Знаешь, если лежать тихо-тихо с закрытыми глазами, можно для каждого звука придумать свою историю. И будет это уже не просто стук или скрип, а живое что-то. И, конечно, ни капельки не опасное, а наоборот очень даже дружелюбное.
В старых домах особенно, что ни звук - то музыка. Тут половица пропела, там калитка откликнулась. Стёкла в рамах подзинькивают, похлёбка в котелке побулькивает. Ставни хлопнут, деревья в саду прошелестят. А если вдобавок долго к ветру прислушиваться, всё это вовсе симфонией покажется.
Вот так и жила в старых домах Мелодия. Сама по себе жила, самостоятельно. Дел у неё было невпроворот: здесь динь-дилинь пропеть нужно, там тренькнуть, везде поспеть и ничего не перепутать! Тут уж нужно быть юркой и расторопной. Такой Мелодия и была.
Тем временем высотки каменные обступили со всех сторон деревянные домики, высокими стенами над кособокими крышами нависли. Уж как ни теснились старые постройки, да в свой черёд снесли их и на том месте большой дом возводить начали.
И Мелодия в него перекочевала. Сначала на первом этаже поселилась, потом, когда второй этаж построили, выше перебралась. Да там и осталась. Обжилась она и слушать принялась, что в округе делается. А слушать-то, по правде сказать, и нечего было. Только кирпичи друг о дружку стучат, и подъёмный кран лязгает. Стало Мелодии скучно сложа руки сидеть и обидно, что никто её красоты оценить не может.
Однажды провожал парень девушку до дому, что рядом со стройкой стоял. Время уже за полночь перевалило, огоньки в окнах один за другим тухнут. Нежданно-нечаянно трели славные в тиши разнеслись - заслушаешься.
- Соловей поёт. - сказал парень.
- Как же далеко он забрался в каменный город! - удивилась девушка.
Но мы-то знаем, что соловей тут совсем ни при чём был. Это Мелодии молчать надоело. Правда, сама она себя исполнить не могла. Вот и уломала на это одного воробьишку. Тот сначала наотрез отказывался: "Не подобает порядочному воробью, отцу семейства, попусту песни петь!" Всё же поддался на уговоры, но только на один часок, да и то ночью, чтобы никто из сородичей не застал его за этим занятием. По секрету тебе скажу, он просто-напросто боялся, что у него ничего не получится, и его засмеют. Да изредка и воробей не хуже соловья споёт, была бы музыка хорошая. А мелодия и в самом деле была превосходная. Вот если бы все смогли услышать!
Как-то раз добрый человек налепил глиняных свистулек и раздарил их мальчишкам и девчонкам во дворе. Мелодия это углядела и - прыг-прыг-скок! - разлетелась по свистулькам. Стоило лишь в них подуть, сами играть начинали - не остановишь. Так уж рада была Мелодия, что может свободно звучать! Так рада, что вместе с нотками наружу вырывались маленькие смешинки. Целым роем по двору кружились, а после по всему городу разлетелись.
Столько людей сразу, как в тот день, ещё никогда в каменном городе не смеялось. А может, просто по телевизору забавный фильм показывали.
Даже на следующий день смешинки продолжали по улицам носиться. Незнакомый старичок на ладошку их заботливо собрал и домой принёс. А что дальше было, про то другая история имеется.