"Приветствую тебя, дорогой читатель! Имя мое Трохнолибий, и я являюсь официальным летописцем великой и прекрасной Спелгил -предводительницы одной из самых знатных когорт Кентарии. Я совсем недавно поступил на службу к этой великой даме, и потому все, что происходило с ней в мое отсутствие, записываю с ее слов.
День первый. Конечно, надо было бы уточнить, с какого момента ведется отсчет сиих дней, но по скромности своей я не в силах был этого спрашивать, и потому записываю все как есть со слов Спелгил, не перебивая естественный ход ее мыслей. День первый. Так, ну что же. Я поела. Поела кабанчика немного непрожаренного, но оттого лишь более сочного. А! Он побежал! Не кабанчик, разумеется, а бык. Ты бы верно хотел спросить, какой бык, ведь ела я только кабанчика, а быка не ела? Но ты почему-то молчишь. Странный ты какой-то. Молчаливый. Может немой? Ну ладно, на чем я остановилась... Бык. Да, бычка я ем по четвергам, а дело было во вторник. Ну вот, а он побежал. Бык побежал. Я это увидела, потому что ела кабанчика на улице. Нет, живу я в доме. Ем на улице. Не то чтобы меня выгоняют за то, что я громко чавкаю, нет. Просто погода была о-го-го! Ну так вот. Бык бежал, я сидела, а ребенок стоял! Нет не мой ребенок. Секна Фульцен, соседский леденец. Ну, в смысле отморозок. Дык и вот. Стоял и во все глаза смотрел на рогатого. Та не. Не на черта. На быка смотрел. Во все глаза. От страха верно. А я тут вспомнила, что он мне, собака, в огороде кучу навалил. Прямо в грядку с морковью. Негодник! Да не бык! Фульцен мне в огороде навалил. Вот, о чем же я?.. А, ну да! Как я этого засранца увидела, так глаза ненавистью и налились. Столько гнева во мне проснулось, что я порося в руках сжала, и он мясцом своим между пальцами моими просачиваться стал. Про быка я тут же забыла и молнией бросилась Секне этому уши надрать. А може и какие другие части тела! Пффф... Аж пар из ушей - так я неслась на него! И тут. Бац! Чувствую - нагнала. Такой удар был! На землю его опрокинула и ну топтать. А потом смотрю - малец в стороне стоит, а топчу я быка. Хотела я, уж было, на мальца броситься, да тут народ со всех сторон подвалил. Схватили меня и поволоки куда-то. Думаю, все, вешать будут... "Ура! Слава! Слава спасительнице детей! Слава победительнице быков! Слава! Урра!"
День второй. Про мое "геройство" слухи по все деревне расползлись, а потом и еще дальше. Мне стало скучно, и я пошла в пивнушку.
День третий. Не успела я как следует проспаться, а тут к моему домишке, прямо к крыльцу, двое таких знатных всадника подъезжают. И, бумагу какую-то развернув, вещают:
- Именем его... - дальше идут какие-то неразборчивыеслоги, причем в очень обширном количестве, - и потому велено нам сопроводить столь храбрую даму ко двору его!
Так они сказали. Потом потребовали, чтобы я ехала с ними. Я ехала.
День третий. Наместник говорил со мной, уговаривая вступить в ряды его могущественной армии. Я ела. Потом пошла в трактир, потому что пивнушки в городе не было.
День четвертый. Я сказала, что подумаю.
День пятый. Я ела. Потом согласилась принять командование.
День сегодняшний. Бой. Первый бой в моей жизни (драку в трактире я за бой не считаю). Мне очень нравится! Я размахиваю топором налево и направо, разрубая вражеские черепа как переспелые тыквы. Это здорово! Кровь стекает по моим рукам, хлюпает в сапогах, насквозь промочила рубашку. Чужая кровь. Я веселюсь. Раньше никогда мне не было так весело. Правда, ты, писец, мешаешься мне под рукой. Писец как мешаешься! Я же говорю - не высовывайся, стой за спиной. Получайте твари! Я вас всех переубиваю! Под моим командованием целая когорта, и они верны мне, как сыновья верны своей матери. О, смотри, писец, какой красавчик выскочил мне на встречу, щас я ему как..."
- Мистер Хоумс, гляньте-ка, какой интересный манускриптик я отыскал!
- Что там у вас Вустон?
- Да, похоже, записи личного летописца Спелгил. Жаль. Такой был человек. Такой, я бы сказал, бездарный.
- А почему же жаль, Хоумс?
- Жаль, что не я ему врезал. Судя по следам на лбу и виске, погиб от своих же.
- Видимо он и им надоел!
- Да, Вустон, все может быть. Ну все, пойдемте отсюда. Пора на доклад к Императору. Враги хоть и побиты, но их предводительница, вместе с жалкими остатками своей армии скрылась в лесах Альвендрифа.
- Альвенлифа, Хоумс...
- Да не важно.
- Важно. Иначе Летописец не одобрит.
- Не важно, Вустон...
- Важно, Хоумс!
Два человека в странных вельветовых плащах неспеша удалялись с недавнего поля боя, споря о сущности бытия и не замечая, как хлюпает под ногами месиво из человеческой плоти и крови, иногда выпуская слабые кровяные пузырьки на радость комарам и мне.