Подплутова Елена Владимировна: другие произведения.

Нариса Карди: Жизнь на грани. Часть 3. Глава 10

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    НАКОНЕЦ-ТО Я ЕЁ ЗАКОНЧИЛА!!!!! СПАСИБО ВСЕМ, КТО МЕНЯ ПОДДЕРЖИВАЛ)))) ОКОНЧАНИЕ ГЛАВЫ от 6 ИЮНЯ.


Глава 10 (26). Невеста наследника

  
  
   За отведённые на сон четыре часа мне действительно удалось выспаться. Пусть запахи, витавшие в комнате, раздражали Рису, а кровать поначалу казалась жутко мягкой, но привычка выключать сознание сработала безотказно. И только почувствовав приближение постороннего, сестрёнка разбудила меня. Так что когда служанка тихо вошла в мои покои, я уже стояла у окна, наблюдая за несением гвардейцами караула.
   - Ох, госпожа, вы уже встали, - заметив меня, ахнула девушка, поспешно кланяясь. - Прикажите подать чай?
   - А когда начнётся приём? - уточнила я, не зная, как лучше поступить.
   - Через три часа. Вы только не волнуйтесь, - поспешно затараторила она, - Его высочество обо всём позаботился. Мадам Розетта и её девочки уже прибыли во дворец, ваш наряд давно готов.
   - Хорошо, - стараясь, чтобы в голосе было больше одобрения, сказала я. Судя по блеску глаз Милли, неплохо справляюсь. - Думаю, ты знаешь всё, что нужно, и готова мне помочь. Пожалуй, от чая не откажусь. И приступим.
   - Сию секунду, - девушку словно ветром сдуло.
   Чай, а также печенье и конфеты, оказались выше всяких похвал, и когда я закончила, Милли тут же позвонила в колокольчик. Вошедшая девушка забрала поднос, а лакей получил повеление привести мадам Розетту. В ожидании этой загадочной особы моя служанка занялась наполнением ванны, на этот раз ограничившись только водой.
   Приход мадам Розметты и её девочек получился таким шумным и наполненным ворохом разноцветных юбок, что на долю секунду я даже растерялась, слушая недовольное ворчание Рисы. Но долго раздумывать мне не дали: мадам, оказавшаяся женщиной неопределенного возраста, с красиво уложенными волосами, ухоженными руками и идеальным макияжем на довольно молодом ещё лице "скромно" представилась лучшей куфюстье столицы, и мигом погнала своих девочек готовиться. Сама же, спросив разрешение, присела на диванчик рядом со мной и обворожительно улыбнулась.
   - Леди Карди, вы ещё красивее, чем о вас говорили, - с неподкупным восхищением мелодично пропела женщина. - Я счастлива быть представленной вам.
   Я только улыбнулась, и слегка наклонила голову, разрешая продолжать.
   - Ох, даже обидно, что сильно стараться не придётся, лишь подчеркнуть вашу природную красоту, - притворно посетовала мадам, но так мило, что вся её лесть не выглядела фальшивой и не ощущалась оскоминой на языке. - Пойдёмте, мои девочки займутся деталями, а после мы станем творить идеальную картину.
  Ванная комната, в принципе довольно просторная, от количества народа стала казаться крошечной, да и пар, поднимающийся от горячей воды, тоже визуально сужал пространство. Мягко подтолкнув меня к ванне, мадам Розетта ласково попросила не стесняться. Понимая, что любое мой сопротивление будет выглядеть глупо, покорно сбросила халат и рубашку, сохраняя бесстрастное выражение лица.
   - Хм... - неопределённо вырвалось у куфюстье. - Крем?
   - Масло, - чуть улыбнувшись, я грациозно опустилась в ванну, потревожив пену и подув на пузырьки.
   - Рецепт не продадите? - делано незаинтересованно спросила мадам, но по глазам было видно, что этот вопрос очень её взволновал.
   - Я подумаю, - пообещала, откидывая голову на бортик.
   - Ладно, девочки, за работу, - взяв себя в руки, куфюстье стала раздавать указания.
  Маникюр, педикюр... странные слова, услышанные мной впервые, но сами процедуры завораживали и расслабляли. На сетование девочек касательно моих обломанных ногтей и мозолистых пяток отговаривалась тяжестью дороги и упражнениями с оружием, хотя могла поклясться, что мадам прекрасно видит фальшь, но профессионально молчит. Закончив с руками и ногами, девушки втерли в разные участки моего тела насколько видов кремов, затем поднесли шёлковый халатик и проводили в спальню, усадив за туалетный столик, отодвинув стул от зеркала и прокрыв последнее. По приказу Розетты одна из девочек распахнула шторы, спустив в комнату солнечный свет, а остальные расставляли всякие баночки, скляночки, пудреницы, кисточки и прочую косметику.
  Куфюстье, приподняв моё лицо за подбородок, аккуратно поворачивала и рассматривала, время от времени проводя тыльной стороной кисти по щеке. Не ласка - профессиональный осмотр, сопровождающийся едва слышным (не для уха оборотня, естественно) бормотанием: 'какая кожа, любая обзавидуется!', 'бровями заняться немедленно', 'впервые вижу такой цвет глаз'. Наконец, показав двум своим девочкам, какую форму они должны придать бровям, мадам, прихватив остальных и Милли в придачу, скрылась в гардеробной, как я подозреваю, посмотреть на платье. Мне, между прочим, никто не показал, в чём именно пойду на бал!
  Вскоре они вернулись, куфюстье одобрила действия своих помощниц, а сама переместилась мне за спину, начав перебирать волосы. Её осторожные движения расслабляли, а искреннее восхищение в голосе отдавалось лёгким теплом у меня внутри. Закрыв глаза, я предоставила мадам Розетте полный карт-бланш, лишь частью сознания воспринимая их разговоры и действия. В таком полудрёме я провела более получаса, точнее не скажу, когда мадам слегка похлопала меня по руке и попросила подняться.
  Открыв глаза, я встала, но как ни надеялась посмотреть, что со мной успели сотворить, не получилось - все зеркала в комнате прикрыли, а мадам, понимая моё любопытство, высказала просьбу и вовсе закрыть глаза и отдаться в её умелые руки, оценив лишь конечный результат. Прекрасно зная, что если настою на своём, мне никто и слова поперёк не скажет, я всё же по разумному размышлению согласилась последовать просьбе куфюстье и закрыла глаза, пообещав самой себе не подглядывать. Ещё примерно двадцать минут в комнате раздавался только шорох одежды и просьбы поднять-вытянуть руку или ногу. Прикосновения девочек мадам Розетты были настолько лёгкими и едва заметными, что я не чувствовала никакого дискомфорта, разве что небольшое нетерпение, но вот наконец мадам подхватила меня под локоток и аккуратно развернула, расправив складку на платье и разрешила, наконец, посмотреть на результат кропотливой работы её и девочек.
  Я пропустила момент, когда Милли выкатила из гардеробной комнаты зеркало в полный рост, да и теперь лишь краем сознания отметила сей факт. Но сейчас на него из меня смотрела прекрасная незнакомка, очаровательно-невесомое создание, и поверить в то, что она - это я было ой как нелегко.
  Её (или всё-таки мои?) длинные золотые волосы заколоты в высокую причёску бриллиантовыми шпильками, из которой свисают два завитых локона, обрамляя личико. Ещё один крупный локон змеится из причёски по шее и сползает на грудь. Серебряные глаза, благодаря умелому, но не сильно заметному макияжу, кажутся просто огромными, а длинные, игриво загнутые вверх ресницы делают их взгляд и выразительнее, и мягче. Соболиные брови, высокие скулы, красивая линия подбородка. Губы, лишь слегка тронутые помадой, слегка улыбались - я словно впервые видела себя в зеркале и не узнавала.
  Не слишком глубокое декольте платья открывает длинную, можно сказать, лебединую шею. Серьги-висюльки, кажется, ещё больше её удлиняют, тогда как изумруды в серьгах и колье на шее потрясающе оттеняют цвет глаз. Само платье настолько мне нравится, что на секунду перехватывает дыхание. Дорогой атлас цвета неба в полдень с вставками белого с вышивкой по груди и полночно-синего, проявляющегося в складках юбки при движении. Слегка мерцающая ткань не нуждалась в дополнительных украшениях, что мне крайне симпатизировало. Чуть приподняв юбку, увидела синие туфельки на не слишком высоком и довольно устойчивом каблучке. Захотелось подойти к зеркалу и прикоснуться рукой к стеклу, дабы убедить себя в реальности происходящего.
   - Что-то не так? - спустя какое-то время куфюстье решилась нарушить воцарившуюся тишину, вопросительно глядя на меня.
   - Превосходно, - единственное слово, слетевшее с моих губ, мигом разрядило обстановку.
   - Что ж, леди Карди, я рада, что моя работа пришлась вам по душе, - мадам Розетта довольно улыбнулась, а её девочки присели в книксене.
   - Да, мадам, вы воистину мастер своего дела, - с тщательно отмеренной похвалой в голосе сказала я. - Хотелось бы и дальше получать ваши услуги.
   - Конечно, вам стоит лишь пожелать, - куфюстье вежливо присела в книксене.
   - Леди, ваш брат пришёл сопровождать вас на бал, - прервала разговор Милли, вошедшая из гостиной обратно в спальню.
   - Спасибо, Милли, - поблагодарила я служанку и, бросив последний взгляд в зеркало, вышла к Яну.
  Ох, неужели этот красавец мой брат? Подстриженные волосы шёлковым водопадом спадают на плечи, аккуратная бородка чуть смягчает решительный подбородок, бронзового цвета жилет под чёрным с вышивкой золотом сюртуком подчёркивает ширину плеч и золотой цвет глаз. Белоснежная рубашка выгодно преподносит загорелую, в отличие от всех тех, с кем мы успели пересечься в замке, кожу. Тёмно-коричневые штаны до колен и светлые чулки подчеркнули сильные ноги, состоящие, казалось, из одних мускулов, а новые туфли с пряжками гармонично завершили светский образ брата. В свою очередь Ян окинул меня довольные взглядом, в котором светилось восхищение, а затем мы улыбнулись друг другу.
  Подав мне руку, Янникар вывел меня из покоев, и вслед за лакеем мы направились в бальный зал. Не встретив на пути никого, кроме слуг, подошли к высоким двустворчатым дверям, практически копии раньше виденных, даже лакеи и гвардейцы перед ними казались прежними. Мысленно спросив меня о готовности и получив решительный кивок в ответ, брат подал знак лакеям и те распахнули двери а зал, где тут же хорошо поставленным голосом, перекрикивая музыку и шум толпы, дворецкий объявил:
   - Почётные гости королевства Даварры, личные гости Его Величества короля Вайладана III лорд и леди Карди.
  Смолкла музыка, и головы всех присутствующих повернулись в нашу сторону, стоящих аккурат на вершине лестнице и потому превосходно видимых всем. Итак, бал начался.
  
