Аннотация: Планета Меридиан. Другие люди. Другое время. Происходят загадочные убийства.
ДагласКемп
Горизонт событий
Глава вторая.
1. Полет на крыле Икара.2. Триумфаторы кривой дороги.3. Охота на бестию.4. Серьезные ребята или приличные люди в весьма неприличной ситуации.
- Ну, если вы так считаете и располагаете достаточным временем...
- Неограниченным! - без тени лицемерия воскликнул я.
Василий Звягинцев "Одиссей покидает Итаку".
Уж эти-то ребята бы безукоризненно приняли правильные и идеологически выдержанные решения при встрече с любыми пришельцами. (При условии, что пришельцы захотели бы иметь с ними дело). Но даже и при таком условии у нас получилась бы, как говорится, совсем другая история.
Василий Звягинцев "Одиссей покидает Итаку".
1.
Иронианский календарь: 1590 год, планета Меридиан.
Тектоний Андроник Мерций. 32 года.
Еще жертва. Тектоний поднял взгляд с листков бумаги на центуриона, тот лишь кивнул в ответ. Ливий был немного глуповат, но не невежественной глупостью, а скорее природной простотой и наивностью. Зато, центурион был довольно покорен и опытен - ему было уже около сорока лет, скоро он должен был отойти на пенсию, поэтому остепенился и попросил перевести его из легиона в имперский сыск на должность личного помощника главного сыщика. Так Ливий Тезис Торий и попал в колонию империи на забытой богами планете, под руководительство Тектония.
- Кофе, Господин Мерций? - спросил центурион.
- Нет, спасибо, - покачал головой Тек, тоскливо глядя за окно, где на мощеных камнем улицах города один за другим мелькали летучие экипажи. Склонив голову, Ливий удалился за дверь. Достав трубку, Мерций отсыпал из мешочка немного табака, примял его пальцем и, закурив, начал задумчиво пускать дым по всему помещению, благо превосходная вентиляция никогда бы не позволила ему задохнуться.
У него уже не оставалось сомнения, что в городе орудует маньяк, если не серийный убийца. Да, да! Если бы умалишенных на свете стало бы меньше, то Тек просто тихо бы окостенел от безделья, или того хуже, просто удавился бы. Но статистика - если и не константа, то уж точно не функция, зависящая от времени, поэтому Мерцию можно было спать спокойно, не вертясь с боку на бок из-за недостатка работы. Да, Тектоний Андроник Мерций был в какой-то степени трудоголиком.
Совершая посадку на мостовую, снаружи прогрохотал грузовой экипаж так, что заметно завибрировали стекла. Тек прошелся через всю комнату и, открыв ящик стола, извлек на свет энергоклинок, родовое оружие предков, доставшееся ему по наследству вместе с именем "Мерций". Имя было громкое, в свое время нашумевшее, но в окружении скромненьких "Тектония" и "Андроника", особых реакций у людей не вызывало. А зря. Покойная мать Тека частенько любила замечать, что мальчик пошел в отца и растет настоящим Мерцием и что никакими Андрониками тут и в помине не пахнет.
Энергоклинок был распространенным оружием, но оружием аристократов и тех, кто себя ими считал, поэтому когда Тектоний находился при исполнении обязанностей, он брал с собой "ионник" - оружие дальнего боя, довольно компактное и небольшое, но весьма практичное. Хотя, в принципе, энергоклинок в умелых руках мог быть опаснее двух ионников, вместе взятых...
- Господин Мерций! - посреди стола вспыхнула голограмма Ливия, - К вам гости. Отец и мать пропавшей девушки. Дело лежит на вашем столе.
- Спасибо, Торий, можешь впускать, - кивнул Тек, пристегивая энергоклинок к поясу. Заняв свое рабочее место, Мерций задумчиво затянулся. И откуда они только появляются, маньяки эти? С головой, видимо, не все в порядке у людей. Что ж, бывает, все в жизни бывает.
Размышления Тектония прервало покашливание. В комнате абсолютно бесшумно оказались двое - высокий худощавый старик в зеленой тоге и женщина средних лет в пурпурной тунике. Мерций пробежался взглядом по листку бумаги на столе и пристально посмотрел на посетителей.
- Ритор Лингус Тэй и Нейтия Хори Маркус? - спросил Тек, старик в ответ уверенно кивнул, - Гелия Маркус Тэй - ваша дочь?
На этот раз кивнула женщина, - кивнула, не меняя печального выражения лица, глядя серыми глазами куда-то в пустоту. Похоже, дочь свою она любила больше всего на свете и даже сейчас не могла осознать, что ее больше нет. Хотя, как знать... Может быть, не похитил ее маньяк, а просто несознательная девушка сбежала из дома... Такое тоже бывает и, кстати говоря, нередко.
- Куда Гелия направлялась? - нахмурив брови, спросил Тек, - Она ведь "ушла и не вернулась", не так ли?
- Так... - ответил Ритор, - Она пошла к амфитеатру академии, послушать речи ораторов и философов.
Ну, это она им так сказала. Девушки ее возраста часто говорят одно, а думают другое. Хотя, пропала она, судя по всему, в том же районе, где исчезали люди, похищенные так называемым "тихим маньяком".
- Вы принесли что-нибудь из ее вещей? - Тек перевел взгляд со старика на женщину, потом обратно, - Ищейкам требуется запах...
- Да, - сказал Ритор, вынимая из рукава небольшой сверток и протягивая его сыщику. Тек взял сверток, но разворачивать не стал.
- Поставьте вот здесь свою подпись, - Мерций подозвал посетителей, указывая на графу в деле о Гелии Маркус Тэй. Родители девушки по очереди расписались, после чего кратко поклонившись, удалились в коридор. Тек вздохнул.
Вещь была завернута в плотную грубоватую бумагу, которую Мерций с легкостью разрезал энергоклинком. В свертке оказался персональный портативный миникомпьютер, новая модель, со всеми функциями, включая голограмму. Дорогой подарочек. Родители девушки и впрямь были богаты, раз доверяли сыщику такую вещь использовать как наводящую улику.
