ЭТИЛЕНГЛИКОЛЬ

или

СИБИРСКИЙ ХОДОК У ДЫМШИЦА

Осенью восемьдесят второго Главтюменнефтегазу вдруг понадобились сверх всяких разнарядок шестьсот тонн гликолей: обычного моноэтиленгликоля, который большей-то частью на антифриз идет, и еще ди- и триэтиленгликоля, с которыми в домашнем хозяйстве почти и не сталкиваешься. Понадобилось это дело из-за нашей команды, чтобы замерзшую систему газопроводов газлифта оживлять Там сюжет получался такой, что трубы высокого давления были по триста миллиметров и зарытые в землю, а задвижки на них по двести двадцать миллиметров - и на поверхности. Как будто между задвижками ванночки специально сделанные. Вот в этих ванночках после опрессовки остается вода. Строители трубы продувают, подвозят здоровенные французские компрессора на колесах и дуют воздухом. Но мощности у них нехватает, да, по правде, при этих диаметрах и мощность не поможет, гидравлика там такая, самозапирающаяся. Можно бы и насухо продуть, если бы на входе по двести атмосфер подавать, или куски для продувки по двести метров, не больше, сделать, издырявить трубу - в общем, замкнутый круг получается.

А как подают газ с компрессорной - он при встрече с водой да при ста десяти рабочих атмосферах сразу образует гидраты - такой, вроде как горючий снег. Это, чтобы представить, можно советский гастроном вспомнить - как там яйца по тридцать штук в папье-машовых сереньких решетах продавали. В одни руки больше двух не давать - вот значит, шестьдесят яичек и получается, не учитывая, что не все от решета целыми оторвать удается - некоторые скорлупой приклеились. Вот если себе вместо решет этих представить молекулы воды, а молекулы метана, или там этана, положить на место яичек по девяносто коп десяток - это и будет моделью газовых гидратов. Теперь взять стену из этих яичных решет, которая в углу молочного отдела высится, стопками по три десятка решет одно на другом в рост продавщицы, и таких стопок штук сто поначалу, пока не распродали. Спрашивается - смогли бы Вы через такую баррикаду пробиться? Навряд ли, я думаю. Ну, вот так и газ через гидраты. При давлении сто десять атмосфер они получаются уже при плюс двадцати градусах - а теплей на Самотлоре и не бывает.

Вот как летом этого года начали систему запускать - так и не идет. Между нами говоря, в газлифт хорошие денежки вложены: компрессорные французские да японские, трубы немецкие, задвижки итальянские, в скважинах тоже все оборудование не наше. Суммарно получается больше шестисот миллионов долларов - а не работает. И дело к зиме идет. Я впервые об этом деле в бане узнал. Мы с Валерой Ярмизиным и Женей Шайхуловым парились - так они мне все про это дело пели. Женя, на самом-то деле, Жаудат Садрисламович, но он не претендует, понимает, что свежему человеку это никакими силами не выговорить.

Как в кино - случайно оказалось, что у нас под это дело, в принципе, решение есть. Способность потока газа тащить за собой жидкость сильно зависит от критерия Архимеда, в смысле, от отношения плотностей. С плотностью газа тут ничего особенно не сделаешь, а плотность воды изменить - нет проблем. Как я это сказал - смотрю, Женька с Валерой на меня с подозрением смотрят - мол, Вы, товарищ, тут, случаем, не от Кащенко забрели? Я им на пену в шайке показываю и спрашиваю: "Это, - мол, - не вода, что-ли? А плотность - хорошо, если четверть от водяных тыщи граммов на литр, а то и в десять раз меньше". - Ну, при этом слове Женя спохватился, достал из портфеля, приняли, как положено, за торжество науки над здравым смыслом.

Назавтра я уже встречаюсь с их начальником, замом главного инженера Нижневартовскнефтегаза по газлифту Арнапольским. Ну, замглавного не так уж и велик босс - но Жорж Арнапольский! Первый главный инженер первого в наших местах управления нефтедобычи "Мегионнефть". Одна из самых романтических фигур покорения Сибири в шестидесятых - для меня, в семьдесят шестом приехавшего, идет почти сразу за Ермаком. Он было вернулся с Севера в Белоруссию, но не выдержал, снова оказался в наших местах. "Да, - говорю, - Георгий Самуилович, мы такую работу, в принципе, у себя в институте ведем. Правда, под совсем другие задачи, но в Вашем случае тоже может получиться. Давайте, свяжемся по нефтянке с нашими краснодарцами - надо их вызывать. Я один, может, и не потяну, а если собрать нашу команду - думаю, что успеем до зимы решить задачку."

