Пучеглазов Василий Яковлевич: другие произведения.

"Ты воспой..."

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Peклaмa

    Copyright1981 - 2011 Василий Пучеглазов(Vasily Poutcheglazov)


    Василий Пучеглазов
    РОССИЙСКАЯ ТЕАТРОЛОГИЯ
    Трагедии из портфеля
    (1981 - 1984 гг.)


    Василий Пучеглазов
    5. "ТЫ ВОСПОЙ..."
    Две встречи в глубинке


    ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

    ЗАСТУПИН ИЛЬЯ ФЕДОТОВИЧ
    ЛЮБА - его жена
    ТОСЯ
    АЛЁНА ЛИПКИНА
    ПАША
    ВЕНИАМИН СТРУЕВ
    ШУМИЛОВ ВАДИМ АНАТОЛЬЕВИЧ
    ВАСЁК
    ОТЕЦ ЗАСТУПИНА
    ПЕТРОВНА - бабка Васька

    Место встреч - одно из небольших сёл России.
    Время - поздняя осень.

    *

    ВСТРЕЧА ПЕРВАЯ


    КАФЕ-СТОЛОВАЯ у автобусной остановки. Впереди слева - когда-то стеклянная, а теперь заделанная фанерой дверь - вход; в глубине - стойка буфета, за которой, внимательно разглядывая себя в миниатюрное зеркальце, сидит ТОСЯ - тонкая, курносенькая девица в белом, не первой свежести, халате, накинутом прямо на пальто, и в расписном - с розочками - платке. Справа, за столиком, у окна во всю стену, - двое: ПАША - лысоватый, обрюзгший дядя в сером брезентовом плаще и ЗАСТУПИН - мужчина лет тридцати пяти, в кепке, в потёртой кожаной куртке и в заляпанных грязью сапогах. Паша, откинувшись на спинку шаткого железного стульчика, дремлет; Заступин, вертя в ладонях стакан, смотрит в окно, в даль - на тёмные, затянутые моросящей дымкой поля, на растекающиеся по ним, раскисшие от многодневных дождей дороги, слушает, как стучат по стеклу мокрые, голые ветви берёз, вздрагивающих под ледяными потоками, и бубнит себе потихоньку под нос что-то о "соловейке", потерявшем "свой голосочек" и никак не могущем "воспеть" во саду. Осень - что говорить.

    ЗАСТУПИН (вздохнув). М-да... (Пьёт.)
    ПАША (очнувшись). Ась?.. А, верно, верно... (Тоже вздохнув, тоже пьёт; поставив стакан, мечтательно) Вот интересно - пива нам когда-нибудь завезут?
    ЗАСТУПИН (хмыкнув). Много есть интересного. (Тосе) Антонина, как с пивом - не слышно?
    ТОСЯ (смотрясь в зеркало). И не видно. А вам лишь бы пьянствовать...
    ЗАСТУПИН. Поучи, поучи, повоспитывай. Набралась уже в общепите...
    ТОСЯ. Хоть где-то, Илья Федотыч, хоть как-то...
    ЗАСТУПИН. Понятно, тут не на ферме. И воздух чище, и потеплей...
    ТОСЯ (резко). Теплей - да! Рабочий день нормированный, по крайней мере! И вообще, за ферму Павел Савельевич отвечает, с ним и толкуйте... (Возвращается к своему отражению.)
    ПАША. О чём толковать, Тосенька, - всё естественно. Тебе ещё личную жизнь устраивать, а что на ферме? Вставай ни свет, ни заря, весь день на ногах, работа каторжная...
    ЗАСТУПИН. Экий ты сердобольный, Паша. Отец родной...
    ПАША. Почти что. Почти как отец, со старшей моей училась... Тут-то она заметнее, на виду, поклонники появились...
    ТОСЯ. "Поклонники" - вроде вас.
    ЗАСТУПИН. Слишком старые?
    ТОСЯ. Те старые, те семейные, другие в нашей дыре не водятся...
    ПАША. Просто не говори. С мужиками катастрофически: в армию заберут - и с концами. (Заступину) Ладно, Илюша, хоть ты вернулся. Не сразу правда, вернулся, но уж зато окончательно и с женой. Жена у тебя подходящая...
    ЗАСТУПИН. Это в каком же плане?
    ПАША. Ну, то есть, культурная, с образованием... (Тосе) Погоди, Антонина, даст Бог, соорудит нам его Любаша агитбригаду, тогда поездим, все женихи тогда наши будут... (Заступину) Он не обманет, этот ваш режиссёр? Возьмёт да и не приедет сегодня...
    ЗАСТУПИН. Завтра приедет. (Смотрит на часы.) Автобус бы не подвёл: по нашей грязище - разве что на амфибиях, как в десанте...
    ТОСЯ. А кто он - Любаша не говорила?
    ЗАСТУПИН. Режиссёр? Из театра какого-то. Она его еле выцарапала, он у них нарасхват, в культуре...
    ТОСЯ. Такой талантливый?
    ЗАСТУПИН. Гений. Гений, Тонечка, не иначе, - сдерёт он с нас за свои таланты именно так.
    ПАША. А про меня ты не знаешь? Мне тоже там причитается, за участие, они обещали - в правлении...
    ЗАСТУПИН. И много?
    ПАША. Да нет, полставочки, не даром же мне баян свой тягать. Инструмент всё-таки...
    ЗАСТУПИН. Куркуль ты, Паша.
    ПАША. Куркуль, кто же спорит? С моим-то кагалом... Кстати, Илюшенька, между нами, - кого вы ещё подбили на это дело? Я, ты, Антонина, ну Любка, естественно, Венька твой...
    ЗАСТУПИН. Учительница - и всё.
    ПАША. Не густо...
    ЗАСТУПИН. Сколько нашли. Тот занят, тот не годится, особенно не разгонишься... (Опять смотрит на часы.) Что-то Любовь моя загуляла, я-то его и не знаю, этого режиссёра... Некрасиво получится.

    Дверь распахивается и в кафе стремительно входит СТРУЕВ - долговязый юноша в яркой куртке, в не менее ярких брюках, в туфлях на каблуке и в шляпе. Рыжий.

