Подплутова Елена Владимировна: другие произведения.

Нариса Карди: Жизнь на грани. Часть 2. Глава 10

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Вот, наконец, последняя глава второй части. Надеюсь, что не сильно переборщила, не размазала и не испортила общее впечатление о книге. Жду ваших коментариев, оценок, тапок и просто мнений о главе) З.Ы.: Беру короткий отдых примерно до дня рождения. Нет, появляться буду и, может быть, что-то и выложу, но пока ничего обещать не буду. И начнётся третья часть. Иллюстрация Алианы


Глава 10 (16). Воительницы или спасение провидицы

  
  
   Корабль стал на якорь на достаточном расстоянии от острова, чтобы в случае опасности со стороны воительниц можно было быстро уйти дальше в море. Приметив себе бухточку для прибытия, мы кивнули дяде Нису, который сразу отдал приказ готовить шлюпку для спуска на воду, и ушли в каюты. Нам нужно было хорошо подготовиться, прежде чем сходить на берег.
   Перетряхнув сумку, я подумала и облачилась в облегающий костюм, подаренный дядей и тётей. Он сливался с телом и абсолютно не стеснял движения, зато я в нём чувствовала себя уверенно. Дальше натянула удобные сапоги на тонкой подошве, позволяющие бесшумно ходить даже по валежнику (сухостою), пояс с метательными кинжалами и звездами. Волосы заплела в одну косу и уложила так, чтобы они не мешали. Надела заплечные ножны с мечами и поправила кулон на шее, так, чтобы его было видно в вырезе куртки. Уложив остальные вещи в сумку, я пару раз глубоко вздохнула, успокаивая дыхание и заряжаясь спокойствием, и вышла из каюты.
   Заглянув к Яну, убедилась, что он уже почти собран. Брат, время от времени морщась (видимо, ошейник мешал сильнее, чем он предполагал), заталкивал в сумку свой кинжальный арсенал. Мечи я запретила им прятать, это бы выглядело несколько подозрительно, тем более наша легенда объясняла этот момент.
   Не став мешать, сопровождаемая Сафом поднялась на палубу, где убедилась, что матросы уже спустили лодку. Подошли Дар с Яном, попутно забрав мои вещи из каюты. Они оба оделись примерно одинаково: черные штаны обтягивали мускулистые ноги, на кожаном поясе выделялась серебряная бляха - так сказать, ещё один символ того, что они принадлежат мне. Чёрная рубашка, наполовину расстегнутая, открывала вид на мускулистую грудь обоих парней, волосатую у Яна и голую у Дара. Их мечи пристёгивались к поясу, а за плечами у Дара был мой лук.
   Сердечно попрощавшись с дядей Нисом и Симоном, а также поблагодарив команду корабля, мы по очереди спустились в шлюпку. Поскольку Саф к воде относился в принципе нормально, даже любил купаться, но всё же море немного его нервировало, я посадила его в корзинку, что держал Дар.
   Парни, устроив на дне шлюпки меня и вещи, взялись за вёсла. Вчера мы отрепетировали линию поведения, которой решились придерживаться, но сейчас, при свете дня, я начала сомневаться в правильности принятого решения.
   - А если я не смогу убедительно сыграть? - тихо спросила я ребят, пока не стало слишком поздно и мы не высадились на острове.
   - Сможешь, - уверенно сказал Дар. Он, кстати, ни сколько не сомневался как в успехе нашего предприятия, так и в том, что мы легко разыграем перед воительницами выбранные роли.
   Мы с братом явно были большими скептиками.
   - К тому же это был твой план. Кому, как не тебе приводить его в исполнение, - гребя в такт Дару, промолвил Ян. - Да и выбора, по большому счёту, у нас нет.
   Замолчав, я закрыла глаза, настраивая себя на игру, которую придётся вести. Вот только если бы самой быть уверенной в собственных силах...
   - Я помогу, если потребуется, - заверила меня сестрёнка, посылая волны уверенности, одобрения и любви.
   - Спасибо, милая, - поблагодарила я её.
   Остров неумолимо приближался, вода за бортом шлюпки светлела, стало видать песчаное дно. В последний раз оглянувшись на корабль, увидела только затейливую надпись на юте, да и та скоро скрылась в утреннем тумане. Дядя Нис в точности выполнял наш договор.
   Шлюпка проскреблась по дну и уперлась в берег. Выпрыгнув из неё, Ян и дар подтянули её и подали мне руки, помогая выбраться. Взяв сумки (на этот раз лук я повесила у себя за спиной), парни пристроились у меня в кильватере, и таким клином мы сделали несколько шагов в сторону леса. Далеко не прошли: уже на третьем шаге из-за деревьев вышли пять женщин в полном воинском облачении, наставив на нас топорщащиеся стрелами луки.
   Несколько секунд настороженного изучения друг друга и одна из воительниц, стоявших в центре, сделала шаг вперёд и обратилась ко мне чуть низковатым, но от этого не менее мелодичным голосом:
   - Приветствую тебя, сестра, на острове Качче - острове свободных духом женщин - воительниц. Что привело тебя к нам?
   - Любопытство, сестра, всего лишь любопытство, - с меру скучающе, в меру радостно отвечала я. - Я много слышала рассказов о вас и, раз уж довелось заехать на юг материка, решила сама убедиться, насколько правдивы легенды о воительницах. К тому же мне бы хотелось поговорить с кем-нибудь из ваших шаманов, говорят, они в некотором роде творят чудеса.
   - Добро пожаловать, сестра. Меня зовут Кифара, я буду твоим проводником вглубь острова, пока мои сестры продолжат патрулирование границ. Ответь только, эти рабы, они принадлежат тебе? - спросила Кифара, кивком головы указывая за мою спину, где молча стояли Ян и Дар.
   - Да, это мои военные трофеи, - небрежно ответила ей.
   - О, надеюсь услышать эту историю из твоих уст, сестра, - сверкнула она глазами.
   - Непременно, - чуть склонила я голову, обозначив своё согласие.
   - Следуй за мной, - сказала Кифара и, развернувшись, пошла в лес.
   Под любопытными взглядами остальных воительниц мы последовали за ней. Было видно, что девушка привычна к долгим переходам по лесистой местности, поскольку легко преодолевали все препятствия в виде корней живых деревьев и стволов, упавших в непогоду. Не желая упасть в грязь лицом, и тем самым погубив всю игру, я следовала в двух шагах от неё, старательно (не без помощи Рисы) контролируя дыхание.
   Кифара вряд ли была старше меня, по крайней мере, я ощущала её своей ровесницей. Подтянутая постоянными тренировками фигура, узкие бёдра и плечи, затянутые в кожаный доспех, не стесняющий движения, но защищающий все стратегические места на теле. Длинные чёрные волосы, заплетённые в толстую косу, змеились по спине. На поясе у неё висел короткий полутораручный меч со спиральным навершием и изогнутыми кпереди "усиками" гарды, и кинжал, а за плечом лук и колчан с десятком стрел. На ногах были сапоги из тонкой, но плотной кожи. Магии я не чувствовала.
   Краем глаза отмечая ориентиры, по которым в худшем случае мы могли бы найти именно этот берег, молча шли вперёд. Наша провожатая то ли больше не желала говорить, то ли копила вопросы на потом, но сейчас расспрашивать её я не стала.
   После примерно двух часов быстрой ходьбы, за время которой нам попадались всего несколько патрулирующих отрядов, мы, наконец, вышли к окраине поселения воительниц. То, что это именно окраина, нам сказала Кифара, целенаправленно ведущая нас мимо небольших деревянных домов. Я с любопытством осматривалась, парни украдкой делали то же самое.
   Домики стояли, на первый взгляд, немного хаотично, но присмотревшись, я поняла, что везде каждый последующий дом наполовину закрывается предыдущим. И при нападении это может хорошо помочь обороняющимся, с одной стороны, имея укрытие, стрелять по напавшим, с другой, не мешать аналогично поступать своим соседям.
   Возле домов играли дети в количестве пяти человек, все девочки. Детей постарше я не заметила, как не заметила и мужчин. Несколько женщин преклонного возраста присматривали за детьми. Также рядом крутилось несколько собак, которые при нашем появления сперва разразились громким лаем, а затем, видимо, сообразив, на кого открыли пасть, неприлично взвизгнули и вернулись к детям, опасливо косясь в нашу сторону. Кифара недоумённо посмотрела на собак и, пожав плечами, повела нас дальше.
   Начиная от окраины, количество домов всё увеличивалось, хотя по размерам они все были практически одинаковы. Больше было и детей, и старух, но почему-то женщин возраста Кифары и старше мы не замечали. Спросив это у нашей проводницы, я узнала, что сейчас время тренировки и патрулей, потому и все воительницы не дома. Но также мне было обещано, что пока мы дойдём, так сказать, к столице поселения, время тренировок закончится, и я познакомлюсь со многими нашими сёстрами. Заверив её, что всегда мечтала об этом, я замолчала, и мы пошли дальше.
