Пономарева Елизавета Владимировна: другие произведения.

Дом на болоте

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Наверное, рассказ о событиях, произошедших в знакомой и любимой деревне вполне можно отнести к русской теме.

  
  На заболоченном лугу
  Стоял горбатый дом
  Одним углом молился богу
  И плакал заколоченным окном
  
  Дом Скворцовых, что в Марково, изжил свой срок. Сначала развалилась печная труба. Позвали печника из Лодыгина, но он на середине работы запил и бросил дело. Потом раскатилась банька. Полы в ней ещё зимой прогнили. А тут сосед-фермер на тракторе в лес поехал, машину дачников вытаскивать из колеи. Проржавевшей задницей трактора зацепил венец - и банька как пирамидка из кубиков - в момент разлетелась. Лариса Скворцова вернулась с почты, еле ворочая педали, и увидела, как муж с фермером сидят на гнилых бревнах, курят и обсуждают политику. Лариса бросила велосипед в лужу, сама плюхнулась рядом, сняла с ноги резиновый сапог и швырнула в мужа. Да не докинула, и тут с ней сделалась страшная истерика.
  Лариса успокоилась только, когда муж поклялся переехать в квартиру к теще. Теща жила в однушке в рабочем доме в Лодыгино. Пусть однушка, пусть тараканы и рыжие муравьи, зато теплый туалет, ванная комната, электрическая плитка с четырьмя конфорками и стиральная машина с отжимом.
  Некоторое время злосчастный дом стоял пустым, остывал от человеческого тепла, печь осыпалась глиной, дерево щепками.
  Но вскоре дом Скворцовых принял новых жильцов. Жанна из дома-музея народного творчества попросила за дальних родственников. Дальние родственники были беженцы. Тощий бородатый мужик с дрожащими руками, бледная, блеклая и тихая его жена и такой же тихий ребенок. Все вещи у них уместились в одном рваном бауле, перетянутом поясом от халата. А от громких звуков все трое одинаково вздрагивали. Дом им сдали за бесценок на год вперед.
  Новый хозяин дома быстро нашел работу в колхозе, а когда рабочий день кончался, шел на подработки к дачникам. Когда у дачников дела кончались, шел домой и что-нибудь чинил. Его жена - Маша - тоже подрабатывала у людей, а ребенка все время водила с собой. Маша не пускала сына играть с местными, да он бы и вряд ли куда-то ушел, к тому же все время болел. И в свое время Маше пришлось пойти к Эльвире, одной из местных дачниц, медсестре.
  В Марково все отлично знали, что в ближайшем, лодыгинском, медпункте нет ничего, кроме йода, валерьянки и старой девы Флоры с её странными шляпами и кошками. Поэтому все шли к Эльвире, а она, как могла, помогала.
  Довольно быстро бездетная Эльвира сдружилась с тихой Машей, затем к их компании присоединилась одинокая бабушка Лида (проблемы с сердцем).
  Две женщины и ребенок по вечерам приходили к Лиде. Повод был радостный, так что все, как могли, принаряжались. Несли подарки. Эльвира приносила домашнюю наливку на ягодах, Маша самую дешевую карамель или печенье. Лида добавляла к столу первые огурцы, пекла шанежки или поднимала из подпола старое варенье. У Лиды дома стоял маленький черно-белый телевизор. Ровно в восемь по единственному каналу показывали лучший из фантастических фильмов века - сериал про далекий остров у моря и людей на нем. Женщины тихо и задумчиво смотрели кино. Лида мусолила последним зубом черствую шанежку, которую даже чай не размачивал. Эльвира постукивала спицами, Маша сидела неподвижно и напряженно.
  Игорек часто отвлекался от фильма, начинал осматриваться по сторонам. У Лиды было много интересного. На стенах старые черно-белые портреты дядек и теток. В углу - резная, золоченая алтарная дверка с Богородицей. Лида забрала её себе, когда грабили церковь в ближайшем селе. Теперь говорила, что хотела спрятать от безбожников. В буфете - жестяная коробка из-под чая, с пуговицами, можно поиграть. По избе сновали тощие кошки. Как-то Игорек смотрел, смотрел на кошку, зарывшуюся в какие-то старые тряпки, и застал момент окота. Потом любовался живыми котятами, пока Лида не унесла их в пакете и не закопала где-то.
  Втроем женщины ходили стирать на реку, к мосткам. И в лес за разным. Ближе к концу лета пошла целебная черника, пошла солнечная земляника на полянах. Спелая мокрая малина сыпалась в руки, грибы выскакивали из-под земли. Черемуха почти не вязала рта. Год был богатый. Игорек тихо ходил за матерью и внимательно смотрел по сторонам. Как-то смотрел-смотрел и увидел, как мелькнула на пригорке рыжая лисица.
  Ещё собирали травы. Хвощ и зверобой, череда и пустырник. Лида знала неподалеку и место, где рос девясил.
  Рано утром женщины отправились в Рыжевку, мертвую деревню, за корнем девясила. Паутина сверкала росой, комары потирали лапки, просыпаясь. Компания пересекла заброшенные железнодорожные пути, потом перебрались через Черную речку по поваленному дереву, и вышли, наконец, к Рыжевке.
  Лида знала Рыжевку, потому что здесь, у разграбленной церкви без купола, были похоронены её родители. Странное зрелище - в буреломе и зарослях крапивы пополам с малиной, два ржавых витых креста. Компания миновала церковь и через брешь в поваленном заборе зашла во двор одного из покосившихся домов.
  Девясил разросся под стеной. Лида, как самая опытная, взялась выкапывать корень.
  Игорек смотрел по сторонам. Смотрел, смотрел и увидел на сером порожке дома яркую желтую царапину, оставленную кем-то, кто недавно пытался открыть повисшую на одной петле дверь. Между дверью и косяком остался косой черный зазор. Он притягивал глаз Игорька, и ребенок смотрел, не отрываясь, пока мать не позвала.
  