Тек включил миникомпьютер и, внимательно изучив память, обнаружил несколько аудио-записей и несколько текстовых записок, написанных аккуратным женским почерком.
Внимание привлекла одна из записок, удаленных в корзину, следующего содержания: "Тэлия, заскочи в "Амфибию", запиши декламатора Максима Мирима Юдия. Зарание благодарна, твоя подруга, Гелия". Бумаги утверждали, что девушка пропала ближе к вечеру, следовательно вечерние речи Юдия могли быть каким-то образом связаны с ее исчезновением.
Тек внимательно посмотрел на часы. Близился вечер, а значит, скоро был конец рабочего дня. Однако очередное таинственное исчезновение так и не шло у Мерция из головы. Может быть, потому что пропала молодая и красивая девушка да и, судя по всему, довольно неглупая...
- Дела-дела-дела... - пробормотал Тек. Кто же это сказал? Фраза была немного знакомая, но автора ее Мерций припомнить никак не мог. Наверное, все тот же пресловутый Юдий. А может быть, и Смидий. Хотя, вряд ли. Смидий в последнее время отошел от философской сатиры, остановившись на блеске и нищете простого имперского быта. Декламаторы вообще никогда не являлись чем-то целым. У каждого своя муза, своя настольная книга и свой внутренний дворик со своими секретами и откровениями, поэтому каждый пишет по-своему: кто-то глупо, кто-то по-философски, кто-то пишет на пьяную голову гениальные юморески, а кто-то и трезвый сочиняет абсурдные пару строк. Но одно у декламаторов не отнять - слушать их можно только в людном месте, под хорошее вино, желательно под открытым небом во влажную, но безветренную весеннюю погоду.
Привстав из-за стола, Мерций связался с Ливием и отпустил его домой на час раньше. Аккуратно задвинув стул, Тек вынул из ящика стола ионник и пристегнул его к поясу рядом с энергоклинком. Надев иссиня черный плащ с серебристым орнаментом по краям, Мерций выключил свет и вышел из кабинета. Ливий Тезис Торий уже успел исчезнуть, но свет оставил включенным, что тут же поспешил исправить Тек.
Пройдя через всю приемную, Мерций спустился по лестнице вниз, в зал, где одиноко стоял у стены охранник, тоскливо поглядывающий на часы. Тек тихо вздохнул, глядя в зеркало. Поправив складку плаща, он кивнул охраннику, что все ушли и можно закрывать здание имперского сыска.
Аккуратно приоткрыв высокую дверь, Мерций вдохнул полную грудь воздуха и вышел на улицу. Мимо с характерным жужжанием проносились небольшие экипажи, по камню улиц ковыляли бедняки, которые являлись неотъемлемой частью любого общества, - будь то столица, провинция или самая захудалая колония, где и не должно быть фактически никого, кроме ученых мужей. Даже если бедняки по какой-то причине отсутствуют, то рано или поздно они появятся в совершенно непредсказуемой форме. К примеру, потеряет свое удостоверение светило науки, - смотришь, - а через месяц он уже пьет в ближайшей сомнительной забегаловке дрянное пойло, просит подаяние и не ведет счет дням недели.
Сегодня было воскресенье. Юдий и Смидий так же, как и вчера, должны были выступать по очереди в парковом клубе "Амфибия". Тек подошел к ожидающему его казенному транспорту, где мирно дремал казенный водитель. Мерций не знал, куда ему ехать - либо домой, либо в "Амфибию", куда тянул его служебный долг, но дело в том, что официально служба на сегодня была окончена и можно было с чистой совестью отправляться домой. Но тут было нечто большее, чем долг перед империей. Это был долг перед людьми. Перед родителями, которые готовы отдать все, лишь бы вернуть свою дочь.
- В "Амфибию", - сказал Тектоний, садясь на заднее сиденье и задумчиво глядя на первые закатные звезды, - Можешь не торопиться.
Потянувшись, сонный водитель завел ионный двигатель, сжал манипуляторы и осторожно тронулся с места, взмыв над зданием и настойчиво заходя на вираж. Мерций достал миникомпьютер девушки в поисках номера Тэлии, ее подруги. Вполне вероятно, что она могла что-либо знать, в конце концов, она даже могла быть важным свидетелем, если уж на то пошло. Найдя номер, Тек поспешил набрать его, одновременно пристегиваясь к сиденью после очередного виража.
- Добрый вечер, вечер добрый... - донеслось из динамика девичье бормотание, - Гелия, это ты?
- К сожалению, нет. Агент имперского сыска Тектоний Андроник Мерций.
- Простите, а почему вы звоните с номера Гелии?
- Гелия Маркус Тэй бесследно исчезла вчера вечером, ее родители поручили мне расследование и вручили ее коммуникатор.
- Странно, это на нее не похоже... - задумчиво протянула Тэлия.
- Что - не похоже?
- Бесследно исчезать. Гелия - девушка домашняя и просто так из дома не выходит.
- А... - Тек задумался, подбирая фразу, - Друг у нее был?
- Нет, не было.
- Это еще не все, Тэлия, у меня к тебе много вопросов, - сказал Мерций, бросив взгляд на проносящийся мимо Храм, - Ты не против визита в "Амфибию"?
- Сегодня? Да.
- Тогда встретимся у входа в парковую зону, я тебе позвоню, когда буду на месте.
- Хорошо, - ответила Тэлия и положила трубку.
Предзакатное небо было нежно-синим, с лазурным оттенком ближе к горизонту, и солнце, стремящееся к закату, все же не спешило касаться земли, чтобы залить все оранжевым и красным цветом. Отыскав в микрокомпьютере аудио-записи, Тектоний надел наушники и принялся слушать. Водитель осторожно притормозил, зависнув на перекрестке, ожидая, пока рассосется сильное движение. Глянув вниз, Мерций заметил вышедшего из дома скульптора с инструментами в руках, рядом с очередной скульптурой, заглядевшегося на служебного "Икара" Тека. Сыщик помахал человеку рукой, скульптор помахал в ответ и принялся за работу. А из динамика доносились стихи неизвестного поэта.
