Похиленко Наталья Владимировна: другие произведения.

Дракон на счастье, часть 3

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Путешествие продолжается! новые впечатления, новые герои..

  Часть третья
  По берегу Белой реки мы шли вдвоем - я и Лепесток... Я шагала босиком по пыльной дороге, время от времени останавливаясь, чтобы ополоснуть уставшие ступни в речной воде. Дракон трусил целенаправленно - строго параллельно реке, не спуская глаз с плота, качающегося на волнах. На плоту сидела на мешке с пожитками Мара, а Стирх с шестом пытался управлять ненадежным плавсредством.
  Река несла свои воды к морю неторопливо, неспешно. Так что не известно, кто продвигался вперед быстрее: молодежь на плоту или мы с драконом. Разница лишь в том, что тем двоим, на реке, не приходилось сбивать ноги.
  Возникает закономерный вопрос: почему они были там, а мы с драконом - тут? Ну, на это было несколько причин. Во-первых, я пошла на принцип, еще раз повторив: на одной реке с драконом ноги моей не будет. Во-вторых, дракон уперся перед рекой лапами, крыльями и хвостом, всем своим видом показывая, что прекрасно обойдется и без плавания. В-третьих, раздобыть в Белоречье нормальную лодку оказалось невозможно. Безусловно, в городе, расположенном на большой реке, лодок хватало, в том числе и на продажу. Но заламывали за них цены просто несусветные, тем более, когда узнавали, куда мы собираемся плыть. Потому, повздыхав и поохав, Стирх прикупил бревна и собственноручно связал плот. Я с недоверием фыркнула, потопав по нему ногой. Не то чтобы я сомневалась в плотницких талантах парня... Я просто вообще не люблю, когда вокруг много воды... А Мара готова последовать за Стирхом даже на простом бревне.
  Итак, способ путешествия каждый избрал себе по вкусу. Вот и путешествуем, как кому на душу легло.
  Дорогу вдоль реки нельзя назвать пустынной. Если парочка на плоту не вызывает особого любопытства, то на меня с моей зверюшкой пялились все кому не лень. А поскольку идем мы медленно, то нас успевают и рассмотреть, и поглазеть на ящера вволю. Вон, опять телега нас обгоняет. Крестьянин в Белоречье на рынок приезжал, теперь, распродавшись, домой едет. Сзади на телеге, ноги свесив, сидел мальчишечка лет восьми. Поскольку папочка не удосужился на подъезде к нам обратить внимание сынишки на необычную зверушку, я могу представить себе удивление и восторг ребенка. У него не просто рот открылся. У него нижняя челюсть упала так резко, что я даже за него испугалась. Но ничего, дальше положенного челюсть никуда не делась, и рот мальчишечки оставался открытым, сколько мы его видели. Но Лепесток! У него даже походка изменилась. Он, почувствовав на себе столь пристальное внимание, мгновенно преобразился. Горделиво выгнул спинку, кокетливо сложил крылышки, тряхнул головой... И зарысил по дороге как лучший конь лучшей королевской конюшни. Я закашлялась: пыль поднялась столбом. Да, решение идти рядом с Лепестком было не совсем правильным.
  Река сделала мягкий поворот, дорога свернула вместе с нею. Нашим изголодавшимся взглядам открылась небольшая рощица, в которой - о чудо! - расположился придорожный трактир. Я подбежала к самой воде и замахала руками Маре со Стирхом:
  - Гребите сюда! Там тракти-и-ир! - крикнула я.
  - Р-р-р-р-р-р!!! - поддержал меня дракон.
  Понятливый Стирх направил плот в нашу сторону. Я отряхнул ноги, обулась. Плот мягко ткнулся в берег. Мара сошла на твердую землю. Стирх, пятясь, втащил на берег свой транспорт. Все вместе мы пошли к трактиру - отдыхать и восстанавливать силы.
  Оказывается, я уже забыла, как это замечательно - после хорошего обеда посидеть в тенечке, побездельничать. Закрыть глаза и хоть на миг представить, что сидишь не во дворе придорожного трактира, а возле собственной хижины в Мостах, что травы давно разобраны, микстуры приготовлены, заказы разнесены и есть время просто посидеть...
  Чтобы эта иллюзия растаяла, достаточно было шума и громких криков неподалеку. Я нехотя повернула голову. На лужайке плотным полукольцом стояли люди. А в центре этой гомонящей, кричащей, подзадоривающей толпы дрались двое. Это не было боем не на жизнь, а на смерть. Скорее, это походило на состязание бойцов. И все бы ничего, если бы не сами борцы, точнее, не один из них. Другой не вызывал удивления: крепкий парень, сильный, загорелый; тренированные мышцы бугрились на его загорелом обнаженном торсе. А вот его противник... гм, противница. Ибо это была девушка. Стриженные черные волосы растрепались, прядки прилипли к потному лбу. Черные кожаные штаны заправлены в голенища высоких сапог. Рукава белоснежной сорочки закатаны выше локтя, а черный кожаный жилет расстегнут. Такой точеной фигуре место не на пыльной дороге, а где-нибудь в салоне. А как великолепно смотрелось бы на ней бальное платье с глубоким декольте! Однако по движениям и повадкам девушки было понятно, что вряд ли в ее гардеробе есть хоть одно бальное платье.
  Драчунья не сводила глаз со своего соперника. Она не нападала, она оборонялась. Каждое движение было точным, выверенным, и всё это напоминало некий замысловатый танец. Вот загорелый парень неосторожно подступил к девушке слишком близко. Захват, подсечка - и он уде лежит носом в пыли. Поднялся под хохот зрителей, отряхнулся и снова принял боевую стойку. Танец начался снова. Теперь девушка была более активной. Шаг, поворот, обманное движение - и вот уже противник снова повержен. Девушка придержала руку парня в болевом приеме.
  - Ну, дружок, достаточно? Или продолжим?
  - Нет, Данка, с меня хватит! - парень поднялся на ноги, отряхнулся. Отошел к своим вещам, брошенным неаккуратной горкой, порылся и вынул короткий кинжал в тисненных потемневшим серебром ножнах. - Держи! Заслужила, - и бросил ей.
  - А ты сомневался? - хмыкнула девушка, поймав на лету оружие.
  Зрители расходились - кто довольный, кто разочарованный. Ко мне подошли Стирх с Марой. Парнишка не скрывал своего разочарования.
  - Нет, ну что это?! - возмущался он. - Я поставил на этого кузнеца две монеты! Две! А он так быстро сдался!..
  - А я тебе говорила - не рискуй! - отвечала благоразумная Мара.
  - Да, но я подумал, что это - верный выигрыш! А тут...
  - Тс-с, - одернула Стирха волшебница, - она сюда идет.
  И действительно, к нам приближалась Данка в сопровождении низенького толстого трактирщика.
  - Ну что, Дан, довольна? - спросил он, потирая от удовольствия руки.
  - А то! Я за этим кинжалом знаешь, сколько охотилась? У Карна ножички легкие, в цель летят точно, баланс у них отменный. Но и стоят они соответственно!
  - Хорошие ножи дорого стоят, - философски заметил трактирщик.
  - Кто бы спорил, Борн. Но мне, чтоб на такой ножик заработать до-олго пальчики трудить придется. Эй, девушка, подвинься! Ты на моей куртке сидишь!
  - Извините, - я с готовностью встала. Девушка взяла с лавки и надела куртку - тоже кожаную, с серебряными заклепками. А из-под лавки взяла нечто, больше всего напоминающее футляр музыкального инструмента.
  - Ой, а это у вас что? Лютня? - сунула свой носик любопытная Мара.
  - Да, - коротко ответила девушка.
  - О, - вмешался и толстенький Борн, - вы ведь не знаете, с кем вас свела дорога! Это же сама Ардана, один из лучших менестрелей нашей провинции!
  - Но-но, Борн, не путай! - предупреждающе подняла указательный палец Ардана. - Не "один из", а "лучший"!
  - Конечно-конечно, - склонился в шутливом полупоклоне трактирщик. - Эй, лучший менестрель, петь-то ты сегодня будешь? Ты же свой обед еще отработала!
  Ардана хлопнула его по плечу:
  - Борн, дружище, хоть раз честно признайся: сколько ты пива продаешь, когда я у тебя дерусь или пою? Да я свои обеды уже года на два вперед отработала!
  - Ну, положим, не на два, а на полтора... - смущенно улыбнулся толстячок. - Ну, Дан, ты же знаешь, как я люблю твои песни...
  Девушка звонко расхохоталась:
  - Борн, ты старый пройдоха!.. - и начала расчехлять свою лютню.
  Трактирщик, сложив рупором широкие ладони, закричал:
  - Эгей, господа хорошие! Все сюда! Ардана петь будет!
  Ух, как громко! Даже уши заложило! И, похоже, не только у меня. Даже привычная ко всему Ардана недовольно поморщилась:
  - Борн, в следующий раз мордой в песок буду тыкать тебя! А ставкой будет то, что в случае моего выигрыша ты будешь орать не ближе, чем за пятнадцать шагов от меня!
  А возле нас уже собирались слушатели. Похоже, Ардану здесь действительно хорошо знали - не только как отчаянную драчунью, но и как любимую певицу.
  Менестрель устроилась на услужливо подставленной табуретке, взяла в руки лютню. Проверила строй, пробежала чуткими пальцами по струнам...
  - Что петь будешь, Данка? - окликнули ее слева. - Про вдовушку Симон?
  - Нет, - возразили справа, - давай про осаду замка Буль.
  - Не дождетесь, - ответила Ардана. - У меня сегодня настроение философское.
  - Это после драки-то? - хмыкнул кто-то.
  - Именно, - подтвердила девушка и взяла первый аккорд.
  Зазвенели, запели струны. Полилась мелодия - напряженная и чарующая. Ардана оглядела слушателей, перевела взгляд куда-то к горизонту... А потом в мелодию вплелся ее бархатный голос:
  - Стою на распутье,
  Где камень, где путник -
  Не ясно.
  Чего-то хотела,
  О чем-то жалела -
  Напрасно.
  
  Крапленой колодой
  Играть со свободой
  Непросто:
  В толпе многолюдной
  Остался безлюдным
  Мой остров...
  Мелодия крепла, ширилась, заполняла собой пространство... Ардана пела, глядя куда-то внутрь себя:
  - Что было, что будет -
  Сама позабудет
  Гадалка.
  А всё остальное
  Дождями пусть смоет... -
  Менестрель резким аккордом оборвала мелодию и в полной тишине закончила:
  - Не жалко...
  Люди еще мгновение стояли молча. И вот в тот момент, когда импровизированный зрительный зал был готов взорваться аплодисментами, в эту крохотную паузу между тишиной и громом ворвался протяжный вой, чем-то повторяющий мелодию баллады. Стирх побледнел от неловкости, а я, смеясь, сказала:
  - Стирх, оказывается, твой друг любит музыку! Что ж ты его сюда не привел?
  Ардана с интересом глянула в нашу сторону:
  - Это что за трубный глас?
  - Да так, - отмахнулась я. - Один наш знакомый дракон голос пробует.
  - Дракон?! - Ардана даже зарумянилась от восторга. - Вы непременно должны меня с ним познакомить, слышите?
  - Зачем это вам? - ревниво насупился Стирх. Ну, всё понято: Мара - это Мара, делить с нею драконью привязанность даже приятно; я вообще в расчет не принимаюсь... но зачем дракону нужна еще какая-то драчунья с лютней?..
  - Для новых ощущений, парень, исключительно для них, - ответила девушка, любовно зачехляя свой инструмент. - Чтобы потом, со временем, написать новую балладу.
  - Ну ладно, - соизволил согласиться драконовожатый. И чтобы Ардана не обольщалась, поспешно добавил: - Но только потому, что ему понравилась ваша песня, госпожа менестрельша. А то бы...
  - Не зарывайся, парниша! - щелкнула его по носу Ардана. - Вот пообтешешься немного, подрастешь, сам станешь менестрелем и женишься, тогда твоя женушка и будет менестрельшей. А я - менестрель, и только так. Усек?
  - Усек, - покосился на нее Стирх и повел всех нас на задний двор - знакомить певицу с Лепестком. Ну, или Лепестка - с певицей - кому как больше нравится.
  
