Просвирнов Александр Юрьевич: другие произведения.

Рецензии на повести конкурса Сд-1

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь] [Ridero]
Реклама:
Новинки на КНИГОМАН!


Читай и публикуй на Author.Today
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Рецензии на работы конкурса СД-1 (обязательное условие участия)


I место

Тау. Длинные тени грехов

(Наталья Рыжкова)

   Повесть "Длинные тени грехов" представляет собой стилизованный интеллектуальный детектив: действие происходит в далеком прошлом, в 1718 году. Датирование очень четкое в связи с упоминанием следствия по делу царевича Алексея Петровича и создания Тайной канцелярии, плюс дополнительно рассуждения Степана Крайнова: "Вы сказали, что потратили десять лет... Десять лет, - прошептал он, - стало быть, с осьмого года". Расследование ведет тандем непрофессионалов, вынужденных взять на себя несвойственные функции в силу обстоятельств. По сути, детектив получился закрытым, однако номинально не может быть отнесен к таковым: во дворце кроме группы подозреваемых немало прочей челяди, дворец интенсивно общается с внешним миром.
   Интрига повести заключается в интеллектуальном поединке служащих во дворце светлейшего князя А.Д.Меншикова дворецкого голландца Ван Келлера и бывшего денщика Степана Крайнова с изощренным коварным серийной убийцей, жертвами которого стали несколько человек.
   Завязка показалась не особо увлекательной: вроде бы война, битва - и тут же выясняется, что это сны-воспоминания отставного солдата. Затем следует знакомство с обитателями дворца. Не хватило мне чего-то этакого, что сразу бы зацепило и заинтриговало. Но потом при чтении полностью погрузился в события трехвековой давности - словно совершил путешествие на машине времени.
   Сюжет повести представляет собой историю таинственных смертей в среде челяди и гостей дворца светлейшего князя Меншикова, и с каждой новой гибелью все отчетливее понятно, что это преступления, а не цепочка несчастных случаев. Приходится доморощенным сыщикам Ван Келлеру и Степану Крайнову забыть о взаимной неприязни и вместе браться за расследование. Странная смерть Васятки ("Лекарь осмотрел, сказывал, сердце остановилось... Вроде бы со страху. Кто его знает, может, померещилось ему во тьме что?"), затем Фроськи (тоже как будто чего-то перепугалась) еще как-то может быть объяснена несчастными случаями, хотя челядь, знамо дело, вовсю шушукается о нечистой силе. Однако гибель Перпетуи в нечистотах нужника, пусть и гораздо больше похожа на несчастный случай, слишком подозрительно, тем более почти сразу при осмотре тела обнаруживается гематома на лбу потерпевшей - явный признак насильственной смерти. Следом и орудие преступления - тяжелое пресс-папье (при этом осталось непонятным, почему злоумышленник нашел силы сбросить тело в нечистоты, а пресс-папье не счел нужным швырнуть следом; ведь тогда сыщики не догадались бы приложить пресс-папье к гематоме и, как знать, могли бы подумать, что Перпетуя при падении в очко стукнулась лбом об какую-нибудь деревяшку). А уж смерть коробейника Акима - убийство совершенно очевидное, ножом в сердце. Что любопытно: подозреваемые (сначала Перпетуя, потом Аким Зотов) становится жертвами, и это подводит черту под очередной ложной версией.
   Видимых улик нет, приходится сыщикам анализировать факты, а затем проверить версию, подстроив подозреваемому ловушку. Надо сказать, преступница почти с самого начала вызывала у меня как читателя смутные подозрения - себе на уме; равнодушная ко всем, кроме нелепо погибшего Васятки.
   Можно было подумать, что ее подлинная мишень - Катюша, с которой связана какая-то тайна, известная Анне, но неведомая ее отцу: "Вы притворяетесь, что не понимаете? - рассердилась кастелянша, - Разве такие дела решаются во время попойки, в праздной суете? Жениха девушке надо выбирать, как положено, чай, не бусы ей покупаете! Грех это - вот вам слово моё, Степан Иванович! Да ещё... Нет, я не верю, что вы ничего не знаете!" Какой-то тайной информацией обладает и Перпетуя: "Анютка, всё ведь понимаешь, сколько уж мы с тобой перетолковали-то. Сама что говорила-то? Давеча, пока снадобьями занимались?" Кстати, о снадобьях. Они так часто упоминаются в связи с Перпетуей, жертвами и коробейником, что внимательному читателю становится понятно: неспроста. Догадка подтверждается, когда баночку с мазью находят между двумя доньями короба убиенного Акима Зотова.
   И тут настает пора действовать сыщикам-любителям. Важное наблюдение, ключик для читателя (причина "пьянства" караула, имевшего место в начале повести):
   "Они упорствуют - не пили ничьего, поверь, что спрашьивал я их с пристрастьем. А вот перед тем, как заступили в караул, взяли кое-что из кладовки, дабы время быстрее прошло. Кусочьик того, кусочьик сего...
   - И что же? - всё ещё не понимал Крайнов, - Здоровы жрать ребята, молодые, живот всё время подводит... - внезапно он замолчал, вспомнив, что все, и он сам то же самое говорили про Васятку".
   Что-то не так с кладовкой - читателю понятно. А ключи у весьма ограниченного круга лиц: "Ключи у меня, у госпожи Анны, у нерадивой кухарки, у господина Гийома и боле не у кого, - нудным голосом перечислил голландец, - стало быть, кто-то забыл запереть или, - мажордом помолчал, - по злому умыслу не запер..."
   Обратил внимание Ван Келлер еще на одну немаловажную деталь: "И ведь экий у нас злодей-то аккуратный: тулуп торговца сложил. Непохоже на ваших людьишек - все как один бездьельники и воры!" Женский след! Крайнов отказывается верить очевидному, вяло сваливая преступление на будущего зятя Харитона, и Ван Келлер предлагает заманить преступника в ловушку и разрешить все сомнения. Просто блестящая фраза: "Если на звук дудочки придёт Харитон - я тебье обещаю съесть свой парик".
   Итак, преступница попадается в ловушку и очень легко во всем признается при виде только баночки со снадобьем. Постфактум становится понятно странное поведение стражников, Харитона, Васятки, Фроськи, отведавших этого зелья. Но в процессе чтения мне до этого докопаться не удалось, подозревал Анну интуитивно, по поведению. Полагаю, ключиков для читательского расследования все же недостаточно. Тем более город Батурин ранее не упоминается ни в перечне походов Степана Крайнова, ни как место жительства Анны (хотя вроде бы напрашивается версия (ложная, как станет понятно далее) о мести кастелянши Степану, ибо не одобряет она его рассказов о военных подвигах; как-то от меня как читателя ускользнуло, что главное для нее, что рассказывает Степан о войнах сыну Меншикова). Так что подлинный мотив преступления, думаю, читателю тоже необычайно трудно вычислить, тем более что для этого требуется достаточно детальное знание биографии светлейшего князя Меншикова и его роль в разрушении мятежного Батурина, поддержавшего предателя Мазепу (зато такие сложные намеки напоминают об одном конкурсном рассказе с персонажами-художниками, где читателю тоже требовались достаточно узкие знания; возможно, мы имеем дело с тем же автором).
   Месть - мотив убедительный, и рассуждает Анна в духе графа Монте-Кристо (поясняя, почему выбрала изощренный способ мести): "О, нет! Смерть - слишком лёгкое для него наказание, вы так не думаете? - зло спросила Анна, - Умереть - и всё! Это так просто. Но я хотела, чтобы он мучился, страдал, испытал адские муки". А вот рассуждения бессмертного персонажа А.Дюма: "Послушайте, - сказал граф, и лицо его налилось желчью, как у других оно наливается кровью. - Если бы кто-нибудь заставил умереть в неслыханных пытках, в бесконечных мучениях вашего отца, или мать, или возлюбленную, словом кого-нибудь из тех близких людей, которые, будучи вырваны из нашего сердца, оставляют в нем вечную пустоту и вечно кровоточащую рану, неужели вы бы считали, что общество дало вам достаточное удовлетворение, потому что нож гильотины прошел между основанием затылочной кости и трапециевидными мышцами убийцы и тот, по чьей вине вы пережили долгие годы душевных мук, в течение нескольких секунд испытал физические страдания?"
   Но слишком много, на мой взгляд, она рассказывает о преступлении и несчастных случаях при неаккуратном обращении со снадобъем. Повесть, полагаю, выиграла бы, если бы до всего этого дошли сыщики. Так что детектив хоть и замечательный получился, но не без изъянов.
   Написано очень качественно, зримо. При чтении я словно воочию увидел старинный (а тогда еще только строящийся) Петербург, почувствовал атмосферу эпохи. Позволю сравнение с другим конкурсным рассказом - "Меркнущий свет". Там автором тоже мастерски создана своеобразная атмосфера описанного мира, но она показалась какой-то мутной, сюрреалистической и совершенно чужой. Здесь же все близкое, родное. Практически видел как живых всех персонажей. Они все наделены индивидуальными черточками, отличимы друг от друга - не путаешься при чтении. Особенно удачным показался колоритный Ван Келлер. Языком русским овладел не очень, но зато разгильдяйскую русскую натуру хорошо познал: "Тень сия, Степан, именуется леностью, распущенностью и прочими грехами смертными, более ничьего не зрю непоньятного, всё остальное можно объяснит".
   Я, к слову, вполне удовлетворен объяснениями автора о мотивах мести Анны светлейшему князю Меншикову. Хотя "в те времена далекие, теперь почти былинные" массовые расправы с мирным населением не были чем-то из ряда вон выходящим. Александр Македонский, к примеру, велел поголовно истребить население нескольких индийских городов, чтобы покоренные народы не помышляли о сопротивлении. Живший тремя веками позже и слывший справедливым и доброжелательным Цезарь действительно проявил больший "гуманизм": подавив восстание одного из галльских племен, он повелел нескольким тысячам пленных "всего-навсего" отрубить руки. Во Франции во время Варфоломеевской ночи было уничтожено 30 тысяч гугенотов, а 3 годами ранее в Ниме состоялась массовая резня католиков гугенотами (т.н. мишлеяды). Однако для женщины, потерявшей семью, вряд ли подобные примеры (о которых она вряд ли слышала) стали препятствием для осуществления коварной мести. Вот только получилось, что попутно погибли невинные - Васятка, Фроська, Перпетуя, а "конкурирующая фирма" лишилась "киллера" Акима, пытавшегося быстро расправиться с Меншиковым и мешавшего Анне осуществить свою холодную изощренную месть.
   Чем не удовлетворен, так это почти мгновенным переходом Степана на сторону Анны. Служил столько лет светлейшему князю, но вот нашептала коварная баба несколько слов - и превратился старый солдат во врага Данилыча. Пардон, напомнило это один простенький советский фильм Одесской киностудии о гражданской войне, где точно так же легко положительные персонажи агитировали бывших противников... Месть за дочь? Опять же в те времена простолюдинке согрешить с дворянином, тем более такого высокого ранга, не было зазорно. Так что насчет перемены мировоззрения Степана автором я как читатель автором не убежден.
   Попались отдельные технические огрехи:
   Как прикажите, Анна Николаевна
   - Ох, неушто, сына своего не пожалеет!
   понял, что знакомству с торговцем суждено продолжится
   И Анна Николаевна очень за ним убивается, как за родным.... А уж как она за Васяткой горюет! (необоснованные украинизмы; но если бы так сказала малоросска Анна, а не Степан и Катя - другое дело)
   Отсюда и грех похлещи - воровство
   Не понял отдельные выражения Ван Келлера: "На вашей кухне что твориться?", "Думаю, сейчас всьё разъясниться", "И, как у вас говорьиться, не семи пядей..." - это ляпы, или голландец так с акцентом говорит, смягчая "т"?
   Итак, резюме. Несмотря на отдельные недочеты и придирки, повесть великолепно удалась. Детектив не без недочетов, но отлично передана атмосфера эпохи, замечательно выписаны персонажи. Литературный уровень на два-три порядка выше, чем у повести "Забудь про Майами-Бич", с которой данная работа попала в пару при рецензировании. Это разные литературные лиги, выражаясь спортивным языком. Браво автору!
  

