Проскурин Вадим Геннадьевич: другие произведения.

Как Тори Снерриссон хотел посадить альвийку в золотую клетку

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:


   Однажды Тори Снерриссон шел по городу Гоблингарду и вдруг испытал жажду. Зашел в первую попавшуюся таверну, сказал, что хочет пить, а трактирщик принес пива, потому что Тори не уточнил, что хочет пить воду, и трактирщик понял неправильно. Тори сначала собрался возмутиться, а потом передумал, решил, что это знамение. Заказал вяленой конины, стал ее жрать и запивать пивом, выпил шесть кружек подряд, подумал-подумал, заказал седьмую и тоже выпил. И решил, что пока достаточно. Расплатился, встал из-за стола и пошел прочь, пошатываясь.
   Надо сказать, что после возвращения из Эльфхейма Тори Снерриссон приобрел удивительную способность - научился трезветь по собственному желанию. Так случилось из-за колдовства, которое альвы на него наложили по недомыслию, когда Тори свалился с утеса, разбился в кашу, а альвы приняли его за своего и оживили по обычаю, сделали новое тело, колдовское, лучше прежнего. От товарищей Тори скрыл, что обрел в Эльфхейме новое тело, никому не рассказал, даже конунгу. Потому что вместе с Тори в Мидгард пришел альв по имени Магнус, храбрый воин, но такой безрассудный, будто голова у него отморожена до самого мозга. Встретил на улице пригожую гоблиницу, и изнасиловал прямо там, где встретил, а отца и мать гоблиницы зарезал, чтобы не мешали. Прохожие гоблины возмутились таким поступком и забили Магнуса камнями, при этом стало видно, что тело у него не как у людей и гоблинов, из костей и мяса, а колдовское, из чего-то наподобие свеклы. Гоблины решили, что Магнус - демон, и Тори не стал их разубеждать, потому что боялся, что они решат, что Магнус ему не случайный попутчик, а друг, и потребуют с Тори виру за гоблинов, убитых Магнусом. Так никто и не узнал, что у Тори тоже тело как у демона, и что он умеет трезветь, когда захочет. Впрочем, последней способностью Тори почти не пользовался, разве что если сильно перепьет. Потому что пьяным быть приятнее, чем трезвым, надо быть полным дураком, чтобы отменять опьянение, если не перепил.
   В день, о котором сложена эта сага, Тори выпил больше обычного, и шатался так, как шатается воин, только что приплывший из Рейкьявика в Трондхейм, и впервые ступивший на твердую землю с шаткого корабля. Тори даже подумал, не отрезветь ли прямо сейчас, но решил, что преждевременно. Вот если упадет или вытошнит, тогда надо подумать еще раз, и тогда либо отрезветь, либо нет.
   Вышел Тори из таверны и понял, что не знает, куда идти, и не очень четко представляет себе, где находится. Другой бы на его месте либо отрезвел усилием воли, либо улегся спать до прояснения, но Тори был не таков.
   - Чем бы ни закончилось это приключение, скальды сложат о нем прекрасную сагу! - провозгласил он заплетающимся языком, и побрел куда глаза глядят.
   Глаза его глядели туда, где раньше жил визирь Абалак, когда был не визирем, а портовым вором. Будь Тори трезвее, он бы туда не пошел, потому что немного разума нужно, чтобы нарываться на поединок с портовыми оборванцами, ведь зарежь ты их хоть сотню, большой славы не обретешь, а любая царапина, полученная при таких обстоятельствах, позорна. Но Тори был нетрезв, и ему было все равно, куда идти.
   Рядом с таверной сидели в тени два рыночных стражника с булавами и в легких доспехах.
   - Гляди как варвар нажрался, - сказал один другому. - Свинья бледнолицая.
   Его товарищ в ответ процитировал норманнскую поговорку:
   - С утра напился - весь день свободен.
   И добавил:
   - А давай его убьем и ограбим.
   Второй подумал-подумал, и сказал:
   - А давай.
   Стражники встали и пошли следом за варваром, сначала поодаль, на расстоянии, а потом поняли, что он, как говорится, лыка не вяжет, и пошли впритирку. Сторонний наблюдатель мог подумать, что они его сопровождают то ли в острог, то ли во дворец.
