Описание: Рассказ об отношениях Никко и Нори. Часто упоминается история Криспина с точки зрения братьев.
От автора: Наконец я добила первую половину про близнецов. Дальше будет интересней (это я вас так агитирую к почтению продолжения). Творческий кризис вроде отпустил, так что буду быстрей писать. Желаю приятного прочтения.
ЧАСТЬ ЧЕТВЁРТАЯ
~Никко~
Мы всегда были вместе.
С колыбели мы были неразлучны. Знали друг о друге всё. Хоть и понимали, что мы разные, но ощущали себя как одно существо. Противоположные по характеру, мы дополняли друг друга.
Различия были и внешними. Я всегда придерживался строгой классики. Гладкие пепельные волосы всегда стриг под каре. Весь мой вид говорил о серьёзности.
Нори же всегда был весёлым и его стиль был более романтичным. Мягкие пуловеры с воротниками-жабо, пышные рукава рубашек, ленты вместо галстука. Волосы до пояса выбивались из высокого хвоста или косы, и мягкими прядками обрамляли лицо. Он всегда казался хрупким и беззащитным.
Не раз особи мужского пола пытались его поиметь или избить, но это ещё не у кого не получалось. Я с удовольствием отрабатывал приобретённые приёмы на этих уродах. Нории не ввязывался не потому что не мог. Он терпеть не может причинять кому-либо боль. Меня такие терзания не мучили, так что я избавил брата от этого.
Лет с пятнадцати мы поняли, что любим друг друга не только братской любовью. И с тех пор мы вместе.
Мы пытались встречаться с кем-то ещё. Но все попытки дальше поцелуев не заходили. Мы поняли, что не можем ни физически, ни эмоционально быть с кем-то другим.
Рано или поздно родители заметили бы то, что мы ни с кем не встречаемся. Так что когда нам исполнилось восемнадцать, мы решили всё им рассказать.
Мама с папой готовили ужин. Нори беспокойно метался по моей комнате.
- Сегодня? - Взволнованно спросил он.
- Да, после ужина. - Брат судорожно вздохнул. Я подлетел к нему и взял его лицо в ладони. Поглаживая большими пальцами щёки, я смотрел в его глаза.
- Прошу не мучай себя так. Чтобы не случилось, я всегда буду рядом и никогда не брошу.
Нори кивнул и прижался своим лбом к моему.
После ужина мы всё ещё сидели за столом. Разговор решил начать я.
- Мам, пап, мы хотим поговорить.
Родители переглянулись.
- О чём, солнышко? - Мама заправила пепельную прядь за ухо. Она всегда так делает, когда настроена серьёзно.
- Мы должны признаться, что любим друг друга. Мы понимаем, что это шокирует и может вас оттолкнуть, но мы ничего не можем с этим поделать. Мы пытались встречаться с другими. Но это не помогло, мы лишь острее ощущали потребность друг в друге. - Говоря всё это, я смотрел на свои колени и правой рукой сжимал ладонь брата.
- Мы догадывались и уже смирились.- Я неверяще поднял глаза на отца.
Отец у нас высокий, мускулистый, с тёмными гладкими волосами. Он противоположность нашей маленькой мамы с копной пепельных кудрей.
Отец хитро смотрел мне в глаза. А мама мягко улыбалась. Совершенно не такой реакции я ожидал.
- Мы всё ждали, когда же вы наберётесь смелости.
- Мы давно заметили, как иногда вы смотрите друг на друга. Как будто весь мир заключён в другом. Нам ли не понять эти чувства. - Мама ласково погладила Нори по плечу. - Мы не возражаем, но у нас есть одно условие. Когда вам исполнится по двадцать пять вы подарите нам внуков. Мы всё продумали. Найдём суррогатных матерей (по внуку с каждого) и обратимся в клинику для искусственного оплодотворения. Хотелось бы, чтобы родилась двойня, но два внука это тоже чудесно...
Мама говорила что-то ещё, но я не слышал. От облегчения я выпал из реальности и лишь тёплая ладонь брата держала в сознании. Несговариваясь, мы встали и обняли самых лучших родителей на свете.