   Спустя ещё два часа я начала замечать некоторые отличия, символизирующие о нашем скором приближении к цели. Во-первых, стал гуще сам лес, по которому мы продвигались, и то справа, то слева я подмечала укромные места, в которых находились часовые. Во-вторых, дома, в отличие от окраины, располагались более плотно друг к другу, а на ветках больших деревьев и деревьев-исполинов (встречались и такие) я с удивлением увидела удобные площадки, на которых также располагалась стража. В-третьих, плотность населения увеличилась, мы замечали примерно вдвое больше детей в возрасте от трёх до десяти лет. Все они провожали нас любопытными взглядами, но следом не бежали.
   Никого из мужчин по-прежнему видно не было.
   Незаметно для самих себя мы вышли на широкую улицу (вернее, очень широкую тропинку), с двух сторон от которой располагались причудливо разукрашенные дома. Лесной орнамент сменялся рисунками животных и птиц, которые, в свою очередь, сменялись сценами боя двух, трёх или группы воинов. Естественно, женщин.
   Спросив Кифару об этих рисунках, я узнала, что такие рисунки, в принципе, ничего не значат. Ну захотелось какой-то воительнице расписать своё жилище - пожалуйста, никто не запрещает. Зато после все знают, с каким деревом, животным или птицей отождествляет себя хозяйка дома, или она просто любит искусство боя.
   Тем временем мы уже подошли к стандартному явлению всех городов, городков, сёл, деревень и посёлков - главной площади, коей здесь являлась относительно ровная лесная поляна, достаточно широкая, чтобы вместить как минимум половину жительниц данного поселения.
   Попросив меня немного подождать, Кифара постучала и вошла в одно из расположенных близко к площади здание, намного шире и выше остальных домов. Вероятно, именно здесь проживала та, кто возглавляла воительниц. Ни её имени, ни точного звания мы не знали.
   Соскучиться я не успела. К площади начали сходиться воительницы, с любопытством и немного настороженно посматривая на нашу компанию. Видимо, весть о нашем прибытии уже облетела всё поселение и освободившиеся после тренировок воительницы поспешили посмотреть на нас.
   Распахнувшаяся дверь дома, в котором скрылась Кифара, явила нашему взору ту, кто, как я поняла по мгновенно подтянувшимся воительницам, была их предводительницей.
   Этой женщине на вид было слегка за тридцать, то есть именно тот возраст, когда тело находится на пике своей формы и до потери оной ещё многие и многие годы. Я не могла сказать, что она была некрасива: густые чёрные волосы толстой косой спускались к талии, глаза цвета морской воды смотрели цепко, но в то же время по-доброму. Фигура воина, не больше и не меньше, была, как и все здесь присутствующие, исключая нас, частично облачена в кожаный доспех. Сапоги из мягкой кожи довершали образ воина-следопыта, коим она, несомненно, и являлась. Вот только не было в ней той женской мягкости и очарования, какие были, например, присущи тёте Илане, и у меня возникало ощущение какой-то её неполноценности, точнее не могу объяснить.
   Даже меч, висевший у неё на левом бедре, был абсолютно не женственным. Кацбальгер - оружие Гильдии наёмников.
   Увидев меня, стоящую примерно в пятнадцати метрах от дома, воительница подошла тем особым экономным и быстрым шагом, что отличает прирождённого воина (да-да, и я, и Ян, и Дар прекрасно им владели) и пристально на меня посмотрела. Я, в свою очередь, рассматривала её, прикидывая наши шансы на то, быть ли нам схваченными прямо тут или всё же смочь продолжить игру.
   Шансы были равными...
   - Приветствую тебя, сестра, - неожиданно мягким голосом обратилась она ко мне. - Кифара рассказала мне о твоём прибытии и о целях, поведанных тобой. Честно говоря, я была очень удивлена тем, что на материке тоже есть воительницы, я полагала, что наш остров - это единственное место в мире, где женщины могут быть свободными от мужского гнёта.
   Я скупо улыбнулась.
   - Ох, прошу простить мою забывчивость. Я - Лимара, предводительница всех воительниц на Качче. Чтобы тебе было понятнее, можешь величать меня королевой, как это принято на материке. Мы же не используем такой термин, он не отображает всё то, что даёт мне моё положение. Но это излишние подробности, не нужные тебе.
   - Приветствую тебя, Лимара, предводительница свободных женщин - воительниц. Моё имя Нариса, и я проделала долгий путь, чтобы найти вас, - я слегка склонила голову, выражая своё почтение, но так, чтобы это не выглядело подобострастием. Я ведь тоже свободная воительница и пока ещё ей не принадлежу.
   - Что ж, Нариса, мне крайне любопытна твоя история. Но, конечно, тут не место для подобного рассказа. Поэтому я приглашаю тебя в свой дом, где мы сможем получше узнать друг друга. А пока мы разговариваем, наши сестры приведут в порядок дом для гостей, который, к нашему глубокому сожалению, очень давно пустовал, и позаботятся о твоём имуществе, - Лимара кивком головы указала на Яна и Дара, всё также молчаливо стоявших позади меня.
   - Я с удовольствием принимаю твоё предложение, предводительница, и надеюсь, что наш разговор доставит нам обоим много удовольствия, - напевно сказала я, не отводя взгляда от её глаз. Правильно, воительница, у меня тоже есть зубки.
   Развернувшись (при этом то ли случайно, то ли специально едва не задев меня косой), Лимара направилась обратно к дому, по пути раздав пару указаний. Я последовала за ней, краем глаза наблюдая, как брата и Дара отводят куда-то в сторону. Волнуясь за них, я, тем не менее, не теряла бдительности и осторожности, особенно в отношении предводительницы.
   Одна из женщин, как я поняла, находившихся на страже перед дверью дома, распахнула оною передо мною и Лимарой, и стоило нам войти, прикрыла её. Я оказалась в небольшом коридорчике, который привёл нас в просторную комнату. С большой натяжкой её можно было назвать гостиной. Пол и стены были, соответственно, устланы и увешаны шкурами животных. Посредине стоял круглый стол с домотканой скатертью, вокруг которого располагались пять стульев, тоже устланных шкурами. В дальнем углу находился небольшой шкафчик, но что было в нём, я не знала. Окна в этой комнате не было, или, по крайней мере, я его не увидела.
   - Присаживайся, - предложила Лимара и сама присела на один из стульев.
   Не успела я последовать её примеру, как в дом вошла ещё одна женщина, даже на первый взгляд намного старше предводительницы. Окинув меня взглядом своих карих, уже сильно выцветших (а значит, по человеческим меркам ей уже далеко за первую сотню лет) глаз, она тоже присела за стол.
   - Познакомьтесь, это наша гостья с материка, Нариса, а это Хавира, наша главная и самая сильная шаманка. Я попросила её быть присутствующей при нашем разговоре, - слегка улыбаясь, сказала Лимара.
   Шаманы... Так получилось, что Наставник ничего мне о них не рассказывал. Да и не надо мне это было в те месяцы, когда я готовилась к мести. Или к смерти, не исключая и такую возможность. Но как потом выяснилось, Ян тоже мало что о них знал. А всё потому, что сейчас, кроме как на Качче, шаманы нигде больше не жили. И информации о них было крайне мало, только то, что сохранилось в памяти людей.
   Они не пользовались привычными для магов заклинаниями, контролем над стихиями или постоянным развитием своего дара. У каждого шамана был свой, строго определённый резервом, размер маны (магической силы), которую они могли потратить. Он был во много раз меньше того, чем мог пользоваться средний маг, но, тем не менее, раньше шаманы были серьёзными противниками.
   Ян только вспомнил, что они пользуются заговорами, вызовом духов, общением с так называемой в классификации магов низшей нечистью. А ещё имеют врождённое чувство правды, что не было нам на руку. Но больше ничего конкретного брат сказать не смог.
   - Приятно познакомиться, - чуть улыбнувшись, сказала я.
   - Что ж, начнём, пожалуй, разговор, - наконец-то отбросила Лимара все политесы. - Как получилось, что на материке выросла воительница, да ещё и такая молодая? И что привело тебя к нам?
   Взвешивая каждое, тщательно подобранное, слово, я начала рассказ:
