Подплутова Елена Владимировна: другие произведения.

Нариса Карди: Жизнь на грани. Часть 3. Глава 9

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Итак, изменила название главы и решила, что на этом можно её закончить) Окончание главы от 10 апреля.


Глава 9 (25). Прибытие ко двору Даварры

  
  
   Обратная дорога к замку Дара заняла четыре дня. То ли мои мужчины опасались рецидива моей болезни, то ли просто тянули время, хотя я так и не смогла понять причину, то ли им просто нравилось само неспешное путешествие. Хотя, насчёт последнего я сомневалась: погода испортилась настолько, что никакого удовольствия постоянно промокать под дождём и мёрзнуть ночами в палатках было просто ужасно. Настолько, что начиная со второй ночи, мы с парнями стали укладываться в одну палатку, растягивая её заклинанием, и только так согревались, укутываясь в одеяла.
   Замок встретил нас привычной неспешностью, с которой тут проходили дни, и радостью в глазах слуг. Причём, насколько я успела заметить, нас с братом были рады видеть не меньше обожаемого хозяина, и тёплая атмосфера позволила расслабиться на несколько дней. Так решил Дар, противясь чёткому приказу отца, но на мои лёгкие возражения твёрдо ответил, что не собирается рисковать моими здоровьем и комфортом, а значит, мы будет продвигаться так медленно, как он решит, и никакой отец ему в этом не приказ. Поймав взгляд брата, увидела молчаливое одобрение, и постаралась подальше спрятать своё беспокойство. В конце концов, я точно знала, что король Даварры захочет встретиться с глазу на глаз, просто чувствовала, что так и будет, и уж в личном разговоре оправдать любое решение Дара смогла бы с лёгкостью.
   Два лишних дня, которые Дар дал нам в замке, прошли с пользой. Пока слуги готовили карету, лошадей и устанавливали тяжёлый сундук на закорки, в котором будет везтись наш багаж (Тень, Быстрый и Лунная поскачут налегке, привязанные за каретой), Дар с Яном пропадали в кабинете, обсуждая свои планы, я же, припомнив все уроки тёти Иланы, изводила всё возможную заразу из организма. Следуя советам Рисы, время от времени оборачивалась, носясь по замку в облике волчицы и стараясь никому не попасться на глаза, а после снова оборачивалась, растиралась мазями, пила настои, и чувствовала, что с каждой секундой прихожу в норму.
   Ближе к вечеру, приняв ванну, чтобы смыть запах зелий с тела и волос, с помощью Барбары справилась с расчёсыванием в последнее время непокорной гривы, и спустилась в столовую. Ни Дара, ни Яна ещё не было, слуги заканчивали сервировку, и дворецкий любезно отодвинул для меня стул, приглашая присесть в ожидании мужчин. Благодарно улыбнувшись, присела, и, не обращая внимания на отточенные движения вокруг, задумалась над будущим путешествием к столице, машинально водя пальцем по браслету на руке. Ощущая, как он нагревается в ответ на мои поглаживания, словно говоря: "он здесь, он защитит и никому не отдаст", продолжала прикасаться, обводя пальцем вязь слов, пока не почувствовала, как мои руки накрыла рука Дара. Подняв на любимого взгляд, увидела ответную улыбку и глаза, говорившие больше любых слов. Он поднёс руку с браслетом к своим губам и поцеловал, одновременно лаская большим пальм тыльную сторону ладони. Бесконечная нежность жеста и обжигающее прикосновение нежных губ - я и почувствовала горячую волну, накрывшую с головой. Волну, в которой хотелось утонуть, лишь бы рядом был он. Всегда.
  Ужин проходил в той тёплой молчаливой атмосфере, которая бывает только между близкими людьми, пусть даже никто из нас и не человек. Когда выражение глаз, мимика, жесты подчас значат в тысячу раз больше, чем любые слова. И прикосновения, пока ещё возможные вот так, за столом, когда кроме Яна их некому замечать, а брат только улыбается уголками губ и отводит взгляд, якобы интересуясь картинами на стенах или рассматривая новое блюдо в своей тарелке. И Дар, такой близкий, такой родной, держащий мою левую руку в своей правой, тем самым заставляя нарушать все правила этикета, да только кого это волновало?
  Вечером накануне отъезда встал вопрос о том, что делать с Сафом. Брат настаивал, что котёнка лучше оставить в замке, тут за ним и присмотрят, и голодным не оставят, а во дворце может произойти, что угодно. Дар хмурился и доказывал, что, если мы сами будем слишком занятыми, он приставит лакея следить за котом. Так и не придя к какому-либо решению, я плюнула на спорящих мужиков и спросила самого котёнка. Попросив меня не обижаться, Саф принял сторону Яна, согласившись, что во дворце с кучей незнакомых запахов ему будет неуютно, а тут можно делать всё, что захочется, да и кормят вкусно. Тяжело вздохнув (уж слишком привыкла к постоянному присутствию котёнка, удручающе было оставлять его в замке), передала решение Сафа парням, после чего наши сборы завершились.
  И вот, зная, что наша карета уже полностью готова к отправке, во вторую карету, предназначенную слугам, складывают последний багаж, отряд сопровождения седлает коней, я стояла у окна в спальне и не могла насмотреться на спокойный пейзаж, пытаясь взять себя в руки. Нервничала, сильно нервничала, хотя до королевского дворца предстояло ещё пять дней пути, и не было смысла преждевременно изводить себя. Но одна мысль о том, что вскоре придётся предстать перед отцом Дара, не просто отцом, а королём, и толпа придворных будет рассматривать и обсуждать, заставляла трястись колени.
   - Нервничаешь? - так задумалась, что даже не услышала вошедшего в комнату Яна. Отпираться было бессмысленно - столь сильные эмоции брат слышал. - Солнышко, всё будет хорошо.
   - Поверить не могу, что мы едем в королевский дворец, - всё ещё не отрывая взгляд от неспешно бегущей реки, заговорила с ним.