Мы были готовы к тому, что с нами перестанут общаться и нам пришлось бы уйти. Но такого поворота мы не ожидали.
Спать мы пошли ко мне в комнату, больше не таясь. И ещё долго мы смотрели друг другу в глаза, пьяные от счастья.
~Нори~
Мы. Говорить в единственном числе для меня и брата неправильно. Нас всегда окружала куча народа, мы были популярны. Нам завидовали, нами восхищались, нас любили. Но по-настоящему нас не знал никто. Да, и мы не хотели открываться. Мы были уверены, что полагаться можем только на себя и родителей, что нас никто не поймёт.
Но к счастью мы ошибались.
Как только мы поступили в академию, сразу оказались в центре внимания. Больше всего от людей страдал Никко. Он всегда был спокоен и серьёзен. Ему было тяжело среди такого количества народа. Льстивые улыбки, за которыми крылась чёрная зависть, удручали его. Но он никогда не просил меня отдалиться от людей. Он знал, как мне важно быть в центре событий и внимания. И за это я люблю его ещё больше. Он мой якорь в этом мире, мой самый дорогой и любимый человек, которого я никогда не брошу.
Меня всегда считают хрупким, романтичным и наивным. Хотя на самом деле все эти качества олицетворяют Никко. О том, какой он нежный и ранимый никто не подозревает. Для всех он нелюдимый, циничный эгоист. Лишь мне он открывается, для меня живёт.
Даже когда мы занимаемся любовью, он непередаваемо нежен. На мою порывистость, а иногда и грубость, он всегда отвечает лаской. Он сводит меня с ума! И я с радостью придаюсь этому безумию.
Ох, что-то я на братика отвлёкся. Ммм. Как на него не отвлечься? Так! Взял себя в руки!
Так вот. Расскажу я вам о том, кого мы впервые впустили в нашу жизнь.
Дружба. Это явление было нам не знакомо. Дружить с кем-то это полностью открыться и доверять человеку. Рядом с нами не было ни кого, кому мы могли бы довериться по-настоящему. Пусть наша страна прогрессивна и люди вполне спокойно относятся к геям, но мы ведь ещё и братья-близнецы. Так что я думаю, вы поняли наши опасения рассказывать о нашей с братом любви друг к другу.
Но нежданно-негаданно мы встретили Криспина. Этого очаровательного тихоню мы нашли под деревом, где он читал книгу, покусывая нижнюю губу. Не знаю, какие обычно эмоции он вызывал у окружающих, но мы восприняли его как доверчивого, немного неуклюжего щенка, которого нужно защищать. Было видно, что доброта и забота для него в новинку, и он диковато на это реагировал. Пытался за каждое доброе слово отплатить, постоянно беспокоился, что надоел нам, и что мы возимся с ним из жалости. Потихоньку мы вернули ему уверенность, и окружали заботой. Мама была им просто заворожена. Даже пыталась уговорить переехать к нам.
Он не перестаёт повторять, как ему повезло встретить нас, но нам повезло не меньше. Мы встретили друга, которому без раздумий доверим все тайны и жизнь.
~Никко~
Криспина мы полюбили всем сердцем. Но никакого влечения как к любовнику у нас небыло. И это нисколько не отдаляло нас. Крис был действительно братом, которого любишь не меньше, но не так как мы с Нори.
Наткнулся как-то на толкование имён и сказал своему неугомонному Нори значение имени Криспина. Вот с тех пор он у нас и Кудряшка. Крис конечно возмущался по началу, но быстро привык. С Нори спорить бесполезно.
Мы были повсюду вместе. Зная о том, какие у Криса родители, мы пытались стать для него любящей семьёй.
Было так здорово рядом с ним. Нори всё хотел свести Криса с кем-нибудь, хоть я и отговаривал. Все его попытки заканчивались провалом. Крису было тяжело с незнакомцами просто общаться, неговоря уже о близости. После последнего такого насильного знакомства он впал в депрессию на неделю. Ели вывели его из этого состояния. Нори потом долго себя ругал за то, что довёл его. В итоге, Крис сам утешал Нори.