   - Мой прадед был очень удачливым охотником. В молодости он достаточно повоевал, был очень хорошим воином, но в какой-то момент устал от пролитой крови и ушёл в мирную жизнь. Женился, родил дочь, мою бабушку, и зажил жизнью зажиточного крестьянина. Всё было хорошо, и дом, и хозяйство, и дочь-красавица подрастала, да была у них с женой беда-бедовая - сына зачать никак не получалось. Не могла больше его жена детей иметь. Покручинился мужик, да и плюнул на это дело. Жену он любил, и делать сына на стороне не захотел. Зато как-то раз увидел, что дочка его к оружию интерес проявляет, и стал ей показывать, что да как в воинском деле. Мать в их занятия не вмешивалась, радовалась, что муж дома да дитю внимания уделяет. Сама она дочку к хозяйству приучала и росла девочка, взрослела да многому у отца с матерью училась.
   Как я и говорила, охотник прадед был знатный. Даже в самые холодные зимы без добычи из лесу не возвращался. И дочку с собой брал, показывал, как силки и капканы ставить, как и какого зверя выслеживать, как шкурку с него снимать. Как следы после себя не оставлять, чтобы другие охотники места хлебные не находили.
   Завидовали многие его удаче. Настолько, что несколько жителей их деревни, что охотой и пушниной кормились, задумали подлость. Вначале они заманили прадеда в лес рассказом о каком-то невиданном ранее звере, будто бы случайно замеченным одним из охотников. А затем подвели под хорошо замаскированный капкан и, когда тот в него попал, зарубили прадеда топорами.
   Но и на этом их желание поквитаться не утихло. Вернувшись в деревню, они рассказали его жене, что на её мужа напал внезапно проснувшийся медведь и порвал в клочья, а они, мол, ничего сделать не смогли. Бедная женщина замертво упала на пол прямо под ноги вошедшей в избу дочери, за один день ставшей круглой сиротой. Не успела бабка осознать, что произошло, как те четверо, что отца её убили, прямо в отчей избе над нею и надругались. Изба их слегка на окраине деревни стояла, потому и криков её никто не слышал.
   На утро, истерзанная, охрипшая от криков, она спихнула с себя одного из мучителей, уже вусмерть пьяного и спавшего мёртвым сном (да и остальные находились в таком же состоянии) и, едва переставляя ноги, стала собирать вещи. Связав всё в один узел, моя бабка попрощалась с мёртвым телом матери и ушла из деревни, напоследок перерезав четыре горла.
   Её было всего двадцать лет.
   Она ушла на север Леонтии, туда, где и поныне есть непроходимые чащи лесов. Помня науку отца, она построила себе сначала временное жильё, а после, через год, и хороший дом с печью. Лес давал ей защиту и прокорм, одежду и обогрев, а она старалась брать от него только то, что нужно, и ни капли больше.
   Вот только вначале, через пару месяцев после ухода из родной деревни она поняла, что понесла. Как потом рассказывала мне мать, бабка хотела избавиться от ребёнка, но потом передумала и оставила его. Так родилась моя мать, и с самого рождения бабка прививала ей любовь к оружию. Кроме того, она рассказывала ей то, что сама слышала от отца: о материке, о людях и о воительницах. Вернее, то, что есть в нашем мире остров, куда женщина, желающая быть свободной от мужчин, может уйти и стать настоящим воином.
   Вот только моя мать была куда более легкомысленной, чем хотелось бы бабке, и хотя ей легко давались воинские премудрости, она всё же не испытывала ненависти к мужчинам, даже не смотря на рассказ матери о её зачатии.
   И когда ей исполнилось семнадцать лет, мать попросту сбежала от бабки, желая посмотреть на мир и людей. Десять лет ей понадобилось на то, чтобы, подобно своей матери возненавидеть мужчин. Разное случалось с ней во время того путешествия, многое она никогда и никому не рассказывала, только вернувшись, она дала матери слово больше никуда не уезжать. Да и не могла она, поскольку вернулась к матери уже беременной.
   Кто стал моим отцом, я не знаю, никогда его не видела. Меня, как и мою мать, к оружию приучали с детства. Когда мне исполнилось пять лет, умерла бабка, и мать ещё рьянее взялась за моё обучение.
   Кроме этого, она много рассказывала мне о тех землях, в которых успела побывать, а особенно об острове Качче и все слухи и домыслы людей. С каждым новым рассказом мне всё больше хотелось побывать на вашем острове, а с некоторых пор для этого появилась ещё одна причина.
   - Хорошо, - как только я замолчала, сказала Лимара и, переглянувшись с Хавирой (я уловила едва заметный кивок шаманки и чуть расслабилась), продолжила. - Я заметила, что в твоём имуществе есть два качественных мужчины, очень сильных и достаточно красивых внешне. Как получилось, что ты стала их хозяйкой? И, насколько я поняла по докладу Кифары, ты хотела пообщаться с шаманами, какова причина такой просьбы?
   - Как вы успели убедиться, у меня два раба. Ян - мой слуга, на материке он играл роль моего телохранителя. Он со мной уже около года. Дар, мой второй раб, у меня не так давно, всего несколько месяцев. Он мой любовник и игрушка.
   С Яном всё получилось неожиданно. Когда мне исполнилось восемнадцать, я приняла решение поездить по миру и найти способ добраться до вас. Помня рассказы мамы и частично бабушки, я знала, что доверять мужчинам не стоит ни в коем случае. Слышала также, что вы превращаете их в своих рабов. Мне тоже захотелось раба, но как его получить, я представляла очень смутно.
   Добравшись тогда до столицы Леонтии, я поначалу сильно терялась среди людей. Но пробыв в столице несколько дней, пообвыкла, послушала слухи и сплетни и решила уже идти дальше, как случай привёл меня на одну из небольших площадей, заполненную народом. Оказалось, что там выступал не то менестрель, не то простой стихоплёт, но люди смеялись, и я решила остаться послушать, протискиваясь ближе к источнику смеха.
   Им и оказался Ян, в лицах рассказывающий, как какой-то вельможа пытался ухаживать за барышней, а та оказалась норовливой и острой на язык. Народ ухахатывался, да и мне было смешно. Но тут вдруг набежали стражники в количестве трёх штук и, незнамо как протиснувшись сквозь толпу, скрутили Яна. И тут я поняла, что это мой шанс обзавестись рабом. Отбив его у стражников, я потащила его из города, и когда мы ушли на достаточное расстояние, спросила, что его ожидало.
   Получив ответ, что вначале тюрьма, а после, возможно, и казнь, я предложила ему принести мне клятву. Понимая, что выбора у него нет, Ян стал моим рабом, приняв ошейник, и став моим слугой.
   С Даром всё было более интересно. Так получилось, что мне пришлось на некоторое время задержаться в Эринтее, и когда я уже выехала по направлению к Рималинтре, которую хотела посетить, как-то вечером случайно заметила большую шайку разбойников. У них были пленники, а мне хотелось развлечься. Разгромив шайку, я освободила одного графа с дочкой и Дара. Граф в качестве раба был мне не нужен, но должник в его лице когда-нибудь пригодится, а вот Дар... О, я уже тогда обратила внимание на его тело, подумав, что именно от такого мужчины буду рожать своих дочерей.
   Конечно, поначалу он был категорически против того, чтобы быть моим рабом, так что пришлось нам скрестить оружие. Он сильнее меня, я поняла это сразу, но никто ведь не отменял маленькие женские хитрости, не так ли? В общем, я его одолела, и тут уж деваться ему было некуда. Надев ошейник, он какое-то время был просто попутчиком для меня, отказываясь подчиняться. Я сразу поняла, что силой тут ничего не добьёшься, поэтому я решила сделать его своим любовником. Так получилось даже лучше, чем я могла представить, и с тех пор мы вместе и путешествуем.
   А насчёт моего интереса к шаманам - просто я слышала, что они могут помочь женщине, если у неё проблема с деторождением. Я бы не хотела сейчас обсуждать эту тему, она несколько неприятна для меня, но если вы позволите мне поговорить в одной из шаманок, я более подробно расскажу об этой проблеме.
   - Хм... - протянула Лимара и, откинувшись на спинку стула, замолчала.
   Взглянув на Хавиру, я увидела, что она сидит, закрыв глаза, то ли спит, то ли медитирует. Украдкой переведя дух, я облизнула пересохшие губы и, не меняя выражение лица, стала ждать вердикта предводительницы.
   Ещё никогда мне не приходилось так много лгать, причём делать всё невозможное, чтобы никто не усомнился с том, что я говорю истинную правду. Это оказалось сложно, особенно верить в то, что говоришь, но, насколько я поняла по реакции шаманки, им нечего было возразить на мой рассказ. К тому же я настолько разбавляла правду неправдой, что заметить, где я начинала лгать, было нереально.
   - Что ж, твой рассказ кое-что объясняет, - задумчиво проговорила Лимара, переведя на меня взгляд. - Только не всё. Но это подождёт. А в ином... Добро пожаловать в племя воительниц, Нариса, сестра. Сейчас тебя проводят в дом для гостей, который будет принадлежать тебе на всё время твоего пребывания на острове. А если ты надумаешь остаться тут с нами, тебе выделят другой дом. Вопросы есть?
