Ну что ж, делать нечего - я позвонила прокатчикам, понимая, что пришло время все делать самой. Через час меня подобрал серьезный мексиканский человек Сантос на неказистой малолитражке. Он всю дорогу радовался за меня, что я смогла приехать в замечательный город Лос Анджелес и учиться здесь. Офис компании под названием "Возьмите напрокат лом!" полностью оправдывал свое название: посреди огороженной площадки, до отказа набитой видавшими виды драндулетами, среди которых были совсем уж доисторические экземпляры, которые я видела только в кино, ютилась такая же престарелая одноэтажная постройка. Единственным отверстием в ней была перекошенная стеклянная дверь, такая же, как в продуктовых магазинах в эру социализма. Вытертый ковролин, сломанный симулятор автогонок, небрежно накрытый брезентом, длинная стойка, отделяющая совершенно пустую зону клиентов от захламленного пространства работников. И затхлый запах чего-то давно не мытого.
--
Ты, должно быть, Элла! Надо же! Как так получается, что ты из России, если говоришь вообще без акцента! - Почти искренне обрадовался сухой человек без возраста, по имени Дэйв. Его воспаленное, ярко розовое лицо и красные глаза, прикрытые очками, не давали представления о том, сколько ему могло быть лет, но старческие, коричневые пятна на руках выдавали его "хорошо за семьдесят". Вообще, я заметила, что стареют здесь гораздо позже, и старики все какие-то, странно энергичные. То же самое можно отнести и к парню, чьего имени я не спрашивала, но этот явный рокер, оснащенный рыжей бородой, полным набором татуировок и дюжиной стальных серег в ушах, провел мне краткий инструктаж по езде в ЛА и даже сгонял со мной на заправку. Выяснилось, что ему 41 год, и он планирует снимать потрясное кино, но ему не в кайф связываться с Голливудом. Говорил он беспрестанно, но так ужасно, что половины было не разобрать. Перед прощанием он заявил, что Брентвуд, в котором я живу - полный отстой, и ему меня жалко, потому что люди там - вонючки! Но признал, что нелюбовь взаимна, и вонючкам такие как он тоже не по душе.
Наконец, я в машине одна! О, это безликий Додж Неон, абсолютно задрипанный. Козырьки сломаны, в боковых зеркалах слепых зон больше чем зрячих, вместо компакт дисков - кассетник! Когда ее сделали, эту чудо машину? Отсутствие музыки - самое досадное недоразумение в машине за 16, 5 долларов в день. Тем паршивее, что по радио вовсе нет музыки, и сплошные разговоры, в основном, на испанском языке. Сюда Мелкому надо было ехать - здесь второй официальный язык (если не первый) - испанский. И все только на нем почти и говорят. Интересно, что же будет в Сан Диего, который стоит на границе с Мексикой. Там по-английски понимать хоть кто-нибудь будет?
В общем, я поехала! Страха у меня не было, хотя напряжение я испытывала невероятное. Выяснилось, что все водители совершенно уверены в том, что ты ориентируешься во всем, соблюдаешь абсолютно все правила и, хотя все предельно вежливы, но ездят автоматически и не обратят внимания, если твое поведение на дороге будет несколько неадекватным. Например, если при левом повороте ты немножечко выкатишься на встречную полосу (как у нас все делают), то в тебя мгновенно въедут. И никому не придет в голову притормозить или чуток подвинуться, несмотря на то, что они будут видеть, что ты стоишь передними колесами на их пути.
Я направилась в Санта Монику, чтобы разыскать нам чудесную школу, в которую я пойду послезавтра.