После этого брат больше не заикался о личной жизни нашего друга. Мы решили, что он сам найдёт себе любовника или любовницу. Рядом с нами он становился уверенней в себе и раскрепощений.
Но у нас и в мыслях не было, что именно ЕГО выберет наш Крис.
Мы были просто в шоке, когда увидели, как Крис сам целует Рафу на глазах у всех! Нори хотел вмешаться, но я остановил. То с какой жаждой эти двое смотрели друг на друга, уверило в том, что наш малыш нашёл своего человека.
Нори тяжело принял его. Он сильнее прикипел к малышу и не хотел делиться. Но видя, как эти двое смотрят друг на друга, как прикасаются, сдался. Эта была любовь. Очень сильная. Которая только набирала обороты.
~Нори~
Я не понимал, как Криспин мог выбрать ЕГО?! Этого самовлюблённого выскочку. КАК наш нежный котёнок смог полюбить его?!
Я долго противился их отношениям. Я не мог отдать его ему. Мне было невыносимо больно. Я бы, наверное, съел сам себя, если бы не Криспин.
Он пришёл к нам в комнату общежития, когда я был один. Никко был у родителей, помогал им в чём-то, не помню. Я лежал на кровати, смотрел в потолок. По моим вискам скользили горячие слёзы, и я не мог их остановить. Криспину я не показывал своей боли, так я думал.
Я так погрузился в себя, что не услышал, как он вошёл. Очнулся я от того, что его руки нежно стирали мои слёзы.
- Глупый, глупый, глупый... - Шептал он. - Что же ты делаешь с собой?! Почему молчишь, постоянно скрываешь как тебе плохо. А я всё ждал, когда ты сам скажешь. Но ты всё молчал.
Криспин прижал мою голову к груди и гладил не переставая.
- Ты слишком сильно привязан ко мне. И ты бы не взлюбил любого, с кем бы я ни был. Но ты должен понять, что я не стану любить тебя меньше и не отдалюсь от вас. Я буду рядом всегда.
Он шептал мне это и вся горечь ушла. Я смог легко вздохнуть. Я не потеряю его...
Моя душа отогрелась рядом с ним, и она больше неспособна существовать вдали от этого тепла.
- Я люблю Рафу, и он любит меня, он не обидит.
Он был так уверен в нём, что мне ничего не оставалось, как верить. Кому как не ему?
- Прости, я не хотел тебя тревожить.
- Глупости говоришь. Я твой друг, а друзья заботятся друг о друге. А ты закрылся от меня. Мне было так холодно...
- Прости... - Я теснее прижался к нему. - Я больше никогда так не сделаю.
- Вот и хорошо.
Он ещё долго гладил меня и укачивал. И я заснул в его руках. Всю ночь я чувствовал его рядом и впервые за несколько недель был счастлив.
Как показала практика, Рафу оказался неплохим парнем. А главное - он безумно любит нашу Кудряшку.
Мы много времени проводили вместе. Он стал нашим другом. Близким другом. Конечно, ближе Криспина у нас никого не было. Он вроде нашей тройняшки.
Мы с братом не могли насытиться друг другом. Быть рядом, касаться стало такой же необходимостью, как дышать.
Но иногда было чувство, что чего-то не хватает. Это мешало, но не настолько, чтобы принимать какие-то действия.
После того как мы нашли друзей, меня перестало тянуть к шумным компаниям. Я всё сильнее напоминал Никко. Походы в клуб перестали интересовать. Я полностью наслаждался покоем рядом с возлюбленным. Наши тихие будни разбавляли лишь поездки с Криспином и Рафу.
Мы побывали во многих местах. Особенно понравилось в Рио и Кёльне. Никко у меня любитель готических соборов и хорового пения. Собор в Кёльне он обожает. Мне тоже понравилось. Этот собор будто возвышается над городом, и подсветка делает его ещё более таинственным.
Криспин был в восторге от Египта. Из-за него мы обшарили почти все пирамиды. Для меня там было слишком жарко. Единственное что меня приводило в чувства это оазисы. Вот там благодать.