   - Да. Можно мне будет осмотреть посёлок и пообщаться с другими воительницами? Есть ли у вас какие-то правила и обычаи, о которых я, понятное дело, не знаю, но которые не хотелось бы нарушать? Принято ли тут делиться своим имуществом, и в каком объёме? И если я не желаю, чтобы моими рабами пользовался кто-то ещё, не будет ли это оскорблением? - постаралась я сразу узнать все пункты, которые интересовали меня больше всего.
   - Отвечаю по порядку, - слегка улыбнулась мне предводительница, но глаза смотрели цепко. Я выдавила из себя ответную улыбку. - Пока ты будешь подкрепляться с дороги, я отзову с патрулирования Кифару и прикажу ей показать тебе наше поселение, представить если не всех, то многих наших воительниц, да и вообще помогать тебе во всём, пока ты наша гостья. Обычаи у нас есть, но ни один тебя не коснётся, можешь по этому поводу не волноваться. Правил тоже немного, в основном те, что касаются дисциплины. Ты сама воин, прекрасно знаешь, насколько она важна.
   Единственное, у нас не принято открыто оскорблять друг друга. Если тебе показалось, что кто-то из воительниц имеет что-то против тебя, ты можешь вызвать её на поединок. Это может быть простой поединок, так сказать, подрались, спустили пар и разошлись. Или поединок чести - при свидетелях и судье в моём лице. Второй вид поединка мы предпочитаем в действительно серьёзных спорах и распрях.
   Что касается твоего имущества, то оно твоё, хотя может случится такое, что кому-нибудь из сестёр понравится какой-то из твоих рабов. В таком случае она подойдёт к тебе и прямо заявит о своих намерениях, попросив твоего разрешения. Если ты согласна их удовлетворить, то всё нормально, если нет, сразу откажи. Возможно, в некоторых случаях тебе придется отстаивать своё с мечом в руках. Впрочем, я думаю, что ничего такого не случится.
   - Спасибо, Лимара, за разъяснение, - небольшой намёк на поклон и я плавно поднялась со стула. - Простите, мне хотелось бы немного отдохнуть, если вы не против.
   - Конечно, - она тоже поднялась и, проводив меня до двери, приказала стражнице проводить меня в дом для гостей. - Мне было очень приятно поговорить с тобой, Нариса.
   - И для меня наша беседа оказалась познавательной, - в том же тоне ответствовала я, слегка улыбнувшись.
   Проводив меня в дом для гостей, находившийся в самом центре поселения и ничем от других домов не отличавшийся, моя провожатая вернулась на свой пост. Я же под любопытными взглядами ближайших ко мне воительниц вошла в дом. Обстановка в нём была очень аскетичной: две комнаты, настолько маленькие, что в них помещались только узкие кровати, застеленные тонким матрасом и небольшие окошки в стене у изголовья, затянутые бычьим пузырём. В последней комнате находилась небольшая печь, видимо, для нагрева воды и обогрева зимой, деревянная лохань в углу комнаты и пара вёдер. Где находился не менее нужный домик на заднем дворе, я пока не знала.
   Ян и Дар тоже находились в доме, хотя я, честно говоря, думала, что их куда-то уведут. Нет, ребята тихо сидели на одной из кроватей, негромко переговариваясь. Знаками спросив, нет ли тут каких-либо лишних ушей и получив отрицательный ответ, я повесила полог тишины, и устало плюхнулась рядом с ними. Краткий пересказ моего разговора с предводительницей занял пару минут, и, поздравив меня с прекрасно проведённым первым раундом, ребята посоветовали не расслабляться.
   Едва я сняла полог, как в дверь дома постучали. Это оказалась Кифара, каким-то неведомым способом вернувшаяся с патрулирования, куда (я это точно помню) её снова отправила Лимара. Как можно было так быстро сходить туда и вернуться обратно, я не знала. Но намеревалась выяснить.
   - Здравствуй, сестра. Предводительница послала меня быть твоим проводником и помощником на то время, пока ты находишься у нас в гостях, - улыбаясь, чётко сказала она. Угу, и соглядатай в одном лице. - Может, у тебя уже есть какие-то пожелания?
   - Знаешь, я не прочь перекусить. Да и рабов моих надо покормить. Где тут у вас можно найти еду? - начала я с самой, пожалуй, нетривиальной темы.
   - Пойдём, покажу. У нас общая кухня на всех, там мы готовим по очереди. Конечно, часть работы делают наши рабы, но само приготовление пищи мы им не доверяем, - пока мы шли к кухне, рассказывала Кифара. - Некоторые из них всё ещё не смирились со своей судьбой и могут попытаться сделать что-то нехорошее. А перед предводительницей потом отвечать никому не хочется.
   Дойдя до места общей кухни, располагавшееся на соседней к главной площади полянке, я не увидела ни столов, ни стульев, только несколько костров с подвешенными над ними вёдрами и котелками, да пятерых женщин и двух мужчин, находившихся возле низ. Подойдя к одной из воительниц, Кифара указала на меня и что-то ей сказала. Та кивнула и вскоре я оказалась обладательницей большой съедобной лепёшки, на которой лежали куски мяса, что-то типа салата и гречневая каша. Сказав, что один из рабов отнесёт еду для Яна и Дара в гостевой дом, мы с Кифарой сели под осину, росшую на краю поляны. Пока я частично руками, а частично кусая прямо вместе с лепёшкой, поглощала кашу и мясо, Кифара, оказавшаяся моей ровесницей, рассказывала о порядках среди воительниц, тренировках, патрулях, шитье доспехов и вообще о жизни в посёлке. То ли по натуре была болтушкой, то ли зубы мне заговаривала, чтобы лишнего не спросила.
   Доев свой завтрако-обед, я вытерла руки о траву и спросила Кифару о детях. Часто ли рожают воительницы? Оказалось, что право на ребёнка надо заслужить, во-первых, показав свою доблесть в бою, а во-вторых, привезя на остров раба как будущего отца своих детей. Поскольку с каждым новым заплывом на материк привезти раба становится всё сложнее, то и детей в последнее время рождается всё меньше и меньше.
   Например сейчас в посёлке проживает всего около пятидесяти малышей до трёх лет, сотня от трёх до десяти и около двухсот подростков разного возраста.
   Решив немного отвлечь её от хоть и волнующего меня вопроса, но хорошего понемножку, я попросила немного больше показать мне посёлок. Оказалось, что он неровными кругами расходился от центра леса к окраинам. Точное число воительниц Кифара мне так и не назвала, да я и не настаивала, но прикинув по числу детей и количеству домов, предположила, что их не меньше одной - полторы тысячи. М-да.
   Ещё мне было очень интересно узнать, где живут те самые рабы, которых воительницы увозят из Веранодеры. Оказалось, что в основном те из них, кто уже давно попал сюда, смирился со своей участью и даже успел дать потомство с кем-то из воительниц, живут с ними в одном доме и даже частично имеют возможность воспитывать своих детей. Этакая своеобразная семья. Иные, те, кто либо только недавно на острове, либо те, кого никто из воительниц не выбрал, или такие, кто не зачал детей, жили отдельно, в одном доме. Их использовали как рабочую силу, не особо жалея. Мне даже показали этот дом. Честно говоря, конюшня дяди Карада и та выглядела получше.
   Ещё немного погуляв, мы вернулись на главную площадь. Спросив, хочу ли я с кем то знакомится и получив утвердительный ответ, Кифара привела меня к своим подругам и представила их. Якира, Марека и Нала были её ровесницами и надеялись в следующий раз войти в команду корабля, курсирующего между материком и островом. Причина была банальна: девочки хотели доказать предводительнице, что они уже умелые воины и привезти новых рабов, своих личных. Кроме этого, их разговоры ходили вокруг оружия, тренировок и того, кто что нового видел на патрулировании. Мне стало скучно минут через пять.
   Протрубивший рог прервал эту "занимательную" беседу и, как мне пояснила Кифара, он оповещал об обеде. Заверив девушку, что снова есть я не хочу, вернулась к ребятам, рассказав им всё то, что успела узнать. Пока об Алиане я не узнала ничего, да и как узнать ту, кого ни разу не видела, пока не представляла. Дар как мог подробнее описал нам с Яном ребёнка, но уверенности у меня не было.
   Подкрепившиеся воительницы разошлись по своим домам. Как сказала Кифара, после обеда все, кроме часовых и патрулей должны были часа три поспать, чтобы, проснувшись, с новыми силами тренироваться, оттачивая мастерство воина.
   Прекрасно понимая, что сейчас мне никто не даст побродить по лагерю, проводив под каким-то благовидным предлогом обратно в дом, я решила никуда не ходить. И не заметила, как привалившись к тёплому боку Дара, задремала.
  