   - Нари, а хочешь, я скажу то, что гарантированно поднимет тебе настроение и снимет волнение? - спросил он таким олосом, что я заинтересованно кивнула. - Просто посмотри на всё с иной стороны: мы в представлении этого мира герои, возвратившие ему, его жителям провидицу, оракула, их надежду на хорошее будущее. Нас будут чествовать, с нами будет стараться познакомиться, подружиться. Всё, что мы принесём с собой в высшее общество Даварры, тут же станет модным, поверь мне. Не бойся сказать или сделать что-то не то - всё, что ты сделаешь, будет выглядеть, как веяние из другого мира и я не удивляясь, если спустя пару дней после нашего появления во дворце многие дамы станут подражать тебе.
   - Ох, Ян, ну ты и придумал, - потрясла головой, отгоняя воображаемую мысль о толпе сероглазых блондинок, смотрящих мне в рот в ожидании новинок, и, захихикав, развернулась к брату и посмотрела в его хитрые глазки: - Спасибо, мне полегчало.
   - Тогда пойдём, - подав мне руку, позвал он. - И ещё одно...
   - Что? - беря его под руку, переспросила я.
   - Тебе очень к лицу этот цвет?
   - Спасибо.
  Выходя вместе с братом из комнаты, довольно усмехалась. Да, цвет поистине восхитительный. Цвет моего нового дорожного платья, преподнесённого вчера Даром и сшитого в столице. Изумрудно-зелёное, с серебряными вставками на лифе, оно нежно подчёркивало золотистый загар лица и шеи, благоприобретённый в странствиях, и делало мои серые глаза ярче, выразительнее. Довершали образ леди перчатки, тёплые удобные сапожки до середины икры и плащ с подкладкой и капюшоном, тоже зелёный, но более тёмного оттенка.
  Устроив меня на сидении в карете (рядом лежали подушка и плед, и я невольно улыбнулась заботе слуг), Дар дал несколько указаний дворецкому и капитану стражи, и наконец они вдвоём с Яном забрались в карету, послав сигнал отправляться. Откинувшись на обитую шёлком стенку, Дар бросил на меня виноватый взгляд, причина которого открылась в прозвучавшем следом вопросе:
   - Волнуешься?
   - Уже нет. - Честно созналась, подмигнув Яну.
   - Прости, столько дел навалилось перед отъездом, и я не смог зайти к тебе, - повинился мужчина, и я не смогла сдержать счастливую улыбку. Да и надо ли, когда о тебе так заботятся?
   - Не волнуйся, всё хорошо. И потом, следующие пять дней можешь смело отдыхать от забот, - ласково сказала я. - Разве что принимать волевые решения на темы: 'В какой гостинице остановится' и 'Что заказать сегодня на завтрак-обед-ужин'.
  Посмеявшись все вместе, расслабились и стали наслаждаться путешествием, радуясь тому факту, что под попой не чувствуется жёсткое седло, можно вытянуть ноги, насколько это позволяется противоположным сидением, и не вдыхать пыль из-под копыт лошадей. Дороги в герцогстве были довольно хорошими, что обеспечивало плавную езду и мягкое покачивание рессор кареты, но нас предупредили, что так будет не всегда. Впрочем, Дар пообещал частые остановки, вопреки приказу отца как можно быстрее прибыть в столицу.
   Каждые три часа на пути попадались вполне приличные постоялые дворы, в которых при желании можно было переночевать. Больших городов, кроме одного, Самэля, в герцогстве не было, да и Самэль выполнял больше функции огромного рынка, куда съезжались крестьяне со всех деревень, и нейтральной территории для сбора громады, старейшин, старост. В Самэле, кстати говоря, герцогского дома отродясь не было.
   Слушая рассказы Дара об учёбе в школе и о проказах, которые устраивали они с друзьями, вырываясь на каникулы из дворца в замок, я вдруг вспомнила о недосказанности, оставшейся после рассказа управляющего касательно истории герцогства. Понимая, что в дальнейшем времен на такую ерунду может и не быть, спросила Дара, как раз заканчивавшего очередную байку (так задумалась, что пропустила половину мимо ушей и теперь не понимала, отчего хохочет Ян).
   - Я знал, что Рикст рассказывал вам об этом, только думал, что он сказал всё, - удивился любимый.
   - Он сказал, что ему ты приказал.
   - Да, всё верно, - поспешил заверить меня мужчина.
   - Вы о чём говорите? - подал голос Ян, непонимающе переводя взгляд с меня на Дара.
   - Рикст только мне рассказывал, - объяснила я его поведение варну, и он кивнул, принимая мои слова.
   - Нари говорит об истории моего герцогства, - повернув голову к Яну, ответил Дар.
   - А мне никто ничего не рассказывал, - немного обижено выдал брат, но тут же задорно подмигнул и улыбнулся.
   - А мы сейчас попросим, и нам расскажут, да? - с намёком сказала я, выгнув бровь.
   - Да, - Дар искренне улыбнулся и, устроившись поудобнее, начал: - Герцогство Кортас принадлежит короне. Но так было не всегда. Однажды третий герцог Кортас, охотясь на своих землях, упал со споткнувшегося коня, но не стал ругать животное, так как сумел обнаружить то, что ныне строжайше засекречено. Он обнаружил богатейшие жилы железной руды, гранита и янтаря. Поскольку в те времена (да и во многом сейчас тоже) лучшими рудокопами слыли гномы, у них же, собственно, страны закупали и железо, и гранит, и прочие минералы, причём цены устанавливались гномами как монополистами и ими же менялись, то собственная находка несказанно обрадовала герцога. Собрав старост со всех, даже самых отдалённы деревень, он обрисовал им ситуацию, призвал по нескольку крепких парней из каждой деревни и разработки жил успешно началась. Естественно, вчерашние крестьяне мало что смыслили в рудокопстве, но герцогу всеми правдами и неправдами удалось вызнать парочку гномьих секретов, а время постепенно сгладило ошибки и помогло с опытом.
  Чтобы не привлекать внимание к своей находке, руду и минералы сбывали небольшими партиями по вполне доступным ценам, гораздо ниже гномьих, что объясняли близостью к Барданару и соседскими взаимоотношениями. Жили оказались богатыми, что приносило вполне стабильный доход. Герцогство процветало, но поскольку никому не хотелось терять то, что имели, ни сплетен, ни разговоров не было. Шли годы, менялись герцоги ( в основном естественным путём, хотя есть и несколько скелетов в биографии моей семьи), но глобальных перемен не происходило.