   - Леди Карди, вы не осчастливите меня контрдансом?
  Вопросы, подобные этому, за последние два часа порядочно утомили, но, к сожалению, у меня действительно оказался свободным один танец и объективных причин для отказа наследному принцу страны людей, Альвияну Герц-Веллинскому, не было. Разве что тошнотворная надменность вышеупомянутого принца и его попытки соблазнения, которые, впрочем, не переходили границ приличия. А поскольку, как я уже говорила, танец был свободным, то Альвиян получил моё согласие.
  Теперь моя бальная карточка расписана буквально по минутам. Контрданс, мазурка, менуэт, вальс - последний будет всего два раза, так как не слишком популярен при дворе, зато оба раза я буду танцевать с Даром. Ещё по танцу с Яном, Легатом, Натом, Вожаком оборотней и Мастером вампиров, прибывших в столицу, и даже Ристаном, хотя маг обычно игнорирует подобные мероприятия при дворе, как сам мне признался. Кстати, ни от кого из присутствующих в зале вампиров, советников Мастера, я не услышала и слова о своём статусе 'невесты', что несказанно меня радовало - меньше слухов и сплетен будет кружить.
  Самый первый танец, полонез, открывающий бал, я танцевала вместе с королём, и жутко нервничала, хотя старалась этого не демонстрировать. Его Величество оказался восхитительным партнёром, при близких фигурах расспрашивал меня об Альторе, и мне приходилось следить не только за танцем, но и за собственными словами - сболтнуть чего-то лишнего королю было нежелательно, кто его знает, какой информацией он владеет, а какую может нечаянно узнать от меня. К тому же я спиной чувствовала взгляды варнов, как кружащихся на паркете, так и общающихся в зале, но прислушивающихся к нашему разговору.
  Поскольку танец с королём последовал сразу за церемонией награждения нас с братом орденом, а также за особые заслуги перед всем миром нам пожаловали титул герцога и герцогини Фриадских ('фриад' со стародавнего языка варнов означает 'волк', но оценить чувство юмора короля мы смогли много позже). И также родовой замок с землями на границе с герцогством Кортас, с правом передачи титула наследникам. Пока Ян приходил в себя и советовался с Даром и друзьями, а Его Величество открывал со мной бал, придворные, советники и аристократы держались поодаль, присматриваясь и прислушиваясь. Но стоило танцу закончиться, и королю подвести меня к брату и отозвать Дара по неотложному делу, как кое-кто самый смелый предпринял атаку.
   - Легат, дорогой, ты не мог бы представить меня лорду и леди? - подплыла к нам роскошная шатенка с очень выразительными зелёными глазами и дружелюбной улыбкой на полных губах. - Конечно, моя дорогая. Позволь представить тебе гостей Танникора и моих дорогих друзей: лорд Янникар Карди и леди Нариса Карди. Леди Катриона Ностиа, маркиза Кеменаммендур.
  Мы с леди Картионой обменялись улыбками и кивками головы, Ян поцеловал даме ручку. Завязалась непринуждённая беседа, в которой от леди поступали вопросы практически обо всём, а также восхищение нашей смелостью, находчивостью и удачливостью. Сама дама тоже была кладезем информации, жаль только, для её получения время было неподходящее.
   - Молодцы, хорошо держались, - негромко похвалил нас Дар, подойдя в тот момент, когда леди Катриона отошла по зову мужа (а на самом деле разносить полученную информацию по всем интересующимся). - Маркиза - светская дама, имеющая немалое влияние среди высшего общества. И вы произвели на неё впечатление, как и слегка уняли жажду сплетен о себе. Но, увы, это только начало. Пойдёмте, пора знакомиться с гостями.
  Дар сдержал своё обещание, став для нас с братом проводником в свой мир - мир дворцовой роскоши, шелеста и блеска дорогих тканей, сладости игристого вина и бесконечных разговоров и сплетен. Представив нас сначала всем иностранным гостям (королям, принцам, наследникам, министрам), шаг за шагом он словно паук паутиной оплетал зал нашим присутствием и подогревал и без того не ослабляющий интерес то словом, то жестом. Немалую поддержку оказывали и Наттимер с Легатом, познакомив нас со своими родителями, младшими сестрами и братьями, которым мы тоже были любопытны, но они проявили исключительную воспитанность и понимание.
  Разговоры, разговоры, разговоры... Короткий перерыв на танец и разговор уже с одним собеседником (да и то, если танец это позволял), и снова разговоры. Когда Дар предупреждал, что мы будем интересны при дворе, я даже себе представить не могла масштаб этого интереса. Так что попытки прочитать мои мысли предпринимались постоянно, но, натыкаясь на блок, аристократы отступали, так что причин жаловаться любимому не было. Непросто было следить за своими жестами, мимикой, выражением глаз, но каждый раз, сдерживая дрожь от прикосновения и поцелуя руки очередным как-его-там-аристократом я понимала, что не должка позволять себе проявить слабость или истинные чувства.
  Немного расслабиться и получить подобие отдыха удалось лишь дважды - тогда, когда мы с Даром танцевали вальс. Легко и непринуждённо скользили по паркету, и пусть на лицах застыло выражение вежливой отрешённости, мысленно мы вели совсем не холодный диалог. Любимый осыпал меня комплиментами, и пусть я знала, что платье заказывал именно он, всё равно мне было приятно видеть голодной восхищение в его глазах, от которого бежали мурашки по спине, потели ладони, горели щёки и пересыхало во рту. Сам Дар был одет в, как он признался, собственные цвета: сюртук цвета полночного неба, на фоне которого его синие глаза сверкали как два сапфира, чёрный жилет, белая рубашка с жабо, тёмно-синие штаны, белые чулки и чёрные с синими пряжками туфли. Чёрные, аки вороново крыло, волосы, мягкой волной ложились на плечи. Позже Ян скажет, что мы смотрелись потрясающе гармоничной парой, но это будет потом, а пока мы наслаждались танцем, редким пересечением взглядов, когда, казалось, мой серый тонет в его синем и наоборот, синхронными движениями и близостью любимого существа.
  За полчаса до завершения бала Дар вместе с Натом и Легатом вывели нас с братом на балкон, прилегающий ко всему периметру зала и могущий вместить в себя всех гостей. Выбрав место между колоннами, рассекающими любопытные взгляды, Дар сообщил, что сейчас будет фейерверк в честь дорогих гостей - относительно новое изобретение магов-алхимиков. Понятное дело, сначала мы не поняли, о чём он говорит, а едва ночное небо осветила первая яркая вспышка, уже ни на что другое не обращали внимание. Даже ворчание Рисы, недовольной громкостью этого действа, не умаляло очарования такой магии, да и Дар, пользуясь выгодной позицией, обнял меня и время от времени целовал в висок, шепча, что соскучился и не может не касаться. Да я и не собиралась противиться, плавясь в его руках.
  Ну а когда фейерверк закончился, Дар сказал, что если мы с Яном устали, то вполне можем идти отдыхать. Тем более король тоже уже ушёл, а лимит удовлетворения любопытства придворных мы исчерпали. Попрощавшись с семьями Легата и Ната, пожелали спокойной ночи Дару и удалились в свои комнаты, едва держась на ногах. Милли, ожидающая моего возвращения, помогла переодеться и расплести волосы. Меня хватило только умыться и забраться в кровать - как служанка убиралась и уходила, я уже не слышала.
  