   Проснулась от того, что затекла шея. Дар, весь мой сон просидевший на одном месте, с лёгкой улыбкой посмотрел на меня и поднялся, давая мне возможность потянуться и размять шею. Брата в комнате не было, и я только надеялась, что пока спала, он не успел наделать шуму.
   Выглянув из дома, я обнаружила Кифару, стоявшую недалеко от дома. Заметив меня, она улыбнулась и предложила пойти посмотреть на тренировку воительниц. Я с удовольствием согласилась.
   Наблюдая, как воительницы отрабатываю связки, в одиночестве, друг с другом, группами или одна против нескольких, я, видела грозную силу, которую они собой представляют. Конечно, некоторые из них, помоложе, ещё не слишком уверенно владели оружием, но были и такие, которые легко могли если не победить, то уж точно доставить пару неприятных минут даже Дару. Сразу было видно, что воинское дело - одно из главных приоритетов их жизни, которое они холят и лелеют, всячески развивая.
   Не слишком обнадёживающие знания...
   Меня почему-то никто не просил продемонстрировать уровень владения оружием, хотя любопытные взгляды не уменьшались. Видимо, статус гостя накладывал определённые ограничения, но впрочем, я не была против. Конфликтов мне не хотелось.
   Ещё немного понаблюдав за тренировкой, я попросила Кифару показать мне жилище шаманов. И тут, можно сказать, впервые столкнулась с запретом. Оказалось, что никто из племени не может просто так прийти к ним. Нет, с любой проблемой, вопросом или просьбой они вначале подходят к предводительнице и только в том случае, если она не может их разрешить, вызываются шаманы. А так они живут несколько отдельно от племени.
   До самого вечера, пока не прозвучал рог, воительницы продолжали тренироваться. Ужин проходил на той же поляне, что и ранее, только сейчас все девушки и женщины были немного больше возбуждены, рассаживались группками и переговаривались друг с другом. Понимая, что сегодня я являюсь главной темой их разговоров, старалась ни на кого пристально не смотреть, да и общалась я в основном с Кифарой и её приятельницами.
   - А это правда, что у нашей гостьи есть два отменных раба? - вдруг громко спросила одна из воительниц, сидевших в самом центре поляны. На вид она была постарше меня на несколько лет, рыжеволосой с тонким носом и упрямым подбородком с родинкой. - Не много ли на неё одну, а, сестры? Непорядок, делиться нужно.
   Внезапно на поляне наступила полная тишина и все взгляды сконцентрировались на мне. Понимая, насколько был прав Дар, держа маску спокойствия на лице, я пыталась судорожно найти выход из такого щекотливого положения. Её слова граничили с оскорблением, но не выходили за рамки правил, и формально я тоже не имела права её оскорблять. А хотелось.
   - А вы, простите, не знаю имени, с какой целью интересуетесь? Языком почесать али предложить свою помощь? - Вежливость всегда была мощным орудием против хамов, мне это часто говорила тётя Илана.
   Вокруг раздались смешки, видимо, девушки поняли подоплёку моих слов. Но и рыжая тоже оказалась не промах.
   - Лепра я. Да вот думаю, не забрать ли одного из них себе, а? Вот только не знаю даже, кого и выбрать, они оба как на подбор, хороши.
   - А двоих, значит, не тянем, да? Хотя, если ты меня попросишь, я одолжу тебе одного из них. Мальчикам полезно иногда на стороне развлекаться, так они понимают, что лучше меня никого нет, - я ослепительно улыбнулась, понимая, что уже откровенно нарываюсь на конфликт, но и отступать уже было нельзя. - Пожалуй, Яна. Да, Яна, он давно хотел новых впечатлений.
   - А пусть их обоих сюда приведут, - всё никак не могла угомониться рыжая. - А мы посмотрим, кто из них лучше.
   - Да пожалуйста, - махнула я рукой, словно одолжение делала.
   За моими ребятами послали одного из рабов, помогающих при готовке. Через несколько секунд он привёл на поляну Яна и Дара. Они по-прежнему были в своих чёрных одеждах, только подчёркивающих все их достоинства, что не могло не укрыться от взглядов воительниц. Пока длился осмотр, я ментально по-быстрому рассказала суть спора парням.
   - Ну и кто из них Ян? - Спросила меня Лепра, внимательно оглядывая обоих парней.
   - Выйди вперёд, - негромко приказала я.
   Ян вышел и очаровательно улыбнулся, тогда, как Дар сохранял на лице угрюмое выражение. По росту парни были почти равны, Дар только чуть-чуть выше да немного больше в мышечной массе, но сейчас мы делали ставку не на это.
   - Хорош, - Лепра облизнула губы, глядя на Яна, но переведя взгляд на второго парня, спросила: - А если я хочу этого?
   - Тогда у тебя есть маленькая проблемка, зайка, - я улыбнулась открыто и не менее очаровательно, чем брат.
   - Какая? - прищурилась она.
   - Он мой, и делиться я не приучена, - ледяным тоном отрезала я.
   - Докажи, - она положила руку на рукоять меча.
   Решительно подойдя к Дару, я рванула его и без того открытую рубаху, обнажая голый мощный торс и провела по нему ногтями вниз от плечей к ремню на поясе. Затем слегка надавив ему на плечи, подпрыгнула и обхватила его ногами за бёдра. Подхватив меня под попку, он сильнее прижал меня к себе, застонав мне в волосы. На публику грубо схватив его за волосы, я впилась страстным поцелуем в его губы, невольно вспомнив такой же поцелуй, полученный мною тогда в лесу. Вздрогнув, что воительницы вполне могли принять за дрожь желания, я продолжала вести в поцелуе. Дар покорялся, поглаживая меня по попке и ногам, что было очень приятно, но несколько не вовремя.
   Запретив себе вспоминать прошлое, через несколько секунд я забыла обо всех зрителях и с головой погрузилась в наш поцелуй. Оставляя видимость покорности, Дар слегка изменил поцелуй, привнеся в страсть нежность и восхищение. Я поймала себя на том, что уже не просто цепляюсь за его волосы, а зарываюсь в них руками в попытке прижать его голову покрепче и не дать ему прервать поцелуй.
   Только когда перестало хватать дыхания, мы оторвались друг от друга. Смотря глаза в глаза, оба сейчас переживали то, что произошло, не замечая висевшую в воздухе тишину. Усилием воли отведя глаза и заклиная себя не краснеть, я посмотрела на молчавших воительниц. Убедившись, что претензий больше нет, взглянула на Лепру.
   - Иди за мной, - буркнула та Яну и повернулась к нам спиной, собираясь уйти.
   - Эй, зайка, ты ничего не забыла? Например то, что должна попросить меня удовлетворить твоё желание позабавиться с моим рабом, - чуть хрипловатым голосом остановила я ей.
   - Ян, я не знаю, как ей отказать, не нарываясь на вызов.
   - Малышка, всё нормально, мне и самому любопытно, чем воительницы отличаются в постели от прочих девчонок, - смешок Яна в голове немного успокоил.
   - Я прошу тебя, сестра, одолжить мне на ночь твоего раба. Обещаю вернуть его завтра утром в целости и сохранности, - сквозь зубы прошипела она.
   - Забирай. Только... слишком рано не возвращай, я немного занята буду, - добавила я, придав голосу соблазнительности. Сама от себя не ожидала.
   Когда Ян под конвоем воительницы ушёл, я обвела взглядом всех присутствующих и поняла, что эту партию надо доиграть. По-прежнему находясь в руках Дара, я облизнула губы и промурлыкала:
   - Котик, пойдём в постельку. Я устала.
   И провожаемые взглядами сотен пар глаз, мы прошли через всю поляну и вошли в гостевой дом. Поставив меня на ноги, Дар приложил палец к губам и начал колдовать. Пару минут спустя он подхватил меня под локоток и провёл в одну из комнат.
   - Что ты сделал? - с любопытством спросила я, останавливаясь и поворачиваясь к нему.
   - Поставил внутренний полог тишины, чтобы никто нас не подслушал, а также внешнюю звуковую иллюзию, чтобы этой ночью воительницам особо не спалось, - судя по его улыбке, подлянка была знатная.
   - А поподробнее? Ну, Дар, мне же интересно.
   - Ну, они же хотят знать, как мы с тобой развлекаемся? Вот всю ночь и будут слышать, как именно. А для особо любопытных сделал даже зрительную иллюзию. Теперь тот, кто посмотрит в это окно, - он показал рукой то самое оконце в стене над кроватью, - то увидит сплетённые в танце страсти тела.
   - А шаманы магию не почувствуют? - только и смогла спросить я, ошарашенная его идеей.
   - Нет, иллюзия, как и полог, требует минимум силы. Не больше, чем вообще есть в этом месте. Так что никаких скачков не будет, - заверил он меня.
   - Ты оказался прав, - немного помолчав, сказала я. - Помнишь, насчёт того, что воительницы потребуют доказательства наших любовных отношений.
   - И даже рад этому. Ты очень хорошо держалась, хорошо сыграла свою роль. Знаешь, мне даже жаль, что это была лишь игра, - он немного грустно улыбнулся.
   Я покраснела, вспомнив тот поцелуй и свою реакцию на него. Пора быть честной перед самой собой - непонятно как, но Дар стал для меня чем-то большим, чем я даже могла предположить. Единственных из мужчин, которого я подпустила к себе настолько близко, и единственный, на кого я реагировала, как женщина.
   - Дар, я не совсем играла, - тихо призналась я.
   - Что ты хочешь этим сказать? - он всем телом повернулся ко мне. - Нари, просто скажи, я тебя не напугал? Этот поцелуй... я не могу передать, насколько он был лучшим для меня, но я не хотел бы, чтобы ты думала, что я что-то хочу от тебя, или что ты...
   - Ш-ш-ш, замолчи, - я прикрыла ладошкой его губы и, набрав в грудь побольше воздуха, ринулась в омут. - Я знаю, что ты никогда бы не потребовал от меня того, что я не хочу или не готова тебе дать. Кроме дяди Карада и Яна, мне ещё ни с кем из мужчин не было так спокойно и уютно, и я совершенно тебя не боюсь.
   - Позволишь? - он аккуратно убрал мою руку и, прижав меня к себе, наклонил голову.
   - Да, - выдохнула я.
   На этот раз Дар целовал, не позволяя страсти туманить голову, приглушая её нежностью и игривостью. Я никогда не думала, что когда-нибудь позволю мужчине снова прикоснуться ко мне, а уж о том, чтобы получать удовольствие от прикосновений рук или губ - вообще речи не шло. Но сейчас мне было очень хорошо, и, принимая ласку Дара, чувствовала себя желанной.
   Закончив поцелуй, мы ещё некоторое время стояли, обнявшись, пока Дар не поднял голову и не предложил расходиться по комнатам, дабы хоть немного поспать. Его иллюзия должна была пропасть за два часа до рассвета, как и полог тишины, а до этого надо было отдохнуть.
   Покосившись на кровать, я предложила лечь здесь. Вдвоём, конечно, было слегка тесновато, но то душевное спокойствие, которое я ощущала рядом с ним, для меня было важнее всех удобств. Уточнив, уверена ли я в своём решении и получив решительный кивок в ответ, Дар лег к стенке и подвинулся. Умостившись у него под боком, я свернулась калачиком и, почувствовав его руку у себя на талии, страхующую от возможного падения, только улыбнулась и заснула.
   И снова, как и прежде, мне снились чёрные крылья, и чувство полёта и свободы зашкаливало за все мыслимые и немыслимые рамки. И никаких кошмаров.
  