  И вот у восьмого герцога Кортаса после трёх мальчишек, младшему из которых уже исполнилось тридцать, рождается дочь, которую нарекли Канкордией. С младенчества девочка отличалась красотой, умом и любознательностью и на Кану (таким было домашнее имя девочки) не могли нарадоваться родители и учителя. Те времена оказались довольно печальными для Танникора: с островов на нас совершали набеги наги и гоблины, обострились отношения с оборотнями и эльфами, люди тоже подозрительно поглядывали в нашу сторону, и на границах было неспокойно.
  Все сыновья герцога офицерами служили в армии и хоть и в разное время, но оказались в гуще событий, попав под одну из самых яростных атак противника. Двое из них погибли в битве, младший скончался в госпитале. Помня о многолетней верности короне всех герцогов Кортас, король посмертно наградил сыновей герцога, всех победителей (а преодолев возникшие разногласия, варны объединились с оборотнями и эльфами и совместными усилиями изгнали нагов и гоблинов обратно на острова) и на Танникоре снова воцарился мир. Убитые горем герцог и герцогиня Кортас, единственной отрадой которых стала Кана, перестали покидать герцогство и всецело посвятили себя воспитанию единственной наследницы.
  Шло время, малышка Кана превратилась в ослепительную красавицу, и как не оттягивали родители, но совершеннолетие наследницы всё же наступило. На следующее утро после праздника в честь тридцатипятилетия Канны ей пришло приглашение во дворец на представление королю. Таков обычай: молодых дворян родители обязаны привезти на первый бал, ежегодно устраиваемый для высшей знати. Знать таким образом демонстрирует свою верность короне, а попутно имеют возможность переговорить с подходящими семьями для заключения браков. Прибыв в столицу, герцог не поскупился на наряды любимой жены и единственной дочери, и на балу молодая герцогиня произвела ошеломительное впечатления, продемонстрировав не только исключительную красоту, но и безупречные манеры, острый ум, обходительность и сдержанное достоинство. Не удивительно, что у молодой девушки не было отбоя от поклонников, включая и свиту наследного принца.
  Поддавшись на уговоры своих женщин, герцог принял решение задержаться в столице на весь сезон. В дом были приглашены лучшие модельеры и модистки столицы, а карточки с приглашениями каждый день приходили в таком количестве, что едва помещались на подносе дворецкого. Немало поступало предложений и из дворца, в котором, кроме ежевечерних балов, устраивались также и дневные рауты, и просто развлекательные мероприятия для молодёжи. Герцог Кортас интересовался политической ситуацией, пропадая в клубах, герцогиня слушала все последние сплетни и оказывала почтение королеве, а Кана принимала участие в многочисленных увеселениях. А ещё были визиты не менее родовитых дворян с дочерьми, театры, оперы, пикники, прогулки по парку в карете или верхом. Вскоре знать обратила внимание на тот факт, что где бы ни появлялась молодая герцогиня, там же обязательно появлялся и Димирий, наследный принц. Соблюдая приличия и условности, что диктуются высшим обществом, принц тем не менее проводил много времени с Канной, и не возможно было не заметить быстро растущие чувства молодых людей. Спустя два месяца после знакомства принц нанёс визит герцогу и попросил руки его дочери.
  Король и королева выбор сына одобрили, да и к тому же род Кортас не уступал королевскому ни в древности, ни в уважении. Да и последняя война для многих ещё не была забыта. Помолвка, а затем пышная свадьба стали поистине кульминацией сезона, настолько, что пожилые матроны сетовали, что вряд ли в скором времени подобное повторится. Спустя несколько дней после свадьбы герцог нанёс визит принцу и принцессе, и настоял на разговоре с Димирием и королём Дариусом. Так королю стало известно о наследстве Канкордии, в которое она вступит после смотри своего отца. Понимая, насколько такая информация нежелательна для свободного распространения, Дариус издал указ о присвоении землям герцогства Кортас статуса королевских, а когда у наследных принца и принцессы родился сын, ему с рождения присвоили титул герцога Кортас, что стало в дальнейшем традицией королевского рода.
   - Жилы и сейчас разрабатываются? - уточнил Ян, когда Дар закончил рассказ.
   - Да, железная руда и гранит. Совсем понемногу и в основном на нужды столицы. Герцогство за столетия достаточно разбогатело, хотя вы никогда об этом ни от кого не услышите.
   - Значит, твоя прапрабабка стала женой короля Даварры, - задумчиво произнесла я. - Дар, в самом начале нашего знакомства ты сказал, что у короля варнов, то есть твоего отца, была жена, которую он любил настолько сильно, что так и не женился после её смерти. Но она ведь не была твоей матерью?
   - Нет, не была, - мой любимый чуть поёрзал на сидении и вздохнул. - Леди Анарда, жена отца, была чистокровной варной, из не менее древнего, чем наш, рода герцогов Бриари. К сожалению (или в счастью, кто знает) королева так и не смогла забеременеть и подарить мужу желанного наследника, а через тридцать лет после свадьбы и вообще умерла от внезапной болезни. Отец целый год носил траур, запрещал устраивать балы и праздники, стал замкнутым и мрачным. Так продолжалось до тех пор, пока Амальтииртарэ впервые в нашей истории не прибыла во дворец. Разговор, состоявшийся между нею и отцом, так и остался конфиденциальным, но через некоторое время после её отъезда он направил посольство к айранам, которое сам возглавил.
   - А так не принято? - заинтересованно спросила я.
   - Да нет, просто тогда это называется не посольством, а официальным визитом, с чётким протоколом и кучей возни. Дело не в этом. Лет двести назад несколько родов попытались отобрать у нас трон. Задумали переворот, перетравили кучу придворных, но так ничего и не добились. Простые варны их не поддержали, не предала своего короля и армия. Верные вассалы короны - герцоги, маркизы и графы - ежели в глубине души и хотели кого-то видеть на троне, то либо себя, либо привычного короля, а уж никак не пронырливого самозванца. Поэтому смена власти в Даварре не прошла, всех зачинщиков казнили. Вот только после тех событий короли не спешили надолго покидать столицу, и отец не был исключением. До разговора с провидицей он просто отправлял самостоятельные посольства или всегда с удовольствием принимал у себя собратьев по царствию.