   Вышли они из нормального города в воровскую слободу, улица запетляла, за первым же поворотом стражники переглянулись, один поднял булаву и опустил Тори на темечко. А Тори, надо сказать, был без шлема, меч на поясе у него был, притом драгоценный, альвийской работы, а доспехов не было никаких, даже шлема на башке не было. Чавкнуло Торино темечко и провалилось внутрь, а булава окрасилась кровью и чем-то похожим на свеклу. Будь стражники внимательнее, они бы заметили, что на булаве нет мозгов, и удивились бы, но они были невнимательны, ничего не заметили и ничему не удивились.
   Тори упал лицом вниз и залег без чувств.
   - Легкая добыча, - сказал один стражник другому.
   - Легкая, - согласился тот.
   Вдруг откуда ни возьмись взвихрился посреди улицы вихрь и явилась в нем дева варварской наружности, вроде не уродина, но точно сказать трудно, очень уж она непохожа на нормальных женщин, бледная, как все варвары.
   - А ну прочь, разбойники, - сказала дева на латыни с варварским акцентом. - Моя добыча.
   Стражники переглянулись еще раз, один сказал:
   - Э-э-э...
   А второй пошел в сторону, как бы по делу, а потом повернул по плавной дуге и стал заходить деве за спину. Дева повернулась к нему и метнула из руки молнию прямо в голову, стражник упал и умер. А первый стражник, когда дева отвернулась, поднял булаву, а опустить не успел, дева ему тоже метнула молнию в голову, он тоже упал и умер, а булаву опустил не на девину голову, а на дорожную грязь.
   Дева подошла к мертвому Тори, ткнула волшебным жезлом в руку, Тори ожил, открыл глаза и зашевелился.
   - Осторожнее! - сказала дева человеческим языком. - У тебя череп разбит.
   Тори провел рукой по черепу и ухмыльнулся. Демоническое тело уже затянуло рану, а эта... а кто она такая вообще?
   - Ты кто такая? - спросил Тори деву.
   - Я та, что возьмет тебя туда, куда попадают храбрые воины, - ответила она. - А перед тем я буду задавать тебе вопросы про быт средневековых викингов, а ты будешь отвечать.
   - Валькирия, что ли? - спросил Тори.
   - Ты сказал, - ответила дева.
   При других обстоятельствах Тори решил бы, что она ответила утвердительно, но ему вспомнилась ведьма, омолодившая Бьерна Копыто, она тоже представилась валькирией, и выглядела сходно, застежки на сапогах такие же, если сага не врет... Кстати! А она ведь тоже была альвийка, все сходится!
   Тори радостно улыбнулся, ведьма улыбнулась в ответ и протянула руку.
   - Пойдем, - сказала она.
   - А пойдем! - согласился Тори.
   Взял ее за руку, ведьма что-то сделала, и перед ней открылись врата холмов, прямо взяли так и открылись, Тори и не знал, что бывает такое колдовство на свете. Шагнула она во врата, Тори шагнул следом, врата захлопнулись.
   Огляделся Тори - стоят они на лужайке, кругом сад, клумбы с цветами, фонтаны журчат, красота. Если бы Тори не бывал раньше в Эльфхейме - восхитился бы неимоверно, а так просто порадовался.
   - Пойдем, - сказала альвийка.
   Они вошли в дом, а там повсюду стоят колдовские штуковины, как у Динки, но вроде другие. Тори заподозрил неладное, решил на всякий случай произнести заклинание, отвлекающее у альвов внимание.
   - Твой фейсбук взломали, - сказал Тори.
   - Как? Что? - заволновалась альвийка, отвлеклась, а Тори только того и надо было.
   Взял ее за руку, вынул из руки штуковину, мечущую молнии, сунул себе за пазуху.
   - Ах ты мужеложец! - закричала альвийка.
   - А вот и нет, - возразил Тори. И добавил: - Могу доказать делом.
   Альвийка скорчила такую гримасу, как будто Тори сказал что-то вроде "я тебе сейчас насру в пригоршню". Зря она так, все говорят, что Тори пригожий парень, а она ерепенится, дура, надо проучить. Хотя...
