Полищук Владимир Давыдович: другие произведения.

Новейшая история Вельталя

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
Оценка: 6.00*4  Ваша оценка:


                             Часть 2. Штырь.

                           Глава 1 - Высылка.

                                 .. Работники ножа и топора,
                                  Романтики с большой дороги...
                               Ю.Энтин,Г.Гладков.

                                  Кто там крадется вдоль стены,
                                  Всегда в тени и со спины?
                                  Его шаги едва слышны -
                                                 Остерегитесь!
                                  Он врал, что истина в вине.
                                  Кто доверял ему вполне -
                                  Уже упал с ножем в спине,-
                                                 Поберегитесь!
                               В.Высоцкий

- Сколько я себя помню, господин судья, звали меня всегда Штырь.  То  есть,
конечно, многие люди, которые считали себя выше меня, звали меня и  по-дру-
гому, но все эти прозвища подходили для человеческого имени гораздо меньше,
чем Штырь - их вы, господин судья, обычно употребляете в адрес людей,  нас-
тупивших вам на ногу. Я был очень ловкий еще с рождения и на  ноги  никогда
никому не наступал, ругали же меня за то, что кто-то срезал у добропорядоч-
ных граждан кошельки и воровал яблоки в их садах.
- Он, он и есть! Господин судья, да он же врет все! Это он спер у меня...
- Тихо!  Дайте парню договорить. Суд Стариды справедлив и должен  выслушать
все, что он хочет сказать в свою защиту, а история его жизни необходима нам
для составления его личного дела.
- Возраст мой есть большая загадка, так как в родной деревне год моего рож-
дения обозначали, как "следующий после того, в котором сгорела хата  Курча-
ка". Потом моя семья, спасаясь от полчищь варваров с востока, ушла  в  цен-
тральную часть Стариды, надеясь, что доблестные войска  всесильного  короля
Коррона Третьего сумеют остановить варваров. Остановить то они  остановили,
но, во-первых, не без помощи моего отца и двух старших братьев, которых не-
медля мобилизовали и отправили в самую мясорубку, откуда  они,  разумеется,
не вернулись, а, во-вторых...
- Мне так и записать, господин судья? - Спросил судебный секретарь.
- Пиши: "Его родные погибли в битве под Красным Холмом". Продолжай.
- Так вот, во-вторых скромный провинциальный город Велье, где мы  останови-
лись в надежде на лучшую жизнь, неожиданно как для его жителей, так  и  для
беженцев, вроде меня, оказался пограничным. Моя мать вскоре умерла, не  пе-
режив утраты, и остался я жить один.
- Секретарь, отметьте, что обвиняемый - круглый сирота.
- Если бы круглый, господин судья. Отощал  совсем,  перебивался  случайными
заработками. Меня ведь там и за человека то не считали. Есть было совершен-
но нечего, а...- Начал было проникновенно плакаться я, но ушлого  столично-
го судью на такое фуфло не взять.
- Достаточно. Переходи к тому, как ты оказался в Штейнведе.
- Ну, в столицу я приехал потому, что здесь таким людям, как я,  заработать
легче. Тут далеко от границы, спокойно, тихо...
- Ага, кошельки у честных граждан толще! - Снова перебил меня этот  толсто-
задый недоумок. Попался мне днем на людном месте, вот и лишился только  ко-
шелька. Эх, если бы вечером - совсем другое дело  было  бы,  совсем  другой
разговор.
- Тихо, пострадавший. Вы мешаете правосудию.
- У ЧЕСТНЫХ граждан кошельки завсегда тонкие. Работал я посыльным у  госпо-
дина Барзула, пока его не заме... Ой, извините, господин судья. Пару  меся-
цев назад его арестовали и посадили в тюрьму как скупщика краденого.  Я  по
тому делу еще свидетелем проходил, может помните?
- Не очень-то твои показания тогда помогли делу.
- Ну что может знать такой мелкий человечек? Я ведь всего лишь на  посылках
бегал, не знал ничего. Если бы я хоть что заподозрил, так ведь сразу  же  в
ведомство господина Фузмена и побежал бы, а так - ни сном, ни духом...
- Хватит.  Это я уже слышал. Сейчас мы говорим не о твоей роли в шайке Бар-
зула, там ты выкрутился, а о том, куда пропал кошелек господина Пулля, доб-
ропорядочного купца, после посещения им рыночной площади.
- Дак пропил он, небось, все деньги в первом же попавшемся кабаке, а на ме-
ня валит, что бы растрату перед компаньонами укрыть. Они  же  его  на  веки
пьянствовать отучат, когда узнают!
- Обвиняемый, не отходи от темы!
- Не когда, а если... Ах ты, малолетний ублюдок, ты на меня...
- Пострадавший, не оскорблять обви...
- Ага, испугался! Гад! Все они узнают, будь уверен, в ближайшем будущем!
- Сученок, как ты смеешь!?!
- Пострадавший...!!
- Да я и доносить не буду! Я этому Пуллю самолично бошку оторву!!
- Обвиня...!!
- Мерзавец!!
- Торгаш!!
- Вор!!
- Кто бы говорил!!?
- Да как ты сме...!!
- Стража!!! Выведите их обоих отсюда! Господину Пуллю за дебошь в зале  су-
да надлежит выплатить штраф в размере одного пермера и  оплатить  ремонт...
нет, лучше полную замену решетки, ограждающей скамью подсудимых. На Штыря и
раньше поступали жалобы подобного, да и более серьезного содержания.  Влас-
тью, данной мне  всемилостливейшим  королем  Корроном  Третьим  и  Небесным
Судьей нашим повелеваю объявить воришку Штыря  человеком,  нежелательным  в
столичном городе Штейнведе, а так же и в городах Кмель, Валостан и Крдо. По
этой причине, а так же и во продление жизни купцу Пуллю,  Штырь  высылается
из столицы в любой из городов, не упомянутых мною выше, а желательно  -  на
восточную или северную границу, по выбору самого Штыря. Ежели  он  совершит
там какое-либо преступление, то полученый ныне  статус  вменяется  ему  как
отягчающее обстоятельство, согласно статье 63 Уложения о наказаниях уголов-
ных и исправительных. Привести приговор в исполнение, выслав по  этапу  во-
ришку Штыря в.. Куда тебе?
- Ну, в Велье, куда же еще. - Ответил я, опустив голову. Снова  этот  воню-
чий городишко. Впрочем, хорошему вору всюду место найдется.
- Вот, именно туда его и выслать. Заседание окончено, объявляю перерыв.
  Двое здоровых стражников вывели меня из зала суда через заднюю дверь и по
какому-то узкому коридору повели на выход. Покинув здание, они, не дав  да-
же оглядеться, закинули меня в крытую повозку с  решеткой  на  единственном
маленьком окошке, и мы покатились по улице, то и дело подпрыгивая  на  коч-
ках. Потом кочки кончились, и я понял, что повозка выехала на одну из  цен-
тральных улиц столицы, мощеную булыжником. Булыжник кладут на улицах  круп-
нейших городов страны потому, что грязь и отбросы, традиционно  покрывающие
дороги, своим видом, запахом и вязкостью мешают состоятельным гражданам по-
лучать удовольствие от праведно нажитого богатства. Чистоплюи хреновы.  Ша-
ги на булыжнике слишком уж слышны, да и не спрячешься в случайную ямку. Да-
же тени на этих чертовых мощеных улицах кажутся  прозрачнее  обычных,  хотя
это я зря. Тени везде одинаковы, просто центральные улицы шире, чем окраин-
ные проулки.
  Работать я предпочитаю в тенях. Этому способствует и моя тихая поступь, и
то, что, по выражению одного ныне э-э-э... тяжело больного типа, моя  "гри-
ва темнее самой что ни на есть темной ночи, какую только посылал  Шавал  на
Вельталь, и того же цвета глаза". Некоторые модники подбирают  себе  шнурки
под цвет глаз. Они заявляют, что это для сохранения гармонии. Чтобы не быть
обвиненным в нарушении этой самой гармонии  я  одеваюсь  преимущественно  в
черное. Черные ботинки на черной шнуровке, темно-серые штаны и  плащ  цвета
воронова крыла, скрывающий темный же кушак. Пусть  только  кто-нибудь  пос-
меет сказать, что Штырь нарушает гармонию в одежде! Тут же лишится языка, а
то и чего по-важнее. Для этого у меня предусмотрены закрепленные на  правом
предплечье ножны из черной кожи, в которых находится метательный нож.  Точ-
но такой же в напульснике на левой руке, а на правом бедре у меня  болтает-
ся довольно длинный ножик. Довольно длинный, для того, чтобы с одного  уда-
ра практически срезать голову, но недостаточно длинный, чтобы считаться ме-
чем. Мечи в Стариде могут носить только солдаты регулярной армии, вояки  из
местных ополчений или городские стражники. Ни к одной из этих категорий  я,
как вы понимаете, не отношусь, чем весьма доволен. Я - вор, работник вечер-
ней тени и ночной тьмы. Эту красивую фразу я прочел в дневнике одного  поэ-
та, которого ограбил пару лет назад. Любопытно, что он потом про это  напи-
сал?
  Казалось бы, откуда молодому воришке среднего пошиба,  сыну  крестьян-бе-
женцев, родившемуся в дороге, уметь читать? Все дело в том, что у  указного
столба, который вы можете найти на центральной площади любого городка,  при
зачитывании новых законов собирается немало народу, заметьте  -  народу  не
бедного. Пока они интересуются у глашатая относительно новых законов, я ин-
тересуюсь относительно их кошельков. Чтобы никто (особенно - судья) не смог
сказать, что я околачиваюсь у указных столбов исключительно с целью  подза-
работать на невнимательности граждан, я запоминаю текст указов наизусть,  а
потом подхожу к столбу и соотношу запомненные мною слова с тем текстом, что
вижу на столбе. Так я и научился весьма неплохо читать как на  человеческом
языке, языке подданных Стариды, так и на дикой белиберде  восточных  варва-
ров. Это знание иногда приносит мне пользу, хотя,  конечно,  от  него  мало
толку по ночам, когда держаться в тени - вот главное умение. Те жители сто-
лицы, что неспособны отличить в расплывчатом пятне, мелькнувшем во тьме пе-
реулка, меня, непременно лишатся всех своих драгоценностей, денег и прилич-
ной одежды и будут рады, что сохранили себе жизнь, что,  впрочем,  необяза-
тельно. Я имею в виду не радость, а жизнь.
  Хотя, какая разница! Благодаря этому гадскому торгашу  Пуллю  меня  высы-
лают из столицы в пограничный город, где жители гораздо бдительней,  стража
- многочисленней, а кошельки - тоньше. Есть в этом и свои плюсы. На  улицах
в Велье нет булыжника,  ищут больше шпионов,  а не воров.  Тени там  гуще и
длиннее, а наличие у горожан оружия может компенсировать модернизация моего
собственного арсенала.
  Ах, да... Как  любил  говорить  один  мой  покойный  друг  -  "Кстати,  о
птичках". По-моему, мои личные вещи должны быть высланы вместе со мной. Это
- деньги, половину которых стражники "потеряют", если я захочу получить об-
ратно свое оружие, вещевая сумка, содержащая смену одежды  и  немного  еды.
Вот, собственно, и все мое богатство. Как видите, я  не  скапливаю  больших
состояний. Я не хочу быть привязан к вещам, я - свободный человек,  которо-
му нечего терять. Средства к существованию я добываю тем,  что  ворую  все,
что плохо лежит, и граблю всех, кто достаточно неосторожен для того,  чтобы
совершать прогулки в ненадлежащем месте в ненадлежащее время и, как вы  по-
нимаете, без надлежащей охраны. Если мне надо что-то  особенное,  то  я  не
коплю на это деньги, а граблю того, кто это особенное имеет.
  Я так понимаю, что везут меня сейчас в главную столичную тюрьму, Массару.
Из нее по мере накопления заключенных высылаются хорошо охраняемые  карава-
ны в различные города Стариды. Чаще всего они везут осужденных на  каторгу.
Такие следуют по старому северному тракту, через восточный  Бернс  в  пред-
горья Паласских гор. Там находятся серебрянные рудники, там же есть и каме-
ноломни, и железнорудные шахты. Каторжане работают не на самых вредных  для
здоровья рудниках, а на самых северных.
  Много веков назад там жили полудикие племена горных ласок.  Они  добывали
железную руду и обрабатывали ее. Получавшиеся изделия они  продавали  тогда
еще молодой Стариде. Но в 14 веке от Большого Раздора богов (Б.Р.Б.)  пред-
ставитель правившей тогда династии Кроменидов, предприимчивый Ванад  Второй
постановил покупать у них не готовые изделия, а только руду. Надо  сказать,
что решение это было экономически вполне обосновано; ведь  готовая  продук-
ция обходилась казначейству Стариды в шесть с  половиной  раз  больше,  чем
необходимый для её производства объем сырья. Качество продукции горцев  ос-
тавляло желать много лучшего, а подпольные  умельцы  Стариды,  получив  ле-
гальную возможность развернуться во благо родины, начали клепать изделия из
металла в геометрической прогрессии. За это Ванада прославляли  при  каждом
удобном случае в Стариде и проклинали в горах. Неожиданно на северных рубе-
жах страны Ласок показались некие загадочные племена.  Сильные,  высокорос-
лые, голубоглазые и все сплошь блондины, они смяли ничего не понимавших Ла-
сок и выкинули их сначала с заснеженых вершин Заоблачного перевала,  а  по-
