Аннотация: Черные археологи находят на Марсе одну вещицу... Фантастика научная. Смесь.
ДагласКемп
Горизонт событий
Глава первая.
1. Новые горизонты подвальных помещений. 2.Библейский "черный ящик".3. Черные археологи красной планеты.4.Две головы лучше
- Я только что читала о мертвых цивилизациях нашей Галактики, - сказала она низким голосом, - не убитых, а именно мертвых. <...> Исследование погибших цивилизаций столь же опасно, как разборка древних складов оружия, временами попадающихся на нашей планете. Мне хотелось бы посвятить свою жизнь таким исследованиям.
Айода, "Час Быка", - Иван Ефремов.
1.
2053 год. Озеленённая красная планета. Шахтовая колония Йорк, близ города Марк-Марин. Шахты.
Кор Честер, 25 лет, безработный.
- Мать вашу, есть у меня допуск! - ругался Кори, притворившийся разъяренным. Сегодня он специально оделся в деловом стиле, надел солнцезащитные очки, нахлобучив парик, побрился и аккуратно наклеил усы.
- Мы не имеем права пропускать в шахты без имеющегося на то разрешения секретаря колонии или шахтерского пропуска, - как по шаблону проговорил интеллигентный первый охранник, поправляя винтовку, съехавшую с плеча, - Отойдите и не загораживайте проход.
- Ах, та-а-ак? - деланно протянул Кори, подняв брови и глянув на охранника исподлобья, - Ты, парень, сколько уже здесь работаешь?
Второй охранник, приземистый кряжистый, начал тихо рычать про себя. По нему было видно, что Кори ему явно не нравится и что терпение охранника далеко не резиновое. Кори откровенно шел ва-банк. Он рисковал всем одновременно: и деньгами, и здоровьем, и гражданством, жизнью, наконец. Охранник мог в любой момент выйти из себя и очередью понаделать дырок в брюхе Кори. Но на этот случай уже был надет бронежилет, так что максимум, что удалось бы кряжистому - это испортить хороший костюм.
- Месяц... - робко ответил интеллигент. Он, похоже, не выносил, когда на него кричат, тут же скисал, и теперь из первого охранника можно было веревки вить.
- Жаль... - не опуская бровей, надменно задрал голову Кори, чувствуя, что дело в шляпе.
Далее он развернулся на каблуках и начал расхаживать взад вперед перед охранниками, заломив руки за спину, те в свою очередь сосредоточенно следили за ним глазами.
- С завтрашнего дня можешь обращаться в службу занятости, - ухмыльнувшись, проговорил Кори, - Там тебе помогут, чем смогут...
- Но, сэр...
- Никаких "но"! - прокричал блефующий Кори.
Кряжистый рычал, теперь уже значительно слышнее. Но остановиться Кори уже не мог. Было поздно. В грубой натруженной руке все крепче сжимался автомат.
- Я завтра же... - прыснул Кори, - Нет, прямо сейчас пойду к начальнику шахты и позабочусь, чтобы вас обоих уволили. Вы хоть знаете, с кем разговариваете?
- Нет, - неловко вздохнул интеллигент, опуская глаза. "Вот оно! Готово!" - глаза Кори азартно зажглись в предвкушении победы. Кряжистый напрягся.
- Так вот, знайте, что я - главный шахтовый инспектор Колонии Йорк! И если вы меня сию минуту не...
- Проходите, сэр главный шахтовый инспектор, - подняв голову, выдавил интеллигент, - Простите, мы вас не узнали.
Ощетинившийся кряжистый, выдохнув, остыл. Кори с трудом поборол улыбку и, кивнув, проскочил в проход между охранниками, бросив на прощание фразу:
- Будете знать!
Кори включил фонарик. Подъемник медленно спускался на седьмой ярус, самый последний в шахте. Ярусы один за другим проносились наверх, наполняя кабинку подъемника запахом сырости. Наконец подъемник остановился, и Кори нерешительно выглянул из кабинки. В тоннеле было темно и сыро, видимо совсем недавно его затапливало. Набравшись храбрости, Честер зашагал вперед, шаря лучом фонарика по стенам тоннеля.
Спустя нескольких минут, он свернул направо, не останавливаясь. Отсчитав от поворота двадцать шагов, Кори остановился и огляделся. Как и говорил пьяный шахтер, рядом с обрушенной стеной тоннеля лежал валун двумя характерными отверстиями. "Он выбил на валуне "глаза", чтобы не перепутать..." - вспомнил Кори. Осторожно отодвинув валун в сторону, он посветил фонариком в образовавшуюся нишу. При свете можно было разглядеть шарообразный металлический предмет, местами покрытый ржавчиной, местами облепленный красной глиной. Предмет был примерно с ладонь в диаметре. Кори коварно улыбнулся, сверкнув глазами. Надо же. Такого ещё никогда не было. Нехилая вещица, потянет на тысячу, а то и на две.
Мечтательно ожидая приличного гонорара, Кори потер руки и достал из внутреннего кармана пиджака свернутый прочный пакет. Развернув его, Честер аккуратно сложил туда предмет, посыпав сверху почвой и некрупными камнями. Теперь нужно было вынести чудо-артефакт. Вернувшись к подъемнику с пакетом в руках, Кори нажал кнопку и медленно поехал вверх. Ещё полчаса и тысяча долларов будет греть карман. Доку вещичка, несомненно должна была понравиться, в этом сомнений не было. Оставалось только пройти пропускной пункт у шахты, сесть в "Хищника" и преодолеет шлагбаум. Кори сжался в предчувствии беды. Что-то он забыл, что-то не так... Очки есть, парик есть, усы есть, номер на машине - другой... Так что же?