   Проснувшись от того, что каким-то образом ощутила исчезновение иллюзии и полога, я подняла глаза, вглядываясь в расслабленное лицо спящего Дара. Сейчас он был очень красив и спокоен, и будить его мне не хотелось. Не меняя позы, решила немного подумать. Сегодня нужно постараться увидеть как можно больше детей в посёлке. Как я успела заметить, светленьких деток очень мало, так что в этом смысле отыскать Алиану будет не сложно. Главное, чтобы после устроенного нами с Даром представления меня не дёргали все, кому не лень.
   Полежав до рассвета, я аккуратно встала, стараясь не разбудить парня и, вытащив свою сумку из-под кровати, вышла в соседнюю комнату. Сняв костюм, я почистила его магией и решила надеть простые штаны и рубашку с двумя прорезными карманами. Переплетя косу, уложила её вокруг головы и закрепила булавками. Натянув привычные сапоги, остальную одежду запихнула обратно в сумку и вдруг наткнулась на лежащий в ней голубой кулон. Странно, обычно у меня не возникало желания взять его в руки, а тут словно кто-то сам вложил мне его. Засунув его в карман, застегнула сумку и вернулась в первую комнату.
   Дар уже не спал и, пожелав мне доброго утра, встал. Пока он тоже переодевался, я запихнула сумку обратно под кровать. Спросив парня о Сафе, про которого я, честно говоря, немного подзабыла, узнала, что Дар попросил котёнка немного потерпеть и особенно не высовываться. Так что он либо бегал в доме, либо спал. Не нравилось ему на острове.
   Услышав стук в дверь, пошла открывать. На пороге стояла Кифара, выглядевшая слегка невыспавшейся, но довольной. Решив позже узнать причину её радости, мы пошли на завтрак. Сегодня на поляне было немноголюдно, что меня слегка удивило, но косые взгляды воительниц пояснили мне причину этого. Да и Кифара, когда мы отошли от общего котла и присели на траву, пояснила, что эту ночь никто из близ живущих к гостевому дому не смогли уснуть. Зато она выиграла спор на то, как долго продлится, как она выразилась, "кошачий концерт". Потому и была такой довольной.
   Позавтракав, я попросилась погулять по поселку, если у неё нет личных дел. Кифара, заверив, что пока я здесь, она в полном моём распоряжении, повела меня во вторую половину поселка, где я ещё не была. По дороге мы здоровались со многими воительницами, некоторые даже держали на руках детей. Но пока нужного мне ребёнка я не находила.
   Повезло только на втором часу такой ленивой прогулки. Мы как раз зашли в шестой, если считать от центральной поляны, круг домов, как Риса предупредила меня, что она что-то чувствует. Когда я спросила, что именно, сестрёнка только сказала, что где-то тут есть родич Дара, она чувствует похожий запах. Предупреждённая Рисой, я внимательно осматривала всё вокруг и, наконец, возле одного из домов увидела описанную Даром девочку, игравшую с соломенной куклой.
   Стоило нам подойти, как она подняла на меня глаза, и я вздрогнула. У пятилетнего ребёнка не может быть такого пронизывающего взгляда, какого и у иного взрослого не бывает. Её глаза такого синего цвета, какой бывает только летним закатом, вначале настороженно, а после с узнаванием смотрели на меня. Но девочка, взрослая не по годам, промолчала, и в глазёнках заплясало любопытство, какое и должно быть у детей её возраста.
   - Кифара, а у вас не запрещено уделять внимание чужим детям? - повернулась я к своей провожатой.
   - Нет, поскольку далеко не каждая воительница имеет возможность родить, то если есть желание, за ребёнком может смотреть не только родная мать, но и любая другая воительница, - пояснила мне девушка.
   - А кто мать вон той девчушки? Просто ребёнок такой красивый, что мне захотелось с нею познакомиться, но надо бы спросить разрешение матери.
   - Это Нитрида, дочка Миласы. Она немного особенная, мы думаем, что из неё вырастет шаманка. Это большая честь для её матери. Пойдём, я вас познакомлю, - и она подошла ближе к дому.
   Миласой оказалась невысокая кареглазая шатенка, которая, узнав про мой интерес, вначале слегка напряглась, так что пришлось сказать о своей невозможности иметь детей. После этой новости и она, и Кифара искренне мне посочувствовали и выразили надежду на помощь шаманов. И, конечно, больше не препятствовали мне в знакомстве с девочкой
   Начав играть с ребёнком и болтать о разной чепухе, чтобы воительницы ни о чём не догадались, я попыталась установить в Алианой мысленный контакт. Хотя она была ещё совсем крошкой, Дар заверил меня, что её успели обучить этому. И когда я услышала её мысленный голос, только порадовалась такой предусмотрительности.
   - Меня зовут Нари, и я пришла вместе с Даром, чтобы вернуть тебя в твой мир, - сказала я ей.
   - Я знаю, я видела вас в своих снах. А потом пришло видение корабля, и я знала, что вы близко. Когда мы уйдём домой? - спросила она.
   - Ты сможешь незаметно для Миласы выйти этой ночью из дома? Или просто жди нас, я ведь правильно думаю, что ты сможешь увидеть наше приближение?
   - Да, смогу. Я буду ждать. А теперь иди, тебя зовёт предводительница Лимара, - и она закрыла свой разум.
   Погладив её по голове, стараясь передать ребёнку всё своё тепло и ласку, я встала и подошла к стоящим неподалёку Миласе и Кифаре. Их взгляды по-прежнему выражали сочувствие, но я запретила себе думать об этом. Поблагодарив Миласу за возможность поиграть с девочкой, я сказала Кифаре, что хотела бы вернуться и, попрощавшись, мы пошли обратно.
   На подходе к главной площади нас перехватила одна из воительниц, сказав, что за мной её послала Лимара. Я уже знала об этом и пошла за ней. Приведя меня к уже знакомому зданию, воительница ушла, и, постучав, я вошла к предводительнице. Она сидела за тем же самым столом, где проходил наш вчерашний разговор, но сейчас было одна. Повернувшись на мой голос, она улыбнулась и сказала:
   - Я не буду приглашать тебя присаживаться, потому что позвала тебя не за этим. Хавира, посовещавшись со своими девочками, решила попробовать помочь тебе. Поэтому сейчас тебя проведут к шаманкам. Только хочу сразу тебя предупредить: они могут многое, но, к сожалению, не всесильны. Помни об этом, Нариса, сестра.
   - Хорошо, Лимара. Но надежда во мне все ещё жива, - ответила я.
   В дверь постучали, и в дом вошла хрупкая маленькая девушка без всякого оружия и доспех. В чертах её лица были мягкость и женственность, что не присущи воительницам, и я ощущала её силу, немного отличную от моей и достаточно слабую. То есть при всём желании магически она ничего не сможет мне сделать. Успокоившись таким образом, я повернулась к предводительнице.
   - Это Пира, она проводит тебя, - сказала та.
   Вслед за шаманкой я последовала в сторону от посёлка, противоположную той, откуда мы сами вчера пришли. Но шли меньше, чем тогда с Кифарой, хотя вроде расстояние было то же. Наверное, шаманы знают короткую дорогу, потому как иначе объяснить такие метаморфозы я не могла.
   Место проживания шаманов произвело на меня впечатление. Это был большой круглый дом, выстроенный прямо на краю обрыва. Лес обрывался примерно в тридцати метрах перед домом, и к самому входу вела скалистая дорожка. Обрыв заканчивался отвесной скалой, под которой волнами билось море.
   Пропустив меня внутрь дома, Пира вошла следом и закрыла дверь. Внутри постройки не было стен, интерьер напоминал шатры, виденный мной в пустыне. Всё пространство было разделено тканевыми пологами, а полы покрыты шкурами. Проведя меня дальше, Пира в четвёртой из "комнат" поздоровалась с пожилой женщиной. Окинув меня профессиональным взглядом опытной лекарки, женщина что-то сказала Пире (я не поняла, что именно) и откинула полог, приглашая пройти в соседнюю комнату. Войдя туда, я увидела Хавиру, невозмутимо ожидающую моего прихода.
   - Иди за мной, - тихо сказала она и, повернувшись, пошла вглубь дома.
   Пройдя ещё две "комнаты", я поняла, что каким-то образом мы начали спуск вниз. Это было сделано настолько мастерски, что понять, где линия перехода, сразу было невозможно. Спуск занял примерно минуты две. Это был туннель в толще скалы и, кроме камня и искусственного освещения там ничего не было.