II место

Фи. Шведский пасьянс

(Д.Булатникова, Deadly, В.Клюева, Н.Рыжкова, И.Притога)

  
   Повесть "Шведский пасьянс" представляет собой одновременно и остросюжетный, и иронический детектив. Расследование убийства старика Ларссона и разгадка тайны старинной книги идут бок о бок на протяжении всей повести, держа читателя в напряжении.
   Интрига повести заключается в интеллектуальном поединке двух групп частных сыщиков-дилетантов с целой преступно-артистической группой, охотящейся за пресловутой книгой.
   Завязка чрезвычайно удачная: Маргарита случайно входит не в ту квартиру и сразу оказывается вовлеченной в цепь удивительных приключений. Читательское внимание автору обеспечено таким образом с первых абзацев.
   Сюжет развивается стремительно: "Ура, мы ломим, гнутся шведы!" Полицейский Рейсов, журналист Свен и "разные прочие шведы" и иже с ними мелькают перед читателем с калейдоскопической быстротой, успевая изречь в необходимых случаях свое "кушать подано" и вложить оное в тот самый шведский пасьянс. Роль дуэта сыщиков отведена Маргарите и ее подруге Ляльке ("конкурирующая фирма" - Свен - то появляется, то исчезает, не говорит всей правды, и его расследование остается за кадром; читатель получает только результат). Последняя в роли Холмса, первая в роли Ватсона. Увы, в данной роли на протяжении всей повести пришлось пребывать и автору рецензии: здорово, удивительно, увлекательно и... непонятно. Выстраивать стройные версии и блестяще расписывать фигурантов по ролям, как это удавалось Ляльке, при чтении (в том числе повторном) почему-то не получалось. И тем не менее было очень и очень интересно.
   Написано не просто качественно - отлично. Легкий язык, ненавязчивый юморок, лаконичные, но исчерпывающие описания персонажей, сочные сравнения. С одной стороны, трудно поверить в подобную россыпь приключений высокой плотности на каждом квадратном сантиметре текста. С другой - авторская ирония помогает не воспринимать происходящее слишком уж серьезно. Да, случайностей хватает: и дом девушка спутала, и Маргаритой тоже оказалось. Наконец, из-за чего весь сыр-бор: молодой человек пошутил, что в книге информация про клад, а дамочка восприняла все всерьез - и началось... Припоминаю один старый фильм про золотоискателей на Аляске, среди них отец с двумя сыновьями, причем один УО. Один немец ляпнул, что снег - белое золото. Психический тут же нагреб кучу снега, а когда брат подошел, закричал: "Не трогай, это мое золото!" И застрелил брата. Но то психический. А тут хладнокровная расчетливая Маргарита повелась на байки распустившего хвост Свена. Однако в повести нет никаких сбоев внутренней логики: пусть маловероятно, но вполне логично, если принять маловероятность за некую данность этого иронического детектива. "Шведский пасьянс" очень легко могу представить в любом детективном печатном сборнике. Рекомендовать к прочтению - вне всякого сомнения.
  

III место

Кси. Первый мотив

(Варвара Клюева)

   - Я этих ребят знаю. Держитесь от них подальше, если не хотите потерять последнюю рубашку. Да, кстати, вы нам порядком задолжали. Конечно, у вас хватит заплатить нам?
   - Хватит.
   - Этого я и боялся! Не то вашу последнюю рубашку забрал бы я! - он широко улыбнулся, но мы знали, что так оно и было бы. - Ну, с этим покончено. Вернемся к вопросу о прокате.
   (с) Т.Шерред, "Попытка".
  
   Повесть "Первый мотив", наверное, можно классифицировать как интеллектуальный детектив с примесью дамского романа. Расследование ведет частный детектив с загадочной помощницей и группой поддержки (о ней разговор особый - позже). При узком круге подозреваемых это не закрытый классический детектив - преступление не совершено в уединенном месте с четко очерченным кругом действующих лиц. В данном случае в число подозреваемых (исполнителей) попадают и иногородние (Ирина Агафонова и Игорь Белькевич).
   Интрига повести заключается в интеллектуальном поединке сыщика Игнатия Герца с расчетливым хладнокровным убийцей, который и следов не оставил, и невиновного крепко подставил.
   Не сказать, что завязка интригует, хотя автором вроде бы предложено сразу две загадки: о чем лжет свидетель, которого посетила Ника с диктофоном, и кто такая сама Ника (читательское внимание некоторым образом раздваивается). Девушка сообразительная и оригинальная - со своими тараканами в голове, частично тронутой амнезией. Вот только мне как читателю она (Ника) сразу показалась неприятной особой и навевала ассоциации с Лолитой Милявской, исполняющей противную (имхо) песню "Слушай, отвали!" Впрочем, нужно отдать Нике должное: со временем она пересмотрела свое поведение.
   Сюжет повести закручен достаточно любопытно. Убита актриса Анна Терещенко, все улики указывают на ее любовника архитектора Алексея Подольского. По поручению его адвоката Игнат пытается добыть доказательства невиновности, и задача эта непростая: слишком изощренно действовал злоумышленник, очень грамотно подставивший Подольского. При этом быстро становится понятно, кому выгодно преступление - злобной и мстительной Оксане, жене Подольского. Круг подозреваемых чрезвычайно узок. Поэтому перед сыщиком стоит непростая интеллектуальная задача: разобраться, как и у кого все-таки получилось проникнуть в коттедж Анны мимо двух доберманов, занести туда усыпленного Подольского, убить несчастную женщину, сфабриковать улики против ее любовника и незаметно скрыться. Читателю это тоже очень интересно.
   Сыщик Герц думает и анализирует - и это хорошо. Быстро отсеиваются двое подозреваемых деловой партнер ("вологодский мужичок") и секретарь Римма Бруно. Компаньоны Подольного Серегин и Воробьев, prima facie, не могли совершить преступление, особенно Воробьев с его железобетонным алиби отдыхавшего на Валдае. По канонам детективной литературы, подобное алиби нередко оказывается фальшивым - и опытный читатель сразу берет Воробьева на заметку. И тут весьма кстати к Нике возвращается память. Оказывается, именно Оксана Подольская три года назад организовала устранение Ники, не желая новой женитьбы отца. Теперь несостоявшаяся падчерица укрепляется в мысли, что за преступлением опять стоит Оксана, а исполнителя вновь нужно искать в ближайшем окружении жертвы. Логика убедительная. Расследование прошлого Терещенко уводит Нику в Смоленск, и тут нормальное течение детективного сюжета дает сбой. Детектив Игнат вдруг запаниковал и расписался в собственном бессилии ("Я допустил ошибку и запаниковал"), обратившись за помощью к лидеру ОПГ. И далее следует панегирик Игната в адрес этих темных сил: "Но, согласитесь, бандиты принесли свою пользу. Кто еще сумел бы в такие сроки проверить алиби Агафоновой и Белькевича, "прошерстить" все смоленские связи Терещенко и обеспечить вам полную безопасность на пути домой?" После такой тирады хочется презрительно бросить: "Детектив..." - тоном майора Мак-Набса, презрительно сказавшего "географ!" Паганелю, забывшему, что остров Мария-Терезия имеет второе название - Табор. Теперь эти чертовы бандиты сопровождают персонажей до самого конца повести.
   К счастью, некоторое время спустя и у Ники, и у Игната вновь включаются мозги - одна вычисляет преступника по психологическому портрету ("Если она достаточно быстро нашла подходящего человека (милого, трогательного, умеющего расположить к себе, внушить симпатию и чувство безопасности), тому вполне могло хватить времени, чтобы завязать с актрисой теплые доверительные отношения. И, кажется, Ника этого человека знает..."), другой наконец-то удосуживается детальнее изучить место происшествия и его окрестности (при этом с изумлением делает ряд крупных географических открытий насчет близлежащей деревушки и аэродромчика ("- Дед, у вас тут поблизости, случайно, нет какого-нибудь маленького аэродрома? - Есть, сынок, как же! Километрах в пятнадцати к югу частный аэроклуб; мы, почитай, каждый день на их фортеля любуемся".)) и разрушить алиби душки Воробьева.
   Концовка весьма напряженная - взорвет или не взорвет благообразный Воробьев всех к чертям собачьим? Не взорвал - пожалел свою собачку, которую вовремя раздобыл Игнат, выигравший таким образом психологическую дуэль. Правдоподобно или нет - судить не берусь. Псих - существо непредсказуемое. В данном случае не взорвал - значит, Игнат рассчитал правильно. А победителей, как говорится, не судят. Хотя победа оказалась в некотором роде пирровой. Впрочем, главное - жизнь - персонажи выиграли. Преступники наказаны. Но за сделку с "адвокатом дьявола" пришлось рассчитаться алюминиевым комбинатом, который весьма кстати буквально свалился с небес Золушке Нике от несостоявшегося мужа - покойного алюминиевого магната.
   Вот такая мелодраматическая история с географией получилась. Литературно исполнено все на высоком уровне, написано качественно, персонажи живые, зримые. Никаких претензий. Но, с моей точки зрения, заслуживают они хорошей порки, в первую очередь Игнат. Ника в меньшей степени, хотя, открой она Игнату свое подлинное имя сразу по возвращении памяти, глядишь, быстрее и без всяких ОПГ разобрались бы, кто на алюминиевом комбинате наследник, и не пришлось бы душу АД закладывать...
   Игнат вообще странный сыщик. Из новых, так сказать. Он не работает со свидетелями, предпочитает нанимать агентов: "Люди, отвечая на вопросы, попутно делают такую чертову прорву нелепостей! Кидают понты, стремятся произвести впечатление порядочных, уводят разговор в сторону от неприятной для себя темы или, наоборот, подводят к нужному выводу... И ладно бы, они делали все это, чтобы помешать мне добиться цели. Это я понимаю, противник и не должен мне помогать: на войне, как на войне. Так ведь нет! Они попросту играют в свои дурацкие игры, кого-то изображают, с кем-то меряются, оберегают свои грошовые секретики. А я при личном контакте на все это ведусь - как последний дурак. Потому и предпочитаю работать с записями". Примерно в том же духе рассуждал и следователь Матес в рассказе Карела Чапека "Бесспорное доказательство": "Сам понимаешь, лгала она часто, я хочу сказать, что лгала по привычке, как обычно все женщины. Женщина ведь не скажет тебе прямо, что провела два часа у модистки, она придумает, что ходила к зубному врачу или была на могиле покойной матушки". Вот только Матес, в отличие от Игната, ни на что не велся и легковерием не страдал: "Я лично не верю никаким оправданиям, никакому алиби, никаким словам; не верю ни обвиняемому, ни свидетелям. Человек лжет, сам того не желая. Например, свидетель клянется, что не питает никакой вражды к обвиняемому, и сам при этом не понимает, что где-то, в глубине души ненавидит его из скрытой зависти или из ревности. А уж показания обвиняемого всегда заранее продуманы и подстроены. Свидетель же в своих показаниях может исходить из сознательного или неосознанного стремления выручить или утопить обвиняемого. Я всех их знаю, голубчик; человек - существо лживое". Но даже такого тертого калача провели с "бесспорным доказательством" и остался он умиротворенным рогоносцем, сам того не ведая.
   Что тогда говорить об Игнате, который рассчитывает на донесения агентов, безоговорочно верит в интуицию Ники и каждому свидетелю подробно рассказывает, чем занимается. Не удивительно, что мальчик наигрался, испугался и побежал за помощью к дяде АД... Впрочем, я до последнего ждал от сыщика какого-то озарения, чтоб перехитрил Игнат того АД - увы... В пьесе Скриба "Стакан воды" лорд Болинброк поучал юную Абигайль, как ей спасти своего возлюбленного капитана Мэшама от повышенного внимания и королевы, и герцогини Мальборо: "Если большое королевство хочет завоевать маленькую страну, к этому нет никаких препятствий: страна погибла. Но если и другая великая держава задумает то же самое, у жертвы появляется шанс на спасение. Две великие державы будут ревниво следить друг за другом, обезвреживать и нейтрализовывать друг друга, а находящаяся под угрозой страна избегнет опасности именно благодаря количеству своих врагов". Вот если бы Игнат тоже смог скомбинировать, чтобы АД и Оксана Подольская взаимно нейтрализовались, цены бы не было такому сыщику. А так... Покойный Виктор Елизаров положил столько трудов на создание алюминиевого комбината, доверился Нике - и все пошло прахом, досталось жадному АД из-за легкомысленно проведенного Игнатом расследования.
   Не искал г-н Герц легких путей - к "незнакомцу" в близлежащей деревеньке и мини-аэродрому пробирался через Смоленск... А ведь стоило бы, имхо, упомянуть эти важные объекты гораздо раньше. Пусть бы Игнат не дотумкал, но иной проницательный читатель, глядишь, и прикинул бы: а ведь с того аэродрома можно махнуть на Валдай и слепить себе алиби. Собачки опять же. Один мой приятель, собаковод, рассуждал: "Ну, и что - собака? Сунь ей в морду тряпку с хлороформом - и все". А здесь на злых доберманах держится загадка - как мог мимо них проскочить злоумышленник? Впрочем, разгадка тоже: кто же все-таки смог их приручить? И начал потихоньку распутываться клубок. Наверное, усыпление собак помешало бы преступнику создать идеальную картину "виновности" Алексея Подольского, хотя... Есть одно странное обстоятельство: "Следователь запамятовала вовремя отправить его на медэкспертизу, и к врачам Подольский попал только на следующий день". На мой взгляд, для детективного произведения это серьезный просчет. Злоумышленник, собираясь на дело, не может рассчитывать на подобную оплошность следствия. Преступник должен был принять меры, чтобы снотворное в крови Подольского не было обнаружено в любом случае, или не пользоваться снотворным вообще. Тем более он (Воробьев) считает себя таким гениальным.
   Потом эти телефоны. То их отключают, то забывают - и всякий раз из-за этого возникают лишние (причем весьма серьезные) проблемы у дуэта сыщиков. Непрофессионально как-то - оставаться без связи без веских на то оснований.
   Наконец, случайности. По-моему, их избыток. Слово Игнату (о чудесном спасении Ники в далекой пещере): "Я по чистой случайности оказался в нужном месте в нужное время - искал одного человека из местных, который, в принципе, мог там прятаться". Почему-то это напомнило мне эпизод из "Крокодила Данди-2", когда бравый австралиец вышел на карниз здания спасать самоубийцу: "Прыгай уже. Я тут на карнизе гуляю постоянно, а ты мне мешаешь". И к чудесному спасению прилагается другая случайность - Ника лишилась памяти как раз благодаря усилиям Оксаны Подольской, которая теперь главная подозреваемая в качестве организатора преступления. И новая непонятка: "Подольская-то провалами в памяти не страдает! Она наверняка видела невесту отца три года назад и вполне могла узнать свою жертву теперь. Единственное, что до определенной степени защищало Нику, - это уверенность Подольской, что девушка мертва". Но все равно очень странно, что Подольская преспокойно разговаривала с "двойником" своей жертвы и не смутилась, не попыталась выяснить, кто такая Ника... Почему-то не использована возможность объяснить восстановление памяти Ники встречей с Подольской - было бы в точку.
   Вывод: детектив - да, но с "белыми нитками" и случайностями (некоторые из них вроде бы объясняются, но, имхо, неубедительно; я, например, устал читать, кто об кого споткнулся, кто кого окликнул, когда бравые парни из ОПГ упустили Нику из вида и позволили ее похитить Воробьеву), а также частично утаенной от читателя информацией. Написано очень хорошо, читается легко. Дочери, наверное, такую книгу рекомендовал бы, ибо она не станет вникать в детективные хитросплетения, а получит удовольствие в первую очередь от примеси дамского романа: мелодраматической истории несчастной Ники, зарождению ее любви к спасителю через каких-то три года. Мне же персонажи не понравились. Ника - еще ладно, ее сильно били и не убили, но я бы не хотел столкнуться с подобной женщиной в жизни; общение с такой своеобразной особой наверняка не стало бы приятным. А Игнат - неважный сыщик. Мешки с деньгами он умел искать когда-то, а тут столько дров наломал, что Нику лишил алюминиевого завода. А меньше б трепался направо и налево - и не возникло бы смертельной опасности в концовке. Троечка с минусом вам, Игнат Герц, за данное расследование, и в контору вашу я не ходок!
  