    СТРУЕВ (хозяйски). Все в сборе? (Паше) Павлу Савельичу - от меня... (Подходит к столу.)
    ПАША. Здорово, Вениамин.
    ЗАСТУПИН. Явился, деятель... Шляпу-то вытряхни - в стакан мне накапаешь... А мы с Пашей не древние греки - вино водой мы не разбавляем.
    СТРУЕВ. Издеваетесь? "Передовик", называется, - нет, чтоб пример показывать молодёжи... (Он явно имеет в виду и Тосю.)
    ЗАСТУПИН. Тебе, что ли? Так ты у нас, Веничка, сам пример: и передовой, и активный где надо... (Паше) Как вам ученичёк, Павел Савельевич? Что ни месяц - на конференциях выступает, на заседаниях, со всех трибун разоряется. Мы, мол, с Илюшей Заступиным!..
    СТРУЕВ (картинно облокотившись о стойку). Да чем портвейны хлестать, лучше опытом поделиться...
    ЗАСТУПИН. Веничек, золотые слова! При входе бы их тут выбить, аршинными буквами... Только ты если опытом делиться собрался, ты бы его сперва заимел. Не вредно бы...
    СТРУЕВ (Тосе). Кроет меня и кроет - за что, спрашивается?
    ТОСЯ. Для профилактики. (Струеву) Что ты уставился, давно не виделись?..
    СТРУЕВ. Теперь ты ругаешься... (Отходит от стойки.) Странные люди: о них же думаешь, а они недовольны...
    ЗАСТУПИН. "О них", "за них", "вместо них"... Никто тебя, Веничка, не просил за других думать, "другие" и сами дееспособные.
    СТРУЕВ. Вы надумаете - каждый в свою сторону...
    ЗАСТУПИН. Надумаем - непременно! В этом-то и единство, Веня: каждый - по-своему и всё - в общий котёл. (Тосе) Антонина, чем не жених?! Рассудительный - уши вянут...
    ТОСЯ. Зануда. Да и дитё ещё, несовершеннолетнее.
    СТРУЕВ. Дядя Паша, ну что им надо?! Спасите меня от них!..
    ПАША. Конечно, спасу... (Заступину и Тосе) Чего ополчились на бедолагу? Нравится, может быть, выступать - с кем не бывает? Пусть рапортует, пусть хвастает, лишь бы на пользу делу...
    ЗАСТУПИН. "На пользу" - это когда к зиме готовятся. Когда технику ремонтируют вовремя. (Струеву) Между прочим, твоя прямая обязанность...
    СТРУЕВ. Займусь, я же сказал. Завтра же.
    ПАША. Завтра мы репетируем, вы учтите...
    СТРУЕВ. А это я ни при чём, это - вне моего сознания... (Заступину) Я сделаю - обещаю. Пока я слов на ветер не бросал...
    ЗАСТУПИН. Поменьше б ты обещал, Веня, побольше бы делал. (Смотрит в окно.) Дождю и конца не видно...
    ПАША. Ничего, дождик сейчас ко времени.
    ЗACТУПИН. Ко времени, понимаю... (Встаёт, ставит стакан на стойку.) А всё равно сырость.
    ТОСЯ. И вам тоскливо, Илья Федотыч?
    ЗАСТУПИН. И мне, Антонина, чем же я лучше?.. Ни автобуса, ни жены, пойду курить... (Идёт к выходу.)

    Дверь открывается и на пороге, складывая зонт, появляется ЛЮБА - крепкая, энергичная женщина под тридцать, пожалуй, несколько резковатая в движениях и несколько вызывающе модно одетая для села: тёмный кожаный плащ, берет, шарф через плечо, высокие сапоги в тон - словом, сплошной "модерн". За ней ПЕТРОВНА - сухонькая старушка с красными натруженными руками, в каком-то заношенном пальтеце, в платке и в резиновых сапожищах. Войдя, Петровна долго шаркает подошвами о кусок картона, валяющийся у двери, - счищает грязь.

    ЛЮБА. Они уже на местах. (Заступину) Давно вы здесь заседаете?
    ЗАСТУПИН. Порядком. Успели по вас соскучиться.
    ЛЮБА. Я чувствую. (Разгоняет запах.) Амбре - вы меня извините. Как можно такое пить...
    ПАША (из-за стола). Нам можно, Любаша, - мы не графья!
    ЛЮБА. Что крайне печально. Звонила насчёт автобуса - из района он вышел, по времени, стало быть, вот-вот...
    ПАША. Не пропущу, не волнуйтесь. Слежу - самолично...
    ЗАСТУПИН (Любе). Причепурилась, однако. Эффектна до невозможности.
    ЛЮБА. А вам бы всё дуню в платочке, Илья Федотыч...
    ЗАСТУПИН. Э, нет уж, мне вас. Или мы вам не пара - такие занюханные?
    ЛЮБА (разгоняя запах). Вот именно. (Подходит к стойке буфета.) Расстановка сил прежняя: одна никак на себя не насмотрится, другой, как обычно, дуется. (Тосе) Тосенька, оторвись, не будь эгоисткой... (Забирает у Тоси зеркало.)
    ТОСЯ. Уже и последнее заграбастала - под шумок...
    ЛЮБА. Нам надо, Тосик, нас положенье обязывает... (Поправляя причёску) Ах, до чего же она прелестна, не правда ли?
    ТОСЯ. Убийственно.
    ЗАСТУПИН. Просто неотразима. (Петровне) А ты, Петровна, тоже кого встречаешь?
    ПЕТРОВНА. Встречаю, Илюшенька. Васька мой телеграмму дал, что приедет, я с фермы и прямо сюда... Кого ж мне ещё встречать...
    ЗАСТУПИН. Так он же, вроде, в колонии... Или выпустили?
    ПЕТРОВНА. Выпустили, конечно. Наверное, выпустили... Как же бы он приехал, кабы не выпустили?
    ЗАСТУПИН. Мало ли... Вдруг да в бега подался. Срок долгий - могло надоесть.
    ПЕТРОВНА (испуганно). Что ты, что ты... Не мог он, не наговаривай...
    ЗАСТУПИН. Ну, мог, не мог - это вилами по воде... Ты у него спроси: их если освобождают, им справочки выдают.
    ПАША. Не слушай его, Петровна! Иди, садись, отдыхай... Садись, ноги-то не казённые... (Усаживает её.)
    ПЕТРОВНА (садясь). Спасибо, Пашенька, я уже...
    ПАША. Ты ж у меня главный кадр, Петровна, - нужно беречь. Весь план на тебе держится...
    ЗАСТУПИН. Ах, вот почему ты ласковый! А я-то растрогался...
    СТРУЕВ (встревая). Всё потому, что вы людям не доверяете, Илья Федотыч, - всё от этого...
    ЗАСТУПИН. И он туда же! (Струеву) Скажи, скажи, деятель, процитируй чего-нибудь...
    СТРУЕВ (с пафосом). Доверять надо - вот что. Верить в людей.
    ЗАСТУПИН. Ну-ну, дальше...
    СТРУЕВ. Может же человек оступиться, любой может...
    ЗАСТУПИН. И сколько раз?
    СТРУЕВ. Каких "раз"?
    ЗАСТУПИН. Сколько раз может? Один? два? десять?.. А если он только и делает, что оступается, тогда как? "Человек", Веня, - понятие отвлечённое, а с Васьком мы росли вместе. Почти ровесники... Я, правда, на флот ушёл после школы, на службу, а он через год - в тюрьму. За хулиганство ему впаяли два года - не успокоился, потом за грабёж - семь... (Кивнув на Петровну, тихо) Бабка, вон, извелась: ишачит на старости лет, посылочки ему шлёт, внучку ненаглядному, чтоб не оголодал на лагерной-то баланде, а он, знай, жрёт, пьёт и ворует. Или долги свои отрабатывает - из-под палки...
    ЛЮБА. Илья, не витийствуй. Ты с ним не виделся столько лет, так нельзя... (Паше) Да, Павел Савельевич, относительно вас. С бухгалтерией я уладила.
    ПАША. Пробила? (Заступину) Ну, Илья, у твоей жены и энергии - мне бы хоть половину!
    ЛЮБА. Но только не подкачайте, к нам не какой-нибудь приезжает, не завалящий...
    ПАША (приподнято). Любаша, мы - завсегда, есть стимул! Мне же иначе не оправдаться, моя мегера меня не пустит. А на зарплате, теперь-то... Теперь-то мы развернёмся! Как говорится... (Поёт) "Вдыхая розы аромат, тенистый вспоминая сад..."
    ЗАСТУПИН. Сегодня же мы его и вдохнём, Павлуша... (Поёт) "И слово нежное "люблю" я не забуду никогда!" Заходи к нам часиков в шесть с баяном.
    ПАША. Зайду. Скажу, что на репетицию, - авось, не прицепится...
    ЗАСТУПИН. Ты бы построже с ней: гаркнул бы для острастки, цыкнул, показал бы характер...
    ПАША. Какой там "характер", когда у меня их пятеро. Поздно, Илюша, поздно... Поздно "показывать".
    ЛЮБА. Он, в основном, советует, он сам-то не больно "гаркает".
    ЗАСТУПИН. Значит, не прогневили пока, не вынудили: вы с дочкой - бабы послушные...
    ЛЮБА (тихо). За "баб" ты получишь...
    ЗАСТУПИН (хмыкнув). Если возьму.
    СТРУЕВ (тыча пальцем в окно). Слушайте, а это там не автобус?! Сюда сворачивает...
    ЗАСТУПИН. Прохлопал, Пашка!
    ПЕТРОВНА (засуетившись). Любочка, подъезжает... Бежим...
    ЛЮБА. Успеем, Петровна, нам шаг шагнуть. (Всем) Вы здесь подождите, мы с ним ещё кое-какие детали обсудим - интимного свойства...
    ЗАСТУПИН. Я, кажется, "обсужу"...
    ЛЮБА. Нас этим не запугаешь! (Петровне) Пошли, Петровна, встречать любимых мужчин... (Идёт с Петровной к двери.)
    ПЕТРОВНА. Пять лет, Любаша, пять лет... Неужели приехал? (Выходит.)
    ЛЮБА (Заступину). "Я другого люблю, - умираю любя!" (Выходит.)
    ЗАСТУПИН. Вот язва! (Струеву). Веня, готовься, - есть шанс прославиться. Поставит нам этот товарищ агитбригаду, поедем мы с ней на районный смотр, выйдем на областной, а там - на республиканский, а там - на Союз, а там, глядишь, и гастроли за рубежом - показательные... Как тебе перспективка?
    СТРУЕВ. Нереально. Хотя бы на заключительную декаду попасть, мне бы хватило...
    ЗАСТУПИН. Хватило бы, говоришь? Силён ты, Вениамин, - человек исключительной личной скромности!
    СТРУЕВ. Да ну вас... (Отворачивается к Тосе.)
    ЗАСТУПИН. А ты, Антонина? Опять насупилась - и не стыдно? Ты же у нас певунья-плясунья, талантов не занимать...
    ТОСЯ. Кто их оценит - мои таланты... Не перед кем плясать.
    СТРУЕВ. Как это "не перед кем"? Передо мной! Я на полном серьёзе...
    ТОСЯ. Ты для начала армию отслужи, - мыкаться здесь два года я не намерена... И потом, ты мне разве на самый край, - не подходишь ты мне.
    СТРУЕВ. Чем же? Чем же не подхожу?!
    ТОСЯ. Тем самым. Праведников я не люблю.
    СТРУЕВ. Почему?
    ТОСЯ. А с ними всё наперёд известно: когда осудят, что изрекут, как поступят... Всю жизнь бы мне расписал.
    СТРУЕВ. Если б и расписал... Для тебя же - всё для тебя! Жила бы как у Христа за пазухой!..
    ТОСЯ (тихо и зло). А я не хочу "за пазухой". "За пазухой" мне дышать нечем...
    СТРУЕВ. Потом пожалеешь - когда вернусь. Все пожалеете. Побегаете за мной...
    ПАША. Эх, Венька, резвился б, пока свободный. Живёшь, как хочешь, не попрекает тебя никто, не третирует... А ты - в хомут.
    ЗАСТУПИН (Тосе). Ещё один. Паша Балазов - учитель жизни.
    ТОСЯ. Все вы - "учителя". Учителей много, а жизни нет. (Кивнув на дверь) Они, по-моему...