  Когда Ардана в первый раз увидела Лепестка, она испытала полнейший восторг. Она ходила вокруг дракона, цокала языком, отходила на несколько шагов назад, снова подходила почти вплотную...
  Когда Лепесток впервые увидел Ардану, он испытал полнейшее равнодушие. Он спокойно улегся на траву и закрыл глаза, чтобы спокойно переварить плотную трапезу. Ему не было дела до какой-то там девицы в черном, которая своими восторженными возгласами мешала дракону заснуть.
  Но менестрелю было наплевать на равнодушие дракона. Она всем своим естеством впитывала новые для себя ощущения. Похлопав дракона по спине (Лепесток только недовольно дергал шеей), Ардана спросила:
  - Ну, и как же зовут это чудо?
  - Лепесток, - с гордостью за своего питомца ответил Стирх.
  - Красавец, красавец... Ну, давайте, и мы познакомимся. Меня зовут Ардана. Сойдемся ближе - сможете звать меня Даной.
  - А мы собираемся сходиться ближе? - прищурилась Мара.
  Ардана засмеялась:
  - Девочка, милая, всё знают только Светлые Боги, да и то не уверена, что всё. Поэтому нам лучше все-таки познакомиться. Вот тебя как зовут?
  - Мара, - глянула та исподлобья.
  - Великолепно!
  - Конечно, великолепно, - подхватила и я. - Мара вообще у нас умница и скромница. Я - Рута, и принадлежу я к славной аптекарской гильдии. Так что если нервы сдадут или нарыв на одном месте вскочит - это ко мне. А вот если в историю какую влезть - это к Стирху, он у нас мастер в этих делах.
  - А, - Ардана махнула рукой, - если так, то значит - точно сойдемся! Потому как искать приключений на то место, откуда ноги растут - моя вторая специальность.
  Мара подошла к Стирху, что-то шепнула ему на ушко - для этого ей пришлось стать на цыпочки, а ему - нагнуться. Выслушав подругу, Стирх помотал головой:
  - Мар, да я не хочу!
  - А я - хочу! - девочка чуть ногой не топнула. Я ее такой настойчивой еще не видела. Потом Мара взяла Стирха за руку: - Рута, мы идем погулять. Ты - с нами?..
  Я зевнула:
  - Да нет... Идите сами. Я вон - Лепестку компанию составлю.
  - Он же дрыхнуть собрался! - изумилась Мара.
  - Ну, а я о чем?
  Мара пожала плечами и увела Стирха. Парень пошел послушно, но дважды оглядывался на Ардану. А та, не обращая ни на что внимания, достала из кармана куртки трубку, кисет с табаком... Села на траву, опершись спиной о бок дракона, неторопливо набила трубочку, пихнула Лепестка кулаком:
  - Эй, огнедышащий! Огоньком не поделишься? А то мне в неохота за спичками в рюкзак лезть!..
  Лепесток недовольно покосился на нахальную девицу, но все-таки выдохнул аккуратную струйку пламени. Менестрель ловко прикурила, затянулась с видимым удовольствием и выпустила в воздух колечко душистого дыма.
  - Тебя не шокирует, что я курю? - спросила у меня Ардана.
  - Да ради Светлых Богов, - ответила я. - Хочешь травиться - травись на здоровье.
  Я села рядом с новой знакомой, пристроившись, правда, с наветренной стороны. Не хочу дышать дымом. Но по сравнению с той гадостью, которую смалят мужики в Мостах, запах табака Арданы был даже приятен.
  Помолчав немного, Ардана спросила:
  - Вот смотрю я на тебя, Рута, и понять не могу: как ты попала в эту компанию?
  - Не поняла...
  - Да что ту понимать... - и к небу устремилось еще несколько колечек дыма. - Ну, со Стирхом все ясно: деревенский простачок тягает по дорогам дракона. Мало ли что в жизни случается. Мышка эта, Мара - ну, она в Стирха по уши влюблена, это ж за милю видно... Такая за своим любимым куда угодной пойдет и слова попрек не скажет. А вот ты...
  - А что - я?
  - А ты - ты не отсюда. Сразу видно, что у тебя другое воспитание, образование ты тоже хорошее получила. Я не удивлюсь, если ты в школе при монастыре росла. Я права? Ну, вот видишь... И вдруг шатаешься с этой разномастной компанией по большим дорогам... Вот я и спрашиваю: как ты к ним затесалась?
  Уф... если б я курила - сейчас бы точно за самокруткой потянулась... Нет, лучше - за такой изящной трубкой, как у Арданы.
  - Видишь ли... - Мрак, что ж ей сказать-то? - Тут еще вопрос, кто в эту компанию затесался - я или Мара...
  И слово за слово, сама не понимая, как, я обо всем рассказала менестрелю. И о моей учебе, и о том, как оказалась в Мостах, и о том, почему Лепестка не взяли в Синий замок, и о том, куда мы путь держим.
  Ардана уже давно докурила, выбила и спрятала трубку, а я всё говорила, говорила. Девушка замечательно умела слушать; она смотрела куда-то вдаль, молча кивала и ни разу не перебила.
  Конечно, я не особо вдавалась в подробности нашего путешествия. Во всяком случае, умолчала о приключении в Белоречье - чтобы избежать вопросов.
  Когда я закончила свое повествование, Ардана снова полезла в карман куртки (вот интересно, у нее там что - целый походный склад?). Извлекла сложенную вчетверо карту, разложила на выпрямленных ногах. Некоторое время сосредоточенно изучала свои пометки на порядком потрепанном листе, потом, удовлетворенно хмыкнув, свернула ее и спрятала в бездонный карман.
  - Ну, значит, так, Рута. Говоришь, вы за Хребет Монахов идете? Ну, на полдороги я - вам попутчица. Хотела у Борна просить через реку меня перевезти, да с хорошей компанией путь короче будет.
  - А куда ты идешь? - а как же, грех ведь и мне любопытства не проявить - после того, как я тут перед нею распиналась.
  - О, куда я иду, куда я иду... - вполголоса пропела Ардана. - Я в Таленту направляюсь. Город такой - ниже по течению Белой, аккурат на половине дороги отсюда до Предгорья. Городок ничем вроде не примечательный; разве что тем, что туда раз в год менестрели со всей страны собираются. Попеть, поиграть, посостязаться - кто лучший... - Девушка поднялась, отряхнула брюки. Я тоже встала. - Вон, - кивнула, - твои друзья идут. Ты их обрадуешь или я сама скажу?
  - Эту высокую честь я охотно уступаю тебе, - отвесила я менестрелю шутливый поклон.
  Как я и ожидала, известие о том, что у нас будет новая спутница, пусть только на несколько дней, не привело в восторг ни Стирха, ни Мару. Маленькая волшебница даже не пыталась скрыть свою неприязнь к красавице-лютнистке.
  - С чего это вдруг нам такое счастье? - холодно спросила она, выслушав эту потрясающую новость. Похоже, сейчас Мара особенно остро пожалела, что не может пустить в ход свой магический дар.
  - Да вот, я тут подумала, - невозмутимую Ардану ничто не могло выбить из колеи, - что вместо того, чтобы шагать параллельно вам, но по тому берегу, можно пойти с вами. Дорога, сама понимаешь, долгая, а в пути с беззащитной девушкой всякое может приключиться. Дураков на свете хватает...
  - Хм, я им сочувствую... - буркнула Мара.
  - Кому? - не понял Стирх.
  - Дуракам! - топнула ногой девочка.
  - Сочувствуешь? - переспросила Ардана задумчиво. - А зря. Их пожалеть надо...
  
  Теперь по берегу Белой мы шли втроем - Дана, Лепесток и я. Мара настояла на том, что она и Стирх продолжат путешествие на плоту. Менестрель с недоверием посмотрела на нее. "Ну-ну", - ясно читалось на ее лице.
  Я сперва хотела, чтобы Дане тоже нашли местечко на плоту. Стирх дернулся было, но Мара остудила его порыв, заявив:
  - Сожалею, но плот троих не поднимет.
  - Тогда идемте пешком - все вместе. Так лучше будет, - резонно предложила Ардана. Мара только плечиком дернула.
  Да, владеет собой девочка, ничего не скажешь. Ясно ведь, что она хотела сказать что-то типа: "Еще чего!" Я пожала плечами и пошла по дороге. Дана через несколько шагов нагнала меня. Ну, она много ходить привычная, не то, что я. Лепесток весело затрусил по обочине дороги. Чуть позже по плеску поды мы поняли, что плавсредство со своими пассажирами отчалило от берега и догоняет нас.
  Идти вдоль реки было хорошо и нежарко. Лепесток резво носился вдоль дороги, то замирая над кротовиной, то гоняя мотыльков, а однажды даже упал в траву и как следует покачался. Что ж, сена здесь в этом году накосить явно не удастся. Но нас с Даной это мало занимало. Менестрель оказалась прекрасной собеседницей, мы легко находили точки соприкосновения и темы для разговоров.
  Река готовилась сделать еще один поворот, когда Дана, уже несколько раз с беспокойством оглядывавшая на скользящий по водной глади плот, спросила:
  - Рута, не знаешь, Стирх уже в этих краях бывал?
  - Кажется, нет. Во всяком случае, вниз по реке точно не сплавлялся. А что?
  - Просто там, ниже по течению, за поворотом - пороги. Очень сложное место даже для опытных гребцов. А уж для новичка-то...
  - Что ж ты молчала???
  - Рута, я пыталась их отговорить. Да Мара меня не послушала. Упрямая.
  - Глупая она! Просто - глупая!..
  Я сбросила обувь, подхватила юбку и зашла в воду по колени. Ого, а течение-то намного сильнее стало! Мрак, и шум из-за поворота слышится!
  - Мара! Стирх! - закричала я. - Давайте к берегу!!!
  Ах, паршивка! Пользуется тем, что Белая - река широкая, и делает вид, что не слышит меня!
  - Стирх! - оставалось взывать только к благоразумию драконовожатого. А кричать и одновременно бежать по илистому дну, стараясь не отстать от уносимого течением плота, было не так уж и просто.
  - Стирх! К берегу! - Мы с Даной кричали уже в два голоса. Шум впереди нарастал. Течение тоже усиливалось. Но парень все-таки что-то услышал. По крайней мере, понял, что мы его зовем и что мы встревожены. Поэтому он помахал нам рукой - мол, всё в норме, не гоните волну, - и снова устремил взгляд вперед. Ах ты ж гондольер мраков!
  Река петлей огибала поле клевера, и мы побежали через него, срезая дорогу. Лепесток, то ли почувствовав нашу тревогу, то ли подчиняясь инстинктам, заревел и помчался вперед, топча душистую траву. А плот, увлекаемый течением, несся на камни, и спасти от гибели наших друзей, казалось, могло только чудо. Я видела, как Мара судорожно вцепилась в плот, как Стирх отчаянным усилием налегает на шест... У меня ноги подкосились, я упала на землю, давясь злыми слезами. Дура, дура! Ну почему я не сожгла этот плот, не разрубила глупую деревяшку, не раскатала его по бревнышку!.. Бледная Дана стояла рядом со мной... Дракон, не переставая реветь, бегал вдоль берега. А на реке разворачивалась настоящая драма.
  Плот принесло к первому порогу. Каким-то чудом Стирху удалось его миновать, парень на мгновение расслабился, но тут налетела волна, подхватила плот и швырнула его на камни...
  Я сквозь слезы видела, как полетели в воду мои друзья, как выглядевший таким надежным и основательным плот рассыпался на отдельные бревна, как мелькали в волнах то Стирх, то Мара, пытающиеся вцепиться в остатки плота... С трудом поднявшись на ноги, я побрела к реке. Но тут, подняв целый водопад брызг, в воду влетел дракон и кинулся на выручку своему воспитателю. Я хорошо понимала, каких сил это ему стоило. Конечно, течение было очень быстрым, но внушительной туше дракона оно было не так уж и страшно. Зверь, не обращая внимания ни на камни, ни на воду, протопал к Стирху, ухватил его зубами за ворот и потащил к берегу. Парень размахивал руками, что-то кричал - кажется, требовал, чтобы Лепесток бросил его и в первую очередь спас Мару. Дракон невозмутимо вышел на берег, оставил Стирха, а потом выволок и Мару, крепко ухватившуюся ему за хвост. Мы с Даной, смеясь и плача, бросились их обнимать.
  Мы нашли место, где можно было развести костер, натаскали хвороста и сухой травы. Гордый собой Лепесток дохнул, и огонь весело затрещал на топливе. Поскольку вещи Мары и Стирха забрала река, переодеться им было не во что, пришлось сушить то, что было на них.
  Немного придя в себя, Мара накинулась на Ардану:
  - Это всё из-за тебя! Это ты ничего не сказала о камнях! Знала и не сказала!
  Менестрель нахмурилась:
  - А ты лучше у своего парня спроси, почему ему в Белоречье никто лодку давать не хотел, как только он о Хребте Монахов заговаривал? Он ведь об этом даже не поинтересовался! Ну, не дают, и ладно, может, так и надо! Неужели вас не удивило, что в этой части Белой ни одного суденышка не встретишь?! Да какой идиот летом, когда река мелеет, через пороги попрется! Как же, вы же умные, что вам советы какой-то чужачки-лютнистки! Вот, Мара, только честно: что бы ты подумала, если б я тогда, сразу о порогах сказала? Поверила бы? И потом, ты же слышала, когда мы вам в первый раз крикнули, когда еще можно было к берегу причалить!.. Но ты же гордая, ты же сделала вид, что меня просто не существует!.. А, что с тобой говорить! - и Ардана отвернулась. Отошла в сторону, села спиной к костру, стала что-то задумчиво чертить палочкой по земле...
  Я подошла к Дане, села рядом с ней.
  - Всё хорошо, что хорошо кончается, - сказала я. - Плохо одно: почти все наши деньги пропали. Они у Стирха в котомке были. Теперь ими водяной расплачиваться будет... Может, поэтому он свою добычу и отпустил.
  - Деньги не проблема, - вздохнула Дана, - заработаем. Руки-ноги-голова на месте, и отлично. Вот только отдохнуть нам всем надо... Куда мы пойдем после такого приключения? Тем более, уже и вечер скоро...пора и о ночлеге подумать.
  - Пора... Дана, а где тут переночевать можно? Ну, может, здесь где-то хутор есть... или шалаш?...
  - Нет, хутора нет... однако и в шалаше ночевать не придется. Идем.
  Мы поднялись и вернулись к костру.
  - Ну что, - сказала менестрель, глядя куда-то между Стирхом и Марой, - вы тут ночевать будете или со мной пойдете?
  - Куда? - поинтересовался Стирх.
  - Да так, есть здесь неподалеку одно местечко, я там иногда останавливаюсь...
  Стирх загасил костер, обнял за плечи слегка повеселевшую Мару, и мы пошли догонять Ардану, которая уверенно шагала куда-то в сторону от реки.
  