IV место

  

Сигма. Ты пришёл

(Марина Вольф)

   Повесть "Ты пришёл" представляет собой сборник трех детективных историй, объединенных проходным персонажем - Катей, причем более или менее активную роль в расследовании она играет лишь во второй (самой короткой) истории.
   Интрига повести заключается в трех последовательных интеллектуальных поединках сыщиков с неизвестными злоумышленниками.
   Завязка дана с некоторой паузой: прелюдия, мини-пролог - и бац: "Убила! Рятуйте, люди добрые! Убила, стерва!" Читатель заинтригован. Первая история ("Живуха") показалась наиболее интересной и цельной. Она почти полностью посвящена описанию полицейского расследования. Следователь Грамотин опрашивает свидетелей, подозревая то жену, то брата потерпевшего, пока не получает признание старой "ведьмы" Живухи. Благодаря ее колоритному образу и необычному способу убийства бытовое преступление явно выделяется в череде себе подобных. При этом параллельно и штрихами, и прямым текстом через историю проходит идея "Все мужики сво..." Особенно черными красками выписан образ потерпевшего, весьма напомнившего вернувшегося в деревню после солдатской службы Петра из "Порченого" А.Новикова-Прибоя. Только того колом прибили, а Григория Иванова Живуха напугала до смерти. Следователь в итоге, не желая неприятностей старой женщине и во избежание формальных затруднений при доказывании странного убийства, уничтожает все материалы расследования - пусть лучше будет внезапная остановка сердца, как написал патологоанатом.
   Вторая история с убийством в поезде показалась наименее интересной из трех, хотя группа следователей-любителей действовала вполне толково, анализировала факты, и в итоге убийцу выдали грязные руки - это любопытно.
   Третья история гораздо более любовно-бытовая, чем детективная. Расследование как таковое занимает немного места, в основном же это анализ трудной жизни Кати и ее взаимоотношений с бывшим и новым мужчинами. Пресловутый "принц", как оказалось, скрывался в незаурядном пациенте Егорове. Сильнейший драматический накал повествованию придает тот факт, что инвалидом его сделал Катин сын, а расследованием занимается его отец... В итоге, Кусаев, как и Грамотин, уничтожает материалы расследования, а Катины отношения с Егоровым спасает высказанная в лицо правда - без недомолвок.
   Очень женская получилась повесть, где детективной составляющей уделено на самое большое внимание, особенно в третьей части. И всюду Катя при расследовании играет пассивную роль наблюдателя (даже в поезде, где она пыталась возглавить расследование, ее затмил экс-уголовник). Тем не менее такое решение вполне имеет право на существование и представляет определенный интерес, тем более написано качественно, особенно первая часть. Великолепно удался образ Живухи: под внешностью дряхлой старушки скрывалась незаурядная интеллигентная личность.
   На мой субъективный взгляд, для более прочного сплава в одной повести трех разных преступлений проходным персонажем должен быть сыщик, а не случайный свидетель. Тогда более чем логично, что он сталкивается с преступлениями. А Катя столкнулась с таковыми не как студент юрфака, а совершенно случайно: сначала во время отдыха в деревне, потом при поездке в поезде. Врач, который лечит жертву преступления, смотрится более чем естественно. Но и тут накладывается куча случайностей: в инвалидности пациента виноват сын Кати, расследует его отец. В итоге целый клубок случайностей на одну повесть - имхо, многовато.
   Однако три разных детективных истории дают отличный материал для обобщений. Убийство в поезде - чистое расследование без особых психологических изысков. Персонажи больше функции, чем живые люди. Напротив, в третьем блоке все герои тщательно выписаны и реальны. Однако акцент здесь сделан на их взаимоотношениях, возникает своего рода любовно-криминальный многоугольник. А вот в истории с Живухой соотношение детективного и психологического элементов, имхо, близко к идеальному. Следствие ведет не душевный Анискин, а тертый калач Грамотин; его личность - конгломерат естественных человеческих достоинств и слабостей - не сильно проницательный, но опытный аналитик, не чуждый благородных побуждений. Насчет "все мужики сво..." с автором можно и поспорить, тем более что и шурин потерпевшего, и следователь - вполне нормальные парни. Первая и третьи истории глубоко зацепили, засели в памяти.
   Такую повесть очень даже можно рекомендовать к прочтению, в первую очередь женщинам.

V место

Альфа. Цветник

(Олег Мушинский)

   Повесть "Цветник" представляет собой остросюжетный закрытый детектив. Расследование тайны гибели яхты ведет частный сыщик, который не сумел уберечь клиента от гибели.
   Интрига повести заключается в интеллектуальном поединке сыщика Олега с изощренным коварным убийцей, который сумел, несмотря на тщательную охрану, пронести на борт и пистолет, и взрывчатку.
   Завязка, несмотря на вроде бы мирную идиллическую картинку шикарного отдыха богатеев на яхте, сразу держит в напряжении: известно, что готовится покушение, но нет ясности, удалось ли убийце попасть на борт. Читатель (если он мужчина), имхо, не меньше детектива заинтересован созерцанием прелестей полуобнаженных красоток, и это несколько отвлекает внимание: понятно, что нужно запоминать и анализировать поведение каждого пассажира, тут важна каждая мелочь, каждая странность. И вот она: с хозяином, говорят, Виталик, а детектив никакого Виталика не видел. Пошел разбираться - не успел. Взрыв. "Погиб и кормщик, и пловец, лишь я, неведомый певец, на берег выброшен волною" (с). Чудом остались в живых детектив и четыре девушки, выброшенные взрывом за борт вместе со сценой. И островок вскоре весьма кстати попался на пути. Довольно много случайностей, но лишь они дают возможность провести стремительное расследование. Есть свидетель, но жадный. Хруст в темноте - наверняка разговор Жасмин с детективом кто-то подслушал. И точно: почти сразу несчастная девушка задушена. Преступница этим практически выдала себя, и детектив обстоятельно рассказывает ей, как она совершила преступление. Наверное, проницательный читатель сможет догадаться, что девушка, появившаяся в кают-компании позже других, пробиралась вплавь и заминировала судно ("На волнах болталась какая-то хрень. Приглядевшись, я признал в ней полотенце"... "Единственное отличие: ты после купания была бы мокрой. Поэтому сразу как вылезла - вытерлась полотенцем. Выбрасывать его не стала, чтобы оно не попалось на глаза охране, а припрятала там же, где и вылезла, но когда яхта разворачивалась - полотенце свалилось за борт, и я его увидел" - но это умозаключения детектива; читателю неизвестно, что Иза была мокрой). Естественно, можно предположить, что охота на Дениса Артемьича связана с темными мексиканскими делами, поскольку именно у мексиканских берегов недавно погибли его брат и жена. Но кровавые подробности, про которые рассказывает Изабелла, разумеется, внове для читателя. Еще один нюанс: неужели Изабелла могла так безупречно научиться говорить по-русски, что ничего не выдавало в ней иностранку? Весьма сомнительно. Но уже замечательно, что автор дает возможность читателю поломать голову вместе с детективом. Другое дело, что, имхо, читателю самому распутать дело при таких зыбких ключиках невероятно сложно.
   Написано весьма качественно, красиво. Рекомендовать к прочтению - вне всякого сомнения.
  