    Слева, у остановки, натужное фырканье мотора, голоса, смех, восклицания. На приступочку перед входом в кафе поднимаются ЛЮБА и ШУМИЛОВ - бородатый "молодой человек" сильно за сорок, экипированный соответственно погоде и дальности путешествия: куртка с меховым капюшоном, перчатки, полуспортивная сумка, аккуратно заправленные в сапожки джинсы. Поднявшись, Шумилов несколько раз приседает - видимо, разминаясь. Люба складывает свой зонт.

    ШУМИЛОВ. К вам добираться, однако, - коленки аж занемели...
    ЛЮБА. Это из-за погоды. (Продолжая тему) Жить вам лучше всего у нас, питаться тоже. Чтобы не тратиться понапрасну...
    ШУМИЛОВ. Ну, если вы приглашаете, Любочка, и если у вас согласовано... (Круто меняя тон) Признаться, не ожидал: в таком захолустье - такая женщина... Феерия!
    ЛЮБА. Для захолустья - конечно.
    ШУМИЛОВ. Нет, нет, вы и так, сама по себе... (Толкает дверь.) Прошу вас...
    ЛЮБА. Спасибо, я здесь отвыкла... (Входит в кафе, громко) Всем внимание! (На Шумилова) Шумилов Вадим Анатольевич - режиссёр, сценарист и наш гость. Будем его любить.
    ШУМИЛОВ (скидывая капюшон). На что я очень рассчитываю. А это всё - будущие участники? Знакомьте... (Снимает перчатки.)
    ЛЮБА (на Пашу). Балазов Паша. Или Павел Савельевич. Аккомпаниатор.
    ШУМИЛОВ. Чудесно! (Паше) Была бы музыка - остальное приложится...
    ПАША (польщённый). Музыку гарантирую. Изобразим всё, что нужно...
    ЛЮБА. Следующий - Вениамин. Веня. Его, правда, в армию забирают, в мае, но мы заменим...
    ШУМИЛОВ. Жаль. Парень фактурный, мне бы он позарез... Но, в принципе, ничего, вы успеете. Выступите, лауреатами станете - меняйте, сколько душе угодно...
    ЗАСТУПИН. Непременно лауреатами?
    ШУМИЛОВ. Да уж придётся - я на меньшее не согласен.
    ТОСЯ. А можно узнать, вы много агитбригад поставили?
    ШУМИЛОВ. Вообще-то я не считал, но штук тридцать.
    ТОСЯ. И все - лауреаты?
    ШУМИЛОВ. Пока, вроде, все. Вы тоже участница?
    ЛЮБА. Причём какая! Она у нас и солистка, и прима-балерина...
    ШУМИЛОВ. И общая симпатия, вероятно?
    ТОСЯ (дерзко взглянув в глаза Шумилову). Вы скажете...
    ШУМИЛОВ (усмехнувшись). Мне только что и осталось, что говорить... (Заступину) А вы кто, простите?
    ЗАСТУПИН. Я-то? Крестьянин. Заступин Илья Федотович - уроженец и постоянный житель. Словом, абориген.
    ЛЮБА. И муж мой - по совместительству.
    ШУМИЛОВ. Муж? Ну, это вам подфартило, Илья Федотыч, с супругой...
    ЗАСТУПИН. Что есть, то есть. Каждому по заслугам.
    ЛЮБА. Тактичен ты - дальше некуда. (Шумилову) Одной ещё не хватает, учительницы, она к нам вечером подойдёт.
    ШУМИЛОВ. Состав, значит, три на три? Уже кое-что... Материалы вы мне собрали?
    ЛЮБА. Всё - как велели. Цифры, факты, - вы только работайте...
    ШУМИЛОВ. Тогда управимся, недельки за полторы. У меня пауза в театре - отпросился на постановку... Полторы, максимум - две, не больше. Куда мы сейчас?
    ЛЮБА. Наверное, к нам? Вы, очевидно, устали с дороги...
    ШУМИЛОВ. Нисколько, Любочка. Бодр и свеж! Ведите, куда хотите.
    ЗАСТУПИН. Любочка, пошевеливайтесь. Организуйте мероприятие. (Паше) Гармошку-то не забудь, Павлуша. Искусство - в массы!
    ПАША. Баян, не "гармошка". Соображал бы...
    ЛЮБА (Тосе). Антонина, ты подходи, как освободишься...
    ТОСЯ. Я мигом. Выручку уберу - и за вами.
    ЛЮБА (Шумилову). Берите меня под ручку, Вадим Анатольевич, уже темнеет. А то увязнете где-нибудь, заблукаете...
    ШУМИЛОВ (Заступину). Муж не против?
    ЗАСТУПИН. Муж если против, он объяснит. Действием.
    ШУМИЛОВ. Стало быть, нет? (Любе) Вашу руку, сударыня!..
    ЛЮБА. Только не на меня смотрите, а под ноги. Сверзитесь, неровён час... (Выходит с Шумиловым из кафе.)
    ПАША. Бойко он с ней, Илюша... Не уведёт?
    ЗАСТУПИН. И уведёт, так недалеко. Поля вокруг - местность непроходимая... Паша, я не прощаюсь.
    ПАША. Ладно, попробуем улизнуть... (Выходит.)
    ЗАСТУПИН. Вениамин, не засиживайся...
    СТРУЕВ. Идите, идите, мы вас догоним...