- Ч-черт! - выругался Кори, вспомнив, что Бобби так и не починил ему тормоза, - Если их заклинит у шлагбаума, я попал...
Но на удивление Кори все прошло довольно гладко, охранники подумали, что он и вправду берет анализы грунта, чтобы отвести их в какую-то лабораторию инспекции. Что ж, их проблемы.
Через несколько минут "Хищник"-кабриолет плавно выехал на скоростное шоссе. В приемнике бормотали новости, виднеющаяся сквозь пыльный монитор дикторша уверенно оглашала последние сводки. Кого-то побили ОДКП, кого-то наградили орденом за заслуги перед Марсианской Империалистической Республикой. Политика, культура, бандитизм - все это перемешивается, варится в голове редактора и вываливается на тарелку перед телезрителем, ожидающим чего-то нового. А чего? Да ничего. Сколько прошло времени с момента завершения проекта "ОМ", Марс так и не изменился. Все те же неразделимые котлеты и мухи.
Кори следил за движением, полагаясь больше на приборы, чем на собственное зрительное восприятие. Движение было столь быстрым, что, только следя за точками на радаре, можно было задавать направляющие и контролировать автоматическую работу компьютера.
Вдалеке высился город Марк-Марин, один из мегаполисов МИР, сверкающий огнями реклам в лучах предзакатного солнца. Долина Маринеров, поросшая дикорастущей травой и редкими кустарниками, раскинулась во все стороны, сливаясь с горизонтом. Кори переключил телеприемник на музыкальный канал и поудобней устроился в сидении.
Каждый город начинается с автозаправки, и Марк-Марин не был исключением. Через несколько минут Кори Честер притормозил около заправочного заведения, которое выполняло функции заправки, как машины, так и её водителя. Сбоку, на мониторе-терминале появилось лицо рыженькой девушки с лучезарной улыбкой. На свободном от волос левом ухе устроился наушник с микрофоном.
- Здравствуйте, - донесся приятный голос из динамика, - Сеть заправок "Аквамарин" приветствует вас. Ваш заказ?
- Полный бак, - проговорил Кори, - И кофе, черный молотый.
- Вставьте карту, пожалуйста.
Кори хмыкнул и, вынув кредитку, протолкнул её в прорезь. Через мгновение она выскочила обратно, и Честер забрал карточку. От стены отделился автоматический шланг и, прицелившись, впился в бензобак. Пока заливалось топливо, рядом с терминалом открылось углубление, в котором ожидала своего часа чашка дымящегося кофе. Кори взял чашку и наметил маршрут до дому по менее оживленным трассам. Через минуту шланг отсоединился от бензобака, Честер включил автоматику и машина, руководствуясь вычислениями компьютера, тронулась с места. Честер решил за дорогой не следить.
Кори закурил, прихлебывая кофе. Все шло как нельзя лучше. Завтра с утра оставалось только позвонить Доку и договориться о стоимости. Честер затянулся. Усы и парик уже мирно устроились в кармане расстегнутого пиджака. Ворот рубашки колебался от потоков воздуха, воздух был почти свежий, если не считать еле уловимый запах резины. Отогнув угол пакета, Кори заглянул внутрь. Не менее двух тысяч. Не менее.
Проезжая мимо Гаррисон-парк, Честер загляделся на рекламу новой домашней системы, потом посмотрел на её цену и брезгливо сплюнул на асфальт сигарету. Скоты...Какого черта у них все так дорого? Были, конечно, варианты. Можно было скачать через сеть, что небезопасно и чревато получением пачки вирусов и не менее приличного счета за связь. Можно было купить пиратскую версию. Но говорила бы система с запинкой (а то и с акцентом), периодически включала холодную воду вместо горячей и включала-выключала свет, когда ей это заблагорассудится. Оно Кори надо? Вот и он так подумал. Лучше оставаться при своей старой системе...
Машина плавно завернула на Гаррисон-стрит, после чего на Мэйдис-авеню и, проехав один квартал, остановилась. Дом, милый дом. Кори скомкал опустевший одноразовый стакан из-под кофе и метнул в урну. Открылась автоматическая дверь гаража, Честер осторожно завёл туда машину. Закрывшись в гараже, Кори открыл багажник. Пакет устроился между запасным колесом и коробкой ионного акселератора. Вынув из него шар, Честер поднялся по лестнице, держась за перила, и, достав ключ-карту, открыл металлическую дверь из гаража в дом.
- Добрый день! - проговорил приятный женский голос, - У вас осталось два дня, чтобы оплатить коммунальные услуги, иначе...
- Заткнись! - рявкнул Кори, тут же вспомнив, что забыл поменять настройки Home SO, и поэтому система его не послушает. Буквально вчера он переустановил её, воспользовавшись старым диском.
- ...система водоснабжения, система электроснабжения и сеть будут отключены.
- Отключить голосовое оповещение, - пробормотал он и, закрыв за собой дверь, пробрался в спальню, где, рухнув на кровать, почти сразу провалился в глубокий сон. Постепенно разжалась рука, сжимавшая шар, который упал на пол и закатился под кровать.
Нещадно жгло кожу яркое солнце. Кори шел по дюнам из ржавчины, оглядываясь на свои следы, и улыбался. Рядом с ним шел Санченко, перебирая в руках листы географической карты. Гарик был, как всегда, в очках и изредка, щурясь, поглядывал на солнце.
- Ну что, японец был прав? - иронично заметил Кори.
Санченко промолчал и полностью углубился в свои листы. Кори улыбнулся краем губ и, осмотревшись по сторонам, заметил вдалеке бункер, занесённый песком.
- Да вон же! - воскликнул Честер, указывая на бункер.
- И правда, - пробормотал задумавшийся Гарик, глянув на бункер.