  На закате мы вышли к опушке леса. Там стояла небольшая покосившаяся хижина. Кому как, а мне она дворцом показалась, и идти я больше никуда не собиралась. По крайней мере, сегодня.
  - Что это за хижина? Чья она? - спросил Стирх.
  - Да так... Лесник здесь ночует, когда припозднится с обходом владений. Мне он позволяет тут останавливаться. Здесь даже ужин приготовить можно. Или хотя бы чай вскипятить.
  Действительно, в лесной сторожке нашлось все нужное. Вскоре перед хижиной, на выложенном камнями очажке, горел костерок, а над ним на треноге в котелке булькала похлебка. Аромат разносился вокруг на добрых полмили. Дымок отпугивал комаров. Мы уютно расположились вокруг костра, дракон довольно жмурился, глядя в танцующие лепестки пламени. "Совсем как кот, - подумалось мне, - еще чуть-чуть - и замурлычет". Словно услышав мои мысли, дракоша издал дрожащий горловой звук. Как много я еще не знаю о нашем чешуйчатом друге! Правда, не уверена, что Стирх знает о нем намного больше...
  На ночлег мы устроились со всевозможным комфортом. Мы, девушки, отвоевали себе хижину, устроившись прямо на полу, куда стащили с грубо сбитых деревянных топчанов два набитых сеном матрасика. Стирх с драконом расположились под открытым небом, у костра. Парень не был на нас в обиде, даже наоборот:
  - Ничего-ничего, барышни, мы еще посмотрим, кому будет уютнее!..
  И ночь прошла спокойно. Даже комары совсем не досаждали. Проснувшись, мы с девочками решили, что наши одежда и волосы вчера очень сильно пропитались дымом костра. Поэтому, оставив Стирха с драконом приглядывать за кипящей на костре кашей, Мара, Дана и я пошли к реке на поиски подходящего пляжа.
  Удобное местечко с пологим песчаным дном обнаружился не очень далеко от приютившей нас хижины. Вволю поплескавшись, мы вернулись к костру и хором наорали на Стирха за то, что он, увлекшись возней с Лепестком, совершенно забыл о том, что над огнем болтается котелок с нашим завтраком.
  - Да ладно, - оправдывался смущенный драконовожатый, - ну подумаешь - пригорело чуток!.. Ну так съедобно же! - заявил он, по моему настоятельному требованию первым сняв пробу с подпорченного завтрака.
  - Да? - недоверчиво склонила голову Дана.
  - Умгу, - промычал Стирх с набитым ртом.
  - Девочки, - закричала менестрель, пытаясь оттянуть парня от котелка, - пока этот... этот обжора будет пробовать кашу, мы рискуем остаться без завтрака! К оружию!
  Мара и я с воинственными возгласами помчались за ложками.
  - Э-э! мне тоже захватите! - закричала Дана нам вдогонку.
  Мы отвалились от котелка, только выцарапав всё, что можно было выцарапать, не боясь погнуть или сломать ложки.
  - Во! А вы ругались! - сказал Стирх, довольно похлопывая себя по животу. - На сытый желудок я добрый! Поэтому прощаю вас!
  - Нет, вы поняли? - возмутилась Мара. - Это он нас прощает! Так вот что я тебе, Стиршечка, скажу: хочешь, чтобы мы тебя простили, топай мыть котел!
  - Чего-чего?..- изумленно уставился на нее парень.
  - Того-того!.. - Мара была непреклонна.
  - Да как же я его вымою? На нем же вон сколько всего... пристало, пригорело...
  - А ты не торопись... песочком, камушками... И дракона с собой прихвати!
  Вскоре сопротивление Стирха было сломлено. Сунув в пасть Лепестку котелок, драконовожатый вместе со своим питомцем гордо удалился, что-то насвистывая с независимым видом.
  Хозяйственная Мара ушла в хижину, чтобы навести в ней порядок после нашей ночевки. Я решила разобрать свою походную аптечку и, чтобы не мешать Маре, выволокла на улицу свой рюкзачок. Ардана пристроилась с лютней у стены хижины. Время текло незаметно... Но кажется, Стирху уже пора бы и вернуться.
  Ардана оборвала мелодию, с тревогой глянула в сторону реки...
  - Слышишь? - кивнула мне.
  Мне понадобилось еще немного времени, чтобы услышать то, что уже уловило чуткое ухо Даны.
  - Возвращаются? - вышла к нам Мара. Прислушалась... - Девочки... но это же не они?!
  - Не они... если только Стирх у реки на научил дракона говорить, - сказала я.
  - Угу... и не подковал ему лапы... - добавила менестрель.
  - Дана, может, пусть Мара бежит за Стирхом? - мне стало тревожно.
  - Поздно. Они уже рядом. Девочки, что-то мне все это не нравится...
  Мы стояли и молча смотрели, как из леса на опушку выезжают два всадника. Ох, как мне домой сразу захотелось...
  Незваные гости заметили нас почти сразу. И, ломая и без того невысокий кустарник, направили лошадей прямиком к нашему пристанищу...
  Как я уже говорила, их было двое. Сильные, крепкие парни в седлах сидели как влитые. О, эти ходить пешочком явно не привыкли! Зачем, в самом деле, если в их распоряжении всегда есть кони. Да еще какие!
  - Вау-вау-вау! - заверещал один из всадников, подъезжая. - Гас, ты глянь, какие куропаточки залетели в наши места! Чур, маленькая - мне!
  - Тпру, Рэн, притормози! - осадил его другой. - Маленькую, может, я тебе и не отдам, а вот на ту толстушку вполне можешь иметь виды.
  Нет, каков нахал! И вовсе я не толстушка! Ну, в теле девушка, этого я не отрицаю... Но не всем же нравится, когда их подружку ветром качает?!
  От возмущения я стукнула кулаком по коленке и только теперь заметила, что сжимаю в руке пузырек с лекарством. Не успела его в рюкзак убрать, когда гости привалили. А теперь не до этого.
  Ардана, сложив руки на груди, неторопливо прошла вперед. Я заметила, что за голенище высокого сапога она успела спрятать один из метательных ножей.
  - Господа, - словно бы нехотя произнесла Ардана, - скакали бы вы отсюда подобру-поздорову! А то еще случится что...
  - Вау-вау-вау! - снова завел свое тот, кого его друг назвал Рэном. - Кого я вижу! Не узнал сразу, не узнал! Богатой будешь, Даночка!
  - Ну, кому Даночка, а кому и госпожа Ардана! И желательно на "вы", - и менестрель флегматично зевнула.
  - Ого! - Рэну явно не понравилась отповедь девушки. - Нет, Гас, ты понял? Не думай, Даночка, что если тебя впускают в дом моего отца, то тебе дозволено так себя вести!
  - И ты, Рэн, не думай, что если твой отец - племянник наместника, то перед тобой все должны на пузо падать!
  - Что, Ардана, давно не получала? - недобро прищурился парень. - Так это и исправить недолго!.. - и Рэн решительно спешился. Гас сделал это несколько раньше.
  Ардана отступила на несколько шагов - поближе к хижине. Я подошла к менестрелю.
  - Ну, что будем делать? - спросила озабоченно.
  - Отбиваться, - ответила девушка. - А что нам еще остается?..
  С этими словами девушка взяла шест, зачем-то прислоненный к стене хижины.
  - Тонковат, но сойдет... за неимением лучшего... - сказала Дана, наметанным взглядом окинув свое необычное оружие.
  Мы заняли оборону. Мрак, какой оборот неудачный! Книжный такой... Но почему-то в голову пришли именно эти слова!
  Особого оптимизма я не испытывала. Из нас трех даться умела только Ардана. Хотя не думаю, что она справится с двумя вооруженными - а ведь у них были и шпаги, и короткие кинжалы! - противниками. Я - так, тяжелая артиллерия: дури много, а толку мало. Но я готова была на всё, лишь бы не подпустить этих пришлецов к Маре. Даже если мне придется расколотить об их упрямые лбы весь свой аптечный арсенал. О, а вот это идея!
  Гости тем временем приближались - неторопливо, твердо зная, что никуда мы от них не денемся. Ну, потрепыхаемся немного - тем слаще будет победа. Гас был невозмутим, его тонкие губы кривились в чуть презрительной усмешке. Рэн владел собой намного хуже. От возбуждения он даже задышал чаще и громче.
  - Потише дыши, - посоветовала ему я, - а то еще простудишься.
  - Умная, да? - осклабился Рэн.
  - Не глупее тебя. И в ядах толк знаю...
  Я демонстративно откупорила пузырек, который все еще сжимала в кулаке, и осторожно понюхала - с явным отвращением.
  Парни переглянулись.
  - По-моему, она блефует, - сказал Гас. Ага, мне он тоже показался более рассудительным.
  - А вы попробуйте - подойдите ближе! - я протянула гостям пузырек. - Плесну - мало не покажется! Ну, кто смелый?..
  - Э-э, потише! Убери свою стекляшку! - ну, не знаю, как Гас, а на Рэна мне явно удалось произвести впечатление. Теперь можно чуток расслабиться - пока они меня не тронут. А что там мои девочки?
  Ардана - натянутая, словно струна на ее лютне - сжимала в руках шест, время от времени принимаясь его вращать, быстро-быстро перебирая при этом руками. Менестрель четко давала понять: первой она не нападет, но и отступать тоже не намерена. Так, за нее я спокойна. А Мара...
  Маленькая волшебница стояла между мною и Даной. Лицо ее было абсолютно спокойным. Она на миг прикрыла глаза, словно вслушиваясь в звучащую в глубине сознания мелодию... Потом свела ладони почти вплотную - тук,будто собиралась хлопнуть в ладоши, но в последний момент остановилась, напрягла пальцы... На лбу девушки выступили мелкие капельки пота... И вот Мара чуть развела ладони, и между ними запульсировал темно-зеленый огненный шар размером с яблоко. Шар искрил, потрескивал и очень медленно бледнел...
  - Ох ты, Мрак! - выругался Рэн, делая пару шагов назад. Надо же, оказывается, на Марино творение заворожено уставилась не я одна! - Магичка!.. Нарвались!
  - Спокойно, Рэн, не суетись... - попытался успокоить друга Гас.
  - Кой Мрак - "не суетись"! Сматываться надо! - Рэн нервничал все сильнее. - Я на такие штучки насмотрелся! Еще рванет... До самых гор лететь будем!..
  - Вот и говорю - не дребезжи! - прикрикнул Гас.
  - А вот шуметь не надо... - монотонно произнесла-пропела волшебница. - И резких движений делать тоже не советую...
  Шар между ладонями Мары стал наливаться оранжевым.
  Неизвестно, что произошло бы дальше. Неожиданно послышалось низкое утробное ворчание, земля заметно задрожала - так, словно неподалеку бежал десяток сердитых великанов. На полянку на полном скаку вылетел дракон. Запыхавшийся Стирх вынырнул следом. Заметив нас, Лепесток подпрыгнул на месте и резко сменил траекторию движения. Он бы еще достаточно далеко, но его намерения сомнений ни у кого не вызвали. Дракон мчался прямо на чужаков. Более трусливый Рэн, не долго думая, вскочил в седло; лошадь сорвалась с места, не дожидаясь никаких понуканий. Гас успел только схватить за повод испуганного коня. Благородное животное взвилось на дыбы, переступило задними ногами, припечатав копытом сапог хозяина. Ох, как он взвыл! Но первую помощь пострадавшему оказывать я не торопилась. Правда, Гас ее и не ожидал. Сумев совладать с лошадью, он прыгнул в седло и дал шпоры. Конь сорвался с места так стремительно, словно бы им выстрелили из катапульты.
  Я облегченно перевела дух. Ардана редким ударом о колено переломила шест. Мара опять напрягла ладони, и огненный шар, сжавшись в маленький комочек, с легким треском исчез, оставив после себя ощутимый запах озона.
  Когда пыль за нашими гостями осела, мы немного успокоились. К нам подоспел Стирх.
  - Барышни, у вас всё в порядке? - тревожно спросил он. - Лепесток забеспокоился, помчался к вам... Ошалел совсем, меня не слушался... Ну, я - за ним, даже котел бросил. Да разве ж этого троглодита догонишь?!
  - Слава Светлым Богам, обошлось, - за всех ответила Дана. - Кстати, Мара, как ты решалась на колдовство, извини за выражение! Ты не боялась, что с шариком своим не справишься?
  Стирх с восторгом уставился на волшебницу, а та пожала плечами:
  - Да нет, не боялась. Пока шар не стал белым, я могу его контролировать.
  - А если б он побелел - бросила бы?
  - Если бы побелел - ничего другого бы не оставалось, - вздохнула девушка.
  - И что бы тогда было? - поинтересовалась я.
  - Не знаю! - удивила нас Мара. - Может, им всего лишь брови опалило бы... А может, так бы бабахнуло, что... - маленькая волшебница растеряно улыбнулась - ей было неловко за свою беспомощность. Мара вся ссутулилась, побрела в хижину. Видно, нелегко далась ей магическая защита. Стирх, виновато глянув на нас с Даной, поплелся следом за нею. И правильно - пусть хотя бы попытается успокоить Мару. Наверное, это больше нужно ему, чем ей.
  Я снова присела рядом с рюкзаком, упаковала заботливо закрытый пузырек. Ардана подошла ко мне:
  - Рута, слушай, какой гадостью ты их припугнула?
  - Почему гадостью? - я затянула шнурки на стареньком рюкзачке. - Хорошее лекарство... От запора!
  
  В общем, остались мы в приютившей нас хижине еще на ночь. В Маре словно что-то сломалось после дневного противостояния. Я недобрым словом поминала заезжих молодчиков. Вот ведь, два идиота ляпнут чего, не подумав, а потом хорошая девчонка места себе найти не может! Если б не эти... как их там? Рэн с Гасом, что ли? Если б не они, Маре не пришлось бы так остро переживать свою вынужденную магическую беспомощность. Девочка сидела в хижине на узкой лежанке у двери (пройти чуть дальше у нее просто сил не хватило). Мы закутали ее во всё, что только нашлось. И все равно Мару колотила крупная дрожь. Стирх сидел с нею рядом, обнимая ее за плечи. Я отпаивала Мару травяными отварами. Ардана сидела во дворе у вновь разведенного костра и мучила свою лютню. Чуткий инструмент издавал плачущие звуки, которые никак не способствовали подъему настроения. Мара молчала, и это было хуже всего. Лучше бы уж рыдала, билась в истерике! В ее молчании было столько отчаянья... В нем явно читалось: "Я бездарь... я не могу ни-че-го... я ни на что не способна..." Наконец, она задремала, прислонившись к плечу Стирха. Я вышла к костру, и в не успевшую закрыться за мною дверь хижины немедленно втиснулась голова дракона на длинной шее.
  Обойдя костер, я села напротив Даны. Менестрель отложила лютню, протянула ладони над пламенем.
  - Что будем делать? - нарушила я молчание.
  - Я думала над этим, - казала Дана.
  - Я тоже... - я вздохнула. - Эх, жалко, денежки наши к водяным булькнули... Знала бы ты, чего нам стоило в пути их заработать...
  - А, - отмахнулась Дана, - деньги - как вода: уплывают, приплывают... Заработали раз - заработаем еще! Мы с вами сейчас одна команда, поэтому - не вибрируй преждевременно! Завтра придется в сторону от реки задать, там деревня есть большая. Меня в ней всегда хорошо встречают, да и вам работенка найдется. Вот, хоть к знахарке на пару дней помощницей наймешься. Тетушка Баклава тебя с распростертыми объятиями примет. И Стирху с драконом занятие отыщется, у них вообще от клиентов отбоя не будет. Кто же откажется за пару монет на драконе прокатиться?
  - Не думаю, что это хорошая идея... - пробормотала я.
  К нам подошел Стирх, сел возле Арданы.
  - Она спит, - ответил на мой невысказанный вопрос. - Представляете, так крепко заснула, что даже не почувствовала, как я ее на другую лежанку перенес - на ту, что подальше от двери... Она так ни слова за всё время и не сказала. Рута, это у нее скоро пройдет?
  - Думаю, да, - я совсем не была в этом уверена, просто от меня ожидали именно этих слов.
  Стирх помялся, поежился и - как с моста в воду:
  - Научите меня драться, госпожа Ардана!
  - Че-го?! - изумилась менестрель.
  - Я совершенно не умею драться. Нет, рожу кому-то набить я еще смогу, но вот если что-то серьезное... - Стирх немного помолчал, глядя на пляску языков пламени. - Я... мне стыдно в этом признаваться... но если бы я сегодня был с вами, когда... ну, когда это всё случилось... я вряд ли смог бы вам помочь...
  Стирх поворошил веточкой угли. В вечернее небо взметнулись звездочки искорок.
  - А ну, встань, - резко сказала Дана. Парень послушно вскочил. - Подвигайся! - приказала менестрель.
  Стирх пару раз подпрыгнул, оббежал вокруг костра, помахал кулаками и даже ногами взбрыкнул. Дана критически смотрела на его экзерсисы.
  - Ну что ж... - огласила она свой вердикт. - Крутым бойцом ты уже не станешь... прости, парень, для этого начинать надо было лет десять назад... Да, крутым бойцом я тебя сделать не смогу, но несколько приемчиков усвоишь. Они тебя если не выручат, то помогут продержаться несколько минут. Иногда от этих минут жизнь зависит.
  - Когда мы начнем? - с готовностью выпалил Стирх. - Сейчас?
  - Не-ет, - протянула Адана. - на такой подвиг я не способна. Вот что, смотайся-ка ты, друг Стирх, за котлом - ну, чужая вещь ведь... Да и будем спать укладываться, завтра ненамного легче будет.
  Стирх разочаровано опустился на землю у костра.
  - Какие планы на завтра, маэстро?
  - Простые, - зевнула, прикрываясь ладошкой, менестрель. - Мы в Замостье идем, там дня на два-три задержимся... Ну, заодно и подучу тебя немного.
  Стирх сразу засиял и уже без возражений помчался за оставленным где-то на берегу котлом.
  - Дан, прости, куда, ты сказала, мы идем? - переспросила я.
  - В Замостье, - повторила она. - А что?
  - Ничего... - у меня рот сам собой в улыбке разъехался. Мрак, как же глупо я, наверное, выгляжу! - Название у деревни хорошее!
  Я не стала вслух говорить, но от этого простого названия на меня повеяло таким теплом... Наверное, поэтому, когда мы с Данной вошли в хижину (чтобы туда пробраться, пришлось как следует пнуть уснувшего на пороге дракона. Лепесток недовольно фыркнул, но подвинулся), я заснула, едва уткнувшись носом в подушку. И мне всю ночь снилось что-то легкое и светлое.
  Проснулась я как от толчка. Села на узкой лежанке, помотала головой, стряхивая остатки сна... Что-то меня встревожило... но что? Мрак! Мары же нет в хижине! И драконья башка больше не торчит в дверном проеме.
  Осторожно, чтобы не разбудить Дану, вышла я в прохладу утра. Уф, вот она, Мара, никуда не делась! Стоит и пристально рассматривает лежащего на траве дракона. А тот, мерзавец, усиленно делает вид, что дрыхнет. Но веки-то подрагивают!
  Мара почувствовала мое присутствие, оглянулась... И вот тут я окончательно успокоилась, потому что на меня смотрела прежняя Мара.
  - Доброе утро, Рута! - приветливо улыбнулась девушка.
  - Привет! Как спалось?
  - Ты знаешь, замечательно!.. И... вот еще... Рута, мне, кажется, сон вещий был...
  Мы сели на узкую скамеечку у стены хижины.
  - Видишь ли, Рута... Ночью я проснулась от того, что рядом со мной зажгли свечи... ну, мне так показалось, понимаешь? Я открыла глаза и увидела, что вокруг меня - шар золотистого сияния, а прямо перед моей лежанкой сидит Лепесток. Я еще удивилась: как он сюда пролез, ничего не сломав и никого не разбудив? А он посмотрел мне в глаза и сказал... Да-да, именно сказал... голос звучал так глубоко, гулко... Мне показалось, что вы с Арданой сейчас проснетесь. Я даже обиделась, что вы ничего не слышите, - Мара улыбнулась чуть смущенно и продолжила: - Лепесток сказал, что когда мы перевалим через горы и встретим драконов, у меня будет одна-единственная возможность попросить. Где и у кого, я не знаю. Но если я не упущу момент, я должна буду просить кусок янтаря. Просто - кусок янтаря на серебряной цепочке. Дракон уверен, что если меня примет этот амулет, мои проблемы исчезнут... Потом свет стал ярче, у меня заболели глаза, я зажмурилась и... проснулась. Светало, и, понятно, ни дракона, ни его следов в комнате не было. Он лежал во дворе, и я пришла к нему, потому что хотела понять, чем был наш разговор - сном или явью? Бредом или предсказанием?..
  Я в задумчивости покусывала губы.
  - Мара, я совсем не разбираюсь в снах, но скажу тебе одно: я уверена, что наш дракоша почти такой же разумный, как мы с тобой. Во всяком случае, он совсем не так глуп, как хочет казаться.
  Мара посмотрела на Лепестка. Тот, словно почувствовав ее взгляд, демонстративно перевернулся на другой бок.
  