том вытеснили в предгорья Паласских гор.
  Главной причиной успехов Бьютов, как их начали  называть  старидцы,  была
внезапность. Горные Ласки не могли себе представить, что за Заоблачным  пе-
ревалом может жить целое племя людей. Они думали даже, что  это  боги  или,
как минимум, дети богов, которых те послали Ласкам в наказание за  то,  что
горцы забыли древние обычаи, перестали молиться богам и  почитать  легенды.
Треть населения срочно бросилась во всевозможные кумирни, куда дорогу  пом-
нили разве что современники древних идолов. Не такая верующая,  но  гораздо
более воинственная треть бросилась в кузни ковать мечи и доспехи, чтобы ос-
тановить наглых агрессоров. Самая умная треть бросилась на  юг,  к  Старид-
ской границе, под тем предлогом, что очередного отпуска они не  видели  уже
лет сто, кости у них ломит, в висках шумит и вообще - им  пора  на  курорт.
  Толку от действий первых не было никакого, кроме того, что кумирни, нако-
нец, прибрали, а подрастающему поколению доступно объяснили, что там не на-
до устраивать диких оргий с несчетным количеством импортного кнопта, не для
этого предки их строили. Молодежь на это резонно  отвечала,  что,  если  бы
древние строители кнопт пробовали, то не стали бы заниматься ерундой, а от-
грохали бы гиганский питейный дом, где и молились бы всем, кому только  на-
до. Те, кто пытался оказать бьютам вооруженное сопротивление, потерпели по-
ражение, так как, во-первых, бьюты были сильней физически, а во-вторых  из-
готовленное по устаревшим технологиям оружие ласок не шло ни в какое  срав-
нение с отличной сталью блондинистых агрессоров.
  Некоторые ласки перед самой своею смертью с удивлением различали на  вра-
жеских клинках штампы, которые неоспоримо свидетельствовали о том, что род-
ные братья и сестры этих мечей, топоров и секир производились,  производят-
ся, да и будут еще долго производиться  на  металлоплавильных  мануфактурах
Крдо - центра металлоиндустрии Стариды. Но задуматься, к чему бы  это,  они
просто не успевали, задать своим старидским союзникам интересные вопросы  -
тем более. Никто бы про это ничего бы и не узнал, если бы  бьюты  останови-
лись, искоренив горных ласок. К сожелению, они двинулись  в  предгорья  Па-
ласс, которые благородые старидские войска аннексировали, дабы  спасти  бе-
женцев (а, за одно, и рудники, в которых этих беженцев компактно поселили).
Когда с первых убитых бьютов сняли оружие, то разразился скандал,  а  когда
первым пленным прижигали раскаленными угольями пятки,  то  они  разразились
фамилиями.
  Что именно за фамилии называли пленные - то никому не ведомо. Занимавшие-
ся этим следователи срочно отбыли куда по-дальше по обмену опытом,  заплеч-
ных дел мастера, как известно, глухонемые, а снова спрашивать этих бьютов -
задача уже не для трудяг из королевской пыточной палаты, а  для  специалис-
тов по спиритизму. Как было объявлено, виноват во всем оказался  некий  ку-
пец Веркафер, который тайно, с парой своих друзей, которых еще не установи-
ли, сливал бьютам оружие по цене пятнадцать шкур горных медведей за меч.  В
Стариде одна такая шкура шла по цене 12 полновесных серебряных пермеров.  А
десяток - другой этих шкур является, насколько это мне известно,  достаточ-
ной взяткой Главному Советнику всесильного, всемилостивейшего,  всевидящего
и пр. короля Коррона Третьего по торговле, чтобы получить монополию на  вы-
воз или ввоз той или иной продукции из тех или иных  стран.  Вообще-то  это
осталось на уровне слухов, но Главного Советника по торговле все-таки  сня-
ли. Предлог - по состоянию здоровья.
  Как-то раз мне посчастливилось забраться в очень богатый  дом,  где  было
несколько шкур этих самых медведей. Надо сказать, что их  размеры  поразили
мое воображение. Я попытался представить этих мишек живыми и испугался.  Но
потом я произвел несложные арифметические подсчеты и выяснил,  что  бояться
нечего. Предприимчивый купец Веркафер перетащил бьютам по непроходимым гор-
ным перевалам мечей на целую армию. Я так и представляю его с двумя товари-
щами ведущим километровый караван из груженых высокогорных мулов.
  Тяжело им, наверно, было. Если умножить каждый меч  на  пятнадцать  шкур,
которые за него якобы причитаются в горах, то получается, что бьюты завали-
ли гиганских горных медведей во много раз больше,  чем этих  тварей  вообще
существует в природе. Как они это сделали? Ну... север - дело тонкое.
  Как, например, диригант восточной провинции Комомон,  в  столичный  город
которой меня высылают, многоуважаемый господин Воллер, сумел ввести в  Ста-
риду столько Эстинского шелка, сколько в самой Эстине может накопиться  лет
эдак за две тысячи? Злые языки поговаривают, что всему виной низкая  пошли-
на на ввоз этого шелка, под видом которого диригант ввозил ковры из  Кумара
и продавал их по бросовым ценам, чем погубил народные промыслы  в  соседней
провинции. Я считаю, что это все - вранье.  Во-первых,  господин  Воллер  -
очень заслуженый человек и стыдно подозревать представителя самого короля в
чем-либо подобном, а во-вторых стражники на границе просто не  допустили бы
такого безобразия и жульничества, так как начальником тамошней заставы  яв-
ляется очень опытный и провереный человек - господин Бротиф, между прочим -
зять самого господина Воллера.
  Размышляя подобным образом я доехал до Массары. Повозка остановилась, что
бы подождать открытия ворот, ведущих во дворик, опоясывающий всю  тюрьму  и
находящийся между внешней и внутренней стенами Массары. Потом  моя  повозка
запетляла по поворотам, объезжая всю внутреннюю стену, так как ворота внут-
ренней стены располагались на другой стороне комплекса. Все  эти  ухищрения
были придуманы с одной только целью - не дать никому убежать. Надо сказать,
что выйти из тюрьмы не так уж и сложно - нужно только дать  соответствующе-
го размера взятку начальнику этого заведения и нет проблем.
  Я не намерен прибегать к этому способу расставания с оковами. Нету у  ме-
ня таких денег, чтобы от тюремщиков откупаться,  да  и  желания  нет.  Этот
Пулль только и ждет, когда я выйду. И ведь, собака, не один ждет, как  пить
дать - не один! В кошельке этого пьяницы есть очень  интересные  документы.
Если о них узнают представители военной разведки, то ему  не  поздоровится.
Хорошо, что я умею читать и помню все последние указы и королевские  поста-
новления, ото ведь выкинул бы эти бумажки и забыл бы про них. Можно, конеч-
но, отдать их прямо сейчас офицеру стражи, но это не дело - он  эти  бумаги
выставит, как будто это  его  личное  достижение,  а  меня  переоформит  из
ссыльного в заключенного. Ему это сделать - раз плюнуть. Это еще  пол-беды.
Когда бумаги дойдут до куда надо, то там зашевелятся и быстро выяснят,  кто
именно и как их нашел. Вот тогда-то у меня возникнут такие проблемы,  каких
не пожелаешь и самому заклятому другу.
  Повозка остановилась и меня повели по узким коридорам Массары. Единствен-
ным украшением стен там служат живописные трещины и щели между камнями,  из
которых сложена эта тюрьма-крепость. Наконец, после многочисленных  поворо-
тов мы пришли к предназначавшейся мне камере.
- Здесь ты будешь сидеть, пока не соберется группа на восток. - Сказал  мне
один из стражников, здоровенный детина с порванным ухом. Судя по  идиотско-
му булькающему акценту - уроженец Каратайна, провинции на дальнем  юго-вос-
токе королевства.
- А когда она соберется, эта группа? - Спросил я.
- Когда мы выловим из городского дерьма еще с пяток таких трусливых свиней,
как ты, вот тогда-то и отправим вас всех на вашу родину, в  восточные  про-
винции, чтоб они протухли. - Сказал его напарник. Сразу  видно  -  коренной
Штейнведец, мать его. Я так и ответил, и еще прибавил пару слов  по  поводу
любви Стариды прикрываться беженцами из соседних государств  и  собственных
окраин, подвергшихся нападению очередных варварских племен. За это я  полу-
чил приличный тычок в ухо, который этой столичной сволочи еще аукнется. Ме-
ня втолкнули в камеру.
  Моими соседями на неопределенное время стали шесть человек, в  которых  я
без труда опознал воров. Одного, Шигна - Серебряное крыло, я немного  знаю.
Они заняли нары, протянувшиеся вдоль правой стены и ожесточенно резались  в
бимс. Бимс - это такая игра, где на квадратном поле шесть на  шесть  клеток
стоят различные фигурки. Их можно по-всякому передвигать и съедать  вражес-
кие. Правил её я не знаю и знать не хочу. Играл Шигн и какой-то тип с крас-
ной отметиной через всю щеку.  Видать,  всадник  достал  кнутом.  Остальные
столпились за их спинами и напряженно вглядывались в комочки хлеба, изобра-
жающие фигуры, расставленные на клетчатой рубахе одного из воров.
  На нарах слева сидел странного вида дедок, больше всего похожий на чинов-
ника. Чиновника с лицом, похожим на ржаную лепешку. Такое  впечаление,  что
отбивную из него делало несколько человек сразу. Он увлеченно спорил с  па-
реньком лет семнадцати, лицо которого  вид  имело  совершенно  девственный,
создавая разительный контраст с чиновничьим. Их беседу со  скучающе-дремлю-
щим видом слушал крупный парень с совершенно белой, холеной кожей.  Очевид-
но сын какого-нибудь западного фермера. Они там все  такие  -  разъевшиеся,
благодушные, дебелые. Варваров на западе нет. На западе Паста  и  окраинное
море.
  Моё появление не осталось незамеченным.
- Кого я вижу?! - Вскричал свои громоподобным голосом Шигн. - Да это же сам
Штырь!
- Что ж ты орешь-то так? - Сморщился, получив зуковой удар по  ушам,  мече-
ный противник Серебрянного крыла. Он обдумывал очередной ход, что было  для
него явно непривычно, и плевать ему на очередного сокамерника, мало ли  ка-
кие тут ходют. Не люблю я такого пренебрежения к своей особе.
- Штырь? - Поинтересовался один из воров -  Наслышан,  наслышан...  За  что
взяли-то?
- За яйца, да так и держат. - Ответил я. Излишне любопытные мне не  нравят-
ся тоже.
- Ну зачем же грубить? Все нормально, без обид. Я просто спросил. Куда?  На
север, в рудники?
- Нет, на восток. Высылают меня. Пришить что-то конкретное Штырю  у  Фузме-
новских ищеек руки коротки, а вот всякие жалобки накопились,  меня  назвали
нежелательным, и в Велье.
- Велье - это центр Комомона? - Спросил Шигн  Серебрянное  крыло,  дождался
моего кивка и продолжил. - Ну так и те трое, вишь, сидят, тоже туда.  Да  и
Карп тебе в попутчики.
  Тот, кого назвали Карпом,  утвердительно  кивнул.  Когда-то  светло-серые
штаны, короткая латаная куртка... Где-то я уже встречался  с  взглядом  его
зеленоватых глаз. Может на улице, может в конторе у Барзула,  мало  ли  там
людишек крутилось. Я встал за спинами вновь вернувшихся к игре воров и бро-
сил взгляд на доску. Ни черта не понятно. Кусочки хлеба даже  отдаленно  не
походят на те фигурки людей и зверей, что я видел в призрачном свете луны в
одном далеко небедном доме. Да и клеток там было гораздо  больше.  Кажется.
Денег там было больше, вот чего. Уж это-то точно.
  Стоял я так с умным видом минут двадцать, изображая большого знатока. Ви-
димо, иногда я куда-то не туда смотрел. Они все явно смекнули, что я  нуле-
вой, и не пытались завлечь меня в обсуждение организовавшейся на рубахе ба-
талии промеж кусков хлеба. Просто отойти в сторону я не мог, я так и  видел
их ухмыляющиеся мне вслед рожи. Мол, Штырь полный тупарь, только  резать  и
может. В лицо мне этого никто не скажет, знают, что уж резать-то я могу по-
лучше многих прочих вояк. Да еще эти трое странных типов сидели напротив  и
увлеченно чесали своими языками.
- Кто это такие? - Спросил я у сидевшего рядом мелкого воришки,  промышляв-
шего, насколько я слышал, кошельками на Пастоматеке. Воровать  у  заплывших
жиром торговцев с запада, из  непонятного  города-порта-государства-провин-
ции Паста, было не особенно сложно, но совсем не прибыльно. Чушь  всякая  у
них в кошельках водится, заместо денег.
- Да так...  какие-то...  - Непонятно пробурчал он в ответ. Я подумал,  что
лучше: преподать этому козлу урок как надо отвечать Штырю, а потом  отойти,
или гораздо лучше будет подойти к левым нарам к тем троим, вроде как побол-
тать. В первом случае предлог для того, чтобы отойти будет очевиден. Это не
пойдет. Я выбрал второй вариант.
- Эй, ребята. Вы кто такие? - Спросил я, отвернувшись от надоевшего бимса и
подойдя к тем троим - чиновнику и двум парням -, что сидели  на  противопо-
ложных нарах.
- Что тебе? - Как-то резко спросил у меня тот, который спорил со стариком.
  Что-то часто в последнее время со мной стали резко разговаривать. За этот
день уже который раз, и не сосчитать. Вообще-то в столице  меня  уважали  и
боялись после некоторых прецендентов. Ну, не будем о грустном.