Я ее нашла. Не спрашивайте, сколько бензина мне пришлось пожечь! Я терялась через каждый переулок, несколько раз выделывала непонятные американцам маневры, так как указатели улиц порой выскакивали слишком поздно, однажды даже вперлась на встречную на улице с односторонним движением. Благо, потока машин там не было. Первая девица на огромном джипе вежливо указала мне на мою, мягко говоря, ошибку. Второй дядька меня прикрыл, чтобы я могла тут же развернуться и пойти на двадцать пятый крюк, в поисках нужной мне улицы. В принципе, ездить здесь в удовольствие, если точно знаешь, куда. Коробки автомат, у всех одна скорость - кошмар - 50-55 км/ч! Никто никого не обгоняет, не подрезает, не матюкает. Никто не сигналит, а чистенькие автобусы крадутся, а не ездят: до того их незаметно.
В конце концов я даже заехала на крытую стоянку и погуляла по центру Санта Моники. По первому впечатлению - пеночный городишко, похожий на британский Брайтон, или любой другой английский приморский городок. Есть променад, очень напоминающий Барселонский Лас Рамблас в миниатюре, заполненный кафе, магазинами и праздной молодежью. Но в нем подозрительно много сумасшедших! Через два раза, на третий увидишь грязного парня, который, отчаянно жестикулируя, увлеченно общается сам с собой. После прогулки я купила кофе в большом стакане Старбакс, и почувствовала себя почти американкой, тем более что все твердят, что у меня нет иноземного акцента, и разговариваю я совершенно по-американски!
Машину я на стоянке не нашла.
Я же говорила, что это безликая машина. Ну вот, я и бегала вокруг нее полчаса, в отчаянии размахивая своим американским стаканом. И не могла увидеть.
Назад я возвращалась так же: по наитию и научному методу тыка.
Вернувшись домой, я решила сходить магазин, где мы вчера купили мне сим карту, и выяснить, отчего она не работает. Идти решила пешком, чтобы пройтись, оглядеть окрестности.
Пути к тому магазину я не нашла, заплутала окончательно и только благодаря карте смогла найти дорогу назад с полпути. Но! Только теперь стало понятно, в Каком районе я живу! По обеим сторонам улиц величаво красуются дома такой дороговизны и красоты, что дух захватывает. Причем, все они миниатюрные, редко даже когда в два этажа, но буржуазные до мозга костей, пардон, до самой штукатурки. Вечерело, почти во всех домах горел свет, и я могла по пути поглядывать на изысканные интерьеры, мерцавшие из-за не зашторенных окон. Прямо на улице на ночь оставлены все виды журнальных авто, от мерседеса до ломбаргини. В Лос-Анжелесе вообще бросается в глаза количество ослепительных автомобилей. Этого роскошества в таком количестве я нигде не видела.
Воздух влажный, покалывающий кожу зябкой прохладой, наполнен запахами отдаленного океана, влажной листвы и цветущих деревьев. На улицах - ни души. Местами встречались собаки, которые выгуливали своих сонных хозяев.
Отыскать направление среди одинаковых, извилистых тупиков, утыканных домами, вслепую не удалось, Я повернула обратно, несолоно хлебавши, когда начало стремительно темнеть. Зато по пути домой мне в голову пришла "гениальная" мысль: я же могу позвонить туда, где вчера купила карту! И они скажут мне точный адрес, и как к ним пройти! Ура!
"Карта должна работать, мисс! У вас, скорее всего, плохой сигнал в доме. Попробуйте выйти на улицу!" - Авторитетно пробубнил в трубку вчерашний продавец, иранец с непроизносимым
именем. Я недовольно фыркнула, отчеканила "Спасибо!" и вышла в сад. Оказалось, что дом - просто телефонная черная дыра: помявшись немного, указатель сигнала медленно пополз вверх, и на дисплее телефона проявился логотип поставщика сети. Какой был бы юмор, если бы я потратила три часа и приперлась-таки к ним с "проблемой". Тогда все точно бы решили, что русские - рехнутые.
Вот так, любимые мои, мимо проскользнул день. Думаю, с такой же скоростью будут нестись месяцы, и я скоро вернусь к вам. Так как, хоть мне здесь, похоже, нравится, ваше отсутствие рядом чрезвычайно ощутимо. Я очень-очень вас люблю!