  - Молодец, Данка! Здорово! Давай еще!
  Мы сидели в таверне уже не первый час. Дана переиграла уже много всего - и баллад, и лирических песен, и просто веселых мелодий. Я даже не думала, что на лютне можно выигрывать такое!
  Ардана привела нас в Замостье ближе к вечеру. Менестрель сразу же взяла, что называется, быка за рога. Я не успела оглянуться, как деревенская знахарка согласилась принять меня помощницей на некоторое время. К моему огромному удивлению, домик тетушки Баклавы до ужаса напоминал лабораторию сестры Азалии в монастыре, где я выросла.
  Стирха и дракона Ардана представила артельному каменотесов. Высоченный дядька, покусывая трубку, критически осмотрел Лепестка, обошел его по кругу и... дал Стирху подряд - перетащить от каменоломен к его мастерской несколько телег, доверху заполненных камнем. Артельный и Ардана выкурили в знак достигнутой договоренности по трубке и разошлись, весьма довольные друг другом. Что по этому поводу думали Лепесток и наш парень, спросить я постеснялась.
  Кстати, как выяснилось, Замостье называлось так не из-за наличия моста - поселок был удален от реки, и никаких мостов здесь и в помине не было. В этих местах выходили на поверхность отроги еще далекого Хребта Монахов. За околицей Замостья добывали камень, которым мостили улицы даже в Стольном граде Стожаре. Понятно, что и в самом поселке улицы были аккуратно замощены, а каменотесы пользовались почетом и уважением.
  Видимо, об этих местах и говорила мне горничная гостиницы Ганка, когда утверждала, что на ее родине меня будут считать красивой девушкой. Во всяком случае, когда мы шли по мощеным тротуарам, то я неоднократно ловила на себе заинтересованный взгляд встречных мужчин.
  Обеспечив себя работой на несколько дней, мы заявились в таверну. Ее хозяин встретил Дану с распростертыми объятиями - в буквальном смысле. Стоило менестрелю переступить порог и сказать одно слово: "Можно?" - как хозяин расцвел так, будто ему золотой слиток подарили:
  - Кого я вижу! Арданочка! - разве что не пел он. - Надолго в наши края?
  - Дня на три. А может, и больше. Ты как, Эрви, на постой пустишь?
  - Арданочка, ты еще спрашиваешь?
  - Только я не одна, - кивнула в нашу сторону Дана. - А во дворе еще один гость стоит.
  - Кто? - заинтересовался Эрви. - Погоди, дай попробую угадать... Крылатый конь? Или пещерный тигр? От тебя, проказница, можно ожидать чего угодно!
  - Не угадал! - рассмеялась девушка. - Всего лишь дракон!
  - Да ну?
  - Ну да! Его там твои конюхи у каретного сарая определили. Ну, так как, моих друзей примешь? Это вот Рута, она тетушке Баклаве помогать будет; Мара - она тебе погадать может; а вот этот парнище - это Стирх, воспитатель дракона... Только учти: все мои привилегии на моих друзей тоже распространяются!
  - Ардана, ты меня разорить хочешь?
  - Нет так нет. Тогда мы к Зану, на другой конец Замостья уйдем.
  - Стоп-стоп... ты что, шуток не понимаешь?
  Весть о том, что в таверну Эрви пришла сама знаменитая Ардана, мигом разнеслась по поселку. Послушать менестреля пришли многие. Уж не знаю, почему, но среди слушателей Даны преобладало мужское население Замостья. Хозяин таверны довольно потирал руки. Он даже позволил себе широкий жест - накормил нашу компанию шикарным ужином "за счет заведения". Щедрость хозяина окупалась количеством посетителей, желающих послушать Дану - естественно, не на пустой желудок.
  Ардана выпила квасу, вытерла губы широким рукавом.
  - Ардана, спой "Веселую кумушку"! - крикнул кто-то.
  - "Кумушку", "Кумушку"! - подхватил просьбу десяток голосов.
  Менестрель снова взялась за лютню. Задорная мелодия зазвучала под крышей таверны. Я даже притоптывать в такт начала.
  - Вечер холодный
  Нонече вышел.
  Ночь коротать бы
  Надо под крышей.
  Не под своей -
  Дом мой далёко.
  Пойду, зайду-ка к милой куме -
  Она теперь одинока, -
  пела Ардана, забавно окая и подпустив в голос легкую хрипотцу.
  - Хой-дара-хой,
  Вечер морозный.
  Кума, пусти меня на постой,
  Не то до утра замерзну!
  Веселый припев с повтора подхватили благодарные слушатели.
  Далее в песенке после недолгих пререканий поддавшаяся на уговоры кума всё-таки впускает подгулявшего кума в свое жилище:
  - Хой-дара-хой,
  Двери открыты!
  Входи, входи же, кум дорогой,
  Ночь здесь поведи ты!
  Пение Даны зазвучало совсем по-другому, когда в действие вступила кума. Я снова и снова поражалась тому, как прекрасно Ардана владеет своим голосом, с каким мастерством исполняет даже эту незамысловатую песенку. А если вспомнить о том, что она сама всё это и написала...
  События в песенке разворачивались таким образом. Замерзший мужичок просит у кумушки немного самогона "для сугреву". Она отказывает под тем предлогом, что, напившись, тот начнет к ней приставать. В ответ кум уверяет, что будет вести себя хорошо, не станет считать, сколько юбок она снимет и не собирается подглядывать, как вышита ее нижняя сорочка. Наоборот, ляжет на лежанку, отвернется носом к стене и проспит до утра. На это кумушка - голосом Арданы - под дружный хохот зрителей возражала:
  - Хой-дара-хой,
  Нет дома мужа!
  Но если ты спать будешь всю ночь,
  На кой ты тогда здесь нужен?..
  Одобрительные возгласы, рукоплескания и смех были наградой певице. Но не только они. На разложенный у ног менестреля футляр лютни щедро посыпались монеты. Улыбаясь, Ардана налила себе вина, сделала пару глотков... Заметно было, что она устала, но готова петь столько, сколько понадобится. Однако долго отдыхать ей не дали.
  - Госпожа менестрель, - набравшись смелости, обратилась к Дане томная девица - одна из немногих дам, присутствовавших в тот вечер в таверне, - а не могли бы вы сложить балладу специально для меня? - и на стол возле певицы легли три золотые монеты.
  Ардана удивленно подняла брови при виде столь щедрого гонорара.
  - И о чем же должна быть ваша балладе? О любви, полагаю? Взаимной или, не приведи Светлые Боги, безответной?
  - О любви, - подтвердила заказчица. - Только... О любви настоящего рыцаря - как в старых легендах - который ищет моей благосклонности.
  Ардана присвистнула:
  - Не слабо... Только вот, милая девица, смею заметить, что я и сама дама, и сама мечтаю о любви славного рыцаря... Сложить такую балладу я могу, от меня не убудет. Но если я буду ее петь... Странновато будет, вам так не кажется?
  - Не кажется! - передернула плечиками упрямица. - Вы голос потолще сделайте - и пойте. Вы ж умеете так, я сама слышала...
  - Ладно, - не стала спорить Ардана. - Как говорится, любой каприз за деньги заказчика.
  Менестрель подумала несколько минут, машинально перебирая струны - просто так, без всякой мелодии. Потом ее пальцы, заметно окрепнув, пробежали по грифу лютни, пробуя мотив. Ардана откашлялась и запела - низким бархатным голосом:
  
  - Как рыцарь из старой легенды,
  Я буду искать тебя вечно.
  С тобою, моей незабвенной,
  Мне горы любые по плечи.
  
  Как призрак, над миром витаю,
  Ищу тебя снова и снова.
  Но где же ты, где? Я не знаю.
  Ко встрече со мной будь готова.
  
  Сияет ли яркое солнце,
  Иль дождик идет... дождь и ветер.
  Ты выгляни в свое оконце -
  Запомни: я темен и светел...
  
  Девушка цвела от удовольствия. Баллада, созданная импровизационно, нравилась не только заказчице. Дана подмигнула довольной девице, не прерывая пения:
  
  ...Запомни: любить я умею,
  Как рыцарь из старой легенды...
  И я ни о чем не жалею.
  Мы все в этом мире тленны.
  
  Я буду искать тебя, знаешь,
  За гранями этой Вселенной.
  Скажи, ты меня понимаешь?
  Я - рыцарь из старой легенды *...
  
  - Ну, милая девушка, я выполнила вашу просьбу? - спросила Ардана, откладывая лютню.
  - Да, благодарю вас... А можно... чтобы вы текст мне записали?
  - Да конечно! Только завтра, договорились?
  - А вы не забудете балладу до завтра, госпожа Ардана?
  - Не беспокойся, девочка. Своих песен я не забываю...
  Дана еще долго пела, но, наконец, публика начала расходиться. Многие на прощание говорили менестрелю несколько добрых слов, похлопывали ее по плечу, а некоторые даже прибавляли к уже внушительной горке денежного вознаграждения еще монетку-другую.
  Когда таверна опустела и мы остались вчетвером, Ардана заботливо зачехлила лютню и только потом собрала свой гонорар. Я подсела к ней. Менестрель погремела монетами в кармане:
  - Неплохо для одного дня, правда?
  - Дан, а зачем тебе это надо? - вопросом на вопрос ответила я. Ардана никак не ожидала такой реакции.
  - Прости, не поняла... Что ты имеешь в виду?
  - Ну, вот это - паясничанье на потеху толпе. У тебя прекрасный голос, дар к стихосложению... Тебя Боги так щедро наделили талантами, а ты...
  - ...а я растрачиваю это всё по пустякам? - подхватила мою мысль Дана. - Ты это хотела сказать?
   - Это! - подтвердила я. - Зачем тебе надо - развлекать народ по трактирам легкомысленными песенками?
   Мрак, кто ж это меня опять за язык тянет! Ну, кто??? Меня же Дана сейчас так приложит! Нет, не лютней, лютню она пожалеет. А вот табуреточка у нее под рукой, да... Или просто - обидится.
   Дана покраснела - немного.
   - Рута, - резко сказала певица, - а ты кушать каждый день хочешь? Молчи, не отвечай. Ты ведь сама такая же! Могла бы давно где-то в тепленьком местечке пристроиться, вот хоть в том же Белоречье остаться! Так нет же! Знания свои, и, наверное, немалые, тоже на монетки мелкие размениваешь!..
   Я успевала только рот открывать, но Дана не давала мне и словечко вставить. Хорошо хоть, что ее запал быстро начал иссякать. Похоже, что долго сердиться девушка не умела. Вот, уже и интонация спокойней стала, и в глазах смешинки мелькают...
   - Рута, ты же умная, ты же знаешь, кому предлагать средство от несварения желудка, а кому - свинцовую примочку. Вот и я тоже смотрю - где, кому и что петь! Когда я в Таленту приду, там и буду исполнять все, что захочу. А сейчас надо песни под слушателей подлаживать. Нет, я, конечно, могла бы спеть песню о толстом монахе, но вся беда в том, что здесь монахи в почете... - Дана вздохнула и продолжила уже с грустью: - Думаешь, мне самой не хотелось бы петь что-то возвышенное и красивое... Искусство ради искусства, так сказать... А!.. - махнула рукой менестрель. - Рута, давай пива выпьем?
  - Не хочу...
  - Ах да, ты же вся такая правильная!.. - ее утихшее было раздражение готово было вспыхнуть с новой силой.
  - Да нет, я не люблю пива. Может, просто не умею его пить, а может, хорошего пива не предлагали. Как здесь, - я кивнула в сторону буфетной стойки, - стоит с него начинать?
  - Нет, не советую, - отрицательно покачала головой Дана. - Гадость гадостью. Нечего травить им неподготовленный организм. Эх, вот если бы ты со мной в Таленту пошла...
  - Дан, ты на меня не обижайся! - я взяла менестреля за руку. - Знаешь, мне еще никогда не встречался такой человек, как ты. Точнее... Наверное, встречался, только я не успела его как следует узнать... Наверное, поэтому мне хочется, чтобы ты была выше всего... такого. Но от этого никуда не денешься...
  - Хорошая ты девчонка, Рута, - Ардана пригладила мои растрепавшиеся волосы. - Хорошая... - Затем встала, вытащила из кармана трубку и кисет. - Курить хочу. Пойду, подымлю, подумаю... А ты не смущайся. Ты всё правильно говорила...
  Менестрель кивнула мне и вышла из таверны.
  А Мара и Стирх похоже, даже не заметили нашей с Даной перебранки. Эти двое как сели за стол рядышком, так и забыли обо всем на свете... Я смотрела на Мару. Ее обычно бледное личико разрумянилось, глаза блестели... Она, наверное, рассказала парню о своем сне, который считала вещим. Теперь они шепотом горячо обсуждали, как здорово сложится их жизнь, когда маленькая волшебница сможет, наконец, в полной мере овладеть своей магией. И снова мне обидно стало. Нет, ну что он в ней нашел?! Как говорится, ни лица, ни фигуры! Так нет, как встретился с этой мышью, так всей нашей дружбы как не бывало! Ладно, ладно, вот брошу вас и уеду - вот хоть в Синий замок! А что? Граф Анри - мужчина яркий и человек хороший. Может, он всё-таки не жалеет, что кольцо мне подарил? Перстенек на пальце легонько запульсировал, налился теплом. И это словно отрезвило меня. Я даже улыбнулась: такими детскими показались теперь мои разобиженные мысли!
  Дана вернулась - в отличном расположении духа. Подошла к воркующей парочке, положила руку Стирху на плечо.
  - Дружище, шел бы ты спать, честное слово! А то я тебя завтра ра-аненько подниму, чтоб до каменоломен тебя немного погонять!..
  - Госпожа Ардана! - Стирх даже засиял весь. - А чему вы завтра учить мен будете?
  - А вот завтра и узнаешь!
  Менестрель подхватила свою лютню и ушла в отведенную нам комнату. Стирх остался сидеть рядом с Марой, но мыслями теперь витал где-то далеко. Девушка недовольно нахмурилась. Уверена - про себя она костерила Ардану на чем свет стоит. Но на пальчике Мары не было перстенька, чтобы привести ее в чувство.
  
