, оттого, что Люка только начал их отращивать.
   Одевался месье Ларье в форму младшего полицейского жандармерии. Этот мундир был застёгнут на все пуговицы, словно её носитель солдат, а не жандарм.
   Итак, когда Люка стоял в очереди к психологу и читал столбец о мировой политики этого года, к нему активно стал приближаться Томас. Как только они сошлись, Мор толкнул Люка рукой. Последний вздрогнул и обернулся, но, заметив своего товарища по службе, воскликнул:
   - О, Том, здравствуй! - и снова посмотрел на газету, - нет, ты представляешь! Скорей всего Америка пустит на СССР ядерную атаку! Десять к одному, что это будет так! Да, сейчас же пойду и поставлю пятнадцать тысяч на это...
   - Да, да, - пытался пробиться в ход мыслей своего друга Мор, - я к тебе по делу, - но, видя, что его слова не привели должного внимания, прибавил, - по денежному делу.
   - Ага, в таком случае это конечно важное дело! - сказал Люка, складывая газету и переводя взгляд на Мора, - ну, и что же?
   И Томас рассказал своему товарищу его посещение у полковника и обещание сделать Мора - комиссаром. Как только он закончил свою, речь Люка пожал плечами и сказал:
   - Ну а мне то что? Нет, я, конечно, тебя поздравляю, - поспешил прибавить Ларье, думая, что своим кратким монологом оскорбит чувства и гордость Томаса, - и если ты это имел в виду под "денежным делом"...
   - Нет, нет, погоди. Знаешь, что я ещё выпросил у месье Жуанье? Чтобы ты стал моим помощником.
   - Ааа, - протянул Люка, - в таком случае всё в порядке. И что, абсолютно бескорыстно?
   - Ну, конечно, нет! Нужно за три недели раскрыть дело о убийстве. Я уже начал, а остальную работу доделаем вместе.
   - Так, - уже принялся за расследование будущий помощник и заместитель комиссара, - а алиби взял?
   - Да, конечно! Я же тебе говорю!
   - А проверил?
   - Что проверил?
   - Алиби!
   - Нет, - отвечал недоумевавший лейтенант.
   - Ладно. Значит так, сейчас пошли к машине, по дороге ты мне всё расскажешь.
   И действительно, через пять минут они сидели в машине, а через десять уже кружились в потоке уличного движения.
  
  Проверка алиби месье Рейплейзара.
  
   - Так, кого убили? - продолжал Люка.
   - Роджера Рейплейзара.
   - Как? Лей Жезара? - расхохотался Ларье.
   - Да нет же, - подхватил Том, - Рейплейзара!
   - Ладно, - сказал его друг, немного успокаиваясь, - у кого брал алиби?
   - У месье Пьера Рейплейзара, брата убитого и мадам Рейплейзар, матери убитого. Они банкиры...
   - Хорошо, хорошо, - прервал его речь Люка, - ну и что же тебе поведал его братец?
   - Что во время убийства его не было дома - он был на работе, в своём банке. Это могут подтвердить сразу три человека: его привратник, шофёр и секретарь.
   - М-да, - прошептал Ларье, - алиби превосходное. Ну а что же говорила его мать? - громко прибавил он.
   - Вот, - обратил на своей мысли особое внимание Том, - что меня и смущает! Её алиби говорила не она, а её сын.
   - А он откуда знает, - воскликнул собеседник Томаса, останавливая машину на красный свет.
   - Ну, не знаю! Должно быть, она, то есть, мадам Рейплейзар, сказала ему, - выдвинул своё предположение Томас Мор.
   - Кстати, а что у неё с алиби? - радостно воскликнул Люка, как человек, который нашёл недавно забытую мысль.
   - Во время убийства она была у себя в комнате, это может доказать камера Пьера "случайно оставшаяся у двери в комнату старой мадам".
   - А где там написано, что эта дверь именно в комнату его матери?
   - Не понял! - вскричал Мор, начиная соображать.
   - Пойми, что камеру могли переставить на другую дверь, если конечно они не подписаны... а они не подписаны?
   - Нет.
   - Вот, видишь! Ну, ладно. Сейчас у нас план: сначала алиби Пьера, потом алиби его матери.
   Итак, теперь проследуем за нашими героями в конец Монетной улицы, на виллу Љ15. Если читатель помнит, то этот дом - дом семьи Рейплейзаров.
   Когда два друга вышли из машины, им бросился в глаза какой-то странный тип - он подметал дорожку, ведущую к дому. Мы говорим "странный", потому что Том в последний свой приход не видел его. Но через полминуты он понял, что этот "странный тип" - тот самый привратник. И, подойдя немного поближе, он начал рассматривать первого в своей жизни свидетеля.
   Большая седая борода, волосы не были расчёсаны, зубы светло жёлтого цвета, на карих глазах очки, на лбу морщины - вот основные черты лица этого нового человека. Одет он был в потёртую курточку тёмно бежевого цвета. Брюки не уступали куртке - они были очень потёртые и старые.
   Но вот, в этой обычной и стандартной одежде бедного работника страны Франции нашлась вещь, способная удивить читателя и детектива. Дело в том, что туфли совсем не соответствовали остальной одежде господина привратника: если куртка и брюки были старыми, и было видно, что никто даже не пытался их припорядочить, то туфли были блестяще натёрты, и даже не опытный глаз мог бы заметить, что кто-то кропотливо трудился над их чистотой.
   После этого краткого осмотра и удивления два друга снова направились к привратнику. Но шли они медленно, потому что им воспрепятствовал сильный ветер. Всё же через некоторое время два приятеля дошли до назначенной цели - один из трёх свидетелей. Когда Мор был всего в двух шагах от него, Том воскликнул:
   - Месье Луи, - и он показал свой полицейский значок, - я лейтенант Мор. У меня есть к вам пару вопросиков.
   - Валяй, - грубо ответил Луи.
   - Вы можете подтвердить то обстоятельство, что ваш хозяин, месье Пьер Рейплейзар, выходил из этого дома в пятницу в пять сорок?
   - Да, - с минуту поразмышлял допрашиваемый, - я помню: в этот день я стоял как раз на этом месте и срезал розы. Он прошёл мимо и поздоровался. Я ответил тем же и мельком посмотрел на часы: было пять сорок утра.
   - Хорошо, хорошо...
   - А вы можете подтвердить это под присягой? - вставил своё словцо Люка.
   - Да, разумеется.... Стойте! А вы кто, его помощник что ли?
   Вместо ответа месье Ларье показал свое полицейское удостоверение. А затем они оба направились обратно к машине. Уже сидя в ней Том произнёс:
   - Да, весьма странный тип.
   - Очень странный, - ответил со вздохом его товарищ.
   - А самое интересное то, что во время разговора у него, из-за сильного ветра, отклеился краешек бороды... заметил?
   Люка, не отвечая на вопрос, посмотрел на Луи. Последний в сою очередь активно шёл к дому. Водитель и друг Тома усмехнулся, завёл зажигание. Через час они уже были возле здания "банк Рейплейзаров". Зайдя в него, они спросили одного человека "где гараж". Получив ответ, двое направились в указанном направлении.
   Гараж представлял собой комнату среднего размера. Она была заполнена шкафами с ящиками. Посередине её стояла чёрная "Джульетта". Возле неё кружился человечек - это и был шофёр месье Рейплейзара.
   Подойдя к нему Мор, как обычно в таких случаях, достал своё удостоверение и сказал:
   - Лейтенант Мор. У меня к вам вопросик.
   Но водитель, в отличие от привратника, перепугался. А Томас, не обращая внимания на смущение нового свидетеля, спокойным и твёрдым голосом продолжал:
   - Вы можете подтвердить, что в прошлую пятницу месье Рейплейзар был здесь в шесть тридцать утра.
   Но месье водитель оказался менее сообразительным, чем привратник. Поэтому потребовалось ещё добрых три минуты, прежде чем он воскликнул:
   - Да, да! Могу подтвердить! Я отвёз его сюда, а когда он выходил, спросил меня насчёт времени. Я посмотрел на часы: было ровно шесть тридцать.
   - Да, - фыркнул Том, записывая полученные сведения в свой блокнот, - благодарю, прощайте!
   И они вдвоём снова ушли в банк, в поиске секретарши месье Рейплейзара.
   Она оказалась в своём кабинете на третьем этаже. Дойдя до него Люка, стал переводить дух:
   - Лестница.... Ненавижу лестницы.... Будь проклят, кто изобрёл лестницы!
   А Том, не обращая внимания на стоны Ларье, открыл дверь, ведущую в комнатку, отведённую для секретаря, и называющееся кабинетом.
   За столом сидела дама лет пятидесяти, но, благодаря косметики и прочей "штукатурки", на вид ей было только сорок.
   Месье Мор обратился к ней с вопросом, дважды знакомый нашему читателю. В ответ он услышал:
   - Да, это так. Он зашёл сюда в шесть сорок, и заставил меня обратить внимание на часы. Затем он попросил кофе и ушёл к себе в кабинет.
   - Ясно, - проговорил Томас, складывая и пряча свой блокнот, - а теперь я прощаюсь, и не буду больше злоупотреблять вашим терпением.
   Через двадцать минут два приятеля уже хотели начать исполнение второй части своего плана: проверить алиби у мадам Рейплейзар, но это пришлось отложить на следующий день, так как было уже поздно. Поэтому каждый из героев отправился к себе домой.
  
  Проверка алиби мадам Рейплейзар.
  
   На следующее утро два товарища встретились возле виллы Рейплейзаров. Том, в отличие от Люка, не умел водить машину, поэтому он приехал на такси. Когда они сошлись и пожали друг другу руки, Ларье произнёс:
   - Нам повезло: если мы хотим посмотреть запись двери мадам Рейплейзар, то тогда ни её, ни её сына нет. Кстати, я никак не могу закурить, дома забыл спички, а этого проклятого привратника не могу найти. Дай огонька! - и он достал сигарету на зажигание, ну а после этой операции вдохнул в свои лёгкие сигаретный дым.
   Немного покурив на улице, двое детективов вошли в дом, допрашивать механического свидетеля, именуемого видеокамерой. Так как Люка разбирался в технике лучше, чем Том, поэтому именно он начал включать камеру.
   Сначала это было очень забавно: камера начинала записывать с десяти тридцати пяти ночи, и первые два часа только показывалась дверь. Только через это время у Мора не выдержали нервы, и он попросил Люка ускорить картинку.
   После ускорения оказалось, что в шесть сорок из двери выехала фигура на инвалидной коляске и направилась к лестнице. Но она была так закутана в тряпки, что нельзя было разглядеть её лицо. После этого момента запись кончалась.
   Через две минуты после окончания видео Люка произнёс:
   - М-да, теперь мы знаем, кто убил Роджера Ней Лизара.
   - Рейплейзара, - подправил своего друга Том, задумчиво качая головой.
   - Да какая разница! Главное что это сделала его мать...
   - А зачем? - поднял голову Мор.
   - Зачем? Не знаю.
   - Вот именно. К тому же это вовсе не доказывает, что эта фигура мадам Рейплейзар - лицо закутано. А вот насчёт второго сейчас проверим! - и они вышли из комнаты; Том радостно, а Люка задумчиво.
  
  Взятие доказательства.
  
   Люка ещё больше удивился от дальнейшего приказания своего приятеля:
   - Иди в гостиную, она ниже этажом, и возьми винтовку под табличкой номер 9. Затем принеси её в эту комнату, - и он указал на дверь, - скорей всего... да, точно, - Том приоткрыл дверь и увидел шикарную комнату, предназначенную для кабинета, - это кабинет месье Рейплейзара
   Люка в недоумении пошёл выполнять приказание, а Мор том временем направился к роскошному столу, стал рыться в бумагах и документах. Он даже вскрывал почту хозяина, но, видя, что это не то что ему нужно, выбрасывал в мусорное ведро.
   Когда в комнату зашёл Ларье с винтовкой, Томас всё ещё рылся в бумагах. Поэтому его помощник положил оружие на журнальный столик и стал прохаживаться по комнате. Подойдя к изящному шкафчику, он взял одну книгу и, открыв её, обнаружил, что внутри красной книги полость, а в ней лежал сложенный вчетверо листок бумаги. Люка развернул его и прочёл вслух:
   - "Инструкция по использованию новой винтовки, Пьер Рейплейзар".
   Эти семь слов произвели на Тома большее впечатление, чем многообещающая речь полковника Жуанье. Он в один прыжок преодолел расстояние, которое разделяло его от желанного клочка бумаги. Мор быстрым движением выхватил у Люка инструкцию и жадно стал пожирать её глазами. Дочитав до конца, он сделал радостный возглас и направился вниз, в надежде найти место, где можно воспроизвести картинку или видео, а Люка, не менее удивлённый, чем Том обрадованный, послушно шёл за своим начальником до первого этажа. Только там он осмелился спросить Томаса:
   - А куда мы идём?
   - В домашний кинотеатр или что-то в этом роде
   - Ну, я в кабинете, точнее во второй, маленькой комнатке кабинета, видел кинопроектор.
   Едва он успел произнести эти слова, как Том, до сих пор открывавший все двери подряд, надеясь найти кинопроектор, развернулся на месте и побежал обратно в кабинет, а Люка ещё в большем недоумении поспешил за Томом.
   Дойдя до назначенного пункта Мор, сразу направился в "маленькую комнатку", как её назвал его помощник. Войдя в нее, Томас обнаружил, что эта комната - лабораторная месье Рейплейзара. Но он не растерялся и сразу кинулся к кинопроектору, едва не избив его. Но так как Мор в технике разбирался плохо, пришлось потрудиться и Люка. И вот, когда всё было готово, и только оставалось выключить свет, закрутить проектор, как дверь приоткрылась, и на пороге показался месье Рейплейзар.
  
  Объявление убийства.
  
   - Что вы, чёрт вас возьми, делаете в моём доме? - гневно спросил Пьер.
   - Мы раскрываем убийство, - совершенно спокойно проговорил Мор.
   - Какое убийство? - продолжал горячиться хозяин дома.
   - Убийство вашего брата.
   - А, - издевательским тоном воскликнул Пьер, - ищете убийцу Роджера?
   - Да, месье.
   - Ну и что, нашли?
   - Да, месье.
   - И кто же это?
   - Вы, месье.
   Пьер вскрикнул, позеленел и повернулся к своему обидчику. А последний стоял совершенно спокойно.
   - Да как вы смеете? - закричал в бешенстве обвиняемый.
   - Месье, я полицейский. А работа полицейского заключается в том, чтобы карать за нарушение закона. Вы, месье, закон нарушили, вот я и исполняю свои служебные обязанности.
   Ваш план был очень прост, - вновь продолжал Том, - месье Роджер усовершенствовал эту винтовку, а не вы. А так как он не хотел давать деньги за изобретение, его убили. Два миллиона долларов ваши. Но и на этом не остановились, захотели и состояния вашей матери. Вот почему лицо мадам Рейплейзар на видео двери было закутано - этот человек не была она, а вы. Получается, я должен арестовать мадам Рейплейзар за убийство, и ещё миллион франков ваши. Но именно здесь и есть ошибка: у неё не было мотива, поэтому она автоматически отходит от подозрения. Тогда я и начал подозревать вас. Из-за отличного алиби это чувство увеличилось. Кстати, насчёт этого: вы переставили время на некоторых часах, что способствовало идеальному алиби. Ещё вы переоделись в вашего привратника - этим и объясняется отклеивание бороды из-за сильного ветра. А тело просто перенесли из зала в гостиную. Теперь я могу сказать: жадность вас погубила.
   - Довольно! - в гневе закричал Пьер, - лейтенант Мор, у вас нет доказательств, а когда найдёте, я уже буду очень далеко...
   - Опять ошибаетесь, - сказал Томас, многозначительно поднимая палец на винтовку, - вот моё доказательство. Это оружие снимает вооруженного человека автоматически. Месье Ларье, включайте.
   Люка послушно включил запись, и действительно, на экране показался Пьер, с пистолетом в руках, стреляющего в своего родного брата.
   А Рейплейзар, поняв, что сопротивляться бесполезно, поник головой. Том взял наручники и одел их на убийцу.
  
  Эпилог.
  