                         Глава 2 - Дорога дальняя...

                                       Стоит охрана возле каждого барака.
                                       Курок навзводе, автомат наперевес.
                                       А вечерами поножовщина и драка,
                                       А я мечтаю отвалить с концами в лес.

  Я хотел было нахмуриться и принять меры, но человек с лицом чиновника пос-
пешил замять возможный конфликт.
- Простите моего излишне нервного друга, господин. Он еще молод и несдержан.
  Мне понравилось такое обращение. Нельзя сказать, что я настолько уж старше
этого паренька.
- Меня зовут Кулелин, я преподаю... ну теперь получается, что преподавал  в
Королевском Университете Штейнведа на кафедре права, социологии  и  филосо-
фии. Этого молодого человека - сказал он, указав на своего собеседника- зо-
вут Копер, он является, простите, являлся студентом этой же  кафедры.  Грыз
гранит науки, так сказать. Нашего последнего э - э - э...  собеседника  зо-
вут Проко, он свободный сельский труженик из Западного Бернса.  Хотя  какой
уж он теперь свободный... - С горькой усмешкой завершил представление Куле-
лин.
- Очень даже свободный! -  Порывисто вскрикнул Копер. - Раньше он был  сво-
боден от оков, а сейчас он свободен от земли. Сами посудите, что тяжелее  -
эти железки или огромная куча навоза? Получается, что теперь он еще свобод-
ней, чем раньше.
  Хотя и видно было, что паренек шутил, но, однако, его  высказанная  таким
образом точка зрения мне понравилась. Выйдет толк из  этого  Копера.  Может
быть. Интересно, что тут делает профессор из университета? Вроде бы  Коррон
бережет это заведение как зеницу ока своей жены. Кулелин явно подавлен  на-
хождением здесь. И что, спрашивается, переживает? Ведь не  на  каторгу  же,
просто высылают.
- Можно полюбопытствовать, как такая почтенная публика,  цвет,  не  побоюсь
этого слова, старидской науки оказалась, грубо говоря, на нарах?
  Лицо старикана и без того грустное сразу стало еще грустнее.
- Статья 280 пункт второй. - Неожиданно ответил до этого молчавший Проко. Моя
челюсть отпала. Уложение о наказаниях я знал неплохо.
- Ни фига себе! Измена родине, призыв к свержению правящей династии! С  ка-
ких это пор такими делами занимаются, не в обиду вам будет сказано,  ученые
люди, которые ничего, окромя своей науки и не знают? А еще мне интересно, с
каких это таких пор мятежников называют нежелательными и высылают в провин-
ции вместо того, чтобы скормить Рашее-Камине или просто разодрать конями?
  Во время моего монолога философ и фермер  молча  вздыхали,  потупя  взор.
Однако Копера я явно задел за живое:
- Мы! Мы хотели восстать против проклятой деспотии!  Снести  вековые  оковы
рабства, которые старидский народ вынужден был терпеть на  протяжении  мно-
гих лет до нынешнего момента! Проклятый Фузмен в  своих  злодеяниях  совсем
потерял чувство меры. О, нет! Он не убивает, он спасает этот  чертов  поря-
док! Он не истязает, не шантажирует - он обеспечивает интересы государства.
Жизнь единицы, если единица нарушает догму установленного порядка, для  не-
го и пера ломаного не стоит! Того, что общество, которому  он  служит,  как
раз из единиц и состоит, Фузмен и его приспешники не замечают. Они  -  люди
широких взглядов, а широкие взгляды, да будет вам известно - лучший  способ
не замечать людей.
  Парень замолчал, когда увидел, что все, сидящие в камере, кроме  Кулелина
и Проко, заткнули себе уши. Если бы меня посадили в одну камеру  с  психом,
то я особо и не выступал бы. Ну, мало ли что бывает. Если бы меня  посадили
в одну камеру с политическим... Это понятно. Мест  нет,  приходится  мешать
честных воров и грабителей со всякими мерзкими типами. Но  несколько  дней,
если не недель гнить на нарах с  психованным  политическим  придурком!  Это
настоящая пытка. Дать ему по морде - нарушение  режима,  аккуратно  вырвать
язык - получишь по морде от тех, кто потом будет камеру мыть.  А  регулярно
зажимать уши - это же родить можно. А вдруг вовремя не успеешь? Да и  услы-
шишь этакую страсть?! Прощай ссылка, до свидания купец Пулль, чтоб ты сдох.
Как меня за это колесуют, я и представить боюсь.
- Э-э-э. - Неуверенно произнес я. - Мужики, вы уверены, что  вас  высылают?
Это, конечно, не камера смертников, но вдруг тюремщики просто перепутали, а?
- Дорогой мой Копер. - Кулелин сказал это голосом человека,  который  убеж-
дает ребенка не хвататься больше за лезвие хорошо отточенного ножа,  причем
делает это не впервые. Кстати, мое обращение "мужики" ему не понравилось.
- Если ты будешь слишком  часто и слишком принародно цитировать то,  что ты
процитировал сейчас, я боюсь, что предположение господина э-э-э...
- Штыря.
- Ага, Штыря. Так вот, его предположение относительно ошибки наших тюремщи-
ков вполне может стать реальностью. Видете ли, господин Штырь, как  вы  на-
верняка знаете наш всемилостивейший государь Коррон Третий весьма  благово-
лит Штейнведскому Университету в частности и развитию образования в  Стари-
де вообще. Он заступился за нас перед господином Фузменом, и вот мы  здесь.
Ждем, когда соберется группа высылаемых на восток.
- А сколько всего надо наловить народу для высылки? -  Спросил  я.  Кулелин
уставился на меня непонимающим взглядом. По всей видимости,  этого  ученого
мужа больше интересовала судьба подданных королевства, а не  его  собствен-
ная. Все они, философы, такие блаженные. В карманах у таких копаться -  де-
лать нечего, да только нет там нифига. О желудке своем они  тоже  не  шибко
беспокоятся. А стоило бы.
  Снова неожиданно ответил "свободный сельский  труженик",  как  его  хитро
обозвал Кулелин.
- Стражники сказали, что человек пять-шесть нужно. Тогда  вышлют.  -  Проко
отличается редкостным немногословием. Интересно, как это такой немногослов-
ный тип изловчился попасть сюда по одному делу с  этими  мудрилами,  причем
попасть именно, как я понял, за болтовню.
- А нас и так пятеро. Я, вы и Карп. Что же не высылают?
- Не знаю. Может, хотят еще кого присоединить.  Высылки  ведь  проходят  не
часто.
- Ну, что ж. Будем ждать. Кстати, а как это вы собирались свергать Коррона?
Пробраться к нему спальню, искусно притворившись  его  женой,  и  заколоть?
Пробиться к нему на аудиенцию и заболтать до смерти? Или, может быть,  нем-
ного подкачать мускулы, взять мечи по-больше, выбить ворота, перерезать всю
стражу и...
- Нет, нет, что вы! Ничего такого! - Похоже Кулелин даже не уловил иронии и
не на шутку испугался моим предположениям. - Просто, понимаете, как бы  это
так сказать... Однажды у одного нашего хорошего знакомого был день рождения.
- Все, можешь не продолжать. - Прервал его я. - Дальше все  понятно,  обыч-
ная история. Вы нажрались как свиньи и начали толкать свои речи. Хозяин  от
такой оказии тут же протрезвел, выскочил на улицу, словил первого  попавше-
гося шпика и заложил вас с потрохами.
- Ну, не совсем так. Что мы говорили, он осознал только на следующий  день.
Испугался, что если кто-нибудь из слуг понял  хоть  слово,  то  ему  конец.
Явился с повинной к самому Фузмену, чем заслужил себе прощение.
-Да, таким заслужишь. Фузмен, говорят, до всевозможных заговоров чрезвычай-
но охочь. - Задумчиво проговорил я, думая об одном интересном документе.
  Эх, и какие же интересные вещи можно обнаружить в кошельках простых,  как
кажется на первый взгляд, граждан. Это большая ошибка Фузмена, что  карман-
ники и ночные грабители до сих пор не привлечены к  деятельности  его  спе-
циальной службы. А координаторами их работы можно было бы поставить скупщи-
ков краденного. Так и представляю себе капитана Барзула, руководящего  кра-
жей неких секретных документов у эммисаров с востока, умело  притворяющихся
купцами. Заодно можно украсть и зарплату себе.  Никаких  расходов  королев-
ству! А вечерком можно будет прирезать кого-нибудь не как  сейчас,  не  для
развлечения, а во имя высших государственных  интересов.  Пулля,  например.
Красота!
  Я предавался мечтаниям, что я сделаю когда-нибудь с этим  купчишкой.  Мои
новые знакомые продолжили прерванный мною спор о каких-то  особенностях  то
ли северной, то ли восточной торговли, о каком-то путе  Парапека.  Хрен  их
поймет, о чем они треплются.
  Хотя, оно конечно, неплохо было бы разобраться по-лучше, если этот  самый
путь проходит через Велье. У тех, кто шляется по всяким там путям,  особли-
во торговым, завсегда водится определенная денежка.
  Шигн, по всей видимости, уже проиграл вору с отметиной на щеке  и,  усту-
пив место следующему страждущему бимсоману, подошел к нам.
- Ну, о чем треплетесь, мудрилы?
- А тебе что? - Резко бросил Копер. Видимо, это его любимый вопрос.
- Да так. - Расхохотался Шигн. - Вот, захотелось узнать.
- Может тебе расхочется, а? - Мило улыбнулся я в ответ на его смех.
  Серебряное крыло посмотрел на меня косо, ухмыльнулся,  сказал  "Ну.  ну",
но, тем не менее, вернулся к игрокам. Те, увлекшись передвижением хлеба  по
рубахе, ничего не заметили. Только этот смутно знакомый Карп как-то  стран-
но наблюдал за нами, но, натолкнувшись на мой взгляд, поспешно перевел взор
на поле для бимса.
  День уже клонился к вечеру и больше ничего интересного  не  произошло.  Я
вполуха прислушивался к болтовне молодого импульсивного Копера и умудренно-
го опытом Кулелина. Они трепались в основном о политике и экономике. И  то,
и другое интересовало меня лишь постольку-поскольку. Знать,  как  изменится
цена на пшеницу из Западного Бернса на рынках какого-нибудь  Каратайна  ко-
нечно довольно интересно, но толку от этого знания нет ни на грош.
  Совсем другое дело путь Парапека. Это, как я понял, какая-то новая торго-
вая магистраль, ведущая из восточных земель, от варваров,  через  Велье  на
север, в земли Бьютов, с которыми мы, оказывается, не только  воюем,  и  на
северо-восток, через Бернс в Пасту. Денег по этому пути сновать будет види-
мо-невидимо. Глядишь, и мне чего-нибудь перепадет.
  Тут тяжелая дверь со скрипом отворилась, и в нашу камеру вошел уже знако-
мый мне каратайнец - порванное ухо и какой-то еще человек, одетый в  темную
куртку с зелеными полосами по краям и аналогичных красок штаны. Это, как  я
прекрасно знал, был офицер службы безопастности, шпик из ведомства Фузмена.
  Рядовыми ворами они в плотную не  занимаются,  оставляя  рутинную  защиту
правопорядка лучникам городской стражи, но держат нас под  присмотром.  Все
облавы и другие портящие кровь честным ночным труженикам мероприятия прово-
дятся под непосредственным патронажем службы безопастности,  которая  заби-
рает себе все больше и больше полномочий, прижимая в этом отношении  город-
скую стражу, конные разъезды феодалов и армейские службы. Шавал их всех по-
дери.
  Все поднялись со своих мест и с любопытством поглядели на  вошедших.  Они
явились, чтобы отправить либо группу высылаемых на восток, либо каторжан на
северные рудники.
- Все, высылаемые на восток, встаньте! - Громко сказал каратайнец. Все зак-
люченные невольно ухмыльнулись. Произносить торжественные речи с таким  ак-
центом - не самая лучшая идея.
- Вот и все наше королевство такое. - Приглушенно, чтобы не разобрал  шпик,
пробормотал себе под нос  Копер.  -  Дибильным  голосом  пытается  величаво
произносить приказы, которые все уже и так выполнили.
  Как только утихли бульки, вырывавшиеся из горла стражника, все  воры,  за
исключением Карпа, перестали обращать внимание на вошедших  и  вернулись  к
своему бимсу. Меня и моих спутников офицер службы  безопасности  недвусмыс-
ленным жестом пригласил на выход. Указал нам на дверь, проще говоря.
  В коридоре нас ожидали еще четверо стражников. Правильно, ото сейчас  тут
Кулелин с Копером всем вставят так, что мало не покажется. Эх, если бы всех
этих бездельников-стражников отправить куда-нибудь, где они могут  принести
хоть какую-нибудь пользу (на северную границу, например), то всем  было  бы
гораздо лучше. Мне, по крайней мере, уж точно.
  Снова бесконечные переходы, лестницы. Целый  лабиринт  коридоров,  заблу-
диться можно. В конце - концов нас вывели во внутренний дворик, где попыта-
лись выстроить в ряд. Это была плохая идея. Кулелин все  время  спотыкался,
Копер огрызался, а я с Карпом старались встать как  можно  более  свободно.
Проко вообще все было фиолетово. Когда нас, наконец, построили, из  очеред-
ной двери показался, естественно под конвоем, странного вида человек.
  Вся его одежда была одного темно-синего цвета. Я что-то не  могу  припом-
нить края, где бы так странно одевались. Куртка его явно  пошита  в  Пасте,
обувь скорее восточная, хотя точно не скажу. Штаны - вот это  загадка.  Ка-
кая-то непонятная на вид прочная ткань, но не кожа, загадочный покрой. Я не
видел такого не у восточных, не у северных варваров, не у граждан Пасты, не
во всех существующих цивилизованных королевствах. В добавок  голубые  глаза
северянина.
  В высшей степени странный тип. Срезать у такого кошелек днем  может  быть
чревато попаданием в руку какого-нибудь экзотического, до этого неизвестно-
го колеще-режущего предмета. Чем может быть чревато нападение на него ночью
с целью прирезать и раздеть, мне  и  представить  страшно.  Этого  подозри-
тельного типа приставили с края к нашему неровному строю.
- Значит так. - Бесстрастно глядя поверх наших голов произнес офицер  служ-
бы безопастности. - Вы все признаны судом людьми нежелательными  в  столич-
ном городе Штейнведе, а также и в городах Кмель, Валостан и Крдо. Вы подле-
жите высылке в город Велье, который как место высылки вы выбрали сами и  по
доброй воле. Я буду сопровождать вас до самого Велье. Пока мы туда не  при-
будем вы считаетесь заключенными, следующими по этапу.  В  конечном  пункте
вас примут в тамошней тюрьме, после чего вы будете отпущены.
  Что!? Это что еще за новости? Раньше высылаемых просто высаживали  посре-
ди центральной площади, отдавали те вещи, что считали нужным и все, ты сво-
боден. А это что-то странное.
- Я понимаю, что вы удивлены этим обстоятельством, но таков один  из  новых
законов, подписанных нашим всемилостивейшим королем Корроном Третьим.
- Подписанных  Корроном, а написанных Фузменом. - Пробормотал себе  под нос
Копер.
- Ах да, чуть не забыл. Видите эту нашивку? - Хвастливо спросил нас офицер,
выставив вперед рукав с какой-то странной нашивкой. Поверх его черной  кур-
тки было вышито "ФСБ".
- Это новое название службы безопасности, дарованное нам его всемилостивей-
шим величеством.
  Интересно, что оно обозначает? СБ - понятно, а вот Ф... Фиглярская?  Фир-
менная? Фарфаронская? Фисташковая? Может, Фуфельная?
- Фузменовская Служба Безопастности! - Гордо развеял все мои сомнения  офи-
цер безопастности, или, как его теперь будет положено называть, ФСБ-шник.
- Однако, не страдает их контора скромностью. - Ухмыльнулся одетый в  синее
новичок, наш новый попутчик.
- Теперь перекличка! - Крикнул офицер новоявленного ФСБ.
- Карп!
- Я!
- Кулелин!
- Я!
- Штырь!
- Я!
- Копер!
- Да здрав... - Попытался выкрикнуть Копер, но Проко вовремя зажал ему рот.
- Это он. Он - Копер, а я - Проко. - Сказал он со смущенной улыбкой.
  Офицер понимающе ухмыльнулся и продолжил.
- Пейкер!
- Я! - С готовностью ответил человек в синем. Вот, значит, как его зовут.
- Ну что ж. Вам всем надлежить сесть сюда. - Он указал на две  пригромыхав-
шие крытые повозки, типа той, в которой меня привезли сюда несколько  часов
назад. - Я буду сопровождать вас верхом. Пищу вам будут давать два  раза  в
день - утром и после полудня.
- А вечером? - Неожиданно прервал его Проко. Видимо, больная тема.
- Будете есть по вечерам - наберете лишний вес и в конец испортите  фигуру.
Всем все понятно? Отлично. Садимся.
  Мне досталось ехать вместе с Копером, Карпом  и  синим  Пейкером.  И  кто
только придумал такой способ транспортировки на большие расстояния, как эта
дурацкая крытая повозка. Не иначе, как лично Фузмен, забери его Шавал.
  Уже темнело и пора было спать, все разговоры пришлось отложить  на  утро.
Ох, и нелегкое это дело - засыпать на  плоских  деревянных  скамейках,  для
этого совершенно не предназначенных.