Солнце жгло всё сильнее, иссушая кожу.
Честер проснулся, подняв голову, и, обернувшись через плечо, сощурился. Прямо в затылок светила упавшая со стола лампа, отчего шея горела и чесалась. Кори выключил лампу и поставил её обратно. Сегодня ему предстояло посетить Дока. Поднявшись, Честер сел на кровати и понял, что спал в деловом костюме.
- Проклятье... - процедил он, переодеваясь.
На кухне как всегда царил беспорядок. Миксер конфликтовал с микроволновкой, поскольку оба бытовых прибора использовали одно и то же прерывание и канал связи с системой. Кори выругался и отключил миксер. Положив "быстрый бифштекс" в микроволновку, Честер пробормотал над микрофоном:
- На минуту, без корочки.
Пока готовился бифштекс, Кори, не доверяющий кофеваркам, сам заварил кофе и положил в кружку два кубика сахара. Вынув готовый завтрак, Честер принялся его поглощать, время от времени, попивая кофе.
На часах было около десяти, скоро надо было ехать к Доку. Закончив с завтраком, Честер быстро собрался и на пороге вспомнил про вещицу. Проклиная все на свете, он перерыл полквартиры, в итоге обнаружив загадочный шар под кроватью. Забросив его на самое дно заплечной сумки, Кори вышел в гараж и, устроившись в сидении, включил систему машины. "Хищник" послушно завелся и, после того, как дверь гаража открылась, осторожно выехал на дорогу.
Около месяца назад Честер потерял ручку для сенсорной панели, так что теперь приходилось задавать направляющие, щелкая по экрану ногтем. Задав направление к лаборатории Дока, Кори обернулся на закрывающуюся дверь гаража и прислушался к шуму двигателя. Машина тронулась и начала стремительно набирать скорость по Мэйдис-авеню. Честер, наблюдая за промелькивающими мимо деревьями на островках травы посередине улицы, достал сигарету и, щелкнув зажигалкой, закурил. Начинался обычный рабочий день Марк-Марина.
Машина поминутно сверялась с данными сети о пробках, выбирая верное свободное направление, и, сделав небольшой крюк в районе театра Лодыженского, выехала через Парсон-стрит в район Оукен-сайд. Проехав мимо серых непримечательных трущоб, машина остановилась в промышленной части города, рядом со складами, где в подвальном помещении одного из домов и устроил свою скромную физлабораторию доктор Окамото.
Припарковавшись в свободной зоне, Кори вышел из машины и уверенным шагом подошел к подъезду. Найдя в самом конце списка надпись "Окамото", Честер нажал кнопку рядом с надписью. Послышался тихий едва различимый голос:
- Окамото слушает.
- Добрый день, Док, - проговорил Кори, поглядывая на камеру безопасности, следящую за входом, привинченную прямо над его головой.
- Ты, Честер? - голос доктора стал напряженней, - Мне кажется, я ясно тебе сказал, что за ту безделушку ты получил ровно столько, сколько нужно.
- Успокойся, Док, - усмехнулся Кори в камеру, - Я пришел по другому делу.
- Хорошо, - с ярко выраженным акцентом ответил Окамото.
Дверь медленно подалась в сторону Честера, Кори, в свою очередь, собрался и быстро прошмыгнул в темный подъезд. Найдя в сумке фонарик, Честер включил его и принялся спускаться в подвал, проклиная электриков. По пути изучая исписанные граффити стены, Честер добрался до минус второго этажа и позвонил в дверь. За ней послышалась возня, звук опрокидывающихся стульев, после чего дверь открылась, и перед Кори предстал щурящийся японец. Окамото было около сорока лет, но выглядел он, несмотря на свой возраст, довольно молодо. По взъерошенным черным волосам ползал любимец Дока, маленький робот Хэйцзи, вычищая перхоть и пытаясь пригладить непокорную прическу. Хэйцзи напоминал небольшого жучка с огромными зелеными глазами и шестью верткими лапками. Кори выключил фонарик, и черные глаза Окамото принялись изучать нежданного гостя.
- С чем пожаловал? - вздохнув, выговорил Док.
- Ты не поверишь. Но за это ты заплатишь с лихвой.
- Да неужели? - удивился Окамото.
Вынув из сумки предмет, Кори сунул его под самый нос Дока. Ученый нахмурил брови и нехотя принял из рук Честера шар и принялся осматривать его со всех сторон. По лицу Окамото было видно, что предмет его явно заинтересовал. Судя по всему, гонорар ожидался приличный. Попытавшись соскоблить ногтем ржавчину с одного полушария, Док вновь глянул на Честера, который, покашливая, переминался с ноги на ногу.
- Тысяча, - сурово отрезал Окамото, - Ни центом больше.
- Да это же... - Кори с трудом подобрал нужное слово, - ...артефакт! Ты в своём уме?
- Вот как раз, потому что я в своем уме, поэтому я и говорю "тысяча", - усмехнулся Док, - Понимаешь, мне мистификации не нужны. И на сенсацию мне плевать с высокой башни. Мне нужен материал. Мне нужны новые горизонты. Это ты понимаешь? И если ты свой так называемый артефакт сварил в своем же гараже вчера ночью, то у тебя будут большие проблемы.
- Хорошо, - кивнул, усмехаясь, Кори, - Тысяча так тысяча.
Хэйцзи закончил работу и, уцепившись за ухо Окамото, спрыгнул на плечо, где, устроившись поудобней, принялся наблюдать за Честером.
- Стой здесь, - сказал японец, после чего удалился в лабораторию. Через минуту Док вернулся, протягивая Кори сверток. Честер смекнул, что находится в свертке и, без слов, взял его.
- Можешь не пересчитывать, - скривил улыбку Док и скрылся внутри, закрывая дверь.