   Когда спуск закончился, мы вышли вначале в маленькое помещение, из которого был выход в соседнее. Поразительным было то, что, не смотря на камень, в пещере, а это была именно пещера, было достаточно тепло. Пройдя в центр, где возвышалась ровная плита, Хавира остановилась и посмотрела на меня.
   - Ложись на плиту лицом вверх, оголи живот и низ таза.
   Выполнив её условия, я легла на удивительно тёплый камень и расслабилась. Хавира, слегка нахмурившись, присела рядом и, протянув обе руки над моим телом, застыла в неподвижности. Тётя Илана называла это действие умным словом диагностика.
   Я не знаю, сколько прошло времени. Может, секунды, а может, часы, я словно сама впала в какой-то транс. Но вот Хавира очнулась, убрала руки и внимательно посмотрела на меня.
   - Это не врождённое. Травма, не больше двух лет назад.
   - Да. Меня изнасиловали. Не хочу вспоминать. Вы можете помочь? - я с надеждой смотрела на неё.
   - Не знаю, девочка. Попробую.
   Она отошла к небольшой жаровне, стоящей в углу пещеры и ранее не замеченной мной и начала что-то готовить. Поднеся к моим губам пиалу с каким-то настоем, она попросила меня выпить его. Вкус оказался довольно приятным, хотя далеко не все травы, входящие в состав, я могла определить. Вторую порцию этого настоя Хавира стала втирать мне в кожу, кругами разгоняя от верха живота к низу и бормоча под нос определённые заговоры. Затем, когда с втиранием было покончено, она положила свои руки мне на низ живота, и от них полилось тепло, плавно переходящее в жар. Не обжигающий, но согревающий.
   Посидев так какое-то время, она убрала свои руки и, вздохнув, подняла на меня взгляд:
   - Прости, девочка, но я сделала всё, что могла. Там у тебя ничего не откликается ни на слова, ни на силу. Кровь не поёт, жизни нет. Смирись.
   - Спасибо тебе, Хавира, - убито пробормотала я.
   - Пойдём, я проведу тебя.
   Обратный путь занял куда меньше времени и, попрощавшись с этим домом, я вернулась в посёлок. Провожаемая взглядами, которых и сегодня меньше не стало, вошла в гостевой дом. Ян, увидав выражение моего лица, немедленно поставил полог молчания и, кликнув Дара, вопросительно посмотрел на меня. Взяв себя в руки, я рассказала об Алиане.
   - Значит, сегодня ночью... Хорошо, наконец-то всё закончится, - тихо пробормотал Дар.
   - Нари, а где ты ещё была? - спросил меня брат. Слишком хорошо он меня знал.
   - У шаманок.
   - И как? Что сказали? - взволнованно осведомился он.
   - Ох, Ян... ничего обнадёживающего, - вздохнула я.
   - Эй, вы о чём? - спросил Дар.
   - Потом, - отмахнулась я. - Давайте обсудим сегодняшнюю вылазку.
   Определившись с планом, я ушла из дома. Хотелось побыть в одиночестве и, отойдя на несколько десятков метров так, чтобы мало кому попадаться на глаза, я села под дерево и обхватила руками колени.
   Я и до этого старалась не думать, не вспоминать, не травить себе душу мыслями о невозможности иметь детей, но малая толика надежды на то, что шаманки смогут мне помочь, теплилась внутри. А сейчас после слов Хавиры стало так холодно, так пусто... И я не знала, что нужно сделать, чтобы согреться.
   Подошедшая Кифара ничего не спросила, только сжала моё плечо в жесте поддержки. Прозвучавший звук рога отвлёк меня от грустных мыслей, и мы пошли обедать. Дальше день тянулся ну очень медленно.
   Стараясь не выказывать своё нетерпение, чтобы не насторожить воительниц, я старалась общаться со всеми желающими, в красках описывала свои "захваты" рабов, что настолько понравилось девушкам, что они мгновенно постановили устроить нечто вроде праздника. При этом единогласно было принято решение о том, что Ян выступит в роли шута-рассказчика.
   Подготовка к празднику много времени не заняла. Взяв разрешение у Лимары, девушки повыкатывали на главную площадь бочонки с пивом, вином и элем, организовали некий постамент, на который был немедленно помещён Ян, вытащили пару музыкальных инструментов и праздник начался.
   Брат не подкачал: рассказав несколько смешных историй, под аккомпанемент запел весёлую песню о незадачливом короле, который хотел написать новый указ, но долго сочинял текст и, в конце концов, понял, что совершенно не умеет писать. Песня вызвала большой ажиотаж, и пока Ян не исполнил её ещё раза три, девушки не успокоились.
   Хмель только добавлял веселья и вскоре над поляной гремел смех пьяных воительниц, на разные голоса подпевавших Яну. После песенки о короле были песни про шута, крестьянина, и некую барышню, постоянную падающую в обморок только от одного вида обнажённого оружия. Всё это перемежевывалось смешными рассказами, так что атмосфера была самая позитивная.
   Наконец стадия опьянения девушек достигла того предела, когда уже не нужен кто-то, способный развлечь, и мы с Яном под шумок смогли скрыться в доме. Выждав ещё несколько часов, стали готовиться. Собрав все вещи и максимально уменьшив их размер, чтобы ничего не мешало нам пробираться по лесу, попросили Сафа тихо посидеть в корзинке и, подхватив её и, убедившись, что поблизости нет воительниц, вышли из дома.
   Когда мы только обсуждали, как будем идти за Алианой, были два варианта маскировки: сфера невидимости или зеркальные щиты. Первая требовала меньше энергии, но была неудобной, поскольку ставилась сразу на троих с минимальным расстоянием друг от друга. Щиты же каждый ставил на себя, индивидуально, но они могли быть замеченными шаманами, поскольку имело быть место магического всплеска. Взвесив все за и против, мы решили всё-таки поставить щиты, но очень слабенькие, только для отвода глаз. А при нужде мгновенно их усилить.
   Этот лес был настолько плотным, что свет луны совершенно не мог нам помочь. Но для обладающих ночным зрением это не было проблемой. Аккуратно и быстро мы продвигались к тому кругу домов, где находилась Алиана, и я в очередной раз радовалась присутствию сестрёнки. Будь я обычным человеком, не смогла бы запомнить дорогу, а Рисе это было не нужно, её вёл запах.
   Прислушиваясь, чтобы вовремя заметить стражу, мы потратили примерно час, и, наконец, увидели нужный дом. Подкравшись ближе, я заметила, что дверь дома слегка приоткрыта и, долго не думая, проскользнула внутрь. Его планировка ничем от гостевого дома не отличалась, и в первой же комнате увидела Алиану. Девочка сидела на кровати, полностью одетая и, заметив нас, радостно улыбнулась. А потом, увидев Дара, тихонько взвизгнула и повисла у него на шее.
   - Здравствуй, маленькая, я тоже рад тебя видеть. Но почему ты не вышла, а осталась в доме? И где женщина, называющая себя здесь твоей матерью, - забросал он девочку вопросами.
   - Я её усыпила, - похвастался ребёнок, но тут же пригорюнилась. - Только у меня мой кулон отобрали. Тот человек, что увёз меня из Танникора. Ты ведь знаешь, мы долго силу копим, и без кулона Миласа скоро проснётся.
   - Этот не подойдёт взамен того? - словно кем-то подталкиваемая, я протянула Алиане тот голубой кулон, вытащив его из кармана.
   - Это он! - радостно воскликнула девочка. - Спасибо. Но как?.. Я не видела этого.
   - Потом, всё потом, - оборвал её Дар. - Нам надо уходить, немедленно.
   - Но как? - спросила его малышка.
   И тут я почувствовала, как зарычала Риса, чувствуя опасность, направленную на нас. Ещё не видя её источника, я решила не рисковать и, подхватив Алиану на руки и прижав её к себе покрепче, крикнула:
   - Мама!
   Ослепительный свет, такой, что больно резанул по глазам, заставив их заслезиться, полыхнул в доме воительницы Миласы, пробился во все щели и окна, осветил группу воительниц, застывших на пороге дома и исчез также внезапно, как и появился, унося с собой троих гостей острова и ребёнка, рожденного в ином мире. Растерянность на лицах воительниц стала ему наградой.
   И голос, который я услышала, когда свет пропал, но глаза всё ещё болели, а потому не открывались, хрипловатый, с властными нотками, был мне смутно знаком.
   - Счастливого возвращения на Танникор, дети. Я знала, что у вас всё получится.
  