                           Глава 3 - Велье.

                                  Два вора, лихо скрывшись от погони,
                                  Делить украденное золото решили.
                                  На старом кладбище вечернею порою
                                  Уселись рядом на заброшенной могиле.
                                  И вроде поровну досталось им богатство,
                                  Но вот беда - последняя монета...
                                     Король и Шут "Два Вора и Монета"

                                  So Fucking what?...
                                     MetallicA's cover "So What?"

  Утро было хреновым, как, впрочем, и все утры, которые встречаешь на дере-
вянных скамьях, которые больно бьют тебя по голове и  по...  ну,  в  общем,
бьют на каждой кочке. А если подсчитать, сколько всего  этих  кочек  поджи-
дает меня на моей дороге в Велье. О-о-о... Хорошо, что мое умение счета  не
распространяется на такие числа. Вон, Кулелин с Копером больно умные - пус-
кай они и считают.
  Эти чертовы крытые повозки, применяемые ФСБ для  транспортировки  несчас-
тных заключенных, не только неудобны, но еще и тесны. Считается, что  спать
в пути в них должно не больше двух человек. К сожалению,  по  этому  новому
дурацкому закону высылаемые на время пути приравнены к самым последним  ка-
торжникам, то есть людьми не являются ни в коей мере.  Кстати,  на  жаргоне
эти повозки называют гробами на колесиках.
  Ага, кажется мои спутники начали просыпаться. Очень вовремя, может  Копер
снимет, наконец, свою ногу с моей руки? Снял, чуть меня при этом  не  заши-
бив. Интеллигенция, мля.
  Когда все сели, я спросил, обращаясь к синему Петеру, или как его там:
- Мы, кажется, не знакомы.
- Да. - Подтвердил он, сохраняя свою вчерашнюю жизнерадостность. -  Мы  со-
вершенно не знакомы, и это надо исправить. Меня, например, зовут Пейкер.
- Меня зовут Штырь.
- Копер.
- Карп.
- Очень приятно, мне действительно очень приятно оказаться в  вашем  общес-
тве, господа. Сейчас мы, если я не ошибаюсь, следуем в Велье,  центр  слав-
ной провинции Комомон. Так ведь?
- Да, Пейкер. Именно так. А скажи ка мне, какими судьбами мы встретились  в
гробе, следующем из столицы на окраину? - Спросил я его.
- Э-э-э... В гробе? Ах, этот милый экипаж вы называете гробом? Чтож, ориги-
нальное название.
- Оригинальное, не оригинальное, а за что, позволь узнать, тебя высылают?
- Меня-то? Да так, берут и высылают. Поссорился с одним типом из  городской
стражи, вот меня и выслали. Назвали... как это...  А!  Нежелательным.  Ага,
назвали нежелательным и выслали. Произвол редкостный.
  Врет ведь, черт синий. Врет и не краснеет. Тех, кто "поссорился" с город-
ской стражей, обычно находят в каналах, плавающими там брюхом книзу.  Одна-
ко от природы наивному Коперу снова наступили на любимую мозоль.
- Да я вообще не понимаю, кто придумал такую дурь,  как  институт  высылки.
Это же есть ни что иное, как грубейшее нарушение прав граждан нашего  коро-
левства на свободное перемещение. Если человеку хочется быть в том или ином
месте, то я не понимаю, по какому такому праву городская стража...
- Эй, Копер! - Прервал я его. - Еще слово, и ты  запросто  скажешь  что-ни-
будь,  что может изменить твое наказание на такое,  что мало не  покажется.
Давайте лучше поговорим на менее опасные темы. Вот,  например,  Пейкер, ка-
кова твоя профессия? Чем ты занимаешься, на вора ведь не похож.
- Я? - Переспросил Пейкер. Что за дурацкая привычка перед ответом переспра-
шивать. - В свое время я учился в Пасте, в Большой Медицинской Академии.
  Я невольно присвистнул. Выпускников той конторы обычно  держат  при  себе
всякие разные короли, не исключая и нашего, а не гоняют в  гробах  по  всей
стране.
- Там я получил звание лекаря с отличием. К сожалению, ни званием, ни отли-
чием мне воспользоваться не удалось. Одна торговая компания,  главой  кото-
рой является мой хороший знакомый, отправила меня в столицу вашего прекрас-
ного королевства с миссией. Тут у меня произошло одно досадное  недоразуме-
ние, о котором я ранее уже говорил, и вот я здесь.
  Очень интересно. Лекарь, вместо того, чтобы пристроится при одном из мно-
гочисленных еще в нашем королевстве феодалов, отправился  с  торговой  мис-
сией в Штейнвед. После этого поссорился, как он говорит, с кем-то тут и его
высылают. Довольно таки хреновая сказка. Я за пять минут  сочиню  по-лучше.
Очевидно, что этот тип - ни кто иной как шпион Пасты. Этот странный  город-
государство-провинцию кноптом не пои, дай выведать  чего-нибудь  секретное.
Это я точно знаю - приказы о высылке или повешеньи этих  шпионов  прибивали
на столбы по нескольку раз на неделе. Стоп. А куда их, дайте  боги  памяти,
высылали? Да в Пасту, на родину их шпионскую, куда же еще!? Так какого  же,
позвольте спросить, хрена он катит в Велье? Очень, очень интересно.
  Путешествие наше из Штейнведа в Пасту протекало тихо, мирно и без  каких-
либо неприятностей. Весь день гроб на колесиках трясся по  дорогам  Стариды
на восток, останавливаясь лишь с утра, вскоре после того, как  мы  просыпа-
лись - на завтрак, и вскоре после полудня - на обед. Естественно, что и на-
шей охране, и коням нужно было спать, и по-этому на ночь повозку обычно ос-
танавливали. Нас, конечно же, не отпускали.
  Невозможность совершать хотя бы короткие прогулки выводила нас из себя, и
на четвертый день мы, наконец, достали своим нытьем главного  ФСБшника.  Он
разрешил нам небольшой послеобеденный моцион, правда остановки на обед ста-
ли устраивать в таких местах, где смыться было решительно некуда, что  меня
немного раздражало. Мы любовались пасторальными пейзажами, как  назвал  все
эти поля да перелески Пейкер. Вечно чем-то  недовольный  Копер  предпочитал
говорил "гребаная лесостепь". Ладно, не нравится ему Фузмен.  Не  нравится,
простите меня боги, если кто слышыт, король. Ну, да и Шавал с ним.  Но  чем
этому бунтарю не угодила несчастная природа?
  Это была одна из их любимых тем для спора с Пейкером.
- Ну чем тебе не угодила природа? Спрашивал  синий  шпион  Пасты,  носивший
странные штаны и утверждавший, что он - лекарь.
- Природа? Эта мерзкая грязная гадость? Да после каждого дождя на эту,  как
вы говорите, "природу" срашно смотреть! Все дороги размывает, мосты  сносит
к Шавашу, а вы говорите "природа". Я уверен, что в будущем все улицы в  го-
родах - истинных носителях антропогенной цивилизации - будут  вымощены  бу-
лыжником так, что никакая природа там не просочится.
- Ну уж извини! - Это я вмешался. - Глупости! Мостить все улицы в городе не
будет никто и никогда. Это ж сколько камня-то надо. Да и ненужно это  нико-
му. То, что в Штейнведе центральные улицы мощены, так это так, блажь  неко-
торых толстосумов. Уж не хочешь ли ты сказать, что когда-нибудь все  жители
города станут настолько богатыми, что позволят себе этот никому  не  нужный
булыжник. Да и неудобно это. Подковы у лошадей на мощеных улицах  сбиваются
просто с неприличной скоростью, а в Королевском Совете нету  мощного  лобби
кузнецов, которое бы уговорило короля на подобную дурь.
  Прервался я потому, что Пастинский шпион буквально укатывался со смеху.
- Позвольте спросить, а что это вас так развеселило? - Настороженно поинте-
ресовался я. Терпеть не могу, когда я не шучу, а над моими словами смеются.
В таких случаях я могу и за нож схватиться. Его, правда, нету, но все же.
- Да так. Это я о своем. Я смеюсь не над вами, поверьте, не над вами.
- Кстати, - добавил он уже успокоившись - я слышал, что в Пасте  собираются
осуществить проект не только постепенного мощения улиц,  но  и  даже  хотят
создать систему регулярного ночного освещения.
- Вот, Шавал! - В сердцах выругался я. - И почему только Коррон до сих  пор
не восстановил в вашем дурацком городе своей законной власти?
- О-о-о...  На это есть очень глубокие причины. Ну, во-первых, у  нас  есть
армия.
- Ага.  Это грозное сборище лавочников  Штейнведские воры перерезали бы за
полчаса.
- Хоть вы и иронизируете над нашей армией, однако же она есть и этого забы-
вать нельзя. Во-вторых, а что дает вам право утверждать, что Паста принад-
лежит Стариде?  Старида захватила город насильственным  путем двести сорок
два года тому назад. Ну, и в-третьих, банки. Банки города-порта Паста сей-
час самые надежные во всем цивилизованом мире.  Если город будет захвачен,
то все банки разом обанкротятся, а ведь ваши чиновники и феодалы, что пос-
мышленей, держат деньги именно там.
- Один обман это, а не деньги. - Сказал ранее молчавший Карп. - Как то раз
срезал я кошелек у одного вашего купца на Пастоматеке.  Отошел, раскрыл, а
денег то там и нету. Показал Барзулу, а тот и говорит, что, мол, ту хрень,
что в кошельке хранилась,  возьмут только в Пасте, и то не везде, а у нас,
говорит,  на нормальные деньги поменять её можно лишь  в лифилалах,  не...
в филиалах ихних банок. А в банки ведь меня и не пустят.  Пришлось Барзулу
по дешевке отдать.
- Э-э-э... Позвольте полюбопытствовать, а кто такой Барзул?
- Барзул - это крупнейший в Штейнведе скупщик краденого. Был. - Ответил я.
- Он держал на содержании большую часть городской стражи,  по-этому его не
трогали, а условия работы его конкурентов тепличными не назовешь. Но однаж-
ды им заинтересовались фузменовские ищейки.  Самого его на долго посадили,
многих с ним связанных тоже посадили или выслали. Вот, как меня, например.