В темноте вновь зажегся фонарик, - это Кори развернул деньги и принялся сосредоточенно считать. Убедившись, что в свертке находится ровно тысяча, Честер закурил, поднимаясь по ступенькам. Сегодня он собирался хорошенько надраться. Но это вечером, а пока нужно было заехать-таки к Бобби, чтобы механик наконец-то починил тормоза.
2.
Такуро Окамото, 41 год, место работы: Мастерская Дядюшки Сэма.
Кто-то умный из античных времен сказал: "Бойтесь данайцев, дары приносящих". Доктор Такуро Окамото целыми днями ждал хоть какие-нибудь дары, но это был второй раз, когда в руки японца попала интересная вещица. Первой вещицей стал явно шлифованный кем-то камень: гладкий, как лед. Не раз, конечно, ему приходилось копаться в мистификациях. Скупив как-то раз у одного человека монету с прилипшей красной глиной, Такуро оттер грязь и пришел к выводу, что его обманули. Найденное являлось двадцати пяти центовой монетой, сильно обтертой с обеих сторон.
С того самого момента Окамото перестал доверять тем, с кем имел денежные дела. Человек ради денег способен на все, - эта истина сохранилась неизменно с начала времен и до сих пор не собирается уходить на покой. Зато с точностью можно было сказать, что на Марсе была жизнь. Единственный отрицательный момент заключался в том, что долина Сидонии закрыта управлением ПИ республики МИР. За сотый километр, поговаривали, вообще никого не подпускали, видимо, что-то нашли. Оно и сразу ясно, впрочем... Управление ПИ - организация серьёзная и в дела вроде "высокий радиационный фон" носа не сунет. У нее свои директивы, свои задания и цели.
Гарик Санченко, поправив съехавшие на нос очки, закурил под тяжелым взглядом Окамото. Японец не выносил дыма и поэтому, указав рукой на дверь, молча намекнул лаборанту, что есть смысл курить в подъезде. Санченко состроил кислую мину и, поднявшись из-за стола, стоящего напротив, вышел из комнаты.
Доктор Такуро вздохнул. Трудно находить в наше время стоящие кадры. Ловкач Кори, был, конечно же, опытным притворщиком, но постоянно ходил по лезвию бритвы, рискуя по поводу и без. Гарик одно время работал в Марк-Маринском НИИ Физики и Электроники, пытался стать доцентом, но Санченко уволили из-за того, что тот копался в не тех архивах. Окамото сразу же предложил ему присоединиться в качестве лаборанта, и Гарик согласился. Ещё бы: ему присудили десятилетний запрет на научную деятельность, а здесь, в подвале японца работать ему никто запретить не мог. Потому что никто не знал, что же на самом деле Окамото делает в своем тайном убежище.
Дела шли неважно. Большинство хитрецов и черных археологов уже успели либо уйти "на дно", либо заработать себе срок с конфискацией. По расчетам Такуро, оставалось около пяти археологов, которые были в состоянии что-либо сделать на благо человечества. "Точка" Винсент Полинье, "Железный" Макс Бергер, Магеллан, настоящее имя которого Окамото было неизвестно, Стив Торнтон и, конечно же, Кори, - то ещё кадр.
Хэйцзи потерся о шею японца и, разбежавшись, спрыгнул на стол. Мягкой поступью он прошелестел по странице журнала Такуро, разглядывая заголовок: "Неопознанный объект, код 0193S". Далее шло детальное внешнее описание шара, привезённого Кори и вклеенная фотография до чистки и после. Страница была наполовину пустой, оставалось только вскрыть как-нибудь объект и исследовать изнутри. Судя по волновому изучению, внутри наблюдались полости, в которых вероятно, что-то было.
- Гарик! - крикнул Окамото в сторону двери, ответа не последовало, - Санченко!
Дверь в подъезд снова открылась, и на свет явилось нахальное лицо рыжего лаборанта.
- Да, доктор Окамото? - так и не потушив сигарету, с деланным пафосом спросил он. Зелёные глаза, не моргая, уставились на Такуро.
- В спектрах изучал? - выгнул бровь японец.
- Нет, - затянувшись, скривил лицо Гарик.
- А почему? - спросил Окамото.
- Потому что спектрограф сломан. Фокусы сбиты.
- Ты же электронщик! - фыркнул японец, - Почини.
- Ну-у-у, тут оптик нужен, - протянул Санченко, - Вернее, микрооптик. Серьезный специалист с инструментами. Мне что, прикажешь микроскопом гвозди забивать?
Тоже верно. Такуро сосредоточенно постукивал пальцами по отчету. Что же делать? Звать специалиста накладно. Во-первых, это было чревато лишним человеком в лаборатории, где пара глаз всегда лишняя. Во-вторых, было накладно просто по денежным средствам. Среди знакомых Окамото оптиков, а тем более, микрооптиков особо не наблюдалось.
Без спектрального исследования было бы рискованно вскрывать неизвестно что. А японец, в отличие от пресловутого Кори, не любил рисковать. Проследив взглядом за Хэйцзи, который поплелся в сторону розетки, Окамото прокашлялся. В комнате повисла тишина, которую изредка прерывал попискивающий жучок, подзаряжая аккумулятор. Гарик уже начал закрывать дверь, чтобы не задымлять помещение, но японец остановил его.
- Гарик...
- Что, доктор Окамото? - переспросил лаборант.
- Твой пропуск в НИИ ещё в силе?
- У меня его отобрали, - почесал бровь Гарик, - Выдадут, скорее всего, лет через двадцать... А зачем он тебе, Такуро?
- Достаточно точных спектрографов в городе всего три штуки, - ответил Окамото, - У меня, в ММТУ и в твоём бывшем институте.