   Томас Мор шёл по коридору жандармерии. Дойдя до конца, он повернул на лево и зашёл в дверь под табличкой "НАЧАЛЬНИК ЖАНДАРМЕРИИ, ЖАК ЖУАНЬЕ". В кабинете сидел месье полковник. Едва завидев Тома, он вскочил и кинулся к нему, своему приемнику.
   - Поздравляю, месье лейтенант, - вдруг он отступился, - о, пардон. Поздравляю, месье комиссар, ибо теперь вы уже комиссар, и начальник полицейского участка на Монетной улице.
   Мор рассыпался в благодарностях, также как полковник в комплиментах за успешное раскрытие дела, расследование которого продолжалось два-три дня, и быстрого повышения. Мор вышел из кабинета через два часа после захода туда. В конце коридора он заметил знакомую фигуру, с ужасом читающую утренею газету. Когда Томас подошёл к Люка, а это был он , последний с ужасом вскричал:
   - Не может быть, американцы пошутили насчёт ядерной атаки... - а затем поднял голову, - и я проиграл пятнадцать тысяч франков.
   - Ну, ничего, - попытался успокоить своего друга новопришедший,- твоё повышение закроет все расходы.
   - А, - воскликнул Люка, складывая газету, - значит это и есть денежное предложение?
   - Да.
   - Ну, в таком случае поехали!
   И Ларье повёз своего удивлённого друга в ресторан, отметить повышение и забыть крах на бирже.
  
   Убийство на лошадиной ферме
  
  Жандармерия при новом комиссаре.
  
   Итак, я приглашаю читателя вновь очутиться на Монетной улице, которую мы недавно описывали, и у которой не произошло никаких изменений, в здание полиции, в котором всё-таки произошли некоторые изменения после отставки полковника Жака Жуанье и назначения комиссара Томаса Мора.
   На внешних стенах была новая краска, гораздо ярче старой, новые флюгера на крышах (хотя при полковнике их вообще не было), пластиковые окна вместо деревянных. А если зайти в здание, то можно было увидеть под ногами новый паркет, в некоторых местах ковры, в коридорах поставлены скамейки для очередей.
   Кабинет начальника жандармерии тоже приобрёл новизну: клетки с птицами были убраны (у некоторых сотрудников полиции была элергия на помёт экзотических птиц), ковры новые, шкафы, столы, табуреты, окна, люстра, всё было новым.
   За письменным столом Жуанье тоже произошла замена: там сидел не полковник, а хорошо знакомый читателю молодой человек лет двадцати пяти-двадцати шести. Одет он был в гражданский костюм, но во внутреннем кармане пиджака лежало удостоверение на комиссара полиции. Волосы светлые, строение лица больше напоминало поляка, чем француза: тонкие губы, худое лицо и т.д. Наверное, вы уже догадались, что имя этого молодого комиссара - Томас Мор.
   Да, это был именно он. А напротив него сидел его помощник, уже с гораздо большими усами, чем в последний раз, когда мы его оставили на дороге к ресторану. Он, подобно своему патрону, был одет в светло-бежевый костюм, в который было вложено полицейское удостоверение. Это был знакомый нам по "Смертельной идее" Люка Ларье, который был не только партнёром Томаса Мора, но и его другом.
   Итак, два друга сидели один против другого. Люка принёс отчёт о проверке города, а Том читал его. И казалось что эта идиллия, продолжавшаяся уже четверть часа, продлиться ещё столько же, но в этот момент зазвенел телефон на столе. Томас, заинтересованный каким-то очень важным отчётом, пригласил Люка взять трубку, что последний выполнил на совесть.
  Новое дело молодого комиссара.
  
   Как мы уже сказали, Люка взял телефонную трубку и ответил на звонок. Мор, сидящий напротив Ларье, услышал в трубке взволнованный мужской голос. Когда помощник комиссара повесил трубку, последний спросил:
   - Ну, что там?
   - На какой-то лошадиной ферме умерла мадам Жороль. Это произошло в девять двадцать утра, как раз после того, как она выпела своё утреннее кофе. Её сын, а это он сейчас звонил, говорил, что у неё врагов нет, завистников тоже нет, - и затем, видя, что его друг снова погрузился в отчёт о проверке и происшествиях в городе, добавил, - и ещё: он попросил прислать кого-нибудь из полиции, так как врач сказал, что это отравление.
   - А у нас кто-нибудь есть?
   - Нет. Ну, то есть да, - быстро прибавил Люка, - но всё же, между прочим, эта наша работа.
   - Какая?, - произнёс Том, медленно поднимая глаза на своего друга.
   - Раскрывать убийства! - с торжеством воскликнул его собеседник.
   - Ну, хорошо! - сказал Томас, складывая документы в ящики письменного стола и запирая их на замок; после этого комиссар встал со стула и направился к двери, - всё-таки месяц уже не практиковался.
   На улице они сели в полицейскую машину, точнее в гражданскую, но с мигалкой на крыше. За рулём, естественно, был Люка. Рядом с ним его начальник и друг Томас Мор.
   Когда они отъехали, Том зажёг себе сигарету чтобы лучше думать (это всегда ему помогало), и принялся расспрашивать своего приятеля по несчастью.
   Как только они оказались напротив шикарного здания, Том выскочил из машины, отбросил в сторону окурок и начал усердно развивать суставы. Через пять-шесть минут два полицейских двинулись по направлению к ферме, на ходу осматривая левады, лошадей и природу, окружающую всё вышеперечисленное.
  Лошадиная ферма Жоролей.
  
   Вся лошадиная ферма представляла собой конюшню, несколько левад, крытых манежей, закрытых водилок и моек. Все остальные здания были для слуг и хозяев.
   Конюшня была большой, светлой, со стеклянными стенами и большими дверями. Через стёкла хорошо были видны огромные денники. Полы в них были застелены свежими опилками, в углу лежало сено, а лошади хрустели отборным овсом, насыпанной в витые кормушки.
   На улице, в леваде, огороженной белым забором, паслась кобыла. Недалеко от левады, в конюшню вели статного молодого жеребца. Его походка и высоко поднятая голова говорили о хорошей родословной и чемпионской карьере. Тёмно-гнедая шерсть блестела и переливалась на солнце.
   Ещё подальше можно было увидеть открытый манеж. Там тренировался роскошный вороной жеребец. Каждый его шаг был отточен, а прыжки - необычайно легки и высоки. Казалось, что у него были крылья.
   Повсюду сновали жандармы.
   Рассматривая вышеперечисленных лошадей, Люка воскликнул:
   - Ого! Вот на таких я бы поставил тысяч пять-шесть!
   - И проиграл бы как на бирже? - подхватил Том.
   - Нет, ну почему... - хотел было воспрепятствовать месье Ларье, но в тот момент два друга-полисмена обнаружили, что к ним приближается третий. Зоркий взгляд Мора смог рассмотреть этого человека с расстояния в тридцать метров.
   Новоподходивший был холёный человечек лет сорока от роду. На волосах пробивалась седина и лысина, длинные чёрные усы явно были налачены. Одет он был в тёмно коричневый костюм довольно плотного материала.
   Когда этот человек подошёл к уже знакомым нам двойке, последние, как сиамские близнецы, уже держали полицейские значки, поэтому ему оставалось только представиться:
   - Люсьен Жороль, начальник лошадиной фермы и академии.
   - Начальник? - переспросил Люка, более просвещенный в таких делах, чем его товарищ.
   - Ну, управляющий, - признался толстенький человечек, - а вы скорей всего следователи?
   - Комиссар Мор, - представился Том, вновь показывая свой значок, а затем указывая им на Люка, - мой помощник, месье Ларье.
   Если читатель заметил, Томас называл своего друга на "вы" для поднятия его важности и авторитета.
   - Хорошо, хорошо, - продолжал их собеседник, - моя мать убита, а точнее отравлена. Если вы...
   - Где вы были в девять двадцать утра сегодняшнего утра? - перебил речь потерпевшего полицейский комиссар.
   - Я был в конюшне, осматривал нового вороного коня. А когда я осматривал ему правое переднее копыто, я услышал два крика: один просто кричал что-то неопределённое, а другой, мужской, звал меня и слуг на помощь. Когда я пришёл, - после минутного молчания продолжал трагическим голосом Люсьен, закуривая дорогую сигару, - всё было кончено.
   "Скотина! Ты ещё будешь со мной лицемерить!" - подумал Томас, хотя на его лице царило понимающее выражение, что придавало честь его умению владеть собой.
   - А где ваш отец? - вслух спросил Том, тоже закуривая.
   - Он сейчас на веранде, ответил месье Жороль, показывая на ту часть дома кончиком своей сигары, - я могу вас проводить туда.
   И он решительным шагом направился по указанному им ранее направлению, ведя за собой двух полицейских.
   "Так, так. Этих двух олухов можно обдурить элементарно!" - думал управляющий.
   На южном фасаде дома действительно сидел человек, но Том не сразу признал в нём разумное существо. Из далека он был похож на большой мешок с зерном, а в близи всё-таки выделялись черты лица.
   Волосы нового персонажа отсутствовали, усы тоже. А что касается, толщены и плотности, то можно было бы сказать "ОЧЕНЬ ТОЛСТЫЙ", но мы сравним его только с одним из трёх толстяков с рассказа Юрия Олеши.
   Когда три человека подошли к тому месту, вышеупомянутый принимал успокоительное или что-то вроде того. Том моментально оценил расстояние и, незаметно ни для кого, подошёл к столу, медленно и аккуратно взял одну таблетку и положил в карман.
   "Да, ребятам из лабораторного отдела прийдёться попотеть!" - подумал сам, и прибавляя вслух вышеозначенный вопрос.
   - Где я был в девять часов двадцать минут сегодняшнего утра, в минуту смерти моей жены? - переспросил допрашиваемый своим грубым и мощным басом.
   - Да, - растерянно продолжал Мор, предпочитавший более сжатую форму вопроса.
   - Я шёл по коридору в ванную комнату, - вновь продолжал месье Ней, - и тут услышал крик из спальной комнаты моей жены. Когда я зашел, она лежала на полу и задыхалась. Через пять минут она умерла.
   Едва он закончил свою речь, как в комнату вошёл жандарм подразделения Томаса.
   - Месье комиссар, - услужливым голосом попросил полицейский своего патрона, - там тело сейчас будут увозить в МОРГ. Не хотите взглянуть?
   Мор кивнул и направился за своим жандармом, не прощаясь с Жоролём; а Люка, более воспитанный, чем его друг, сказал своё "простите" и пошёл вслед за всеми.
   Трое полицейских направились в комнату мадам Жороль, она находилась на втором этаже дома, а так как Люка терпеть не мог лестниц, по которым нужно идти самостоятельно, он решил остаться внизу "чтобы покараулить", как он сам выразился. В ответ на этот монолог Том только пожал плечами и энергично зашагал по лестницы, оставив своего друга стоять внизу.
   Очутившись на втором этаже, провожатый Мор хотел было направиться к комнате погибшей, но в этот момент услышал странный вопрос, исходящий от его патрона:
   - А где здесь ванная комната?
   Жандарм резко повернулся и, несколько озадаченный, проговорил:
   - Она в конце этого коридора.
   - А комната месье Жороля?
   - Молодого или... - в полном непонимании ответил слуга закона.
   - ... Старшего, - видя, что про эту фразу забыли, закончил комиссар жандармерии.
   - Она рядом с ванной.
   - Отлично, - поговорил Томас, доставая и записывая полученные сведения в свой блокнот. Закончив, он поднял голову на жандарма, и попросил его продолжать путь.
   Комната мертвеца представляло собой довольно-таки скромное помещение. В углу стояла зелённая кровать, возле окна стол, по стенам тянулись два шкафа. Но Том обратил своё внимание на пол: на нижней части комнаты лежало распростёртое тело мадам Жороль. Вокруг него кружились доктора, жандармы, журналисты.
   Томас осмотрел тело, прочитал факты, найденные у мёртвого человека, а так как там ничего интересного нет, поэтому я считаю, что будет лишним рассказывать об этом, и Том быстро ушёл вниз, к своему товарищу.
   Встретив его, беседующим с каким-то жандармом Мор взял Люка под руку и увёл к машине, в которой они приехали. Как только они готовились отъехать, Люка спросил:
   - Ну, что? Узнал что-нибудь интересное?
   - О да! - с восторгом воскликнул Томас, - по крайней мере, знаю где искать!
   Ларье, слегка удивлённый таким восторженным поведением своего друга, повёл машину в жандармерию.
  Следование продолжается.
  
   Как мы уже сказали, два детектива направились в знакомую жандармерию на Монетной улице, только вот отдел, куда они направились совсем не знаком читателю: это был научный отдел, обычно именно здесь проверяют предмет на отпечатки пальцев, или след зубов на куске шоколада и т.п.
   Подойдя к двери того отдела Томас развернулся на сто восемьдесят градусов и сказал Люка:
   - Значит так, вдвоём нам здесь делать нечего. Ты сейчас иди и проверь личное денежное состояние месье Ней Жороля.
   Ларье пожал плечами и отправился выполнять приказание своего патрона, а последний зашёл в научный отдел. Оказавшись среди компьютеров, белых халатов и жандармов комиссар направился к одному из профессоров. Подойдя к седому очкарику в белом халате, Мор вынул из кармана белую таблетку Нея, и отдал его вышеупомянутому лицу "для проверки". Через два часа, после бессмысленного хождения по улице, его снова позвали в научный отдел. Подойдя к знакомому читателю профессору, Томас быстро спросил:
   - Ну, что это?
   - Кокаин.
   - Отлично! О` кей! Well! - продолжал восклицать Том, не обращая внимания на удивлённого профессора, и выскакивая на улицу. Там он встретил своего помощника, который медленным шагом двигался по направлению в жандармерию. Встретив его Мор, слегка успокоился и спросил дрожащим голосом:
   - Ну, что у тебя?
   - У месье Нея в кармане нет ни франка, зато у жены ферма на два миллиона. А у тебя что?
   - Те таблетки, которые я принял за успокоительное, оказались кокаином.
   - А как ты обратил на это внимание? Я даже не заметил этих таблеток!
   - Потому что месье Жороль очень странно принимал своё успокоительное: сначала нюхал, а потом кидал на пол. Более того, когда мы с ним разговаривали, у него слегка слезились глаза.
   - Феноменально! Значит, мы нашли убийцу! - запинаясь, говорил Люка.
   - А вообще-то нет, - задумался его собеседник, - понимаешь, слишком это просто.
   - Ну, смотри, - продолжал доказывать Ларье, - у него было время это сделать, у него был мотив сделать это, он сам путался в своих показаниях...
   - Послушай, прервал его речь Том, - если это будет так, то я дам тебе десять тысяч франков! Согласен?
   - Идёт! - воскликнул Люка, представляя себе лёгкую наживу.
   Два друга пожали друг другу руки, и разошлись в разные стороны: Том - доказывать невиновность месье Жороля, а Люка - доказывать виновность месье Жороля.
  
  Взятие доказательства.
  
   Итак, два друга разошлись в две разные стороны. Но так как Люка никаких доказательств по виновности Нея не нашёл, я прошу разрешение читателя проследить за дальнейшими действиями Томаса Мора.
   Наш главный герой взял себе такси и поехал на лошадиную ферму семьи Жоролей. Оказавшись на месте, начальник жандармерии направился на кухню, по дороге спрашивая дорогу. Месье Нея он не встретил: новый хозяин фермы в данный момент был на скачках.
   Войдя на кухню, Том даже присвистнул: высокий потолок, новейшие механизмы для готовки еды, огромный размер самого помещения... разве от такой картины не может закружиться голова у бедного комиссара полиции, недавно прийдя на свою службу.
   Как ни странно, за одной плитой кропотливо работала кухарка лет пятидесяти пяти - шестидесяти. В белом фартуке она резала овощи для супа.
  На новые механизмы она смотрела не очень благоприятным взглядом: точнее сказать, с некоторой ненавистью.
   Подойдя к ней, Том вытащил своё удостоверение:
   - Комиссар жандармерии Мор, - а затем положил его обратно в карман, - у меня есть к вам пару вопросиков.
   Реакция кухарки была очень пугливой, как и у всех людей, у кого не в порядке совесть. Но всё же это не помешало задать Тому "пару вопросиков".
   - Скажите мне, - вновь заговорил комиссар, - а месье Люсьен часто заходил на кухню?
   - Время от времени, - тревожно проговорила кухарка.
   - Яды у вас на кухне?
   - Некоторые да.
   - Где?
   - В аптечке, - и она указала на тумбочку.
   Том подбежал к месту хранения опасных жидкостей и порошков, и стал открывать их поочерёдно, но, видя, что все они новые и полные, клал их на место. Потом он отдышался после быстрой работы и вновь задал вопрос:
   - А где здесь кабинет месье Люсьена Жороля.
   - По коридору налево.
   - Пойдёмте со мной. Вы меня проведёте.
   Кабинет управляющего представлял собой большое и просторное помещение светло зелёного цвета. Возле окна, на свету, стоял ореховый стол. Именно к нему в первую очередь подбежал Томас, принялся открывать все ящики. Запертые он открывал своим ключом (отмычкой). В одном из них Том нашёл чёрную баночку с черепом на крышке. Он быстро вскрыл её и удовлетворённо вздохнул: она была наполовину пуста. Вдруг Мор услышал беспокойный голос служанки:
   - Месье комиссар, Вы ищете убийцу мадам Жороль?
   - Именно так.
   - В таком случае я могу вам помочь!
   И она поведала страшную тайну о смерти своей хозяйки, которую читатель очень скоро узнает.
  