- А много воров было с ним связано?
- Ну уж немало. Да, почитай большая часть. - Подумав, добавил я. -  Условия
у него были самые приемлимые, да и цены ничего. Других он вытеснил  практи-
чески отовсюду. Так, чтобы вовсе никакого касательства к Барзулу не иметь -
так это только мальчишки, которые кроме кошельков ничего не воруют и прода-
вать которым нечего.
- В общем, классическая олигополия. - Подвел итог моему рассказу Копер.
- Ну... Это... Ты смотри, не выражайся. - Одернул я его. Барзул -  он,  мо-
жет, и сволочь был, но лучше многих других. Легко обзывать человека,  кото-
рый тебя не слышит.
  За такими беседами и проходили дни. Однажды, когда нам объявили, что этой
ночью  мы останавливаться не будем,  так  как надеемся к полночи поспеть в
Велье, Пейкер обратился ко мне с такими словами:
- Послушайте, господин Штырь. У вас в Велье есть друзья, знакомые, связи?
  Я сразу напрягся. Какого черта он интересуется? Мои связи - это мои связи.
- Ну, может быть, а что?
- Что? Да так...Я подумал, может вам понадобились бы лишние деньжата. Неп-
лохие, позволю себе заметить, деньжата.
- Сразу говорю, на постоянную работу не пойду.
- Ну зачем же на постоянную. Работа самая, что ни на есть разовая.  Чик, и
нету.
- Чик?
- Ага, чик. Вы ведь этим занимались, разве не так?
- Нет, не так. Вы, господин хороший неправильно меня поняли. Чиком по зака-
зу я не занимаюсь.
- А что, интересно, вам мешает. Вы что, никого не убивали?
- От чего не убивал, убивал. Если человек тебя не понимает - деньги не от-
дает, одежду, еще чего.
- А убить по заказу, так, чтобы на полученные деньги относительно безбедно
жить много лет?
- То есть?
- Три сотни пермеров.
- Нет.
- Что, этого мало?! - Удивленно воскликнул он, рискуя разбудить наших спут-
ников, пытавшихся заснуть в несущейся повозке. Дохлый, скажу я вам, номер.
- Просто я отказываюсь. Без объяснения причин.
  На этом он от меня отвалил. Уж не знаю, что он подумал, но в списке моти-
вов моего  отказа совесть и принципы занимают последнее место.  Если бы он
предложил пермеров двадцать  -  я бы задумался.  Это была бы очень большая
сумма денег. Но то, что он сказал! Сразу видно - не шпион. Вряд ли действи-
тельно медик из Пасты, но не шпион точно. Три сотни пермеров. Это одно здо-
ровое или несколько тучных состояний.  Такие деньги ни ворам, ни даже про-
фессиональным киллерам не платят, это ерунда. После исполнения меня бы уб-
рали,  и делу конец.  Неужто Пейкер сам этого не понимает?  Он что, с неба
свалился?
  А хрен с ним, с Пейкером. Чудной он какой-то. Сосредоточусь как я на чем
-нибудь другом. На Копере, например. Интересный парнишка. Что он, интерес-
но,  будет делать в Велье? Хотя, о чем это я. Он же со своим  Кулелиным не
просто  мудрилы бестолковые, но еще и юристы.  Кафедра права, или что-то в
этом духе. Откроют частную контору и будут жить припеваючи и горя не знаю-
чи. Кстати, в этом городишке мне бы пригодился знакомый юрист. Мало ли что.
С такими мыслями я окончательно успокоился и даже заснул. Хотя и с трудом.
  Растолкали меня через несколько часов,  хотя мне показалось,  что спал я
всего минуты три, не больше. Видимо, приехали. Нас быстро, по узким коридо-
рам тюрьмы Велье,  препроводили в свободную камеру,  которую мы в-шестером
заняли.  Ох, и какое же это прекрасное ощущение,  когда ты лежишь  и почти
мгновенно проваливаешся в сладостную дрему.  Лежишь на нарах,  а не на тех
дурацких скамейках в гробу. Они, конечно, одинаково жесткие, но все же.
  На утро нас подняли часов в десять, милостливо дав отоспаться. Оно и пра-
вильно.  Мы все-таки уже без пяти минут свободные люди, а не арестанты ка-
кие-нибудь.
  Элементарную процедуру освобождения сопровождавший нас ФСБшник превратил
чуть ли не в парад.  Снова выстроил всех и толкнул  какую-то дурацкую речь
насчет  порядка, дисциплины, светлого будущего, обязанностей перед королем
и  прочих штуковин, которых я никогда в жизни не видел и даже не представ-
ляю, где они водятся. Может, в зверинцах у восточных владык? Там, говорят,
много всякой дряни есть. Даже драконы.
  Как бы то ни было, но через полчасика нам,  наконец,  выдали наши вещи и
отпустили. Я немного задержался, так как хотел, чтобы мне выдали не только
сумку со всяким барахлом, но и мое оружие. Вообще-то это не положено. Вся-
кие орудия убийства должны следовать за их хозяевами в ссылку, так как это
их личная вещь и отнимать её без повода - это грабеж. Но отдавать ножи то-
же нельзя, еще убъем кого-нибудь.  Не зря ведь нас выслали.  Таким образом
был сочинен хитрый закон. Оружие высылаемых хранить в том городе, куда его
выслали, а если через три месяца человек не зарекомендуется у местных влас-
тей как благонадежный, то оружие экпо... эрс... короче не видать тебе тво-
его тесака как мозгов Первого Советника.
  Кого именно считать засчитывающим благого отношения власти решали по сами
понимаете каким параметрам.  Так что было решено,  что ждать три месяца по
меньшей мере глупо, и деньги отдавали страже сразу по освобождению.  Никто
в накладе не остаётся, устраивает это всех.
  Я вышел из  тюремных ворот с высоко поднятой головой,  как и положено, и
сразу же заинтересовался местонахождением моих спутников. Вокруг располага-
лась не очень-то людная площадь, кругом какие-то не шибко престижного вида
одно, реже двух этажные халупы. Я подошел к сидевшей на крыльце своего дома
девчушке и спросил:
- Ты не видела,  тут только что несколько человек выйти должны были.  Куда
они пошли?
  Девочка немного офигела от такого обращения.  Видать,  не каждый день из
тюрьмы  выходят уголовного вида увешанные оружием люди  и спрашивают, куда
двинулись те, кто вышел только что перед ними. Все же, собравшись с силами
и отведя взгляд от тесака, болтавшегося у меня справа, она дала ответ.
- Д-два челове-ка - ответила она, заикаясь - пошли в сторону центра, а трое
пошли во-он туда.
  Я посмотрел в указаном нарпавлении и увидел там препаскудного вида пере-
улок. Я то такие люблю, а вот что там делать моим попутчикам, кроме Карпа?
Нужно сходить,  посмотреть,  подсказало мне что-то. Я  осторожно подкрался
вдоль стены и заглянул за угол. Немного впереди стояли трое и о чем-то го-
ворили. Слева проулок ограждала стена двухэтажного трактира, а справа - за-
бор какого-то дома.  У трактира была небольшая пристройка,  за которую я и
скользнул. Отсюда было хорошо слышно и, если осторожно смотреть, то и вид-
но.
  В двух десятках шагов от меня стояли Копер, Карп и Пейкер. Выражение глаз
двух последних мне не понравилось.
- Но этого нельзя делать ни в коем случае! - Чуть ли не кричал Копер.
- Да тихо ты. - Прервал его Карп. - Нефиг подслушивать, чего не надо.
- Во-первых, мой молодой друг, он совершенно прав. - Поддержал Карпа синий.
Если бы вы не притворились спящим и не подслушали бы нашей беседы,  то вас
сейчас совесть и не мучила бы. Во-вторых, то, что Карп договорился со мной
об одном небольшом дельце, так это наше личное дело.
- Никогда! - Снова вскричал Копер. - Никогда убийство  не есть личное дело
убийц.
  Ах, вот в чем дело.  Оказывается, этот урод извлек урок из  разговора со
мной и подкатил к Карпу с более реальным предложением. Ведь этого можно бы-
ло бы ожидать!  Копер случайно подслушал их беседу, но вместо того,  чтобы
сдать их местной страже, ФСБ или военным, или, что лучше всего, забыть, он
сразу по выходу начал уговаривать их отказаться от своих намерений. Как бы
не убили парнишку, жалко ведь.
- Послушай, ты!  Тебе что, делать нечего. - Сказал Карп. -  Отправляйся на
постоялый двор за своим стариком, это в двух кварталах от сюда.
- Я! Я сейчас кликну ближайших стражников и вам не поздоровится!
  Тут в руке Пейкера мелькнул нож.
- Я - лекарь. Моя прямая обязанность заключается в слежении  за здоровьем.
Своим.
  Как только он кончил говорить, перо легко вошло Коперу между ребер, он и
пикнуть не успел. Я рванул было метательный нож из напульсника на левой ру-
ке,  но он как на зло не выходил. Черт, эти стражники  перекрутили мне все
снаряжение, пока везли.
- Слушай  внимательно. - Сказал Пейкер,  обращаясь к Карпу. - Скорее всего
твой объект  остановится в "Зажаренном коняге". Если нет, то обыщи все ос-
тальные места этого класса. Вряд ли он будет прятаться. Сопротивляться тоже.
Как он выглядит, я уже тебе рассказал. С ним должна быть  какая-то девица.
Относительно неё указаний не будет. Действуй.
  С этими словами он довольно профессионально растворился в пейзаже, а Карп
двинул на площадь, то есть мимо меня. Вряд ли он ожидал, что за то короткое
время, что они мило болтали, в переулке может кто-то появиться. Смерть его
была быстрой и легкой. Вот такое мое первое дело в городе. Шавал его побе-
ри!
  В кармане у него обнаружились  пять пермеров и горсть мелочи  -  около
четырех перов.  Вот такова тут цена жизни.  В Штейнведе и то дороже будет.
Однако, что мне делать с трупом? Не Карпа, пускай гниет. Куда мне деть Ко-
пера? Позвать стражу и, позвенивая ножами, сказать, мол вот - нашел? Не са-
мое  лучшее решение проблемы. Надо бы найти Кулелина  и Проко, им сказать.
  Это, конечно, все хорошо, но я о чем-то не о том думаю. Пейкер - вот про-
блема. Его надо наказать. А как, спрашивается, его найти? Обратиться к его
врагам - вот что мне надо. А кто у него враг? Какой-то тип, прибывающий се-
годня в город.  Может, мне еще и денег от него обломится?  Нужно найти его
срочно, вдруг уедет. Или Пейкер его как-нибудь по-другому достанет.