   - А черный пояс у тебя есть? - спросил Тори.
   Альвийка ничего не ответила, растерялась, Тори понял, что колдовского пояса у нее нет, можно не бояться.
   - Дань давай, - потребовал Тори. - Какие у тебя есть ценности?
   Альвийка нахмурилась и сказала непонятно:
   - Паладина восьмидесятого уровня учетку не дам.
   Тори не стал переспрашивать, что такое учетка, он уже знал, что это такая штука, чтобы играть в альвийские игры с мороками, Тори она не пригодится.
   - Сильное вино у тебя есть? - спросил Тори.
   - Да хоть залейся, - ответила дева. - Сколько надо?
   Тори подумал и решил:
   - Два ведра.
   - Так, интеллект, - сказала дева. - Два ведра вискаря, самого простого.
   - Не понял, - сказал Тори. - Почему самого простого?
   - Потому что тебе все равно, какое пойло жрать, лишь бы крепкое, - ответила дева.
   Тори задумался, нет ли в этих словах злословия. Подумал-подумал, и решил, что нет. А тут как раз въехал из соседней комнаты ведроид на колесах, из тела у него торчали такие как бы подставки, а на каждой подставке целая связка драгоценных стеклянных бутылей, связанных по альвийскому обычаю липкой хреновиной, похожей на бычий пузырь, но в виде ленты. Экое богатство!
   - Так, интеллект, - приказал Тори. - Еще два ведра, нет, четыре!
   Дева засмеялась, как будто Тори сказал что-то глупое. Тори решил, что пока не будет ее наказывать, но потом обязательно накажет. Не дело, когда тир непочтительна к хозяину!
   - Тебя как зовут? - спросил Тори.
   Не то чтобы его интересовало, как ее зовут, просто скучно стоять и ждать, когда ведроид доставит заказанное, а когда болтаешь языком какую-то ерунду, тогда не скучно.
   - Скарлет, - ответила дева.
   Тори захохотал - ее имя на одном из дикарских языков означает "красная", но не в том смысле, что красивая, а в том смысле, что похожа на свеклу. Неплохо пошутил ее отец, когда нарекал ей имя!
   Приехал ведроид, притащил сильное вино.
   - Хватай добычу, - приказал Тори. - И открывай ворота в Мидгард, если хочешь жить.
   - А что мне тут угрожает? - спросила Скарлет.
   - Я, - ответил Тори.
   - Ты не умеешь обращаться со скорчером, - сказала Скарлет.
   "Так вот как правильно называется это альвийское оружие", понял Тори.
   Навел скорчер на растение в кадке, стоящей в углу комнаты по алльвийскому обычаю, метнул молнию, растение сгорело. Скарлет стала бледная и ничуть не похожая на свое имя.
   - Пойдем со мной в Мидгард, если хочешь жить, - повторил Тори.
   Скарлет сделала такое лицо, какое делают, когда начинают драться. Открыла рот, и Тори понял, что она собирается произнести боевое заклинание. Пнул бабу в живот, она выдохнула и ничего не произнесла. Тори хлопнул ее по щеке и сказал:
   - Открывай врата, а то убью.
   Скарлет покраснела, как свекла, принялась всхлипывать, порывалась что-то сказать, но Тори не позволял, и каждый раз, как она открывала рот, бил в морду, но несильно, чтобы не попортить красоту. Ударил раз десять, она перестала открывать рот, стала плакать молча. Тори перестал ее бить, погладил по голове, сказал ласково:
   - Открывай врата, а то хуже будет.
   Скарлет открыла рот и произнесла заклинание:
   - Портал по старым координатам.
   Заклинание сработало, врата открылись. Тори навьючил на тир добычу, затолкал во врата, сам прошел следом, врата закрылись сами собой.
   - Гы, - сказал Тори. - А я ведь протрезвел, сам того не заметив, забавно. Пойдем, Скарлет, вон туда.
   Скарлет больше не плакала, очевидно, смирилась с порабощением. Но шла тяжело, потому что хилая и невыносливая, Тори решил, что в хозяйстве от нее большой пользы не будет, надо продать ее на рынке или подарить, например, конунгу. Нет, конунгу лучше вина подарить, а бабу какому-нибудь знатному гоблину. Или все же не дарить, а держать у себя как диковину? Немало славы иметь в тирах настоящую альвийку из Эльфхейма!