  Последний удар.
  
   Теперь я прошу читателя представить себе жаркий день в Париже. Разумеется, не такой жаркий, как на экваторе, но для местных жителей это был убийственно жаркий день.
   По дороге на лошадиную ферму ухал "гольф" светло-бежевого цвета. В нём сидел уже знакомый читателю Люсьен Жороль, управляющий лошадиной фермы. Он сидел на заднем сидении, расслабившись и выкуривая сигару за сигарой. Вдруг машину остановили две неизвестных личностей, причём один из них держал значок на комиссара полиции, а второй просто стоял в стороне. Когда машина остановилась, Том, (а это был он) не обращая внимание на водителя, обратился к пассажиру:
   - Месье Жороль, Вы едете на вашу ферму?
   - Да, - пробормотал тот, сев более уважительно, - если вам нужно туда же, то я могу вас подвести.
   - Разумеется, - и Том сел с одной стороны Люсьена, а Люка по другую. Через некоторое время такое положение стало раздражать человека, сидящего посередине.
   Уже в кабинете Люсьен заметил, что два жандарма следуют за ним повсюду, куда бы он ни пошёл. Месье управляющий повернулся к двум безмолвным статуям и воскликнул:
   - Что вам двоим от меня нужно?
   - Месье Жороль, - естественно первый начал Том, - я думал, что Вам будет интересно послушать как идёт дело о убийстве Вашей матери?
   - Допустим.
   - Мы сумели развить успех: узнали, что Ваш отец принимает наркотики, и что у него кончились деньги - мотив преступления; он сам путался в своих показаниях, но путался так, что могло дать ему лишнее время, чтобы добавить яд в кофе своей жены.
   На этом моменте Том остановился и посмотрел на своего собеседника: он казался раздавленным. Тогда Мор снова начал говорить:
   - Но меня удивило то, что всё это было слишком просто.
   Люсьен поднял голову.
   - И я начал проверять других подозреваемых.
   Глаза у управляющего засветились.
   - Я проверил Ваш кабинет, с разрешением начальства, разумеется, и увидел, что в Вашем столе лежит именно тот яд, которым была отравлена Ваша мать. Но и это не доказательство: Вас же мог подставить месье Ней, подложив этот яд.
   Люсьен открыл рот и молча слушал, поддакивая и кивая.
   - Но в этот момент ко мне пришёл свидетель, который видел как Вы бросали яд в кофе, который видел, как Вы собственноручно отнесли это кофе в комнату Вашей матери, и который видел, как Вы ждали, пока мадам Жороль не выпьет это кофе.
   Эта речь произвела на убийцу огромное впечатление: он вскочил, покраснел от злости. Но всё это продлилось, по крайней мере, полминуты. После этой вспышки бывший управляющий без сил сел в своё кресло.
   - Месье, мне прийдёться арестовать Вас за убийство мадам Жороль, Вашей родной матери, - добавил Том, делая на слове "родной" ударение.
  
  Эпилог
  
   Дело в том, что автору волей-неволей прийдеться заняться описанием реакции конкурентов лошадиной фермы Жоролей, после ареста её управляющего.
   Как читатель может догадаться, все были в восторге. А один фермер даже наградил комиссара жандармерии, дав ему сто тысяч франков.
   Итак, Томас Мор сидел в своём кабинете (в жандармерии) и спокойно покуривал сигарету, представляя себе жизнь богатого комиссара. Его план был очень прост: как только он докурит свою сигарету, он пойдёт покупать недвижимость.
   Вдруг в кабинет вошёл его помощник, Люка Ларье.
   - Том, - обратился к своему другу новоприбывший, - к тебе там человек какой-то. Говорит, что срочно.
   - Ну что же, зови! - Мор в этот момент напоминал больше американского мафиозо, чем комиссара полиции.
   В кабинет вошёл стройный человек лет сорока восьми. Одет он был в элегантный чёрный костюм и блестящий галстук. Строение лица выдавало в нём поляка: тонкие губы, большие глаза, худое лицо и т.д.
   Подойдя к комиссару, он достал своё удостоверение и проговорил тихим, бархатным голосом:
   - Кредитный инспектор, пан Новитский.
   Несчастный Томас вскочил со своего кресла, потом сел, вскочил, сел, вскочил и в конце концов снова сел.
   - Я узнал, что Вы не платили некоторое время кредиты, обанкротили Вашего домовладельца и незаконно убежали из Польши. Значит так, или Вы сейчас отдаёте мне сто тысяч франков, и мы все забываем эту историю, или я сообщаю в газету, Вы теряете своё положение, и за Вами следит уже французская полиция.
   Раздавленный Том побрёл к драгоценному ему чемодану с деньгами и отдал его своему новому посетителю, который тут же достал из кармана документ о том, что "пан Томас Мор выплатил сто тысяч франков польскому правительству, тем самым погасил свою задолженность". Том подписал эту бумагу не читая. Люка проводил пана Новинского и повернулся к своему другу: бывший богач выглядел скорее трагично-комично, чем трагично. Через две минуты молчания Люка слегка хихикнул, Том повторил этот звук. Ларье хихикнул погромче, его друг почти рассмеялся. Затем два приятеля рассмеялись в полный голос. Комиссар поднялся со своего стула и сквозь смех сказал Люка:
   - Кстати, с тебя десять тысяч за пари!
   У Ларье широко раскрылся рот. Он перестал смеяться, что было совсем не похоже на его товарища.
  
   Автобусная драма
  
  Автопарк.
  
   Прошу читателя представить себе зону, специально отведённую для автобусов. Обычно такое место называется автопарком.
   По вечерам туда съезжаются все автобусы города, а по утрам снова разрежаются, чтобы возить пассажиров по своим маршрутам.
   Чтобы не путаться "кто кого и куда везёт" люди придумали пронумеровывать такие автобусы, поэтому можно встретить номера 24, 52 и даже 75. Вскоре читатель поймёт, что они выбраны не случайно.
   Как всем известно, автобус ведёт непосредственно водитель, но так как ему одному не справиться, у него есть помощник. В его обязанности входит помощь (отсюда и название) водителю: следить за пассажирами, собирать деньги и т.д и т.п.
   Так было и в этой истории: у многоуважаемого месье Фалье, водителя автобуса Љ52, был свой помощник по имени Мишель Жамбулье. На месье Мишеля абсолютно не на что было пожаловаться, разве что на слишком большую аккуратность.
   Как читатель возможно уже догадался, моё повествование начнётся именно в автобусном автопарке. А так как самое интересное время - это утро, вот я и начну с утра, тем более что это событие произошло именно в ранней части дня.
   Теперь я прошу читателя снова представить себе двух малознакомых нам людей, водителя Фалье и его помощника Жамбулье. Они шли по автопарку, который, кстати говоря, в эту часть дня был совершенно полон.
   Фалье был мужчина довольно полный, с лысиной на затылке и дыркою в туфлях. На вид ему было лет пятьдесят, но на самом деле только сорок. Эта преждевременная старость подчёркивалась ещё и образом плохо одеваться: старая, поношенная куртка тёмно бежевого цвета, по-видимому, давно уже желавшая лучшего обращения.
   Его помощник, месье Жамбулье, которого мы раньше называли просто напросто Мишелем, был гораздо моложе своего начальника: ему едва исполнилось тридцать два года: чёрные, налаченые волосы, блестящие карие глаза, чисто выбритые усы и борода - вот основное внешнее описание этого нового персонажа моей книги. Что касается внутреннего, то к нему можно приписать ум и открытость.
   Итак, два любителя транспорта двигались по направлению к своему автобусу. Но только по дороге они заметили, что к ним приближается какая-то новая личность, и, надо сказать, что этот персонаж неизвестен только читателю, а Фалье и Жамбулье он был давно знакомым, более того, этот месье был их другом. Звали его Луи Мегье.
   Внешность этого маленького человечка можно легко описать: небольшой рост, лысина на голове, небритая борода, старая куртка, пахнувшая бензином - вот основное его описание. Когда Мегье подошёл на довольно близкое расстояние, он обнажил свои зубы, в которых, кстати говоря, не хватало троих, для широкой улыбки, и поздоровался:
   - Бонжур, месье Фалье, месье Жамбулье!
   - Добрый день! - поприветствовал своего знакомого Фалье.
   - Салют! - в свою очередь поприветствовал своего знакомого Жамбулье, поднимая одну руку, и не отрываясь от старых счётов, которые он смотрел всё утро.
   Месье Луи закивал как конь, но когда два шофёра отошли на большое расстояние от него, последний наградил их долгим, испепеляющим взглядом.
   Так продолжалось минуты две-три, после чего Мегье направился в противоположную сторону от Фалье и Жамбулье, к своему автобусу, под номером 24.
   Уже возле 52-ой машины две, уже долго идущие личности встретили ещё одного человека, одетого в рабочий костюм:
   - Извини, Фалье, - при этом восклицании незнакомец пожал руку главному шофёру, - твой сокол отказал, - продолжал он, называя, таким образом, 52 автобус, - поэтому у меня приказ от большого босса отправить тебя и Мишеля в семьдесят пятый. Он сейчас стоит напротив двадцать четвёртого.
   - Хорошо! - и они направились по указанному управлению, даже не предполагая, что 24-ый автобус принадлежит Луи.
   Дойдя до своей новой машины, двое поочерёдно зашли. Как обычно, за руль сел Фалье, а Жамбулье примостился рядышком, ожидая следующей остановки, чтобы собрать деньки.
   На главной дороге, спустя двадцать минут, произошёл непредвиденный случай: из заднего стекла выволелось окровавленное тело месье Фалье, а автобус уехал с Мишелем.
  
  Комиссариат.
  
   И снова знакомая читателю жандармерия.... Без изменений... Мы оставляем её и идём дальше.
   В кабинете, как впрочем, обычно, сидел месье комиссар. Мор просматривал какие-то маловажные документы. И вот, когда Том увлёкся чтением полицейской статистики, в дверь постучали, на что он ответил:
   - Да-да!
   Это было обычное его приглашение войти в кабинет. Но, подняв голову, он увидел не какого-нибудь просителя или прокурора, а своего знакомого, месье Люка Ларье.
   - Том, есть интересное дельце на примете! - начал разговор с порога новопришедший.
   - А, это ты, - с разочарованием в голосе сказал его друг, вновь переводя взгляд на документы.
   - Нет, ты представляешь! Сам президент!
   - А причём здесь господин президент? - поднялся со своего служебного кресла Мор.
   - А вот причём: он недавно открыл новый автопарк для автобусов, всего - лишь месяц три месяца назад, - усевшись поудобнее вновь заговорил Ларье, - и хотел приехать туда с журналистами через полтора месяца, тоесть через шесть недель с сегодняшнего дня!...
   - А мы должны будем его защищать! - выдвинул своё предположение по этому поводу Томас.
   - Нет, не перебивай меня! На чём я остановился?
   - Господин президент должен был приехать на свой автопарк со своими журналистами, - подсказал Том.
   - Да, так вот: вчера там произошло убийство.
   - Что?
   - Поэтому он обратился к нам - вновь продолжал Люка, слегка повысив голос, - так как мы не центральное Парижское управление, а всего - лишь небольшой отдел. Мы должны раскрыть это убийство за две недели, причём без шума, понял?
   - Иногда мне кажется, что комиссар не я, а ты! - признался Мор, а затем вышел из комнаты со своим помощником.
  
  Место происшествия.
  