Похоже, либо придется вскрывать предмет без спектрального анализа, либо вообще не вскрывать и отложить до лучших времён. Японец вздохнул и, захлопнув журнал, принялся вставать из-за стола.
- Я могу позвонить друзьям... - тихо проговорил Гарик.
Окамото резко обернулся и посмотрел на него исподлобья, нахмурив брови.
- Что ты только что сказал?
- Я могу позвонить друзьям... - повторил Санченко, - И попросить их пропуска, если тебе надо.
- Друзья надежные? - оживился Окамото, - Не проболтаются?
- Знакомые, - отмахнулся Гарик, - Я им скажу, что просто забыл личные вещи и забрать без пропуска не могу. А потом вклеим мою фотографию...
- Тебя охранник узнает... - задумчиво пробормотал Док, - А я в НИИ не могу, надо как-то зарабатывать деньги: утром мне звонил Сэм, говорил, что завтра я обязан прийти на работу. Знаешь, лучше свяжись с Кори, он тебя загримирует...
- А-а-а, - протянул Санченко, - Это можно. Хотя...
- Что - хотя?
- Хотя есть ещё одно предложение, - Гарик затянулся последний раз и, метнув окурок в подъезд, шагнул внутрь, - Я мог бы попросить у знакомых два пропуска.
- Зачем два? Разве одного не достаточно? И как ты это провернёшь?
- Одного-то достаточно, - улыбнулся лаборант, закрывая дверь, - Но только с поддельными пропусками в НИИ пройти можно с треском, а когда рядом Честер, то пройти можно без проблем и без косых взглядов со стороны охранников.
- Хорошо, тогда как ты это всё провернёшь? - повторил вопрос Окамото.
- А вот как. В НИИ у меня есть двое знакомых, которые постоянно недолюбливают друг друга. Это их проблемы, но это нам на руку. Они между собой даже не разговаривают. То есть, если я попрошу пропуск у одного, другой об этом никогда не узнает. А даже если и узнает, то намного позже и у него эти слова скорее вызовут усмешку, чем подозрение.
- Ты не перестаешь меня удивлять, Гарик!
- Стараюсь, Док. Ну, так как? Я могу идти?
Хэйцзи последний раз пикнул, закончив подзарядку аккумулятора. Такуро потянулся рукой и вытащил робота из розетки, после чего посадил жучка на плечо. Робот принялся вычищать еле различимую перхоть с белоснежного халата Окамото.
- Да, - кивнул японец, - На сегодня, похоже, работа закончена.
Санченко снял свой пожелтевший халат, надел ветровку и, закинув за спину рюкзак, остановился у двери.
- Да, сегодня заходил Магеллан...
- Что спрашивал? - искоса посмотрел Такуро.
- Говорил, что наводка есть. Утверждал, что точная. Спрашивал телефон Кори.
- Не дал?
- Нет, - ответил Гарик.
- Правильно сделал. Пускай сам откапывает и приносит. И вообще, лучше дорогих наших... - Окамото деланно кашлянул, - Археологов вместе не сводить. Сам знаешь.
Санченко опять забыл. Его рассеянность скоро угробит всё дело. Окамото привстал, поднимая на ладони шар.
- Объект захвати, - сказал он, - Завтра ты сюда не попадешь.
Пройдя через всю комнату, Гарик погрузил шар в рюкзак и спешно откланялся. Выждав, когда хлопнет дверь, доктор Окамото поднялся и, пересадив Хэйцзи на стол, снял халат и повесил его на крючок. Вернувшись к столу, где уже вовсю резвился маленький робот, Такуро приложил ладонь к столу и скомандовал:
- Ко мне.
Хэйцзи послушался и, мерно постукивая лапками по столу, перебежал по руке Такуро сперва на плечо, а потом, качнувшись, запрыгнул на голову. Окамото вздохнул, выключая в лаборатории свет. По памяти в темноте он добрался до винтовой лестницы, после чего взошел наверх, в свой кабинет, служивший по совместительству спальней.
- ...С твоими знаниями, Такуро, - бормотал Сэм, почесывая подбородок, - Нужно не здесь под машиной лежать, а на Земле "нобелевку" получать...
Окамото улыбнулся. Нобелевку... И за какие такие заслуги? Никто никогда не даст премию тому, кто пытается найти доказательства, что существуют другие разумные существа. Или, по крайней мере, существовали.
На столе лежал лист бумаги, исписанный арифметическими расчетами Сэма. Трудно поверить, что вся бухгалтерия мастерской располагалась вот на таком листе А4, вдоль и поперёк исписанной умножением, вычитанием и сложением. Но это было действительно так. Небритый хозяин мастерской не доверял "бумажным людям" и люто ненавидел бюрократию, поэтому вознёй с бумагами занимался в самый последний момент и никому это ответственное дело не отдавал.
- Расчет за месяц. Двадцать две тысячи шестьсот.
Такуро кивнул. За двадцать два дня эта зарплата для него была вполне приемлема. Да и ждать от моря погоды было бессмысленно, - Сэм никогда ни переплачивал, ни недоплачивал.
- Получи и распишись. Где галочка.
Японец взял удобней ручку и вывел в углу документа, лежащего рядом с расчетами, небольшой автограф "Такуро Окамото" - английскими буквами, точно так же, как и числилось в его паспорте. Деньги ровной стопочкой легли на стол, и вскоре перекочевали в карман Такуро.
- Будь добр, - отвлечённо процедил хозяин мастерской, копаясь в папках на столе, - Будь добр, выйди и прикрой дверь с той стороны. У меня ещё много дел.
- Пока, Сэм.