    Заступин идёт к выходу и в дверях сталкивается с входящими в кафе ВАСЬКОМ и ПЕТРОВНОЙ. ВАСЁК - жилистый, хмурый парень с рюкзаком в руках и со следами былого великолепия в одежде: обтрёпанный замшевый пиджачок, вельветовые брючки в обтяжку, кожаная кепчонка на лоб.

    ЗАСТУПИН. А, Васятка... С приездом.
    ВАСЁК. Тебе того же. (Петровне) Везёт мне, старая, - на порог ещё не ступил - уже встретил... (Замечает за стойкой Тосю.)
    ПЕТРОВНА (прижавшись к Ваську). Васенька... Василёчек... Вернулся...
    ВАСЁК (Заступину). А ты постарел. Вкалываешь, поди, выкладываешься, крайний, как и всегда...
    ЗАСТУПИН. Да нет, Вась, "крайние" - это которые по карманам шмонают.
    ВАСЁК (быстро взглянув на него, Петровне). Обслюнявила ты меня - вроде я леденец... (Вытирает щёку.) Петушок на палочке...
    ПЕТРОВНА. Приехал... Приехал, родненький...
    ВАСЁК. Ну всё, раскудахталась... Может, я попрощаться приехал.
    ПЕТРОВНА. Как, Вася? Как "попрощаться"?..

    Тося, считая деньги, краем глаза поглядывает на Васька.

    ВАСЁК (отвечая ей тем же). На Север хочу махнуть, подальше от этой цивилизации. А то "Колыма", "Колыма", а я там и не был ни разу...
    ЗАСТУПИН. Съезди - тебе полезно. Страну наконец посмотришь.
    ВАСЁК. Ах, да, ты же на сейнерах там плавал поблизости, кильку-тюльку вылавливал...
    ЗАСТУПИН. "Плавает" знаешь что?
    ВАСЁК. Ну, или "ходил", - как у вас?.. (С издёвкой) "Плюнь на грудь - жить без моря не могу!" А что же ты в город потом сбежал - от морей-океанов? Укачивать стало?
    ЗАСТУПИН. Я не сбежал, Вася, - бегать не по моей части. Не от чего мне бегать.
    ВАСЁК. Да ну?.. (Внимательно смотрит на Тосю.)
    ПETPOBHA. Васька, не придирайся... (Тихо) У него тогда мать в больницу легла, в городе, - он же из-за неё... (Вздохнув, Заступину) Лечили, лечили, и залечили, упокой Господи её душу...
    ЗАСТУПИН. Не всё, Петровна, излечивается. (Ваську) Ты сам-то сейчас откуда - из города или так?.. Через заборчик - да кашурями?
    ВАСЁК. Проверяешь, законник? Документиками интересуешься? (Достаёт из кармана бумагу.) На, убедись! Скостили мне полтора года! "Ударный труд", "примерное поведение" - и "с вещами на выход"...
    ЗАСТУПИН. "Ударный" - ты молодцом. Там ведь работать надо, на Колыме...
    ВАСЁК (пряча справку в карман). Это я без тебя решу - что мне надо. Думал - у бабки хоть за душу хапать некому, ан нет! Кругом контролёры... (Подходит к стойке.) Ишь ты, какая у нас пичужка, впервые вижу. (Тосе) Накапай-ка мне грамм двести покрепче...
    ПЕТРОВНА. Это же Тоська Самарина. Ты же её девчонкой на мотоцикле катал... Когда приезжал, помнишь?
    ВАСЁК (Тосе). Катал, натурально?.. Понравилось?
    ТОСЯ. Очень понравилось. (Наливает ему.) Чуть не убились.
    ВАСЁК. На нас похоже. (Берёт стакан, пьёт, поглядывая на Тосю.)
    ЗАСТУПИН (в дверях). Антонина, ты не опаздывай...
    СТРУЕВ (с вызовом). Не опоздает - я провожу.
    ЗАСТУПИН (Ваську). Вы только не обижайте друг друга - всё-таки земляки...
    ВАСЁК. Младенцев не трогаю. (Петровне) Ступай ты, наверное. Я на полчасика задержусь... (Суёт ей рюкзак.)
    ПЕТРОВНА. Дома бы лучше пил, Василёк, я же купила...
    ВАСЁК. Дома - само собой. Ступай, на стол накрывай, не напьюсь я за полчаса...
    ПЕТРОВНА. Васечка, не дури, ну будь ласков...
    ВАСЁК (выпроваживая её). Буду, буду... (Заступину) Шагайте, Илья Федотыч, - мы нынче добрые...
    ЗАСТУПИН. Вопрос, для кого добро. Идёшь, Петровна?
    ПЕТРОВНА. Иду, не бранись. (Ваську) Не пей, Василёчек, повремени, есть же всё... (Выходит, унося рюкзак Васька.)

    Заступин, покосившись на подбоченившегося у стойки Струева, хмыкает и выходит следом. Васёк поворачивается к Струеву.