   Долго ли, коротко ли, дошли они до цитадели. Большую часть добычи Тори загрузил в сундук, а одну связку бутылей Скарлет понесла конунгу, а Тори шел сзади и подгонял, но плетью и не пинками, а только добрыми словами. Тори не любил творить насилие без нужды, он любил, когда трэли и тиры подчиняются по доброй воле, так спокойнее и веселее.
   - Эй, конунг! - позвал Тори. - Гляди, какую знатную дань я взял в Эльфхейме! Держи, вот твоя доля!
   Обрадовался конунг, вскрыл одну бутыль, глотнул из горла, восхитился, сказал, что вино прекрасное. Кликнул трэлей, велел готовить пир во славу Ториной удачи, а насчет тир сказал, что желает ее трахнуть, потому что ему любопытно, как оно со взрослой альвийкой.
   - Да примерно так же, как с гоблиницами, - сказал Тори. - Давай только сначала я, это ведь моя добыча.
   - Да, ты в своем праве, - подтвердил конунг.
   Прошло столько времени, сколько нужно, чтобы трахнуть бабу, и Тори сказал:
   - Точно тебе говорю, альвийские бабы ничем не отличаются от гоблинских.
   - Дай проверю, - попросил конунг.
   Проверил и подтвердил.
   Тут стали подтягиваться братья-дружинники, Скарлет увидела, сколько их набежало, расплакалась и сказала, что желает сильного вина, а то якобы не выдержит. Викинги над ней посмеялись, а вина не дали, тогда она стала брыкаться, ее избили, но она все равно брыкалась, тогда ее связали и стали трахать связанную.
   - Сдается мне, не выйдет из этой бабы годной тир, - сказал Тори.
   Хотел было добавить: "Возьмешь в дар?", но понял, что в сочетании с предыдущими словами получается бестактность, и промолчал.
   - А посади ее в клетку, - посоветовал Финнвард Асельфссон. - Вон, гоблины сажают в клетки зверей и птиц, а у тебя будет клетка с живой альвийкой!
   - Отличная идея! - обрадовался Тори. - А клетку сделаю золотую, пусть гоблины завидуют!
   После этих Скарлет стала умолять, чтобы ее отпустили в Эльфхейм, а она якобы добудет столько сильного вина, что целому войску хватит упиться.
   - Да мы и так упьемся! - сказал конунг.
   Явился какой-то трэль и сказал, что к пиру все готово. Воины пошли пировать, а про тир забыли, а когда вспомнили, ее нигде не было, должно быть, ушла, воспользовавшись заклинанием. Кстати о заклинании...
   - Портал по старым координатам! - крикнул Тори.
   Посреди пиршественной залы завихрился вихрь, но врата холмов не открылись, только в воздухе нарисовалась гномья голова и стала злословить Тори, что он, дескать, нарушил какой-то закон, когда поработил Скарлет. Конунг Рандольф возмутился и сказал, что закон в Гоблингарде - это он, и никакого беззакония он в происшедшем не видит. Тогда гномья голова сказала, что даст за Скарлет выкуп, Рандольф согласился (все равно тир сбежала, почему бы не взять выкуп просто так), потребовал сто ведер сильного вина, и на том договорились. Врата холмов ненадолго открылись, ведроиды натаскали в зал целую прорву драгоценных бутылей, воины обрадовались, стали пить и всем стало хорошо.
   Ближе к рассвету Финнвард сказал, что неплохо сходить украсть Скарлет еще раз, пусть гномья голова заплатит дань снова. Тори прокричал заклинание, но оно не сработало. Хради вспомнил, что в саге про Рорика Рагнарссона и альвийку Линду говорится, что альвийская магия действует не очень много раз подряд, а потом прекращается. А Тори вспомнил про скорчер, который он отобрал у Линды и никому не сказал, потому что забыл. Подумал Тори, подумал, и решил так никому про него и не говорить. А что вышло из этого решения, о том говорится в другой саге, а эта сага на этом месте заканчивается.

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"