Выйдя из кабинета, Окамото спустился вниз, в мастерскую, где трудились, не покладая рук, механики, черные от масла. На обтекаемых формах машин играли огни вечерних улиц, которые проникали в открытое помещение через огромную горизонтальную дверь. В мастерской становилось прохладно, дул легкий еле заметный ветерок. Снаружи доносились звуки улиц, дребезжание моторов и редкие голоса прохожих. Доктор Такуро вышел из автомобильной мастерской, оглядывая складской район Марк-Марина. Дождавшись зелёного сигнала светофора, Окамото перешёл на другую сторону улицы. Ему предстояла пройти ещё около двух кварталов, а время близилось к ночи. Любой, кто жил в Оукен-сайд, скажет, что ночью этот район значительно преображается не в лучшую сторону. Разглядывая витрины дешевых магазинчиков, Такуро поминутно оглядывался, чтобы проверить, не идет ли за ним кто-нибудь.
Вскоре миновал один перекрёсток, и Окамото свернул вправо, вдоль автостоянки, направляясь к серому жилому десятиэтажному дому. И тут началось. Такуро ощутил на своем плече чужую руку.
- А ты куда собрался? - прохрипел кто-то сзади, - А ну, быстро выворачивай карманы.
Нет, 22600, черта с два. Рука Окамото сжалась в кулак, брови сдвинулись. Разворачиваясь, Такуро нанес хлесткий удар стоящему за спиной, после чего принял боевую стойку. Этим знания его о восточных единоборствах ограничивались. У него не было шансов, и он сам это понимал. Первый грабитель потирал ушибленную челюсть, гневно буравя взглядом Окамото. За ним стояли ещё двое и лица у них были не лучше. Подростки.
Из-за поворота на полном ходу вынырнул "Хищник", скрипя новыми шинами. Разворачиваясь, он сшиб мусорный бак, устроившийся близ дороги, и резко затормозил. Из распахнувшейся двери выскочил Кори с пистолетом в руках.
- Полиция, стоять на месте!
Хулиганы переглянулись и бросились наутёк, за угол стоянки, далее нырнув в подворотню. Честер поставил "Беретту" на предохранитель и сложил пистолет во внутренний карман. Открылась ещё одна дверь машины, из неё вышел Гарик.
- Везунчик ты, Такуро, - сказал Санченко, поглядывая на доктора.
- И не говори, - ответил Окамото.
Трое спускались по лестнице вниз, на минус второй этаж.
- Спектральный анализ произвели? - спросил Окамото.
- Да, - кивнул Гарик.
- Где результаты?
- В дипломате. Чтобы не вызывать подозрения охранников.
- Молодец, - одобряюще протянул Такуро.
Вставив ключ-карту в замок, японец слегка надавил на дверь, послышался короткий сигнал, и дверь открылась, отъехав вбок.
- Заходите, - проговорил Окамото, засовывая карточку в нагрудный карман.
В лаборатории включился яркий свет, что начало слепить глаза, поскольку мебель и стены были сплошь белого цвета. Такуро пробрался внутрь, по пути проверяя провода и включая один за другим приборы. Плюхнувшись в свое законное место, - потрёпанный компьютерный стул, - Окамото обернулся и вопросительно взглянул на Кори, стоявшего посреди лаборатории. Тот оглядывался вокруг в поисках стула. Но, не найдя такового, впрочем, не растерялся и присел на краешек стола, аккуратно отодвинув какие-то бумаги.
- Гарик! - торжественным тоном произнес японец.
- Вот данные со спектрографа, - проговорил Санченко, открыв дипломат. На стол были выложены несколько распечаток, пара из которых особой ценности вообще не представляла, скорее просто кодовая распечатка. Кроме того, Гарик аккуратно выложил на стол небольшую флэш-память.
Такуро внимательно ознакомился с записями, пробежавшись взглядом по каждому листу. Оторвавшись от бумаг, Окамото глянул на лаборанта. Взгляд его был тяжел и серьезен, будто ему принесли бумаги из архива ФБР.
- Вы что, и химический анализ делали?
- Да, - кашлянув, ответил Гарик. Кори кивнул, покосившись на Санченко.
- Вы куда смотрели? Не могли прочитать результат анализа? - Окамото привстал и поднял перед собой листок с данными, - Углерод, Гарик, здесь есть углерод! А раз есть углерод, значит, можно произвести углеродный анализ...
- И определить возраст вещицы? - продолжил лаборант, вопросительно глядя на Такуро.
- Да! - прорычал Окамото. В его лаборатории не было точных приборов для проведения углеродного анализа с повышенной точностью, а по сведениям Такуро, в институте они были. Поэтому причины кричать у него имелись.
В ответ, Санченко нахально усмехнулся прямо в глаза японцу.
- Дело в том, - сказал спокойным тоном Гарик, - Что тебе достался сегодня Джек-Пот. Просмотрел бы сначала флэшку...
- То есть вы...
- Да.
Такуро бросился к компьютеру, по пути хватая флэш-память. Подождав, пока загрузится система, японец подключил накопитель памяти и принялся один за одним открывать файлы отчета об углеродном анализе.
Выпучив глаза на одну из строчек, Окамото почувствовал, как подкашивается ножка стула. С хрустом простой деревянный раритет рухнул на пол вместе с ошеломлённым Такуро.
На экране четко светилась строчка: "2000 лет назад, с погрешностью в 10 лет".
Окамото сидел на починенном стуле и пил кофе. За дверью, в подъезде нервно курил Гарик, слышались шаги взбирающегося вверх по лестнице Кори.
Две тысячи лет назад...
Два миллениума. Двадцать веков. Сорок полных поколений. Это много... Что самое необычное, отчет указывал на самое начало Нашей Эры. Случайность... Бред.