    ВАСЁК. Чего ожидаешь, рыжий? Приклеился?
    СТРУЕВ (дерзко). Не ваше дело! (Тут же) Антонину я ожидаю. Тосю.
    ВАСЁК. Серьёзно? Не ожидай больше - к ней дядя приехал.
    СТРУЕВ. Какой "дядя"?
    ВАСЁК. Дядя Вася. Не понял? (Тосе) Тосенька, он, вероятно, рост свой измерить хочет - в длину, ты ему объясни...
    СТРУЕВ (заикаясь от гнева). А ну... Ну-ка, ты...
    ВАСЁК (не поворачиваясь). Он выпросит - шляпу помну...
    ТОСЯ. Слушай, Веня, не провожай меня, дорогу я знаю...
    СТРУЕВ. Ты с этим?!
    ТОСЯ. Веничка, мы рассоримся. Приду я, куда я денусь. Прилип, как репей...
    CTPУEB. Ты обещала, смотри... (В спину Ваську) А дядю предупреждаю - в последний раз. Вот... (Гордо поправив шляпу, выходит.)
    ВАСЁК. И этот предупреждает, и он... (Остекленевшим взглядом смотрит мимо Тоси в окно.)
    ТОСЯ (обернувшись, но ничего существенного не обнаружив, Ваську). Что с вами?
    ВАСЁК (рассеянно). А?.. (С трудом переводит взгляд на неё.) Ничего. Ничего, говорю, хорошего. Налей мне.
    ТОСЯ. Но вы же пили сейчас...
    ВАСЁК. Э, Тосик, когда это было... Налей, мне допинг необходим.
    ТОСЯ. Зачем?
    ВАСЁК. Чтобы совсем уж не поплохело. (Щёлкает пальцами - и в руке у него оказывается железный рубль.) И весь фокус: не было, а теперь есть. Наливай.
    ТОСЯ. Пожалуйста... (Наливает.)
    ВАСЁК. Хитрые железяки: то гробишься из-за них, жизнью рискуешь, то все - в один вечер... (Приставляет рубль к глазу.) Загадочный парадокс: ты меня видишь, а я тебя - нет.
    ТОСЯ (подняв глаза, вздрагивает) Ой! Фу, напугали... Ослеп, думаю.
    ВАСЁК. Не ослеп, так ослепну. (С размаху кладёт рубль ей в руку, прижимает своей.) Красива ты нынче стала - прям стюардесса...
    ТОСЯ. Кого она тут волнует, моя красота...
    ВАСЁК. Меня волнует. Вибрирую - каждым нервом...
    ТОСЯ. Вы - временно. Недельку побудете и умчите.
    ВАСЁК. Умчу - это верно, - что ж мне у вас ловить? Деревня...
    ТОСЯ. Сами-то вы откуда... (Осторожно вынимает свою руку.) Вы пейте, пейте...
    ВАСЁК. Сами-то мы из мест не столь отдалённых. И не надо на "вы", это пускай Илюшка солидного из себя корчит... (Берёт стакан.) Эх, Тосик, не угадал я тебя в своё время, не застолбил на будущее... Закрутили бы мы с тобой!.. (Пьёт залпом.)
    ТОСЯ. Боишься - поздно?
    ВАСЁК. Что поздно - закручивать? А ты, я чувствую, не боишься?
    ТОСЯ (убирая стакан). Боюсь, почему же... (Вытаскивает из-под стойки резиновые сапоги, снимает халат, переобувается, продолжая вполголоса) Вот здесь я боюсь просидеть - за стойкой этой задрипанной, вот этого я боюсь. Боюсь, Василёк, - до ужаса... (Выпрямляется.) А любви - нет. Нет - какой бы она ни была... (Кладёт туфли в сумку.) Выходи, я кафе закрою...
    ВАСЁК. Да ты с характером...
    ТОСЯ. С детства такая. Мог бы заметить, когда мы на мотоцикле через канавы с тобой летали.
    ВАСЁК. Теперь заметил. Ну, проморгал, извини. Ходил я тогда с одной...
    ТОСЯ. С одной? Я думала - с несколькими... (Выпускает Васька, щелкает выключателем, выходит из кафе.)
    ВАСЁК (на приступке). Куда направляемся? К Илюшке?
    ТОСЯ (запирая дверь). Да, надо зайти, - первый сбор, то, сё... Мы тут агитбригаду организуем...
    ВАСЁК. Агитаторы - сплошь и рядом. Позвольте... (Плотно берёт Тосю под руку.) А потом, после? (Спускается с ней на улицу.)

    УЛИЦА. В серых, промозглых сумерках - мутные пятна окон, штакетники, столбы с болтающимися на них, довольно редкими лампочками. Хлюпая по грязи, Васёк и Тося продолжают свой многообещающий диалог.

    ТОСЯ. Потом - домой, спать. К маме, папе...
    ВАСЁК. А если не так, например, - не домой? Скажем, я подойду попозже - да и ко мне? А? Время есть...
    ТОСЯ. И с какой целью?
    ВАСЁК. Сразу тебе и цель... Может, мне одиноко, может, обидно. Возможно такое?
    ТОСЯ. А бабка твоя? Чем не компания?
    ВАСЁК. Она на ферму уйдёт. Уйдёт - и до ночи...
    ТОСЯ. Это выходит: я, ты - и всё? Вдвоём?..
    ВАСЁК. Вдвоём - как тогда. (Наклоняется к ней) Как тогда, Тось...
    ТОСЯ. Как тогда?.. (Долго смотрит в глаза Ваську.) Ох, Василёк, Василёк. Красивый на вид цветочек, а ведь сорняк...
    ВАСЁК. И ты меня заклеймила... Да обличать вы горазды - знаю; презирать, на улице отворачиваться при встрече... Знаю, я хлебанул. И "хулиган", и "бандюга", и "уголовник", слов-то понапридумали... (Распаляясь) Лишь бы "правопорядок", лишь бы законы все соблюсти, до человека вам дела нет! "Нарушил" - значит, хватай, вяжи, трави до последнего! И на нары его, на нары!.. А почему нарушил? Чем нарушение это вызвано - какими причинами? Как к нарушению-то пришёл?!.. Факты вам подавай, факты: где взял, кому передал, что сказал, кого звезданул... И чтобы статью - под каждый; чтобы определить по этим статьям... Вам кодексы, вам формальности, а у меня тут вся жизнь наперекосяк, вся жизнь!..
    ТОСЯ. Ну, кто ж тебе виноват? Сам, видимо...
    ВАСЁК. В чём виноват, Тосик? Видала б ты моего папаньку: как он меня в первом классе о стеночку головой шваркнул. Бабка отвоевала, а то б он и до смерти...
    ТОСЯ. За что ж так?
    ВАСЁК. За апельсины. Он их привёз кому-то - кулёк, в буфет спрятал, а я нашёл да и съел.
    ТОСЯ. Все?
    ВАСЁК. Почти. С Илюшкой я поделился - он же тут верховодил тогда. Я их до этого и не пробовал, апельсины, только что на картинках, ну а пахан мой как раз поддатый... Он и с моста потом навернулся спьяну - укушался до зелёных соплей...
    ТОСЯ. С моста?
    ВАСЁК. Ага. Вместе с грузовичком. Вытащили через неделю, а его уже раки всего объели...
    ТОСЯ. А мать?
    ВАСЁК. Мать в город уехала. Обещала с собой забрать, как устроится, да так и не забрала, так и спилась там, втихую. Родитель-то и её приучил прикладываться... Бабка, когда хоронила, - чёрная, говорит, вся - от водки: кожа да кости... (Усмехнувшись) Такие-то мелодрамы, Тосик... А мне первый срок навесили? Всё по тому же - по дурочке, даже стыдно... Кутнуть решил перед армией, на просторе, - в городе-то оно свободней: ни тебя там никто не знает, ни ты никого... Ну и кутнул... Вывели меня среди бела дня из какой-то пивнушки: двое - за руки, а третий мне ножик к горлу. Острый такой, из ручки выскакивает... Обчистили, ободрали, как липку, в морду сунули напоследок - вместо "спасибо", и - в разные стороны... Бутылку одну оставили - на развод. "Мы дрянь, говорят, не пьём"... Стою я - дурак дураком: сам почти "на бровях", ни в милицию не поплачешься, ни билета нет на автобус... Короче, принял я то, что осталось, единым духом - и понеслось! Очнулся - аллея какая-то в парке культуры и отдыха, толпа вокруг, крик, визг, я кого-то метелю, меня чья-то краля по уху сумкой лупит, а сзади уже наседают - двое в погонах... Так и прижучили.