  

***

  
  
   - Нет!
   Эффектная брюнетка разъярённой фурией металась по комнате, швыряя попавшие под руку предметы в стены и на пол. Не то, чтобы это успокаивало, зато потом можно будет создать новые, более красивые вещи.
   Злилась она на всех и в первую очередь на себя.
   - Как она это сделала? КАК?
   С самого начала эта мерзавка ломала все её планы, даже тот, первый, казалось бы, проще некуда, и его испортила. Очередная ваза, повстречавшаяся со стеной, обиженно дзынькнула и рассыпалась разноцветными осколками.
   - Ненавижу!
   Нужно успокоиться. Сейчас уже ничего не поделаешь, на Танникор ей не попасть, а её любовничку в этом нет веры. Да, с мелкой провидицей у него всё вышло, пока снова не вмешалась девчонка, но теперь даже его способности там не помогут. И с Наятрой теперь отношения натянутые донельзя... Как же, её разлюбезных тритонов использовала от её имени, ай-яй-яй. Тьфу!
   Внезапно остановившись, женщина задумалась и расплылась в довольной улыбке. Точно, как же ей сразу это в голову не пришло. Ведь Тималий не покидал этот мир, она это точно знала, и что самое приятное, больше его не прикрывает сила Тарики. А значит, что хотя она его и не чувствует, но мир не настолько уж и велик, чтобы не найти одного оборотня.
   - Развлекайся в своём мире, Нариса Карди, - промурлыкала красавица, придя в превосходное расположение духа. - А я пока возьму то, что с рождения принадлежит мне.
  
  
  

КОНЕЦ ВТОРОЙ ЧАСТИ

  
  
  
  
  
  
  
  
  


 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"