Пустынная вечность, дай мне ответ,
Куда улетают дни и года?
В песчаных барханах тонущий след
Немых поколений - где и когда?
Я знаю, что время - капля росы,
Бескрайнее небо над головой,
Морщины старухи, реки, мосты,
Огненных бурь нарастающий вой.
Пустынная вечность, - помни слова!
Мы пред пустотой остались одни,
Черчу на песке свой адрес - давай! -
"Хрустальное время, пыльные дни..."
Занятно. Тек никогда не слышал ни такие стихи, ни такого голоса. Наверное, какое-нибудь молодое дарование, по крайней мере, голос был юношеский.
- Клуб "Амфибия", как вы и просили, господин Мерций.
Тектоний поблагодарил водителя и, подождав, пока "Икар" сядет, спрыгнул на мостовую неподалеку от парка, под самым фонарем. Народ стекался со всех сторон в ожидании интересного зрелища, благо, плата была небольшая, - всего две сестерции, что было по карману даже самому последнему нищему. Здесь были и богато одетые вельможи, и явные оборванцы, красавцы и уроды, лица интеллектом облагороженные и обезображенные его отсутствием.
- Это вы Мерций? - послышался звонкий голосок откуда-то справа.
Справа стояла Тэлия, рыжеволосая молодая девушка, одетая в легкую тунику. Стояла она, слегка склонив голову на бок, как бы заглядывая Тектонию в лицо. Раз уж Мерций был старше, значит, он мог обращаться к Тэлии на "ты".
- Да, - ответил Тек, - А ты, наверное, Тэлия?
Девушка кивнула.
- Пойдемте, - Тэлия потянула Мерция за руку, - Иначе опоздаем к началу.
От прикосновения ее, Тектоний почувствовал, как пробежал по спине холодок. Первая заповедь имперского сыщика - относиться к работе как к работе и не превращать ее в личную жизнь. Нарушать заповедь Мерций, конечно же не собирался, просто прокрутил ее в голове, чтобы не увлекаться.
Тем временем Тэлия вела Тека через самую гущу народа, к зарезервированному столику, в первых рядах. Добравшись, наконец, до диванчика, они с облегчением плюхнулись на сидения. Подозвав разносчика вина, Мерций купил два кувшина, разменяв купюру достоинством в сто сестерций на монеты по десять сестерций и еще меньше.
- Добрый вечер! - бодро выкрикнул высокий худощавый юноша со сцены. Это и был Максим Мирим Юдий. - Начну со свежего.
Один высокопоставленный вельможа, заседающий в законодательном собрании, теплым летним утром прогуливался вдоль торговых рядов, вальяжно так прогуливался, размахивая руками и поглядывая в сторону прилавков.
- Свежая рыба! - кричал торговец.
- Свежая? - подойдя, переспросил вельможа.
- Да, - ответил торговец, - Завернуть?
Вельможа уже полез за кошельком, принялся доставать деньги, как вполголоса спросил:
- А сколько с меня?
Ответ торговца рыбой заставил глаза вельможи выползти на лоб.
- Почему так дорого?
- Налог новый приняли, - спокойно заметил продавец.
- Но это не повод...
- Повод, не повод... - скривил лицо торговец, - Мне же тоже жить надо, я же деньги не рисую! Вот и повышаю цену в соответствии с налогом.
- Я законы принимаю, - вычеканил вельможа, - Но эта цена и то мне не по карману.
- Так и ешь свои законы, запивай налогами, и после еды не забудь утереть губы квитанцией, поскольку голоден должен быть тот, кто принимает законы о продуктах.
2.
Ливий Тезис Торий, 44 года, бывший центурион пехотной дивизии, ныне - личный помощник главного сыщика имперского сыска провинции.
Личный помощник - самая что ни на есть удачная профессия. Ты не обязан никому ничего, ты должен слушать лишь одного человека, других начальников для тебя нет, никто над тобой не властен, кроме Императора, конечно.
На кухне стучала посудой жена, Ливий аккуратно протер от пыли медали. Две медали. Одна - за верность Империи, которую он получил во время гражданской войны, другая - за яростную борьбу с агрессорами - после разгрома негуманоидов, атаковавших колонию 31. Кровавый ужас войны предстал перед глазами, - люди, словно свора сумасшедших муравьев метались между аморфными телами, наступая в слизь, стараясь увернуться от выстрелов. Ионники и лучевики нагревали воздух так, что им становилось трудно дышать, стоял нескончаемый гул, в котором невозможно было что-либо расслышать, - отчетливей всего были крики раненых: кто прожег ступню слизью, в кого-то попали иглами.
Торий тряхнул головой. Это все прошлое. Истинные мудрецы живут завтрашним днем, в крайнем случае, - сегодняшним, но не вчерашним. События не изменишь. Фортуна любит тех, кто сам хозяин своей жизни, кто не кивает на другого в случае беды и не боится принимать решения. Фортуна любит смелых.
Ливий осторожно открыл бар, вынул бутыль греческого, откупорив ее, плеснул в стакан и раздраженно посмотрел на неровный алый цвет. Предварительно принюхавшись и попробовав вино на язык, Торий удивленно вскинул брови и отправил содержимое стакана внутрь.
Заглянув в зеркало, Ливий нахмурился и отвел взгляд. Нет, уже не то. Лицо раздалось вширь, поросло колючей щетиной, некоторые зубы были заменены, из-за уха выглядывал и тянулся вниз по шее четкий шрам. Рубец был с зеленоватым оттенком, - до сих пор еще, внутри давно зажившей раны оставалась инфекция, с которой изо дня в день боролся организм.
Вскоре жена позвала обедать.