  Наступившее за ночью - кстати, очень спокойной, во всяком случае, я прекрасно выспалась - утро принесло с собой новые ощущения. Во-первых, я опять имела сомнительное удовольствие лицезреть недовольную Мару, которую терзала ревность. Во-вторых, Дана радовалась жизни, швыряя на землю Стирха во внутреннем дворике таверны - именно туда выходило окно нашей комнаты, поэтому первая тренировка драконовожатого предстала перед нами во всей своей красе. Парень раз за разом со щенячьим азартом кидался на Ардану, чтобы через миг снова уткнуться носом в траву - если повезло. Или в лужицу с застоявшейся водой - если везение ему изменило. Потом менестрель рассказывала и показывала тот или иной прием в замедленном темпе и требовала от Стирха повторить всё в точности, и предлагала парню попробовать бросить на землю ее... В общем, удалось это Стирху не скоро - и то, подозреваю, только потому, что Ардане это все откровенно надоело.
  Гордо, как котенок, который впервые поймал мышь, Стирх зашагал к таверне. Ухмыляющаяся менестрель неторопливо шла следом.
  За завтраком у Стирха только и разговоров было о том, какая Ардана ловкая да как понятно все объясняет, да о том, с каким удовольствием он учится и каким ловким он обязательно станет. Мара изо всех сил тянула улыбку, но это ей нелегко давалось. Ардану же эта ситуация откровенно забавляла.
  Потом, когда Стирх вместе с драконом отбыл к каменоломням, Дана проводила меня к тетушке Баклаве, в ее знахарскую лавку.
  И снова мне пришлось удивляться. При первом, беглом знакомстве со знахаркой Замостья я отметила, что в ее жилище не было ни сушеных жабьих лапок, ни толченых зубов летучей мыши. Зато травы здесь были представлены во всем многообразии. Запах, пропитавший этот тесный, но уютный домик, так живо напомнил мне царство сестры Азалии в монастырской аптеке. Сегодня я рассказала об этом тетушке Баклаве. И представляете, выяснилось, что моя новая знакомая прекрасно знает сестру Азалию! Они вместе учились в том же королевском аптекарском колледже, который оканчивала потом и я, и даже были подругами. Потом моя наставница ушла в монастырь, а ее сокурсница уехала в родное Замостье.
  Не подумайте только, что в лавке тетушки Баклавы мы одной болтовней занимались. Просто за душевным разговором дело спорится. Я даже петь попробовала, но сельская знахарка при первых же звуках моего голоса чуть кувшин не уронила и попросила меня замолчать. А вот дракону мой вокал вроде нравится. Хотя он и не подпевал мне так, как Ардане.
  Так получилось, что в Замостье мы задержались дольше, чем планировали. Честно говоря, мне и не хотелось торопиться. До Хребта Монахов оставалось несколько дней пешего пути, а что будет дальше? Ну, положим, найдем мы, как через горы перейти, а там кто нас ждет? Может, нас драконы на свою землю и не пустят?
  Эти сомнения разделяли и мои друзья. Стирх знал, что рано или поздно, но ему придется расстаться с Лепестком, и решил для себя: пусть уж это будет как можно позже. Мара переживала тоже. Она всё вспоминала свой странный сон и волновалась, действительно ли в драконьих землях найдется нужный ей амулет. И если найдется, сумеет ли она его получить?
  Вопросов было много, а ответов на них пока даже не предвиделось. Мы жили сегодняшним днем.
  Каждое утро для нас здесь начиналось одинаково. На рассвете Дана будила Стирха - когда окриком, когда пинком, а однажды и кувшином холодной воды - и уводила его во двор, тренироваться. Потом вчетвером мы завтракали и разбегались по своим делам. Стирх с драконом в каменоломне ко двору пришлись; хмурый артельный на Лепестка нарадоваться не мог. Я торопилась к тетушке Баклаве. А Мара устраивалась во дворе, под раскидистым кленом, чтобы поворожить всем желающим. И должна сказать, что в желающих недостатка не было. Ардана же продолжала тренировки - в одиночку или с любым, кто хотел составить ей компанию. Заманчиво было для парней, живущих в поселке и через одного работающих в каменоломнях, опрокинуть в пыль заносчивую стриженую девчонку! Трактирщик только ехидно улыбался в рыжие усы, протирая стаканы, потому как после неизбежного проигрыша незадачливые борцы неизменно заказывали пива...
  Однако прошло несколько дней, и однажды вечером Ардана сказала:
  - Ребятки, всё это просто замечательно, но я не хочу пропустить турнир менестрелей! До него осталось не так-то много времени, а до Таленты еще топать и топать... Вы как, идете или остаетесь?
  Мы переглянулись, и Стирх ответил за всех:
  - Идем!
  Не скажу, что возвращение к кочевой жизни я восприняла с азартом. Нет, я очень домашнее существо. И до сих пор не могу понять: зачем я согласилась на это путешествие? Впрочем, если хорошенько вспомнить, как раз моего согласия-то никто и не спрашивал...
  Те дни, что мы отдыхали в Замостье, стояла чудесная погода. И, конечно же, стоило нам собрать пожитки и оставить за спиной гостеприимный поселок, как небо затянули тучи и пошел мелкий противный дождь.
  Унылые и мокрые, мы плелись по дороге. Разговор не клеился, мы могли только брюзжать... Угадайте, кто тон задавал? Да нет, не я. Стирх.
  - И чего нас понесло в такую погоду?! - недовольно ворчал он, хмуро поглядывая на Ардану. - А всё некоторые... вот не сиделось на месте... Ничего бы не случилось, если б мы завтра пошли...
  "Некоторые" в лице Арданы возражали:
  - А когда мы выходили, дождя еще не было!
  - Неужели не видно было, что он вот-вот начнется? - ехидно поинтересовалась Мара. Вот уж кто не упустит возможности лишний рад уколоть Ардану, которую она упрямо продолжала считать своей соперницей.
  - Я - не видела, - совершенно спокойно ответила менестрель. - Я ведь ворожить не умею!
  Шпилька, пущенная Даной, достигла цели. Мара прикусила губу и обиженно засопела - так, совсем по-детски. А я хорошо видела, что в глазах нашей певицы, не смотря на ненастье, прыгали веселые чертики. Ей эта перепалка приносила огромное удовольствие.
  Перед нами на дороге разлилась огромная лужа. Видимо, она была здесь такой же постоянной деталью пейзажа, что и речка, вдоль берега которой мы продолжали путь. По обеим сторонам пустынной сейчас дороги тянулись невесть зачем прорытые канавы. Видимо, призваны они были отводить воду с дороги. Но с этой задачей они не справлялись. Лужа разлилась небольшим озером, - вон, даже лягушки квакают! - и обойти ее было просто невозможно. Стирх еще мог попытаться перепрыгнуть достаточно широкую канаву. Дане в ее брюках и с ее бойцовской подготовкой это тоже могло бы удаться... А вот нам с Марой прыгнуть помешают узкие юбки, которые, к тому же, мокрыми тряпками облепили ноги и без того идти мешают, не то что прыгать. Эх... и почему я, пока была в Замостье, штаны себе справить не догадалась?! Рута, Рута, вечно до тебя дельные мысли с запозданием доходят!
  Наша компания остановилась у самой лужи. Мы стали прикидывать, как преодолеть этот лягушачий курорт.
  - Уф... - Мара поежилась. - Тут, наверное, и пиявки водятся...
  - Угу... - жизнерадостно подтвердила я. - И в такую погоду для них - самое раздолье.
  Я близоруко щурилась. Очки - как только поняла, что дождь зарядил надолго, - я в рюкзак свой спрятала. А то вытирать их - рукавов не напасешься...
  - Ну и как нам через эту лужу перебираться? - снова завела Мара. - Мне что-то ноги мочить не хочется, - и глянула на Стирха - мол, если на руках перенесешь - не обижусь.
  - Слушай, Мара, - попыталась я ее успокоить, - тебе еще не всё равно? Ноги-то давно мокрые!
  Мара сверкнула глазищами - честное слово, я даже испугалась! Показалось - сейчас молнией из зрачков как шарахнет! Девчонка набрала в легкие побольше воздуха, и...
  Что она хотела мне сказать, осталось для всех тайной. Темная туша промчалась мимо нас, только чудом не сбив с ног, и дракон, поднимая фонтан брызг, в два прыжка одолел лужу. И естественно, основная масса грязной воды досталась... а вот сейчас вы угадали! И в кого я такая везучая?..
  Мои спутники еле сдерживали смех. А я махнула рукой, подобала подол и побрела следом за драконом. Мне-то точно теперь всё равно. Ардана, хмыкнув, последовала моему примеру. Ну да, ее сапожищам никакие лужи не страшны! Завидуешь, Рута? Да. А что?
  А Мара - вот нахальная особа! - таки заставила Стирха на руки ее взять. Надо было видеть, с каким превосходством взирала она ан Ардану. А менестрель опять только презрительно фыркнула.
  И вот вам еще одно проявление закона подлости: стоило нам с горем пополам обсушиться у чадящего и чихающего костра, как ветер размел в разные стороны тучи и солнце, отдохнувшее за время непогоды, начало жарить с новой силой...
  Земля быстро подсыхала. Дракон, задрав хвост, весело прыгал впереди нас. На утрамбованной дороге его лапы почти не оставляли следов. Ардана расчехлила лютню и, перебирая пальцами струны, тихонько мурлыкала себе под нос. Стирх что-то рассказывал Маре, оживленно жестикулируя. А той, кажется, вопреки обыкновению, не слишком нравилось то, о чем говорил драконовожатый. Видимо, парень с восторгом описывал подруге свои тренировки с совершенно очаровавшей его Арданой.
  Настроение Мары не улучшилось и к вечеру. Мы с ней вместе готовили ужин. Дракон сопел недалеко от костра, нетерпеливо поглядывая на кипящий котелок. Мара была очень невнимательной. Еще бы: неподалеку Ардана снова дрессировала Стирха. Парень то и дело кулем валился в траву, тут же вскакивал на ноги, чтобы через пару минут опять грохнуться оземь. То, с каким удовольствием подвергался тренировке парень, замечала не только я. Хмурая Мара то и дело напускала на себя равнодушие. Но в ее равнодушии плескалась тревога. После того, как девочка чуть не посолила кулеш в третий раз, я решительно отстранила ее от готовки. Конечно, я повариха еще та... ну, не совсем никакая, конечно, но на свадьбы и похороны готовить меня никто никогда не позовет. Однако то, что мне удается приготовить, обычно бывает вполне съедобно. Если мне, конечно, не мешать. А уж испортить стряпню из-за плохого настроения помощницы... извините, но тут я и сама управлюсь. Вот как хотите, так и понимайте.
  Мара ничего не возразила на мое "иди-ка ты... отдохни", произнесенное с внутренним зубовным скрежетом. Она, по-моему, на мой настрой и внимания не обратила. Молча отошла в сторону, сели спиной к костру и спрятала лицо в коленки.
  Ну и зря. Потому что на Ардану со Стирхом стоило посмотреть. Во всяком случае, я с удовольствием ими любовалась. И вот еще о чем подумала. За все время, что Дана измывается над драконовожатым, я от парня ни словечка жалобы не услышала. А ведь поначалу как должны были, наверное, болеть его мышцы! Хотя... может, после всех прогулок с драконом, после почти ежедневных гонок за этим ящером Стирху его тренировки игрой кажутся...
  Костер потрескивал, кулеш побулькивал, дракон глотал слюнки. Вот обжора! Он лопает больше, чем мы, девушки, втроем вместе взятые! Конкуренцию ему пытается составить его воспитатель, но явно проигрывает подопечному. Потому как дракон почти все время, когда не спит, что-то жует. То жучка пролетавшего поймает, то зазевавшегося червячка схватит, а то и морду в карман воспитателю сунет, - там ведь всегда для дракона что-то вкусненькое припасено.
  Подцепив суковатой палкой котелок, аккуратно сняла его с огня. Дракон сунулся было, но обижено скульнул, получив кулаком по носу.
  К костру подошли Ардана и Стирх. Драконовожатый - уставший, довольный. Менестрель - с неизменной скептической ухмылочкой, не сходившей с ее губ во время всех тренировок. (Недавно, улучив момент, я спросила у Даны: что, мол, совсем плох парень? Ардана ответила: "Да нет... просто сглазить боюсь".) Проголодавшийся Стирх, схватив ложку и кусок лепешки, бросился к котелку - после тренировки у парня всегда просыпался зверский аппетит. Но Дана на правах старшей отвесила ему звонкую затрещину (ну точно как я дракону!).
  - Дан, ты чего? - озадаченно почесал голову Стирх.
  - Ты, приятель, не только о себе думай, - ответила менестрель. - Вон, подружку свою сперва ужинать позови, а потом и сам к котелку садись.
  Против такого возразить парню было нечего. Сунув ложку за пояс, а в рот - кусок лепешки, отвоеванный у строгой наставницы, Стирх подошел к Маре, которая все так же понуро сидела в сторонке. Парень окликнул маленькую волшебницу. Та не отозвалась. Стирх потрепал ее за плечо. И тогда Мара не выдержала. В ней словно лопнула пружина, которую девочка пыталась сдерживать все эти дни. Она вскочила на ноги и набросилась на Стирха с кулаками:
  - Вот тебе! Вот! Вот! И до девки твоей я тоже доберусь!
  Однако Дана первая до нее добралась. Схватила за руки, удерживая разъяренную волшебницу и не давая ей вцепиться в лицо ни Стирху, ни себе самой.
  - Мара, успокойся! - попыталась я взять ситуацию под контроль. - Давай, я тебе травок заварю?
  - Засунь себе эти травки знаешь куда?!
  Ого! А Мару нашу действительно прихватило. Такого от нее не ожидала даже видавшая виды Ардана.
  - Да что с тобой, девочка? - спросила менестрель у жаждущей ее крови Мары.
  - Нет, она меня еще спрашивает! У нее еще хватает наглости спрашивать! Да ты... Да тебя... - Мара закашлялась, давясь собственным гневом. Больше всего она сейчас напоминала щенка, яростно облаивающего невозмутимую тигрицу.
  - Мар, ты глупая, да? - воспользовалась паузой менестрель.
  - Зачем столько разных слов? Сразу бы сказала: "Мара, ты дура!"
  Девчонке удалось высвободиться из цепких пальцев менестреля. Точнее, это Дана дала ей высвободиться и сейчас стояла, уперев кулачки в тонкую талию - стройная, как росчерк пера на белой бумаге.
  - Девочка, ты зря ревнуешь!
  - Конечно! Вон как вы спелись! Он без тебя никуда! "Дана такая, Дана разэтакая!.." Ну и пусть! И уходите вдвоем! Ты будешь свои песенки верхом на драконе бренчать, а он - твою куртку следом носить!
  Стирх даже не пытался вмешиваться. Мы с ним понимали, что Маре надо высказать все, что накипело. Я махнула Стирху - мол, не маячь перед глазами, не будет тебя видеть - быстрее успокоится. Наверное. Парень нехотя отошел к дракону, который, пользуясь тем, что до него никому нет дела, самозабвенно уничтожал наш ужин.
  - Мара, Мара, - пыталась достучаться до нее Дана. - Твой Стирх - хороший мальчик, но не более! Его привлекает во мне то, чего у него самого нету... Нет-нет, не то, о чем ты подумала! Он не умеет драться и не сочиняет песни. Конечно, с песнями я ему не могу помочь, тут одного желания мало. Но что плохого в том, что я научу его еще паре-тройке приемов?
  Мара обиженно засопела. Ардана села на траву, усадила девушку рядом с собой...
  - Никому не говорила, а тебе скажу - чтобы успокоилась. Я на Стирха не посягаю и тебе не соперница. Я Борна люблю.
  - Борна? - изумилась Мара. - Того смешного толстячка-трактирщика?
  - Он хороший, - просто сказала Дана.
  - А он тебя любит?
  - Да.
  - Но почему же вы не поженитесь? - удивилась Мара. Ну, я же говорю - девчонка...
  Ардана подергала ее за косичку.
  - Видишь ли, я не создана для оседлой жизни. Пробовала уже. Не получается. Думаешь, почему Борн трактир именно на это дороге купил? Потому, что она в этих краях - одна из самых оживленных, или потому, что я по ней чаще всего брожу?..
  Не дожидаясь ответа, Ардана встала и отошла к костру. Мы с Марой переглянулись. И кто бы подумал...
  Медленно к нам подошел Стирх - смущенный, взъерошенный... И я тоже ушла к костру. Этим двоим сейчас есть что сказать друг другу. И свидетели им не нужны...
  