   Когда два детектива приехали в автопарк, они не увидели, к их удивлению, ни одного полицейского жандарма в форме. Напротив, один человек в светло бежевой куртке подошёл к Томасу и произнёс:
   - Месье комиссар, приказ президента не поднимать шума. Поэтому мы все переоделись в гражданское.
   - А как же я вас буду узнавать? - воскликнул Том, признав в этом человеке сержанта Ганеса.
   - Все наши парни одеты в светло бежевые куртки, вот как моя.
   И действительно, в автопарке выделялось, по крайней мере, сорок человек в вышеозначенных куртках.
   - Ладно, ладно, - продолжал Томас, - так что же произошло?
   И сержант рассказал всю историю про труп, который вылетел из заднего стекла.
   - Разумеется, это мог сделать только Жамбулье, - закончил Ганес.
   - Нет, - заявил его патрон.
   - Что?
   - Зачем ему привлекать к себе внимания? Он мог бы тихо убить этого Фалье, спрятать его труп и всё.
   - Но труп мог вылететь совершенно случайно...
   - Убийцы берегут трупы своих жертв, а не выбрасывают их в заднее стекло автобуса.
   - Ладно, - закончил спор Люка, - а кто свидетели?
   - Их несколько, - снова заговорил сержант, - это месье Лерю - механик автопарка, он последний видел Фалье и Жамбулье, и месье Мегье - водитель автобуса Љ24.
   - Так, начнём по порядку,- проговорил Том, - сначала нужно допросить месье Лерю, а затем месье Мегье...
   - Не хотите ли осмотреть тело? - прервал ход мыслей своего начальника сержант.
   - Только в отчётах! - недовольно сказал Мор. Этот сержант уже начинал раздражать его, - а где месье Лерю?
   - Вон там, - ответил Ганес, указывая пальцем на человека в синем комбинезоне.
   Два друга направились к вышеозначенному персонажу нашей книги, что касается сержанта Ганеса, то он ни на минуту не оставлял своего патрона, точнее говоря, следовал за ним попятам.
   Месье Лерю встретил полицейского довольно мрачно: за весь день его допрашивали раз двести. Но, увидев комиссарский значок, ему пришлось стать немного уважительнее. Поэтому один из лучших механиков этого автопарка отодвинул от себя шину, которой он некоторое время занимался, сплюнул, закурил дешёвую сигарету и обратился к Жандарму с вопросом:
   - Чем обязан?
   - Дело в том, что нам известно...
   - Что я последний видел погибшего, - сквозь зубы процедил главный свидетель, - меня об этом уже все жандармы, карабинеры и коллеги спросили!
   - Дело в том, что я не карабинер и не коллега, - с каменным спокойствием отвечал его собеседник, - а главный следователь, комиссар Мор. Поэтому отвечать на мои вопросы вы обязаны.
   - Вы говорите со мной как с подозреваемым, - пролепетал испуганный механик.
   - Нет, я говорю с вами как со свидетелем, который не хочет давать показания, интересующие меня, да и вообще следствие. Но учтите, - с ужасающим видом поднял указательный палец Том, - если вы будете продолжать вести себя таким образом, то я имею основания допрашивать вас не здесь, а в жандармерии.
   Том, как, в общем, все полицейские, умел "надавить" на непослушного и незговорчего свидетеля или подозреваемого. В данном случае достойный жандарм решил припугнуть месье Лерю, чтобы без особого труда "выдавить" из него всю информацию. И действительно, от испуга интересующий полицию решил рассказать всё, что он знал. Поэтому он, в некотором смятении, залепетал:
   - Месье комиссар, я не протестовал против допроса.... Если вам угодно, допрашивайте.... Я скажу вам всё, что знаю.
   - Так-то лучше.
   - Что вас интересует?
   - При каких обстоятельствах вы встретили месье Фалье и его помощника?
   - Они подошли к своему автобусу, на котором они работают, а я ещё утром заметил прокол в передней шине. Вот и отослал их за пятьдесят вторую машину.
   - А что с проколом шины?
   - Простите, но я вас не понимаю...
   - Проффесиональное мнение.
   - Прокол глубокий, а колесо едва спустило, - пожимая плечами ответил рабочий, - довольно-таки странно.
   - Я надеюсь, эта шина ещё осталась?
   - Да, я уже снимал её, когда из автобуса вылетел труп.
   - Люка... тоесть, месье Ларье, потрудитесь принести в участок сей предмет, - отдал приказание комиссар республики, - а вы, месье Лерю, проводите меня к Луи.... Хотя нет. Сержант Ганес! Выполняйте приказание месье Ларье. А вы, месье Ларье, за мной.
   Избавившись, таким образом, от надоедливого сержанта, комиссар, вместе со своим другом, пошёл вслед за дрожащим и испуганным проводником.
   Месье Луи в данный момент, сидел в своём фургончике, который был для него одновременно домом (потому что настоящего дома у него никогда не было), и делал свой любимый напиток - Глинтвейн.
   Так как через двадцать минут ему надо было выехать на машине, он закрыл все окна и двери.
   В тот самый момент, когда "достойный" водитель уже хотел "немного успокоить свои расшатанные нервы", в дверь тихонько постучали. Месье Луи решил, что это ветер, так как стук был тихий. Но это обстоятельство, а я имею в виду первый вариант стука, ещё больше разволновало Луи, и он снова принялся за свой бокал.
   Однако с тесным общением его вновь прервал стук, но уже более неумолимый. Решив, что это мальчишки балуются, Луи опять не обратил на это своё драгоценное время. Уже немного отпив напитка, он услышал стук, от которого фургон чуть было не развалился. Ещё больше испугал его громкий бас, прозвучавший за пределами его территории:
   - Именем закона откройте!!
   Дело в том, что Луи всегда боялся три фразы: "я тебя уволю", "женись на мне" и "именем закона откройте". Услышав, таким образом, третью ненавистную фразу, кровь застыла у него в жилах.
   Том, стоявший за дверью и прокричавший эту злополучную фразу, представить себе не мог реакцию нового свидетеля. Он начал бегать из стороны в сторону, временами посматривая на глинтвейн. Некоторое время спустя он взял его и открыл "входную дверь", тоесть задний багажник, и вылил всё содержимое на достопочтенного комиссара.
   Месье Лерю, желавший обрести максимального доверия и дружбы полицейского, закричал на любителя спиртного:
   - Ты что, совсем спятил?! Опять перед выездом пьёшь?
   - Я, да я, я пью? Сам дурак! - ответил Луи, - клянусь святой Мадонной, что даже не думал выпить этого алкоголя. Я подумал, что это убийца хочет убить свидетеля, который последний видел пропавших...
   - Так вы были последний? - переспросил несчастный комиссар, вытирая платком своё лицо от напитка.
   Луи испугался восклицания Тома, потому что не расслышал его. Воображая, что речь всё ещё идёт о глинтвейне, любитель немецкого напитка рассыпался в извинениях, но когда он увидел полицейский значок, он чуть было не потерял сознания, так как несколько мелких грешков у него всё-таки было.
   А Том, видя, что его не приглашают войти в "дом", сделал это без разрешения хозяина. Его примеру последовал Люка. Лерю уже собирался войти вслед за месье Ларье, но последний резко повернулся на каблуках и, сказав "у каждого своя работа", закрыл дверь прямо перед механиком.
   Погрузившись в пары алкоголя, тоесть войдя в "дом" Луи, Том задал свой первый вопрос:
   - При каких обстоятельствах вы встретили месье Фалье и месье Жамбулье?
   - Они шли к своему автобусу, а я к своему. По дороге мы разминулись.
   - Как же они могли идти к своему автобусу, если их автобус был в другой стороне? - попытался зацепиться комиссар.
   - Откуда я знаю, где их автобус? Где поставили, там и стоит.
   Люка с Томом переглянулись, затем Ларье обратился к допрашиваемому.
   - Месье Мегье, значит, вы не знаете про прокол шины в их автобусе?
   - Нет, - протянул Луи, - я ничего не знаю про прокол шины в пятьдесят втором автобусе.
   Том быстро начал делать записи в своём блокнотике. Закончив, он продолжил серию вопросов:
   - Скажите, а какие отношения у вас были с месье Фалье и Жамбулье?
   - Идеальные! Мы так хорошо дружили!
   - А у месье Фалье была семья?
   - Да.
   - И как они к вам относятся?
   - Э-э-э, немного недолюбливает.
   - Почему?
   - Ну-у, я не знаю.
   - Ладно, я выясню.
   - Извините, а разве это относится к делу?
   - Нет, просто я должен всё записать по порядку.
   И действительно, Том вновь погрузился в свой блокнот. Дописав последние слова, комиссар начал уточнять:
   - Вы были друзьями с месье Фалье и Жамбулье, или коллегами?
   - И то и то.
   - Извините за следующий вопрос, но кто может это подтвердить?
   - Ну, - Луи почесал затылок, - я ни у кого бумагу о подтверждении не просил, мы просто дружили.
   - Я не об этом, - улыбнулся полицейский, - другие работники замечали это?
   - Надеюсь.
   - Ну, я у них и переспрошу.
   Неожиданно месье Мегье вспомнил, что у него должно было быть два полицейских. Он с испугом оглянулся и увидел Люка сидевшим на табурете. В руках он держал бумагу - это был протокол допроса Луи.
   Как только Том записал всё, что ему было нужно, он спрятал блокнот в карман и обратился к допрашиваемому:
   - Месье Мегье, я записал всё, что мне было нужно. Остальную информацию у вас возьмёт месье Ларье.
   С этими словами он встал со своего места и вышел из фургончика. На его место сел Люка и начал ряд "остальной информации":
   - Итак, месье Мегье, назовите ваш точный адрес.
  
  По горячим следам, и что можно найти, идя по ним.
  
  Когда Том вышел из фургона, он встретил Лерю - того самого механика, который немного помог расследованию, и которого Люка не впустил в фургон. После этого момента механик автопарка прогуливался возле "дома" месье Луи. На вопросы своих коллег "ты что здесь делаешь?" он отвечал "в помощь следствию". Таким образом, скоро все стали думать, что Мегье арестован, а механик охраняет его. Мысль о допросе ни то, что не приходила никому в голову, а просто не устраивала. И действительно, насколько было интересно всем говорить об аресте, чем тихо сказать собеседнику, указывая на фургончик: "ведётся допрос свидетеля".
   Том, едва завидев Лерю, подозвал его:
   - Месье Лерю, подойдите сюда.
   Последний подбежал к комиссару, хотя между ними было расстояние в десять шагов.
   - Месье Лерю, - вновь обратился к нему Томас, - вы хорошо знали пропавший автобус?
   - Ещё бы!
   - Какой же у него был номер?
   Ответ он записал в свой блокнот.
   - А цвет какой же?
   - Как и у остальных, жёлто-синий.
   - Вы видели, в какую сторону он уехал?
   - Вон в ту, - он показал на дорогу указательным пальцем.
   - Хорошо, охраняйте фургон, - к удивлению механика Том пошёл по той дороге, - дьявол, как же я сам не додумался, - досадовал он на себя.
  ***
   На дороге хорошо остались колеи от автобуса - ведь недавно был дождь. Легко догадаться, что Том пожертвовал свои новые туфли во спасение расследования.
   Два часа шёл он. Автопарк растворился в дали. Через некоторое время Том заметил, что колея резко повернула вправо. Он поднял голову и увидел перед собой небольшую пещерку. Такие часто можно встретить во Франции.
   Том вошёл в неё но, чёрт возьми, там было темно как в бочке. Пришлось зажечь спичку.... То, что он увидел, вызвало в нём и ужас и радость: в пещере стоял автобус жёлто-синего цвета. Комиссар сверил номера - они были одинаковы. Затем он начал осматривать сам автобус - заднее стекло было выбито, салон весь в крови. Томас снял отпечатки пальцев с руля и вдруг заметил в пепельнице окурок. Он взял его и положил в пакетик. Трупа в пещере не было.
   Через некоторое время он вернулся в автопарк. Допрос уже закончился, и Люка с Луи курили (сигареты Люка, разумеется). Когда Том подошёл к ним, Мегье выпрямился, бросил свой окурок на землю и раздавил его каблуком. Томас сделал вид, что ищет сигареты, но никак не может их найти. Тогда Луи достал свои и дал Тому одну. Комиссар затянулся и сказал:
   - Месье Ларье, мы здесь всё сделали, пойдёмте теперь назад в участок.
   Луи долго смотрел им вслед, а как только они исчезли, бросил окурок на землю, но не успел его раздавить: кто-то позвал его. Как только он ушёл рассказывать свои похождения (мы имеем в виду его допрос) на горизонте снова показались две фигуры. Том подбежал к тому месту, где курил Мегье, и положил в другой пакетик окурок, который он бросил на землю. Дело в том, что два полицейских шли, Томас уже рассказал Люка о своём открытии и о своих подозрениях.
   - Теперь Люка, - обратился к своему подчиненному комиссар республики, - мы отправимся к директору автопарка, месье Дегимаусу. Точнее я. А ты возьми все два окурка, - он отдал пакеты, - и отнеси в лабораторный отдел: пусть сверят.
   Люка повернулся на каблуках и поспешил выполнить недавно полученное приказание.
   Ну и Том тоже направился к своему месту назначения: к директору автопарка месье Дегимаусу.
   Офис последнего находился в роскошном здании в конце автопарка. Здание это делилось на центр и два крыла, причём в центре была небольшая башенка - это и был его кабинет.
   В прихожей Тома встретил чрезвычайно усатый швейцар. Он не собирался впускать этого странного месье к господину Дегимаусу (это обстоятельство было вызвано грязным видом его туфель). Но после разглядывания полицейского значка Тома, он принял таинственное выражение лица и указал ему дорогу, где можно было встретить человека, который почистил бы его туфли от грязи.
   Но Том уже давно заметил, как мало у него осталось времени - рабочий день заканчивался через полчаса. Поэтому пришлось дать швейцару пятьсот франков. Такая сумма объяснялась весьма просто: если бы швейцару было предложено сто франков - старик охал бы от следов на новом персидском ковре, которые оставлял комиссар. А вот пятьсот франков...
   В приёмной Мора встретил франтоватый секретарь в костюме "Итали". Посмотрев на значок комиссара и на туфли, он пропустил первого и сделал замечание по поводу вторых. Так или иначе, но Том сумел войти в кабинет Дегимауса.
   Большой директор сидел в своём роскошном кожаном кресле и что-то усердно писал. Ему было сорок два года, и он действительно мог полагать, что жизнь только начинается в сорок лет. И действительно - вот уже три месяца он сидит на блестящей работе, недавно женился и ждёт ребёнка. Прежде он был мелким служащим в банке, и такое продвижение по службе очень его радовало (как он попал из служащих банка в директора автопарка он и сам не понимал).
   Лицо было спокойным и красивым. Тонкие усы невероятно точно смотрелись на нём. Он благоухал какими-то мужскими духами.
   Как только полицейский вошёл в кабинет, начальник автопарка поднял голову. Не понимая, почему его не предупредили о приходе этого месье, встал со своего кресла.
   - Месье, я могу быть вам как-нибудь полезен?
   - Ещё как, - подтвердил вошедший. Он достал из внутреннего кармана полицейский значок и отдал его своему собеседнику. Последний надел очки и внимательно прочитал имя комиссара, - месье Томас Мор, - он поднял глаза и отдал значок его владельцу.
   - Комиссар Томас Мор, - подправил директора жандарм.
   - Вы по поводу убийства?
   - Да.
   - А что именно вас интересует?
   - Я хотел бы знать ваше отношение к месье Мегье.
   Тяжкий вздох допрашиваемого. По его лицу можно было понять, что наступили на "больную мозоль".
   - Слабенький работник. Хоть я работаю здесь три месяца, но я заметил, что он не враг бутылки. Ну а мы здесь занимаемся перевозкой пассажиров на автобусах, где нужно держать свежую голову.
   - А что вы можете сказать насчёт месье Фалье и Жамбулье?
   - Полная противоположность. Два ответственных и сильных работника. Более того, я хотел уволить месье Мегье и повысить Фалье с Жамбулье. Жаль, что их убили. А вы уже кого-то подозреваете?
   - Ничего серьёзного, - был ответ, - а у вас есть возможная точная характеристика о месье Мегье?
   - Да, конечно.
   - вы не могли бы дать мне её?
   Директор автопарка снова встал со своего кресла, подошёл к двум громоздким шкафам. Взял одну из многих папок, отыскал букву М, а затем Е., Наконец, он нашёл её - характеристику месье Мегье.
   К его удивлению Том пробежал глазами по строчкам, желая уточнить, что это. Затем комиссар переписал всю характеристику себе в блокнот (она была написана две недели назад, и там описывался Мегье с самой худшей для него стороны, так как Дегимаус хотел его уволить с работы). Как только он закончил, характеристика вновь оказалась в руках её законного обладателя.
   - Ну, что-же, - продолжил Том, кладя блокнот во внутренний карман, - я сделал всё, что мог.... Остальную работу я сделаю завтра, потому что сегодня рабочий день уже закончился. До-свиданье.
   И действительно, Том встал со своего стула, немного дешевле, чем кресло его собеседника, и вышел из просторного офиса. Не замечая секретаря и швейцара (они опять сделали замечание по поводу грязного вида его туфель), он вышел на улицу.
   Автопарк уже был во тьме. Одна его часть была полна автобусов, тогда как другая совсем опустела - эти машины поехали работать в ночную смену.
   Том молча достал из пачки сигарету и закурил. Затянувшись, он ослабил узел галстука.
   - До какой же степени могут озвереть люди, только ради денег, для того, чтобы сидеть в роскошных офисах и ездить на дорогих машинах, - думал он, идя по дороге к автобусной остановке. Сев в первый попавшийся и поехал к себе домой.
  
  Загнанный зверь.
  
   На следующий день, в два часа, два приятеля вновь ступили на землю автопарка. От девяти часов и до этого времени они упорно работали, и теперь они знали, кто виновен.
   Они шли к месье Дегимаусу, но по дороге они встретили Луи Мегье. Как только они подошли друг к другу, все трое поздоровались:
   - Бонжур, месье комиссар! - приветствовал Тома Луи, обнажая свои дырявые зубы.
   - Добрый день, - сухо приветствовал его Мор, - месье Мегье, я хотел бы, чтобы вы были свидетелем ареста месье Дегимауса.
   - Что? За что? А... А... А.... Не понял.
   - Он обвиняется в убийстве господ Фалье и Жамбулье, - пояснил Люка.
   - Ну, хорошо. Пошли.
   И они втроём пошли в его офис.
   В просторной прихожей их снова встретил чрезвычайно усатый швейцар. Внимательно осмотрев туфли Тома, он удовлетворился. При этом он не заметил грязные ботинки Луи.
   В приёмной усердно работал тот франтоватый секретарь. Завидев тройку, он насторожился, и решил на этот раз предупредить своего патрона.
   - Пусть войдут, - был ответ.
   В кабинет сначала вошёл комиссар, затем его помощник и последний переступил порог Луи. Секретарь закрыл за ними дверь.
   - Добрый день, господа! - поздоровался директор автопарка, - могу быть вам чем-нибудь полезен?
   - Ещё как! - прошипел Мегье.
   - Что это значит? - удивился Дегимаус.
   - Сейчас вы всё поймёте, - начал объяснять Томас, - дело в том, что мы, с моим помощником, сумели доказать вину преступника.
   - Любопытно, и кто-же это? - спросил директор.
   - Месье Луи Мегье, - медленно и торжественно сказал Мор.
   - Что? - убийца посчитал, что это обращение.
   - Это вы убийца, - продолжал комиссар, - вы проткнули шину в пятьдесят втором автобусе, тем самым вынудили двух шофёров сесть за семьдесят пятый, где были вы с ножом. Когда они сели, вы убили месье Фалье. И выбросили его труп из окна на дорогу. Затем вы спрятали автобус в небольшой пещерке. Но по дороге вы так разнервничались, что закурили - ваш окурок остался в пепельнице. Вы положили его туда по привычке...
   - Это неправда, - попробовал возразить перепугавший водитель автобуса.
   - Минимально вам грозит срок за одно убийство, но я ещё увеличу на два, угон государственного имущества (я говорю об автобусе), дачи ложных показаний и порчи государственного имущества (я говорю о проколе шины). Кстати, в вашей куртке было шило. Экспертиза доказала, что именно с его помощью было проколото колесо.
   Луи опустил голову. Вид у него был жалкий.
   - Но вы можете помочь сами себе, если добровольно расскажете. Как было дело, и где находиться месье Жамбулье, если он ещё жив.
   - А зачем я всё это сделал? - усомнился последний.
   - Ваше место хотели занять эти господа, а вас уволить. Для доказательства есть несколько документов.
   - Ладно, хорошо, я всё расскажу. Я проколол шину. Сел в автобус семьдесят пятый. Когда те сели, я (кстати, я сидел за Мишелем) стукнул рукояткой ножа по голове Жамбулье. Фалье обернулся, заметил это и кинулся на меня, в надежде забрать у меня нож. Я не хотел его убивать, это произошло случайно, - здесь убийца сделал паузу, - я стукнул его ножом по груди, а затем увидел, что автобус несёт на фонарь, и выбросил его тело в окно. Когда я ехал, на дороге я увидел небольшую пещерку. Там я спрятал автобус. Мишель оказался жив, я спрятал его в другой пещерке, поменьше, и эти два-три дня кормил и поил его. Сейчас он ещё там.
   За окном послышались полицейские сирены. Дегимаус посмотрел туда - приехало восемь машин. Из них стали выскакивать жандармы.
   - Ладно, - сказал Том, - вы сами подтвердили свою вину, хотя она уже была доказана. Тем не менее, мне прийдеться арестовать вас по обвинению убийства. Месье Ларье, дайте-ка мне наручники.
  
