Парадигма смыслового абсурдизма. Смысл как будто бы есть, но его, в то же время, как будто и нет. Присутствие смысла наводит на мысль об его отсутствии, ввиду невозможности определения и вычленения смысла, как потенциального смысла. В то же время, отсутствие смысла порождает как будто бы его присутствие на расстоянии, ведь если осознание отсутствия смысла само по себе возможно, следовательно, и сам смысл должен существовать. По крайней мере, логика вещей позволяет допускать эту мысль, а присутствие мысли уже есть в какой-то степени смысл, даже если она бессмысленна.
О самом, пожалуй, отвратительном. Это печальная история жизни. Иной раз достаточно просто посмотреть на человека и сразу уразуметь: отвратителен. И действительно, одно из ста таких заключений обязательно подтвердится, а значит, один, это как минимум, из ста людей обязательно окажется отвратительным по своей натуре как бы человеком. Банальное, но всегда актуальное наблюдение: люди, которые мало что собой представляют в жизни, мало чего в этой жизни повидали, но подсознательно, следовательно, неосознанно имеют много неосознанных (это важно) комплексов, больше всех мнят о себе и поучают других в этой жизни, высказывая и озвучивая отвратительные стереотипные мысли. Всё это делается вслух. Ведь только тогда можно узнать о мыслях. Метафизический способ распознания мыслей предполагает их плотную и устойчивую консистенцию, ввиду чего ставится мною под большое сомнение, ведь мысль, если она не навязчивая, по природе своей подвижна и неоднородна. Поэтому мы говорим о мыслях, которые вслух и о навязчивых мыслях. Последние даже не нуждаются в произнесении, они отчетливы и вещественны. Но мы говорим об отвратительных мыслях. Об отвратительных стереотипных мыслях. Разве может быть что-то отвратительнее стереотипов? Ведь нет ничего отвратительнее стереотипов и порождаемых ими стереотипных мыслей. Стереотипно мыслящие люди неприятны. Видимо им всё легко давалось в том, что они привыкли именовать жизнью, так как цели их по обычаю ограничиваются мещанскими потребностями и всё теми же стереотипами, и они просто еще не созрели, а возможно и никогда не созреют (не созревают же и есть примеры) для того, чтобы держать свой выдающий допотопные средневековые мысли язык за зубами.
200 грамм нарезкой:Приду ли я на коронацию поэта Б. Тут мне подумалось: а приду ли я на коронацию поэта Б., если, предположим, его будут короновать, как народного поэта? А ведь скорей всего не приду. Даже если пригласят. И уж тем более, если до того, как уже не пригласят, успеют пригласить. А зачем? Не приду. Вот в чем вопрос. То есть не вопрос, а казус. Какой в этом смысл? Ведь обозначить то, что я имел с ним честь когда-то общаться можно и без коронации. А что с коронации? Ведь мы даже никогда с ним не встречались, зачем же я приду? Но мы знали друг друга, никогда друг друга не зная. Вот, в чём искусство.