Автобус новейшей марки несся по проселочной дороге. Он ехал настолько быстро, что его заносило на поворотах и все вещи падали с полок. Я несчастливый и по воле неведомого рока все вещи падали мне на голову. Так на меня свалилась шестипудовая гиря, и портфель Джерома, мальчика с черными, как смоль волосами. Из портфеля вылетел и ударил меня по ноге громадный кирпич бурого цвета.
Во время очередного разворота я крикнул шоферу:
- Мистер! Нельзя ли поосторожней?
Шофер оглянулся, и я увидел, что у него нет одного глаза. Вместо глаза его лицо перерезала повязка, как у флибустьера времен капитана Флинта.
- Я вообще ничего не вижу, - сказал шофер, и мы едва не въехали в дерево. - Зрение покинуло меня в прошлую Вальпургиеву ночь.
Он с трудом говорил, и в его лице явно были заметны признаки волнения.
- Как же вы ведете автобус? - панически спросил я.
- Знаю дорогу как свои два пальца, - сказал шофер и потряс двупалой кистью. - Я езжу тут уже много-много лет. Работаю в двух фирмах, в ритуальной и в туристической. Это близко по своему значению, согласитесь...
Я не мог согласиться. Ритуальная фирма одно, а туристическая - совсем другое.
- Не бойся, это нормальный лагерь, - сказал мне Джимми, мальчик с сильно выпяченными глазными зубами. - Я еду туда за свежей провизией. В последнее время кетчуп мне окончательно осточертел.
- Да, кетчуп безобразие, особенно в последнее время, - ответил бледный мальчик с белыми волосами. - Кстати меня зовут Дра Кула.
- Очень приятно, Джимми Шаллин, - представился Джимми.
- Куда же мы едем? - испугался я.
- В чудный лагерь, - почему-то хором ответили мне Кула и Шаллин
- Там где вожатые мумии, а сторожа - зомби. Тебе там понравится. Чудно лежать в теплой постели после трупа и слышать как кого-нибудь убивают... Если только убивают не тебя, - Кула кивнул на шею, где находилась ранка с белыми краями. - В прошлом году меня укусил оборотень, - пояснил он. - Оказалось довольно приятно, но теперь каждое полнолуние нет мне покоя. Я бегаю по разным полям и покусываю разных людей... Не ахти промысел, прямо скажу... Но дельце прибыльное, особенно если люди просят их не кусать... Они мне выплачивают громадные деньги... - он замолчал...
Я уставился в грязное стекло. По нему пошла трещина, а в трещине копошилась какая-то маленькая муха. Она потешно перебирала лапками. Я вставил ноготь в эту щель и придавил ее. Хлынула кровь и залила трещину.
- Муха-вампирка, - пояснил мне Джимми, - видимо насосалась... Она дальняя родственница мухи Це-це. Кусается только в одно место, - он показал на локтевой сгиб. - Если сюда укусит, пиши пропало, у нее всякие инфекционные болезни... Индийские заразы от которых и средств-то никаких нет... Укусит сразу заказывай венок.
Автобус тряхнуло, и портфель Дра Кулы свалился с верхней полки. Он нагнулся, чтобы его поднять, но из его рук выскочила и покатилась по салону автобуса колба с чем-то красным. Кула бросился ее ловить.
- Кровь, - пояснил он. - Мне ее мать дала на лечение от всех болезней, как мушкетеру.
- Кровь плохо лечит, - сказал Джимми. - То ли дело печень, которая похожа на плоды адового дерева... Или язычки гиенн, или хвост волка-альбиноса... Я слышал они особенно злые в это время года... Где мы нам найти экземпляр...
- Съезди в Большой Каньон, - посоветовал Кула. - Я был там в позапрошлом году... Если мне помнится на небольшом поле паслись альбиносы... Также там присутствовали оранжевые гуси и лебедь размером шесть на шесть метров... Волшебное зрелище!
Меня передернуло. Было совершенно непонятно, шутят они или нет.
- Но они все безобидны словно ягнята? - уточнил я.
- Словно бешеные ягнята. Они бросаются на жертву и раздирают ее своими когтями. А когти у них у всех ого-го! - и Дра показал руками где-то полметра.
Мы ехали в лагерь "Покойник". К моему отцу пришла жутко полнокровная женщина и продала ему путевку за бесценок. Мой отец тут же ее купил и на следующее утро посадил меня в этот автобус. В нем сидело восемнадцать мальчишек и шесть девочек в полосатых, как осы, юбках.
Девочки подняли головы и выглядели как порабощенные графини. Кроме юбок, их туфли и носки тоже были того приятно полосатого оттенка.
Мальчишки захотели привлечь их внимание. Дин взял кирпич и, подойдя, стукнул одну из них по голове. Ничего не последовало, она даже не обернулась, а продолжала шептаться с подругой.
Тогда Дин снял ботинок и с размаху ударил им девочку по затылку, что ж поделаешь, Дин так привлекал внимание.
Она обернулось и стало понятно, что она довольно красива, если бы не ее врожденное косоглазие.
- Что за пасека? - осведомилась она.
Дин растерялся.
- Привет, - нейтрально сказал он.
- Здорово, - ответила девочка, Дин протянула ей свою ладонь, та пожала ее, хрустнули кости, Дин испуганно уставился на свою руку. - Поделом тебе гадине, - отреагировала девочка.
- За что? - удивился Дин.
- Ты напугал меня, щелкнул меня по затылку... Почему я обязана все это терпеть?
Дин пожал плечами.
- Ты девочка, - сказал он.
