Попова Анна Ростиславовна: другие произведения.

Территория юности: terra nova

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
 Ваша оценка:


  

Территория юности: terra nova

  
  
   "Территория юности". Земля, которую каждый из нас открывает по-своему. Некоторые - только для себя. А кто-то щедро делится своими открытиями - вернее, не может не делиться... Территория юности... уже не terra incognita, неизвестная и неизведанная (хотя и не освоенная до конца). Целый мир, преподнесенный читателям в стихах.
   Трудно поверить, но всего несколько лет назад стихотворчество было для Максима Максимова только "чужой территорией". Но вот - из ниоткуда, щедрым потоком хлынули стихи. И, что не менее важно, пришла ответственность за написанное, желание возвращаться к собственным текстам, стремиться к их совершенствованию. ...Перед Вами - плод пятилетних, если не ошибаюсь, трудов. Книга, которую Вы держите в руках.
   Те, кто полагается на распространенные представления о счастливо-беззаботной юности (не раз доводилось лично слышать в адрес авторов: "Ты же еще молодой (молодая), отчего ж стихи такие грустные?"), - будут разочарованы. Для автора всё гораздо сложнее. На "Территории юности" уживаются поэты и воины, дружба и одиночество, счастье обретения и боль разочарований... У территории юности Максима Максимова - своя виртуальная география, свои обитатели, свой мир... и даже своё временно?е измерение: "Время юности, тайн и дорог".
   Как мне показалось, это прежде всего - земля поэзии, земля творчества... Автор, оставшийся один на один с поэтическим даром, не может не говорить о новом осознании себя творцом, у которого даже бумажный лист "пропитался стихами"... Не может не приносить дань восхищения ученика, неофита, учителям и Мастерам, мудро подмечая:
   Гении уходят молодыми,
   Оставаясь в пантеоне славы,
   На могилах пожелтели травы,
   Гаснет свет, но остаётся имя.
  
   Не может не сознавать ответственности, налагаемой свыше на созидателя:
   ...Спасают стихи -
   Они мне ... как дети.
   Я им отец,
   За них и в ответе.
  
   Не может не чувствовать, как непосильно тяжела расплата за измену музе - по сути, за измену собственной личности ("Расплата"). И, наконец, не может не иронизировать - дескать, и так тоже бывает:
   Стихи на полу сгорали...
   А в пепельнице тлел мусор.
   С поэтом спорила Муза...
   Компромисса искать не стали.
  
   Обратившись ко второму разделу книги, названному "Ты одна у меня... Родина!", - невольно начала размышлять над тем, как пересекаются, как совмещаются территория юности Максима - и Родина, Россия с её вековой историей. И в который раз вспомнила о том, сколь ответственно и сложно говорить о Родине, не уходя в лозунговость и декларативность затверженных фраз или же не стеная над тем, "как всё плохо", используя навязшие в зубах образы-штампы... Максиму Максимову удалось найти своё ви?дение, свой подход к этой непростой теме.
   Прежде всего это стихотворения-портреты: и "Очарованный странник" (не совсем тот, лесковский, скорее - обобщенный образ путника, для которого дорога равна судьбе), и стилизованный "Романс декабриста", и "Стихотворение белого офицера", в котором -поразительное, запоминающееся: "Звезда, упавшая на плечи Родины". А вот и век двадцатый, относительно недавняя история, преподнесенная через авторское неравнодушие, горечь, боль, гнев: "Шестнадцать штыков и револьвер", "Тридцать семь шагов". И - неожиданно - опустевший и грустный, определенный под снос "Старый дом": так и видится уголок родного города, деревянная развалюха в одичавшей сирени... И это тоже - Родина.
   Закономерный вопрос: "А кто же Я сам на этой территории?"
   Я старше века,
   Но младше жизни... - размышляет автор. Старше наступившего двадцать первого века и младше жизни, бо?льшая часть которой еще только грезится впереди. Кто - властелин, путник, мыслитель, поэт, обреченный на союз со своим "Одиночеством", влюбленный юноша, для которого традиционно "Весна" - это любовь (так и звенит песенкой обаятельно-непосредственный финал "На весне, мой друг, женюсь!") или уставший от жизни циник ("Стереочувства меня не тревожат, Я отыграл свой дуэт").
   Да, больше вопросов, чем ответов - но ведь постановка вопроса - это уже полпути к ответу. Отсюда и парадоксальное "Я тот...", и удивительный авторпортрет, преподнесенный через серии отрицаний, в которых, как ни странно, тоже - обретение и осознание себя:
   Не хочу быть королём и палачом.
   Не хочу я быть в колоде дамой пик.
   Я хочу надёжным быть плечом,
   Я хочу собой быть каждый миг.
  