Встав из-за стола, Окамото снял плащ и облачился в белый халат, что так и не успел сделать раньше. Неподалёку на столе лежал предмет возрастом две тысячи лет. Целенький, немного проржавелый, но целенький. Такуро медленно потянулся и извлек из кармана плотный носовой платок. Смочив его в умывальнике, японец выжал лишнюю влагу в раковину и, вновь вернувшись к шару, принялся оттирать залепленную затвердевшей глиной сторону.
Глина размокла, превратившись в красно-оранжевое месиво. Рука Окамото беззвучно скользнула по шару, тот выскользнул из рук и ударился о пол. Такуро нагнулся было за артефактом, но отпрянул. Помещение осветила короткая вспышка, послышалось шипение и над шаром в воздухе стали появляться линии.
В комнате раздался звук, который невозможно было спутать ни с чем другим, - звук приглушенного человеческого голоса.
- Земля, земля! Как слышно? Крыло подбито, не дотяну... - голос время от времени прикрывался помехами, человек был явно взволнован, - Повторяю, крыло подбито, иду на вынужденную посадку, выравниваю... Что за?..
Далее сигнал прекращался. Окамото осторожно нагнулся над шаром, внимательно вглядываясь в зависшие в воздухе линии. Голографический модулятор, черт возьми, целое состояние. Жаль, что не артефакт.
Линии строили в воздухе буквы: "Пульс 70уд/мин, t кабине ~35 С, t тела = 37,0, перегрев двигателя, нарушение целостности обшивки, поломка правого крыла".
Открылась дверь, в лабораторию зашел Гарик, отряхивая от сигаретного пепла халат. Поймав на себе взгляд Такуро, лаборант вопросительно вскинул брови.
- Ну, как?
- Мистификация, - отвел взгляд Окамото и, подумав, добавил: - Рукам человека сделано. Черный ящик, скорее всего самолётный.
- Библейский "черный ящик", - вздохнув, пробормотал Санченко, - И как это так может быть? Римляне смастерили самолёт и отправили его на Марс? Не смеши Такуро.
- Я-то серьезен... - ответил задумчиво японец, - Это приборчик над вами, должно быть посмеялся. Не ту дату выдал...
3.
Игорь Санченко, 23 года, безработный.
Гарик все время силился понять, почему лифты ломаются в самый неподходящий момент. К примеру, когда, нужно идти до двадцатого этажа, а лестницы на некоторых этажах ремонтируют. Слава богу, что умные строители предусмотрели этот факт и поставили в здании две лестницы, в разных крылах здания. В итоге, добравшись до двадцатого этажа, Санченко уже не мог стоять на ногах, а в бессилии облокотился о перила лестницы. Далеко внизу велись ремонтные работы, до Гарика доносились глухие звуки, сопровождаемые каким-то скрежетом и громыханием чего-то явно металлического. Оглядевшись в поисках запрещающей курение надписи, Санченко достал сигарету из пачки, лежащей в нагрудном кармане, и с невозмутимым видом закурил. Зверски хотелось пить, болели ноги, и от сигаретного дыма начинали слезиться глаза.
Звуки снизу прекратились, послышалась длинная очередь сплошь состоящая из трехэтажного русского мата. Через секунду мат прекратился и звуки капремонта возобновились. Гарик простонал, явно пытаясь выдавить из себя смешок, на который сил у него, похоже, не хватало. Санченко вздохнул и бессильно опустился на ступеньку.
Слава богу, по лестнице, на одном из пролётов которой расположился Гарик, люди не проходили. Аккуратно затушив сигарету, он встал, ахая и охая. Идти осталось всего ничего - до кабинета инспектора по авариям марк-маринских авиалиний. Кабинет номер 2039. Периодически нагибаясь и потирая голени, Санченко двинулся в сторону кабинета. Расплодили специалистов, инспекторов, представителей... Бюрократы, черт бы побрал.
Гарик дернул ручку на себя, не постучавшись. В кабинете было прохладно, несмотря на жару в коридоре и на улице. Главным виновником приятного холодка был мирно журчащий у окна кондиционер.
У каждого кабинета всегда есть хозяин. Он сидит в своем кабинете и, не поднимая сосредоточенного взгляда с бумаг шушукается с секретаршей одновременно с разговором с женой по мобильному телефону. Но хозяина, похоже у этого кабинета не было. Как впрочем, и секретарши. Единственным хозяином кабинета назвать можно было засыхающий фикус в углу, настолько древний, что должно быть, пересидел всех бывших служащих кабинета номер 2039.
Впрочем, инспектор по авариям, похоже на рабочем месте присутствовал, но скорее только материальной своей часть, проще говоря, - телом. Часть духовная решила оставить его на время, чтобы побывать в сладостной стране снов. Судя по полуулыбке на его лице, сны действительно были сладостными. Инспектор был розовощёким слегка полным человеком, что не мешало ему украшать стены кабинета картинами в спортивном стиле, где периодически можно было заметить яхты и небольшие парусники.
- Кхе-кхым, - деланно кашлянул Гарик, склонившись над инспектором, уткнувшимся носом в отчет. Тот подскочил на месте, мигом очнувшись ото сна и, ничего не соображая, уставился на Санченко.
- Вы кто? И по какому вопросу? - выпучив глаза, залепетал инспектор.
- Игорь Антонович. Фамилию мою вам знать не обязательно. Всё, что от вас требуется - это опознать вот этот предмет, - Гарик достал из сумки завернутый в целлофановый пакет шар.
На свет божий из ящика стола появились очки с приличной диоптрией, которые тут же были нацеплены служащим на нос.
- Очень приятно. Григорий Данилович, - сказал инспектор, явно борясь с тянущимся "и" в отчестве, - Дайте сюда пакет, я посмотрю, что у вас.
