Полле Эрвин Гельмутович. Тоня.

Тоня.

Томск. Тюмень. Студенческие годы. И не только.

Познакомились мы с Тоней в стареньком колхозном автомобиле ЗИС-5 1 сентября 1958 г., когда группу химиков-первокурсников везли часа 3 по грунтово-гравийной дороге в Громышовку выполнять долг Родине, помогать убирать урожай. Именно здесь впервые бросилась в глаза ненормальность организации сельского труда. Многие тысячи присланных из города студентов и рабочих трудятся от темна до темна и в смену по ночам, а большинство колхозников спокойно занимаются своими делами: убирают огороды, заготавливают грибы, ягоды и кедровые орехи, торгуют на базарах Асино и Томска, готовят дрова на зиму...

А пока мы едем на соломе в открытом кузове (представить можно по "колхозным" кинофильмам первой половины 50-х), рюкзаки, сумки, сетки свалены в кучу, а Тоня, оказавшаяся рядом со мной, мешок, обвязанный верёвкой (самодельный рюкзак), не выпускала из рук. Я предложил Тоне бросить её сидор в общую кучу, не украдут, понимания не нашёл. Продолжил разыгрывать тему, чтобы как-то скрасить утомительную дорогу. Сидор, сидор, сокурсники веселились полдороги - так и приклеилось надолго к Тоне, второе имя. Смеялись все, но Тоня с полгода косилась на меня и не разговаривала, хотя учились в одной группе.

Тоня младше всех на курсе, 1942 г.р., приехала учиться теплоходом по Оби из Парабели на севере Томской области. Район Парабели - одно из мест массовой ссылки в страшные 30-е годы, чуть севернее расположен печально знаменитый Нарым. В наши студенческие годы, несмотря на политические изменения в стране, было не принято гордиться социальным происхождением, если ты не из пролетариев. Мне трудно было понять скрытность и неразговорчивость детей и внуков принудительных переселенцев, так как сам свободно рассказывал о детских переездах под вооружённой охраной из Челябинска-40 на Колыму, и всё прочее. Преподаватели истории КПСС (помимо экзаменов на первых двух курсах ещё и госэкзамен после пятого) Томского университета, в большинстве глухари-догматики, продолжали твердить о пользе коллективизации и целесообразности ссылки зажиточных крестьян, под кличкой "кулак" в Сибирь. Я никогда не слышал, чтобы Тоня рассказывала о своём происхождении, но из-за прижимистости в характере её часто за глаза называли кулачкой. Действительно, Тоня считала каждую копейку, из дома ей мало помогали деньгами, одевалась очень скромно.

Тоня хорошо училась, иной раз с истерикой, пересдавая "хорошо" на "отлично", что не очень было принято на нашем курсе, добивалась повышенной стипендии. В то же время, имея большие сложности с чувством юмора, превратилась в постоянный источник упражнений смешливых сокурсниц в 8-местной комнате. Имел возможность регулярно наблюдать, так как питались в одной коммуне и моя будущая жена Нина жила в этой комнате, сам Тоню больше не заводил. Типичная шутка, типичный для Тони финал.

Ужинаем за огромной сковородой жареной картошки. Кто-то из девушек случайно обнаружил среди книг один старый неиспользованный билет в кино на 9 часов. Тоня появляется на ужин с опозданием, примерно в полдевятого.

- Тоня! Билет в кино лишний, пойдёшь?

- Пойду, только поем сначала.

- Да ты что? Опоздаешь! Беги, мы тебе картошки оставим!

Тоня унеслась, все смеются в предвкушении её скорого возврата, кинотеатр в полукилометре от общежития. Ждали, ждали, ужин закончился, Тони нет. Мы с Ниной вышли на традиционное место "дружбы" у подоконника в конце коридора. Ближе к полночи мимо нас движется довольная Тоня.

- Тоня! Как кино?

- Понравилось! Только сначала я не могла минут десять согнать со своего места какого-то нахала.

Девчонки в комнате разбитные, все до конца учёбы пристроились (вышли замуж), кроме Тони. Парней, политехников и военных курсантов, в комнату ходило много. Девчонки подтрунивали над Тоней, почему не приберёт к рукам кого-нибудь. По-видимому, достали. Однажды поздно вечером появилась в комнате, разделась и начала ходить туда-сюда полуголой, демонстрируя синяки. Обычно девушки, женщины стараются прятать случайно образовавшиеся синяки на шее и других интимных местах. Впечатление Тоня произвела, тему закрыли.

В 1968 г. мы с Ниной переехали из Барнаула в Тюмень и обнаружили Тоню в индустриальном институте ассистентом кафедры общей химии, лет через 10 защитила диссертацию. Здесь она подобрала хорошего, красивого и умного, первокурсника дневного отделения, женила на себе (чуть не выгнали Тоню за это с работы), перевела на заочное отделение, родила Павлика. Муж, строитель, получил квартиру (неоднократно в 70-е бывали с Ниной в гостях, выпивали вместе), окончил институт и через некоторое время ушёл.

При переходе России в рынок Тоня бросила институт и занялась челночной торговлей. В сентябре 2002 г. я приехал на три дня из Томска в Тюмень, первая жена Нина и старшая дочь Эльвира со смехом рассказывали, как Тонька с сыном Павлушей торгует на базаре и что там она себя, наконец, нашла. Мне не смешно, разговаривать на тему Тониной работы не хотелось.

Гены, однако, сказались!

Томск, 08.05.2007 г.

Комментарии: 4, последний от 10/10/2010. © Copyright Полле Эрвин Гельмутович (polle@mail.tomsknet.ru) Размещен: 08/05/2007, изменен: 09/08/2011. 5k. Статистика. Рассказ: Проза МОЗАИКА. Семья, друзья, любовь...		Ваша оценка:
Аннотация: Гены родителей и дедов, сосланных в Нарым, оказались сильней образования в Томском университете.

Полле Эрвин Гельмутович: другие произведения.

Тоня.