    В конце улицы за калиткой показывается КРЫЛЬЦО ДОМА ЗАСТУПИНЫХ: три ступеньки, навес, резные перильца. У крыльца корявое, низкорослое дерево - то ли яблоня, то ли вишня; за ней, во дворе справа - стена сарая; в глубине - чёрные борозды огорода, уходящего к низкому, еле видному берегу заросшей камышами речушки.
    На крыльце, накинув на свой вечерний костюм кофту и попыхивая сигареткой, стоит ЛЮБА.

    ВАСЁК. Урок мне преподнесли - на всю жизнь.
    ТОСЯ. И в чём же он заключался?
    ВАСЁК. В правилах поведения. (Не доходя до калитки, останавливается.) Во-первых, не жди, пока тебе ножик к горлу приставят, - бей первым; во-вторых, не надейся на справедливость - делай свои дела сам и с умом; и в-третьих, хочешь быть независимым - живи в одиночку да следи повнимательней, чтоб было к чему прислониться...
    ТОСЯ. Это зачем же?
    ВАСЁК. Затем, что они обычно исподтишка бьют, в спину, дружки закадычные... (Тосе) Значит, договорились? А то на родину, можно сказать, вернулся - и никого. Даже и посидеть не с кем...
    ТОСЯ. Подумаю, Василёк, я подумаю...
    ВАСЁК. Тогда, как бабка уходит - я тут же сюда...
    ТОСЯ. Только ты будешь меня вызывать - скажи, что Петровна...
    ВАСЁК (окрысившись). Неудобно со мной?
    ТОСЯ. А что ж, удобно? Потом я ещё не решила - дай мне в себя прийти...
    ВАСЁК. Стоит ли? Придёшь ты в себя, а дальше? Опять за стойку?.. Мотай-ка ты лучше со мной: на Курилы, на Север, - куда быстрей...
    ТОСЯ. Сказала - подумаю.
    ВАСЁК. А я покуда бабулю свою потешу - потом-то, может, не доведётся... Ты жди. (Скользнув вдоль забора, скрывается.)

    Тося подходит к калитке.

    ЛЮБА. Кто там?.. Ты, Антонина?
    ТОСЯ (входя во двор). Опять дымишь? И опять от мужа тайком... (Поднимается на крыльцо.) Дай затянуться.
    ЛЮБА. Тебе-то на что?
    ТОСЯ. Пробовать - так уж всё. (Берёт сигарету, затягивается, покашливая, выпускает дым.) Нет, ничего... Терпимо...
    ЛЮБА. Брось, тошнить будет... (Забирает у неё сигарету.) Напробуешься ещё - надоест.
    ТОСЯ. Это смотря чего я напробуюсь. Алёна здесь?
    ЛЮБА. Все здесь, кроме тебя. Веничка сильно нервничает.
    ТОСЯ. Вот пентюх... (Открывает дверь.)

    Навстречу Тосе на крыльцо выходит ШУМИЛОВ.

    ШУМИЛОВ. Тосечка, наконец! Вы же у нас "лицо коллектива"...
    ТОСЯ (сухо). Не с лица воду пить. (Идёт в дом.)
    ШУМИЛОВ (пропуская Тосю). Они не в духе... (Любе) Супруг ваш совсем куда-то запропастился.
    ЛЮБА (не без яда). А он вам нужен?
    ШУМИЛОВ. Пожалуй что нет. Мы лучше с вами, меня это больше греет.
    ЛЮБА. Если вы об оплате, то обговорено. Заключим договорчик - на той неделе получите.
    ШУМИЛОВ (укоризненно). Любочка, есть же другие темы... Договорчик - дело десятое, вы бы мне о себе рассказали. Откуда вы, как живёте, чем вы тут занимаетесь...
    ЛЮБА. То есть, проблемы? Я записала, Вадим Анатольевич, - и главные, и второстепенные. На подоконнике, в комнате...
    ШУМИЛОВ. Любочка, пощадите! Меня не проблемы, меня вы сами интересуете... Вы ведь не здешняя?
    ЛЮБА. Всё-то вы замечаете.
    ШУМИЛОВ. Профессия помогает, плюс опыт, - катаюсь довольно много. Весь Север исколесил - от Питера до Певека, да пол-Сибири, да Волга с Доном, до Урала - вдоль-поперёк... Едешь - и каждый раз кажется, что уж на новом месте - там все по-новому...
    ЛЮБА. А что оказывается?
    ШУМИЛОВ. Да то же, в принципе. Проблемы-то сходные, оттенки разве, окраска...
    ЛЮБА. Вот и Заступин мой - путешественник. Как отпуск - то в горы, то в прошлом году плоты сплавлять подрядился. В конце октября, выбрал время...
    ШУМИЛОВ. Не одобряете?
    ЛЮБА. Нет, почему же, по-всякому путешествуют... В Париже вам никогда не случалось?
    ШУМИЛОВ. В Париже? Это каким же образом? В Париже агитбригад не ставят.
    ЛЮБА. А я была. И в Риме была, и в Лондоне. (Вдохновенно) На теплоходе - круизом вокруг Европы - в каюте первого класса... Целый месяц - как баронесса, вот так я согласна! Накладно, конечно, но пережили... (Тушит сигарету о перила.)
    ШУМИЛОВ. Балует вас ваш Заступин...
    ЛЮБА. Задабривает. Он в городе автослесарем поступил, на станцию техобслуживания, - зарплата вполне приличная...
    ШУМИЛОВ. Я представляю. Жена у меня машину водила - наслышан.
    ЛЮБА. Так нет, приспичило! Отец, говорит, не вечный... Я, говорит, им нужен... Думала, замуж выйду после училища - хоть в городе поживу...
    ШУМИЛОВ. Ну да, из деревни - в город, из района - в центр, из центра в столицу... А там в будний день в метро не протиснешься.
    ЛЮБА. Зато без хозяйства без этого: зашёл в магазин и купил...
    ШУМИЛОВ. Прежде, чем покупать, Любочка, кто-то все это произвести должен. Вы сами же из села...
    ЛЮБА. Да разве у нас такое село?! Трасса посередине, асфальт, электричка туда-сюда... Потом кинотеатр огромный, дворец культуры, - и жизнь другая, и люди... А здесь клуб один, не отапливаемый, да один к нему культработник - я. (Выбрасывает сигарету.)

    Из-за сарая показывается ЗАСТУПИН с лопатой.