                           Часть 3. Безымянная :)

                       Глава 1 - Здравствуй и прощай...
                                             "Рыбак рыбака видит издалека"
                                               Мудрая руссская пословица

  Я не смог бы пискнуть даже если бы и пожелал. Тесак, приставленный к гор-
лу моей спутницы, заставил меня полностью потерять дар речи.
- Спокойно, парень. Медленно закрой дверь... Так, хорошо.  Теперь  присядь.
Нет не на пол. На кушетку. Отлично. Сейчас я задам тебе пару  вопросов,  ты
на них ответишь, я отпущу твою подружку и уйду.  Договорились?  -  медленно
проговорил преступник.
  Судорожно пытаясь представить себе, что же может попытаться вызнать у ме-
ня этот уголовник, я кивнул головой.
- Пейкер. Тебе знакомо это имя? - спросил парень, не отрывая  ножа  от  шеи
Рамы.
- Н-нет. - Быстро ответил я. В голове, почему-то, пронеслось Шерлок Холмс с
Бейкер Стрит...
- Абсолютно уверен? - переспросил он и слегка надавил  на  кинжал.  Из  под
прижатого рукой рта девушки послышался писк.
- Клянусь! - заорал я, увидев тонкую красную полоску на нежной девичьей ко-
же.
- Тише, спокойнее, - проговорил бандит, отодвигая кинжал. -  Я  тебе  верю,
ему - нет. Имя не лицо, его меняют по три раза на день. Скажем так: ты  ни-
когда не слышал о странном голубоглазом парне, страстно любящем одеваться в
синие одежи, вполне возможно, что он из Пасты?..
- Нет. - ответил я, но что-то в моем лице  не  понравилось  "гостю",  и  он
опять слегка нажал на кинжал.
- Нет! Признаюсь! Был такой! В Мортал Комбате! Саб-Зеро, кажется...  Крутой
дядька... Я не помню какой он пастой пользовался, но если надо могу  поста-
раться вспомнить...
- Нет нужды... Так значит его зовут, как ты  говоришь?  Саб-Зеро?  Странное
имя. Хотя он и сам показался мне очень странным...
- Ты с ним встречался?! - мой страх прошел, осталось только удивление.
-  Не  далее,  как  сегодня  утром,    причем    при    очень    неприятных
обстоятельствах...
- Этого не может быть. Он - вымышленный  герой  из  моего  мира!  -  твердо
произнес я.
- Этот "вымышленный герой" сегодня на моих глазах прирезал неплохого  чело-
века, и нанимал человека, чтобы тот прикончил еще одного, тебе очень  хоро-
шо знакомого. - Бандит начал нервничать.
- Саб-Зеро не режет! Он - замораживает! - возмутился я. От  страха  уже  не
осталось и следа. Правда появилось чувство, что что-то здесь  не  так.  Что
какая-то фигня творится. Ну не мог этот парень-убийца из  варварского  мира
смотреть и уж, тем более, играть в культовую вещь 90-х Мортал Комбат!!!
- Чушь! Может мы говорим о разных людях? - до разбойника  тоже  дошло,  что
тут какая-то несуразица.
  И в этот момент в игру вступила Рама. Острые зубки прокусили кожу на  ру-
ке у грабителя, а стальной каблук с треском врезался в голень. В ту же  се-
кунду я схватил со стола деревянную палку непонятного назначения и с  силой
заехал ему по лицу. Кинжал выпал из ослабевшей руки. Парень упал на пол без
сознания. Я было раванулся к двери, но Рамуила жестом остановила меня.
- Не надо!
  Я пожал плечами и остановился. Вполне возможно, что моя идея  сбегать  за
охранниками была не такой уж хорошей, тем более, я сегодня сам  видел,  как
действуют местные стражи правопорядка.
  Девушка, тем временем, оторвала кусок скатерки и приложила  себе  к  шее.
Рана была неглубокая, но очень неприятная. Смотря на то, как Рама  морщится
от боли, я почувствовал прилив ненависти к валяющемуся на полу бандиту, и я
силой пнул его ногой по животу.
- Не надо! - процедила Рама. - Все еще впереди... Спустись вниз и возьми  у
хозяина две... нет три бутылки кнопта и воронку. Попроси еще чистую  рубаш-
ку. Не торгуйся.
  Через 5 минут в потные лапы хозяина таверны перекочевали 17  пер,  а  мне
достались три бутылки с чем-то мутным внутри, подобие воронки, сделанное из
древесной коры и белая рубашка.
- Счастливого времяпровождения, - подмигнул мне хозяин.
- Засади ей по самые гланды! - заорал кто-то из пьяных посетителей.
- Когда устанешь, крикни и я... мы все тебе поможем! - добавил другой.
  Не обращая внимания, я пулей взлетел на второй этаж и забежал в  наш  но-
мер. Парень, обмотанный тряпками как мумия фараона Тутмоса,  крепко  привя-
занный сидел на кресле. В углу комнаты была навалена груда оружия.  Видимо,
все это барахло было изъято из нашего гостя. Слишком мало...  для  большого
арсенала. Но для средненького склада вполне достаточно... Рот  бандита  был
заткнут какой-то бумагой. Рама выхватила у меня из рук рубашку, оторвала от
нее рукав и, обильно смочив кноптом, намотала себе на шею.
- Правильно, - одобрил я. - Не известно, что он там резал этим ножиком...
- Отстань! - прошипела девушка. Куда делась лучезарная доброта? Милая улыб-
ка? Добрый взгляд?
- Что ж, Штырек, мой любимый, будешь сам колоться или мне применить силу? -
поинтересовалась она у разбойника.
  Стоп! Откуда она знает погоняло... ну или имя этого малого? Я поинтересо-
вался у Рамы насчет этого.
- Что ж, Дээм (так она называла меня), надо признаться, я слегка тебе  нав-
рала про себя... Слегка... Ладно, черт, я уже успела убедиться, что  ты  не
шпик. Какой к черту из тебя агент? Слушай. Я была наемной убийцей в  городе
Штейнведе. Ну понимаешь - косила под шлюху... Кому не понравится  симпатич-
ная несовершеннолетняя готовая на все девочка? Когда жертва снимала меня  и
приводила домой, ну или в таверну, я выполняла заказ... Так вот,  последний
раз меня наняли, чтобы я убрала некого Барзула,  самого  крупного  скупщика
краденого в Штейнведе. Он-то думал, что он самый умный, самый хитрый...  Но
были и те, кого его монополия не устраивала... Но это тебе уже не  интерес-
но. Этот старик был самым грязным развратником во всем Штейнведе. Тем  паче
сумма, предложенная мне за него была очень даже ничего... Через восемь дней
тщательного изучения повадок Барзула, я уже знала где он обычно снимает де-
вок, куда водит... и много еще чего другого. На девятый день я все разыгра-
ла, как по картам, но когда мы пришли в его дом на Седьмой улице, там  была
облава. Не успели мы переступить порог, как старика сбили с ног, а меня ог-
лушили ударом по голове. Это был воистину  богатый  улов  для  Фузменовских
ищеек. В этот день на Седьмой улице должен был состояться какой-то  сбор  у
Барзула и его подручных, должны были обсуждать какие-то вопросы,  связанные
с поставкой оружия куда-то на север, более подробно я не знаю. Как я  потом
узнала, среди приближенных скупщика был  Фузменовский  сексот.  Оказывается
доказательств вины старика было навалом еще за год до этого собрания, прос-
то люди из управления ФСБ решили брать всю банду сразу.  Слава  Богу,  меня
сочли простой шлюхой и постановили "нежелательность присутствия" затем выс-
лали в Казаль, небольшой городок недалеко от Велье. Там я повздорила с  од-
ним колдуном-недоучкой и снесла ему голову. Из его походной сумки я  стащи-
ла пару грамот с заклинаниями... Тогда же и родилась идея о  шантаже...  Но
историю со Свиннером ты уже знаешь, правда в замок я попала,  как  бродячая
девочка-акробатка, использовала заклятие... Ну дальнейшее тебе известно.  -
Как на одном дыхании выпалила моя спутница, или теперь уже бывшая спутница?
  Господи... Эта милая девчонка - хладнокровная убийца! И я  провел  с  ней
вместе не один день. Делил еду, деньги... Да она же  запросто  могла  ухло-
пать меня...
- А этот паренек - Штырь. Обычный мелкий карманник из Штейнведа.  Он  рабо-
тал на Барзула. Я всегда, когда берусь за дело, пытаюсь разузнать о  жертве
все в мельчайших подробностях. Мне надо было знать максимум  о  знакомых  и
друзьях Барзула, чтобы не попасть в просак... Фузмен и его ребята  если  бы
потрясли меня тогда могли бы узнать столько всего, что  виселицы  могли  бы
тянуться на  много-много  миль,  а  лошадки  измотались  бы  от  постоянной
работы... Ну ты понимаешь. Мне дико тогда повезло, что я  прошла  по  делу,
как простая шлюха... - продолжала Рама.
  Я совсем скуксился. Единственный человек, которому я мог доверять в  этом
чертовом мире - наемный убийца. В эту минуту меня охватила волна  отчаяния.
Если бы я был психически нездоровым, то дело вполне могло бы кончиться суи-
цидом. Но с мозгами у меня все было в порядке (если такое можно  сказать  о
человеке, который в течении нескольких дней успел побывать в трех  мирах  и
насмотреться на такие вещи, что волосы дыбом на голове вставали). Поэтому я
просто присел на единственную в комнате кровать и обхватил голову руками.
- Бедняжка... - прошептала Рама и повернулась к неудачливому вору. - Так...
Сейчас я вытащу у тебя изо рта... хм... кляп и задам пару вопросов.  Ты  на
них ответишь. Иначе..., - девушка указала рукой на воронку и кнопт.
  Как только бумажки были извлечены из пасти этого Шила (или Штыря? не пом-
ню точно), как он, бросив презрительный взгляд на мою спутницу заговорил:
- Сама ты "обычный мелкий карманник"! Думаешь ты самая  крутая?  Да  ты  ни
хрена про Штыря не знаешь. Слышала про то, как в начале года обобрали  сына
Голрана, а потом прирезали? А? Так это я...
- Сопляк! - вот это действительно было странно слышать: Рама была  года  на
два младше этого парня. - Ты никогда не  слышал  об  убийстве  в  Сороковом
квартале? Когда пришили офицера Синего Легиона, ветерана Альванской  и  Ка-
танской кампании?
- Ха! - усмехнулся парень. - Всем известно, что солдафона порезал Канг  То-
пор...
- А тебе, умник, случайно не известно, куда делся после этого Канг?
- Как куда... Дак... Черт! Не могла _ТЫ_ его убрать! Это же...
  Мне надоело слушать. Господи, какие бы они крутые резалы и воры не  были,
реально они - сущие дети... Хотя, что  можно  ожидать  от  пятнадцатилетней
девчонки и семнадцатилетнего дуба. Рама от злости аж подпрыгивает на месте,
а паренек чуть что язык высовывает...
- Срань Шавалья! Ты хочешь сказать, что ты и есть  Камилла?!  Дерьмо...  Не
может такого быть! Или может... Не могли так лопухнуться Фузменовские ребя-
та! Принять одну из самых опасных Штейнведских убийц, за обычную шлюху!..
- Ха! А ты когда-нибудь видел меня в лицо? А кто-либо  из  твоих  знакомых?
То-то же.
- Вот это да! Слушай, Камилла...
- Стоп! Меня больше так не зовут. Я - Рамуила Креатур. Можно Рама.
- Хорошо... Слушай, Рама, расскажи... Вот черт! Никогда не  думал,  что  ты
еще девчонка... Нет пойми меня правильно, когда до меня доходили истории  о
Камилле Валостанской, то представлял себе длинноногую двадцатилетнюю краса-
вицу... Смертельно опасную красавицу! Ну понимаешь, да? Ладно, Кам... Рама,
расскажи как ты ЭТО проделывала? Мало вероятно, что твои жертвы не  обыски-
вали тебя перед... Ну поняла? Ты же не могла спрятать нож в...
  Рама захихикала:
- Я никогда не пользовалась холодным оружием... Видишь ли, открою тебе  ма-
ленький секрет: один из ногтей у меня накладной. Он обильно  вымачивался  в
быстро действующем яде, затем покрывался прозрачной пленкой... Когда насту-
пал момент, я сдирала эту пленку и проводила по коже жертвы.  Жертва  мгно-
венно засыпала - в состав яда входило сильнейшее снотворное. Смерть же нас-
тупала через 15 минут. За это время я успевала одеться, собрать свой хлам и
замести следы. - Захлебываясь от гордости, на одном дыхании проговорила Ра-
ма.
- Срань Шавалья! Вот это да!!! Неудивительно, что  Фузменовские  ищейки  не
смогли подобраться к тебе ни на шаг... Слушай, где ты брала эту гадость?  Я
про отраву...
- Меня снабжали... Скотская морда! Ральф Кернинг... Формально -  мой  босс,
моя крыша. Я-то была вольной птицей, но покровительство  какого-либо  клана
никогда не помеха. Да? Так вот, этот сукин  сын  бросил  меня  на  произвол
судьбы, когда меня замели служаки Фузмена. Ни черта не  сделал,  чтоб  меня
вытащить. Хотя, с другой стороны, его понять можно - столько его заказов  я
выполнила, столько не нужных для меня вещей узнала... -  разглагольствовала
Рамуила.
  Тем временем я отчаянно думал. Не смейтесь! я умею  это  делать!  Забавно
наблюдать, как сменяют друг друга эмоции у жителей этого  долбаного  мирка.
То Рама готова была порешить Штыря на месте, теперь же чуть ли не в  обним-
ку с ним обсуждают хрен-их-знает-каких Фузермеров (по-моему так),  Ральфов-
кернингов (вроде я не перепутал?) и Барсулов. Хотя это понять можно:  рыбак
рыбака видит из далека...
- Черт, Камил... Рама, может ты теперь меня распакуешь? Ведь  неудобно  си-
деть, замотанным по самые уши...
- Ну уж нет... Мы тут хорошо потрепались, а теперь настало твое время  рас-
сказать мне кое-что... Ты пришел за мной? Кто нанял? Откуда... -  мгновенно
посерьезнела Рамуила.
- Понял. Не дурак. Чего?.. Да нет не за тобой.  Вон  за  тем  пареньком,  -
Штырь подбородком указал на меня. - Да не собирался я его убирать.  Сегодня
утром один ублюдок порезал неплохого малого, чтоб тот не проболтался о том,
что на твоего дружка мертвяк готовят...
- Что за человек?.. - поинтересовалась девушка.
- Некто Пейкер... Не знакомо имя? Странный парень. Я  предпологал,  что  он
шпион из Пасты, но, видимо, ошибался... Темная личность. Выдает себя за ме-
дика. Но ножом работает, что твой инструктор войск спец. назначения.
- Хм... Бывает, что врачи тоже неплохо кинжалом крутят... - хмыкнула Рама.
- Так вот, энтот сукин сын предлагал мне прирезать твоего дружка.  Я  отка-
зался, - продолжал Штырь.
- Что, совесть проснулась? - ехидно поинтересовалась Рамуила.
- Нет. Черт, ты что не понимаешь, что если бы я согласился, то  вы  бы  уже
никогда не вышли из этой комнаты. Помнишь кинжал около своего горла?  То-то
же. Этот Пейкер предложил мне за выполнение дела баснословную  сумму...  Ты
сама, я думаю, знаешь где бывает бесплатный сыр...
- И во сколько он оценил голову Дээма? 30? 40?
- Три сотни...
- Перов?
- Пермеров...
- А... Упхгрп... - Рама чуть не задохнулась.
  Тут меня охватил страх. А если эта девка сейчас решит порезать меня.  Ду-
маете я не слышал разговора? Я здесь недавно, но знаю, что 300  пермеров  -
это сумма на которую можно купить всю эту трахнутую таверну, да еще на без-
бедную жизнь хватит. Даже детям чуть останется... Коль эта стерва перереза-
ла чертову тучу народа до этого, то чем же я отличаюсь?..
- Вот-вот... - промолвил Штырь в ответ на Рамину реплику.
  Девушка повернулась ко мне:
- Дээм, мать твою, видишь дело провоняло странным запашком... Сдается  мне,
что ты никакой не сын обедневшего дворянина из... как ты это назвал? Шукот-
ского автор... артор... ну что-то такое?
  В свое время я наплел Рамуиле историю, о том, что я мол младший сын обни-
щавшего дворянина из... Чукотского автономного округа... География  в  этом
мире сильно страдает, знания ограничиваются только своей страной  в  лучшем
случае. Поэтому указанное мной место не вызвало сильного удивления.
- Да нет же, черт. Я даже представления не имею почему кто-то  горит  жела-
нием заплатить за мою голову уйму денег.
- Слушай, Рам, размотай меня, а? Я же все тебе рассказал.  Я  не  собирался
никого убивать, мне лишь хотелось узнать, что за чертовщина  творится.  Тем
паче этот гад Пейкер зарезал неплохого парня - Копера. - Вмешался Штырь.
  Рама пожала плечами и стала распутывать вора. Затем махнула рукой в  сто-
рону оружия. Штырь пошел распихивать его...
- Слушай, неужто ты не боишься, что он может... - шепотом спросил я  у  де-
вушки.
- Да ни черта он не сделает, - в полной уверенности ответила Рама.
  Штырь, тем временем, собрался и повернулся к нам:
- Ну что, Рама, пошли?..
- Не поняла? А Дээм?
- Ты что? У него на хвосте висит кто-то  очень  крутой,  страстно  жаждущий
пустить ему кишки. Кстати, о тебе тоже речь шла в договоре с наемным  убий-
цей...
- Никуда я не пойду! - возмутилась Рамуила.
- Да пойми ж ты, мы с тобой в этом городке не пропадем. В  паре  мы  сможем
великолепно работать. Наши карманы будут набиты перами. - Настаивал Штырь.
- Никуда я без Дээма не пойду! - отрезала Рама.
- Пойми же, ненормальная. Я пришел сюда, чтоб  разъяснить  ситуацию.  Думал
собираются чикнуть какого-нибудь богатого графа или  разожравшегося  шпика,
тогда было бы понятно, почему такая сумма назначена. А то - 300 пермеров за
какого-то сопляка! Дело воняет тухлятиной. Этот парень,  из-за  которого  ты
собираешься рисковать своей головой даже не намерен поделиться с тобой своей
тайной. Пойми, за срез обычного паренька не дают три сотни золотых монет.
  Пока Рама и Штырь спорили, я раздумывал. Кому может  понадобиться  оцени-
вать мою голову в 300 монет? Здесь же никто не знает ничего обо  мне.  Зна-
чит только 2 варианта: первый - произошла странная ошибка,  второй  -  тот,
кто охотится за мной что-то знает о разборках Патеонов, возможно вычислил -
чей я агент. Если это так, то мне надо срочно расставаться с моей  довольно
опасной спутницей и пытаться брать дело в свои руки. Надо как-то  связаться
с людьми Драфта. Чертов алкоголь, ведь должен же быть способ передавать ин-
формацию моим работодателям...
- Рамуила, извини меня, но тебе  действительно  не  следует  оставаться  со
мной. Мне надо будет связаться  с  людьми,  разузнать,  что  за  чертовщина
происходит, возможно залечь на дно... - проговорил я, смотря в пол.
- Не ври!!! - чуть не плача взвизгнула Рама. - Нет  у  тебя  здесь  никаких
знакомых людей. Ты сам говорил. Ты же останешься совсе один...
- Я тебе лгал. Я шпионю на... на Чукотский Автономный Округ. В этом  городе
целая их шпионская сеть, я выйду на... - продолжил я.
- Он опять врет, - сказал Штырь. -  Видишь,  у  него  есть  повод  скрывать
что-то. Это его проблемы. Забудь.
  Я махнул рукой в сторону двери и демонстративно отвернулся к  окну.  Рама
подбежала ко мне. На лице ее блестели слезы:
- Ты - дурак... Ничего так и не понял, да? И-идиот... - совсем  по-детски
заплакала она и выбежала из комнаты. Штырь вышел за ней, захлопнув дверь.
  Вот теперь я действительно остался один в этом гребаном мире. Один  перед
надвигающейся угрозой...