  
  ***
  
   - Ну здравствуй, брат мой, единоутробный. - Хрипло и устало поприветствовала Архея Тарика, неожиданно возникая прямо за его спиной. Сам же мужчина в это время преспокойно разгуливал по Эраде, снисходительно поглядывая на горожанок, словно выбирая себе следующую любовницу. Конечно, зная брата, Смерть и не сомневалась в правильности сделанных выводов. Медленно развернувшись, Архей посмотрел на сестру и уничижительно фыркнул:
   - Явилась. По душу мою, небось, пришла, да? Думаешь, она у меня ещё есть?
   - Архей, хватит паясничать. Тебе напомнить, кто я?
   - Что Вы, Ваше смертоносное величество, разве я мог забыть ту, кто лишила меня жизни, отобрав большую часть магии. Нет, сестра, я ничего не забыл, - вызверился мужчина, и его довольно правильные и красивые черты лица исказились, став отталкивающей маской.
   - И решил отомстить, - сдерживая эмоции, заметила Тарика.
   - Это было занятно, поначалу, - рассмеялся Архей, да так громко, что на них начали оборачиваться люди. - Ты ведь так и не поняла, что покушался на твою дочь в Безмирье, не так ли?
   - Ты?! - задохнулась от неверия Смерть. - Но как? Оставшихся магических сил тебе бы не хватило попасть туда.
   - Сестрёнка, сестрёнка... Сколько лет живёшь, а основы забываешь. Я всего-навсего воспользовался нашей связью близнецов, единоразово притянув часть твоих сил, причём ты этого даже не заметила. Жаль, задумка не удалась, моя племяшка уже в том возрасте оказалась сильным магом с рефлекторным защитным полем. А я ещё немало лет после той попытки восстанавливался, и если бы не помощь... Ну да неважно.
   - Почему Нари? - гневно задала вопрос Тарика.
   - Это же очевидно, - пожал плечами мужчина. - Она твоя слабость, рычаг давления.
   - И поэтому ты задумал убить мою дочь? - зарычала женщина, едва сдерживаясь, чтобы не разорвать предателя голыми руками.
   - Зачем убивать? - кажется, натурально удивился её брат. - Живая, она принесла бы мне гораздо больше пользы.
   - Как-то не сочетаются эти твои слова со вторым покушением на Нарису, - язвительно заметила Тарика.
   - Не моя идея и не моё исполнение, - отрезал Архей. - Но я даже порадовался, когда узнал, что девчонка выжила. Даже помог ей как-то, когда решил познакомиться.
   - Чтобы потом снова попытаться убить?
   - Да не хотел я убивать твою дочь! - заорал Архей, и Тарике больше ничего не оставалось, как перенести их двоих на вершину одной из высоченных пик Горного кряжа Рималинтры. Но мужчина словно и не заметил перемещения, продолжая практически кричать: - Похитить, сделать послушной, покорной мне - да, играть на твоём страхе за неё - да, заставить вернуть мне магию - да, отомстить за унижения - да! Но убивать свою племянницу я не хотел никогда, - почти спокойно закончил он.
   - Твоей подружки, этой мерзавки Эдилы, больше нет, - невпопад заметила Тарика.
   - Жаль, она была хорошей любовницей и достаточно неплохой исполнительницей, - цинично прозвучала характеристика женщины из уст Архея.
   - Брат, так ты скажешь мне, кто стоял за вторым покушением на мою дочь? Я уж не говорю о постоянных препятствиях на их пути по возвращению маленькой провидицы. Ах... постой-ка...
   - До сестрёнки дошло, - мерзко захихикал мужчина, но Тарика не обратила внимания на его ужимки, ошарашенная пониманием. - Да-да, это я похитил девочку-провидицу, надежду Танникора, ведь умение ходить по мирам ты не могла у меня отобрать.
   - Зачем? - непонимающе спросила женщина.
   - Хотелось отомстить твоей подруге провидице. Ведь если бы не её слова, ты не спряталась в Безмирье, и мне не пришлось бы больше десяти лет собирать себя по кускам, снова накапливать магию, чтобы хоть немного стать похожим на себя прежнего. А затем как-то все завертелось, закрутилось, месть вроде свершилась, а куда девать девчонку я не знал. Пришлось нанимать охрану, накачивать провидицу снотворным, перевозить из страны в страну. Только вот эти твои 'спасатели' всё время норовили догнать, доводилось то и дело задерживать их и отводить взгляд случайным свидетелям. И личины менять, помнишь, ты же сама меня учила, - насмешливо посмотрел на сестру Архей.
   - Я поняла, что ты не хотел смерти моей дочери, - усилием воли Тарика вернула разговор в прежнее русло, в глубине души поражаясь собственной слепоте. - Тогда кто хотел этого?
   - Извини, дорогая, не скажу, - настроение мужчины мгновенно поменялось, от него повеяло холодом и опасностью, заставив и Смерть подобраться.
   - У меня нет сомнений в том, что это женщина. Никакого мужчину, пусть это даже лучший друг, ты не стал бы столь яро прикрывать. Вывод - она не просто очередная любовница, но и дама сердца. Кто она? - жёстко закончила Тарика, пытаясь воздействовать на брата магией, вот только с ним это никогда не срабатывало. Архей только упрямо вскинул подбородок и поджал губы.
   - Что ж, тогда я забираю тебя, - невозмутимо проинформировала его Тарика. - А хочешь, можешь прямо сейчас позвать свою возлюбленную. Силой клянусь, что не трону ни тебя, ни её, если она явится. Что смотришь? Зови.
   - Любимая! - после некоторого колебания закричал мужчина, и его крик эхом разнёсся по всей гряде, уходя в долину у подножия гор.
   - Не спешит, да? - посочувствовала Тарика, когда брат уже охрип от криков призыва, а его любимая так и не явилась. - Может, разлюбила?
   - Заткнись, Рика. Ты всё равно не узнаешь, кто она. И попрощайся с мечтой когда-либо увидеть своего любовника, он принадлежит ей, - зло проорал Архей.
   - Тогда, как я и говорила, я тебя забираю, - хладнокровно объявила Смерть, не показывая, насколько её задели слова брата.
   - Не имеешь права на такое самоуправство, - злорадно улыбнулся мужчина. - Чтобы ты меня получила, моё имя должно быть в твоём списке, не так ли?
   - Всё так, - невозмутимо подтвердила она.
   - А если меня в списке нет, то ты не имеешь права меня забирать, - ещё шире усмехнулся Архей. - На нет и суда нет.
   - Всё-то ты знаешь, братец, - фыркнула Тарика и привычным движением выдернула из пространства слегка потрёпанный свиток, в котором было порядка ста имён, одно из которых пульсировало ярко алым. - Видишь? Большинству из них я разрешу дожить до конца месяца, но вот ты, брат, сегодня мой.
   - И что меня ждёт? - совершенно спокойно спросил Архей, прекрасно понимая, что от судьбы не уйдёшь.
   - Это решать Творцу, - привычно пояснила Тарика.
  Миг спустя ни мужчины, ни женщины на горе уже не было.
  