Вот такой подход Гарику нравился значительно больше. Сразу к делу, без лишних разговоров. Григорий Данилович принял у Санченко пакет и, глянув внутрь, кивнул, толи хитро, толи сладостно сощурив глаза.
- Черный ящик. Модель наша, русская.
- А поточнее? - вопросительно глянул Гарик, поправляя съехавшие на нос очки, - Поточнее, что за самолёт, куда летел, кого вез, когда разбился?
- Сейчас... - протянул Григорий Данилович, потирая руки и оглядывая со всех сторон шар, - Минуточку... Где же... Вот! - воскликнул он, указывая на еле видные символы, выбитые на черном ящике, - Вот он! Кодовый номер самолёта...
Подцепив указательным пальцем телефонную трубку, инспектор включил экран, вмонтированный в стол и быстро набрал номер.
- Алло, барышня, это Информационный Отдел? Поступил черный ящик с кодовым номером ЭК-0920, зачитайте, пожалуйста, данные по последним рейсам.
Скривив лицо, Григорий Данилович выключил экран и положил трубку.
- Ну, что? - нетерпеливо спросил Гарик.
- Ничего... - пробормотал инспектор, - Ничего не понимаю... Говорят, что нет такого в каталоге Марк-Марина и не было. А, по идее, быть должен. Вот же он - лежит перед нами, его можно потрогать и пощупать, он существует. У него даже есть кодовый номер, а раз номер есть, и написано по-русски, значит это наша продукция, российская. Так что, - Григорий Данилович поднялся из-за стола, - Боюсь, принять у вас предмет наша контора не сможет. Не имеем права. Если в каталоге объекта нет, значит он не является собственностью фирмы, и, будь он хоть трижды черным ящиком или целым самолётом, это уже, к сожалению, не наше дело... Приятно было познакомиться, Игорь Антонович.
- Взаимно, - кивнул Гарик, складывая сверток обратно в сумку.
- И... Это действительно черный ящик. В этом я уверен, - сказал инспектор вслед выходящему из кабинета Санченко.
Гарик спустился в подземку и, получив билет, зашел в тут же подъехавший вагон метро. В вагоне было безлюдно, несколько человек, похоже, опаздывали на работу, кто-то явно спешил в университет с кожаными папками подмышкой.
Вагон тихо покачивался, заходя на поворот, Санченко присмотрел себе уютное сидение в глубине салона, где его почти не было бы видно и разместился в нем.
Странно это было. Самолет, на котором должен был числиться черный ящик, вообще не числился у марк-маринских авиалиний. Хотя должен был. Оттенок непонятного усиливал еще и тот факт, что уточненный углеродный анализ выдал сомнительное число. Неизвестно чему верить: либо ошибка в углеродном анализе, либо самолет не принадлежал марк-маринским авиалиниям. Первый вариант хоть и был неправдоподобен, но он оправдывал тот факт, что черный ящик самый что ни на есть обычный, и не прилетел на пресловутом самолете библейских времен. Если отбросить вариант с ошибкой, то получалось с точностью да наоборот - самолёт не марк-маринский, и действительно имеет солидный возраст, что тоже было довольно неправдоподобно, поскольку чужие самолеты на памяти Гарика не падали, да и две тысячи лет для них - многовато. Единственное объяснение в рамках реального можно было получить, совместив оба варианта. То есть, и углеродный анализ произошел с недочётом, и самолёт был действительно марк-маринский.
- Станция Нилс-авеню, - проговорил металлический голос из динамика.
Санченко очнулся от размышлений и, поднявшись, выскочил в открывающиеся двери. Выбравшись из метро, Гарик перешел через дорогу и нырнул в переулок. Добравшись до автостоянки, лаборант обогнул ее по периметру, разглядывая новые модели автомобилей.
Такуро ждал Гарика с нетерпением прямо на лестничной клетке минус второго этажа.
- Ну, как? - вопросительно глянул на него японец.
- Никак, - кашлянув, ответил Санченко, - Утверждают, что это правда черный ящик, но им он не принадлежит. Так сказать, в реестре не числится...
- Странно, - пробормотал Окамото.
- Я так и подумал.
- Ну, что стоишь? Заходи! - глянув в темноту нижних пролетов, сказал Такуро.
В лаборатории было прохладно. Вентиляция работала прекрасно, кондиционер не жалел выделяемых на него киловатт и упорно выполнял свою непростую работу. Переодевшись, Гарик глянул на часы - было около десяти. Начало рабочего дня опального ученого.
- Гарик, - окликнул его Такуро, лаборант обернулся, - Пусть черный ящик и выстреливается в сторону, но в нем должны храниться данные о направляющих падения или, по крайней мере расчеты места...
- Понял! - потирая руки, протянул ухмыляющийся Санченко и склонился над шаром, изучая систему.
- Алло! - крикнул в трубку Такуро, когда на экране возник Точка.
Полинье был черноволосым коротко стриженым человеком худощавого телосложения, с тонкими приятными чертами лица. Он носил небольшую бородку-эспаньолку, что придавало его лицу ещё больше обаяния и интеллигентности.
Гарик вынырнул из-за плеча японца, поздоровался с Винсентом и доложил Окамото, что оцифровка сигналов закончена и местоположение самолета вычислено.
![Кор Честер [Вадим Кемпарев при помощи проги The Movies и Photoshop'a]](/img/p/ponomarew_w_s/cdokumentyklajwistkantgorizontsobytij-1glawadoc/sore_chester_grain_title.jpg)
![Глава1. Горизонт событий [Кемпарев В.С.]](/img/p/ponomarew_w_s/cdokumentyklajwistkantgorizontsobytij-1glawadoc/gorsob1_3.jpg)