VI место

Тэта. Симметрия смерти

(Елена Новикова)

   Повесть "Симметрия смерти" представляет собой ярко выраженный полицейский детектив. Расследование ведет команда профессионалов - не особо, имхо, выразительных, но наделенных некоторыми индивидуальными чертами. Парфенов - мыслитель и аналитик; холостяк, находящий преимущества в своем положении ("Неплохо очень - совсем без жены, гораздо лучше с любой стороны" (с)): "Не нужно ни на кого отвлекаться, и никто не упрекнёт ни словом, ни делом в невнимательности. Никто не возмущается тем, что идёт уже первый час ночи, а он хлещет кофе чашку за чашкой и жжёт свет на кухне". Майор Северов - типичный руководитель, не скупящийся на нагоняи, но и ценную идею на лету улавливающий. Борис Петрович - толковый эксперт.
   Интрига повести заключается в интеллектуальном поединке группы сыщиков (в первую очередь ее мозгового центра - Парфенова) с кровавым серийным убийцей, который зверски истребляет несовершеннолетних девиц и не оставляет при этом следов. Интрига хороша: она держит читателя в напряжении на протяжении почти всей повести (накал несколько снижен в концовке: все-таки поиск улик (внутренностей жертв) не так важен, как поиск преступника - который к тому моменту уже известен и взят под стражу).
   Завязка сразу затягивает читателя - неспроста запах разложения учуяла пенсионерка в подъезде... И худшие подозрения читателя оправдываются: в подвале обнаруживается труп растерзанной девочки. Казалось бы, почему остальные обитатели подъезда не били в колокола насчет неприятного запаха? Только одной пенсионерке это надо? В действительности - так оно и есть. Обыватель он таков: будет дышать падалью, ныть, материться, ругать правительство и президента, но позвонить в свой ЖЭК переломится. Так что - очень даже верю.
   Сюжет повести, по существу, прямолинеен - с двумя короткими отрезками-ответвлениями (ложными версиями). Что понравилось в обоих ответвлениях - это не просто ложные версии, чтобы запутать читателя. В каждом содержится некая полезная мораль. Очень увлекательно, имхо, описана слежка за Кристальцовым, недавно освободившимся из мест не столь отдаленных. И наказание-то отбывал за развратные действия с несовершеннолетней! Напряжение нарастает, когда Кристальцов пытается силой забрать девочку из садика, получает по лбу, а оперативники слышат: "Не трогайте папку!" Напряжение резко спадает, становится смешно, но тут же возникают вопросы. Оперативники, мать вашу так-перетак, а слабо было предварительно поинтересоваться семейным положением подозреваемого? А дело поднять? И совершенно справедлив в данном случае упрек незаслуженно побитого: "Вы ж, правосудие недоделанное, ни в чём не разберётесь и хватаете кого ни попадя".
   Как раз на днях смотрел отрывок старого советского детективного фильма, и там опытный майор учил стажера, что люди, отбывшие наказание, особенно болезненно относятся к незаслуженным подозрениям, поэтому обращаться с ними нужно с особым тактом.
   Вот такта здесь Парфенову и не хватило. Оправдание одно - спешка и стремление предотвратить новое убийство. Но не зря говорят: торопись медленно. В итоге-то спешка обернулась потерей драгоценного времени. Что ж, не идеален наш Парфенов. Но это добавляет образу жизненности.
   Второй случайный подозреваемый сочувствия читателя не вызывает - сатир не первой свежести, жаждущий молодого девичьего тела. Отвратительный тип. Но и девчонка хороша: вздумала хвостом крутить перед похотливым дяденькой ради сотового телефона. Могла бы боком ей выйти такая меркантильность, замешанная на глупости.
   А основная линия расследования базируется на анализе действий преступника и вычислении его логики - увлекательнейшая часть повести, квинтэссенция детектива: проникновение сыщика в черепную коробку злодея. В конце концов вычисляется кафе - наиболее вероятное место наблюдения и поиска жертв. И после неудачи со вторым подозреваемым наконец-то именно через это кафе сыщики выходят на след настоящего преступника. Увы, цена задержания неизмеримо высока - несколько девочек уже убиты...
   В детективе такого типа читатель практически лишен возможности расследовать дело параллельно с сыщиком - подлинного преступника он впервые видит вместе с Парфеновым и Ко. И возникает вопрос: почему злодей не попал в поле зрения правоохранительных органов, когда они изучали окружение убитой Алиевой? С другими девочками понятно - его в их окружении не было: это случайные жертвы, так сказать "жертвы прикрытия". В случае с Алиевой - иначе. Но вычисляют Савального лишь при повторной, более тщательной проверке версии, что Алиева и была основной целью, а серия убийств - маскировка (к слову, беременность убитой почти сразу и читателю дает наводку на эту версию).
   Метка преступника ветрянкой - интересный ход. Хотя получилось это достаточно случайно. Тем не менее подобное вполне возможно - когда жертв несколько. Не ветрянку, так еще что-то можно подцепить. (А ветрянкой, к слову, болела невеста автора рецензии незадолго до свадьбы - в детстве не переболела, а потом некстати заразилась от малолетнего двоюродного братца; прямо накануне свадьбы зеленку отмывали...)
   Написано вполне качественно. Встречаются отдельные технические огрехи (включая пресловутое -тся/-ться), но почти не мешают - такие легко вычищаются при первой же тщательной вычитке. Язык повествования бодрый, энергичный, текст удобен для восприятия (имхо). При всех отмеченных недостатках читать было интересно - повесть увлекла и поглотила.

VII место

Эпсилон. Пальцем в небо

(Наталья Духина)

   Повесть "Пальцем в небо" представляет собой остросюжетную криминальную историю с элементами детектива.
   Интрига повести заключается главным образом в интеллектуальном поединке Сергея и его группы поддержки с ОПГ Антонова и Григорием Пафнутьевичем, Берковым и прочими злоумышленниками.
   Завязка со спасением Даши из горящего дома сразу интригует - сделано хорошо.
   Сюжет развивается далее развивается с калейдоскопической быстротой. Поговорили в повести о Юре - и сгинул тот в застенках с клеймом шпиона и предателя. Затем начались головокружительные приключения Сергея и Лили с пальцем-ключом. Подключились частный детектив Гоша с Дашей и ОМОН. Ряд комбинаций и операций с невольным участием маньяка - и Берков в дураках (хотя, как знать, может временно). Количество случайностей зашкаливает: Сергей случайно получил палец в формалине, спутав улицы а ля Женя Лукашин; Антонов умер именно в момент "колдовства" с паролем и не смог до конца законспирировать свое сокровище; появление маньяка помогло обезвредить Беркова... Приключений - море, детектива - мало. С самого начала читателю рассказано, что на Дашу охотится Григорий Пафнутьевич и его люди. Единственное расследование - поиск пропавшего Сергея. В остальных блоках тайн почти нет, сплошные приключения.
   Написано вполне прилично, увлекательно. Но рекомендовать к прочтению я бы не стал по субъективным причинам: не люблю читать про всемогущие криминальные структуры, которые даже ОМОН имеют право разоружать.
  

VIII место

Омега. Жанна

(Алексей Филиппов)

   "Жил-был один мальчик, и был у него золотой пупочек. "Мама, почему у меня золотой пупочек?" - спросил однажды мальчик. Мама ответила: "Не знаю, спроси у папы". - "Папа, почему у меня золотой пупочек?" - "Не знаю, спроси у дедушки". - "Дедушка, почему у меня золотой пупочек?" - "Не знаю, спроси у бабушки". - "Бабушка, почему у меня золотой пупочек?" - "Не знаю, но возьми вот этот волшебный клубочек". Мальчик взял клубочек и тот укатился, разматываясь. Мальчик долго шел по ниточке, пока она не кончилась в глухом лесу у норы. Из норы выскочил заяц. Мальчик поймал зайца, но из зайца вылетела утка. Мальчик кинул в нее палкой, и из утки выпало яйцо. Мальчик разбил яйцо, и обнаружил там золотую отверточку. Он повернул золотой отверточкой свой золотой пупочек, и у мальчика отвалилась задница. Выпьем же за то, чтобы никто из нас не искал на свою ж... приключений!"
   (с) тост (народное).
   "Из-за леса, из-за гор
   Ехал дедушка Егор"
   (с) народное
   Повесть "Жанна" представляет собой остросюжетный полуполицейский детектив. Расследование тайны исчезновения девушки по имени Жанна (и ее поиск) ведет частный сыщик (при этом часто обращается к помощи бывших коллег, с которыми служил в органах, так что детектив получился, имхо, наполовину полицейским).
   Интрига повести заключается в интеллектуальном поединке сыщика с неизвестными похитителями и просто желающими узнать местонахождение Жанны.
   Завязка хоть и шаблонна (женщина-клиент в конторе скучающего частного детектива), но интригует: где же может скрываться пропавшая год назад дочь заказчицы?
   Сюжет незамысловат и прямолинеен. Сыщик медленно идет по следу пропавшей Жанны, собирая информацию по крупицам: в повести появляются один за другим свидетели-статисты, говорят "кушать подано", сыщик кушает и следует дальше. Поиски сопровождаются мордобоями и прочими приключениями. При этом оказывается, что заказчица обманула сыщика, использует его втемную. Однако расследование, которое вот-вот должно заглохнуть, каждый раз возобновляется: то у сыщика совесть просыпается, то вроде бы исчезнувшая заказчица появляется с мордоворотами и намекает, что неплохо бы завершить дело. В конце концов сыщик выходит на Карину, которая нейтрализует охотников на Жанну во главе с выскочившим в финале, словно черт из табакерки, Николаем (надо полагать, главным исполнителем Людмилы) и все раскладывает по полочкам: оказывается, Карина умышленно вела его по ложному следу, но ГГ методом проб и ошибок взял в итоге верный. Читатель, имхо, чувствует себя таким же дурачком, как и сыщик, ибо практически лишен возможности строить собственные версии. Приходится на слово поверить Карине, что Жанна у нее.
   Показалось странным, что ГГ с его связами в органах не сразу разобрался в родственных отношениях пропавшей Жанны: приходится ли ей убитый Пригожин отцом или двоюродным дядей, есть ли у нее мать... И слишком долго тормозил, прежде чем снизошло озарение, что Пригожин - это Вася Кактус. Читателю приходится все это просто принимать - откуда ему знать подноготную всяких рецидивистов. Странно, что в деле об убийстве не упомянуто криминальное прошлое Кактуса, факт, что он "чалился" вместе с Лепехой (что следователь торопился закрыть дело, в котором все ясно, не убеждает). Странно, что Карина потратила столько усилий по созданию ложного следа для сыщика (что стоило жизни недалекому Лепехину), вместо того, чтобы сразу договориться с Николаем и Ко - ведь получилось же, причем на глазах у ГГ (неужели без всего этого балагана не договорились бы?).
   Написано вполне качественно, легко читается. Рекомендовать к прочтению можно, но с оговоркой, что в данной повести расследование в некотором роде вещь в себе, у читателя и сыщика нет равных возможностей при разгадке тайны.
  

IX место

Эта. Тихий городок

(Алексей Лапиков)

   Повесть "Тихий городок" представляет собой гибрид криминальной истории и интеллектуального детектива. В первой части это расследование тайны исчезновения важного контейнера в криминальной цепочке, во второй - исчезновение Димона.
   Интрига повести заключается в интеллектуальном поединке главного героя Павла с неизвестными злоумышленниками, причем во второй части выясняется, что расследование фиктивное, имеет целью сокрытие убийства.
   Завязка удачная: тайна преподнесена интригующе, увлекает.
   Сюжет развивается стремительно: ГГ собирает и анализирует факты, тщательно обмозговывая каждый нюанс, каждый деталь. Его тихое расследование приводит к тому, что он же и попадает в ловушку, спасается от смерти чудом. Лишь тогда он наконец разгадывает шараду. Любопытно: Димон тоже проводил расследование, разоблачив подпольную деятельность Павла. Оно осталось за кадром, это неудивительно, но вполне стыкуется с наблюдениями и соображениями Павла. Во второй части уже Павел расследует исчезновение Димона, а потом автор рассказывает, что сделано это для отвода глаз - Павел же и убрал ненужного свидетеля, ставшего компаньоном. Но где-то все равно наследил: и полицейское, и криминальное расследование, также оставшиеся за кадром, приносят результат - Павлу приходится спасаться бегством. Кажется, не получилось.
   Повесть - своеобразная игра автора с читателем: рассказывается одно, подразумевается другое. Можно ли читателю расшифровать ребус? Трудный вопрос. Но опыт интересный, предполагает повторное чтение для поиска этих самых ключиков-маячков. Но лично мне и при повторном прочтении не удалось определить, можно ли раскрыть тайну в ходе чтения.
   Написано вполне прилично и лаконично. Рекомендовать к прочтению можно, особенно любителям криминальных историй.
  

