# Последняя битва, которой не было и не будет

Popov Viacheslav

Глава I

- Прошу всех выключить сотовые телефоны, разрешается только фотосъемка, начинается судебный процесс.


С этих слов начался длительный по затраченному времени и беспрецедентный по выявленным фактам жестокости и лжи бывшего диктаторского режима Малокии мировой судебный процесс. Он вошел в историю под названием "Нюрнбергский процесс 2". Как вы уже догадались, речь идет о фашистском режиме, превзошедшем даже Адольфа Гитлера.


- Ты можешь себе представить, какой ужас и боль, нестерпимая боль открылись взору бывшего оккупанта, некогда еще позволявшего использовать телевизионную и интернет пропаганду на весь просвещенный западный мир этому узурпатору?


- Постой, почему они решили оккупировать страну диктаторского режима? - недоумевал я, словно все это было не со мной, а этот мир был лишь плодом воображения хоррор-писателя.


- Поначалу он позиционировал себя как серый: с одной стороны демократ-либерал, с другой государственник-консерватор. Но это ровным счетом ничего не значит. С первых же лет правления он договорился о продаже нефти на сказочных условиях: пока просвещенный мир занимается войной, поднявший голову молодой диктатор Малокии продает ресурсы страны, обогащается, собирает команду будущих олигархов-друзей внутреннего круга, проводит реформы для разных слоев общества.


- Но ведь он же был запятнан с самого начала. Как они могли это игнорировать? - не унимался я, меня эта история захватывала все больше и больше.


Сделав глоток свежего кофе Тим Хортонс, Ларри продолжил.


- Не перебивай меня, пожалуйста, я еще не ответил на твой первый вопрос... Окей, продолжим. Миру нужна была слабая, но не раздробленная Малокия. Страна колоссальных по содержанию ресурсов с одичалым народом и беспощадными соседями - кому захочется встречать Новый Год под пеплом ядерной зимы? То-то же. Они дали время на реформы.


"Когда дошло до критической точки противостояния, когда президент просвещенной страны под натиском сми и представителей разных ветвей власти одумался, посмотрел в лицо фактам, пережил самую жуткую бессонную ночь в своей жизни, а может и всего мира, и наконец, принял таки решение о превентивном ударе по всем ключевым узлам всех телематических коммутативных узлов Малокии, росчерком пера аннулировав все визы выезжающих из страны и заморозив счета всех причастных как того требовали петиции, общественное мнение и свидетельства спецслужб трех мировых держав - так вступила в действие стратегия превентивной оккупации.


Знал ли президент просвещенной страны, какому риску он подверг весь мир? Думаю, знал и понимал. Тут уже не спрячешься и не перезимуешь. Время диктовало свои требования, отказ от принятия решения означал лишь позорную отставку или импичмент. Но промедление граничило с безрассудством. Говорят приближенные к президенту, что после этой ночи он поседел. Это пострашнее, чем нажать кнопку ядерного чемоданчика. Нужно иметь самообладание и ответственность, нечеловеческую стойкость духа".


- Разве агенты Малокии ничего не ведали? Они же, наверняка, успели предупредить "серого"?


- Конечно, он пытался внедрить своих агентов, любыми самыми циничными изощренными методами, недаром его сравнивают по степени безумия с Гитлером. Но к тому моменту все взаимоотношения с двумя странами были полностью разорваны, уровень секретности, информационной безопасности администрации просвещенной страны был уникальным - даже спецслужбы не ведали, что думал и говорил президент. Только решения.


"Оккупация устремилась одновременно со всех направлений материка. Не было такого места на карте, куда бы ни высадились пехота, танки, боевые дроны и прочее-прочее. Это было похоже на Библейский Армагеддон. Стояла задача сохранить мирное население не менее 95%. Можешь себе представить такое? Вся интеллектуальная военная мощь, коей не было равных нигде, была брошена на сверхзадачу "тотальная оккупация без аннигиляции"...


Стоить добавить, что страна на карте давно уже набила оскомину спецслужбам просвещенного мира. И шпиономанией, и эпохой информационной войны, и скандалом с вмешательством в выборы суверенной страны. Всему этому настало время положить конец, расставить все точки над i.


Лирическое отступление. Морская пехота, высадившиеся на берегу захваченного острова, были вежливее, чем usher за зарплату в миллион евро. Нужно было показать населению оккупированной страны миролюбие и отсутствие всяких претензий на господство.


Это невообразимо, ибо люди с расшатанной психикой, промытыми мозгами и доведенные до отчаяния и ужаса без всяких надежд и амбиций покорно ждали своей смерти. Как будто жители Малокии готовы были войти в газовую камеру гитлеровского концентрационного лагеря и обрести там вечный покой. Мертвые души. Это трагедия целого народа, изможденного в своей исключительной терпеливости и апатии.


Были и агрессивные выпады тех, кто называл себя народно-освободительным движением, что-то приплетали "за царя и отечество". Но при первых же боевых столкновениях получали пулевые ранения в ноги в стиле "Терминатор 2", и конфликт на этом исчерпывался. Большим откровением для нодов становилась столь же стремительная медицинская помощь от солдат-оккупантов, что напрочь рвало все шаблоны и указывало на мирные намерения. Действия оккупантов обладали всеми признаками спецоперации, но такого уровня не удавалось прежде достичь никому.


Конечно, на западном направлении велись самые ожесточенные бои. Там были и отрезание голов, и смертники-подрывники, и нервнопаралитический газ, иприт, зарин и доселе неизвестные мировой судебной практике яды, отравляющие газы, кислоты.


Узурпатор все-таки готовился к этой решающей схватке, но эта была бойня страшнее других мировых войн, не так уж давно человечеством переживших. Это была последняя битва добра и зла. До сих пор хранятся под грифом "EXTREMELY TOP SECRET" видеозаписи пехотинцев, принявших бой возле столицы Малокии. Они были лишь раз продемонстрированы на суде, после чего изъяты из общего доступа. Говорят, что некоторых увезли из зала суда в состоянии близком с помешательством и обмороком.


Судья был непоколебим. Он знал, не понаслышке о холокосте, о спецтюрьмах, пытках в диктаторских режимах. Когда судья сделал ремарку перед объявлением приговора главному злодею, по совместительству диктатору Малокии, зал аплодировал стоя без слов:


- Всем, кто увидел достаточно, чтобы отбросить сомнения в беспрецедентной жестокости и геноциде собственного народа президента Малокии, прошу решить для себя: готовы ли вы присутствовать при оглашении приговора и положить конец этому бесчеловечному режиму? Да поможет нам Бог.