По правде говоря, я о нашей компании тогда так понимал, что если дать нам сколько-то времени, возможность экспериментов, калькулятор, небольшую химлабораторию, да обеспечить коньяком и минимальной закуской - то в отрасли и нет проблем, чтобы мы не решили. Больно уж команда подобралась хороша. Володя - системщик, математик, из авиации пришел, Эрик - гениальный, в моем представлении, гидравлик, я при них технологом да химиком, как птица гусь - плавать, летать и бегать на уровне pretty good, помоложе ребята тоже вкалывать умеют и дело знают. Но все-таки провозились мы с доведением этой технологии до ума целый месяц, с промысла почти не вылезая. Помню эпизод, когда после трех бессонных суток выползаю я из будочки-манифольда, где покемарил часа четыре, скорчившись за приборным щитом - а на песчаной полянке, пригремшись около факела, спят бичи в количестве четыре штуки: два доцента, один начальник отдела газлифта из объединения нефтяников и один зам главного инженера управления "Нижневартовскнефть". А уж на травке подальше иней лежит. Вот как раз в этот день мы первый приличный результат и получили - промыли наглухо забитую трубу всего за четыре часа.. Дальше - доведение технологии до ума, сочинение инструкции, хождение с ней по инстанциям - все в военном темпе шло. Забортная-то температура по градусу в день падает, так не до крючкотворства. Не пустят газлифт до больших морозов - всем тестикулы-то поотрывают. Нефть для Закромов Родины на кону - так что комедию с изобретателями и ретроградами разыгрывать опасно.

Ну, утвердили. Мы уж к этому моменту километров пятьдесят прочистили в рабочем порядке. Но нам же, кроме чисто умения, и еще кое-что нужно. Пролетариат - гайки, где надо, крутить, как это Витек Беляков из газопроводного управления ласково называет : "Мои феномены". Техника, типа насоса высокого давления на автомобильном шасси, называется агрегат ЦА-320. И то, что мы будем закачивать - пенообразователь и, как сказано выше, гликоль. С пенообразователем проблем нету - его у пожарной команды запасы на всю жизнь, для нашей работы сорок тонн найдется. Мы же так и подбирали реагент, чтобы не экзотика. А гликоля нужно ни много, ни мало - те самые шестьсот тонн, что в начале упомянуты. Все заначки, которые у нефтяников были, мы уже растрясли и в трубу закачали. А все остальные трубы пока стоят замороженные. Хозяйство в Советской Стране, как известно, плановое - вот уж все по плану расписано, что на какой завод, а что потребителям в виде антифриза. Вот, во втором полугодии нового года, что-нибудь и удастся найти, может быть. Не в таких, конечно, количествах, но ... .

Самотлор - это, все-таки, Самотлор. Не колхоз имени Новикова-Прибоя и не Камышинский арбузолитейный завод. Дадут, никуда не денутся. В крайнем случае, у буржуев закупят. Но - по определенному механизму. Хоть ты будь Королев, хоть Курчатов, хоть Фарман Салманов - ни тетю Машу-вахтершу, ни Петра Акакиевича, старшего инженера в Госкомплектации тебе не обойти. Не у Махно, все-таки. Социализм - это, совершенно верно, Учет. И еще Распределение. Зато можно свободно к начальству повыше обращаться.

Вот главный инженер Главтюменнефтегаза Николай Петрович и пошел за нашим реагентом выше некуда - к Главному Снабженцу Советского Союза. Ну, кто у нас может быть главным над всеми снабженцами? Естественно, человек по имени-отчеству Вениамин Эммануилович. Заместитель Председателя Совета Министров. Леонида Ильича земляк, еще с Днепропетровска в его команде. Главный антисионист по совместительству, но эта сторона его деятельности тут не к делу. Нам бы этиленгликоля, а пролетарский интернационализм тут без надобности. Раньше тов. Дымшиц начальником Госснаба СССР был, но и сейчас он все эти дела курирует. Не он, так хоть кради со склада. Так и на складе нет!

Договоренность о том, что он примет, конечно, заранее. Другому бы полгода очереди ждать, но ... Самотлор, Сибирь, Тюмень! Я в Тюмень, в главк перед московской поездкой главинжа три раза звонил, не срывается ли, мол, дело, а то у нас последние тонны капают. Так что в курсе. Приезжает тюменский ходок в Москву, остановился в министерской гостинице на Полянке, к восьми утра в свое министерство на набережной Мориса Тореза, а в одиннадцать у Биг-Босса прием. Приехал Николай заранее на полчаса, зная обычаи высоких кабинетов. Референт ему говорит : "Аудиенция, - мол, - как согласовано. Зайдешь в одиннадцать десять. Сразу излагай, что тебе нужно и бумагу подсовывай на подпись. Ему много говорить не давай, сразу к делу. И отвлекаться в сторону, не дай бог, не давай, даже если его поведет", - "Да почему?" - "Заснет. А тут кроме тебя люди тоже не развлекаться приехали, они своей очереди ждут".

Ну, сибиряк спорить с референтом не стал, полагая, что тот знает лучше, за что его тут и держат. В одиннадцать десять заходит из предбанника в кабинет. Зампредсовмина сидит за столом и показывает ему на стул. Он сел и папку с письмом перед собой держит.