X место

Мю. Внезапно смертен

(Кирилл Фисенко)

   "В общем, все умерли"
   (с) из фильма "Формула любви"
   "За десять недель своей деятельности он из II 000 граждан выловил 10999 симулянтов и поймал бы на удочку одиннадцатитысячного, если бы этого счастливца не хватил удар в тот самый момент, когда доктор на него заорал: "Kehrt euch!"(Кругом! (нем.)).
   - Уберите этого симулянта, - приказал Баутце, когда удостоверился, что тот умер".
   (с) Я.Гашек
   Повесть "Внезапно смертен" представляет собой остросюжетную криминальную драму с легкой примесью полицейского детектива.
   Интрига повести должна была заключаться в интеллектуальном поединке следователя Калганова с неизвестным убийцей. Но так получилось, что следователь стал пленником единственной (бытовой) версии преступления: не получилось спихнуть убийство на медведя, значит, виноват муж - и точка ("Собственно, никакой загадки следователь не видел, напротив - всё выглядело понятным и простым. Муж бросил семью. Вместе с новой подругой уехал в деревню, а брошенная жена решила упорядочить претензии миром, чтобы не добиваться алиментов через суд. Мужик воспользовался случаем обойтись без развода. Как и где он прикончил свою официальную жену, предстояло узнать"). И до конца повести стоял на ней насмерть, как пуговицы в миниатюре А.Райкина ("- Радуетесь? Я сразу не верил, что у вас рак... Он покопался в корзине для бумаг, вытащил несколько помятых листков, толкнул по столу в направлении Полоцкого и закончил разговор, сожалея о невозможности обвинить собеседника хоть в чём-нибудь: - Врёте вы всё!"). Так что читателю остается только досадовать на недалекого следователя, а интрига повести - в поединке Андрея Полоцкого с надвигающейся смертью от рака и в противостоянии Виктора Зуева другим беглым уголовникам.
   Завязка сделана грамотно: череп неизвестного человека, обглоданный медведем - тайна хоть куда; подана интригующе. Но расследование преступления надолго откладывается, начинается повествование про "две судьбы, две несветлых повести".
   Сюжет повести разветвленный: тут и пространный рассказ о бестолковой судьбе Андрея Полоцкого, умирающего от рака, и параллельно развивающаяся линия с побегом группы опасных преступников из колонии и их поисками пропитания и житейских радостей. Все это неплохо и занимательно описано, но наличие в произведении преступных элементов не превращает его автоматически в детектив. Временами на страницах появляется зацикленный на своей версии следователь, который при помощи оперативников ищет Андрея. При этом процессуально действует вполне грамотно, ведет расследование, однако с точки зрения читателя детективов оно таковым является лишь формально, ибо Калганов ничего нового для читателя не открывает: факты уже даны автором ранее. И факты эти следователь трактует исключительно в пользу своей ошибочной версии. Разумеется, она имеет право на существование, но слишком уж Калганов на ней зациклен и страшно раздражается, когда что-то ей не соответствует (а когда она вообще рухнула, даже напился с горя).
   Полагаю, раз автор решил сделать следователя таким недалеким (или, если угодно, впавшим в добросовестное заблуждение - наверное, такой типаж вполне жизнен), должен быть другой персонаж, который раскроет тайну преступления. Но в повести нет ни тайны (просто автор отложил ее разжевывание, но заранее объяснил, откуда взялись фрагменты скальпа Андрея на месте происшествия), ни альтернативного сыщика, ни расследования. Читатель ближе к концу повести узнает от автора, что на Наталью положил глаз главарь банды Тугар, он же и убил несчастную. Дальше - месть Андрея Тугару. Все очень по-голливудски, когда один враг выходит почти невредимым из огня, ломает ребра другому, но и тот парень не промах, продолжает сражение не на жизнь, а на смерть. Все это сопровождается путаницей (для следователя), кто кого пытался убить на горе. При этом количество случайностей зашкаливает. Все эти мужья и любовники, скопившиеся в одном месте в одно время и встретившиеся весьма в экстремальной ситуации; биологический материал главного подозреваемого, случайно оказавшийся на столбике у места преступления и т.д. Чудесное исцеление - еще один привет от Голливуда.
   Написано качественно и увлекательно; действие напряженное, затягивает. Про мойр картинка с иносказанием - на пять с плюсом. На конкурсе остросюжетной прозы такое прошло бы на ура (а экранизировать "Жанну" - успех наверняка обеспечен), но к детективу эта работа относится лишь формально, так что минимум 3 балла от меня теряет. И субъективно - ни один из главных персонажей не понравился и не вызвал сочувствия. Ни Андрей с его комплексами и самокопанием (лишь перед лицом смерти пробудилась в парне ненадолго здоровая наглость), ни Виктор, который почему-то не кинул уголовников сразу после побега, а фактически сам подвел под монастырь Наталью. Будто не видел, что главарь банды Тугар - тупое животное. Не успел из колонии сбежать, только вылез из ледяной воды - подавай ему "петюнчика", еще и легкомысленно задушил того в экстазе, оставив банду без обещанных документов. "Но без связей, без надёжной ксивы?" И что с того? Документов они все равно уже лишились из-за легкомыслия Тугара, а связи... Разве они только в криминальном мире бывают? Во всяком случае, Виктор свои возобновил. Так и сматывал бы удочки. Но нет, Зуй для тех тварей расстарался с билетами на электричку и Наталью показал - хотя на чайной церемонии с чифирем зэки продемонстрировали Виктору, что держат его за "шестерку".
   И Наталья - стерва и шлюха еще та ("Да! Сука я! Давала и давать буду, кто мне нравится, понял?"), со своими закидонами ("видишь, как далеко зашла ты в поисках своего я" (с) В.Ерофеев); даже дети из-за ее отсутствия несколько дней не беспокоятся.
   Разве что дед Кузьма и Марина вызывают определенные симпатии ("Полоцкий? Так вот ты какой, цветочек аленький! Я твой триптих видела..."; аллюзия на В.Ерофеева: "Так это вы: Ерофеев?.. Я одну вещицу вашу - читала. И знаете: я бы никогда не подумала, что на полсотне страниц можно столько нанести околесицы..."). Но это второстепенные персонажи, равно как и детвора.
   Рекомендовать повесть другим? Почему бы и нет? Написано-то вполне мастеровито. Только предупредить потенциального любителя детективного жанра, что данная повесть - несколько из другой оперы.

XI место

Ламбда: Меркнущий свет

(Андрей Терехов)

   "Пусть было, как было, ведь как-нибудь да было; никогда так не было, чтобы никак не было".
   "Небытие есть форма, а форма есть небытие; небытие неотделимо от формы, а форма неотделима от небытия: то, что является формой, является небытием, то, что является небытием, является формой".
   (с) Я.Гашек
  
   Рецензент не случайно привел в эпиграфе рассуждения о форме и небытии, поскольку трудно утверждать в данном случае, насколько форма соответствует содержанию, тем более что небытие суть немаловажная составляющая рецензируемого произведения, принадлежность которого к одной из искомых форм (здесь определение использовано условно - не в прямом, а в смежном значении) не может быть убедительно подтверждена с достаточной доказательной базой, так что неотделимость небытия от формы находит в некотором смысле подтверждение - впрочем не без коэффициента корреляции, значение которого оценить в конкретных величинах не представляется возможным.
   Резюмируя изложенное в предшествующем абзаце, можно сказать, что повесть "Меркнущий свет", наверное, можно классифицировать как интеллектуальный фэнтезийный детектив, в котором форма почти полностью подавляет содержание.
   Интрига повести заключается в интеллектуальном поединке кладбищенского работника Жан-Круа (Ивана-Креста), добровольно взявшего на себя роль частного детектива, с некими непонятными силами, из-за которых рутинные похороны юной девицы Карин де Валентен породили множество загадок: на удивление легкий гроб, бродячий каменный ангел... И ничего, привыкли люди, что "идет статУя, крыло поднЯто..." - даже шляпы перед ней снимают в приветствии; разве что кладбищенские грабители остались очень недовольны - но кому какое дело до переживаний сиих санитаров-утилизаторов мест скорби, вычищающих склепы без остатка: себе колечко, анатомическому театру разложившиеся тела, местным Страдивари и Амати гробы на музыкальные инструменты (к слову, в свое время автор рецензии занимался земляными работами на месте бывшего кладбища - все там тлен и труха: что гробы, что человеческие останки...). В принципе, должно быть интересно. Иван-Крест опрашивает всех подряд, собирает информацию. При этом читатель мимоходом узнает множество полезнейшей информации о том, что ели-пили люди, чем жили, как играли в картишки, как потом "дрались не по злобе" и пр., и пр., и пр. В общем, повесть насыщена разнообразными сведениями; она как "гуща на дне чашки", которая "лежала удивительно ровно, в виде бурого ворона" - никогда такого не видел и не читал о нем, наверное, действительно очень ровная птица, похожая на кофейную гущу. "Как много нам открытий чудных готовит просвещенья дух!" (с).
   Чтение повести (субъективное восприятие!) я сравнил бы с разглядыванием узоров удивительно красивого пестрого ковра. Смотришь, восхищаешься его великолепием и высоким классом мастера, который создал такую удивительную вещь. При этом пытаешься разобраться, что же означают узоры ковра (с детства подвержен такой забаве). Можно и так расшифровать, и этак. Например, Иван-Крест утверждает: "Я знаю, призраков не существует". Согласен с парнем на все сто. Но тут же начинаю сомневаться. А бродячий ангел с могилы - это не призрак? Ах, да, он же каменный, кто ж его посадит (в соответствующую ячейку классификации призраков). Вот был бы прозрачным и туманным, верить нельзя, а гранитный, гремящий - он налицо.
   Но вот замысловатая вязь сюжетных узоров оборвалась ("О, как внезапно кончился диван!" (с) В.Вишневский). На Ивана-Креста снизошло озарение: "И тут одна за другой меня осенили три догадки. Первая: цифры слева означают дату и время измерения, а не создания картины; цифры справа - масштаб: "де" и "неф" - два к девяти! Вторая: корабль изображен не сбоку, а сверху и более всего напоминает компас, который указывает концами на звезды, - видимо, Большую и Малую медведицы и Полярную звезду. И третья - для определения местоположения нужно измерить высоту двух небесных тел в разное время, поэтому на изображениях в доме и у тебя звезды смещены! Ты скопировал не картину в доме де Валентенов, а другой рисунок, который составлял "пару". Это были координаты! Две картины в сумме давали координаты, как при проведении измерений на корабле".
   Лично я на этом празднике интеллекта почувствовал себя таким же недалеким, как при чтении "Кода да Винчи" - там на каждом шагу сыщики расшифровывают шарады, основанные на неведомых широкой публике знаниях библейских текстов в мельчайших подробностях. Впрочем, к тому времени рецензент уже так ошалел от красивостей сюжетных узоров (а ведь автор в комментариях посетовал, что ему не хватило на них 200 К!), от бесчисленных могил (хоть и разных, но задуривших читателя не хуже дома, населенного сонмом мистеров с одинаковым именем-фамилией), что "разгадку" какого-то там заговора встретил вяло и без энтузиазма. Тем более основное, из-за чего разгорелся весь сыр-бор (тайна смерти или исчезновения Карин де Валентен), так и осталось непонятным. Наверное, Бель Престон девушку увела, и где-то среди замысловатых узоров повести это можно найти, равно как и сведения о судьбе Карин. Но если данный читатель не справился со смехотворной задачей расшифровки информации в картинах с корабликами, где уж ему проникнуть глубже во второй или третий слой. Впрочем, это камешек не в огород автора повести, а в читателя. А работа, как показалось, рассчитана на читателя особого, не массового.
   Вот что сказано в другой конкурсной работе (Кси, "Первый мотив"): "Признания широкой публики фильм не снискал, но, как это иногда бывает с малобюджетными и малопонятными лентами, имел успех у критиков и тонких ценителей. После него Терещенко предложили главную роль в новом мелодраматическом сериале, который, напротив, совершенно не вдохновил критиков и тонких ценителей, но весьма полюбился пенсионеркам и домохозяйкам".
   Вот и эта повесть - для тонких ценителей. Но не детектива, а красоты текста, языка автора (который, имхо, временами начинает заплетаться в стремлении к новым завиткам и красивостям). А детектива здесь с гулькин нос. Или вороний клюв ("И ты увидишь, как вянет листопад и вороны кружат там, где раньше был цветущий сад" (с) "Машина времени"), что не принципиально.
   Сам с трудом перечитал это творение второй раз и вряд ли захочу к нему возвращаться - не мое. И детям своим не рекомендовал бы. Разве что в малых дозах, фрагментами - поучиться мастерству плетения языковой вязи.