  Дар ненадолго прервался, ибо нас ощутимо тряхнуло на каком-то ухабе, да так, что послышались ругательства кучера. Поморщившись, парень пробурчал:
   - Надо попенять графу Тайрону на недобросовестность его баронов. Совсем дорогу запустили.
   - Не отвлекайся, - настойчиво позвал Ян, и мы усмехнулись.
   - В общем, отправился отец вместе с посольством к айранам, и пока советники заключали выгодные обеим сторонам договора, король Даварры и конунг айранов пообщались наедине. Пробыв в Алании две недели, отец вернулся в Даварру совсем другим: более спокойным, собранным, и хотя он не перестал оплакивать смерть супруги, больше слабым короля не видел никто.
   - А ты? - хором спросили мы с братом.
   - А что я? - прикинулся ветошью Дар.
   - Р-р-р, - снова синхронное было ему в ответ.
   - А я родился у младшей дочери конунга спустя девять месяцев после пребывания посольства варнов, и до двенадцати лет воспитывался в Энесирет, развивая только силу и магию айранов. Затем дед решил, что отец должен узнать о моём существовании. Поскольку за эти годы знать Даварры уяснила, что женить во второй раз король не намерен, а значит законного наследника тоже не будет, то и скандал по поводу моего рождения вышел слабым, отец меня сразу признал и ввёл в род. И потекли годы жизни на два дома, учёба не только магии айранов, но и варнов, сначала в школе, а затем и в университете. И кроме этого муштра как наследника престола и придворная жизнь.
  На какое-то время в карете установилась тишина, заполненная мыслями троих.
  
  
  ***
  
  
   - Здравствуй, Яннис, - обратилась Тарика к высокому широкоплечему мужчине, наблюдающему за разгрузкой корабля. Он вздрогнул и резко повернулся. - Извини, если напугала. Мне необходимо кое-что у тебя узнать.
   - Простите, леди, не имел чести быть представленным вам, - тёртый морской волк в первого взгляда оценил обратившуюся к нему женщину.
   - Моё имя Тарика и я думаю, что ты обо мне слышал.
   - Конечно, Госпожа, прошу прощения, - мужчина склонил голову в уважительном поклоне, не теряя достоинства. - Чем я могу быть вам полезен?
   - Дочь сказала, что ты видел Тима здесь, в Веранодере, до его исчезновения. Расскажи всё, что помнишь о той встрече.
  Выслушав краткий рассказ моряка и, осторожно просмотрев его воспоминания и мысли (ибо за давностью лет многое могло остаться в памяти, но на словах не вспомнится), Тарика призадумалась. След, поначалу казавшийся ярким, резко потускнел. И как добавить ему красок пока было неясно.
   - Спасибо, Яннис, твоя помощь оказалась очень кстати, - поблагодарила он капитана и исчезла без всяких порталов и хлопков.
  Снова показавшись в безлюдном переулке, Тарика прислушалась к чему-то, слышимом только ей и ухмыльнулась улыбкой, от которой могло бросить в дрожь любого, что увидел бы женщину в тот момент. В этом городе у неё было ещё одно дело, и вот им стоило заняться в первую очередь. Её малышку никому не позволено обижать, а тем более безнаказанно. Смерть знает имя обидчицы - этого вполне достаточно. Потянув за нужную нить, Тарика легко сделала шаг вперёд, чтобы мгновенно оказаться в роскошно обставленном кабинете, где за широким столом с обитой дорогим бархатом столешницей сидела потасканная жизнью блондинка. На когда-то кукольном личике тонна косметики в попытке скрыть привычный образ жизни, глубокое декольте едва сдерживает грудь, отвлекая внимание от морщинистой шеи и не девичьих бёдер, россыпь драгоценностей не вызывает ничего, кроме презрения.
   - Кто вы? Как попали в мой кабинет? - чуть испуганно и вместе с тем властно потребовала ответ Эдила, почувствовав на себе посторонний взгляд и оторвавшись от счетов. Клиенты не всегда были щедрыми и это злило.
   - Всему своё время, душечка, - иронично проворковала Тарика, подходя ближе и решая, присесть ли или не стоит затягивать.
   - Я сейчас охрану позову! - уже не властно, а скорее нервно - истерично воскликнула женщина.
   - Вот поэтому я и не люблю людей, - посетовала Смерть, и безжалостно вторглась в саму сущность Эдилы, скрупулезно просеивая каждую мелочь: её память, чаяния, желания, мысли, кривясь из-за время от времени всплывающих картин. Найдя всю необходимую информацию, Тарика просто выкинула душу женщины в заранее выбранный мир посмертия, чувствуя настоятельную потребность брезгливо помыть руки.
  Коротко взглянув на безвольно раскинувшееся на стуле тело мёртвой потаскухи с застывшей маской ужаса на лице, Тарика снова переместилась в порт. Кипя от гнева, Смерть поплотнее запахнула куртку и натянула капюшон, желая ни на кого не обращать внимание. В таком состоянии малейшее неосторожное слово может привести к трупам, а это лишнее. Тем более виновника своего состояния Тарика не чувствовала в Веранодере, хотя то, что он на Альторе - факт.
   - Пожалела я тебя в своё время, Архей, не стала всю силу отбирать, понадеялась, что поумнеешь, - со злым чувством собственной вины бормотала женщина, направляясь практически к самым верфям. - Моя ошибка едва не стоила жизни Нари, да и история с Алианой что-то мне не нравится. Эх, если бы не Тим... Хватит!
  Взяв себя в руки, Тарика твёрдо пообещала сама себе: если за следующие сутки о любимом ничего не узнает, займётся братом. Его преступлением пора положить конец. К сожалению никто, кроме неё, это не сделает. На миг зажмурившись от острой боли, пронзившей сердце, Смерть гордо расправила плечи. Ответы на вопросы и долг - вот то, что ждёт её впереди.