   Проверка на память
  
  Комиссариат.
  
   В давно знакомом нам кабинете на Монетной улице, сидел и работал Томас Мор. Люка рядом с ним не было.
   Но эта тихая жизнь продолжалась не долго - вскоре дверь открылась, и в кабинет вбежал помощник комиссара:
   - Опять без стука, - выделил Том.
   - Можно только мне! - сострил Люка, - превосходное дело! Людей убивают прямо на улице!
   - Что?
   Люка сел напротив Мора и принялся рассказывать:
   - Какой-то человек убивает людей по ночам. Уже восемь трупов.
   Том посидел молча с минуту, а потом посмотрел на своего собеседника и улыбнулся:
   - Послушай, Люка, откуда ты находишь такие преступления?
   - Ты меня знаешь, - заявил месье Ларье, - но я считаю, что эту историю надо уже заканчивать: итак восемь трупов!
   - Ты так думаешь? - усомнился комиссар.
   - Конечно! А если ещё несколько человек погибнет?
   - Только если всё это делает один человек.
   - Может быть и так.
   - Слабо вериться.
   - А ты допусти обратное. К тому же, всё-таки работа.
   Том ещё раз улыбнулся:
   - Кажется, я понял твою мудрость - с тобой спорить бесполезно!
   С этими словами они оба вышли из кабинета комиссара жандармерии на Монетной улице.
  Начало расследования.
  
   Сначала два детектива решили поехать в морг. Но это было лишь формальностью. Обычно такими вещами занимался Люка, но Том пока даже не мог представить себе, за что зацепиться.
   В месте бездушных тел двух жандармов встретил один доктор - на выходе из жандармерии Том успел попросить секретаря предупредить место и назначения.
   - Добрый день месье комиссар, здравствуйте, месье Ларье, - поприветствовал вышеупомянутых господ доктор, - моё имя Фиджир, Антуан Фиджир. Меня уже предупредили, что вас интересует. Пойдёмте за мной.
   Новый персонаж был одет в пиджак из твёрдой материи среднего качества. На голове, между волосами, виднелась лысина. На носу блестели маленькие очки. На вид ему было лет шестьдесят. Говорил он скороговоркой.
   Этот человек проводил двух приятелей в маленькую комнатку, стол которой был завален бумагами. Остальную часть кабинета захламляли слишком громоздкие шкафы для бумаг. Увидя эту картину Томас горько усмехнулся - ведь каждая бумага, это сведение о человеческом трупе.
   - Итак, господа, - сказал Антуан, удобно усаживаясь в кресле, - я подготовил материал для вас. Вот он, - доктор протянул руку и взял одну из многих папок, - вот, садитесь господа, так, всего восемь трупов. И знаете, что я заметил? Все эти убийства совершил один человек!
   - Почему вы так думаете? - Том впервые задумался, как Люка догадался до этого.
   - Дело в том, что этот человек левша. Вот, например, третий: удар кирпичом, такой удар мог совершить только левша. Четвёртый: удар ножом, такой удар мог совершить только левша. И тогдалее. Это раз! Теперь два. Все убийства были очень кровавыми: похоже, что этому человеку нужно было их не убить, а.... что-то другое. Вот, смотрите, второй. Убийца убил его камнем. А затем, после его окончательной смерти, начал усиленно бить его по голове и ребрам этим же камнем!
   - А известно, кем были эти люди?
   - Конечно! У них всех разные профессии: один доктор. Другой учитель, третий рабочий, четвёртый секретарь, пятый лётчик, шестой, точнее шестая, стюардесса, седьмой экономист и восьмой без работы.
   - А они могли быть взаимосвязаны? - Том уже записывал полученные сведения в свой блокнот.
   - Нет. Некоторые из них оказались на нашей улице совершенно случайно.
   - А прохожие? - неожиданно спросил Люка, - прохожие что делали? Неужели они смотрели на всё это и не обращали внимания?
   - Месье Ларье, - обратился к своему другу Томас, - может быть это малолюдный район.
   - Месье Мор, - ответил ему Люка, - давайте лучше проверим это, на всякий случай.
   - Да, действительно. Месье Фиджир, благодарю вас, я узнал всё, что мне нужно.
  
  Первый след.
  
   Два друга узнали у месье Фиджира адрес, где в последний раз произошла трагедия. Это оказался слабоосвещённый переулок. В этом переулке обычно засиживались пьяницы или наркоманы. Полицейские ловили их, но были вынуждены снова отпускать обратно.
   Вообще вся эта местность могла получить только одно название - трущобы.
   Том с Люка встали напротив этого переулка, напоминаем, что именно в нём человек потерял жизнь.
   - Ну что ж, Люка, - усмехнулся Том, - похоже, что на этот раз свидетелей не будет. Здесь нет ничего постоянного, все ходят туда-сюда.
   - Постоянного, - воскликнул Люка, поворачиваясь на сто восемьдесят градусов, - ну конечно. Смотри Том - напротив этого места есть карман на дороге, так?
   - Ну?
   - А в нём стоят несколько такси одной фирмы.
   - Ну и что?
   - А то, что, похоже, у них здесь круглосуточная стоянка, и они могли видеть это происшествие.
   - Люка, ты гений!
   - А ты ещё сомневался?
   Два друга подошли к одному такси. Попросили таксиста открыть окно, и увидели перед собой толстое небритое лицо.
   - Месье водитель, - обратился к нему Том, - скажите мне, сколько вы стоите здесь?
   - Два дня. Вообще не вызывают, как отрезало.
   - А вы видели вчера, как здесь убили человека?
   - Слушай, фраерок, валяй пока цел.
   - Понятно, - Том достал из внутреннего кармана свой значок, - а теперь скажите мне, вы видели, как здесь убили человека?
   Таксист прочитал имя комиссара, а затем возвратил значок его хозяину.
   - В таком случае, садитесь рядом, всё вам расскажу.
   - Хорошо, - Том быстро обежал машину сзади, не давая, таким образом, выехать таксисту из кармана. Сев рядом с водителем, Том достал свой блокнот, - мне ещё раз повторить вопрос?
   - Нет, я его помню - вчера, в одиннадцать вечера, я увидел, как один человек взял из кармана нож, и убил какого-то человека. Это всё произошло на моих глазах. Я, опасаясь, что это террористы, сразу уехал. Через несколько километров я остановился у телефонной будки и позвонил в полицию.
   - Понятно, - повторил Том, - а вы заметили, как выглядел этот человек?
   - Убитый?
   - Нет, убийца.
   - А, он был рыжий, маленький, небритый, в серой куртке, нос картошкой.
   - Месье, назовите ваше имя и адрес.
   - Жур Гелье. Монетная улица, дом номер тысяча шестнадцать.
   - Благодарю вас, это всё, - с этими словами Том вышел из машины и подошёл к своему другу, который всё это время стоял возле двери водителя.
   - Ну, что?
   - Он видел убийцу.
   - А сам?
   - Сам испугался и уехал.
   - А может персонаж этого таксиста вовсе не существует?
   - Всё может быть, - Том оглянулся, и увидел за спиной небольшой бар, - Люка, давай зайдём в это место, немного передохнём?
   - Пошли.
   И два друга направились в это заведение.
  Появление убийцы
  
   Этот бар назывался "устрица". В нём обычно собирались местные пьяницы и наркоманы. Для того чтобы они чего-нибудь не испортили хозяину, здесь стояло пятеро здоровенных вышибал.
   Войдя в здание, два друга почувствовали неприятный запах протухшей селёдки. В баре было полно народу. Из-за сигаретного дыма создавался лёгкий туман.
   Конечно, любой человек, видя такую картину, развернулся бы и ушёл, но Том был крепкий орешек, и он начал протискиваться среди посетителей бара в поисках барной стойки. Люка шёл немного поодаль.
   Подойдя к бармену, два друга заказали два стакана прохладной воды. Честно говоря, Тома раздражало в этом баре абсолютно всё: телевизор, который включили на полную мощность, сосед, который истерически орал на бармена. Том, желая унять этого забулдыгу, развернулся в его сторону и, о боже, он увидел маленького рыжего человечка в серой куртке. От удивления Том достал из кармана словесный портрет и сравнил этих двух людей. Утвердившись в их схожести, он рассказал свои сомнения Люка. Более того, Томас приказал ему идти в жандармерию за подмогой, а сам остался следить за этим человеком.
   Через десять минут в окне бара все посетители увидели три полицейские машины. Видя эту картину, Том достал свой значок и взял за руку убийцу. Бармен, который, кстати говоря, был и хозяином, поднял руки. От резкого движения он уронил небольшую баночку, в которой был кокаин. Этот порошок он собирался отдать своему клиенту за пачку банкнотов.
   За это день жандармы смогли арестовать сорок восемь человек, по обвинению в наркобизнесе, убийстве, продажи оружия и т.д.
  
  Ошибка
  
   Для Тома этот арест был великолепен. Раньше он тратил на раскрытие дела два-три дня, а в этот раз он раскрыл преступление за один день, вернее, за часть дня. Более того, благодаря поступку Тома в том районе было покончено с наркотиками.
   Но вся проблема была в том, что убийца отказался подтверждать свою вину. Месье Гелье несколько раз подтвердил его среди множества похожих на него людей. Но адвокат убийцы - у него был брат адвокат - очень ловко сумел выкрутиться.
   Видя, как рушиться его дело, Томас решил пойти на крайние меры, а именно просить у судьи разрешения, чтобы убийца прошёл через детектор лжи. Судье показалось, что это самый верный способ.
   Итак, как мы уже сказали, убийцу, которого звали Франческа Катил, решили проверить через детектор лжи. Его адвокату пришлось согласиться на это.
   Том с Люка на этой экспертизе присутствовать, к сожалению, не могли - им нужно было разобраться с отчётами.
   Эта проверка была назначена на два часа дня. Результат пообещали сказать в четыре, а приговор должны были вынести в семь. Но Том мало беспокоился, он твёрдо знал, что правда на его стороне.
   Они закончили свою работу в три часа пятьдесят пять минут. Через пять минут на столе комиссара зазвонил телефон. Том снял трубку. Чем дольше он слушал, тем заметнее менялся в лице. Закончив разговор, он положил трубку на место:
   - Ну, что там? - заинтересовался Люка.
   - Оказалось, что Франческа был прав - он действительно никого не убивал. Расследование должно продолжаться, и вести его должен я.
   - Ну, что ж, поехали.
   Оставшиеся действия знакомых читателю жандармов расскажем вкратце - Франческа отпустили на свободу виду недостаточности улик, а того таксиста пришлось арестовать за ложные показания. Суд требовал от комиссара улики, которые могли подействовать на окончательный арест Гелье, но Том решил пойти против всех.
  
  Доказательство
  
   Для того, чтобы обвинять Гелье, Томасу нужно было доказать безоговорочную невиновность Франческа. Именно этим он и занялся.
   Для достижения этой цели Том установил за ним слежку. Она продолжалась уже три дня, но не принесла никакие плоды.
   Но однажды два друга увидели, как Франческа зашёл в тот самый переулок, в котором последний раз произошло убийство. В нём уже находился странный тип в длиннополой шляпе. Франческа что-то дал этому человеку, так же как тот Франческа. Естественно, что Люка всё это снял на фотоаппарат. Когда сделка между двумя людьми была заключена, Франческа вышел из переулка и зашёл в бар. Том последовал за ним. Катил зашёл в уборную, Том последовал его примеру (он не боялся, что его узнают, так как до этого приклеил себе бороду и одел очки). Но, несмотря на всю прыть Тома, Франческа успел войти в одну из кабинок. У Томаса не получилось узнать, что передал ему тот парень. Но мор не растерялся, он посмотрел на часы, и вышел на улицу. Старался сохранять спокойствие, чтобы никто не заподозрил его.
   Подошёл к Люка. Последний в этот момент клал фотоаппарат в спортивную сумку.
   - Люка, - обратился к нему комиссар, - срочно созывай жандармов и санитаров. Скажи им, что они должны будут разнять одну пару в семь часов.
   - А к какому времени им приходить?
   - Чем раньше, тем лучше.
   Люка направился в жандармерию выполнять недавно полученное приказание, а Том продолжил следить за баром, не заходя в него.
   Через два часа из бара вышел Франческа. Вид у него был грозный и решающий. Жандармы и санитары уже были здесь, и ждали уже двадцать минут.
   Франческа положил руки в карманы куртки и пошёл по бордюру. Ему навстречу шёл мужчина с пуделем на поводке. Неожиданно Катил достал из кармана самодельный нож - пластиковую крышку от трёхлитровой банки, заострённую с одного конца - и взмахнул им над мужчиной. Последний отпустил собаку и отразил удар, но при этом потерял равновесие и упал. Собака истерично лаяла на Франческа, а тот снова размахнулся для нового удара. У мужчины уже не осталось шанса, как вдруг между ними вырос Люка. Он закрыл собой мужчину, и дал ему возможность отбежать в сторону. Но теперь перед Люка вставала новая проблема. Катил уже двинул в его сторону оружие, но его схватили санитары. В яростной схватке Франческа полоснул одного из них ножом. Используя этот момент, он попытался убежать. В спешке бросил нож. Но один жандарм успел схватить его за ногу. Убийца упал на мостовую. Тогда к нему подбежали ещё пятеро полицейских, и надели на него наручники.
  
  Эпилог
  
   На этот раз Франческа арестовали. Когда его везли в жандармерию, то поняли, что он под наркотиками - вот что передал ему тот парень. В своём докладе Том, обращаясь к суду, объяснил, почему детектор лжи не показал правды - Франческа и сам этого не знал. Дело в том, что наркотики заставляют людей делать какие-либо поступки, а наркоманы, отрезвев, даже не помнят этого.
   Судья, выслушав первую часть речи Тома, объявил о небольшом перерыве на пять минут.
   Том, продолжая стоять на своём месте, знаками позвал к себе Люка.
   - Ну, как речь? - спросил комиссар своего друга.
   - Очень хорошо. Том, а на что ты претендуешь?
   - Я хочу, чтобы Франческа посадили в тюрьму на сорок лет по нескольким обвинениям.
   - Но ведь это несправедливо.
   - Не справедливо? - недоумевал Том, - Люка, он убил восьмерых, хотел убить того мужчину и тебя.
   - Но он сам этого не помнит.
   - Нет Люка, - твёрдо сказал Мор, - если убил, то пусть сидит заслуженное наказание.
   Едва ли он сказал эти слова, как судья объявил о второй части слушанья.
  
   Банковские интриги
  
  Банк.
  