  
  ***
  Если после бала я надеялась, что интерес к нашим персонам утихнет, то уже на следующий день поняла, как ошиблась. Отоспавшись, первые дамы королевства стали поочерёдно наносить мне визиты, иногда собираясь целыми стайками. А их мужья, да и не только атаковали Яна, тогда как Дар всё время пропадал на заседаниях с министрами, пересматривая многочисленные договора и соглашения со многими странами, чему поспособствовал бал.
  Рауты, чаепития, конные и каретные прогулки в парках - казалось, вся столица озадачилась тем, чтобы мы не сидели во дворце, а общались с как можно большим количеством варнов. В моём гардеробе благодаря стараниям Легата и Ната (пока мы общались с оборотнями и вампирами, верные друзья Дара готовили столицу к нашему прибытию, хотя и без принца тоже не обошлось) было просто немыслимое количество платьев, амазонок и прочей одежды, так что я могла бы менять наряды по пять раз на день, если бы хотела, и их всё равно было много.
  Во дворце тоже постоянно устраивали приёмы и балы, на которых мы с братом и Даром были самыми популярными партнёрами. Так на одном из вечерних мероприятий, когда мы наслаждались лёгким розовым вином и общались леди Катрионой, её супругом, маркизом Кеменаммендур, герцогом и герцогиней Тэдиэн и вдовствующей графиней Эарин-Руая, когда к Дару подошли сразу две настырные девицы, неприлично намекая на желание потанцевать с принцем. Графиня, будучи в силу своего преклонного возраста женщиной довольно несдержанной, не выходя за рамки хорошего воспитания отчитала прелестниц, застыдив их и передо мной. Последнее явно было лишним, так как одна из девиц, по ли постарше, то ли понаглее, поинтересовалась у Дара елейным голоском, предварительно опалив меня враждебным взглядом:
   - Ваше Высочество, а как себя чувствует Ваша невеста? Что-то её не видно в столице в последнее время.
   - Леди Яйла вместе с семьёй оздоровляется на грязевых озёрах Таканы, мисс Таллиш, - прохладно отозвался Дар, давая понять, что его терпение не безгранично. И барышни это поняли, удалившись.
  А я ощутила укол ревности при упоминании невесты Дара, настоящей, в отличии от меня, но поймав теплый взгляд любимых синих глаз успокоилась - мы любим друг друга, а значит, со временем разберёмся во всех вопросах.
  Примерно недели через полторы после нашего прибытия во дворец нам с братом захотелось наконец-то посмотреть город. Но сделать это не в карете с кучей гвардейцев в виде охраны, а только втроём с Даром. Принц, понимая наше любопытство, пообещал устроить такую прогулку, хотя и попытался пойти на компромисс насчёт кареты, но мы были неумолимы. И поначалу мне была непонятна его фраза: 'Мы всё равно не сможем не выделяться на улицах, и скрытной прогулки не получится'.
  Я думала, это потому, что Дар внешне отличался от варнов-аристократов. Насколько успела обратить внимание, они были белокожи, тёмноволосы (у мужчин цвет волос варьировался от чёрного до тёмно-каштанового, у женщин - от чёрного до шатенового). Цвет глаз мужчин также имел спектр от тёмно-карего, ониксового до шоколадного, у женщин - от шоколадного до зелёно-карего. Ещё я обратила внимание, что варны поголовно высокие и стройные, даже с возрастом их фигуры не расплываются - сказывается постоянная смена ипостаси в боях с гоблинами, время от времени вспыхивающих на границах Энесирет, и тогда по давней договорённости на помощь айранам приходят войска варнов. Но жо нашей прогулки по городу я считала, что подобный тип внешности присущ только аристократам и иже с ними.
  Ещё несколько дней спустя, пока принц был крайне занят и почти не появлялся на мероприятиях (в такие моменты нас опекали друзья, отгоняя самых назойливых кавалеров и дам, желающих стать любовницами героя-оборотня в лице Яна), а мы всего-то и делали, что развлекались как могли, Дар наконец-то порадовал нас возможностью увидеть столицу. И произойдёт это послезавтра, когда к королю Вайладану прибудет эльфийская делегация. По их этикету с гостями могут говорить король и ближайшие советники, включая главнокомандующего армией. Наследники же, не достигшие столетнего возраста, в разговоре старших не участвуют, поэтому Скандар мог с чистой совестью прихватить нас и сбежать из дворца.
  И вот на рассвете, когда королевская вотчина ещё спит, а слуги и стража и сами толком не проснулись, мы втроём воспользовались потайным ходом, ведущим, кстати говоря, из коридора в нескольких метрах от моих покоев и выводящим на задворки торговой площади. По дороге Дар пообещал как-нибудь показать и остальные тайные ходы в замке. Отряхнув приставшую к одежде паутину, я оглядела своих подельников и хмыкнула. Чёрные штаны, заправленные в высокие сапоги на толстой подошве непременно с кинжалами в голенищах, чёрные рубашки, кожаные куртки на подкладке с множеством карманов. Два меча за спиной у Яна, меч и дага на поясе у Дара. Волосы обоих стянуты шнуром в хвост, а в глазах уверенность бывалых вояк. Да и я им под стать: чёрные штаны, сапоги, в которых кроме кинжалов ещё и пара звёздочек, тёмно-серая рубашка, куртка из того же материала, в которой также было запрятано немало сюрпризов, толстая коса венком заколота на голове. Парные мечи надёжно закреплены за спиной, а висящий слева кинжал способен остудить и самые горячие головы.
   - Ну что, Ваше Высочество и Ваша светлость, не соизволите ли провести даме променад по столице? - самым жеманным тоном, на который была способна, вопросила я, едва сдерживая расползающиеся в улыбке губы.
   - Разумеется, герцогиня. Позвольте ручку, - Дар выполнил изящный пируэт и выставил локоть, предлагая опереться.
  Расхохотавшись, мы направились смотреть город.
  Гарана даже с первого взгляда оказалась большим городом, больше всех столиц, которые я до этого видела в обоих мирах. Королевский дворец находился в самом центре города, от него улицы расходились кварталами (на перекрёстке каждого из кварталов имелся указатель с названием улиц, так что заблудиться было невозможно) до самого берега Литы, а дальше через мост простиралась вторая половина столицы.
  Как правило, в центре, где стояли городские дома знати, жители столицы не проживали в виду дороговизны жилья, а поглазеть на прибывающих к королю представителей других стран можно было и на улице. Полно было в городе и ремесленных мастерских, и магазинчиков, и ресторанов, и трактиров. Вся восточная часть города, где река делала крутой поворот, была отдана мануфактурщикам, тогда как западная стала вотчиной регулярной армии - были там и казармы для простых солдат (офицеры предпочитали снимать квартиры в спокойных кварталах), и плац, и тренировочные площадки, и хозяйственные постройки, и административные здания.
  В Гаране, как и во многих других городах, были более и менее опрятные улицы. Хотя вопрос с водопроводом и коммуникациями тут не стоял - подобным столицу обеспечили ещё при постройке, и время от времени только заменяли пришедшее в негодность оборудование. Семьи купцов и зажиточные жители проживали на соседних с центром улицах, тогда как жители с меньшим достатком обитали ближе к границе реки и за нею. Конечно, такой бедности, как в человеческих городах, в Даварре не было, как и беспризорных детей-попрошаек. Каждый варн после достижения совершеннолетия мог пойти или в подмастерья, или на завод, или в торговлю, или в армию. Отслужив в последней, можно было получить образование, если есть желание стать послом или министром. Вообще, согласно указу первого королnbsp;Мы с леди Картионой обменялись улыбками и кивками головы, Ян поцеловал даме ручку. Завязалась непринуждённая беседа, в которой от леди поступали вопросы практически обо всём, а также восхищение нашей смелостью, находчивостью и удачливостью. Сама дама тоже была кладезем информации, жаль только, для её получения время было неподходящее.
я из династии Илредивит, к которой принадлежал Дар, получить начальное образование был обязан каждый варн. Для этого тем же прапрапра и т.д. королём были построены школы, изданы указы и программы финансирования, а родителей, которые по каким-либо причинам не пускали ребенка в школу, наказывали штрафами. Так что безграмотных варнов просто не существовало.
  Ещё одна программа развития варнов, созданная тем же прадедом короля Вайладана касалась той части населения, осчастливленных магией. В процентном соотношении к общему количеству обитателей магов наличиствуется сорок процентов и в целом эта цифра понемногу возрастает с каждым десятилетием. При этом древние рода, относящиеся к аристократии, поголовно маги, а среди простых жителей магом рождается каждый четвёртый ребёнок.
  Так же, как и для остальных варнов, для магов существуют школы, в которых принимаются дети как аристократов, так и обычных жителей Даварры по достижении ими десятилетнего возраста. В школах нет классовых различий, всех детей обучают одинаково. Поскольку большая часть магов впоследствии служат королю, в программу обучения, кроме непосредственно магических дисциплин входят и гуманитарные предметы, и точные науки, танцы, этикет, фехтование, верховая езда, дипломатия и многое другое. Потому обучение длится десять лет, а затем те, кто имеет на то желание, может поступить в Университет (большая часть аристократов идут туда в обязательном порядке), учась уже конкретной специализации, а те, кто дальше учиться не желают, поступают на службу государству, получая распределение в определённое министерство.
  Обо всём этом нам рассказывал Дар, пока мы бродили по улицам города. А ещё обращал наше внимание, чем демонстрировал потрясающее знание столицы, на те или иные изменения в архитектуре, вносившиеся по приказу его предков. То и дело мы слышали: 'Обратите внимание на вон ту Башню ветров, её построили по приказу короля Тайрина, в народе прозванного Звездочётом' или 'Посмотрите, какую великолепную альтанку возвёл король Густав VI, в ней так чудно преломляются лучи закатного солнца', или 'Этот парк был разбит по указу короля Нивидагра и назван на честь его красавицы-жены Сайнеры'.
  Также я убедилась в искренности слов любимого, когда он сказал, что скрытной прогулки не выйдет. И точно, если Яна ещё можно было в натяжкой принять за местного жителя, то мы с Даром резко выделялись из толпы. Время от времени обитатели, встречающиеся на нашем пути, снимали шляпы и кланялись, приветствуя своего принца, причём ни на чьём лице не было удивления касательно его и нашего внешнего вида. 'Добрый день, Ваше Высочество' слышалось и в магазинчиках, куда мы заходили поглазеть на товар, и на торговых рядах рынка, да и вообще везде. Поразила абсолютная ненавязчивость варнов, их доброжелательность и улыбчивость. Да, на нас глазели, нас обсуждали, разносили сплетни, но никто не мешал нашей прогулке, никто не приставал с вопросами и вообще оказывали уважение частной жизни принца и его друзей.
   - В народе тебя точно любят, - высказал Ян и мою мысль тоже, на что Дар только пожал плечами, подтверждая очевидное.
  Рынок, по рядам которого мы бродили какое-то время, построили на самом берегу реки с незапамятных времён неподалёку от центральной дороги, соединяющей нижнюю и верхнюю части столицы для удержания недовольства среди населения нижней. Брат поинтересовался у Дара, какие монеты здесь в ходу и получил ответ, что любой рынок является нейтральной территорией и торговец примет любые монеты в зависимости от их веса и наличия примесей, виденных невооруженным глазом. И пообещал позже ознакомить нас с денежной системой Даварры и помочь подыскать толкового управляющего для ведения дел в герцогстве.
  В общем, побродив, Ян купил себе отличный нож гномьей, как сказал Дар, работы, отчаянно поторговавшись с продавцом, чем привёл того в полный восторг. Я себе прикупила влитую сидящие перчатки из плотной кожи и лёгкую, но тёплую пуховую шаль, сбросив при этом треть цены, а Дар, поддавшись общему безумию, азартно выторговал приглянувшуюся куртку с капюшоном на овчинной подкладке. Весело вспоминая вытянутые лица торговцев, узревших своего принца в роли наёмника, мы поднялись ближе к центру, собираясь перекусить. Выбрав небольшой ресторанчик на центральной площади, у которого столики всё ещё находились на террасе на улице, так как температура воздуха временами это позволяла, мы с комфортом устроились на мягких подушках, покрывающих лавки, и заказали обильны обед. А пока ожидали выполнения заказа, осматривали площадь.
   - Это Ратуша, - пояснил Дар, видя, что мы рассматриваем длинное одноэтажное здание, стоящее на другой стороне площади. - Тут проходят громадские слушания, городской голова решает все столичные вопросы, проблемы, а ещё в здании сидят мелкие чиновники, юристы, на цокольном этаже размещён архив.
   - А рядом, большое круглое здание с лепниной и расписным входом? - спросила я.
   - Королевский театр оперы и балета, - с удовольствием пояснил друг. - А вон тот фонтан, видите, чуть левее от центра, был построен в честь столетия правления отца. Совместная работа эльфов, айранов и гарцки.
   - А кто что делал? - полюбопытствовал Ян, пока я сидела с задумчивым выражением лица.
   - Айраны создали скульптуру (фонтан изображал лукавого мальчишку, сидящего на золотом шаре и держащего в руках огромную рыбину, изо рта которой и вытекала струя воды), эльфы вырастили этот живой ковёр вокруг фонтана, устойчивый к переменам погоды, а гарцки (и это был единственный раз, когда представители этой расы выезжали в другую страну с официальным визитом) зачаровали воду на исполнение желаний.
   - Всех? - удивлённо уточнил брат.
   - Нет, конечно, - засмеялся Дар, - только самых сокровенных. Но они обязательно исполняются.
   - Дар, твой отец правит уже сто лет? - подала голос я, желая кое-что уточнить.
   - Вообще-то сто пять, - поправил меня принц.
   - А тебе тогда сколько лет? - задала я, пожалуй, не самый умный и важный вопрос, но как-то раньше я не задумывалась над возрастом парня.
   - Да пятьдесят всего лишь, - фыркнул Дар. - И хотя отец уже намекает на желание передать мне трон, я противлюсь - молод ещё.
   - Ты не переживай, - вмешался Ян, видя, как напрягся принц, а я всё ещё переваривала услышанное. - Нари просто ещё до конца не привыкла к мысли, что принадлежит к расам-долгожителям. Потому и реагирует несколько напряжённо. Ну, вот скажи, сестра, разве за время нашего путешествия ты хоть раз чувствовала, что Дар старше тебя на тридцать лет?
   - Нет, мне всегда казалось, что он если не твой ровесник, то, может быть, старше всего на пару лет, - призналась я.
   - Забавно слышать, учитывая, что мне тридцать три в этом году исполнится, - добродушно подтрунил надо мной брат. - Ну да не важно. Разве твои ощущения изменились, когда ты узнала настоящий возраст Дара?
   - Нисколечко, - прислушавшись к себе, констатировала я правоту Яна и виновато посмотрела на любимого: - Прости, пожалуйста.
   - Всё хорошо, родная, - облегчённо улыбнулся Дар и нежно погладил меня по щеке.
  Появление официантки прервало разговор, и уже возобновили беседу после того, как насытились и появились силы продолжить прогулку. В частности, проходя мимо Храма, Ян поинтересовался:
   - Друг, а какие у вас боги? Или, общаясь с оракулами, в богов не верите?
   - Ох, Ян, ты как скажешь. Всё наоборот: тесно общаясь с оракулами, невозможно не верить в богов, ведь именно их волю они доносят до нас. Идемте.
  Поманив нас за собой, принц вошёл под своды Храма. В первое мгновение после уличного света казалось, что в помещении довольно темно, но как только глаза привыкли к неровному свету свечей, сразу появилось таинственное очарование этого места.
   - Наш пантеон богов представляет собой Триумвират, - негромко начал рассказывать Дар, слегка кивнув служке, заменяющему прогоревшие свечи. Дойдя до первого алтаря, над которым возвышался лик молодого мужчины, он продолжил: - Это Хайнир, бог-воин, покровитель мужчин. Его именем названа лучная боевая школа Танникора, филиал которой есть и в Гаране. По традиции, если двое решают спор с оружием в руках, то чтобы после не возникало сомнения в справедливости, оба взывают к Хайниру. Считается, что выигравший в поединке безоговорочно прав - его рукой руководил сам бог.
   - А вот красавица Фридера, - подвёл нас к центральному алтарю Дар, над которым находилась статуя женщины с цветком в блинных волнистых волосах. - Богиня любви, удачи, жизни, покровительница женщин и детей. Её призывают женщины в родильной горячке, девушки просят помощи в выборе возлюбленных, а купцы и путешественники молят её об удаче. Фридера мудра, всегда откликается на искренние просьбы и даёт толковые советы.
   - И, наконец, Альфинур, бог мудрости, судьбы и справедливости, покровитель истины. К его имени взывают осуждённые, надеясь на справедливое наказание или оправдание невиновных, - кивнул принц на мужчину в возрасте, чья статуя завершала Триумвират богов. - К нему всегда обращаются в сложных жизненных ситуациях, когда нужно принять важное решение или разрешить сложный вопрос. И Альфинур даёт мудрость сделать всё правильно.
   - А почему нет упоминания Творца? - полюбопытствовала я, помня рассказы матери.
   - Когда-то было, но после появления силы Амальтииртарэ провидица наказала убрать все изображения творца, передавая его волю. Ведь для присмотра за нами есть боги, специально посаженные им, Творец же вмешивается в самых крайних случаях, предпочитая создавать новые миры. Думаю, более понятно может пояснить сама оракул или леди Тарика.
   - Дар, помнишь, ты говорил, что тебя обручили после смерти матери, в двадцать лет? - решила уточнить, когда мы покинули Храм. Любимый утвердительно кивнул, вопросительно приподняв бровь. - Тогда неужели твоя невеста ни разу не потребовала провести свадьбу? Ведь прошло уже тридцать лет.
   - Отец, понимая, что я ещё молод, не настаивал на свадьбе, да и за всеми государственными заботами, бесконечными поездками я тоже не желал жениться. А мою невесту вполне устраивал её статус, принесший за годы семье немалую выгоду. Да и потом, в нашем кругу не принято совершать поспешных действий.
   - Так и говори, что ты упирался руками и ногами, - хмыкнул Ян, похлопав друга по плечу.
   - Не без этого. А правильней будет сказать, что я ждал твоего рождения, Нари, - улыбнулся Дар, кинув на меня обожающий взгляд.
  Не найдя, что ответить, да и не считая, что ответ нужен, потупилась и слегка покраснела от удовольствия. И тут же спотыкнулась, благо любимый успел подхватить под локоток.
   - А куда мы сейчас идём? - стараясь громко не смеяться, задал вопрос брат, обратив и моё внимание, что вот уже минут семь мы идём по улочке с домами по одной стороне мостовой и цветочной аллеей по другой.
   - Сейчас пройдём к каретной площади, возьмём экипаж, и я покажу вам Университет магии, где в своё время учился с друзьями.
  Оказалось, что есть в столице улицы, закрытые для проезда всадников и карет, предназначенные только для пеших прогулок горожан. А прогулочные экипажи собирались на специально отведённых площадях, и по вполне умеренной цене могли отвезти хоть на другой конец города.
  Выбрав открытую карету, Дар приказал извозчику везти в Университет, который находился в северной части столицы. Там, можно сказать, построили целый студенческий городок, где, кроме непременно Университета, были и общежития, и большая столовая, и спортивные площадки, и даже парковая зона. Когда подъехали, принц приказал извозчику подождать, а сам повёл нас дальше по дороге. Студенты, попадающиеся на пути, с любопытством провожали нас взглядами, преподаватели учтиво кивали принцу и бывшему ученику. Показав все административные здания и проведя по этажам Университета, Дар смог впечатлить даже закончившего похожий учебный центр Яна, не говоря уж обо мне. Особенно впечатлила нас с братом библиотека, огромная, заставленная книгами, с колоритным библиотекарем, маленьким щуплым карликом, который такими словами распекал нерадивых студентов, что Дар и брат смущённо покосились в мою сторону. Мне сразу же захотелось учиться здесь, но и понимала, что это вряд ли возможно.
  Когда мы вернулись обратно в столицу, я попросила, прежде чем вернуться во дворец, пройти ещё раз к фонтану и загадать всем по желанию. Ян воодушевился, а Дар, покривившись и признавшись, что не смотря на легенду, не верит он в волшебство фонтана, всё же исполнил пожелание. Став возле фонтана, достали каждый по монетке и, сжав её в руке, загадали сокровенное желание и бросили монетку в воду. Несколько секунд просто смотрели, как деньги плавно опускаются на самое дно. Не знаю, о чём думали ребята, может быть, о своих желаниях, но лично я сталась не думать о том, чего пожелала - не хотелось спугнуть удачу.
  Решительно развернувшись, посмотрела на брата и любимого. Ян подмигнул и показал язык, говоря, мол, ничего не расскажу, а Дар, снисходительно понаблюдав за нашими кривляньями, вдруг произнёс:
   - Ребята, а вы не хотите съездить к айранам?
  