Минут через десять с Ливием связался Мерций, с просьбой поспрашивать на улицах, видел ли кто пропавшую девушку. Торий согласился, но отнюдь не собирался шастать по мостовой, приставая к беднякам. Получив распечатку фотографии, Ливий вышел из дома, прямо под палящее полуденное солнце. Свет отражался от белых стен и поблескивал на камне дорог, слепя глаза.
За поясом разместился ионник, значок имперского сыска Торий предусмотрительно снял, поскольку там, куда он собирался явиться, ему было бы не избежать косых взглядов. Устроившись за рулем старенького "Икара", Ливий по очереди подключил все элементы цепи: антигравитационную подушку, двигатель, охладитель турбин, поворотники и эхосистему. Эхосистема была новшеством в летучих экипажах, каждый стремился поставить ее на свое чудо механизированной мысли, и не зря: эхосистема всегда предупреждала, сколько секунд до препятствия, и что оно из себя представляет, а если водитель не справляется с управлением и непременно летит в объятья смерти, то эхосистема в последний момент выворачивает руль, тем самым спасая и машину, и хозяина.
"Икар" медленно взмыл в воздух, заскрежетал двигателем и развернулся. Пристегнувшись, Торий вывел экипаж на первую высоту, прямо над крышами домов, и, оглядываясь по сторонам, полетел в южный район. Внизу проносился главный городской рынок, где торговали практически всем, - начиная с продуктов питания, заканчивая бытовой техникой и легкими суборбитальными летательными аппаратами. Многочисленные торговцы доказывали покупателям плюсы именно своего товара, естественно умалчивая о недостатках. Где-то продавали новенький "Икар-Т3", где-то "Викий", который в армии успели окрестить как "Пламя Империи", за жуткую реактивность и маневренность. Мимо промелькнуло здание библиотеки, по традиции снабженное портиком, при строительстве которых еще с начала времен переворачивали одну колонну, - поскольку любое творение не должно быть оконченным и идеальным, чтобы остаться в вечности и не навлечь на себя гнев богов.
Аккуратно сбавив скорость, Ливий пошел на снижение, и "Икар" спустя мгновение приземлился на вымощенную камнем дорогу, выпуская из охладителей ледяной пар. Выпрыгнув из кабины, Торий закрыл ее тонированным колпаком, чтобы никто не смог угнать экипаж.
Ливий вздохнул, оглядывая улицу, где вовсю кипела жизнь. Все спешили по своим делам, не обращая внимания на него, откуда-то здорово несло табаком и свежим хлебом, неподалеку, на кольце, посередине островка земли, обустроенного деревьями и камнем, - разместился форум, в центре которого возвышался постамент для мемориала. Памятник пока что не спешили устанавливать, и пока на постаменте стоял какой-то человек, то ли читая что-то, то ли произнося речь.
Торий отыскал взглядом магазин тканей и поспешил туда, нарочито немного откинув плащ, чтобы его полы не закрывали кошелек. Ничего в магазине Ливий покупать, конечно же, не собирался, поскольку шел туда с абсолютно другой целью. Остановившись у входа, Торий принялся разглядывать витрину, чувствуя, как начинает жечься шрам на солнце. Совсем рядом вскрикнула барышня. Нутром Ливий почувствовал, что произошло, - вскинул левую руку, ухватив за шиворот вора. Им как всегда оказался Четырехпалый, - невысокого роста карманник, с излишне морщинистым лицом, коротковолосый, одетый в разноцветные лохмотья.
- Только не бей... - пытаясь вывернуться из мертвой хватки бывшего пехотинца, процедил вор, - Только не бей.
Хорошенько встряхнув Четырехпалого, Торий бросил его на нагретый полуденным солнцем камень мостовой. Вор так и остался сидеть, потирая ушибленные бока. Вид у Четырехпалого был нервный.
- Первое. Верни женщине кошелек. Второе. Сюда смотри! - рявкнул Ливий, показывая фотографию, - Ты раньше ее видел?
Четырехпалый кивнул, покосившись на ионник. Он молча протянул украденный кошелек, Торий забрал его, передал подоспевшей барышне, сделав ей знак удалиться, и, не сводя с вора тяжелого взгляда, положил руку на пояс.
- Где ты ее видел? - нахмурил брови Ливий.
- Каждый вечер выходного дня она проходит два квартала по этой улице, потом поворачивает на перекрестке...
Торий кашлянул, переложив руку на рукоять ионника.
- Но позавчера, в субботу, - продолжил Четырехпалый, опустив лишние подробности, - Она свернула через арку в примыкающий переулок. Больше я ничего не знаю. Клянусь.
Девушка исчезла именно в субботу. Но до конца верить карманнику Ливий не собирался. В арку так в арку. Но вот клясться Четырехпалый начал рано.
- Как переулок называется? - задал последний вопрос Торий.
- Кривой.
Ливий смутился. По слухам, в этом переулке, в одном из домов, гнездовались каторжники и просто оборванцы, - некий "офис преступного мира", "филиал темной стороны города". Расследуя дело о маньяке, чрезвычайно не хотелось бы влезать в это паучье логово, но факты, кажется, говорят сами за себя. "Офис" вполне может быть связан с исчезновением девушки, - каторжники и сами могли убить ее, если бы она узнала, где их логово.
- У вас там еще и гнездовище имеется? - намекнул Торий.
Четырехпалый промолчал, глянув исподлобья на Ливия.
- Давай, веди к своим, - сказал Ливий, поднимая вора за шиворот и ставя его на ноги.
Карманник буркнул что-то явно нецензурное и зашагал вниз по улице, сопровождаемый отстающим на шаг Торием. Солнце припекало, заставляя обильно потеть, теней уже практически не было, - только небольшое пятно под ногами да тени под козырьками магазинчиков и ларьков.