   Банк помещался в довольно старинном палаццо. Снаружи это здание украшали мраморные колоны и гордые стены из серых камней, а изнутри работали служащие. Предлагаю читателю войти в это учреждение в качестве посетителя.
   После входа свои услуги предлагает швейцар. В надежде получить ваше пальто он горы свернёт. Только не вздумайте отдавать ему вашу верхнюю одежду - он не только потребует на чай, но и опустошит ваши карманы.
   Затем вас ожидают несколько кассиров за стойками. Несмотря на огромное количество работы, они всё же готовы принять любые суммы под проценты, или отдать любые суммы тоже под проценты. За ними можно разглядеть ещё несколько человек за компьютерами - они работают над счетами своих вкладчиков. Одни закрывают их, другие открывают, третьи переводят деньги из одного счёта на другой и т.д.
   Что касается денег и золота, то они находились в сейфах этажом ниже. По дороге туда можно встретить огромного охранника, который преградит вам дорогу.
   Итак, теперь мы начинаем свой рассказ.
   В десять двадцать утра к банку подъехала машина. Из неё выскочили четыре мужчины. Двое из них сжимали в руках автоматы.
   Вбежав в банк, они пустили автоматную очередь в потолок. Какая-та дама упала в обморок.
   Один из этих грабителей остался стоять среди посетителей, а остальные спустились в подвал.
   Оказавшись внизу эти люди несколькими выстрелами убили шестерых охранников. Один из них, с автоматом в руке, вывел всех оставшихся безоружных людей наверх.
   Два преступника подбежали к сейфам с деньгами. В то время, когда один из них набирал шифр, другой вынимал сумки из мешка, который до этого держал в руке.
   Шифр набирался очень легко - очевидно, грабитель уже заранее знал его. Закончив с одним сейфом, он перешёл к следующему.
   В это время его напарник доставал банкноты из открытого сейфа и клал их в сумку. Убедившись в пустоте денежного хранителя, он подбежал к небольшому окошечку, находившемся на высоте трёх метров, и выбросил эту сумку на улицу. Там её поймал пятый грабитель, а затем положил её в багажник машины.
   Когда они проводили эту операцию, одна старушка заметила это. Более того, она удивилась выбрасыванию сумки из окон банка. На всякий случай внимательная женщина решила позвонить в полицию.
   Через двадцать минут всё было готово. Благодаря искусному манёвру воров служащие и посетители банка не увидели у них в руках деньги. Желая избавиться от свидетелей, преступники загнали их всех в тот подвал, в котором раньше были деньги. Только теперь гости этого заведения утвердились в пропажи денег.
   Убийцы перекрыли выход стойкой. Едва поставив её перед дверью, они услышали истеричный крик своего друга:
   - Легавые!!
   Услышав это, они пустились бежать. На улице они действительно увидели несколько полицейских машин. Из них выскакивали жандармы. Один из них, в штатском костюме, взял граммофон и заговорил:
   - Вы окружены! Попытка к бегству бесполезна! Стойте на месте или будем стрелять!
   Но грабители не только не остановились, но ещё начали стрелять. Вследствие этого один восемнадцатилетний жандарм потерял свою юную жизнь, а именно получил пулю в сердце.
   - Открыть огонь!! - заорал комиссар, который до этого пытался вести переговоры. Его имя было Томас Мор.
   В результате яростного огня один из преступников, не успевший залесть в машину, рухнул на тротуар с пробитой головой. Остальные уехали на огромной скорости, но жандармы поехали за ними. Комиссар остался здесь с некоторой частью, чтобы помочь раненым и осмотреться.
   Жандарму уже нельзя было помочь, убийце тоже. Поэтому Том отдал приказание везти их в морг, а сам направился в банк в сопровождении пятерых жандармов. Освободив из заточения несчастных людей Том решил отправиться в жандармерию.
  Уловка.
  
   Убийц догнать не удалось - они скрылись в центральном потоке. Но зацепка была!
   Среди вещей убитого вора были паспорт на имя Рамбаля Юнески, два пистолета, шесть обойм, граната, небольшой охотничий нож и визитная карточка на имя Луиджи Пурили.
   В картотеке на имя Луиджи Пурили ничего не было, что нельзя было сказать о Рамбале Юнески - он был киллером какого-то мелкого мафиози и убил шестерых. Из тридцати двух лет четыре провёл в тюрьме. Его бывшая жена сейчас была в Штатах, где провела последние пять лет. Естественно, ничего сказать она не могла. Тем более Штаты....
   Том решил начать расследование с поисков этого Луиджи Пурили.
   Благодаря визитной карточке наши детективы нашли его - он жил на центральной улице Парижа в 17 квартире, и числился секретарём банка, который недавно ограбили.
   - Вот это да! - изумился Люка, - получается, мы уже раскрыли дело! Грабители не взламывали сейфы - они знали пароль. Более того, был ключ. Тоесть, это мог основать только свой человек, точнее, из руководства.
   - Да, ты прав, - подтвердил Томас, - только я хотел бы взять больше доказательств, а ты мне в этом поможешь.
   Как нетрудно догадаться, полицейские пошли в ныне ограбленный банк, который назывался "Запад ОКИ".
   Так как уже прошло два дня, то жандармы уже закончили осматривать это здание. Но том не менее банк был закрыт и считался банкротом.
   Когда комиссар и его помощник подошли к банку, к нему подъехала чёрная "ауди". Из неё вышел мужчина с холёной физиономией. Серебристые волосы были как бы приклеены.
   Видя, что Том пытается открыть дверь он, несколько грубо, прервал его старания следующей речью:
   - Месье, банк закрыт. Полиция уже два дня подряд жить не даёт, поэтому оставьте дверь в покое.
   - Послушайте, милейший, - отозвался Томас, - меня зовут комиссар Мор, и я веду расследование. Поэтому мне решать, когда закончить его, а когда прийти в банк, в котором, между прочим, произошло ограбление и убийство, и допросить нужного мне человека. Поэтому ведите себя тихо, а не то я вас посажу.
   - Имеет право, - подтвердил Люка.
   - Хорошо, - продолжил грубый незнакомец, - если вы представились, то и я последую вашему примеру: моё имя Лери Фирс.
   Никакой реакции.
   - Я президент этого банка.
   - Очень хорошо, - обрадовался Томас, - я сначала поговорю с вашим секретарём, а потом побеседую с вами. Месье Луиджи уже здесь?
   - Да, он приходит на три часа раньше меня. Проходите господа, - в наглом голосе Фирса послышался тон уважения.
   Месье Пурили был человек среднего роста, среднего возраста, блондин с робким выражением лица. Несмотря на свою жёсткую работу, он проявлял такие качества как мягкость и неуверенность. Но это не помешало ему один раз разорить одно восточное предприятие.
   В момент краткого диалога банкира с жандармами он читал в газете о позавчерашнем происшествии:
   "В банке "Запад ОКИ" украли шесть миллионов долларов. Восемь жизней. Расследование ведёт комиссар Томас Мор, начальник жандармерии на Монетной улице...."
   Внезапно перед лицом секретаря появился полицейский значок.
   - Комиссар Мор, - пояснил Том, - у меня есть к вам несколько вопросов.
   Подозреваемый сложил газету, встал и пожал руку комиссару. Налил себе и ему виски, услышал отказ и, успокоившись, сел.
   - Месье Пурили, - начал Том, заранее приготовив блокнот, - вы давно работаете в этом банке?
   - Уже семь лет и два месяца.
   - И вам здесь доверяют?
   - Конечно! Вот уже три года как я веду все секретные операции банка.
   - В каком смысле "секретные"? - попытался зацепиться Томас.
   - Секретные от других предприятий.
   - Например?
   - Мы заключили одну сделку с Италией, которая заключалась в капиталовложение итальянского банка на пять миллиардов лир. Наши конкуренты с востока об этом не узнали. Потом на эти деньги мы завоевали одно восточное предприятие в Марокко, которое занималось распространением ручных изделий на Европейской территории. Если хотите, я дам вам доказательства.
   - Придется, - развёл руками офицер полиции, - моё начальство очень привередливое. Ладно, продолжим. Вы имели доступ к сейфам?
   - Конечно, я знаю пароли и у меня есть ключ.
   - Можно посмотреть на него?
   - Разумеется, - секретарь открыл один из ящиков стола, порылся в нём. После первого осмотра он, уже дрожащими руками, сделал второй. Он смотрел ещё и еще, но факт оставался фактом - ключа не было.
   - Он был здесь, - в отчаянии пробормотал Луиджи.
   - Ключ был только у вас? - Том заметил в тоне секретаря нотку игры.
   - Нет, второй ключ есть у месье президента.
   - Когда вы видели свой ключ в последний раз?
   - Три дня назад я открыл сейф, чтобы взять двести тысяч франков в кассу.
   - А потом....
   - Потом я положил ключ в карман, отдал деньги в кассу, пришёл в мой кабинет и положил ключ в этот ящик.
   - Кто-то имел доступ в ваш кабинет?
   - Месье директор, мадемуазель Джина и мадам Пурили.
   - Кто такая мадемуазель Джина?
   - Моя секретарша.
   - И она имеет доступ во все ваши ящики?
   - На то она и секретарь, - усмехнулся Луиджи. Вся его тревога, вызванная пропажей ключа, прошла.
   - Она сейчас здесь?
   - Насколько я знаю, она должна зайти сегодня за расчётом.
   - За расчётом?
   - Вы знаете, сегодня двадцать пятое, а денег у нас нет. Если не раздобудем деньги до тринадцатого, мы будем вынуждены заявить о своей полной несостоятельности.
   - И что?
   - Все работники, которые попросят свои зарплаты тридцатого, не получат своих денег. Но несколько человек, проинформированных мной и месье президентом, могут получить свои деньги раньше этого срока. Таких немного, и мы сможем удовлетворить их.
   - Вы же сказали, что у вашего банка нет денег, - вновь переспросил Томас.
   - У нас есть несколько ценных бумаг, точнее были. Вчера они поступили на биржу, и наш маклер был вынужден продать их за бесценок.
   - Вы же секретарь месье Фирса? - неожиданно выделил Люка.
   - Да.
   - А разве у секретаря может быть секретарь?
   - Я выполняю работу управляющего, а иногда замещаю моего патрона.
   - Месье Пурили, - продолжил Том, - вы знаете месье Рамбаля Юнески? - он внимательно посмотрел не секретаря, но тот сохранял непроницаемость.
   - Впервые слышу. А кто это?
   - Это один из грабителей. Его удалось убить. Но дело не в этом, в одном из его карманов мы нашли вашу визитную карточку. Как вы можете объяснить этот факт?
   - Неделю назад я отдал свой костюм в прачечную. Среди прочей одежды потерялось шесть таких карточек. Может, это одна из них?
   - Возможно, возможно, - Томас посмотрел на допрашиваемого взглядом, которым могут смотреть только люди его профессии. Но Луиджи хранил самообладание, - ладно, мне нужно поговорить с вашим начальником и секретарём, чтобы мы могли узнать её, опишите эту Джину.
   - Ей двадцать лет, даже девятнадцать. У неё белые волосы. Остальное - стандарт секретаря.
   - В каком смысле?
   - Одежда, внешний вид. Понимаете? - этим словом Пурили не дал возможность Тому задать следующий вопрос.
   А Том, поняв манёвр, поблагодарил Луиджи, встал и вышел из комнаты. За ним последовал и его друг.
   - Ну, что ты думаешь? - спросил Люка, идя по коридору.
   - Я не могу судить, пока мы ещё не допросили директора банка.
   - А Джину?
   - Её не обязательно, - внезапно Томас обнаружил, что его товарищ не слушает, а смотрит куда-то вдаль. Том проследил за его взглядом и увидел вначале коридора молодую девушку с белыми волосами и в офисной одежде.
   Том, заметив внимание Люка, нарочно решил их сблизить.
   - Ладно, я пойду к Лери Фирсу, а ты узнай насчёт ключа у той девушки - она секретарша по имени Джина. Если мы пойдём к ней вдвоём, то и её напугаем, и время потеряем. Давай, дерзай, - комиссар похлопал своего приятеля по плечу, а тот подправил галстук, пригладил волосы, приготовил значок и направился к мадемуазель Джине, которая, кстати сказать, ему очень понравилась.
   - Добрый день, - обратился он, дойдя до неё, - я полицейский. У меня есть к вам несколько вопросов.
   Но он допустил ошибку: если Том говорил нагло, уверенно, громко, то Ларье сделал всё наоборот. Поэтому его собеседница пренебрежительно ответила:
   - Извините, но у меня сейчас нет времени. Сейчас я должна получить расчёт, а в три часа я хотела бы получить работу в одной фирме, и я не должна опаздывать.
   - Хорошо, тогда давайте встретимся сегодня вечером в ресторане "Мольер"?
   - Не хило, - улыбнулась она, признав в этом названии один из лучших ресторанов Парижа, - тогда в десять вечера.
   - Идёт. А можно взять ваш телефон?
   - Зачем?
   - Может понадобиться, - выкрутился Люка.
   - Ладно, - девушка взяла записную книжку и начала писать цифры, - а как вас зовут?
   - Люка Ларье.
   - Ну, чтож, - она отдала листок, - до вечера Люка, - и Джина улыбнулась так, что её собеседник полностью влюбился.
  ***
   А Том в этот момент уже беседовал с директором банка.
   - Скажите, кто владеет паролем и ключом от сейфов?
   - Я и мой секретарь.
   - Вы не могли бы показать мне свой ключ?
   - Пожалуйста, - Лери достал из кармана длинный ключ от сейфов.
   - А другой ключ сейчас находится у месье Пурили? - комиссар задал следующий вопрос.
   - Да, я уже сказал вам.
   - Очень хорошо. Вы полностью доверяете вашему секретарю?
   - Конечно! Он тихоня, но иногда он меня удивляет, - директор банка взял длинную сигару и закурил.
   - А его секретарша?
   - Он говорит, что она ему помогает. По крайней мере, она мне не мешает. Наоборот: с ней стало приятней работать.
   - Хорошо работает? - сказал Том, делая записи в своём блокноте.
   - На меня нет. Но с красивыми приятнее.
   - Ладно, - Мор понял, что его собеседника занесло, - вы знаете Рамбаля Юнески?
   - Впервые слышу.
   - Вам интересно узнать, кто он.
   - Да.
   - Это один из тех киллеров, которого нам удалось убить.
   - И что? - банкир явно занервничал.
   - В его кармане мы нашли визитную карточку Луиджи Пурили.
   - Не может быть.
   - Вы не знаете, как она там оказалась?
   - Откуда я могу знать, спросите у месье Пурили.
   - Хорошо, я спрошу.
   - Комиссар, вы же сейчас были у моего секретаря, а ещё кучу вопросов не спросили.
   - Я хотел сначала узнать ваше мнение.
   - Олрайд, - это прельстило банкиру, - скажите, а кого вы сейчас подозреваете?
   - Я ещё никого не подозреваю. Ну, чтож, пока я закончил. Если у меня возникнут вопросы, я снова обращусь к вам. Если у вас возникнут вопросы - обращайтесь в "Национальную жандармерию" на Монетной улице.
   - Я запомню.
   - До-свиданье, - Том вышел из кабинета. Люка в коридоре не оказалось. "Наверное, ждёт меня в машине" - подумал комиссар. На улице его тоже не было. Пришлось брать такси.
  Неожиданная встреча
  
   Как назло, такси не ловилось. Уже под вечер удалось сесть на автобус. Чтобы узнать, в чём дело, пришлось ехать к Люка домой.
   Люка снимал небольшую квартирку у какой-то старушки за довольно сносную плату. Квартира была однокомнатная, ванная общая. Конечно, Ларье мог позволить себе гораздо лучшее помещение, но нужно было содержать машину.
   Тома встретила хозяйка квартиры - старая немка, приехавшая во Францию сорок лет назад. Едва завидев полицейского, она подошла к нему.
   - Месье Ларье попросил отдать вам эту записку, - с этими словами она отдала маленькую бумажку.
   - Значит, он был здесь?
   - Да. Он переоделся, побрился и поехал.
   - Куда?
   - Сказал, что по делу.
   - А не сказал точное место?
   - Нет. Прочтите записку, может, там что-то есть.
   Том развернул бумагу и прочитал следующий текст:
   "Том, мне срочно нужны деньги! Перечисли мне на счёт пятьсот франков, я потом объясню ситуацию. Заранее благодарен,
   Люка"
   - Понятно, - сказал Томас с таким выражением лица, будто ему ничего не понятно.
   - Что там? - полюбопытствовала хозяйка.
   - Что-то задумал, - ответил Том, спускаясь по лестнице.
   После выполнения поручения Люка, тоесть положить на его счёт в банке пятьсот франков, Мор решил прогуляться по улицам Парижа. Неожиданно в его голову пришла нелепая мысль: пойти в ресторан "Мольер". Не привыкнув отказывать себе в чём либо, он зашёл в это место.
   Потолки в этом здании были двадцать пять метров. На них были повешены золотые люстры. Вообще всё помещение было просторным и роскошным. Естественно, что и цены здесь были соответствующие.
   Том, войдя в ресторан, посмотрел на люстру, потолок, стены, на людей (точнее на одежды) и увидел такое, отчего у него челюсть отвалилась - в дальнем углу ресторана стоял Люка с Джиной и целовался. Том, рассмеявшись, выскочил на улицу.
   - Да, Люка зря времени не теряет, - усмехнулся он и побрёл к себе домой.
  Затерянная ищейка
  