  
  До горной Алании, столицы Энесирет, страны айранов, оставалось несколько десятков километров, хотя сами горы давненько реяли впереди. Границу человеческих земель и айранского государства пересекли абсолютно беспрепятственно, пограничники на людских землях привычно халатно несли службу, лишь взяв на карман пару монет. А что касается Энесирет, так Дар сказал, что пограничный пост, в котором решится вопрос о дальнейшем прохождении на земли айранов или отправка восвояси скоро покажется. Интересно, что имени у этого города-пограничника не было, просто город и всё. И когда впереди показались укреплённые стены и ворота, я поняла, почему: пограничный город не был городом в общепринятом смысле, в нём имелись лишь административные здания и сооружения и казармы на противоположной стороне, а также полно свободного места. Зато было видно множество купеческих караванов (да и по дороге встречалось немало направляющихся в обе стороны) и снующих меж ними пограничников.
  Не доезжая до города, Дар сделал остановку, не спеша ничего пояснять. Спешился, скинул куртку, оставшись в одной байковой рубашке. Запихнув куртку в сумку, мужчина отошёл на пару шагов от Лунной, напрягся и поводил плечами. Тут же мы услышали хлопок и за спиной принца распахнулись роскошные чёрные крылья (фасон рубашки, как оказалось, предназначен как раз для таких случаев). Причём больше никаких признаков трансформации, как в прошлый раз, не наблюдалось. Взмахнув крыльями пару раз, Дар снова сел на лошадь и скомандовал:
   - Тронулись. Задержек не будет.
  И точно, подъехав к городу-границе, мы беспрепятственно въехали в распахнутые ворота, обогнув очередь из телег. Стража, осуществляющая первичный досмотр (порядки в Энесирет строгие, как и законы), уважительно кивнула Дару, пропустив нас как сопровождающих. Украдкой рассматривая айранов, поняла, что мой любимый и здесь всегда на виду. Высокие, как на подбор, хорошо сложенные мужчины, с ровным загаром, пронзительными синими или голубыми глазами и светлыми волосами, и каждый из них на первый взгляд казался близнецом другому. У всех них были широкие крылья, хотя и меньше по размеру, чем у Дара, зато со светлым и вовсе не белым оперением.
   - Ты же говорил, что у айранов крылья белые? - изумлённо спросила я любимого, продолжая рассматривать крылья.
   - На самом деле этой версии держатся айраны при контактах с другими расами, как бы между прочим упоминая о постоянном использовании природных красителей, закрашивая перья, - слегка виноватым голосом пояснил Дар. - В реальности же айраны рождаются с разным цветом и размером крыльев, от белых до светло-коричневых и пёстрых, но никогда тёмных. Я - единственное исключение.
  Я хотела ещё уточнить о размере, но Дар как раз подъехал к небольшому, но высокому зданию в центре города, спешился, привязал Лунную к коновязи и поманил нам за собой. В здании дежурный провёл в приёмную, а дальше в кабинет коменданта и командира пограничников.
   - Приветствую вас, командир Эльмас, - поздоровался принц с сидящим за рабочим столом мужчиной. У него, в отличие от подчинённых, крылья были сложены.
   - Добрый день, айлин Скандар, - уважительно, но без подобострастия, поприветствовал айран Дара. - Чем я могу вам помочь?
   - Мне нужен пропуск для моих друзей. Хочу их с дедом познакомить. Багаж досматривать будете или довольно моего слова?
   - Вы не нарушаете своего слова, айлин, - это было сказано таким твёрдым тоном, словно малейшее сомнение стало бы жестоким оскорблением. - Леди, будьте любезны приложить ладонь к этому пергаменту.
  Поскольку со стороны любимого не последовало возражений, я опустила руку, как было сказано, и кроме лёгкого тепла и покалывания не ощутила ничего страшного. Закончив со мной, командир попросил подойти Яна и проделать аналогичную операцию. После размашисто подписал оба пергамента и протянул нас со словами:
   - Добро пожаловать в Энесирет, лорд и леди Карди. Сии пропуска предъявите патрулю при выезде из города. И по возможности в столице носите их с собой - наш молодняк бывает излишне въедливым.
  Поблагодарив командира Эльмаса, причём он ни разу не посмотрел на нас так, как смотрели варны, даже не дал понять, что не впервые слышит имена, мы забрали конец и устремились вслед за Даром к другим воротам, ведущим из приграничного города в горы. Сами айраны называют эту дорогу Наземной, естественно, обходясь без неё. У ворот патруль, осмотрев документы, уточнил у принца, не нуждаемся ли в проводнике. И, получив отрицательный ответ, пожелал нам лёгкого пути. Кивнув на прощание, Дар первым выехал за ворота, а наши скакуны привычно рванули следом.
  Горная дорога, проложенная с незапамятных времён купцами, торговавшими с айранами, серпантином вилась через два ущелья, выводя путника на горное плато близ Алании. Никто из иных рас дальше столицы не заезжал, да и торговля, как правило, велась на свободной площадке возле городских стен - айраны в целом довольно нелюдимы и закрыты. Так что мы уже не удивлялись, когда встречали караваны повозок, пропускающие нас вперёд или приглашающие присоединиться как охрана. Последнее, правда, позволяли себе лишь наглые личности, но один грозный взгляд Дара - и люди в момент захлёбывались словами.
  В пути любимый пояснил, почему у айранов разный размер крыльев. У большинства крылья были такого размера, какие мы видели в приграничье, а вот если ребёнок (мальчик) рождался с крыльями большего размера, как у Дара, с сильными маховыми перьями, то с подросткового возраста таких детей готовят в особую касту воинов, защитников Энесирет. И цвет крыльев их ослепительно белый.
  Проживая в горах, в условиях, когда снег выпадает рано и лежит долго, а тёплых месяцев почти незаметно, айраны славятся закалкой и воинской мощью. И конунга ставят над собой из самых сильных воинов, не обделённых мудростью. Так, дед Дара правит айранами уже более двухсот лет, но он объявил, что вскоре собирается на покой. А потому через пару лет в столицу съедутся претенденты на должность конунга, из которых и будут выбирать айраны. Наследственной передачи власти у них нет, но если конунг в своём сыне или внуке видит достойного продолжателя своих дел, то его пожелание учтут, хотя выборы всё равно станут справедливыми.
  Чем выше поднимались в горы, тем большую благодарность я испытывала к Дару, заставившего нас с братом надеть тёплые штаны и куртку с капюшоном. Температура воздуха, казалось, падала с каждым километром пройденного пути, и когда до столицы уже было рукой подать, стало откровенно морозно, хотя снег ещё не выпал. Видя, как мы с братом выбиваем дробь зубами, Дар усмехался и, кстати говоря, куртку так и не надел, но сжалился и сказал, что скоро отогреемся.
  Объехав немного стороной стихийный рынок, где шум и гам стояли невообразимые, варн остановился на въезде в огромные ворота. Тут же к нам подошёл стражник, попросил предъявить разрешение, а после посторонился и пожелал приятного пребывания в Алании. Как мы позже поняли, айраны специально сделали нечто вроде вала, городской стены выстой в три метра со стороны въезда в долину, единственным входом и выходом были ворота, обитые железом и брусьями. Вал тянулся на много километров вглубь гряды, до ближайшей возвышенности, зато по другую сторону ворот никаких преград не было. Почти.
  Первые несколько километров города представляли собой каменный лабиринт высотой в три человеческих роста с абсолютно гладкими стенами. Только выросший в столице Дар без труда где прошёл, а где и обошёл его, кивая всем встречным патрулям. Нас никто не пытался задержать и вслед за другом мы двигались в довольно быстром темпе. Немногим позже стали попадаться двухэтажные каменные строения, причём ни окон, ни проёмов на первом этаже не было и, как пояснил Дар, это были смотровые посты, на которых стражники наблюдали за долиной.
  Лишь проехав ещё километр, мы с братом почувствовал дух столицы. Появились первые улицы, широкие, просторные, с двух, трёх и более этажными домами, каменными, каждый из которых отличался своими украшениями, вырезанными на камне прямо по фасаду. С любопытством вертя головой, подмечала, насколько талантливые скульптуры среди айранов, ведь как сами дома имели изюминки, так не повторялась и красота на них. Любопытно, но первые этажи дверей не имели, зато были полностью застеклёнными где простыми стёклами, а где с различными витражами. Второй (и выше, если был) этаж кроме стёкол имел и огромный балкон с маркизом на перголах и развевающимися шторами, который, собственно, и служил входом в дом. Не раз и не два мы наблюдали, как молодые айраны и айранки именно так и поступают, да и вообще заинтересованно провожали глазами летающих жителей. Перед каждым домом расположились ухоженные лужайки с сейчас расцветшими осенними цветами, да и вообще меня потрясала чистота и опрятность города. А ещё вежливость жителей. Каждый из мимо пролетающих здоровался с Даром и с нами заодно, пару пожилых пар даже спустились поболтать немного с принцем, из чего можно было сделать вывод, что знали его с детства. На нас косились, конечно, но злых, враждебных взглядов не было, лишь любопытные и удивлённые.
  Неровная местность (горы в конце концов), но айраны приспособились и к этому. Порадовало множество скульптур и скульптурных композиций, встречающихся по городу и характеризующие повседневную жизнь граждан, а также их любовь к полёту и небу. Столица простиралась, уходя под горы с одной стороны и к горному обрыву с другой. Кое-где дома были расположены по изгибу улицы, внося нотку хаоса в общую строгость Алании. Ближе к Пиковой горе, на вершину которой поднимались лишь безрассудные смельчаки (температура там резко падала, замораживая перья) появилось свободное пространство, сейчас занимаемое воинами для тренировки. Именно тогда мы впервые увидели айранов с огромными белоснежными крыльями, в облегчённых доспехах сражавшихся друг с другом. Зрелище заставило нас замереть и увлечённо наблюдать, как они взмахивают тяжеленными мечами, словно детскими игрушками, и звон стали просто закладывает уши.
   - Поехали, им не понравится такое пристальное внимание, - оторвал нас от увлекательного зрелища Дар.
  Подъехав к подножию горы, мы с братом честно открыли рот от удивления. Пиковая гора, издалека особо не выделяющаяся, за исключением высоты, вблизи стала настоящим каменным дворцом - впервые видела настолько искусно обработанный камень.
  Две резные колонны обрамляют вход с высокой дверью, ещё выше огромное окно со слегка затемнённым стеклом, по периметру которого выбит интересный орнамент. Слева и справа от окна на уступах щерятся две горгульи - летуны размером со среднюю собаку, с очень острыми когтями и ядовитыми клыками, которых крайне тяжело убить. По крайней мере, так сказал дар, описывая этих 'чудесных' зверушек. Выше находился балкон, далее снова просто высокие окна с витражами- радугами, над которыми прямо по стене был выбит медальон с изображением раскинувшего крылья айрана. На входе во дворец (чертог, как он тут называется) караулом стояли два белокрылых воина, но никаких эмоций не проявили, когда мы, оставив конец у входа, вслед за Даром вошли внутрь.
   - Чертог - единственное здание Алании с нижним входом. Конюшню, думаю, считать смысла нет. - Поднимаясь по застеленным ковром ступенькам, пояснил принц.
  Не успели задать ему ещё несколько вопросов, как нам навстречу выскочил молодой айран. С первого взгляда на него стало понятно, что он намного моложе Дара. Вежливо поклонившись, парень хоть и смутился за такое непозволительное опоздание к вошедшим, но тут же блеснул на нас любопытными глазами, и всё же сдержанно сообщил, что конунг ждёт нас и он, Мальян, готов проводить. На что Дар заметил, что прекрасно знает, где находится кабинет его деда, и, обогнув вновь покрасневшего мальчишку, поднялся вместе с нами на второй этаж. В кабинете конунга пахло деревом и едва заметно пылью, что не удивительно, поскольку пол покрывал ковёр с длинным ворсом. За широким столом из светлой древесины сидел пожилой айран, точный возраст которого можно было лишь угадывать. Некогда белые крылья хоть и не утратили мощи, но изрядно присыпались сединой, длинные белые волосы стянуты в низкий хвост, серая рубашка с вышивкой поражала своей простотой. На столе куча документов, но, стоило нам войти, как конунг резко поднял голову, улыбнулся, и я сразу увидела, на кого больше всего был похож Дар.
   - Мальчик мой, я так рад тебя видеть, - поднявшись, айран подошёл к Дару и крепко обнял, похлопав по спине.
   - Я тоже, дед. Знакомься, это мои друзья - Нариса и Янникар. Ребята, это мой дед, конунг Энесирет, Скайнмод Рагнвальд.
   - Наслышан, наслышан, - усмехнувшись, дед пожал руку Яну и поцеловал мне. - Помогли, значит, моему внуку в другом мире внучку мою отыскать. Спасибо, не забудет этого наш род.
  Дед Дара оказался совершенно нетипичным правителем. Усадив нас в мягкие кресла (его помощник, справившись со смущением, тут же принёс нам чай, к слову, безумно вкусный), мужчина расспрашивал нас с братом о впечатлениях об их мире, шутил, смеялся, и в целом производил впечатление родного дедушки, общающегося с любимыми внучатами. Где-то в середине разговора, отсмеявшись особо удачной шутке, я, посмеиваясь, решилась:
   - А вы совсем не похожи на строгого правителя.
   - Детка, для своих подданных я им и являюсь, - по-доброму усмехнулся конунг. - Только зачем же ещё и в семье им быть?
   - Но мы не являемся вашей семьёй, - осторожно напомнил Ян.
   - Ой ли? То-то я вижу, как мой внук смотрит на твою сестру, - снисходительно похлопал Яна по руке айран и подмигнул мне. - Ладно, хорошие мои, заболтали старца. Идите отдыхать, вас дома ждут, я вечером приду и ещё поболтаем. И вы двое можете звать меня дедом, мне будет приятно.
  Кажется, я уже обожаю этого старика.
  Забрав лошадей, Дар повёл нас к себе домой. Поскольку у айранов принято жить одним родом, то и дома строятся (или достраиваются) исходя из количества живущих плюс пару комнат. Едва увидев дом рода Рагнвальд, стало понятно, насколько он плодовит. Красивое трёхэтажное квадратное здание с четырьмя башенками по краям, с огромными окнами и лужайкой впереди. Избавив коней от поклажи, Дар только хотел слетать в дом, как подле нас опустился айран, практически его ровесник с присущими семье белыми крыльями, и две женщины с золотистыми и бледно-коричневыми крыльями, одна явно мать парня, а вторая бабушка. Кузен Дара сдержанно поприветствовал его и пожал руку, кивнув нам, тогда как женщины заохали, обняли, расцеловали в щёки и его, и нас, и немедленно пригласили в дом. Дар, попросив брата отнести Яна, подхватил меня на руки, а дамы взяли наши вещи, заверив, что после Скавальд (таково было имя кузена) отведёт их на конюшню.
  Рывок, секундное ощущение мурашек в животе - и вот мы уже стоим на балконе, а тётка и бабушка Дара улыбаются и зовут внутрь. Первое, что бросается в глаза - ковры и шкуры, покрывающие как пол, так и стены дома. Балкон вывел в просторную столовую, в которой стоял длинный стол на двадцать персон, немалое количество подсвечников и канделябров с потушенными свечами, картины, изображающие местные пейзажи и портреты членов семьи. Понимая, что всё это можно рассмотреть и позже, покорно идём за женщинами. Приведя нас в уютную гостиную на том же этаже, они быстро вышли, пообещав сейчас вернуться и провести нас в комнаты, успев потрепать Дара по голове, как маленького, и шутливо уточнить, не забыл ли он, где находится его кровать.
   - Они милые, только уж больно суетливые, - немного смущённо сказал Дар, поёрзав на диване.
   - У тебя замечательная семья, - искренне отозвалась я.
  Вскоре вернулась бабушка Асдис и тетя Ингихильда (именно так попросила их называть, извинившись, что сразу не представились) и проводили нас в комнаты. Мне досталась с видом на горы, с полуторной кроватью, резным комодом, небольшим шкафом, тумбочкой у кровати, креслом с другой стороны и небольшой ванной, впрочем, имевшей всё необходимое. Искупавшись, переоделась в простые домашние штаны, байковую рубашку, на ноги натянула чуни, обнаруженные на нижней полке шкафа, разобрала вещи и направилась на поиски домочадцев.
   - Проголодались, детки? - добродушно спросила бабушка, когда мы с братом столкнулись в дверях столовой. Удивительно, но с первых минут пребывания в этом доме я чувствовала себя частью большой семьи и мне это безумно нравилось.
   - Вижу, что голодные, - не дождавшись ответа, но видя всё по нашим смущённым лицам, усмехнулась она. - Сейчас уже сядем за стол, правда, Скайнмод придёт только вечером. Ну да ничего, не оставаться же голодными.
  Пока хозяюшки накрывали на стол, отмахнувшись от нашей помощи, я рассматривала портреты. Мама Дара, Асвейг, была красавицей, с вьющимися золотыми волосами, огромными голубыми глазами и очень добрым лицом. Она была просто копией своей матери, а вот Дар родился похожим на отца и деда. Брат матери - Скарлаф - высокий волевой мужчина с острым выражением глаз, а вот его супруга, тетя Ингихильда, женщина мягкая, не утратившая с возрастом внешней привлекательности. Их сын, двоюродный брат Дара, на первый взгляд не слишком приятный парень, не разговорчивый. Похоже, их соперничество с Даром так и не прошло.
  Остановившись перед общим портретом, я несколько минут рассматривала паренька с пронзительными синими глазами и озорной улыбкой, стоящего между матерью и дедом и обнимающий обоих. Губы сами собой расползлись в нежной улыбке, а почувствовав, как сзади прижалось тёплое тело, горячие ладони легки на талию, я откинула голову на родное плечо, ощущая лёгкий поцелуй в висок.
   - Ты маленький - такой милый, - с любовью проворковала я.
   - А сейчас что, не милый? - притворно обижено фыркнули мне в ухо.
   - А сейчас ты не маленький, - поддразнила я Дара и тут же поплатилась прикушенной мочкой.
   - Дети, идите кушать, - позвала бабушка, и мы прервались, но не расцепили рук, даже подходя к столу.
  Скавальд так и не вернулся, не было и Скарлафа, к слову, главнокомандующего армией Алании, и обед прошёл легко и весело. Женщины расспрашивали нас о нашем мире, семье, путешествии вместе с Даром. Интересовались сегодняшней модой в Гаране, здоровьем Вайладана, нашими впечатлениями о придворной жизни. Рассказывали случаи из детства Дара, заставляя нас с Яном хитро коситься на друга и еле сдерживать смех. И хотя он прекрасно всё понимал по нашим глазам, но не обижался.
  После обеда Дар показал дом, единственным минусом котрого была невозможность выйти (войти) без помощи айранов. А затем предложил прогуляться. Ян отказался, предпочтя посидеть в библиотеке с парочкой понравившихся фолиантов по магии порталов (хотя успехи брата были ничуть не лучше моих), а я согласилась, вот только сомневалась, что не замёрзну. На что Дар обрисовал проблему тётке и пять минут спустя меня упаковали в шерстяные штаны, свитер, куртку с мехом и вязаную шапочку. Сапоги у меня были хорошие, а потому Дар, привыкший к такой температуре, накинул куртку с подкладкой и откидным клапаном на спине, шустро спустил нас на землю.
  Пока мы шли к обрыву (мне захотелось посмотреть открывающийся пейзаж), встречали немало молодых айранов, прогуливающихся, балующихся, летающих, многие приветливо здоровались с нами двумя, впрочем, любопытных взглядом избежать всё же не удавалось. Некоторые девушки, пролетая, спускались, чмокали Дара в щёку и мило улыбались, не чувствуя, что ещё немного - и их покусают. Но Дар просто брал меня за руку, переплетал наши пальцы и барышни мгновенно менялись в лице, отступали и прощались уже с нами обоими, из чего я сделала логичный вывод, что айраны уважают личный выбор каждого.
  Остановившись на обрыве, я замерла, любуясь бесконечностью. Именно так, бесконечностью. Неба, земли, гор, рек, воздуха - всего того, что окружает Энесирет в целом и Аланию в частности. Солнце, пусть уже и не палящее, но всё ещё согревало, хотя бабушка сказала, что снег пойдёт со дня на день. Прислонившись плечом к Дару, просто стояла, упиваясь красотой окружающей природы. Спустя какое-то время любимый спросил:
   - Нари, а хочешь полетать?
  Согласилась, не раздумывая. И миг спустя меня держали на руках, а мощные крылья разрезали воздушное пространство, неся нас вдаль. Беспокоясь, чтобы мне не было страшно, Дар отвлекал рассказами о своём детстве, как они с мальчишками устраивали воздушные баталии и полёты наперегонки. А я слушала и наслаждалась чувством нереальной свободы и надёжностью держащих меня рук, и чётко осознавала, что иногда, когда очень этого ждёшь и очень надеешься, сны всё-таки сбываются.
  