Вор периодически поднимал голову и посматривал направо в поисках переулка. Торий снял ионник с предохранителя, стараясь не терять Четырехпалого из поля зрения. На лбу Ливия выступил пот, - не то от жары, не то от напряжения, - и Торий вытер его тыльной стороной ладони. Оглянувшись через плечо на Ливия, карманник резко развернулся и выкинул вперед руку, разжимая кулак. На мгновение Тория ослепило. В руке Четырехпалый держал песок, что лучше чем "порошок грабителя", - тогда Ливию еще и жгло бы глаза.
Торий выхватил ионник и, усиленно моргая глазами, рванул вслед за исчезающим в переулке вором. Но поздно - под аркой и далее, на узкой каменистой дороге между домами, не было ни души.
- Значит, не поймал? - пробормотал Мерций, нахмурив брови и попыхивая трубкой.
Ливий молчал. Да, вор ушел. Причем черт знает как - просто испарился, наверное. Ну не мог он так быстро добежать до любого дома! Да и спрятаться ему было негде. Но Тектоний Андроник Мерций никогда бы не поверил в то, что Четырехпалый как в воду канул, хотя чисто физически уйти не мог. Поэтому Торий рассказал сыщику, что сам упустил вора, потому что не мог восстановить зрение. Ливий Тезис Торий первый раз в своей жизни почувствовал себя ущербным. Ветеран войны, которая оставила в душе и на коже неисчезающий шрам, постаревший никому не нужный центурион с седыми волосами и пластиной в плече. Любящий выпить старик, - кому он нужен? Вся жизнь для него - была одна большая война, но когда он ушел из армии - могущественного Легиона Пламени Гнева, война закончилась, оставив Ливия один на один с миром, в котором он ничего не знал. Он слишком много видел смертей за свой короткий век...
- Хочешь молчать - молчи, - сказал Тектоний, не сводя задумчивого взгляда с окна, где по обыкновению то и дело мелькали экипажи, - Я тебе не прокурор и не судья.
Торий еле уловимо кивнул, вздохнув. Он помнил ещё деда сыщика, гениальнейшего стратега, еще юнцом воевал в армии Мерция. У главного адмирала Империи были такие же холодящие душу серые глаза, такая же железная воля и не менее железная логика. Каждый тактический ход стоил тысяч жизней, каждый легионер в трудную минуту молился не богам, а простому живому человеку - Мерцию. Ему посвящали поэмы, про него писали книги, ставили памятники, и лет через сто он, вероятно, станет богом. Мерций погиб в космическом сражении на флагмане флотилии, на "Прорезающем Мглу".
- Я думаю, - сказал, наконец, Торий, - Исчезновение девушки как-то связано с этим переулком.
- И с гнездовищем, - добавил Тектоний, задумчиво изучая притормозивший у окна "Аякс", двухместный небольшой экипаж с низким максимумом высоты, но хорошей маневренностью.
Интересно знать, а зачем Гелия вообще свернула в подворотню? Что-то искала? Срезала путь? Решила зайти к старой подруге? Нет, нет и нет. Просто прогуливаться девушка не могла - судя по характеристике - она не настолько легкомысленна. Но был еще один вариант, который может все объяснить.
- Девушки-девушки... - по-философски вздохнул Ливий, - Что им только нравится в этих...триумфаторах кривой дороги? Что они вообще находят в бездельниках, невежах и бродягах? Романтику? Чушь. Доброту и любовь? Тоже чушь.
- Нет, Гелию в переулок привела не дурная голова и уж точно не гипотетическая любовь... - заметил Мерций, видимо, уловив ход мыслей Тория.
- Но вариант не исключается?
- Не исключается, - кивнул Тектоний, - Сегодня же у меня на столе должна лежать стопка досье на каждого жителя Кривого переулка. Все, начиная со справок и заканчивая "черной информацией".
Ливий подошел к окну, надевая плащ. На улице, где еще час назад не было ни одного облачка, уже шел тоскливый проливной дождь. Говорят, вероятность аварии во время дождя возрастает. Торий в эти слухи верил, поскольку чувствовал под ними настоящие технические основания. Правда, самому для себя подтвердить этот факт у Ливия не хватало знаний, поэтому ему оставалось только верить.
Архив располагался через дорогу, в высоком сероватом здании. Поежившись, Торий представил, как будет добираться домой, - через полгорода. Мерций краем глаза следил за действиями своего помощника, выпуская время от времени ровные колечки дыма.
- Шляпу мою надень, - сказал Тектоний, искоса глянув на Ливия.
Торий было удивился, хотел даже отказаться, но, смекнув, что это личный приказ и что без шляпы на улице вполне можно простудиться, Ливий нахлобучил на голову широкополую "чужацкую" шляпу. Выйдя из кабинета, Торий проследовал вниз по лестнице, на ходу кутаясь в плащ.
Уже через пять минут под раскаты грома Ливий выбежал из здания архива, держа за пазухой кипу бумаг. Втянув голову в плечи, Торий шлепал по мокрому камню мостовой, стараясь не поскользнуться и не промочить ноги.
С трудом перебравшись через дорогу, Ливий рванул на себя дверь и зашел внутрь, закапав ковры в фойе, невозмутимо прошел мимо вахтера и поднялся наверх, в кабинет Мерция. Сыщик, уже закончивший курить трубку, нахмурив брови, изучал голографическую карту города, выстроенную над столом.
- Знаешь, что мне пришло в голову, Ливий?
- Что?
- У нас есть некоторые данные относительно возможного пути практически каждой жертвы, - улыбнулся Тектоний, - Остается только наложить маршруты на карту и отметить пересечения.
- Тогда чего мы ждем? - спросил Торий.
- Идет компиляция, просчет возможных способов... - проговорил Мерций, - Возможно, это займет еще около двух минут... Давай сюда досье.
Протянув Тектонию кипу бумаг, Ливий повесил мокрый плащ в углу и снял шляпу. Мерци й тем временем уселся на стул, стоящий поодаль от сверкающей голограммы, не останавливающейся ни на мгновение, и принялся сосредоточенно копаться в документах. Папки Тектоний делил на две стопки, по какому принципу, - наблюдающий за ним Торий так и не понял.