             Глава 2 - О друзьях, торговых путях и церквях.
                                           ...I am an antichrist
                                            I am an anarchist...
                                        Sex Pistols "Anarchy in the U.K."

                                        "...чтобы торговаться, Том, нужно
                                         иметь чем торговать."
                                        Р. Шекли "Корпорация Бессмертие"

- Рама! Ну неужели ты не понимаешь! Здесь ведь дело явно не чисто! Я то  же
сначала хотел помочь пареньку, не безвозмездно, конечно.  Но  тут  какая-то
чертовщина. Тот тип, Пейкер, он ведь сам  мог  тюкнуть  Дээма  только  так.
Однако не тюкнул, а нанял на это дело Карпа. Зачем? Если боялся, то  почему
нанял не профессионала, а просто первого согласившегося человека, уже  уби-
вавшего?
  Я пытался приводить Рамуиле всякие разные аргументы, но она меня не  слу-
шала. Баба, что с нее взять. Только и могут, что портить планы честным  лю-
дям, а после хныкать.
  Дружок ее, этот Дээм, - очень странный тип. С одной стороны -  фраер  ло-
поухий, а с другой - чем он так насолил Пейкеру? Почему тот  попытался  на-
нять не профессионала, а простого вора? Почему сам не  пошел  на  убийство?
Почему, наконец, он предложил мне заведомо нереальную сумму? Не  знал,  что
она нереальна? Чушь! Столько почему и не одного ответа. Мне неплохо было бы
держаться по-дальше от этого Дээма. Находиться рядом с ним может быть опас-
но. Однако, выяснить что-нибудь о его врагах было бы не дурно.
  Рама сидела на лестнице и обиженно смотрела вниз перед  собой.  Выражение
лица у одной из самых опасных убийц столицы при этом было такое, как  будто
малому ребенку не дали давно обещаную конфетку. Интересно, что не дали Раме?
- Послушай, Рама. Если не хочешь бросать Дээма, как хочешь. Но,  согласись,
тут надо бы разобраться. Сейчас где-то в Велье шляется  очень  опасный  для
твоего друга тип. Одного человека он уже убил фактически сразу по  прибытию
в город. - Я тактично опустил тот факт, что сам отметился подобным.
- И что ты предлагаешь? -  Спросила она, подняв на меня взгляд. -  Пойти  в
местное отделение ФСБ и сказать, что так вот и так, только что высланный из
столицы человек уже убил другого и нанял третьего для убийства еще кого-то.
Где тот нанятый? А зарезан тем, кто ехал вместе с ними.
- Ты утрируешь, Рама. Я предлагаю тебе по-лучше распросить своего друга. Он
скрывает что-то очень важное, возможно ключ к тому, кто такой Пейкер.
- Но он не хочет ничего говорить.
- А кнопт нафига? Целых три бутылки! Используй их по назначению, и все дела.
- Ну это же негуманно!
- Негу...че? Скажи это Кангу Топору, ох и смеется же он сейчас в  гостях  у
Шавала! Твоим словам очень удивились бы еще...
- Хватит! Замолчи! Надоел уже! - Вскочила Рама. - Может быть, я и  поговорю
с Дээмом. А ты что будешь делать?
- Я сейчас схожу к друзьям Копера, того паренька, которого порезал  Пейкер.
Может они чем помогут.
- Ну и иди, иди отсюда. - Сказала Рама и снова уселась на ступеньках. Я по-
жал плечами и отправился искать постоялый двор, где осели Кулелин и Проко.