XII место

Ню. Маленькая жизнь

(Nemo)

   "- Житие мое...
   - Какое житие твое, пес смердящий? Ты на себя посмотри!"
   (с) из фильма "Иван Васильевич меняет профессию" (Якин и царь)
   Повесть "Маленькая жизнь" представляет собой, имхо, попытку полицейского детектива. Почему попытку? Расследование гибели идейной учительницы-депутата в наличии, но оно заканчивается, грубо говоря, пшиком.
   Интрига повести должна была заключаться в интеллектуальном поединке милиции с расхитителями водки, не брезгующими никакими средствами, но фактически, имхо, полицейская история - фон для показа нашей страны в период перестройки и далее: а) старт периода так называемого первоначального накопления; б) его последствия на примере отдельно взятого населенного пункта - в пропорции частей "Бриллиантовая рука" и "Костяная нога" незабвенного фильма Гайдая, 90-летний юбилей которого отмечался в эти дни. Вот только в фильме Гайдая соотношение их размеров совершенно гармонично, а в данной повести, имхо, концовка выглядит безобразно скомканной.
   Завязка несколько затянута. Сначала история с "Камасутрой" в учительской, где уже не по эпохе зверствует Светлана Сергеевна в духе незабвенной Нины Андреевой ("Не могу поступиться с принципами"), и лишь потом - труп: буднично, жизненно (везти тело не на чем обнищавшей в перестройку милиции), но не захватывающе (имхо).
   Сюжет развивается вяленько. Рутинное расследование вроде бы выявляет взаимосвязь убийства учительницы с левой ночной торговлей водкой, но в итоге заходит в тупик. В концовке вроде бы реанимируется извлеченное из нафталиновых глубин памяти оперов дело, но читатель в моем лице так и не понял, ученик Костя или племянник Вадик огрел учительницу по голове; оба были в криминальном бизнесе в свое время...
   Крупным недостатком повести считаю смещение акцентов от расследования к детальному описанию эпохи поздней перестройки (включая упоминание страшного взрыва двух встречных поездов, одного из звеньев цепочки ужасных катастроф, прокатившихся в те годы по стране). Хотя и не так явно, как в "Небе в алмазах", но тем не менее. Можно поспорить с автором относительно хронологии: уже в 1988 г. в видеосалонах бесстрашно крутили любое кино, не боясь праведного гнева партии и правительства. Но, что правильно подмечено, персонажей вроде СС было еще немало. И вот в мутной воде времени перемен каждый пытается выловить свою золотую рыбку. Несчастная идейная учительница, похоже, случайно подвернулась под горячую руку; не исключено, увидела что-то из серии подпольной водочной торговли. Эти моменты, в отличие от деталей обмена валюты у дельцов, в повести не разъяснены, а концовка (см. выше) скомкана. Повторю, в глазах рецензента это серьезный минус.
   Написано вполне прилично, убедительно, но, увы, не совсем о расследовании. Рекомендовать к прочтению можно, но с пометкой "детектив условный".
  

XIII место

Гамма. Небо в алмазах

(Татьяна Буденкова)

   "Я и лошадь, я и бык,
   Я и баба, и мужик".
   (с) народное
   "Не мы такие, жизнь такая" (с)
  
   Повесть "Небо в алмазах" - не детектив. Это мелодрама-слезодавилка в сочетании с криминальной историей, в которую довольно топорно в незначительном количестве включены элементы детектива: загадка и расследование. При этом загадка (кто убил Светлану Иваницкую?) высосана из пальца - автор просто утаивает от читателя, кто находится на скамье подсудимых. Расследование (официальное, полицейское) фактически остается за кадром (читателю предъявлено только место происшествия и задержание Самойлова из-за отпечатков пальцев на ружье). Дублирующее его частное, предпринятое мужем Валентины, весьма незамысловатое, сводится к опросу старушки - соседки потерпевшей.
   Интрига повести заключается в интеллектуальном поединке главной героини - Валентины Самойловой - с проблемой недостатка денег. При этом интеллект главным образом используется чужой - подруги Светланы, которая научила и как заработать денег, и как не довольствоваться малым - погнаться за журавлем в небе (дополнительным барышом), оказавшись в итоге на скамье подсудимых.
   Завязка - судебное заседание. Показаны (пока анонимно) второстепенные персонажи (семьи подсудимых), а главные (преступницы) от читателя и вовсе скрыты. Зато имеется журналист Алена Владимировна, которая больше нигде в повести не упоминается. Вопрос: и зачем тогда она вообще была нужна? А могла бы и пригодиться, если бы, к примеру, данная повесть была подана как записки спецкорреспондента, присутствовавшего на судебном заседании.
   В принципе, такая завязка вполне имеет право на существование - как, например, у Агаты Кристи в "Печальном кипарисе":
   "Элинор Кэтрин Карлайл, вы обвиняетесь в убийстве Мэри Джеррард 27 июля сего года. Признаете ли вы себя виновной?"
   Элинор Карлайл стояла, выпрямившись. Голова ее поражала гордой благородной посадкой, глаза - живой синевой, волосы были угольно-черными. Брови, выщипанные в соответствии с модой, образовывали две тонкие линии.
   В зале суда воцарилось молчание - гнетущее и напряженное.
   Сэр Эдвин Балмер, защитник, вздрогнул от недоброго предчувствия: "Бог мой, еще, чего доброго, она признает себя виновной... Сдала, явно сдала..."
   Губы Элинор Карлайл разжались: "Я невиновна". Защитник облегченно перевел дух и провел носовым платком по лбу, думая, что дело чуть было не кончилось катастрофой".
   Заметим, в прологе автор ничего не утаивает от читателя. В первой части от лица подозреваемой рассказывается о смерти ее тети и тетиной воспитанницы Мэри Джерард. Во второй части расследование ведет Эркюль Пуаро, а в третьей в ходе судебного процесса над Элинор Карлайл выясняется истина.
   Так подробно рассказываю о классическом произведении, поскольку повесть "Небо в алмазах" и рядом с ним не стояла по напряженности, интриге, хитросплетениям сюжета. Здесь все прямолинейно и просто, как в многочисленных сериалах Первого канала и мелодрамах-премьерах, что в выходные показывают на "России-1".
   Быстренько отделавшись от судебного заседания, автор начинает пространный рассказ о такой-сякой жизни главной героини - Валентины. Не на что жить учительнице, нет денег на лекарство и еду для ребенка, муж - честный служака, тоже без денег. Довели до ручки, такие-сякие большевики и демократы вслед за ними! Только и остается - торговать на рынке. По всем мелодраматическим телевизионным калькам добром для главной героини это никогда не кончается - обязательно обманут, обворуют, подставят, посадят. Так что ничего удивительного, что и в данной повести влипли дамочки, задолжали "крыше". При этом отмечу, что простое введение в повесть персонажей из мира криминала не делает произведение детективом. Тем более здесь их роль - второго плана. Дали в долг - и требовали уплаты. Жестко. Так что бывшая учительница и директор магазина сами осатанели и превратились в рэкетиров. Пытали и убили несчастную Светлану, из которой уже не впервые тянули деньги. Но все это настолько очевидно, что никакой загадки для читателя не представляет. Остается слабая надежда, что миниатюрное частное расследование, которое предпринимает муж Валентины, откроет какие-то неизвестные обстоятельства, тоненькую ниточку - и окажется, что Светлану убил кто-то другой, а Оксана и Валентина - жертвы хитрой подставы. Увы, нет. Сходил мужик в дом жертвы, поговорил со старушкой - официальная версия подтвердилась.
   Концовка чисто мелодраматическая - муж (хоть и с приставкой "экс") встречает Валентину после длительного срока заключения, чтобы помочь устроиться. И что это было? Читатель в недоумении. Где загадка, где интеллектуальный поединок сыщика и злодея, где расследование? Все это просто обозначено, детектив в ничтожной дозе неловко притянут за уши к житейской мелодраматической криминальной истории (очень женской). Вот, собственно, и все.
   Повесть исполнена на сносном литературном уровне, могла бы легко читаться. Но это если текст вычистить от многочисленных ляпов. С запятыми беда: где лишние налеплены, где не хватает. Плюс весь стандартный набор сетератора, то ли подзабывшего курс средней школы, то ли толком не усвоившего в свое время: "ться" вместо "тся" в глаголах 3-го лица, "одеть" вместо "надеть", проблемы с раздельным и слитным написанием "не", "по", знанием рода существительных и т.д. Скопировал между делом некоторые огрехи:
   При осмотре труппа установлено
   Слева от трупа на полу находиться утюг с отрезанным шнуром
   Оказалось, его внук учиться в её классе.
   Наладиться всё и опять пойдёшь к своим первоклашкам
   А как оденет - опять хвали.
   прикидывай куртку по более, по свободнее
   в теплые лыжные брюки и старую свитеру мужа
   на большом пальце правой руки ещё оставался мозоль
   А если курс измениться? - не смело проговорила Валя.
   Не смотря на усталость, Валя долго не могла уснуть
   Теперь работает толи переводчиком, толи торговым представителем (у Толи работает?)
   Всё перемелится, мука будет.
   Там, та-а-м пол человека (какой пол - мужской или женский? Или нижнее покрытие из досок или линолеума в помещении?)
   Не смотря, на душившие её слёзы, Валя рассмеялась
   А Вали каждую бессонную ночь скорее мерещился, чем снился один и тот же сон.
   Можно (и нужно) придраться к процессуальной стороне. Во-первых, не мешало бы автору ознакомиться хотя бы по диагонали с уголовно-процессуальным кодексом, прежде чем описывать судебное заседание (в данном случае судебное следствие). Иначе не вполне понятно, почему судья зачитывает протокол осмотра места происшествия (про вещество, похожее на кровь), а не заключение эксперта, что это действительно кровь. Во-вторых, преступления военнослужащих - прерогатива военных судов, соответственно, органами дознания являются командиры воинских частей (которые контролирует военная прокуратура). СИЗО для военнослужащего (в данном случае мужа Валентины) - нонсенс. Разве что был сильно пьян и временно отдохнул у гостеприимных милиционеров, которые обязаны передать данного товарища армейским правоохранительным органам - нет у милиции полномочий расследовать деяния капитана Самойлова.
   Вывод. Повесть несколько ошиблась конкурсом. На каком-нибудь женском сайте данная криминальная мелодрама наверняка на ура бы пошла: да, такая-сякая наша жизнь; да, в правительстве все негодяи и сволочи, довели народ, что бабы озверели; да, все мужики сво..., хотя, встречаются отдельные не вполне безнадежные экземпляры. Отличный повод лишний раз поохать и поахать. Вот только к детективу все это имеет отношение отдаленное. Хотя фрагментарно сей жанр присутствует. Чтобы превратить повесть в полноценный детектив, ее нужно было писать иначе, поставив во главу угла загадку и ее расследование, а не слезы над бестолковой бабьей жизнью (что Валентины, что Оксаны: "- А что хозяин? У него краля вон в том подъезде живёт, - ткнула пальцем в дом напротив одна из собеседниц, - так он домой забегает вечерком, глядь, и опять чешет назад, жена-то теперь ему без надобности. - А девкам и раньше мать только чтоб тряпки покупать требовалась! - поддакнула вторая".).