   На следующий день, в управлении, Том отдал строжайший приказ: следить за месье Фирсом и Пурили. Сам он не знал, кто из них виновен, но понимал, что кто-то из них. Обычно гениальные идеи давал ему Люка даже своим видом, но в этот раз Ларье не пришёл на работу в обычное время.
   Люка приходил в участок в шесть часов, но на этот раз его не было на обычном месте. Томас заходил в его кабинет через каждые тридцать минут, но его не было.
   Наконец друг пропавшего решил позвонить ему домой, но на звонок ответила всё та же хозяйка:
   - Месье Ларье не приходил домой.
   После этих слов Том положил телефонную трубку и принялся думать. Но вскоре он пришёл к выводу, что за Люка нечего волноваться - он, наверное, с Джиной.
   Придумав такой вариант, комиссар успокоился и продолжил свою работу.
  Первые осложнения
  
   Через два дня Том совершенно иссяк. К этим двум банкирам совершенно нельзя было подкопаться. Слежка тоже ничего не дала.
   Да ещё Люка куда-то пропал. Конечно, можно было сказать, что он женился на Джине и они уехали в Италию, но этот вариант не устраивал Мора.
   В конце концов отсутствие Люка стало невыносимым. Вследствие этого комиссар решил пойти к нему домой и всё выяснить.
   Хозяйка не видела его уже три дня. Тем не менее недавно к ней пришёл какой-то мужчина с письмом, и приказал отдать комиссару Мору.
   Эту мятую бумажку нельзя было назвать письмом - всего-лишь рваная бумага, опущенная в рваный конверт. На бумаге корявым почерком были написаны следующие слова:
   "Люка у нас. Стоимость выкупа: 1 миллиард франков. Если через две недели не отдадите, то мы убьём его. Деньги принесите на границу с Испанией крупными купюрами"
   Том обратил внимание, что все буквы были направлены влево - первый признак, что писали левой рукой.
   Томас положил бумагу в карман пиджака и зашагал в банк в поиске Джины.
   Её место нахождения он решил узнать у Фирса. Всё-таки он её увольнял, и он должен знать, где она теперь работает.
   Печальный вид теперь представлял собой этот банк. Теперь в его приёмной больше не толпились люди. Теперь здесь работали только трое: Фирс, Пурили и швейцар, который следил за тем, чтобы парижане не разграбили остаток банка.
   Президента банка на месте не оказалось: он уехал договариваться насчёт кредита (теперь это был единственный способ спасения банка). В виду отсутствия своего патрона швейцар предложил Тому подождать в его кабинете.
   Томас уже побывал здесь несколько дней назад, когда допрашивал хозяина "банка ОКИ". Это было тёмное помещение средних размеров. Письменный стол стоял напротив двери. Из-за закрытых жалюзи кабинет казался ещё более тёмным.
   Комиссар ждал банкира двадцать минут, а его всё не было. Наконец его терпение закончилось, и он принялся расхаживать по комнате.
   Взглянув на роскошный стол, он пришёл в изумление от золоченой папки, лежащей на нём. Чтобы её лучше рассмотреть, он взял папку в руки и заметил под ней небольшой клочок бумаги с невероятно похожим почерков, как на том письме о жизни Люка. Разница была только в наклоне - на письме наклон букв был склонен немного влево, а здесь вправо. Том достал из кармана платок и осторожно положил в него записку. Он так был потрясён этим сходством, что даже не заметил, что там написано.
   Как нетрудно догадаться, Томас пошёл в жандармерию, а точнее в научный отдел. Там он отдал экспертам свою находку на предмет отпечатков пальцев. Более того, он хотел узнать, совпадают ли почерки на обоих письмах. Что касается смысла слов, то его узнали сами эксперты, и доложили об этом своему комиссару.
   Когда Том шёл домой, он встретил Джину. Увидев её, полицейский сразу подошёл к возлюбленной Люка.
   - Добрый вечер мадемуазель. Я друг месье Ларье. Вы не знаете, где он может быть?
   - А как вас зовут?
   - Томас Мор.
   - В последний раз я видела его в "Мольере". Потом он отвёз меня домой, и поехал к себе.
   - Не остался?
   - Я его мало знаю.
   О том, что он видел, Мор решил промолчать.
   - Простите. Я никак не могу его найти.
   - Я тоже.
   Том, видя, что она сейчас начнёт жаловаться, попрощался, и пошёл по прежнему пути, тоесть к себе домой.
  Кажется, конец
  
   На самом деле в том письме были написаны следующие строки:
   "Люка взяли. Из шестнадцатой квартиры он будет перевезён в бежевом мустанге с номером 8-937-4. Вам аванс получен, ждём остальные деньги".
   Через несколько часов на всех заставах искали вышеозначенную машину. Вскоре она нашлась, а её хозяин оказался один из тех киллеров, которые ограбили банк. На допросе он рассказал о своих коллегах. Как оказалось, ограбление заказал какой-то богатый тип у Фрэнка, а тот уже нанял остальных. Сам Фрэнк уехал в Аргентину несколько дней назад, но богатый тип продолжал давать различные указания. Одно из них было похитить Люка.
   - Мы схватили его, когда он выходил из машины, - хныкал киллер, - его машину мы бросили в реку. Его перевозил Жульен на этой машине, а теперь я должен был продать её в Италии за огромную сумму и перечислить на счёт в Южной Америке, как я понял, это счёт нашего босса.
   - А ты когда-нибудь его видел?
   - Никогда. Но вот Жульен точно его видел.
   - Где он сейчас?
   - Он живёт с остальной кампанией на плоту, возле старой мельнице.
   Пока отряд карабинеров поехали по вышеупомянутому адресу, в жандармерию был вызван Лери Фирс.
   - Послушайте, - бестактно начал он разговор, - у меня завтра вечером пароход, и я должен собраться за сегодня.
   - Боюсь, что вы застряли надолго, - обезнадёжил его комиссар, - я пригласил вас сюда, чтобы взять под стражу.
   - По какому праву вы смеете меня так оскорблять?! - возмутился банкир.
   - По праву комиссара национальной французской жандармерии, - подшутил Том, - на вашем письменном столе нашли эту бумажку, - Мор показал записку, - и здесь говориться о похищении одного человека. Скоро сюда привезут нескольких человек - киллеров, которые ограбили ваш банк - и они подтвердят вашу вину. А пока вы посидите здесь.
   - Я могу позвонить моему адвокату?
   - Конечно.
   Через некоторое время действительно привезли грабителей. Некий Жульен подтвердил, что указания о похищении Люка исходило от месье Фирса, но его адвокат опроверг это утверждение:
   - Как вы можете верить ему, если он не доказывает своих слов! - провозгласил испанский адвокат лет шестидесяти, - а если я скажу, что я работаю на русскую разведку, вы мне поверите? Более того, вы не можете арестовать и держать человека более сорока восьми часов, а в данном случае, без оснований, вообще не имеете право держать.
   Том подумал и подписал орден на освобождение. От Жульена он узнал о местонахождении Люка, и через некоторое время достойный жандарм был у себя на работе.
  Арест
  
   Французский порт, который упирается в Атлантический океан, был погружён во тьму. Прожекторы тщетно пытались осветить суда, машины, людей. В этот летний месяц было мрачно и холодно. Над головами моряков и пассажиров столпились грозовые тучи, всем видом давая понять, что сейчас будет дождь. В виду этого единственное судно, которое отплывало в этот вечер в южную Америку, решили оставить в порту.
   В десять вечера к этому порту подъехала чёрная ауди. Очевидно, она сделала большой путь, так как выхлопная труба и двигатель сильно раскалились. Из этой машины вышел месье Фирс в тёмно-жёлтом пальто и длиннополой шляпе того же цвета. Шофёр достал из багажника два одинаковых чемодана. Как ни странно, но банкир взял их оба и увлечённо зашагал мимо таможни. К ней подошёл шофёр банкира и дал небольшой сверток. Очевидно, это была взятка.
   Неожиданно из-за всех углов высыпали жандармы. Шофёра и таможенника взяли легко - они почти не сопротивлялись, а вот с месье Фирсом пришлось повозиться.
   Лери, увидев полицейскую форму, бросил один чемодан и побежал с одним. Его преимуществом было расстояние: он был в нескольких шагах от парохода. Но, так как корабль никуда плыть не собирался, то трап был закрыт. Напрасно банкир кричал, чтобы спустили трап - с корабля никто не отзывался. Сзади его схватили несколько жандармов. Люка, который тоже был в этой компании, выхватил чемодан и открыл его. Содержимое огромного чемодана не удивило Тома - пропавшие шесть миллионов долларов.
  Объяснение и заключение
  
   Люка и Том остановились в охранной будке, слишком большой для обычных размеров. Остальные, по приказу комиссара, проверяли чемодан и деньги на отпечатки пальцев.
   - Послушай, Том, - обратился к своему другу Люка, - меня с тобой не было, поэтому и спрашиваю, как ты раскрыл дело?
   - С самого начала я понял, что это сделал либо Луиджи Пурили, либо Лери Фирс. У одного был ключ от сейфов, у другого не было. В тот момент, когда я думал, с чего начать расследование, в голову Фирсу пришла идея отвлечь меня твоим похищением, но я только убедился, что тебя украли его же люди. Дальше закон подлости - адвокат Фирса сумел защитить его. Я настаивать на аресте не стал, так как надеялся получить более весомые доказательства. Остальное ты видел сам.
   - Но если адвокат месье Фирса снова вздумает сопротивляться?
   На вопрос Люка ответил эксперт, внезапно вошедший в будку.
   - Комиссар Мор, отпечатков пальцев месье Фирса на банкнотов нет, зато на внутренней стороне чемодана их полно.
   - Пожалуйста, - улыбнулся Томас, - а теперь месье Ларье, отправляйтесь в театр. Я уже двадцать минут назад заприметил в вашем кармане два билета.
  
   Жизнь богатого человека
  
  Начало
  
   Это было ясное, солнечное утро. Парижане, окончательно проснувшись, теперь шли на работу. Многие из них уже были на своих рабочих местах и. Пользуясь ранним часом. Наслаждались свежим возрастом и пением птиц.
   В национальной жандармерии тоже наступило рабочее время. Комиссар Мор вошёл в свой кабинет в восемь часов сорок пять минут. Во рту он уже ощущал вкус кофе и лелеял мечту закурить. Он уже поставил свой дипломат на стол, как вдруг на нём зазвонил телефон. Люка ещё не было на месте, поэтому пришлось ответить на этот звонок.
   Звонили из мэрии. Пропал какой-то депутат, который должен был представлять определённую партию и, "если он не найдётся до четверга следующей недели, то эта партия потеряет свыше пятидесяти миллионов франков" - таково было предупреждение звонившего. Том закончил разговор односложным сухим "хорошо" и положил трубку. Всё-таки достал из пачки сигарету и позвонил в приёмную:
   - Мадам Фужьер, - обратился он к своему секретарю, - месье Ларье ещё не приходил?
   - Нет.
   - Как только придёт, скажите ему, чтобы срочно шёл в мэрию, - и положил трубку.
   Закурив и взяв дипломат в правую руку комиссар направился к машине. Приказал шофёру ехать в мэрию.
   Мэрия представляла собой белое здание, построенное несколько лет назад. Над некоторыми окнами развивался французский флаг - это были окна очень знатных министров, депутатов, сенаторов.
   Когда Том вышел из машины к нему подошёл какой-то человек офисного телосложения.
   - Доброе утро, - обратился он к комиссару, - как ваше имя?
   - Комиссар Мор.
   - В таком случае следуйте за мной.
   Незнакомец провёл Томаса в роскошный кабинет. Жандарм уже привык к большим и белым комнатам, поэтому не удивился.
   За столом из красного дерева сидел человек в синем костюме и лысиной на лбу. Это был один из депутатов - Антуан Жельер.
   - Здравствуйте месье комиссар, - предложил властный человек, - мы вас вызвали по важному делу. Я уже сказал вам самую главную часть этого неприятного происшествия, теперь вы должны узнать мелочи.
   Пропал один из наших депутатов - Серж Дневье. Вся трудность положения заключается в том, что мы профинансировали его партию на сумму в пятьдесят миллионов франков. В следующий четверг он должен рассказать о делах его партии самому президенту, и тогда президент даст ему ещё денег, а он отдаст часть из них нам. Но если он не прочтёт свой доклад, то всё потеряно.
   - Когда он пропал? - спросил Том, доставая свой блокнот и ручку.
   - Два дня назад он вышел из мэрии домой, а на следующий день не пришёл
   - Где в данный момент эти пятьдесят миллионов?
   - У месье Дневье.
   - То есть он пропал вместе с деньгами?
   - Да.
   - А почему эти деньги не у вашей партии?
   - Чтобы президент подумал, что мы нуждаемся в деньгах.
   Томас внутренне улыбнулся - этот человек доведён до крайности, и теперь ничего не скрывает.
   - В каком виде были эти деньги?
   - В виде чека.
   - На какой банк был чек?
   - Банк "цветы и розы". Вот его знак, - с этими словами депутат достал из ящика письменного стола небольшую бумажку розового цвета и розой посередине, - но если вы думаете, что месье Дневье украл наши деньги и хочет сбежать, то я могу заблокировать этот счёт.
   - По моему, если он взял эти деньги, то он уже мог уехать куда-нибудь в Америку.
   - Он не мог уехать, потому что всю эту неделю из французских портов не выплыло ни одного корабля.
   - Почему?
   - Потому что нет рейсов.
   - С такими деньгами он мог нанять частный корабль.
   - Ну, хорошо, - вздохнул Антуан, - я заблокировал все порты на неделю, везде ищут месье Дневье.
   - Ладно, - тоже вздохнул комиссар, - где в тот день был месье Дневье?
   - Вот, - из того же ящика депутат достал другой листок, - он хотел зайти в кафе "Марсель", а затем в парикмахерскую и домой.
   - Если его убили за эти деньги, то у вас есть подозреваемые?
   - Все заинтересованы в вкладах президента.
   - У вас есть конкурирующая партия?
   - Все получают по куску.
   - Но каждому хотелось бы взять всё.
   Депутат смущённо умолк.
   - У месье Дневье есть жена?
   - Да. они живут вместе на Ампиевой улице в шестнадцатом доме.
   - Во сколько месье Дневье вышел из мэрии?
   - В пять семнадцать.
   - Почему вы запомнили время?
   - Потому что он сдал мне отчёт и я зарегистрировал его на это время.
   - До кафе "Марсель" нужно двадцать минут, до парикмахерской где-то пол часа, в парикмахерской пятнадцать, в итоге час пятнадцать. До его дома ещё сорок минут, то есть он должен был потратить час пятьдесят пять, могут быть задержки на пять минут, поэтому через два часа после выезда он должен был быть дома.
   - Верно, - подтвердил депутат.
   - На какой машине он обычно ездит?
   - На такси.
   - Я узнаю его точный курс, а вас я попрошу не выезжать из Парижа в ближайшее время. Если мне нужно будет что-то у вас узнать, то я позвоню вам.
   - Если мне что-то узнаю, я вам тоже позвоню. Но помните, его нужно найти до четверга следующей недели.
   - А если он не найдётся до этого срока?
   - Это будет катастрофа, - вскричал несчастный человек, - ведь чек с деньгами у него.
  Ищейка идёт по следу.
  