- А ты сейчас перестанешь быть мальчиком, - сказала девочка и вытащила из кармана маникюрную пилку.
Никогда раньше я так далеко один не уезжал от дома. В пятилетнем возрасте в компании с собакой Амалией мы пробовали покинуть штат.
Меня поймал и привез домой некто Пупырь, не молодой мужчина и передал моему отцу. Тот долго его благодарил, и предложил взять меня себе вместо награды. Пупырь отказался, и я вновь очутился дома.
Мы жили в трехэтажном коттедже. Последний этаж быстро пришел в запустение и его мы сдавали. Какой-то человек, замотанный в одежды, как человек-невидимка, жил там, и ежемесячно выплачивал за проживание.
Кажется, его звали: "Стул". Он не говорил по-английски, и мог при большом желании промычать только одно, ему чем-то приглянулся город "Улан-удэ", но чем было совсем непонятно. Он вышел на улицу попрощаться со мной и долго мычал что-то приличное.
Мама обнимала меня левой рукой, а правой обыскивала карманы, на наличие в них денег.
- Ты не бери с собой деньги, - наказывала она. - Воры все украдут!
- Там нет воров, вы же меня посылаете в приличное место, - сказал я.
Отец и мать, переглянувшись, вздохнули. Меня начали одолевать сомнения.
- Улан-удэ, - промычал Стас и пополз обратно к дому.
- Вы не забывайте меня, - просто так попросил я.
- Склерозом не страдаем, - хором ответили папа с мамой.
- Сынок, ты там не это... не делай ничего, о чем потом можно пожалеть, как я в свое время, - сказал отец, и с ненавистью посмотрел на маму.
Мама ответила ему рассеянным взглядом.
Дорога крутилась, и вертелась, автобус швыряло на поворотах, и в один из моментов я очутился возле девочки с ярко-рыжими волосами.
Оно отодвинула правую ногу и брезгливо поправила юбку.
- Извини, - стремясь загладить вину, сказал я. - Меня зовут Бобби.
- Мне все равно, - ответила девочка. - Если только ты не дашь мне испить твоей крови.
Я покачал головой.
- Это что шутка? Моя кровь невкусная, - сказал я. - Излишки производства. Третья группа всегда не была вкусной.
Девочка преобразилась. Она нагнулась ко мне.
- Я обожаю третью группу! - воскликнула она и щелкнула у меня перед глазами ртом с воспаленным горлом. - У только после нее кайф и эйфория!
Она облизнулась.
- Я не отдам свою кровь! - воскликнул я. - И честно говоря, я не понимаю подобных приколов.
Девочка посерьезнела.
- Меня зовут Гели, - представилась она. - Ты не спросил, какую цену я согласна заплатить за несколько унций твоей крови. Всегда узнавай цену!!!
Я вернулся на свое место. Поездка потеряла свое очарование. Девочка плотоядно щелкала зубами, а Дра Кула достав свою пробирку, принялся хлебать из нее. Его лицо при этом стало странно похожим на лицо коршуна.
- Вку-у-сно!!! - шептал Кула и улыбался. - Но она уже чуть-чуть запеклась!!! Надо бы ее положить в какой-нибудь холодильник... Да где его тут возьмешь?
Он оглянулся.
- Мистер, - крикнул он шоферу. - У вас в салоне есть холодильник?
Шофер встал и пошел по направлению к нам. Отпущенный руль автобуса свободно начал проворачиваться вокруг себя.
- Я вам покажу, - сказал шофер и захромал к нам. Тут только я заметил, что у него нет одной ноги.
- Да, да, и безногий я, - торопливо вставил шофер. - Потерял ногу во время охоты на ведьм в Салеме, в дай бог памяти, в 1636 году...
- Этого не может быть! - воскликнул я. - Столько лет невозможно прожить!!!
- Невозможно, - согласился шофер. - Невозможно, если есть человеческую пищу. А если всякие вкусности, например, человеческие языки, опять же напиваться кровью...
- Это вампирья черта! - сказал я. - Я вспомнил, так делают именно вампиры...
- И чего? - удивился шофер. - Я и есть вампир...
Тут стало видно, что и его глазные зубы в беспорядке.
- Плохо только что отошел от дел, - с сожалением продолжал шофер. - Моя матушка в 1800 году закодировала меня и теперь миллиграмм крови принять не могу... Начинаются судороги и приходится реинкарнировать, а это такая бумажная волокита... Тем болел ли? Тем, не болел ли? Не пью, спасибо!
- Осторожно!!! - завизжала Гели. - Я не хочу сгинуть в триста лет в безвестном автобусе!!!
Шофер метнулся к рулю. Вовремя, мы едва не врезались в дерево.
- У меня ведь нет одной руки, - поворачиваясь к нам, сообщил он. - Отрезали в 1900, когда хотел укусить на людной площади кого-то...
- И что же? - спросил Франкэн.
- У меня нет многих органов. Нет пальцев и нет еще много чего... - сказал шофер и добавил. - Бедняги! Вы хоть в курсе, куда вы едите?
- В лагерь! - убежденно сказал Кула.
- Ясен пень, что не в филармонию, - хрипло отозвался шофер. - В этот, как его, последний приют...
Внезапно шофер задрал голову и завыл по-звериному. Потом вой перешел в лай собаки, а потом и вовсе стих...
Шофер, опустив голову на руль, тяжело дышал.
Кула подскочил к нему:
- Вы превращаетесь в оборотня? - быстро спросил он.
Шофер поднял налитые кровью глаза.
- Что ты, нет, - ответил он. - Просто немножко повыть захотелось...