  
  Семья Дара окружила нас, по сути чужих, искренней любовью. Естественно, за исключением Скавальда, пропадающего на тренировках, но к его тяжёлому характеру мы были готовы. Дед в семье - весельчак и балагур, дамский угодник, раздающий комплименты направо и налево, каждый раз вгонял меня в краску и только усмехался. Дядя Скарлаф частенько обсуждал с Яном особенности того или иного оружия, и было видно, что брат пришёлся ему по душе. Ко мне дядя отнёсся скептически, хотя многие девушки-айранки тоже постигают воинскую премудрость владения оружием, и я, сделав невинные глаза, попросилась посмотреть тренировку белокрылого отряда. Дядя хмыкнул, но разрешение дал, а Дар пообещал, что мы придём в самое ближайшее время. Стоило видеть глаза дяди Скарлафа, когда я продержалась целых десять минут против одного из воинов. Немыслимо, это его слова.
  Тут, в столице, Ян немного отдалился от нас с даром, предпочитая или сидеть в библиотеке, к слову, великолепной, пропадать с дядей, не желая терять форму, или 'крутить хвостом' перед мало-мальски привлекательными незамужними девушками, приходившими в восторг от обаяшки-оборотня. Зато мы с Даром почти не расставались, беззаботно проводя день за днём. Гуляли, летали. Несколько раз он спускал меня в долину под горами или в ущелье, и я перекидывалась и волчицей носилась по лесам, метя территорию (инстинкты не спрячешь), а любимый сверху следил за моей безопасностью. Много разговаривали, не отвлекаясь на посторонних, и, по-моему, влюблялись друг в друга сильнее с каждым днём.
  Вот только наряду с эйфорией от близости любимого мужчины всё острее чувствовала свою неполноценность как женщины, не способной продолжить род возлюбленного. И спустя время я всё же решилась на откровенный разговор с бабушкой, помня, как рассказывал Дар, о целительской силе айранок. Разговор тот по определению лёгким не получился, воспоминания, даже притрушенные пылью времени, приносили отголосок боли. Но всё же я рассказала бабушке свою историю и попросила помощи.
   - Ох, детка, не лёгкая тебе судьба досталась, невзлюбил тебя бог Судьбы твоего мира, - покачала головой пожилая айранка. - Да не ведомо тебе, что исцелять мы, женщины, лишь мужчин способны, такова сила целительская наша.
   - Но как же это, разве не всё равно, кто в помощи нуждается?
   - Магам-целителям - да, а нам, увы, не всё под силу, - сочувственно посмотрела на меня бабушка. - Недаром ведь Амальтииртарэ послала Вайладана в Аланию, он ведь умирать думал - так жену свою любил. Но не посмел ослушаться совета Видящей, душу подлечил-успокоил, а после узнал, что и сын у него растёт.
   - При чём тут это? - досадно буркнула я.
   - Так ведь исцеляем мы мужчин не потому, что женщин не любим, а потому, что сексуальный акт для этого надобен. Древнейший танец мужчины и женщины, обмен энергиями и жидкими субстанциями, соприкосновением душ и аур. Лишь так приходит исцеление, лишь так мы способны помочь нуждающимся.
   - Значит, у меня нет шансов? - безжизненно спросила я, понимая, что следующим шагом будет расставание с Даром.
   - Шанс есть, вот только не знаю, сможешь ли ты им воспользоваться, - неуверенно сказала бабушка.
   - О чём вы?
   - Это тайна нашей семьи, о которой знает только Амальтииртарэ в силу своих видений. Дело в том, что у айранов девочки наследуют способности матерей, мальчики - отцов. И смешанные браки для нас большая редкость. Когда родился Скандар, он внешне был копией отца, разве что цвет глаз взял материнские, и никто даже предположить не мог, что от Асвейг он возьмёт и ещё кое-что. Вот и вышло, что, смешавшись, кровь полукровки дала Дару возможность использовать целительские силы к любым существам. Но так он может лечить простуду или ранение. Ты ведь уже поняла, что я имею в виду?
   - Поняла, - прошептала. Прекрасно поняла, но...
   - Тебе решать, Нари, - мягко сказала бабушка и перед уходом погладила меня по голове.
  Полдня я сидела у себя в комнате, благо Ян и Дар были чем-то заняты и не обращали на меня внимания. Металась из угла в угол, размышляла, тряслась. Да, я помнила, что у Дара есть целительские способности, сама на себе испытала, но что именно он способен меня исцелить в том плане?! Во мне боролись два всепоглощающих чувства: любовь к Дару и страх близости с мужчиной. И оба эти чувства сворачивались в тугой, неразрывный клубок, в котором всё перепуталось, а распутываться не спешило. Скрутившись калачиком на кровати, упёрлась лбом в колени, и какое-то время просто лежала, не в силах ни принять решение, ни подняться.
  Но, видимо, боги Танникора более милостивы и иногда в состоянии избавить нас от принятия судьбоносных решений. К вечеру того дня дед объявил, что решил устроить праздник в нашу с Яном честь, и как мы его не отговаривали, остался неумолим. В рекордные сроки айраны, видать, и сами соскучившиеся по гуляниям, в центре города возвели сцену и лотки с разными вкусняшками и напитками. Музыканты настраивали инструменты, детвора бегала под ногами у взрослых, молодёжь прихорашивалась, а я с ужасом ожидала повторения речей и взглядов, как при дворе в Гаране.
  Наступивший вечер принёс немало сюрпризов. Конунг со сцены поблагодарил меня и Яна за помощь в возвращении Алианы, и когда стихли аплодисменты, попросил сородичей проявить гостеприимство и не мешать нам наслаждаться праздником. И если ближайший час к нам ещё подходили айраны, благодарили и желали приятного отдыха, а после тут же уходили, то позже нас уже не беспокоили и мы могли отдаться празднику.
  Ян сразу сбежал к стайке девушек, перезнакомившись с новыми и перетанцевав с каждой, а мы с Даром всё время были вместе. Успели и потанцевать, и попробовать угощение, и пообщаться с местными старожилами. В сумерках Дар предложил показать столицу с неба, и мы взлетели, наблюдая, как один за другим зажигаются фонари и фосфорные лианы, которыми обвешаны все деревья. Удивительное зрелище! Мимо нас со смехом промчался Ян, с двух сторон поддерживаемый девушками, а ещё трое летели следом, весело хохоча. Мда, умеет мой братец развлекаться.
  Налетавшись, налюбовавшись ночной столицей и, честно говоря, устав от шума праздника, мы с Даром вернулись домой, где, как оказалось, никого кроме нас нет - гулять пошла даже бабушка, поддавшись на дедовы уговоры. Спустив меня с рук, Дар заботливо спросил:
   - Устала?
   - Немного. Жаль, что у меня нет крыльев - мне безумно понравилось летать.
   - Любимая, тебе стоит только попросить, и я с радостью возьму тебя в небо. Мне тоже понравилось с тобой летать.
   - Кажется, что мы одно целое, да? - развернувшись, я стала лицом к лицу Дара, и оказалось естественным, что он заключил меня в кольцо своих рук и притянул ближе.
   - Я никогда не считал иначе, - прошептали мне в губы и тут же подарили нежный, невесомый поцелуй. - Люблю тебя, родная.
   - Я тоже тебя люблю, Дар, - отозвалась и, решившись, приникла к его устам поцелуем, в котором просьба смешалась с желанием, страхом и неуверенностью.
   - Ш-ш-ш, малышка, не надо спешить, - согревая мою спину ладонями, а губы - своим дыханием, прошептал Дар. - Я не хочу причинять тебе боли, любимая.
   - Я устала бояться, Дар, устала просыпаться от кошмаров прошлого. Излечи меня. Я готова пойти с тобой дальше, - приникая к любимому всем своим дрожащим телом, решительно ответила я. И снова поцеловала, вкладывая в поцелуй всю свою жажду и желание. - Люблю тебя.
   - Люблю тебя... - эхом откликнулся Дар.
  Единственные слова, срывавшиеся с наших губ в темноте этой благословенной ночи, где в соединении тел исчезал страх, заново рождалась душа и крепла надежда.
  