  
  
  ***
  
  
  Примерно через час Дар скомандовал остановку. Мы как раз въехали в небольшой аккуратный городок и по любезному совету стражи подъехали к приличному гостевому дому с рестораном на первом этаже. Владельцы, супружеская пара, оказались очень гостеприимными, и хотя явно опознали в Даре наследного принца, не позволили себе помешать нашей трапезе. Более того, пошли на закрытие ресторана от всех любопытных. Такая ненавязчивость приятно удивила нас с братом.
   - Тебя любят простые жители Даварры, - констатировал Ян.
   - Не думайте, что это всё только из-за меня, в первую очередь варнам интересны вы. Слухи - как пожар, распространяются в мгновении ока, - парировал Дар.
   - Представляю, как на нас будут смотреть в столице, - нервно передёрнула плечами.
   - В Гаране будет одновременно и легче, и сложнее, - подбирая слова, постарался подбодрить нас любимый. - Легче, потому, что за эти пять дней пути вы немного привыкнете к внимаю толпы. Да и в столице на улице почти не появитесь, разве что в тот день, когда Даварра будет чтить своих героев. Это не я придумал, не хмурьтесь. Сложнее, потому что знать есть знать.
   - Давайте решать проблемы по мере их поступления, - легкомысленно предложил брат, с интересом ощупывая фигурку хозяйской дочери. Глазами, естественно.
   - Кобель, - фыркнула я, отдавая дань неплохому букету рубинового вина, поданного к перепёлке.
   - Благовоспитанная леди не может знать подобных слов, а уж тем более не должна произносить их в приличном обществе, - нравоучительно, подражая голосу леди Бригитты, сказал Ян, подмигнув Дару.
   - Ну-ну, и кто же занимался моим воспитанием? - ехидно подняла бровь и с намёком посмотрела на братика.
   - Туше! - засмеялся Дар, а Ян картинно развёл руки. И правильно.
  Следующий отрезок пути мы продремали в карете, причём все втроём, и, видимо, временами крепко проваливались в сон, так как, когда Дар меня разбудил, оказалось, мы почти прибыли в город, где остановимся на ночь. Это был город Пат, столица графства Ностиа. Естественно, для нас были заранее заказаны комнаты в лучшей гостинице, также, как и возможность принять ванну и поужинать в ресторане.
  Дар слукавил, когда говорил, что эта поездка почти ничем не будет отличаться от прежних. Чушь! Комфортная карета, слуги, готовые выполнить любое поручение и пожелание, лучшие комнаты в лучших гостиницах, уважительное обращение, обслуживание по первому требованию. Непривычно.
  Эти пять дней были почти неотличимы друг от друга. Дорога, разговоры в карете, когда Дар старался дать нам максимально полную информацию обо всех знатных родах Даварры, с представителями которых мы познакомимся во дворце. Даже передавал мысленный образ, привычки и стремления того или иного представителя знати. Единственно, что изменялось по мере приближения к столице - города. Каждый последующий был больше предыдущего, шире, живее. Временами нашему конному отряду сопровождения приходилось окружать карету, когда капитану казалось, что толпа любопытных уж больно плотная. А уж сколько Дару приходилось отклонять приглашений о визитах от градоначальников - не счесть.
  К вечеру пятого дня мы прибыли к столице Даварры - Гаране. Вернее, не в сам город, а в загородное поместье герцога Майтнера, любезно предоставленное в наше распоряжение. Сам Легат вместе с Натом были в столице, во дворце, его мать и сестры в разгар сезона, естественно, жили в городском доме, но, по словам Дара, в поместье всё было готово к нашему прибытию, друг обо всём позаботился. И действительно, дворецкий встретил нас со всеми почестями, слуги проводили в покои и пообещали совсем скоро накрыть ужин в столовой. Дара ждали насколько писем, переданных дворецким, но даже если в них и было что-то нехорошее, любимый ни взглядом, ни жестом не показал этого и ужин ничем не был омрачён.
  Утром, стоило мне открыть глаза, как меня книксеном поприветствовали три служанки, пояснив, что их прислал Его высочество принц Скандар. Почувствовал лёгкий дискомфорт внутри от непривычного 'принц', я покорилась умелым рукам. Заверив меня, что всегда помогали одеваться вдовствующей герцогине и её дочерям, девушки споро приступили к своим обязанностям. Вскоре я поняла, что готова убить Дара. Сам бы попробовал подвигаться в этом пыточном предмете, именуемом корсетом. Привычка носить штаны настолько уже въелась в кожу, что нижняя юбка здорово мешала. Пока одна из служанок заплетала волосы в элегантную, но не пышную причёску, вторая занималась дневным макияжем, азы которого преподала мне леди Бригитта, не настаивая, впрочем, на таком умении. Третья девушка как раз раскладывала на кровати очаровательное платье розового цвета с отделкой серыми, белыми и салатовыми нитями, явно из дорогой ткани, сшитое по фигуре. Смотря на него, не могла не понимать, что Дар позаботился о любой мелочи.
  Закончив с причёской и макияжем, девушки помогли надеть платье, поправили, где надо, вдели серёжки в уши, застегнули на шее ожерелье из драгоценного граната, и поднесли мне ещё и серебряный плащ с капюшоном. Сразу стало понятно, кто настоял на таком цвете, потому что, глядя на своё отражение в зеркале, видела, как сверкающая ткань плаща делает мои глаза ещё необычнее и выразительнее.
   - Госпожа, Его высочество просит вас спускаться, карету подано, - постучав и сделав книксен, ещё одна служанка вошла в комнату.
   - Спасибо, - поблагодарила я всех девушек.
   - Вы такая красивая, - восхищённо прошептала новенькая, на что я только улыбнулась и вышла из комнаты, не забыл натянуть перчатки.