Голографический проектор закончил работу, издав прерывистый звук и зафиксировав объемное изображение. Компьютер указывал на шестой дом Кривого переулка, стоящий неподалеку от той самой арки, где Ливий упустил Четырехпалого.
- Так и знал, на переулок укажет... - пробормотал Торий, - Шестой дом, господин Мерций!
- Шестой дом...вот он, - сказал Тектоний, вынимая из папки листы, - Тихин Симат Брахий. Странное какое-то имя... За преступлениями замечен не был, соответственно, клейма не ставили...безработный. Нищенствует. У него дома и есть гнездовище.
- Я могу идти? - спросил Ливий.
- Да. По пути заскочи в отдел с ищейками.
3.
Литус Хартий Аркх, 20 лет, По Следу Идущий.
Целых два дня просто не было работы, и эксперт По Следу Идущий скучал, развалившись на стуле, забросив ноги на стол. За окном лил дождь, что было не самой лучшей погодой для выгула хэдчиу Хэдча - вернейшего в мире ручного животного, идеальной ищейки и просто смышленой зверушки. Хэдчиу были млекопитающими - тонкие лапы, рыжеватый окрас шерсти, длинный пушистый хвост, острая вытянутая мордочка, резкие ушки. Литус особо долго не думал, как назвать своего хэдчиу. Взял и назвал - Хэдча. Короткое, запоминающееся, простенькое. Литус Хартий Аркх был довольно молод для По Следу Идущего, но с работой справлялся хорошо, благодаря неприхотливому характеру своей ищейки.
Раздался тактичный стук в дверь.
- Можно, - ответил Литус, убирая со стола ноги. Открыв дверь, в комнату зашел Торий, личный помощник сыщика Мерция. И с каких пор такой здоровенный детина стал работать мальчиком на побегушках? Он же из армии, и вроде как не простым легионером был. Значит, гордость хоть какая-то должна быть!
Литус кивнул, приподнимаясь. Тектоний никого к себе просто так не вызывал, только когда это нужно было для расследуемого дела. Мерций вообще был человеком, излишне, пожалуй, увлеченным. Все, с бездельем можно было покончить. В принципе, этот факт радовал Аркха, поскольку два дня без работы, - но в рабочем кабинете, - стерпеть он был не в силах. Другой вопрос, что дождь - не лучшая погода для хэдчиу. Но это еще можно преодолеть.
- Спасибо, Торий, сейчас буду.
Дверь захлопнулась, и Литус вышел из-за своего стола. Облачившись в непромокаемый рубчатый плащ, Аркх проверил предохранитель "ионника-Т", более громоздкого, чем простой ионник, но зато более точного. Перекинув через плечо лямку сумки, По Следу Идущий обвел взглядом комнату.
- Хэдча, ко мне!
Из-за кучи картонных коробок, наваленных в углу высунулась острая почти лисья мордочка. Глазки-бусинки смотрели прямо на хозяина.
- В сумку полезай.
Мордочка едва заметно кивнула, зверек выскочил из убежища и, быстро вскарабкавшись по плащу, залез в открытое отделение. Хэдчиу считались разумными, они по-настоящему все понимали, но говорить по-человечески, к сожалению, не умели. Гаччин, их родная планета, была одна из первых доминионов империи, их разумность подтвердили на каком-то коллоквиуме около пятидесяти лет назад.
Литус улыбнулся, глянув на высунувшуюся из сумки мордочку. Захватив со стола значок имперского сыска, эксперт По Следу Идущий вышел из комнаты и проследовал дальше по коридору, к кабинету главного сыщика Мерция. Аркх имел довольно вредную привычку, - входить без стука, - которая была бы более уместна, если бы он работал в группе захвата, а не в имперском сыске.
Открыв осторожно дверь, Литус глянул на каменное лицо сидящего за столом Тектония и, поежившись, толи от холода, толи от взгляда сыщика, зашел внутрь. В кабинете было настежь открыто окно - видимо Мерций проветривал помещение от табачного дыма, что делал крайне редко. Может быть, сыщик просто не знал, как реагируют хэдчиу на этот запах, и решил перестраховаться? Вполне может быть, поскольку нюх у зверьков был отменный.
- Есть работа, - прервал молчание Тектоний, - Возможен риск.
Вот тебе и откровение.
- А что, Торий для такой работы не подходит?
- Там, куда мы направляемся, его, вероятнее всего и ожидают, - ответил Мерций, покосившись на нависшую над столом голографическую карту города.
Хорошо, хоть "мы направляемся"...
- Куда идем? - вздохнув, спросил Аркх.
- Кривой переулок, дом шесть.
- Если известен точный адрес, то зачем нужны хэдчиу? - удивился По Следу Идущий. Из сумки вновь появился Хэдча, и Литус погладил его по голове.
Поднявшись из-за стола, Мерций подошел к окну и выглянул на улицу.
- Их там уже нет. Бьюсь об заклад, они уже успели удрать на другое гнездовище.
- Это всего лишь гипотезы! - заметил Литус, - И отделить в них истину от ошибки способен либо безумец, либо любимец Фортуны.
Мерций хотел что-то сказать в ответ, но, задумавшись над замечанием Аркха, кивнул:
- Веские слова. Пошли, нам пора.
На улице становилось прохладно, дул порывистый ветер, шел косой проливной дождь. Стекая по крышам в своеобразные "рукава", вода шла вниз по трубам, прямиком в небольшие каналы, протянутые близ домов по обе стороны улицы. Все каналы были составлены под углом, так, чтобы вода стекала из меньших в большие. Вода пенилась, бурлила и, смывая из каналов грязь и пыль, превращалась в мутноватый поток.
- Погода такая, - сказал Литус, придерживая от ветра капюшон, - Погода такая - хоть сам в сумку лезь...