  
  Две недели нашего пребывания Алании пролетели как один день. С новой семьёй, которую мы обрели здесь, расставаться не хотелось. И в то же время понимали, что, как ни откладывай, а уезжать придерся. В один из вечеров мы с Даром и о чудо! присоединившимся к нам Яном сидели на горе, свесив ноги в пропасть, и любовались выпавшим по склонам снегом, а также подкалывали друг друга, предлагая спрыгнуть и измерить глубину пропасти. Расшалившись, я пихнула локтём брата, и тот стал меня щекотать, повалив на спину, а Дар, нет, чтобы помочь, так его ещё и подбадривал, как наше баловство резко прервала вышедшая из портала мама.
   - Дурачитесь? - несколько отстранённо спросила она, словно находясь мыслями где-то далеко.
   - Мамочка, что случилось? - приняв помощь любимого и поднявшись на ноги, я подошла к маме и тронула её за руку.
   - Дочь, мне нужна твоя помощь, - собравшись, сообщила мне она. - На Альторе.
   - Леди Тарика, дайте нам полчаса, мы соберём вещи и скажем родным, - вклинился Дар, давая понять, что если мы куда-то и направимся, то только вместе.
   - Хорошо, - не стала спорить мама, да и я уже знала, что когда у моего мужчины такое упрямое выражение на лице, спорить с ним бесполезно.
  На несколько секунд задержавшись, чтобы что-то шепнуть маме, Дар решил сэкономить и создал портал прямо к дому. Пока мы с Яном собирали сумки, варн поговорил с дедом, оказавшимся дома. Собравшись, сердечно попрощались со всеми домочадцами (брат успел привести наших коней и тоже вполне нормально с нами попрощался), а затем Дар снова создал портал, уже с расчётом на лошадей, и мы снова предстали пред мамины очи. Осмотрев нас и уверившись, что никто не забыт, мама взмахом руки перенесла нас всех на зелёную лужайку. Вопреки ожиданиям это оказался внутренний дворик дворца короля Вайладана.
   - Мам? - вопросительно посмотрела я на родительницу.
   - Это я попросил, - сказал Дар. - Ян, подожди нас, пожалуйста, здесь, мы скоро вернёмся.
  