  День начался просто замечательно. Солнце было ярким, небо - синим, облака - белыми и пушистыми, дорога - ровной, трава - зеленой и сочной. Дракон мирно плелся нога за ногу за нашей командой, и нам не приходилось глотать пыль, поднимаемую его хвостом. Стирх, наоборот, шагал впереди с видом первопроходца. Ардана и Мара впервые за все время совместного путешествия шли рядом и о чем-то мирно беседовали. Все было так хорошо, что просто обязана была случиться какая-то гадость!
  Сначала я зацепилась юбкой за ветки придорожного куста шиповника. Нет, противный кустарник точно меня преследует! Который раз на моем пути выскакивает, как разбойник, из-под земли! Этот вредный куст вытянул ветки над дорогой как раз там, где, задумавшись, брела я. И зацепилась так здорово, что пришлось повозиться, прежде чем удалось вызволить многострадальный подол. Конечно, можно было одним махом покончить либо с ветками, либо с юбкой. Но, во-первых, если разобраться, куст ни в чем не виноват, а во-вторых, с иголкой у меня отношения складываются неважно. В общем, пока я выпутывалась, отстала от своих. Поразмышляла немного, что лучше - догонять или окликнуть, чтоб подождали. А, поразмыслив, поняла: меня просто не услышат. Плюнула, в очередной раз помянула Мрака, и...
  - Мра-а-а-а-а-кх-х-х-хххх!..
  Подайте мне этого подлого крота! Закопаю гада!
  Острая боль пронзила правую лодыжку... Я плюхнулась прямо на дорогу.
  Мама дорогая... если вывиха и нет, то связки я потянула здорово! Чего уж там - "здорово"! Паршиво, просто паршиво... Хотя - один плюс: мой вопль все же услышали.
  Окружили, озаботили...
  - Руточка, что с тобой? - обняла за плечи Мара
  - Ногу подвернула... - скривилась я.
  - Как же это тебя угораздило, а? Вот и я, помню, как-то пошел с драконом... - это Стирх со своим сочувствием подоспел.
  - Помолчи, парень! - оттолкнула его Ардана. Села на корточки рядом со мной, ощупала мою щиколотку... я поморщилась.
  - Так, вывиха нет...
  - Откуда знаешь? - сунула любопытный носик Мара.
  - Побродишь по дорогам с мое... Всё было: и переломы, и вывихи... и не только ног. Так что растяжение от перелома как-нибудь отличу.
  - Точно?
  - Зуб даю!
  Против такого аргумента даже Маре нечего было возразить.
  - Ладно... - я высвободила ногу. - Что с растяжением делать, я и сама знаю. Без магии обойдемся! Рюкзак мне подайте... там где-то, под шиповником... Ой... Лепесток... спасибо...
  Я взяла из пасти дракона свой потрепанный рюкзачок, порылась в нем... А широких бинтов у меня нет. Мрак, придется парой сорочек пожертвовать... в смысле, подолы им укоротить. А ну-ка...
  Крепкая ткань с треском разорвалась. С помощью Даны соорудила хорошую повязку. С ее же помощью встала на ноги. Мра-ак!
  - Идти сможешь? - спросила менестрель.
  - Не уверена. Разве что ковылять...
  Мара фыркнула. Конечно, смешно. Когда болит не у тебя...
  Нет, шутки шутками, а идти я не смогу. Даже не очень быстро. И знаете, кто мне пришел на помощь? Ни за что не догадаетесь!
  Лепесток боднул меня головой в бок и... лег на землю, недвусмысленно подставляя мне спину. А ведь это идея!
  Теперь мы могли идти, сохраняя прежний темп движения. Точнее, шли все, кроме меня. А я - ехала, уцепившись руками за шею дракона. Звероящер преисполнился важности от своей новой роли и не шел, а буквально тек по дороге.
  Дана шла рядом со мною. В смысле, пыталась - и небезуспешно - держаться наравне с Лепестком.
  - Рута, - сказала она через некоторое время, когда я уже немного отошла от своего приключения и смогла адекватно оценивать ситуацию. - Мне кажется, теперь отдых нужен тебе.
  - Ага... - кивнула я. - В последнее время мы и так не идем, а отдыхаем! С такой скоростью мы доберемся до Хребта как раз к моему пятидесятилетию!
  - Уже шутишь? Это хорошо. Однако подумай сама: с больной ногой лазить по горам...
  - Не хочется... - вздохнула я.
  - А придется, милая, придется... - в тон мне вздохнула Дана. И мы дружно расхохотались.
  - Нет, кроме шуток... Дан, ты права: в горы с моей ножкой лезть - не фонтан... О! Я придумала! Станем лагерем у подножия гор, и!.. - я взмахнула рукой и чуть не сверзилась с драконьей спины.
  - Все просто, Рута. Сейчас дорога в гору поднимается, потом с холма вниз пойдет. Там поворот направо будет. Свернете туда. Мили через две до городишка одного дойдете. Так, ничего особенного. Даже названия толкового и то не имеет - Городище и все тут. Но тебе сейчас перебирать не приходится. Найдете там таверну "Зеленое яблоко". Передашь хозяину привет от меня и Борна. Он вас по первому разряду устроит.
  - Подожди-подожди! Дан! Я не поняла!.. "Пойдете", "найдете", "устроит"... А ты? Ты что, с нами дальше не идешь?
  - Нет, - виновато улыбнулась Ардана. - Я же говорила - в Таленту иду. Это - по ту сторону реки. Там, за холмом - паромная переправа. Мы очень скоро расстанемся, Рута. Надеюсь, что не навсегда.
  Эта новость совершенно оглушила меня. Я, конечно, знала, что Дана оставит нас, когда придет время. У нее - своя дорога, отличная от нашей. И все-таки весть о том, что мы расстанемся с Арданой уже сегодня, да еще буквально в течение часа, была для меня полной неожиданностью.
  Дорога стекала вниз с холма, мы спускались по ней, река блестела в солнечных лучах. А вот и обещанный менестрелем паром. Настала пора прощаться с Даной. Не могу сказать, что это обстоятельство вызвало огорчение у Мары. По-моему, она, узнав об этом, лишь облегченно вздохнула. Стирх же если о чем и сожалел, так это о том, что тренировкам его пришел конец.
  Я кое-как сползла с драконьей спины на твердую землю.
  - Ну, что вы решили? - спросила Ардана, кивнув на мою ногу. - Пойдете в Городище?
  - Пойдем, - кивнула Мара.
  - Хорошо. Ну, ребятки... - Дана обняла нас с Марой за плечи. - Вон, вам - к тому повороту, а мне - на другой берег Белой и дальше, в Таленту. Иначе опоздаю на состязание менестрелей. Да, Мара, вот еще что...
  Ардана отпустила нас, порылась в карманах куртки и вынула лист пергамента, свернутый трубкой.
  - Я тут балладу написала. О тебе. Хочу, чтобы ты ее почитала. Без твоего позволения петь я ее не буду. Возьми.
  Мара развернула свиток, беззвучно зашевелила губами... Потом посмотрела менестрелю в глаза, чуть побледнев, сказала:
  - Ну почему же, пой...
  - Спасибо.
  - Как это называется? - хрипловато спросила Мара.
  - "Баллада о сломанных крыльях", - в голосе Даны зазвенели осколки боли. - Перед тем, как ее исполнить, я всегда буду говорить, что эта баллада посвящается маленькой волшебнице, на долю которой выпала слишком тяжелая ноша.
  Ардана аккуратно пристроила на плече ремень от чехла с лютней, взошла на поджидавший ее паром, махнула рукой:
  - Прощайте!
  - Ой, а баллада! - спохватилась Мара, все еще сжимавшая побелевшими пальцами свиток.
  - Это тебе. На память, - улыбнулась менестрель. - Я же говорила: все свои баллады я знаю наизусть!
  Паром отчалил. Мы долго махали Ардане - и руками, и крыльями.
  - Мне будет ее не хватать, - сказал Стирх и с опаской покосился на Мару.
  - Если честно, то и мне тоже, - ответила маленькая волшебница.
  - Мара, а что за балладу она тебе посвятила? - нахально спросила я. - Почитать-то можно?
  - Читай, - девушка протянула мне пергамент.
  Я развернула свиток, близоруко прищурилась, не смотря на очки...
  - И будет утро, и будет вечер,
  Холод бушующего огня,
  И только звезд далекое вече
  В странную даль поманит меня.
  
  И, подчиняясь этому зову,
  Сделаю первый неверный шаг.
  Болью взорвется первое слово,
  Рухнет под ноги неверья мрак.
  
  Крик распирает горло. И верю:
  Крылья раскинув, сейчас взлечу.
  Но расшибусь о закрытые двери.
  И промолчу...
  
  - Да, мощно, - помолчав, сказала я и предала пергамент с текстом баллады Стирху, нетерпеливо заглядывавшему мне через плечо. - Надеюсь, эта баллада принесет Ардане победу.
  Мы продолжали свой путь вчетвером - Стирх, Мара, дракон и я...
  