   Выйдя из здания правления Том увидел на ступеньках Люка - он только что приехал на такси.
   - Крепко опоздал. - заметил Томас, - что случилось?
   - Ездил в банк по поводу страховки на мою старую машину - помнишь, её утопили. Я прождал моих денег целый час, но мне их не дали. Сказали, что их нет.
   - А что был за банк. - автоматически спросил его собеседник.
   - Цветы и розы. А что здесь произошло?
   - По всей видимости банковские махинации.
   - В каком смысле?
   - Останови такси, я расскажу тебе по дороге.
   Люка быстро выполнил приказание своего комиссара, и два приятеля поехали в кафе "Марсель". Пока они ехали, Том рассказал всё, что произошло в мэрии. Когда они приехали к месту назначения, то из такси вышел только Люка. Том сказал ему вдогонку:
   - Обязательно узнай, когда он пришёл, с кем разговаривал, что делал и когда ушёл.
   - Ну а ты куда?
   - В парикмахерскую. Он был там после ресторана.
   Таксист, получив более точные указания, отвёз комиссара в это место.
   Тем временем Люка был уже в ресторане и разговаривал с официантом, который обслуживал месье Дневье.
   - Он пришёл в пять часов тридцать семь. У него часы сломались, и он спросил у меня время. Месье Дневье заказал жаркое, съел половину. Заплатил наличными и ушёл в шесть часов.
   - Сколько было минут?
   - Семь.
   - С кем он разговаривал кроме вас?
   - Ни с кем.
   - Он часто ел у вас?
   - Да.
   - А почему не ел дома?
   - Его жена не любит готовить.
   - Как он выглядел?
   - Весьма озабоченным. Знаете, он любит хорошо поесть, а вчера почти ничего не ел. А зачем вам эта информация?
   - Я из полиции, - это было последние слова, которые сказал в этом кафе Ларье. Он вышел из этого здания и поехал на Ампиевую улицу в шестнадцатый дом.
   Томас тоже заканчивал свои дела в парикмахерской.
   - Он пришёл в шесть семнадцать, - говорил Мору человек с весьма элегантными усами, но маленьким ростом, - я стригу его уже двадцать лет каждую неделю, но таким взволнованным я его ещё ни разу не видел.
   - Почему вы запомнили время?
   - У него часы сломались. И он спросил у меня время.
   - Он с вами разговаривал?
   - Нет
   - А с кем-то ещё?
   - Нет.
   - Когда он ушёл?
   - Через минут пятнадцать-двадцать.
   - На какой машине он уехал?
   - На такси.
   - Номер помните?
   - Нет.
   - Он говорил вам, куда он хочет поехать дальше?
   - Нет, но скорее всего домой, он обычно ехал к себе домой после парикмахерской.
   - Больше вопросов нет, - с этими словами Том положил блокнот в карман и поехал на Ампиевую улицу 16.
   Два такси почти одновременно подъехали к этому дому.
   - Ну, что? - спросил Томас своего напарника.
   - У меня всё по графику. А у тебя?
   - Тоже. Посмотрим, когда месье Дневье приехал домой.
   Дверь открыла брюнетка лет сорока-сорока двух. Благодаря своим глазам, она очень походила на испанскую цыганку.
   - Что вам угодно, месье? - еле слышно спросила она.
   - Мы по поводу вашего мужа, - начал Том, доставая значок из кармана, - мы из полиции. Месье Дневье пропал, а вы, как я полагаю, мадам Дневье?
   - Да, это я. Но куда он мог деться?
   - Скажите, он приходил домой вчера вечером около...
   - Он вообще не приходил вчера домой. Ой, извините! - тут хозяйка заметила, что её гости стоят на улице уже пятнадцать минут, - проходите.
   - Видите ли, - произнёс Том, сев на роскошный диван и открыв блокнот, - месье Дневье зашёл в кафе "Марсель", потом в парикмахерскую и сюда. Он соблюдал свой курс строго но, как я понял, не пришёл домой. Вы подозреваете, куда он мог поехать после стрижки и бритья?
   - Он мог поехать к любовнице, - не задумываясь ответила женщина.
   "Стандартно мыслит" - подумал Том, а затем продолжил допрос:
   - А ещё подозрения у вас есть?
   - Нет. Он был любвеобильный и любил развлечься...
   - Извините, - прервал её Томас, так как данная информация была ему не нужна, - где находится его кабинет? Мы с месье Ларье хотели бы осмотреться.
   - Я вас провожу, - ответила испанка. Через несколько минут все трое стояли на пороге огромной мраморной комнаты, которая служила месье Дневье кабинетом.
   Том положил на стол разрешение на обыск (который он всегда носил с собой), и начал свою работу. Мадам Дневье стояла рядом. Вскоре внизу зазвонил телефон, и она оставила их одних.
   - Она не выглядит очень расстроенной, - прошептал Люка на ухо Мору.
   - Люка, - вслух сказал Том, - зачем она спустилась вниз, если здесь есть параллельный телефон?
   - Может не хотела нам мешать?
   - Она мешала нам целых пятнадцать минут, - возразил комиссар, - лучше возьми телефон и послушай, а я пока посмотрю бюро.
   Люка взял телефон, обвязал нижнюю часть платком и стал слушать.
   - Рябчик подстрелян и упал в озеро лесного принца, но мяса при нём не оказалось, - сказал чей-то мужской голос.
   - Вы ошиблись номером, - ответила мадам Дневье и положила трубку.
   Люка в точности передал разговор своему патрону, а тот, когда Ларье кончил, взял небольшой листок бумаги и свой блокнот. Вначале записал диалог хозяйки с неизвестным мужчиной, а затем прочитал Люка содержимое листка:
   "Яйцо куриное, цена пять франков".
   - Дороговато, - заметил слушатель.
   - В этом бюро особо важные материалы, письма, документы. Так что здесь делает этот счёт за немыслимо дорогое яйцо?
   - Да они все на продуктах помешаны, - снова сострил Ларье.
   - Я думаю, нам нужно это сохранить, - с этими словами Мор положил листок в блокнот, - а также этот счёт марсельскому детективу, - добавил он.
   - Марсельскому?
   - Да. Если ты не забыл, то месье Дневье обычно ходил в кафе "Марсель". Из этого я заключаю, что пропавший очень доверял этому городу. Помнишь, официант из кафе сказал, что он любил хорошо покушать, и он доверял обязанность готовки не своей жене-испанки, а кафе "Марсель". Если он нанял марсельского детектива, то значит, что дело было серьёзным.
   В эту минуту вошла хозяйка дома.
   - Извините, ошиблись номером. Я приготовила кофе, выпьете?
   - Нет, спасибо, - ответил Том, мысленно ответив, что она заметила про ложный звонок, - мы уже закончили, и нас вызывает прокурор.
  
  Кто на самом деле был рябчиком, который упал в озеро лесного принца.
  
   Прийдя в комиссариат, его начальник позвонил Жульеру.
   - Добрый вечер, - поздоровался Том, - мне хотелось бы узнать отношение месье Дневье к Марселю.
   - Он там родился и провёл часть жизни. Поэтому он очень сильно любил этот город. Вы напали на след?
   - Да, и если всё будет идти с такой же скоростью, то в нужный момент вы получите месье Дневье. До-свидания.
   Положив трубку, Мор набрал номер, найденный на счёте марсельского детектива.
   - Месье Альберт Дю Ли Трю? - спросил комиссар.
   - Он самый.
   - Не могли бы вы заехать в комиссариат на Монетной улице?
   - Я сегодня уезжаю в Марсель.
   - Дело спешное. С вами разговаривает комиссар Томас Мор.
   - А... Ну, если комиссар.... - засомневался собеседник.
   - Вот именно.
   - Ладно, я буду завтра в девять: сегодня я уже не доеду.
   - Жду.
   Не успел Том окончить разговор, как зазвонил другой телефон.
   - Звонок по второй линии, - в трубке послышался голос секретарши.
   - Кто звонит? - с беспокойством спросил Томас, ожидавший министерства.
   - Патрульный с леса принца Орлеанского.
   - Что?! - вскричал Том, моментально вспомнив телефонный разговор жены пропавшего депутата, немедленно соедини меня с ним!
   - Добрый день месье Мор... - начал было жандарм, но Том прервал его.
   - Что там случилось?
   - Мы с Рафаэлем делали обход леса, и заметили в озере груду одежды, когда мы вытаращили её, оказалось. Что это человек. При нём некоторые документы, но вода размыла все надписи...
   - Ждите меня, я уже выезжаю! Ни в коем случае не бросайте труп! - с этими словами он бросился к полицейским машинам. Люка ещё не ушёл, поэтому Том захватил и его.
   Возле озера стояли двое жандармов, но вскоре к ним подъехали двое полицейских мишины. Из одной выбежал Том, держа в одной руке фотографию месье Дневье.
   Труп принадлежал мужчине плотного телосложения, с седыми волосами, которые теперь прилипли к морщинистому лбу. Костюм был мокрый, а на виске блестела красная точка.
   - Мы нашли рядом с ним пистолет, - добавил патрульный жандарм, но вот гильз нигде не видно.
   - Это он, - прошептал Том, - посмотрев на тело и на фотографию, - какие документы были при нём?
   - Вот эти. - патрульный протянул стопку мокрых бумаг.
   - Инспектор Кожью, - сказал Том, - отвезите тело в морг. Люка, отнеси эти бумаги в научный отдел. Пусть работают всю ночь, чтобы завтра утром я знал, что это за документы.
   - Думаешь, что здесь есть чек? - робко спросил Люка.
   - Не знаю. Возможно, что нет.
   - Почему?
   - Помнищь, в разговоре говорилось, что мяса в рябчике не оказалось.
   - Ну, может мадам Дневье хотели подставить.
   - Это нам и нужно выяснить.
  
  Следствие продолжается.
  
   В девять часов утра к жандармерии подъехала красная "Альфа". Из неё вышел мужчина лет пятидесяти. С сединой в волосах и густыми тонкими усами. Старенький костюм поблёскивал былой красотой.
   Этого мужчину сразу провели в кабинет комиссара Мора.
   - А. - воскликнул Том, завидев его на пороге, - вы месье Альберт Дю Ли Трю?
   - Да.
   - Садитесь.
   Новопришедший сел.
   - Я знаю, что вы вели дела с месье Дневье, мне хотелось бы узнать, что это за дела.
   Через несколько минут в тот же кабинет вошёл Люка со стопкой бумаг. Открыв дверь. Он увидел, как Том пожимал руку Альберту. Как только последний вышел, Люка вопросительно посмотрел на своего друга.
   - Это месье Альберт Дю Ли Трю, марсельский детектив месье дневье. Он сообщил мне некоторую важную информацию.
   - Кто?
   - Месье Альберт Дю Ли Трю.
   - Ди... Лю...
   - Неважно. А что у тебя?
   - Научный отдел поработал над бумагами месье Дневье. Вот они.
   - И что там?
   Люка положил на стол бумаги и стал их перебирать.
   - Двести франков десятью купюрами. Восемь чеков (три от ресторана, два от парикмахера, один за машину и два за некоторую мебель).
   - Один за машину? - удивился Том, - он же всегда брал такси.
   - Шестнадцатого июля прошлого года купил машину.
   - Какой автосалон? Назови номер.
   - Дай лучше наберу.
   С этими словами Люка взял телефон и, нажав несколько цифр, отдал трубку комиссару.
   - Автосалон Мишель? - спросил Томас, услышав щелчок, - мне хотелось бы узнать о заказе месье Дневье.
   - Вы хотите сказать мадам Дневье?
   - Да-да.
   - Она купила на имя мужа машину тайоту. Три дня назад к нам пришёл месье Альберт Дю Ли Трю и забрал чек. А вы кто?
   - Полиция, - после этого слова он положил телефон, - французы! Сначала говорят всю информацию, а потом спрашивают, кто спрашивал.
   - А ты кто?
   - Мой род из Англии, но потом уехали в Речь Посполитую. А я из Польши приехал во Францию... Ну ладно, продолжай.
   - Пачка сигарет и платок.
   - Всё?
   - Всё.
   - Так, чека нет.
   - Ты же говорил, что его не будет.
   - Вот именно.
   - Но кто-то же его убил.
   - Что ты имеешь в виду?
   - Убийцы могли забрать у него чек.
   - Нет, в разговоре говорилось, что чека не было.
   - Может разговор подложный.
   - Тебе бы в юристы, - заметил Том, - что ты защищаешь мадам Дневье? У тебя же жена есть.
   - Просто не вяжется.
   - Сделаю ещё один звонок, - сказал Томас, беря один из чеков и набирая по нему номер. Сказав несколько слов, он положил телефон.
   - Всё идеально! Скоро раскроем это дело.
   - Как это?
  - Я знаю, кто виновен. Теперь нужны доказательство. Поехали.
   Том с Люка взяли пятнадцать жандармов и поехали на Ампиевую улицу.
   Их встретила мадам Дневье. Так как полиция стояла за углом, она не заметила их.
   Оказавшись в гостиной, Том начал разговор:
   - Мадам Дневье, зачем вы купили машину в автосалоне "Мишель"?
   - Муж попросил...
   - Вы покупали не для мужа.
   - А для кого?
   - Для любовника.
   - У меня...
   - Ваш любовник - парикмахер Августо Джарино, у которого стригся ваш муж. Узнав, что месье Дневье получит большие деньги, вы купили машину, чтобы забрать у него деньги и скрыться. Месье Джарино соврал - ваш муж разговаривал с ним во время стрижки, и тогда то любовник убил мужа.
   Знаете, я всегда не понимал, как можно убить человека с близкого расстояния в висок, чтобы он не помешал этому. Месье Джарино брил его и выстрелил в голову, так как месье Дневье доверял своему парикмахеру. Осмотрев тело, он не нашёл чека. Уничтожив улики, он позвонил вам и сказал следующие слова: рябчик подстрелян и упал в озеро лесного принца, но мяса при нём не оказалось.
   - Ошиблись номером, - сдавленным голосом пролепетала хозяйка дома.
   - Нет, это означало: месье Дневье пристрелили и бросили в озеро леса принца Орлеанского, но чека при нём не оказалось. Ваш любовник сейчас уже арестован - я отдал это приказание из жандармерии несколько минут назад - так что дело за вами.
   - Да! - неожиданно вскричала мадам Дневье, - да! Это сделала я! Я придумала весь план, я его осуществила, потому что больше не могла жить такой жизнью! Муж вечно на работе, меня разлюбил, а мне что, стариться?! Я нашла любовника, молодого, красивого. Такого, который любил меня....
   - Любил? - переспросил Том, - нет, он хотел убить вас на границе Андорры и Франции, а затем повернуть в Италию с чеком.
   - Но где же деньги? - тихо переспросил Люка.
   - Месье Дневье в тот день был очень задумчивый - он хотел спрятать полученый чек понадёжнее. В его бюро мы нашли небольшую бумагу, на которой написано: "яйцо куриное, пять франков". На обратной стороне написано: "национальный французский банк". Прийдя в этот банк и узнав про тайный счёт вашего мужа, я сказал пароль "яйцо куриное, пять франков" и мне тут же дали чек.
   - А что делал месье марсельский детектив? - всё спрашивал Люка.
   - Месье Дневье подозревал любовные связи своей жены, поэтому нанял детектива из Марселя. Ну а месье Альберт Дю Ли Трю выяснил всё и рассказал. В момент стрижки месье Дневье намекнул, что знает любовника своей жены, и тогда прозвучал выстрел.
   - Но почему не бритвой?
   - Убийца хотел сделать вид, будто месье Дневье кончил жизнь самоубийством, но я сразу исключил этот вариант, так как не было мотива. Итак, месье Джарино арестован, а после ваших признаний и вы арестованы. Месье Ларье, браслеты.
  
  Представители сильных мира сего.
  
   Уже на улице Люка обратился к своему другу:
   - А что те политики, которые зависят от доклада месье Дневье?
   - Я позвоню им.
   - Получается, они ничего не заработают?
   - Но ничего и не потеряют.
   - Жалко.
   - Что?
   - Что они ничего не заработают.
   - Они хотели украсть деньги у президента. Лично мне жалко, что те, на которых надеется вся Франция, а иногда и Европа, поступают не во благо своему народу, а во благо себе, иногда предавая или продавая свой народ. Но жизнь богатого человека наиболее опасна, чем жизнь бедняка.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Григорьев "Биомусор 2"(Боевая фантастика) А.Верт "Нет сигнала"(Научная фантастика) С.Нарватова "Последние выборы сенатора"(Научная фантастика) А.Найт "Наперегонки со смертью"(Боевик) LitaWolf "Избранница принца Ночи"(Любовное фэнтези) Д.Сугралинов "Дисгардиум. Угроза А-класса"(ЛитРПГ) М.Юрий "Небесный Трон 2"(Уся (Wuxia)) М.Юрий "Небесный Трон 4"(Уся (Wuxia)) М.Юрий "Небесный Трон 3"(Уся (Wuxia)) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга вторая"(Уся (Wuxia))
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Институт фавориток" Д.Смекалин "Счастливчик" И.Шевченко "Остров невиновных" С.Бакшеев "Отчаянный шаг"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"