Тектония он не видел, но интуитивно чувствовал, что сыщик где-то справа, совсем рядом. Хэдча сидел спокойно в закрытой сумке, толи смирившись с тем, что ее откроют, когда будет нужно, толи просто осознав, что нос на улицу все равно лучше не высовывать. Хэдчиу боялись воды. Они никогда не умели плавать, и на Гаччине прятались в сезон дождей в своих убежищах, боясь даже выглянуть наружу. Странная раса. Как, впрочем, и люди.
Некоторое время было слышно четкие шаги Мерция, но дождь усилился, заглушая их. Где-то в небе сверкнула молния, чуть припоздали раскаты грома, - хэдчиу дернулся было в сумке, но затих.
- Нам сюда.
Литус кивнул. В поле видимости появился Тектоний, сворачивая через арку в переулок. Оглядываясь на опустевшую во время дождя улицу, Аркх последовал за ним. Остановившись около нужного дома, Мерций нажал звонок и, прильнув к двери, прислушался. Через минуту, сыщик позвонил вновь. Ответа не последовало.
Вскоре дверь открылась, и агенты имперского сыска один за другим пробрались внутрь. Комната была небольшая. На старой мебели скопился приличный слой пыли, в углу помещения валялась гора стульев. Окна были заколочены, под потолком тускло светила зажженная Мерцием лампа - единственный, пожалуй, источник света в комнате.
- А на полу-то пыли нет, - усмехнулся Тектоний, повернувшись к Литусу.
Аркх открыл сумку и, глянув под ноги, кивнул.
- Значит кто-то недавно здесь был... - сказал он.
- ...Или есть, - дополнил Мерций, - Доставай оружие.
За минуту с лишним они обыскали весь дом, - гостиную, ванную и кухню, - аккуратно передвигая мебель, проверили несколько участков стены и, так ничего и не обнаружив, вернулись в исходную комнату.
- Выпускай зверька, - выдохнул Тектоний, отряхивая ладони от пыли с только что сдвинутого шкафа.
- Хэдча, ко мне, - скомандовал По Следу Идущий.
Выглянув осторожно из сумки, хэдчиу спрыгнул на пол, мягкой поступью обошел вокруг Аркха и, задрав голову, вопросительно на него посмотрел. Лишь дипломированные специалисты по хэдчиу могли улавливать их выражения лица. Хвала богам, Литус таким специалистом и являлся, - иначе бы его просто не приняли на должность эксперта По Следу Идущего.
- Ищи следы людей, но не наши, - сказал Литус, наклонившись к зверьку. Кивнув в ответ, Хэдча принюхался к Мерцию, потому что запах По Следу Идущего знал уже не первый день. Далее, хэдчиу вышел на середину комнаты и закрыл черные глаза-бусинки. Так Хэдча простоял несколько секунд, пока не встрепенулся и не рванул под нагроможденные в углу стулья.
Аркх и Мерций переглянулись, - в доме просто обязан был быть погреб, а если есть погреб, то в нем можно укрываться. Оба агента имперского сыска бросились разгребать гору стульев, периодически отбрасывая ветхие полусгнившие остовы. Под всем этим чудом действительно нашелся люк, причем чуть приоткрытый, держащийся на металлическом штыре. Хэдча задумчиво смотрел вниз, в темноту погреба, но спускаться не собирался. По Следу Идущий вздохнул.
Нет боязни глупее, чем боязнь темноты, - так говорила когда-то бабушка, поучая своего внука. С тех пор Литус стал Литусом Хартием Аркхом, заметно подрос, возмужал и темноты больше не боялся, скорее напротив, - находился в полном спокойствии и сосредоточенности. Сняв "Ионник-Т" с предохранителя, Литус осторожно приоткрыл крышку люка и заглянул внутрь. Спустившись по ступенькам вниз, Аркх нащупал выключатель и зажег свет. Подвал был обставлен получше, - на столе в углу даже стоял старый микромеханический компьютер, кроме того - коммуникатор и давно не мытая пепельница.
Людей в погребе не было.
- Все нормально, - сказал Литус, задрав голову, - Спускайтесь.
В компьютере не оказалось памяти, коммуникатор же был поврежден механически, - трубка была разбита об стену, - стол и пол рядом с ним были усеяны синеватым стеклом. Люди уходили в спешке, поскольку просто так никто целенький компьютер не оставит, пусть даже и старый. В комнате стояли две скамьи, пара опрокинутых деревянных стульев.
При обыске помещения в ящике стола была найдена книга Цития Циниса "Ностальгия", кулон на серебряной цепочке, кольцо и пара серег. Тектоний поднялся из погреба: вызывать группу ревизоров, чтобы зафиксировали найденные вещи и проверили их по картотеке пропаж. Вздохнув, Литус открыл книгу на закладке:
"Странное это чувство -желание вернуться домой, особенно если не знаешь, откуда ты родом. Особенно, если ошибаешься, делаешь неверные выводы, путаешься и теряешь свою родину. Зато во снах она каждому кажется землей обетованной, - пусть лишь во снах и мечтах, - но эта земля есть. Страшнее, когда знаешь, что земля эта до сих пор существует, но предания о ней настолько ужасны, что лишь сердце рвется в клочья.
Тоска. Тоска по тому, что было, чего нет, и чего не будет никогда."
Цинично. Хотя, как можно с иронией говорить о таких вещах?
Аркх захлопнул книгу и взглянул на перевернутую комнату. По погребу расхаживал хэдчиу, изучая предмет за предметом: вот он запрыгнул на стол, очищенный от осколков, принюхался к экрану компьютера и тут же отпрянул, - это был запах паленой пластмассы, конечно же. Хэдчиу нужен был запах. Хороший, относительно четкий, - лишь по такому запаху можно выследить конкретного человека.
Взгляд По Следу Идущего наткнулся на пепельницу, но этот вариант Литус быстро отверг, - хоть хэдчиу и нормально переносили запах табака, он мог просто сбить запах. Пахнущий пластмассой компьютер, не имеющий запаха коммуникатор, драгоценности, пахнущие, скорее всего, своими настоящими хозяевами и никем иным. Оставалась только книга.