    ЗАСТУПИН (Любе). Опять ты жалуешься... Упорная женщина: тут, вон, простор какой, а ей бы всё в очередь затесаться...
    ЛЮБА. В компании веселей, Илюша...
    ШУМИЛОВ. Не нападайте-ка на мою помощницу, Илья Федотыч. Тем паче, она права: из Парижа и к вам - это, знаете ли, контраст... (Любе) Трясёшься иной раз в поезде: хуторки везде, деревеньки... Такие уж есть заброшенные, такие уж беззащитные - сердце сжимается...
    ЗАСТУПИН (пряча лопату в сарай). Жалестная картинка. (Захлопывает дверцу.) Из окошка - особенно.
    ШУМИЛОВ. Однажды, Илья Федотыч, на чёрных землях, на самолётике я летел, на "кукурузнике"... Мотор у нас выключился, пришлось садиться...
    ЛЮБА. Разбились?
    ШУМИЛОВ. Нет, повезло, спланировали. Удачно плюхнулись - на стадо овец. Брызнули из-под крыльев, как тараканы... Сели мы прочно, сидели долго, и я там, в степи, с девицей одной познакомился, лет восьми.
    ЛЮБА. Вроде нашей. И что же она там делала?
    ШУМИЛОВ. Овечек пасла с отцом. Пастушка. Знаете, что она у меня спросила? Как мы в таком маленьком самолётике уместились!.. Зачем, для чего самолёты - она слыхала, и в небе их видела, а вот вблизи - никогда. Водил, показывал, - она в полном восторге... (Заступину) Теперь сравните, Илья Федотыч...
    ЗАСТУПИН. Что с чем?
    ШУМИЛОВ. Возможности, разумеется.
    ЗАСТУПИН. Чего ж их сравнивать - в городе больше. От изобилия и теряются, между прочим. Выбрать-то всё равно надо: выбрать что-то одно... Пастушка ваша хоть удивляться не разучилась.
    ШУМИЛОВ. Короче, вернёмся к патриархальным нравам?
    ЗАСТУПИН. Вернитесь - если найдёте. В конце надо сравнивать, не в начале. От человека ещё зависит, кто он, не только от обстоятельств... Может, за стол мы перебазируемся?
    ЛЮБА. Давно бы сообразили. Дама у них озябла, а они дискутируют...
    ШУМИЛОВ. Любочка, мы невежи! Спорить - в вашем присутствии!.. (Открывает перед ней дверь.)
    ЗАСТУПИН. Иди, "дама", - тебя приглашают.
    ЛЮБА. Я ведь пойду, Илюша, - приглашают не каждый день... (Входит.)

    Шумилов спешит за Любой. Заступин, оставив грязные сапоги на крыльце, идёт через прихожую следом - в комнату.

    КОМНАТА В ДОМЕ ЗАСТУПИНЫХ. За накрытым столом, переговариваясь в ожидании гостей, сидят: во главе стола - ОТЕЦ ЗАСТУПИНА - товарищ весьма внушительных габаритов, ПАША с баяном возле стула, и ЛИПКИНА - чуть полноватая, стесняющаяся своей полноты девушка в свитере с деревянной цепью. Слева, у завешенной двери в соседнюю комнату, - возмущающийся беззвучно СТРУЕВ и ТОСЯ; справа - дверь в прихожую. В глубине комнаты - два окна, чёрные силуэты веток за ними, бесконечно скатывающиеся по стёклам капли. Между окнами, над веером самых разнообразных снимков, фотопортрет ласково и печально смотрящей женщины - матери Заступина.

    Люба, войдя, окидывает хозяйским взглядом стол.

    ЛЮБА. Вениамин, хватит тебе нашёптывать. Рассаживайтесь... Вы вот сюда, Вадим Анатольевич, к нашей Алёне Витальевне... (Усаживает Шумилова в середину стола.) Кстати, и познакомитесь, - что ж вы шапочно...
    ШУМИЛОВ (садясь, Липкиной). Блок сельской интеллигенции...
    ЛИПКИНА (краснея). Я не сельская, я по распределению...
    ЛЮБА. И Тосеньку вам с другой стороны - для комплекта... Антонина, садитесь вы, не маячьте... (Усаживает Тосю рядом с Шумиловым, сдерживая пытающегося втиснуться между ними Струева) Только так: мальчик - девочка, мальчик - девочка...
    СТРУЕВ (оскорблённо). А я опять с краю. (Садится рядом с Тосей.)
    ЗАСТУПИН (садясь спиной к двери в прихожую). Зато ты рядом со мной, со своим бригадиром... Всегда поддержу.
    СТРУЕВ. Очень мне интересно...
    ШУМИЛОВ. Любочка, вы-то сами не прячьтесь, дайте я вас разгляжу как следует...
    ЛЮБА. Глядите, только издалека, - у меня муж строгий. (Садится между Заступиным и Струевым, Отцу) Федот Макарыч, скажите нам что-нибудь...
    ОТЕЦ. Налейте сперва.
    ПАША (хватая бутылку). Вот, Макарыч, вот оно - слово! Дождался! (Наливает всем.)
    ЛИПКИНА. Мне водки не надо...
    ЗАСТУПИН (наливая вина). Алёне Витальевне персонально. Всё же единственную дочурку воспитывает...
    ШУМИЛОВ. У вас первоклассница? Моей поменьше.
    ЛЮБА. Поздновато вы собрались. Давайте я положу вам...
    ШУМИЛОВ (передавая тарелку). По случаю, Любочка, - мне лучше б их не иметь. Дети - предприятие слишком рискованное...
    ЗАСТУПИН. В смысле ответственности?
    ШУМИЛОВ. Во всех смыслах. (Забирает тарелку.) Слишком уж много не от нас зависит; бывает, что всё... А не выпить ли нам?
    ПАША (с рюмкой). Макарыч, толкай речугу, в горле першит...
    ОТЕЦ. Толкают, Пашенька, тачки. Посадят тебя - узнаешь.
    ПАША. С чего вдруг меня посадят?
    ОТЕЦ. Не вдруг, а по совокупности. Кто с фермы тянет - не ты? Причем регулярно...
    ЗАСТУПИН. Потом, батя. Не порти первое впечатление. Человек нас воспеть приехал, а ты критикуешь...
    ОТЕЦ. Воспеть? Тогда - за новое начинание. За почин. (Пьёт.)

    Все в разной степени воодушевлённо следуют примеру Отца.