  В Городище мы въехали через восточные ворота. Ну, если быть совсем точной... а я склонна к точности, вы уж, наверное, успели это заметить... так вот, если быть совсем точной, то въехала я - верхом на Лепестке. Мара и Стирх, взявшись за ручки, степенно вошли в городские ворота - своим ходом. Стражник, скучавший на своем посту, проснулся, когда услышал поступь дракона - на мостовой когти цокали, словно подковы. Такого выражения мне еще не доводилось видеть ни на чьей усатой физиономии. Я даже затрудняюсь сказать, чего там было больше - удивления, восторга или нетерпения. Поравнявшись со стражником, я даже ручкой ему сделала. Этот, казалось бы, вполне естественный приветственный жест вызвал новый взрыв эмоций.
  - Не знаю, какой из него стражник, а вот бегун он первоклассный, - глубокомысленно заметил драконовожатый, когда серебристая кираса стража городских ворот блеснула в солнечных лучах в конце следующего квартала.
  - Чего это он, не поняла? - пожала я плечами.
  - Кажется, это из-за тебя, Рута, - ответила Мара. - Вернее, из-за тебя с Лепестком.
  И наблюдательная девушка указала тоненьким пальчиком на надвратную башню. Там разноцветными камушками был выложен, очевидно, городской герб: золотой дракон в лазоревом поле. Для полного сходства на спине дракона восседала девица. Мама дорогая! Можно подумать, я всю жизнь мечтала стать живой картиной городищенской истории!
  В общем, наши намерения тихо-мирно въехать в городок, отыскать гостиницу "Зеленое яблоко" и так же незаметно провести в ней пару деньков разбились, как брошенная о стену аптечная склянка. Конечно, толпы горожан по пути нашего следования не возникали, но зевак вполне хватало. Даже слишком. Хлопали ставни, крики пугали голубей, тетушка, несшая воду от колодца, всплеснула руками, бросив предварительно полные ведра прямо не мостовую. Дракон брезгливо отпрянул, а я еле удержалась на своем чешуйчатом насесте. (Царапины буду считать потом, в гордом одиночестве. И не просите меня потом уточнять, где и сколько их будет! Эта тайна умрет вместе со мной.)
  "Дева с драконом! Дева с драконом вернулась!" - перелетал шепоток с улицы на улицу. Ну, конечно, не совсем шепоток... иначе бы я его не услышала. Щеки у меня горели, очки норовили съехать со вспотевшей переносицы, а я боялась даже на миг отпустить драконову шею, чтобы не сверзиться прямо под ноги Лепестку.
  Выхваченный Стирхом из какой-то подворотни мальчишка охотно согласился проводить нас к искомой гостинице и шагал теперь впереди нашей процессии, гордо заложив руки в карманы потрепанных штанишек. Ох, как не хватало мальчугану поводьев, которые могли бы живописно свешиваться с драконьей шеи! Нет, вы представьте только: пройти через полгорода, ведя за повод не какого-то там осла и даже не жеребца, а всамделишного дракона - словно с герба сошедшего! Однако обломчик вышел. С поводьями. Так что пришлось мальчишке просто дорогу показывать.
  Стирха и Мару эта суета развлекала. Я же, мягко говоря, неловко себя чувствовала в роли ожившего монумента. Потому как монумент все-таки был. Как раз на площади, на краю которой примостилась гостиница "Зеленое яблоко". Шикарный такой дракон с отполированной до блеска спиной. И дева на нем восседала такая... в общем, из нее можно было бы сделать двух таких красоток, как я. Ну ладно, ладно. Не две. Полторы.
  Лепесток тоже не пришел в восторг от такого скульптурного изображения. Он оскалился на своего каменного родича. Из ноздрей нашей зверушки поплыли струйки дыма. Дракоша покосился на своего воспитателя, красноречиво помахивая кончиком хвоста. Тонкий намек на статую, разнесенную случайно в Старограде, был понятен не только Стирху, но и мне. Парень поднес к носу дракона кулак:
  - Не вздумай! Понял?!
  Дракон понял. Дымить перестал. Но хвост все-таки подрагивал: мол, если что - я мигом, только свисни!
  Новость о том, что дева с драконом избрала для временного пристанища не что-нибудь, а именно гостиницу "Зеленое яблоко", обогнала нас. Перед сим заведением в ожидании, пока важные гости соизволят обратить внимание, выстроился целый почетный караул во главе с худощавым хозяином гостиницы и его пышечкой-женой. По обе стороны от них вытянулись по ранжиру все работники гостиницы, начиная от здоровяка в белом переднике и поварском колпаке и заканчивая мальчишкой-поваренком.
  - Милости просим, милости просим, дорогие гости! - поклонился хозяин, и его приветствие подхватил нестройный хор голосов.
  Смущенный таким приемом дракон неловко улегся на пузо и зыркнул на меня через плечо: мол, чего расселась? Вставай, приехали... Я кое-как сползла на землю, заковыляла к двери.
  - Проходите, госпожа, проходите... - захлопотала хозяйка. - Эй ты, олух! - прикрикнула на парня, пялившегося на меня, - ты что, не видишь, что у нашей гостьи ножка болит?
  - Право, не стоит беспокоиться... - попыталась возразить я, но на мои слабые попытки попросту никто не обратил внимания. Меня взяли вод белы рученьки и почти внесли в гостиницу. Стирх и Мара вошли следом, откровенно посмеиваясь над создавшейся ситуацией. Ну-ну... посмотрела бы я на Стирха, если б это его ненаглядная Мара верхом на драконе в город въехала и эти бы почести ей оказывали. Небось, раздулся бы от гордости, как индюк. А тут... ишь, зубы скалит!
  - Не извольте беспокоиться, уважаемые, дракона вашего мы как барина устроим, по первому разряду... - трещал хозяин, не переставая кланяться. - А вам сейчас номера отведем самые лучшие... И скидочку предоставим... Старина Лаис правила знает...
  - Уважаемый господин Лаис... - не знаю уж, с какой попытки удалось вставить мне. - Нас просили передать вам привет...
  Кажется, мне удалось его заинтересовать. Во всяком случае, он впервые посмотрел на меня как на человека, а не как на ожившую девицу с герба города.
  - Да-да, - подхватила Мара. А что? И правильно! Пусть хоть ненадолго меня в покое оставят! - Вам просила передать привет и поклон девушка-менестрель по имени Ардана - от себя и трактирщика Борна.
  - Вы знаете Даночку?.. - расплылся в широкой улыбке старина Лаис. - Нет, вы и вправду знакомы с Даночкой?
  - А то! - гордо выпятил грудь Стирх. - Мы вместе шли от трактира Борна до самого парома на Таленту. И мало того, Ардана даже учила меня драться! Ну... так, дала несколько уроков... - поправился он, скиснув под моим ироническим взглядом. Конечно, он не будет рассказывать о том, как Дана им землю полировала. Но и крутого парня теперь корчить из себя перестанет.
  - Как себя чувствует Даночка? - спросил у меня Лаис.
  - Когда мы с ней расстались несколько часов назад, - ответила я, - она было абсолютно здорова, и если что и огорчало ее, так это то, что нам пришлось расстаться. Мы были знакомы всего несколько дней, но успели стать хорошими друзьями.
  Вот теперь улыбка хозяина стала совершенно искренней.
  - Лаиса, милая, ты слышала? - обратился Лаис к своей жене, которая, окончив разгонять подчиненных по рабочим местам, присоединилась к нам. - Наши гости - друзья Даны-менестреля, принесли поклон от нее и от Борна!..
  Лаиса тоже расплылась в улыбке.
  - Друзья Арданы - наши друзья! - сказала она. - Идемте, для вас уже приготовили лучшие комнаты!
  
  Что там Дана о Городище говорила? Мол, городок - "ничего особенного"?.. Не знаю, может быть... Но если старина Лаис пообещал нам "лучшие апартаменты", то это действительно были лучшие комнаты! Второй этаж, окна в сад, общий балкон-галерея на три наших номера... А в самих номерах... Не знаю, что там было у Мары и Стирха, а мое временной пристанище просто впечатляло! Лепнина, позолота, тяжелые портьеры, гобелены на стенах... Зеркало под потолок, а уж кровать такая огромная, что в ней Лепесток бы поместился, да еще и мне бы местечко осталось.
  Меня снова буквально внесли в комнату и усадили в кресло. Сноровистая горничная подставила мне под больную ногу мягкий пуфик и принялась разбирать мои вещички. Видимо, девушка удивилась, найдя в моем рюкзачке всего одно приличное платье - то самое, синее с серебром. Да, путешественники, которые останавливались в этом "люксе", должно быть, забивали вместительный шкаф по самое некуда. Ну что ж, я сюда не напрашивалась!
  Ладно, восторги восторгами, но ведь и растяжением своим заняться надо. Эх, мне бы сюда мазь белоголовника, которую меня сестра Азалия готовить научила! Или настоечку на корневищах фалиссы. А почему, собственно, я страдаю? Да, не догадалась взять с собой эти снадобья, так что - разве в Городище не найдется никого из моих коллег по аптекарскому цеху? Вот в жизни не поверю!
  Милая девушка-горничная закончила разбирать мой рюкзачок. Немногочисленные и незамысловатые одежки были аккуратно разложены и развешаны в шкафу. В отдельную тумбочку девушка аккуратно выставила мою походную аптечку: пузырек к пузырьку, коробочка к коробочке, мешочек к мешочку... Горничная, управившись с работой, слегка поклонилась и спросила:
  - Госпоже еще что-нибудь угодно?
  Вот это воспитание! Вид у меня - как у бродячей собаки: растрепанная, физиономия обветренная, руки неухоженные, а вот поди ж ты - "госпожа"! Я могла выглядеть еще хуже, но поскольку меня хорошо встретил господин Лаис и лично распорядился выделить мне именно этот номер - для этой девочки я "госпожа", и так и останусь "госпожой".
  Горничная все еще ожидала моего ответа. Я прокашлялась:
  - Скажите, есть ли в вашем городе аптека? - а потом, упреждая удивленно-возмущенный возглас девушки, поспешно исправилась: - То есть, далеко ли аптека от гостиницы?
  - Совсем недалеко, госпожа! - ответила горничная. - На соседней улице - лучшая аптека во всем городе! Изволите послать за чем-нибудь?
  - Не хотелось бы никого утруждать, - улыбнулась я. - Попрошу друзей. Пойдут гулять - ведь грех быть в Городище и не познакомиться с достопримечательностями! - (да, льстить я тоже умею) - и принесут... Слушай... Ничего, что я на "ты"? Да ты присаживайся. У тебя же есть немного времени? Да? Вот и чудесненько! Не могла бы ты мне рассказать, почему у твоего города такой необычный герб?..
  - Почему "необычный"? - удивилась моя собеседница.
  - Ну... Я не знаю всех тонкостей составления гербов. Это ведь тоже - целая наука... Но я всегда считала, что дракон - самый что ни на есть подходящий для герба зверь, знаю, что в гербах некоторых городов он изображен - вот хоть Стольный Град Стожар возьми! - да и у дворянства тоже встречается... - я прикусила губу, вспомнив графа Анри. Вот уж у кого наверняка в гербе есть огнедышащий ящер! А может, у него там бойцовские тушканы? Та еще мерзость, откровенно говоря...
  Молоденькая горничная прервала мои раздумья:
  - Госпожа, знаете, что? Давайте-ка я приглашу к вам ваших друзей, и вы пошлете их за лекарством, а потом я помогу вам повязку сменить и заодно расскажу о том, откуда наш герб взялся.
  - Идет, - улыбнулась я. - Вот только скажи сначала, как тебя зовут?
  - Марилла.
  - Красивое имя!.. А я - Рута. Рута из деревни Мосты. И, ради Светлых Богов, перестань ты именовать меня госпожой!
  - Не могу. Иначе работу потеряю. У нас с этим строго. Госпожа Лаиса знаете, как всех здесь держит? - и Марилла показала мне свой маленький кулачок. - Я сейчас вернусь, госпожа Рута!
  Девушка выскользнула в коридор, аккуратно прикрыв за собой двери. Я блаженно откинула голову на высокую спинку кресла, даже глаза прикрыла... Вот, сейчас комнату заполнит щебетание Мары, то и дело прерываемое ломким баском Стирха... Двери с чуть слышным скрипом открылись, закрылись, мягко стукнув... я услышала легкое деликатное покашливание и открыла глаза. Передо мной стояла слегка сконфуженная Марилла:
  - Госпожа Рута... простите, но ни госпожи волшебницы, ни господина воспитателя дракона в гостинице нет. Мне сказали, что они пошли смотреть город и вернутся только к ужину... Давайте, я сама в аптеку схожу! Вы мне только на бумажке напишите, что вам нужно, а я мигом!
  Девушка подала мне деревянный ящичек с письменными принадлежностями. Удобная вещица! На крышке его и писать удобно, и бумага не соскальзывает, и углубление для чернильницы предусмотрено. На красивой бумаге голубоватого оттенка с вытисненным в уголке названием гостиницы начертала рецепт на случай, если готовой мази на семенах белоголовника в аптеке нет; делать ее недолго, обычно все компоненты для приготовления мази в любой аптеке имеются в изобилии, да и сам белоголовник здесь растет - сама за городом видела. Вручила записку Марилле вместе с парой монет (после приключения на реке я денежки в мешочке на шее ношу), попросила подождать, пока аптекарь мазь приготовит, и снова осталась одна...
  Сидеть в уютном кресле с высокой спинкой было очень удобно. Я рассеяно провела пальцем по резному подлокотнику. Нет, мне определенно нравится это кресло! Вот бы мне такое же домой, в Мосты! Надо будет поговорить со Стирхом: нет ли у него знакомого столяра на примете. Или плотника - ну, кто там с мебелью работает? Так, решено: вернусь домой (гм... если вернусь...) - обязательно заведу себе такое же креслице.
  Торопливые шаги в коридоре, предупредительный стук в двери, мое лениво-расслабленное "да-да..." - и в комнате возникает Марилла, запыхавшаяся, разрумянившаяся. Девушка с довольным видом поставила на тумбу рядом с креслом баночку со светло-коричневой вязкой субстанцией, выложила пару широких бинтов. Умница! А я о них и не подумала!..
  - Ты быстро! - оценила я старания Мариллы. - Небось, бежала всю дорогу!
  - А, сколько там той дороги! - отмахнулась девушка. - Я еще с Марисом-аптекарем парой слов перекинулась, пока его помощник мазь упаковывал. Кстати, Марис... ой... - смутилась Марилла, - то есть я хотела сказать - господин Марис немного обиделся, когда вашу записку увидел: мол, он превосходно знает, из чего и как делается мазь белоголовника, и не было надобности так подробно все расписывать!
  Тут уж пришла моя очередь язычок прикусить: самонадеянная ты, драгоценная моя Рута! Я неловко улыбнулась, а Марилла уже занялась моей пострадавшей конечностью. Ловко сняла импровизационную дорожную повязку (светлая память моей бедной сорочке!), раскупорила мазь...
  - Мариллочка, ты обещала легенду рассказать... Ту самую, про меня с Лепестком... ну, в смысле, о деве с драконом.
  - Ага... сейчас... вот так ножку положите... не беспокоит, госпожа Рута? Да-да, мазь холодновата, сейчас согреется, не дергайтесь... Да не беспокойтесь так... У меня куча младших братишек мал-мала-меньше... Я знаю, что вы бы и сами прекрасно справились, просто мне сподручнее...
  Так вот, что касается легенды... Марилла все-таки рассказала мне ее - сперва ловко втирая мазь, затем бинтуя ногу, потом вытирая только ей одной заметную пыль в комнате, поправляя покрывало на безупречно застеленной огромной кровати...
  Дело было так. Когда-то очень давно, когда в этих краях только начали селиться люди и на месте нынешнего Городища стоял поселок - естественно, с тем же названием, - дочка тогдашнего старосты пошла собирать ягоды или орехи (и куда ее понесло, дуреху?). Ее, конечно же, похитили разбойники и, конечно же, подкинули старосте письмо с требованием выкупа. Безутешный родитель занял денег у кого только мог... Почти все Городище скинулось... (Ага, небось, пришел к кому побогаче и сказал: не дашь денег дочуру выкупить - из поселка выживу...) Когда же нужная сумма была собрана и папаша уже приготовился оттарабанить увесистый сундучок на условленное место, на площадь в самом центре Городища опустился дракон с дочкой старосты на спине. Разбойникам, естественно, ничего не обломилось, да и о самих разбойниках в этих краях потом долго не слышали. И вы представляете, никто, ни один человечек не взял назад ни единой монетки из тех, что дал старосте взаймы. А тот в благодарность закатил на эти деньги такой пир... Гудели три дня, - так гласит легенда. Так я и не поняла толком, по какому поводу городищане себе такой герб зафигачили - в честь спасения незадачливой девицы или же в память о той грандиозной пьянке.
  - А что дракон?
  - А что - дракон? - пожала плечами Марилла. - Ссадил девицу, взмыл в небо - и только его и видели...
  - Понятненько... Ой, а что там за шум в коридоре?
  - Наверное, ваши друзья возвратились, госпожа Рута. Госпожа Рута, вы ужинать вниз спуститесь или вам сюда принести?
  Однако ответить я не успела. От сильного толчка дверь резко распахнулась, в комнату спиной вперед влетел Стирх. Уроки Даны не прошли для него даром. Парень почти успел сгруппироваться в полете, поэтому упал не на спину, а на бок, и сразу же сел, потирая ушибленное место. За ним неторопливо и уверенно прошествовал в комнату высокий мужчина, одетый дорого и броско. Он озабоченно массировал левой ладонью правый кулак, и я сообразила, благодаря кому Стирх попытался взлететь. Незнакомец успел сделать всего три или четыре шага, когда следом за ним в комнату разъяренным лисенком влетела Мара. Замерла на миг, оценивая ситуацию, и изо всех сил толкнула спину самоуверенного господина. Тот сбился с шага, покачнулся, но устоял на ногах. А Мара, сверкнув на незнакомца глазищами, кинулась к Стирху. Ну, зная нашу Марочку, скажу, что этому нахалу - я о самоуверенном типе - еще очень повезло: тот, кто посягал на безопасность ее ненаглядного Стирха, рисковал получить шаровой молнией промеж глаз.
  А незнакомец, ничуть не смущаясь, отвесил мне галантный полупоклон и замер, уставившись на меня и сложив на груди руки. Что-то в его осанке и манере держаться напомнило мне графа Анри; но насколько граф Синего Замка располагал к себе с первого мига знакомства, настолько этот незнакомец вызывал неприязнь, чтобы не сказать больше.
  - Да, именно то, что нужно. Детка, - щелкнул он пальцами изумленной Марилле, смотревшей не него во все глаза, - мигом принеси сюда канделябры! Здесь слишком мало света.
  - Вы кто? - не нашла я более умного вопроса.
  - Светлые Боги, неужели здесь есть кто-то, кто меня не знает?! - воскликнул мой незваный посетитель.
  Марилла, еле сдерживая губы, готовые расплыться в глупой улыбке, прошипела сквозь зубы:
  - Это господин Валез, госпожа Рута... наш художник...
  - Живописец, юная дама! Жи-во-пи-сец, и никак иначе.
  Внимание Мары и Стирха было поглощено друг другом. Стирх все еще сидел на полу, возле него, опустившись на колени, нежно ворковала Мара. Поэтому расхлебывать это новое, навязываемое нам знакомство, кроме меня, было некому.
  - И что же угодно вам, господин Жи-во-пи-сец-и-никак-иначе? - поинтересовалась я, тоже складывая на груди руки.
  - Я буду писать ваш портрет, - объявил господин Валез так, будто мне привалило Мрак знает какое счастье.
  Марилла восторженно ахнула:
  - Госпожа Рута... Какая радость!.. Он будет писать ваш портрет! Здесь, в этой комнате, в нашей гостинице! Сам господин Валез!.. - и девушка сорвалась с места.
  - Ты куда? - крикнула я ей вослед.
  - Побегу хозяина обрадую!.. Такая че-е-ееесть... - донеслось, постепенно затихая, уже из коридора.
  - Сто-оп, стоп! Не так быстро! - я даже привстать попыталась. - Как это - "буду писать портрет"? А меня вы спросили? А вдруг я не хочу?
  - Не понял?.. - а ведь он действительно удивился! Ему, наверное, никто еще ни разу ни отказывал. Тоже мне...
  - А что тут понимать? Мне не нужен портрет - вот и все.
  - Гм... - господин посетитель сделал несколько шагов по комнате, внимательно меня изучая. - Позволено ли мне будет спросить: сколько портретов имеет досточтимая дама?
  - Позволено. Ни одного. Что дальше?
  - О, но ведь это, по меньшей мере, неприлично! В этом городе каждая настоящая дама имеет написанный мною портрет, а многие - даже два или три. - Господин Валез без приглашения уселся в кресло напротив меня. Стирх и Мара, которых он обошел, как неодушевленный предмет обстановки, наконец, обрели способность видеть кого-то, кроме друг друга.
  - Странные вы люди - путешественники, - произнес господин Валез. - Сначала ваш слуга...
  - Мой друг! - перебила я.
  - ...ваш друг, - послушно исправился "живописец", - не пускает меня в вашу комнату. Теперь вы отказываетесь от портрета... Кому-кому, но вам-то просто необходимо его иметь! Ведь вы же - Дева с драконом! Живое воплощение легенды!..
  - Ну и что?.. - я бросила в Стирха бинтом, чтоб так беззастенчиво не пялился на меня.
  - А то, что я пишу именно такие портреты - дама с драконом. Это самый модный сюжет в нашем городе.
  Мне стало ясно, что настырный господинчик все равно не отвяжется.
  - И когда вы приступите? - поинтересовалась я, смиряясь с неизбежным.
  - Как только эта медлительная горничная принесет сюда достаточно свечей!
  - А поужинать нам будет позволено?
  - Благодарю, я не голоден!
  - Гм... вообще-то, я не вас имела в виду, господин живописец...
  - Не беспокойтесь, благородная дама, я работаю очень быстро. Я сделаю только пару набросков, а потом удалюсь в свою мастерскую и буду творить там.
  Топот в коридоре свидетельствовал, что с канделябрами спешит не одна Марилла. Комната наполнилась какими-то людьми. Они суетились, расставляли свет, подчиняясь указаниям господина Валеза... Я не успела опомниться, как художник, вынув из кармана блокнот, быстро-быстро зачиркал в нем тонким серебряным карандашиком, заставляя меня то повернуть голову, то поднять руку... Я видела мелькание лиц - видно, за время "сеанса" в комнате перебывал не только весь персонал гостиницы и ее постояльцы, но и добрая половина жителей окрестных улиц.
  К счастью, вся эта экзекуция закончилась до того, как я по-настоящему проголодалась. "Мрак, - подумала я угрюмо, - а хорошо еще, что у меня нога болит! Иначе бы точно довелось снова на Лепестка карабкаться!"
  Господин Валез упаковал свои наброски, не дав никому, даже совсем изведшейся от любопытства Маре, заглянуть в драгоценные чертежики.
  - Позвольте откланяться, господа! - последовал вежливый кивок. - Поскольку госпожа, как я понял, не нуждается в оригинале портрета, она, очевидно, не будет против, если я подготовлю точную копию? Это нисколько не задержит вас. Знаете ли, есть такая полезная штука, чик - и готово... называется магический...
  - ...копир, - блеснул познаниями Стирх. - Только я одного не понял, господин хороший! Когда же вы с дракона наброски свои делать будете?
  - А зачем?
  - Как это - "зачем"? - драконовожатый даже оскорбился.
  - Видите ли, юноша, - покровительственно похлопал его по плечу художник, - я на своем веку перерисовал столько драконов, что еще одного изображу на раз, с закрытыми глазами. Счастливо оставаться!.. - и господин живописец Валез удалился, оставив после себя угасающие свечи и пылающего праведным гневом драконовожатого.
  