Рафу захотелось в Китай. Пошлялись по дворцам, погоняли чай в пагодах, купили халатов. Кстати, китайские халаты это вещь! Они так облегают фигуру. Никко в белом с золотой вышивкой... Ммммм Халатик я попортил, жаль. Но на следующий же день накупил целую кучу. Никко на это лишь головой качал. Ходит он у меня в квартире только в этих халатиках. Я вот думал, что если буду видеть его в этом наряде каждый день, хоть немного успокоюсь. Сразу говорю, я ошибался. А стоит Никко как-нибудь изогнуться... Всё! Крыши нет!
Я так и до пятидесяти не доживу.
~Никко~
Нори изменился. Стал более домашним что ли. Я несказанно этому рад. Теперь у нас было больше времени друг для друга.
Мы живём в квартире, которую подарили родители. Общежитие их обсалютно не устроило. Мы и не жалуемся. На мне готовка, а на Нори уборка. Мы хорошо справляемся. Я всё так же схожу с ума по Нори. Мы счастливы.
Но бывают моменты, очень редко, будто мы ещё не нашли кого-то. Кого-то, кто нас сделает цельными. Это чувство навевает тоску, но её мы преодолеваем.
От таких мыслей меня с лёгкостью отвлекает Нори. Его выходки не позволяют киснуть. Особенно меня поразила последняя. Этому неугомонному существу вздумалось наряжать меня в облегающие китайские халатики. Поначалу я возмущался, но потом нашёл и приятные стороны. Нори очень бурно реагировал на меня в этом наряде. Усвоив это, я стал его нагло провоцировать. Что-нибудь, делая по дому, я старался как можно эротичнее выгибаться. Он так на меня набрасывался... Мммм
Но это ещё что. Вот после поездки в Алжир Нори понесло дальше. Начитавшись какой-то ерунды про гаремных мальчиков, он снова загорелся идеей. И как вы думаете, на ком он её воплощал? Шаровары не в пример удобнее тесных шёлковых штанов, но они были прозрачными! Браслеты с колокольчиками и прочие украшения я отказался носить наотрез. Нори это конечно не остановило. Он начал умолять сделать себе пирсинг в пупке. После недели его непрерываемых уговоров я готов был взвыть! Раз я воплощаю его эротические фантазии, то теперь пусть и он к моим приобщится. На пирсинг я согласился, но при условии. Нори должен ходить в прозрачном юката, и закалывать волосы палочками с подвесками, которые звенят при движении. Нори, конечно же, согласился. Я стал обладателем серёжки с топазом. Камень почти полностью закрывал пупок. Ох, видели бы вы, как на эту серёжку смотрел Нори... Я если честно не думал, что какая-то безделушка его так заведёт. В академию я не ходил пару дней. Он так меня заездил, что глаз приоткрыть было лениво. А ему хоть бы что. До безобразия бодрый, насвистывая, он без проблем направился на учёбу.
Когда мы узнали, что Криса выгнали родители, меня разрывала такая злость! Я всегда понимал, что его родителям, в общем-то, наплевать на сына, но чтобы так! Он и так был скорее симпатичной заводной игрушкой для них. А тут он взял да и влюбился! Сам! Без спроса! Представляете!
Они не сколько были против парня, сколько непослушания. В итоге эти сволочи, отреклись от Криса и запретили ему даже носить их фамилию!
Бедный наш братик. На нём лица не было. Он потерянным щенком бродил за Рафу. Не долго думая наши родители его усыновили. С нашими связями это не проблема. Рафу хотел сам попросить родителей, но мы отговорили. Одна фамилия будет мешать.
Так, на законных основаниях Крис стал нашим братишкой. Мама загорелась идеей получить внуков и от Криса с Рафу. С мамой Рафу они уже сговорились. Похоже, наши родители нисколько не унывают от того, что их дети геи. Нам редкостно повезло.
Крис уже отошёл. Он вполне обжился у нас дома. Мама в восторгах. Уже всего его занежила. Крис этому только рад.
Так что получилась у нас хоть и не традиционная, но большая и дружная семья. В которой мы действительно счастливы.