  Эльвира закатывала последние банки огурцов, готовясь вернуться в город. Она договорилась с племянниками, что те захватят из города старой детской одежды для Игорька. Прощаясь с Машей и Лидой, Эльвира едва не расплакалась, в городе у неё не было подруг.
  А в начале сентября Игорек потерялся. Маша развешивала стираные вещи, и ребенок куда-то девался. Сначала искали в доме и вокруг, потом по всей деревне, потом пошли уже искать повсюду. Заглядывали в колодец раз десять. И не нашли ни в тот день, ни в следующий.
  
  Мало ли детей пропадает. Но пошли слухи. О маньяке, потом о беглецах из ближайшей колонии, потом о снежном человеке. В газете ближайшего городка как раз нечего было писать, так что местный журналист не поленился взять интервью у всех желающих - их было множество, особенно среди тех, кто не знал вообще ничего.
  Дело, как и должно было, попало в прокуратуру. И когда, месяц спустя, набрав добровольцев, пошли по квадратам через лес, Скворцов был в той группе, что проходила через Рыжевку. К дому с девясилом вела уже хорошо утоптанная тропинка. Нашли следы человеческого жилья. Бычки Примы, консервные банки, печь кто-то пытался замазать глиной, а из подвала несло мертвечиной так, что сомнений уже не оставалось. Убийцу потом ещё долго караулили в проклятом доме, но он видимо, заметил милицию, и не вернулся.
  
  Беженцы вскоре уехали, и больше никто о них ничего не слышал.
  
  Дома Скворцов, конечно, напился. Он оттолкнул жену и тещу и вышел во двор, на детскую площадку. Дети отошли в стороны и стали смотреть, им было интересно. Скворцов матерился, орал, клялся убить печника. Когда он протрезвел, ему напомнили, что печник неделю как назад, пришел на местную дискотеку, откуда по пьяной драке попал в милицию. А из милиции его сразу отправили в дурку, потому что он, несмотря на побои, продолжал называть себя орденоносцем красного знамени и требовал вернуть его ордена.
  Детей в Лодыгино, Марково и соседних деревнях с тех пор только самые беспутные родители отпускали гулять одних вдали от дома.
  
  Эльвира с нетерпением ждала отпуска. Рассада на подоконниках рвалась в рост, куплены подарки подругам, куплен новый распылитель для удобрений. Наконец, племянники погрузили тетку с багажом и доставили в Марково. Эльвира всю беспокойную городскую зиму мечтала о Маркове, где было тихо и безопасно и никогда ничего не менялось, разве что дома на болотистой почве с каждым годом оседали чуть сильнее.
  У Лиды уже цвели пионы и ирисы. Кошки, как обычно, порскали по сторонам, курица забрела в палисадник и рылась на клумбе. За год Лида, наконец, достроила стенку крыльца. Из чего она только её не делала: и доски разной ширины и длины, и унесенные из разваленного свинарника кирпичи, такие древние, что на них ещё клеймо завода стоит. Рубероид, кусок линолеума, а откуда Лида притащила эти маленькие овальные окошки в толстых кусках железа цвета хаки - как у танка - Эльвира и понять не могла.
  Лида нашлась в курятнике. Женщины зашли в избу и стали кокетливо отказываться - Лида от конфет, Эльвира от свежих яиц. Пока пили чай, Лида вспоминала новости за год и только под конец вспомнила самые грустные. Потом ушла в сени и принесла Эльвире пакет с её старым подарком - детской одеждой. Вечером Эльвира, как всегда делала, прогулялась от Маркова до реки. Она спускалась вниз, в туман, мимо ряда опустевших домов по левую руку, мимо болота по правую. Последний, самый покосившийся, был дом Скворцовых. Сюда, никто, кроме бродяг зимой, больше не заходил. А тот дом, в Рыжевке, развалили и сожгли. Эльвира вглядывалась в темные, забитые окна и почувствовала вдруг, словно в спину ей кто-то пристально смотрит с болота. Настроение гулять тут же исчезло, и она быстрым мелким шагом вернулась домой. Эльвира читала Богородицу, пока не заснула прямо с включенным светом.
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"