  
   - Нет, Скандар, я никогда не соглашусь на этот брак. Ты мой наследник, ты обязан продолжить наш род, род варнов.
   - Отец, я принял решение. Я люблю Нарису и женюсь только на ней. - Дар, не отпускающий мою руку, твёрдо смотрел на отца, давая понять, что от своего не отступится.
  Я не вмешивалась в разговор, молча стоя рядом с любимым. Это его бой, его одного.
   - Ты решил. А о стране своей ты подумал? Ведь я не вечен и хочешь ты или не хочешь, а когда-нибудь тебе придётся занять моё место, - Вайладан мерил шагами кабинет. - Да, я понимаю, она и её брат - герои Танникора, помогли тебе вернуть Алиану, вернуть миру видящую и знающую. Я ведь не запрещаю тебе её любить. Да люби ты кого хочешь!
  Вайладан резко повернулся и посмотрел на меня:
   - Девочка, против тебя лично я ничего не имею. Ты красивая, смелая, добрая и я горжусь сыном за его выбор. Но ты, Дар, обязан думать не только о себе. И потом, как же твоя помолвка с леди Олман?
  Дар успокаивающе сжал мою руку и, не меняя уверенного тона, ответил отцу:
   - С леди Яйлой мы заключили Хрустальный обряд, и ты прекрасно об этом знаешь. По желанию я могу легко его расторгнуть и сделаю это в ближайшее время.
   - То есть ты готов променять высокородную варну на Истинного оборотня? - тяжёлым голосом уточнил Вайладан. О, а я и не знала, что ему это известно.
   - Да, - Дар кивнул, привлекая меня ближе к себе и обхватывая рукой за талию.
   - Прости, сын, но я дам своё благословение только тогда, когда у меня за спиной будет стоять сама Смерть и никак иначе, - ровно сказал Вайладан.
   - Ну, если Вам так будет легче - вот она я, - услышали мы весёлый голос за его спиной. Мама появилась как всегда неожиданно.
   - Кто Вы и как попали в кабинет? - удивлённо спросил отец Дара, повернувшись в незваной гостье. - Неужели у меня настолько плохая охрана, что ко мне в кабинет может пройти кто угодно?!
   - Ах, милый будущий сват, не будьте таким наивным. Ваши стражи никак не могли меня пропустить, ведь я всего на всего выполняю Ваше пожелание, - ласково пропела мама, незаметно подмигнув мне и Дару.
   - Какое пожелание? - растерянно спросил сбитый с толку Вайладан.
   - Как какое? - притворно удивилась мама. - А как же Ваши слова о том, что Вы дадите им своё благословение тогда, когда за вашей спиной будет стоять Смерть? Я ничего не перепутала?
   - Нет, - ещё больше растерялся он.
   - Ну и вот она я, - торжественно сказала мама, сияя довольной улыбкой.
   - Кто 'я'? - озадачился Вайладан.
   - Смерть, - очаровательно улыбнулась родительница.
  Отец Дара медленно окинул её взглядом с головы до пят, а затем повернулся к сыну. Получив от того подтверждающий сию истину кивок, так же медленно сел в кресло.
   - И что Вы от меня хотите? - устало спросил он у мамы.
   - Как что? Ваше благословение на брак моей дочери и вашего сына, разумеется, - мама последовала его примеру и изящно присела во второе кресло.
   - Вы хотите сказать, что Нариса - ваша дочь? - напряжённо переспросил Вайладан, переводя взгляд с меня на маму и обратно.
   - Да, - с достоинством подтвердила мама. - А вы имеете что-то против?
  Отец Дара, не отвечая на эту коварную реплику, прикрыл глаза и откинулся на спинку кресла. Мама, удовлетворённо улыбнувшись, повернулась к нам:
   - Ну и чего вы тут стоите? А ну марш к Яну, пока он чего-нибудь не натворил. А здесь я сама закончу, не волнуйтесь. - И когда мы практически вышли из кабинета, тихо сказала: - Я не сомневалась в тебе, мальчик. Спасибо.
  Мы обе знали, о чём она говорила...
  
  
   - Ну что, вам больше на Танникоре никуда не нужно? - ехидно спросила мама. Видимо, разговор с Вайладаном удался.
   - Нет, леди Тарика, - довольно улыбнулся Дар.
   - Мы готовы поступить в твоё полное расположение, тётя, - отдал честь Ян.
   - Вот и замечательно, - улыбнулась мама и открыла золотой портал, которым пользовалась между мирами. - Вперёд.
  Здравствуй, Альтор, родной неродной мир!
  
  
  КОНЕЦ ТРЕТЬЕЙ ЧАСТИ
  
  
  
  
  
  
   Продолжение следует...

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"