XIV место

Йота. Забудь про Майами-Бич

(Kirill Levine)

  
   Повесть "Забудь про Майами-Бич" представляет собой, как мне показалось, гибрид набросков остросюжетного детектива и криминальной истории.
   Интрига повести заключается в малоинтеллектуальном, но весьма мордобойном поединке частного детектива Глебова с несколькими группами преступников; параллельно расследуются похищение человека, незаконный вывоз урана и убийство девушки (Маргариты Плай).
   Завязка стереотипна: женщина-клиент, у которой пропал муж, в конторе частного детектива (и параллельно аллюзия на Р.Шекли, "Обмен разумов": "...он подошел к двери с табличкой "Бюро сыска и задержания. Межзвездный отдел"... В одном из кресел сидел немолодой марсианин и метал стрелы в мишень, очертаниями напоминающую женский зад"; здесь читаем: "Частный детектив Глебов, он же основатель фирмы, задумчиво отдыхал в кожаном кресле. Отдыхать ему помогал пневматический пистолет и обнаженные ягодицы красотки на настенном календаре, уже порядком изрешеченные свинцовыми пульками"). Итак, загадочное происшествие в наличии. Однако корявая подача материала с первых абзацев не позволяет читателю настроиться на серьезное восприятие повести: "Глебовым был черноволосый мужчина среднего роста лет 35, с короткой стрижкой, скорее широким, чем высоким лбом, носом немного более массивным, чем этого требовалось для успеха у женщин, слегка поджатыми губами и целеустрмленным выражением лица", - какая-то карикатура на персонажа и литературу. Или вот такая забавная конструкция: "монитор около двери показал приближение человека". Пальцем, что ли? Вот если бы на экране монитора появилось изображение приближающегося человека - другое дело. "Сыщик встал и приветствовал посетительницу, улыбаясь широко, как аллигатор", - восхитительно! Улыбающийся аллигатор - это нечто! "Вошедшая была бальзаковского возраста. Кожу на ее лице, несколько увядшем, успешно мумифицировал густой слой пахучей косметики", - еще одна "смесь грузина с чемоданом". Выражение "бальзаковский возраст", напомню, восходит к роману Бальзака "Тридцатилетняя женщина". И в таком нежном возрасте г-жа Румянцева уже увяла? Для справки: сейчас, с развитием здравоохранения и т.п., для зрелых женщин порой используют определение "забальзаковского возраста". Едем дальше. Мумифицировать означает превращать в мумию - высохший труп, предохраненный от разложения бальзамированием или не разложившийся благодаря особому характеру почвы. Получается, Румянцева пользовалась косметикой, чтобы успешно превратиться в высохший труп? После такого крупного физиологического открытия оригинальное звание с непонятным сочетанием знаков препинания уже не удивляет: "Румянцева? Вера Афанасьевна, заслуженная Российская артистка". К сведению: звание (с соответствующим нагрудным знаком) "Заслуженный артист РСФСР" учреждено в 1931 году, а события повести относятся к 1993 году, до трансформации указанного звания в "Заслуженный артист Российской Федерации" (1995).
   После столь корявой завязки, где спотыкаешься буквально о каждую фразу, начинается бойкое повествование, где несуразных конструкций, подобных упомянутым выше, тоже нет числа. Но уже перестаешь обращать на них особое внимание; эта корявость воспринимается как данность: не стреляйте в пианиста, он играет как умеет. В основе сюжета повести криминальная история, развивающаяся по нескольким линиям: мнимое исчезновение Румянцева, охота за документацией на незаконный экспорт урана, расследование убийства Маргариты. С мнимым исчезновением и первым заказом Глебова все разрешается довольно быстро: "Видите ли, мы с самого детства любили с братом играть, что нас не двое, а один человек. Так было удобнее жить, но со временем вылилось в некоторые комплексы" (такое объяснение дал сыщику Румянцев, выдавая себя за мнимого брата; ср. А.Толстой, "Гиперболоид инженера Гарина":
   "- Вы поразительно похожи на убитого, - сказал Шельга.
   - Мне это неоднократно приходилось слышать, моя фамилия Пьянков-Питкевич , - с готовностью ответил человек с бородкой. - Во вчерашней вечерней я прочел об убийстве Гарина".). Потом Румянцев якобы умирает - и дело с концом, хотя, как оказалось, ненадолго: "Этот тип работает на Морж. Для них симулировать самоубийство или какое-нибудь отравление, как мне зайти в сортир помочиться". Похищать документы из сейфа Глебова нанимает Тульская, а расследование убийства ночной бабочки-модели он проводит по собственной инициативе.
   При этом читателю не нужно ломать голову, кто преступник, а кто нет. Всякие нехорошие людишки поданы на блюдечке, например, Борис Мешков с напарником-гориллой Автандилом и прочие:
   "Либидов не терпел, когда женщины разевали рот... Его лицо исказила зверская гримаса. Сжимая нож так, что побелели костяшки пальцев, он медленно пошел на артистку... Либидов медленно подходил к своей обессиленной от ужаса жертве. Он рассчитывал зарезать ее медленно, не торопясь, чтоб не запачкаться кровью и насладиться всеми красками агонии".
   "Марий Бышкин, за глаза "Маруся", обладатель угреватого красного отростка, называемого носом и непомерной жажды к распространению сплетен, исполнял в "Интиме" довольно специфические обязанности... он просто любил подслушивать разговоры, чисто из спортивного интереса, так сказать".
   "Кузьма Алексеевич Баркин, главный инженер по эксплуатации реактора, отрешившись от производственных проблем с утра сидел с удочкой на берегу нагретого реактором водоема. Глядя на его короткое в шортах туловище и шляпу с длинными полями, бросающую тень на мясистый загривок, можно было подумать, что это заправский рыболов, однако рот Кузьмы Алексеевича злобно кривился, а в голове витали мысли отнюдь не безмятежного характера".
   Единственная загадка в повести - кто убил Маргариту. Более или менее внятные умственные усилия сыщика можно обнаружить при расследовании только этого преступления (хотя, строго говоря, частному детективу не положено заниматься убийством по закону, но на такие мелочи в данной повести обращать внимание вряд ли стоит). Глебов вербует в агенты подругу убитой, молдаванку по имени не то Альвадорес, не то Алисия (к слову, встречаются в повести и переменные фамилии: Ноткин/Роткин; Либидов/Ибидов), которая воспользовалась сказочными обстоятельствами и получила письменное признание от убийцы - Бориса Мешкова. Впрочем, лишь к концу повести имевший на руках признание Глебов вдруг сумел понять документ: "В этот момент в голове Глебова кристаллизовались мысли, которые пытались выстроиться с самого начала разговора. Что-то щелкнуло в небесной канцелярии мозгов, и сложилась четкая картина". И все объяснил Румянцеву: "Вы думаете, я забыл, как вы сказали мне в запорожце, что жена вашего якобы брата никакая не актриса, а бандерша, содержащая бордель? Я проверил эту информацию. Она подтвердилась. Было трудно узнать в закутанное в шелковый халат с пятнами спермы бандерше вашу жену - лже-актрису, но я узнал ее, хотя она б этом не догадалась. Она очень старалась, чтобы я не мог ее узнать. Она актриса, но по жизно. Она прекрасно играет свою роль. Живет двойной жизнью. Она и наняла этих макак, чтобы они убили Маргариту. Она сделала это из ревности. Она поручила мне найти пропавшего вас, а когда поняла, что вы никуда не исчезали, решила избавиться от меня с помощью подставы". Остается непонятным, зачем же переодетая Румянцева направила Глебова к Мешкову - исполнителю? И еще нестыковочка: "пытался втолковать Мешкову горилла, которого звали Автандил...", "Она и наняла этих макак, чтобы они убили Маргариту". Так макаки или гориллы? Это ж разные не только виды, но и семейства обезьян... И что это за нежный спецагент такой (Румянцев): сначала рассказывает про жену как содержательницу борделя, потом из-за этого кончает с собой (ах, да, еще из-за убийства женой любовницы)... Глебов с самого начала до конца повести не может идентифицировать хозяйку борделя и Румянцеву. А почему его вдруг потом озарило - непонятно. В общем, ерунда какая-то. Как и вся повесть - сплошные неправдоподобные комиксы ("А тот ему по чайнику! А этот ему по кумполу!" (с) "Ералаш" N 50, "Повесть о первой любви"). С трудом представляю, какому читателю может подобное понравиться. Наверное, найдутся такие оригиналы, но я (не будь конкурсных обязательств) подобное чтиво бросил бы уже на первых абзацах. Главные претензии: детектива - мизер; прямолинейность действия и очевидность событий, ничего загадочного; правдоподобие написанного в районе нуля; не понять, всерьез написано или с юмором, но на пародию не тянет; корявое изложение и море ошибок - фактических и грамматических.
   Например: "Глебов положил оружие на землю, и поднял над головой могущественное удостоверенние". Удостоверение вовсе не могущественное, оно дает право только опрашивать людей с их согласия и собирать прочую информацию, оговоренную в законе; кроме того, до поправок, внесенных в закон в 2010 году, частный детектив имел право только на газовое оружие.
   Как указано в конце повести, эта сокровищница человеческого духа родилась в Санкт-Петербурге в 1995-2009 году. Тем более странно, что за 14 лет не вычищены многочисленные просто вопиющие грамматические ляпы вроде "врят-ли" вместо "вряд ли". Подобных технических огрехов, в том числе пунктуационных, тьма-тьмущая, включая нелепые опечатки и традиционное непонимание разницы -тся/-ться, например:
   Табличка с названием фирмы висело над входом
   Так нам бедет спопойнее
   она наткнулась на атоиобиль с моржовыми номерами
   Она высунулась из окна, увидела, кто к ней ломиться
   Он предполагал, что если кому-то понадобиться, то Моржовцы сами побеспокоют
   Немало и прочих "перлов" вроде упомянутой выше "улыбки аллигатора", например:
   "...он не успел спрятать кинжал в ножны под пиджаком, и сделал вид, что непринужденно ковыряет им под ногтями";
   "К ее ошейнику был приделан дозиметр. Он выделял запах колбасы когда радиация повышалась, и собака начинал а лаять".
   "День, с утра начавшийся невинным поеданием телефона, оказался самым насыщенным"
   "Она терпеливо вздрогнула"
   Резюме: давно не читал такой ерунды, как эта повесть и "Безумное расследование". Правда, здесь хоть персонажи не пропадают и подобие детектива, загадки сохраняется до финала. Вот только исполнение ужасное. Категорически не рекомендовал бы сие творение ни своим детям, ни кому-либо еще.
  

XV место (условно, т.к. рассказ снят с конкурса)

Дзетта. Безумное расследование

(Кузиманза)

  
   Писать стихи о "Брильянтине Тама"... -
   Нелегкий труд, скажу вам прямо.
   Точка (стоп).
   (Подпись) - Сноб.
   (с) Э.По, "Литературная жизнь Какваса Тама, Эсквайра".
  