  Дар на крыльце разговаривал с дворецким, но стоило мне появиться, как он нежно улыбнулся, глаза вспыхнули одобрением, добавив румянца на мои щёки, и помог мне спуститься и сесть в карету, где уже сидел Ян, и забрался следом. Едва мы тронулись по направлению к столице, как Дар заговорил, и тон его голоса был донельзя серьёзным:
   - Ребята, я прошу вас собраться и внимательно меня послушать. Когда приедем в Гарану, толпа народа захочет вас увидеть. Можете несколько раз посмотреть в окно и помахать рукой, но это не обязательно. Карета остановится перед дворцом, первым выйду я, помогу выйти Нари, а затем выйдешь ты, Ян. Мы с тобой пойдём по обе стороны от Нарисы, я слева, потому что не обоерукий боец, как ты. Во дворце нас проводят в малый зал приёмов, где, кроме короля будут только лишь приближенные, верхушка знати, самые-самые. Отец вас поприветствует, поблагодарит за помощь мне, проводит на балкон, что выходит на главную площадь столицы. Там на вас посмотрят жители, вы им поулыбаетесь, помашете рукой и снова вернётесь в зал. После чего отец, объявив о вечернем приёме в честь героев нашего мира, отпустит вас отдыхать. Вас проводят к комнатам и оставят в покое. На обед вы вправе не спускаться, сославшись на усталость, и приказать подать еду прямо в комнату. После обеда у вас будут свободные два часа, рекомендую провести их с пользой и поспать. Затем вас обоим помогут подготовиться к приёму и балу, и в назначенное время проводят в зал. И только тогда начнётся самое тяжёлое.
   - Да, друг, ты как никто умеешь приободрить, - саркастически заметил Ян.
   - Тебе бы хотелось пребывать в неведении относительно приёма? - несколько напряжённо спросил Дар, и я поняла, что он тоже нервничает, хотя и не показывает этого. Брат покачал головой и извиняюще улыбнулся. - Лучше, если вы всё узнаете от меня и морально подготовитесь.
   - Ты прав, Дар, не отвлекайся, пожалуйста, - попросила я.
   - Я хочу, чтобы вы оба правильно меня поняли, - любимый сделал паузу, призывая нас к вниманию. - Никакого страха! Едва мы выйдем из кареты, держитесь спокойно, с достоинством. Хочу, чтобы все те чванливые снобы, обитающие при дворцовой кормушки отца жаждали сделать невозможное, чтобы заслужить ваш мимолётный взгляд или доброе слово. Запомните: вы, именно вы будете главными на этом приёме. Не страшитесь совершить ошибку, не закрывайтесь, не одевайте маски сверх необходимого. Будьте уверены в себе, благожелательны, слегка загадочны - и любая оплошность лишь добавит вам привлекательноnbsp; - Спасибо.
сти в глазах общества.
   - Мы не подведём тебя, друг, - серьёзно и собрано заверил Дара Ян, мгновенно превращаясь из раздолбая в ответственного мага.
  К сожалению, я не была столь уверена в собственных силах и мои мужчины это поняли. Подавшись вперёд, Дар взял мои руки в свои и ободряюще сжал.
   - Солнышно, я понимаю, что ты волнуешься. Но и я, и Ян будем рядом. Я вообще всё время буду с вами, ведь в первую очередь вы гости королевского дома Даварры и я как радушный хозяин просто обязан позаботится о своих гостях.
  Какое-то время мы смотрели друг на друга. Дар словно пытался взглядом передать мне часть своей уверенности, своего внутреннего спокойствия. Осознав, что если не справлюсь, то в первую очередь подведу его, покажу себя недостойной его веры в меня и испытываемых чувств, и взяла себя в руки, улыбнувшись любимому.
  Карета без остановки въехала в столицу и потряслась по мостовым к самому центру, где по рассказам принца и располагался дворец. Украдкой выглядывая из-за занавесок, видела множество жителей и подмечала любопытные и доброжелательные лица, просторные улочки, красивые дома, чистые, в отличие от многих городов Альтора стоки и акведуки. Фасады домов в большинстве своём были выкрашены в белый цвет, и в лучах солнца город казался большим белым облаком.
  Нам вслед выкрикивали добрые пожелания, махали руками, забрасывали карету цветами. Время от времени, как и советовал Дар, мы с братом отодвигали шторы и махали в ответ, отмечая только лишь восхищённые лица вокруг. Пару раз выглядывал и Скандер, и тогда крики жителей становились ещё громче.
  Вскоре мы пересекли мост, соединяющий две половины столицы, разделённые протекающей полноводной рекой Литой. Чем ближе к центру города приближались, тем больше жителей скапливалось на улицах. Видимо, они сходились ко дворцу в ожидании нашего появления вместе с королём.
  Я вдруг поймала себя на мысли, что очень бы хотела погулять по городу, пройтись по улочкам, пообщаться с жителями, проникнуться духом столицы. Покосившись на задумавшегося Дара, пообещала сама себе непременно уговорить его на эту авантюру. И, взглянув в окно, уже не смогла оторвать взгляда от появившегося там великолепия - королевского дворца. В окружении прекрасного парка тянулся к небу белоснежный красавец, все пять башенок которого соперничали с лазурью неба. Балконы и балюстрады, колонны и пилястры, широкие двери и высокие окна - всё словно кричало о гостеприимстве. А ещё очень хотелось рассмотреть витражи и барельефы на втором этаже, только жаль, что не сегодня.
  Проехав гостеприимно распахнутые ворота, охраняемые гвардейцами, червлёный цвет формы которых был виден издалека, преодолели подъездную аллею и подъехали к ступеням входа, накрытый ковром. Едва карета остановилась, как дверь расторопно открыл лакей в пурпурной ливреи и замер в ожидании. Я посмотрела на Дара, заметив, как он убрал с лица все эмоции, расправил плечи, на миг показавшись чужим и опасным. Выбросив из головы глупые мысли, я встретилась взглядом с братом, а затем мы вместе посмотрели на Дара.
   - Готовы? - спросил он, и мы решительно кивнули в ответ.
  Выбравшись из кареты, Дар тут же подал мне руку, дождался, пока Ян присоединится к нам, и повёл нас сквозь строй отсалютивших шпагами гвардейцев к распахнутым дверям дворца. Едва оказались в просторном холле, как слуга тут же забрал мой плащ, а дворецкий, поклонившись всем троим, пригласил следовать за собой. Я так нервничала, что даже не рассматривала убранство дворца, лишь отстранённо отметила светлые оттенки, бронзу и золото.