- Копер мертв?! - Ужаснулся старик, сразу побледнел.
- Да. Пейкер с Карпом договорились о чем-то нехорошем, а  он  невольно  это
услышал...
- И, конечно, не смог промолчать. - Скорбно окончил за меня Кулелин.  Он  и
так не молод, мягко говоря, а теперь как-будто постарел еще на десяток лет.
Молодой фермер сидел на стуле и как-то растерянно смотрел себе под ноги.
- Но... Но так не должно было быть! - Воскликнул Кулелин. - Копер ведь  был
таким перспективным, способным студентом... Он... Ему ведь еще  не  было  и
двадцати!
- Такова жизнь. - Сказал я. - И что вы собираетесь предпринять?
- Нужно... наверное... нужно срочно позвать стражу и рассказать...
- Нет, так сразу не надо. Сходите лучше к местному дириганту, вы ведь  зас-
луженый человек, он вас примет. Объясните ему, что вашего друга зарезал ка-
кой то человек, возможно шпион Пасты... Нет, лучше - шпион с  востока.  Про
меня ни слова. Потом сходите и скажите тоже  самое  какому-нибудь  чину  из
местных военных, в ФСБ не забудьте побывать. - Последние несколько  предло-
жений я сказал, обращаясь уже к Проко. Не уверен, понимал ли  меня  старик,
он слишком взволнован. Мягко говоря.
  Сообщив "гостям" из столицы горестные известия я отправился дальше.  Сле-
дующим пунктом, который я собирался навестить был храм Единого. Не все  еще
толком представляют себе, что это такое. Церковь Единой  Ветви  -  довольно
новое явление в провинции, хотя непосредственно в Штейнведе  от  этой  веры
буквально проходу нет. Главная особенность этой церкви:  она  считает,  что
существует всего один бог, а все остальное - враки. Ничего глупее и  наглее
придумать нельзя, разве что ночной путник, хватающийся за нож, услышав  мои
шаги. Однако придумали, и мне не плохо было бы посетить эту  церковь.  Ведь
она сейчас становится все сильнее и сильнее, приобретает большое влияние на
короля и простой народ.
  Не то, что бы многие верили в этого бога, хотя встречаются и такие, прос-
то в отличие от других жрецы Единой Ветви больше занимаются коммерцией, чем
молитвами. При их храмах вечно  проходят  всевозможные  ярмарки,  купцы  за
соответствующий процент используют храмовые  помещения  как  склады.  Часто
Церковь Единой Ветви выступает гарантом при сделках. О других  сторонах  её
деятельности я просто ничего не знаю, хотя уверен, что они есть.
  Конечно, я хочу не только замолить грехи перед этим новым богом. Это-то я
как раз вряд ли буду делать. Главная причина, по которой я хочу  сходить  в
местный храм, так это то, что одним из жрецов  Единого  Бога  является  мой
старый знакомый. Мы с ним в свое время тут неплохо начинали. Потом я подал-
ся в столицу, а он решил заняться более безопастным делом, прибился к  цер-
кви и в свои неполных двадцать лет уже заслужил там какое-то положение.  По
крайней мере, такие вести приходили в Штейнвед.
  С этими мыслями я вышел на центральную улицу Велье, носящую очень  ориги-
нальное имя "Центральная". По ней медленно позли какие-то фуры, их груз был
укрыт от посторонних глаз широкими полотнами плотной коричневой ткани,  ко-
торая, как я знаю, также является товаром и  будет  продана.  Отсюда  можно
сделать вывод, что караван этот - купеческий, а не  королевского  казначей-
ства или, тем паче, армии.
- Милейший. - Обратился я к праздно прогуливающемуся жителю Велье. - Вы  не
скажите, а чей это караван? Куда он направляется?
  Человек, названный мною "милейшим", недружелюбно, но  с  большой  опаской
покосился на все то железо, коим я был увешан. Он не  рискнул  проигнориро-
вать мой вопрос и ответил:
- Мы находимся на пути Парапека. Слышали о таком?
- Это какой-то новый торговый путь, связывающий восточных и северных варва-
ров?
- Нет, вы не совсем правы. - Поморщился от моего  предположения  горожанин.
Интересно, что ему так не понравилось? - На самом деле это не  просто  оче-
редной маршрут движения купцов. Это настоящая торговая магистраль, прекрас-
но охраняемая, проходящая по регулярно ремонтируемым дорогам. Грузы по  ней
должны пойти воистину нескончаемым потоком. Такого еще у нас не было.
- Прекрасно охраняемая, говоришь?. То-то я смотрю, мечи у сопровождающих на
солнце блестят, вот как заточены.
- Ну... Это частности, а так путь Парапека - самый безопастный и скорый  из
всех ныне существующих.
- Ага. Вот почему фуры пустили на центральную улицу  города.  Она  -  един-
ственная, по которой можно проехать  относительно  быстро.  Все  окружающие
Велье проселки заросли грязью, как и большинство  улиц  вашего  прекрасного
города.
  Эти мои слова окончательно возмутили горожанина. Он возмущенно фыркнул  и
быстро пошел в сторону от меня. Иш ты, какой обидчивый. Так, надо отойти  в
темный переулок и поглядеть, что там в кошельке у этого типа.  Он,  видимо,
считает, что если Штырь орудует языком, так он в это  время  руками  орудо-
вать не может. Не правильно считает горожанин, ох неправильно.
  Примерно через час, спрашивая у прохожих дорогу  и,  заодно,  интересуясь
содержимым их кошельков и карманов, я дошел таки до конечной цели моей про-
гулки - храма Церкви Единой Ветви. Надо бы  подумать,  как  мне  найти  там
своего друга. Нельзя же просто спросить у первого попавшегося жреца, не мо-
гу ли я увидеть такого-то человека. Мало ли под каким именем его тут знают.
  Храм находился на небольшой площади, расположенной в пяти минутах  ходьбы
от Центральной. Архитектура его была  довольно-таки  обычно  для  построек,
возведенных в честь Единого Бога. По центру  располагалась  основная  часть
комплекса - две стоящие рядом квадратные башни, высокая  лестница  поднима-
лась как раз между ними. По краям на некотором отдалении от  центра  стояли
еще по башне, они были соединены с центральной  частью  крытыми  галереями.
Таким образом создавалось впечатление, что храм как бы распахивается  перед
прихожанами, раскрывает им свои религиозные объятия.
  Мне же кажется, что выдвинутые вперед боковые башни - это челюсти,  гото-
вые сомкнуться на любом, кто пойдет в сторону  центральной  лестницы.  Если
тут будут проводиться массовые мероприятия, я на них приходить не буду, ка-
кая бы прибыль не светила. Вдруг настроение толпы храму не понравится?  Эти
охватывающие площадь с двух сторон галереи просто предназначены для  отряда
лучников. Как будто их для этого специально и построили.
  Тут я увидел небольшую группу людей, человек двадцать коллективно  подни-
мающихся по лестнице. Они что-то громко обсуждали, некоторые активно жести-
кулировали. Я аккуратно пристал к ним, мы вместе поднялись на верх, к  вхо-
дам в центральные башни. Лестница высокая, поднимались мы долго -  я  успел
залесть в один карман и срезать два кошелька. Внутри правой башни, куда  мы
повернули, сразу за входом находилась обширная  зала,  где  было  множество
скамеек, в дальнем конце залы располагалась высокое изваяние Единого,  Бога
Единой Ветви. Он и вправду был очень похож на ветвь. Скорее на злак -  под-
нимался извиваясь, весь устремленный вверх, одетые на нем тряпки  покрашены
в зеленый цвет и изогнуты соответствующим образом - имитация листьев.
  На скамьях сидели люди - не слишком много, не слишком  мало,  а  в  самый
раз. Это свидетельствует о благополучии храма - люди его посещают часто, но
не создают толпы. Там где есть толпа и нет пьянки - там  обязательно  прои-
зойдет драка.
  Перед изваянием стоял жрец и вещал что-то громким уверенным в себе  голо-
сом. Видать, проповедь читал. Это неплохая особенность Церкви Единой Ветви,
проповеди-то. Если из них повыкидывать лишнюю воду, то  останется  довольно
много интересной информации, новостей. Слева и справа от него с  невозмути-
мыми лицами стояло еще по два жреца с каждой стороны. Увидев  нашу  процес-
сию двое, стоявших слева, отделились и приблизились. От нашей толпы  к  ним
подошло два человека, чтобы объяснить цель своего прихода. Выяснилось,  что
ктото там кому-то что-то должен, но отдавать не хочет. Вот они пришли,  мол
рассудите.
  Канг Топор со своими людьми брал за такие суды половину и судил по чести.
Когда жив был. Интересно, что берут за свои услуги жрецы? Надо бы  спросить
у моего друга. Он оказался одним из тех, кто подошел к  нам.  Он  осторожно
отвел меня в сторону и, когда никто не видел, толкнул на стену. Там, понят-
ное дело, был тайный проход, не слишком профессионально  замаскированный  -
если бы я его искал, то нашел бы. Через минуту подъема  по  узкой  винтовой
лестнице мы оказались в маленькой комнатушке как раз над залой для пропове-
дей.
- Привет, Штырь. Какими судьбами забрел ты в это святое место? Говорили, ты
в Штейнведе.
- Привет, Окарин. Меня оттуда выслали. Уж дюже я неблагонастроенный тип.
- Типа процента не отдал кому надо?
- Да нет. Кому надо-то отдал, однако кем надо заинтересовалась ФСБ.
- Это дело Барзула? Как же, наслышан, наслышан. Эхо и до нас докатилось. Ты
давно в Велье?
- Да нет, с утра околачиваюсь.
- А! Так ты не знаешь последней новости! Барзулу и еще  некоторым,  кто  по
его делу проходил, решили устроить показательное раздирание лошадьми.  Тебе
повезло, что рано выслали.
- Да там я, собственно, свидетелем проходил. Меня за другое, но не  в  этом
дело. Как, кстати, вы так быстро все узнаете? - Спросил я, чтобы не  углуб-
ляться в неприятный разговор.
- Ты же знаешь, что Церковь Единой Ветви - самая миролюбивая из  всех  кон-
фессий? Вот так мы взяли под свое покровительство истиный символ  всеобщего
мира и согласия - голубя.
- И что, за это голубиный бог посылает вам видения о новостях в столице?  Я
думал, что такие фокусы только Фузмен проделывать умеет.
- Во-перввых, нет никакого такого голубиного бога. Бог един,  запомни  это.
Во-вторых - голубей мы взяли под покровительство не просто так, на  солвах.
Мы приручили несколько десятков этих прекрасных птиц и используем их в  ка-
честве почтальонов.
- Не может быть! Ведь голубя не пошлешь куда  хочешь!  Он  летит  только  к
гнезду.
- Конечно, о чем спор. А гнезда-то их у нас, в храмах. Одна такая  голубят-
ня как раз над тобой.
- Хм, хитро придумали. - Удивился изобретательству жрецов я.
- Я так думаю, ты пришел не просто так, языком пол  мести.  Выкладывай  уж,
что душу жгет.
- Что... Чего?
- Ну, это такое стандартное обращение к пришедшему на исповедь.
- А что у вас происходит на исповедях?
- Люди приходят и рассказывают, какие они грехи совершили. Мы им эти грехи,
наложив соответствующую епитимью, отпускаем. Таким образом  они  становятся
чисты перед господом.
- И много людей приходит?
- Да так, с переменным успехом. Жалко,  что  говорят  не  все.  -  Искренне
вздохнул Окарин. - Не совсем они чисты перед господом получаются.
  Я сглотнул. А ну как эта Церковь сумеет завладеть умами не только короля,
но и большинства простых подданных. Рассказывают все грехи! С ума сойти. Да
по сравнению с организацией, контролирующей грехи, Фузменовская Служба  Бе-
зопасности со всеми ее ищейками слепа и глуха.
- Ну так слушай мою исповедь. - Сказал я и начал рассказ  с  того  момента,
как попал в камеру.

                              -Конец 1-ой книги-

Оценка: 6.00*4  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"