   "Искусство жить..." - так звучит название следующего, четвертого раздела книги. Претенциозно? - о нет, было бы претенциозно, если бы автор навязывал и поучал. Перед нами проходят образы тех, кто, по, по-видимому, овладел этим искусством: навсегда, по самой сути своей натуры, как "Пилигрим", или хотя бы на время (уже, к сожалению, прошедшее), как "Народный артист". "Искусство жить" особенно важно постичь в мире несовершенном, заблудшем, враждебном, "распятом ... на кресте, покрытом терновым венком", "пластилиновом" мире, "мире через разбитое стекло", "где быть людьми совсем не нужно". Мире, запутавшемся в противоречиях "Да и Нет". Мире, пораженном всеобщим "крахом сострадания". Мире, который заставляет лирического героя задуматься о цене жизни:
   Бывает серебро дороже золота!
   А жизнь... - А сколько стоит? Есть цена?
   Мире, в котором так важно обрести "искусство быть собой"...
  
   И, в продолжение темы "мира", - печальная и привычная антитеза "война". А точнее, изнанка войны и её итоги. "Я не хочу играть в войну", - утверждает автор. Тоже своего рода итог, напрямую смыкающийся с идеей стихотворения, открывающего раздел:
   Устал солдат, вернётся в отчий дом.
   Что он солдат - в том нет его вины...
  
   Война преподнесена и с позиции одного из её служителей, её жрецов, её кормчих:
   И победа не будет достойной,
   Если цезарю войско не жаль.
  
   Война - это почти неправдоподобная, противоестественная реальность:
   Плачет небо белым снегом...
   Старикам стреляли в спины...
   Накормить детей бы хлебом,
   Выжить нам хватило б силы.
  
   Война показана и как страшный рубеж, который вроде бы уже за спиной (но так ли это - по зрелом размышлении? Нет, не проходит война, поселяется в душе навсегда); и всё же после неё надо как-то выстраивать жизнь ("Память").
   Как мне кажется, территория юности Максима Максимова - это территория мира. Поле битвы - не на этой земле, а за ее пределами. Но суть в том, что территория юности -не радостно-романтический мир (хотя есть в нём и радость, и романтика), отгороженный звуко-мысле-чувство-непроницаемой стеной... И потому так остро ощущается авторское неравнодушие, сопричастность к происходящему в мире "взрослом" и жестоком.
   И - новое противопоставление, новая грань, новая антитеза (композиция книги - сам порядок разделов - как можно заметить, оттеняет их содержание). После темы войны, темы трагической, хочется говорить и говорить о том, что в этом мире надежно, прочно и дорого. Друзья.
   Первое впечатление: стихотворения этого раздела представляют собой посвящения друзьям - но нет, впечатление обманчиво... Перед нами, скорее, авторские монологи (или нереализованные диалоги), синтез мыслей и чувств, переполняющих автора, которыми он счел необходимым поделиться - нет, просто не смог не поделиться... Действительно, сложно оставаться один на один вот с таким:
   Нас нет!
   Смерть забирает прямой
   Дорогой
   сильнейших в ад.
   Этому кто-то рад,
   Но тот, кто был не с нами,
   А с нашими врагами,
   Пил за наш упокой.
  
   И сложно таить в себе такой щедрый дар души:
   Половину жёлтого солнца
   Я отрежу тебе, как пирог.
   Половину звёздного неба,
   Постелю я на твой порог.
  
   На территории юности поселилась любовь - а могло ли быть иначе? Любовь, предстающая разными своими ликами: романтически возвышенная, земная (но не приземленная), любовь, остерегающаяся подделок под неё, суррогатов. Бесценный опыт счастья - и бесценный горький опыт расставанья. Любовь, приходящая на смену другой Любви. Разная...
   В финале, эпилоге - ненамеренно? - прозвучал мотив дороги. Вроде бы, стандартная бытовая картинка: поезд, вагонный разговор, случайный и неслучайный одновременно... Показался символичным этот образ поезда, спешащего по территории юности - нет, наверное, уже? далее, за невидимую границу, во взрослый мир, к пока ещё незнакомым людям, пока ещё несбывшимся встречам....
   Что ж, хочется верить, что эта дорога будет... (лёгкой и радостной? - нет, не хочу обманывать ни себя, ни автора - лёгких путей не бывает), но богатой на открытия и встречи, которые воплотятся в творчестве, - несомненно!
   И поэтому - в добрый путь.
  

Анна Попова, член Союза литераторов РФ

  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Самсонова "Сагертская Военная Академия"(Любовное фэнтези) Д.Сугралинов "Кирка тысячи атрибутов"(ЛитРПГ) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) Т.Мух "Падальщик"(Боевая фантастика) М.Юрий "Небесный Трон 4"(Уся (Wuxia)) А.Робский "Убийца Богов"(Боевое фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Институт фавориток" Д.Смекалин "Счастливчик" И.Шевченко "Остров невиновных" С.Бакшеев "Отчаянный шаг"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"