- Хэдча, возьми человеческий запах, - сказал Аркх, аккуратно раскрыв книгу на закладке и положив ее на пол. Хэдчиу повернул голову и, осторожно приблизившись к книге, принюхался. Вскоре зверек вытянулся, подскочил и рванул наверх, туда, куда вел его след. Стараясь не отставать, Литус поднялся и, встретив в гостиной Мерция, сделал ему знак идти следом. По Следу Идущий и По Следу Ведущий. В этом было что-то древнее, первобытное, - как охота. Но это была охота на бестию. Пока что бестия сбежала. Одержимая таким же первобытным страхом, прячется где-то, задержав дыхание, трясется в нервном припадке или нервно же курит в уборной.
Они выбежали на улицу, - слава богу, дождь кончился, хоть солнце так и не появилось, - за спиной было слышно, как звенит ключом Тектоний, закрывая дверь. Ревизорам на радость.
Камень улиц был все еще скользкий, - приходилось периодически поглядывать под ноги, чтобы не поскользнуться на ровном месте.
Идти, впрочем, далеко не пришлось. Хэдча привел агентов к зданию через дорогу, с хлипкой деревянной дверью. На звонок, как и прежде, никто не ответил, поэтому Мерций, крякнув, хорошенько приложился к ней ногой, сбив замок и распахнув ее настежь. Внутри стояла гробовая тишина. Обстановка была получше, - диваны, какие-то ковры и слабоватое неоновое освещение. Вполне жилой дом. Только дверь в него была абсолютно не к месту.
Хэдча идти дальше наотрез отказался, и правильно, - немного поковырявшись в дверном косяке, Тектоний обнаружил ионную ловушку с сенсором. Уже изуродованный косяк сыщик в покое не оставил - в ход пошел родовой энергоклинок. Дорогое оружие. Наследственное. Такие носят либо люди с громким именем, либо те, кто всю жизнь хочет попасть в их круг, - попросту говоря, - разбогатевшие выскочки. Мерция Литус относил к первому типу.
Комната, в которую Аркх и Мерций ввалились, была пуста, но признаки присутствия бросались в глаза - свет был включен, на столе стоял включенный экран визора. Богатенько, все-таки грабители живут. Чересчур богато. В комнату вели три двери, одна из них была открыта - кухня, тоже безлюдная, за второй оказалась кладовка со всяким хламом. К третьей же охотники подошли с ионниками наизготовку. Не произнося ни звука, Мерций вышиб и ее, мгновенно падая на пол. Интуиция его не подвела: прямо за его спиной в стене зияла аккуратная выжженная вмятина.
- А теперь положи оружие на пол, - спокойно проговорил Тектоний, не сводя прицела с человека, сидевшего в ванной по пояс в воде.
4.
Тектоний Андроник Мерций. 32 года.
- Значит та-а-ак... - протянул Мерций, устраиваясь поудобнее в кресле и набивая трубку табаком, - Тулий Хенин Фитий. Что ж мне с тобой делать, Тулий Хенин? Оставлять тебя голого на сухом кресле я не могу, а домой ты, бестия, у меня не уйдешь...
Опоясанный полотенцем Тулий молчал. Скрипел зубами, буравил Тектония взглядом, но молчал. В судороге дрожало правое предплечье с черным выжженным клеймом - "VV", что значило, - вооруженное ограбление. На левом предплечье полустерлось "TI", что означало "драки и физический ущерб". Этой бестии не хватало только "TK" - на лбу - за убийство. Но судя по уликам, клеймо это Тулию светило, причем в ближайшую неделю. Человек дышал часто, впалая волосатая грудь то поднималась, то опускалась.
- Принесите, пожалуйста Фитию одежду... - сказал сыщик, обращаясь к Ливию, стоящему позади бандита, но встретив вопросительное выражение лица, добавил: - Казенный хитон арестованного.
Торий покорно кивнул и удалился за дверь. В комнате остались трое, вернее - четверо: Мерций, Аркх, Хэдча и бандит.
- С-с-собака... - прошипел сквозь зубы Тулий, - Права не имеете!
- Имеем, - усмехнувшись, пустил колечко дыма Мерций, - Еще как имеем. Вы похитили девушку и вероятнее всего, убили...
- Я невиновен!
- Если не вы, то кто-то из ваших, - спокойно продолжил сыщик, - Вперед. Выдавайте всю шайку и может быть вам скостят половину срока на каменоломнях. Или куда вас там должны направить? На урановые шахты, может? Или нет. В Питомник! Там вам самое место.
Фитий прошипел что-то явно нецензурное про матерей - как он выразился - "выскочки" Литуса, "дуболома бронелобого" Ливия, "тупорылого дебила" Тектония, промолчав при этом про Хэдча, вследствие либо словесного истощения, либо отсутствия знаний о расе хэдчиу. Обведя гневным взглядом комнату, он, видимо, хотел уже презрительно плюнуть на пол, но вовремя осекся, - в кабинет вошел Торий со свернутым хитоном в руках, который тут же бросил Тулию.
Тектоний перегнулся через стол.
- Значит, своих выдавать не хочешь? Что ж, похвально. В Питомник не хочешь? Что ж, имеешь право. Но тогда - урановые шахты.
Бандит напрягся, выдавливая из себя ругательства, крикнул, схватил со стола энергоклинок Мерция, но включить уже не успел. На голову Тулию обрушился крепкий стул, подправленный тяжелой рукой Ливия. Не успевший надеть хитон бандит бесчувственно обмяк, полотенце слетело на пол, обнажив все его причиндалы.
- Каждый имеет право на здоровый и продолжительный сон, - улыбнувшись, изрек Торий.
Дверь открылась, в комнату заглянул какой-то молодой страж порядка, икнул, увидев голого бесчувственного Тулия Хенина, и, ошарашенный, закрыл дверь. Спустя мгновение на столе Мерция зажглась лампочка.
![назв. не знаю. [Louis Royo]](/img/p/ponomarew_w_s/gorsob2gl/gorsob2_3gi.gif)