  Нас провели широкой лестницей и длинным коридором к высоким двустворчатым дверям, возле которых держали караул два гвардейца, а два лакея, едва мы приблизились, тут же вознамерились распахнуть дверь, но остановились по приказу Дара. После чего принц наклонился и стал шептать мне на ухо:
   - Нари, возьми себя в руки. У тебя пульс бьётся очень сильно, так и в обморок упасть недолго. Успокойся. Не важно, что это не твоя территория, здесь хищник - ты. Заставь ИХ тебя бояться, заставь ИХ чувствовать себя на твоей территории. Вдохни глубже, - я вдохнула и медленно выдохнула, чувствуя, как слегка расслабляются мышцы, и успокаивается пульс. - Молодец. Распрями спину, - я снова подчинилась, - улыбнись, взгляд мягче. Умничка. Горжусь тобой, моя девочка. Пошли?
  Я едва заметно кивнула ему, чувствуя себя словно в доспехах, которых невозможно пробить. Лишь потому, что он со мной. И брат, но всё же именно с Даром я чувствовала себя полностью защищённой от всех сплетников столицы. Любимый сделал едва заметный жест, и лакеи поспешили распахнуть пред нами двери. Дворецкий громким голосом возвестил о нашем прибытии, назвав, как я позже поняла, малый титул Дара, и представив нас как лорда и леди Карди. Вступив в зал, я отметила, что варнов в нём оказалось не так уж и много, тридцать или около того. Пока принц вёл нас к трону, где ожидал нас король, я замечала взгляды, откровенно буравящие, любопытно рассматривающие, пытающиеся оценить, делано равнодушные или корыстно заинтересованные. Безразличных не было.
  Мы подошли к трону, Дар сдержанно поклонился отцу, тогда как Яну пришлось склониться с изящным пируэтом, а мне выразить своё почтение глубоким реверансом. Сквозь опущенный ресницы я рассматривала отца Дара: высокий, чего не скрывало даже его сидячее положение, хорошо сложенный мужчина, красивый даже несмотря на возраст. С первого взгляда не вызывало вопросов, в кого пошёл Дар, отец с сыном казались близнецами, и лишь разный цвет глаз (у короля глаза цвета обсидиана, завораживали, если в них долго смотреть) позволял их различать. Разрешив нам выпрямится, Его Величество король Даварры Вайладан встал с трона и сделал несколько шагов к нам. В мгновенно наступившей тишине его голос был слышен во всех углах зала:
   - Приветствую вас, лорд и леди Карди. Мой сын много рассказывал мне о вашей храбрости и отваге, что были проявлены вами в совместном с ним путешествии по возвращении в наш мир его будущей надежды и опоры. Я, от лица всего народа варнов, благодарю вас за оказанную помощь, оказанную бескорыстно. Но и мы умеем быть благодарными. Сегодня вечером в этом дворце будет бал в вашу честь, на котором я представлю вас к наивысшей награде страны - Пурпурному ордену. За всю историю Даварры этот орден был вручен лишь трижды, и вот снова появились достойные этой награды. А сейчас я прошу вас пройти со мной на балкон, дабы жители столицы, собравшиеся перед дворцом, смогли воочию увидеть героев нашего мира и поприветствовать вас.
  Предложив мне руку, которую я поспешила элегантно принять, король повёл меня к распахнутым дверям балкона. Дар вместе с Яном направились следом. На балконе король с принцем стали так, чтобы мы с братом оказались между ними, но я лишь краем сознания отметила этот факт - толпа внизу полностью захватила моё внимание. Не представляю, сколько народу собралось на площади, я раньше столько и не видела. Сотни тысяч, так мне показалось, но конца-краю живому морю не было видно. И, едва мы вышли, толпа жителей подняла приветственный крик, ликуя от видения нас, оглушая настолько, что едва слышали собственные мысли. О чём-либо говорить не представлялось возможным, и единственное, что оставалось, это махать рукой, приветствуя варнов.
  Минут через пять такого действия (а гул голосов на площади не умолкал, жители выкрикивали слова признательности и пожелания на разные лады, и даже становилось не по себе от такой искренней благодарности), я услышала мысленный совет Дара заканчивать, и, помахав ещё раз напоследок, мы вернулись в зал. Советники и лорды негромко переговаривали, явно обсуждая нас, но стоило королю и нам переступить порог, разделяющий зал и балкон, как мгновенно наступила полная тишина и на нас снова обратили внимание десятки оценивающих глаз.
   - Поскольку наши гости устали, я считаю возможным проявить гостеприимство и дать вам отдохнуть с дороги. Мои слуги покажут вам приготовленные покои, где вы найдёте всё необходимое. По пришёдшей мысленной подсказке Дара мы снова поклонились-присели и вышли из зала, оставив друга на растерзание отцу и знати. За дверью нас ждали два лакея, готовых провести нас в выделенные комнаты. Насколько я могла судить (а немногими позже и убедиться), пока мы шли за провожатыми, дворец можно было условно поделись на четыре сектора. Центральная часть состояла из огромных и малых залов для проведения всяких церемоний, приёмов, балов и переговоров с дипломатами других стран. Левое крыло, куда, собственно, мы и направлялись, предназначалось для королевской семьи (личных покоев, кабинетов, гостиных, будуаров и прочих помещений) и комнат для особых гостей. Правое крыло служило для гостевых покоев многочисленных гостей замка. Четвёртый сектор, так сказать, состоял из кухонь, хозяйственных помещений, казарм и плаца для гвардейцев. И всё это не считая огромной парковой зоны вокруг дворца, штата садовников, лакеев, служанок, горничных и другой прислуги.
  И всё-таки в чём-то короля Вайладана информировали, так как наши с Яном покои оказались друг напротив друга, то есть нас не посчитали мужем и женой. Войдя в комнаты, где буду проживать некоторое время, поняла, что все, где раньше приходилось останавливаться, включая и замки иных правителей, в подмётки не годиться здешней роскоши. Комната-гостиная, плавно переходящая в ещё одну, каминную. Дальше была довольно уютная библиотека-кабинет с маленьким балкончиком. Из библиотеки дверь вела в спальню (ещё была шикарная ванная и гардеробная, но их я посмотрю позже). В спальне имелась скрытая тяжелой портьерой дверь, ведущая на балкон-террасу с потрясающим видом на парк. Всё эти комнаты объединяла роскошь и дороговизна, но при этом цвета настолько гармонировали, что совсем не бросались в глаза. И спустя пару мгновений мне уже очень нравились мои покои.