  Я всегда знала, что мазь белоголовника при ушибах и растяжениях - это то, что надо! Спросите, почему я такую полезную штуку с собой в пеший поход не взяла? Ну так отож, как сказала бы одна моя знакомая. Просто мазь эта у меня перед самым путешествием закончилась, а делать новую партию я не стала. Знал бы, где упадешь... если бы сразу к пострадавшей ноге лекарство это приложила - уже и забыла бы, что мне тот вредный крот яму на дороге вырыл!
  Но лучше поздно, чем никогда! Белоголовник сделал свое дело, и уже через день мы собрались продолжить путешествие.
  Надо ли говорить, что я покидала Городище так же, как и въезжала в него - то есть, восседая у основания драконьей шеи. Да нет, не издеваюсь я над бедной зверюшкой! Я честно собиралась выйти из города на своих двоих, как Мара и Стирх. Но ведь мне просто выхода другого не оставили! Почему-то о нашем отъезде оказалась осведомлена вся округа! На вопрос, кто постарался распространить эту новость, заданный сердитой Марой, внятного ответа мы так и не получили. Горничная Марилла с невинным видом хлопала длинными ресницами, а наша волшебница грозно хмурила брови. Но все зря. К тому моменту, когда мы, собрав вещички, вышли на площадь перед гостиницей и гордый оказанной ему честью конюх вывел к нам красавца-Лепестка - вычищенного, со сверкающей на солнце чешуей - площадь была окружена плотным кольцом зевак.
  Хозяева гостиницы провожали нас. Госпожа Лаиса то и дело подносила к глазам изящный кружевной платочек. (Гм, у меня эта полупрозрачная тряпочка промокла бы насквозь уже через минуту! Реву я не часто, но если уж расплачусь - так от души...) Господин Лаис не скрывал своей печали. Хоть и влетел ему наш краткий визит в хорошую монетку, он, оставаясь верным дружбе с Арданой и своему слову, не взял с нас ничего, да еще и велел с собой всякой вкуснятины спаковать. Мы дружески обнялись с хозяином "Зеленого яблока", почтительно пожали пальчике госпоже хозяйке, искренне пожелали удачи Марилле, ответили на поклоны охранников... Подхватили свой багаж и отправились прочь от гостиницы. Вздох разочарования прокатился по площади. Мы переглянулись. Стирх склонился ко мне:
  - Рута, город желает видеть свою героиню.
  - Че-го? - я чуть не подпрыгнула. - Снова лезть на этого... - я сглотнула нехорошее слово. - Нет, лично против Лепестка я ничего не имею. Но у меня еще с того раза царапины не зажили!
  - А ты не говорила, что поцарапалась! - обиделся за своего питомца драконовожатый.
  - Может, тебе еще и показать? - хмуро поинтересовалась я.
  - А что, было бы неплохо! - засмеялся он.
  Мара двинула Стирху кулаком в спину. А потом сказала:
  - Ребята, шутки шутками, а делать что-то надо... Рута, от тебя ждут решительных действий!
  - А при чем тут я? Вон, может, Лепесток не захочет снова в лошадку превращаться.
  Однако Лепесток плевать хотел на мои протесты. Окинув строгим взглядом толпу, он повернул ко мне голову на длинной шее и... подмигнул! Клянусь Светлыми Богами! А потом лег на мостовую, подставляя мне спину... Толпа снова вздохнула - теперь уже восторженно. Плотное кольцо зевак расступилось, открывая нам путь в сторону главной улицы, и Лепесток важно зашагал вперед. Я скрипнула зубами. Мммм-ррак... эдак я скоро совсем сидеть не смогу!
  - Рута, улыбайся... - донесся до меня совет Мары, полузаглушенный гомоном толпы и еле сдерживаемыми всхрюкиваниями Стирха (я не знаю, как по-другому можно было бы назвать эти весьма своеобразные звуки).
  - Я пытаюсь... - процедила я сквозь зубы, мысленно костеря эволюцию, наделившую дракона таким жестким покрытием, и так же сквозь зубы улыбаясь. Осмелилась даже оторвать от драконьей шеи одну руку и послать толпе воздушный поцелуй. Радостный рев толпы был мне ответом. Я тоже уже еле сдерживала рев - но отнюдь не радостный.
  Мы шагали по центральной улице Городища. По той самой улице, по которой два дня назад входили в город. Полотнища, украшенные изображением Девы с драконом, красовались чуть ли не на каждом доме. А у ворот, широко распахнутых для живого воплощения герба, нас поджидала новая делегация. Здесь даже возвели помост, на котором стоял господин "жи-во-пи-сец-и-никак-иначе" собственной персоной. Мрак, я и забыла об обещанном им портрете! Но город ничего не забыл. Да и сам господин Валез не мог упустить такой рекламы для себя, уважаемого. Без торжественной речи получить от него копию "шедевра", кажется, не удастся...
  Понятливый Лепесток притормозил без всякой просьбы с моей стороны. Господин Валез широко улыбнулся, демонстрируя безупречные белоснежные зубы, и начал вещать. Дракон переминался с ноги на ногу, Стирх откровенно зевал, Мара пихала его в бок, а я думала только о том, чтобы не навернуться со своего неудобного насеста. По этой причине большая часть проникновенной речи господина местного художника не запечатлелась в моем сознании.
  - ...Но сегодня они покидают наш славный город. И я счастлив, что госпожой была оказана мне высокая честь! Отныне портрет подлинной Девы с драконом будет украшать наш выставочный зал. А на память о нашем великолепном городе мы вручаем госпоже Руте точную копию написанного мною полотна. Пусть эта картина напоминает вам, уважаемая госпожа...
  Дракон качнулся, я снова вцепилась ему в шею, и окончание прощальной речи так и осталось для меня звуковым фоном. Мне ткнули в руки свернутую трубкой копию картины, я помахала ею толпе, молясь о том, чтобы дракону в этот момент не пришло в голову шевельнуться... К счастью, программа прощания на этом была сочтена исчерпанной, господин Валез с чувством выполненного долга покинул свой помост, я снова сцепилась в дракона...
  Словом, уже через несколько минут Городище осталось пройденным этапом нашего путешествия.
  - В общем, так, люди, - заявила я, спустившись со спины Лепестка на надежную землю. - Вы как хотите, но я больше в этот город - ни ногой! Даже если в горах мне обе ноги переломают, несите меня дальше - к реке, там и утопите!
  Я, покачиваясь, сделала несколько шагов...
  - Рута, у тебя вроде с утра нога не болела? - насторожилась Мара. - Чего же ты идешь как-то странно?
  - А, - отмахнулась я, - покатаешься на драконе с мое - тогда поймешь... Нет, други мои, не знаю, как вы, но мне просто необходима ма-аленькая передышка...
  - Опять? - прищурилась Мара. - Но ведь ты все это время ехала, а мы со Стирхом - шли пешком.
  - Мар, какие вопросы? Садись на Лепестка - и рули дальше!
  - Нет уж, спасибо! - рассмеялась девушка. - Я вполне доверяю твоему опыту.
  - Кстати, - спохватился Стирх, - ты не забыла о своем портрете, Рута?
  - Ой... - скрипнула я зубами, - не напоминая мне об этом ужасе!..
  - Нет, Руточка, это же замечательно - получить портрет из рук знаменитости! Куда ты его дела?
  - Да сунула куда-то... о! Вон, в рюкзаке торчит. И почти не помялся.
  Мара даже руками всплеснула:
  - Рута! Как ты можешь! Так неосторожно обращаться с произведениями искусства!
  Мара читала мне нотацию, а ее тонкие пальчики осторожно разглаживали свиток, развязывали узелок на шнурке с личной печатью господина Валеза... И вот уже картина предстала перед нами во всей своей красе, до мельчайших подробностей запечатленная магическим копиром... Я взглянула и... обомлела.
  Я, правда, в живописи мало разбираюсь, но нарисованного кем-то дракона от лошади отличить в состоянии. Но то, что явилось нашим изумленным взорам, изображением девушки с драконом мог назвать только слепой или же сам господин "жи-во-пи-сец-и-никак-иначе". Яркие пятна, зигзаги, треугольники и полосы; ядовито-зеленая спираль покрывала добрую половину "полотна". Где заканчивался дракон и начиналась запечатленная дева, объяснить нам, тыкая пальцем, смог бы, пожалуй, лишь автор картины. А его-то как раз рядом с нами и не было. На его счастье!
  Мара, Стирх и я с открытыми ртами стояли, не в силах оторвать глаз от миленького "подарочка". Вдруг за нашими спинами послышался громкий хохот. Я кивнула. Хорошее чувство юмора... Но у кого?...
  Когда до меня дошло, КТО смеется, я просто хлопнулась на то, чем обычно опускаюсь на скамью. Дракон - а это, как вы поняли, был именно он, - не просто смеялся. Он ржал, как жеребец, катаясь по земле и вытирая глаза кончиками крыльев...
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Робский "Охотник: Новый мир"(Боевое фэнтези) Е.Кариди "Черный король"(Любовное фэнтези) Б.Ту "10.000 реинкарнаций спустя"(Уся (Wuxia)) О.Бард "Разрушитель Небес и Миров. Арена"(Уся (Wuxia)) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) П.Роман "Ветер бури"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) А.Минаева "Замуж в другой мир"(Любовное фэнтези) Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"