   Вот и на повесть "Безумное расследование" написать рецензию не так просто. Непонятно, так и задумано, что все персонажи из разряда "тупой и еще тупее" и это своего рода пародия, или же это неудачная попытка создания иронического детектива. А вот название подходящее: расследование и впрямь безумное. Несколько человек за него хватаются, ведут удивительно непрофессионально, постоянно отвлекаясь черт знает на что. Вывод: перед нами абсурдный иронический остросюжетный детектив.
   Интрига повести заключается в интеллектуальном поединке (как должно быть в детективе в принципе, но в данном случае уровень интеллекта участников поединка оставляет желать много лучшего) группы злодеев-похитителей и группы сыщиков-любителей, занятых поисками пропавшего Михаила Корина. (Что замечательно, жертва - тот еще фрукт. Сам себе сбежал, но даже не удосужился сообщить троюродной сестре Ирине Десницкой - которая на основании его шифрованного письма инициировала расследование, обратившись к частному "специалисту" Дану (Богдану Волкову). Действительно, к чему сообщать: ведь Ирина, заказчик расследования, в заключительной четверти повести уже не упоминается.)
   Сказать, что данная интрига лихо закручена, значит, сильно погрешить против истины - настолько бестолковы и сыщики, и преступники. У М.Емцева и Е.Парнова есть фантастическая повесть с элементами детектива "Слеза большого водопада". О ней замечательно сказано в послесловии В.Ковалевского: "Разработан этот сюжет весьма своеобразно - в виде гротеска, веселого озорного маскарада, где лица героев спрятаны за шутовскими масками. И тогда добираешься до второго слоя повести. Конечно же, авторы имеют определенную цель. Во-первых, они явно издеваются над стертыми литературными штампами приключенческого жанра. Эта издевка появляется еще в сельве, когда полчища анаконд окружают Дика Рибейру, привлеченные запахом жареного мяса, когда Дик, чтобы спасти жизнь, срочно съедает эту приманку. Ну, а уж на "Святой Марии" все пародийно - и писатель Ик со своим потоком сознания, и похожий на Джемса Бонда Сэм Смит, и нелепые гангстеры, попадающие непрерывно в самые дурацкие положения, и концовка повести". Персонажи "Безумного расследования" примерно из той же оперы, только, имхо, на порядок-другой тупее.
   Сюжетная линия повести вроде бы обозначена: сыщики постоянно пытаются найти пропавшего Корина - следят, опрашивают свидетелей, но при этом постоянно отвлекаются, а самые необходимые следственные действия, когда преступники сами падают им в руки (как говорил Пенкроф в первые трудные часы без инструментов и оружия на острове Линкольна про птичек куруку: "Добыча как раз для таких охотников, как мы: бери ее голыми руками"), не производят вовсе. Линия эта размыта и хаотична, персонажи постоянно совершают какое-то броуновское движение, так что заказчик Ирина и не выбралась из этих лабиринтов к концу повести, затерявшись где-то в глубинах текста.
   Театр абсурда начинается уже с завязки - визита Ирины Десницкой к профессору Призорову (оказавшемуся позже самозванцем). В перестроечные 80-е по ТВ не раз демонстрировали юмореску с В.Винокуром в роли забывчивого доктора, принимавшего забывчивого пациента: "Доктор, у меня это!" - "Ну, это сразу видно... Я все помню. Вот вас я тоже помню. Вы у меня уже были". - "Когда?" - "А вот, только что. Что-то, голубчик, вы ко мне зачастили".
   Примерно в том же духе происходит разговор Ирины и профессора, где собеседники тупо жуют жвачку, повторяя одно и то же и противореча сказанному:
   - Ведь вы профессор Призоров? - застенчиво уточнила девушка. - Я вам недавно звонила.
   - Да, я помню. Слушаю вас.
   ...
   - Мне знакомо ваше имя. Вы писали мне? Звонили? - Он потянулся к ящику в другой тумбе стола.
   - Нет, я приехала без предупреждения, хотя, конечно, это не слишком вежливо, - ответила Ирина.
   - Где же я мог слышать ваше имя и откуда я знаю, что Михаил Корин в родстве с вами?
   Так помнит - или не помнит; звонила - или приехала без предупреждения? Этот бестолковый треп мог бы послужить уликой, если Ирина звонила настоящему профессору, а принимал ее уже самозванец. Но в длиннющей портянке-объяснялке в концовке повести это не разъясняется.
   Далее по всей повести сыщикам активно мешает ряженый снежный человек. Действительно, трудно придумать более удобный и неприметный костюм для темных делишек, чем наряд йети - особенно для подъема на третий этаж к окну снаружи, для бега, прогулки, да и спрятать в случае чего проще пареной репы, не то что громоздкую маску (к слову, есть в повести байка, как папа в маске получил от мамы по лбу молотком для разделки мяса). И железнейшая логика при описании встречи Дана с ряженым: "Постепенно до него дошло, что эта встреча - не случайность. Монстр не ждал его, он шел по каким-то своим делам и наткнулся на Дана случайно". Бред полный, короче...
   Еще бредовее действия сыщиков, которые выводят из строя нападавших, но не задерживают их и не допрашивают, а оставляют на произвол судьбы без всяких на то оснований. Вот Дан после нападения толстяка: "Пощупал пульс. Живо-о-ой. Ладно. Оставив его лежать, Дан поднял его пистолет. Вернулся в гостиницу". Правда, парень не чужд самокритики, он очень точно отвечает на вопрос приятеля:
   "- Что ты такой мрачный?
   - Потому что ослом себя проявил..."
   Прямо по С.Маршаку: "Ослик был сегодня зол. Он узнал, что он осел". Единственное более или менее толковое действие Дана - расшифровка письма Михаила Корина. Ах, да, Богдан еще доказал, что у "снежного человека" шерсть мертвая, значит, ряженый.
   Впрочем, Игорь столь же великодушен к поверженным противникам:
   "Трупов и не было, его оружие стреляло усыпляющими капсулами. Но Диана об этом не знала и смотрела на него блестящими глазами, вытянув шею и потряхивая короткими вихрами...
   - Он умер?
   - Он спит".
   Спит и спит, зачем его будить и допрашивать... А читателю (в моем лице) хочется надавать горе-сыщикам щелбанов. Заодно и автору за такие вот перлы: "Игорь узнал ее и понял, что перед ним Диана Зайцева". И что с того? Ранее нигде эта Диана не упоминается, значит, нужно кратко пояснить, чем она знаменита, почему он ее узнал. Впрочем, вскоре беспечный Игорь в разговоре с полицейским половину информации забыл: "- Вы знаете, кто она? - Да. Диана... Простите, я не знаю ее фамилии".
   Точно так же чертом из табакерки на исходе уже второй трети повести возникает другой персонаж - Горбышев: "Это уже было, конечно, не лицо небритого в очках, тот был наемником, возможно, он и надевал костюм монстра. И не лицо курьера. Макс Горбышев... Дан знал, что Макс мертв. Знал, потому что видел его изувеченный труп. Макс мертв, и все-таки Дан его видел". Да обить твою медь! Какой Горбышев, какой изувеченный труп? Автор, вы посмеяться решили над читателем? О таких важных обстоятельствах следует сообщать гораздо раньше. И намекнуть, что сосед "Призорова" (который - вот тут автору спасибо! - мозолит глаза читателю с самого начала) кого-то Зоркому Соколу Дану смутно напоминает.
   Интересно, а почему Ирина не обратила внимание, что седой человек, который помог ей бежать, похож на "Прозорова", и не поинтересовалась данным обстоятельством? Увы, оба персонажа брошены автором и мельком упомянуты в самом конце.
   К слову, совет явно не профессорский: "Когда принесут ужин, ничего не ешьте и не пейте, а вытряхните и вылейте на кровать и накройте одеялом". Действительно, лучшего способа избавиться от тюремной еды не придумать... Напомню, что у А.Толстого инспектор Шельга во время лечения у монашек-кармелиток больничный хлеб скармливал дроздам, а суп выливал в раковину.
   Что мы имеем в сухом остатке? Расследование велось Даном по принципу "куда кривая выведет": туда пошел, там проследил, а допросить бандитов-свидетелей (автор, Вам слышен скрежет зубовный читателя?) не удосужился. Затем сбегал в ментовку и принес объяснялку на несколько страниц - не очень внятную, но более или менее проливающую свет на описанные приключения в театре абсурда.
   Недопрошенные бандиты, брошенные среди текста Ирина и Призоров, объяснялка событий, часть которых читателю неведома - грубейшие ляпы для детективного сюжета.
   Написано бойко, но неряшливо. Много опечаток, несогласованностей. А подобные блоки попросту непонятны: "Всего несколько футов и пять-шесть человек отделяли его от эпицентра всеобщего внимания". С чего бы вдруг расстояние стали прикидывать в ненашенских единицах?
   Еще один пример авторской небрежности (неожиданный переход от третьего к первому лицу): "Игорь обхватил ее за талию и прижал к себе, она прильнула ко мне всем телом и обняла за шею. Когда наши губы разомкнулись, он выдохнул..."
   Очень много блоков, не имеющих отношения к расследованию: байки про собак и вообще про жизнь (подобные истории должны гармонично вливаться в сюжет, но здесь такого нет); похождения Игоря с Дианой, наядами и дриадами, дурацкая качка на кораблике...
   Вспоминаю рекламный ролик начала 90-х ("Вента" - есть что купить и есть что посмотреть!): чудак в очках в магазине сложной техники. Этот чудак хватает то одно, то другое, бросает и разбивает, чтобы бежать за третьим и в концовке, вылупившись в камеру, говорит: "Ух, ты! Надо же! Вот ведь!" Очень напомнили мне недотепы Дан и Игорь того чудака.
   Не знаю, для старшеклассников подобное чтиво, возможно, и потянет с пивом, но любитель детективной литературы в шоке - будто посмотрел очень длинный сюжет про деревню дураков из журнала "Каламбур".
   Хотя автор, похоже, писать более или менее умеет, не лишен чувства юмора. Но все это нуждается в большой-большой шлифовке. И в первую очередь детективное произведение должно дружить с логикой, чего в данной повести, увы, почти не наблюдается - разнообразным ляпам нет числа.
   Краткое пояснение
   Детективы ставил выше, даже если литературно, с моей точки зрения, они были написаны хуже. Особенно сильно субъективно от меня пострадал "Меркнущий свет": очень хорошо написано, но детектива с гулькин нос.
   Колебался между Сигмой и Альфой, но все-таки убедительность и сочность Живухи при относительной детективной слабости 2 и 3 частей повести превысила в моих глазах крупный недостаток отлично написанного "Цветника": не поверил я, что мексиканка Изабелла так убедительно выдавала себя за россиянку. Происходили бы нехорошие события на национальной окраине России, а не в Мексике (в контексте только этой повести), была бы Иза калмычкой или кабардинкой, поставил бы Альфу выше Сигмы. Торопливо сработанную "Симметрию смерти" ставлю все равно выше "Пальцем в небо", ибо "Симметрия" - детектив, а там случайности, приключения, криминальные разборки.
   Разборке в "Жанне" подкреплены расследованием и поиском, поэтому поставил ее выше "Тихого городка" с криминальными разборками внутри отдельно взятой парочки неплохо соображающих ловкачей-дельцов.
   "Внезапно смертен" - почти не детектив, надрывная слезоточивая криминальная драма, но она выигрывает в моих глазах у зауми идеологически чуждого "Меркнущего света", тоже почти не детектива. Два неудачно скомпонованных недодетектива про такую-сякую нашу жизнь, имхо, все же уступают творению про безголового ангела, при этом у Ню повесть заметно короче, чем у Гаммы, но (относительно) более детективная.

 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  В.Мальцева "Месть" (Современный любовный роман) | | Д.Данберг "Элитная школа магии 2. Факультет Защитников" (Попаданцы в другие миры) | | Г.Чередий "Связанные поневоле" (Любовное фэнтези) | | Д.Хант "Мидгард. Грани миров." (Любовная фантастика) | | Л.Тимофеева "Заклятье для неверной жены" (Юмористическое фэнтези) | | Л.Антонова "Академия Демонов 2" (Юмористическое фэнтези) | | P.d?monium "Любовь Дракона или Жена по Вызову" (Попаданцы в другие миры) | | Н.Романова "Летняя история" (Современный любовный роман) | | А.Миллюр "Сбежать от судьбы или верните нам прошлого ректора!" (Любовное фэнтези) | | Р.Вешневецкая "Хозяйка поместья Триани. Камни, кости и сердца" (Любовное фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.
Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
М.Эльденберт "Заклятые супруги.Золотая мгла" Г.Гончарова "Тайяна.Раскрыть крылья" И.Арьяр "Лорды гор.Белое пламя" В.Шихарева "Чертополох.Излом" М.Лазарева "Фрейлина королевской безопасности" С.Бакшеев "Похищение со многими неизвестными" Л.Каури "Золушка вне закона" А.Лисина "Профессиональный некромант.Мэтр на охоте" Б.Вонсович "Эрна Штерн и два ее брака" А.Лис "Маг и его кошка"
Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"