   Услышав стук в дверь, разрешила войти хорошенькой служаночке, мгновенно присевшей в книксене. Представившись Милли, девушка подтвердила догадку о личных слугах и тут же уточнила о моих желаниях. Приказав ей приготовить мне ванну, что было в момент исполнено, поблагодарила её и попросила принести еду в комнату, сославшись на усталость. Когда служанка вышла, я разделась, распустила волосы и прикоснулась к воде. Температура меня вполне устроила, а лёгкий, едва заметный аромат фуксии сказал мне, что служанка добавила в воду какое-то косметическое средство, совсем не вредное, но и принцип его действия я не поняла. Ну да ладно.
   Покопавшись в сумке, на самом дне нашла флакон с маслом, оставшийся после посещения пустыни. Смазав им почти всё тело, за время ожидания вымыла волосы и заколола их на макушке. Опустившись в ванну, тщательно смыла с себя мазь, для верности потерев кожу жёсткой мочалкой. Затем набрала новую порцию воды, благо дворец мог похвастать самой современной водопроводной системой.
   Позволив себе несколько минут просто понежиться в горячей воде, я вымылась и, выйдя из ванны, закуталась в предусмотрительно приготовленное большое мягкое полотенце. Убрав заколку из волос и чуть-чуть подсушив их заклинанием (хотя обычно я так не поступаю, волосы после этого могут запутываться, что при их длине сущее мучение), вошла в спальню, где меня ждала Милли, сервировавшая небольшой столик под окном. А ещё служанка заботливо разложила на широкой кровати под зелёно-золотым балдахином ночную рубашку из кремового шёлка и хала в тон.
   Скинув в себя полотенце, я переоделась и присела за столик. Понимающая девушка принесла довольно лёгкую пищу, но вкусную, и, покончив с едой, поблагодарила и отпустила служанку, наказав разбудить меня через четыре часа.
   Медленно расчёсывая волосы, я стояла у завешенного белоснежным тюлем окна и поражалась мастерству садовников, создавших такую красоту. Но, едва я задумала выйти на балкон и полюбоваться на роскошный сад сверху, как услышала мысленный вопрос Дара:
   - Нари, ты не спишь? Могу я войти?
   - Да, конечно, - согласилась я, но едва успев опустить расчёску на туалетный столик и сделать шаг по направлению выхода, как часть стены ниши в дальнем от кровати углу, где стояла напольная ваза с прекрасным букетом из роз и фиалок, плавно отъехала назад, открыв потайной ход, из которого вышел спокойный и улыбающийся Дар.
   - Испугалась? - поинтересовался он, аккуратно отодвинув вазу и дождавшись закрытия прохода, чтобы обернуться и услышать ответ.
   - Удивилась, - фыркнула и сделала вид, словно такие сюрпризы абсолютно привычны. - А почему не через дверь?
   - К сожалению, во дворце всегда много глаз, ушей и правил приличия, - вздохнул мужчина и подмигнул мне, имея в виду окончание своей фразы.
   - Что-то случилось? - вспомнив, что после нашего с братом ухода Дар остался в зале, взволнованно спросила я его.
   - Нет, не волнуйся, всё нормально, - успокоил он меня. - Я просто зашёл сказать, что ты молодец, превосходно держала себя, не показывая беспокойство и волнение. Отец вполне доволен первыми впечатлениями.
   - Дар, не заговаривай мне зубы, - строго сказала я любимому, понимая, что из-за такой ерунды он бы не пришёл.
   - Я хотел предупредить, - тяжело вздохнул Дар (немного странно было видеть всегда жизнерадостного парня таким ... слишком ответственным, что ли. Непривычно). - Это насчёт сегодняшнего бала. Ты должна знать, что среди высшей знати достаточно много мэнтемов, тех, кто с лёгкостью читают чужие мысли. Вы с Яном видели эту мою способность, но благодаря своей айрановской половине я имею врожденный щит против чтения моих мыслей. Вы с братом, к сожалению, не умеете ни читать, ни закрывать свои мысли, а потому будь готова к постоянным атакам.
   - И что делать? - нервно уточнила я, со страхом представляя, что могут увидеть в моей голове напыщенные аристократы.
   - Что тебе НЕ надо делать, так это паниковать по лишнему поводу, - строго отчитал меня друг и не дав мне возразить, продолжил: - Я тебе рассказал это не для того, чтобы ты как-то напрягалась в попытке что-либо скрыть, а наоборот, зная о мэнтемах вокруг, вела себя словно ничего не происходит.
   - Но... - начала было я, и снова меня перебили.
   - Я ещё в Майтнер-мэнор и тебе, и Яну поставил мысленный блок. Его не смогут ни обойти, ни взломать. Подпитываться он будет от вашей же магии, так что никто не поймёт, что его ставил не вы.
   - Спасибо, - просто поблагодарила я парня, прекрасно понимая, что он чувствовал себя виноватым за то, что скрыл свои действия.
   - Пожалуйста. И ещё, Нари, если вдруг почувствуешь, что кто-то уж слишком нагло пытается тебя прочитать, скажи мне, хорошо? - Дар подошёл ближе и сжал зубы, явно не желая спорить по этому поводу.
   - Хорошо, - легко пообещала я, надеясь, что жаловаться не придётся.
   - Договорились, - хрипло выдохнул Дар и припал к моим губам нежным, наполненным лишь каплей страсти, поцелуем, а его руки плавно прошлись от плечей по спине к пояснице, согревая, распаляя... И едва я чуть сильнее вжалась в него, как мужчина тут же завершил поцелуй, напоследок лизнув мою нижнюю губу. Улыбаясь глазами, Дар пожелал мне приятного отдыха и удалился в мгновение ока тем же путём, что и пришёл.
   Вот паразит! Мой. Любимый.
  
  
  
  
  
  
  
  
   Продолжение следует...

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"