    ШУМИЛОВ (выпив). Благословенье получено, дело теперь за нами... Вам что положить, Тосенька?
    СТРУЕВ (выхватывая у Тоси тарелку). Я поухаживаю, мерси. Грибков, Тосик?.. (Накидывает в тарелку закуски.) Сейчас мы тебя накормим...
    ТОСЯ. Веня, ты зря усердствуешь...
    СТРУЕВ (продолжая метать закуски) Можешь не есть, а это - моя обязанность... (Ставит загруженную тарелку перед Тосей.) Нате.
    ШУМИЛОВ. Кто же в таких делах по обязанности... А вам, Алёнушка?.. Позволите неофициально?
    ЛИПКИНА. Не знаю, вообще-то я педагог...
    ШУМИЛОВ. Вы им и оставайтесь - в школе. А на репетиции, для меня, вы - Алёнушка. Вы же и вправду Алёнушка, вам только косы по пояс не достаёт... И вы горожанка?
    ЛИПКИНА. Да, коренная. Я б и сейчас жила, если бы не сослали. В самом центре, трёхкомнатная квартира, проспект... (Со слезами) Высокие потолки...
    ШУМИЛОВ. Вы разве не сталкивались, студенткой? Семестры там, трудовые, отряды...
    ЛИПКИНА. Семестры - совсем не то, не три года!.. Это отец настоял: он у меня военный - привык солдат своих муштровать; меня он теми же методами. "Закалка" ему, "полевые условия", "преодоление трудностей"... А я не солдат, я женщина, мне нельзя!
    ШУМИЛОВ. Никак не привыкнете?
    ЛИПКИНА. Я никогда не привыкну. Я тут с ума спячу...
    ШУМИЛОВ. Ну-ну, Алёнушка, это кажется. Потом вспоминать ещё будете - как лучшие годы.
    ЛИПКИНА. Скорей бы... Скорей бы "потом"...
    ТОСЯ. Витальевна, не журись! Нас только принарядить да на сцену выпустить - мужики как мухи на мёд слетятся!
    ЛИПКИНА. Ты всё о "мужиках". Нужны они мне...
    ШУМИЛОВ. "Они" - то есть мы?
    ЛИПКИНА. Нет, вас я не причисляю, вы вообще из другого мира...
    ШУМИЛОВ. Мир-то один, Алёнушка, среда обитания разная.
    ОТЕЦ (поднимая рюмку). Ну, время и по второй?
    ПАША (живо). Нам приказали - мы выполняем! (Наливает) Илюша...
    ЗАСТУПИН (Струеву). Не пыжься, ты же не на трибуне. Какой суровый...
    СТРУЕВ. Есть основания.
    ЗАСТУПИН. Тоська? Брось, Веня, - у них девичник: что квартирантка её, что она...
    ОТЕЦ (Заступину). Теперь ты, Илья, - ты же хозяин.
    ЗАСТУПИН. Все мы хозяева, кто в чём... (Встаёт с рюмкой.) На флоте я мотористом служил, на атомоходе...
    ШУМИЛОВ. Начало эпическое. "Атомоход" это подводная лодка?
    ЗАСТУПИН. Да, под водой, как правило. По полгода и больше...
    ШУМИЛОВ. "Автономное плаванье"?
    ЗАСТУПИН. И плаванье, и на грунте... На море служишь, а моря в глаза не видишь - чувствуешь только...
    ШУМИЛОВ Так вы, поди, на своей посудине весь земной шар исходили?
    ЗАСТУПИН. Бывали и "кругосветки". Хоть нам-то, впрочем, что в лоб, что по лбу: у нас там ни дня, ни ночи. Вахта - сон, сон - вахта... Оно и не сложно, работа однообразная, однако выматывает. По мне уж пускай по двадцать часов, как в уборочную, но на просторе...
    ЛЮБА. Закончил, Илюша? (Всем) Вы пейте - его опять повело...
    ПАША. Можно? (Пьёт.)
    ЗАСТУПИН. Можно, всё можно... За встречу. (Пьёт.) Я, собственно, не к тому это вспомнил, про службу. Просто раньше я как-то не ощущал: земля, скажем, воздух, или, вон, дождь накрапывает... А вот представить, что ничего этого нет? Ничего - как в нашей коробке: ни воздуха, ни дождя?.. Нет - исчезло.
    ШУМИЛОВ. Очередной апокалипсис?
    ЗАСТУПИН. Вряд ли очередной.
    ШУМИЛОВ. Совсем вы нас застращали. Конечно, не дай Господь, но, в конце-то концов, выживет кто-нибудь...
    ЗАСТУПИН. Кто-нибудь, что-нибудь... Выживание не жизнь - можете мне поверить.
    ШУМИЛОВ. Вы извините, Илья Федотыч, вам сколько годочков? За тридцать, если не ошибаюсь?
    ЗАСТУПИН. Тридцать пять.
    ШУМИЛОВ. А нам за сорок. И войну мы в Питере встретили, невинным дитятей. Я ленинградец, видите ли, причём из сугубо, как говорят, рафинированных: родители - музыканты, дядька - директор театра... Так вот в блокаду, в первую зиму, я у своей матушки всю косметику съел: все эти кремы, помады... И клейстер весь соскребли, с обоев... Но выжили, выжили им назло, до эвакуации дотянули! (Отцу) Учёные мы насчёт выживания - верно, Федот Макарыч?
    ОТЕЦ. Выпьем - тогда потолкуем. (Наливает Шумилову.)
    ТОСЯ (Отцу). И мне плесните.
    ЛЮБА. Тоська, напьёшься...
    ТОСЯ. Плевать, надоело... (Липкиной на Шумилова) Не куксись, подружка, - такой ухажёр под боком!
    ЛИПКИНА. Антонина, не пори чушь.
    ТОСЯ. Женат, что ли? Это нам не помеха: жена далеко, отобьём, заманим, возьмём на час и забудем отдать... (Шумилову) Сопротивляться не будете?
    ШУМИЛОВ. Вам?! Нет, я, конечно, конченый человек, но не настолько... (Отцу) Давайте за то, чтобы всё это было: и хлеб, и земля, и мы с вами... (Пьёт, заедает кусочком хлеба, машинально сгребает пальцем крошки.)
    ПАША. Ну, хлеба у нас найдётся - не голодаем...
    ОТЕЦ. Вот и не сглазь. (Шумилову на хлеб) Берите ещё - зачем со стола-то?..
    ШУМИЛОВ. Виноват, привычка... (Стряхивает крошки в тарелку.)
    ТОСЯ (вскочив). Хватит вам о войне, о своей, лучше споём!
    СТРУЕВ. Запрыгала, заскакала... Что с тобой?
    ТОСЯ. Со мной? Со мной, Веничка, помраченье рассудка. Думать бросаю. (Паше) Пашенька, "Соловейку"!
    СТРУЕВ (одёргивая её). Сядь, Антонина...
    ТОСЯ. Отстань, дурень! (Перебирается к Паше.) Павлуша, бери баян... (Липкиной) Алёна, подвинься...
    ПАША. Постой, я не закусил... (Торопливо ест.)
    ТОСЯ. Ну, Паш... Подавишься - погоди... (Липкиной на Шумилова) Алёна, а если попробовать? Попытать счастья?
    ЛИПКИНА. Тоня, ты мне не нравишься. Нельзя быть такой назойливой.
    ТОСЯ. Вам ничего нельзя... (Наливает себе.)
    ШУМИЛОВ (Струеву). Взбалмошная у вас подруга, Вениамин. Вероятно, склонна к эксцентрике? Ну, фортели любит выкидывать...
    СТРУЕВ (мрачно). Я им выкину. И ей, и этому... (Встаёт.) Пойду я, не нужен я никому...
    ЗАСТУПИН. Куда, Вень? Разнюнился - тоже мне... (Отводит Струева в уголок.)
    ОТЕЦ (Шумилову на Тосю). Заводная девчонка: то всё молчком, то ей играй-пляши... (Поднимает рюмку.) Паша, не спи... (Пьёт.)
    ПАША. Есть, выполняю... (Пьёт.)
    ТОСЯ. Пашенька, не отлынивай! Покажем, что мы умеем... (Тянет с пола баян, одевает ремень на плечо Паше.)
    ПАША. Сейчас, сейчас, надо же закусить... (Придерживая одной рукой ремень, другой быстро ест.)
    ШУМИЛОВ (Любе). Любочка, наконец-то мы с вами сблизились...
    ЛЮБА. Ну уж и сблизились... До этого далеко. Выпьете?
    ШУМИЛОВ. Только с вами и то немного, мне ночью ещё работать...
    ОТЕЦ (наблюдая за уминающим закуски Пашей). Ловко ты, Пашенька, управляешься единственной ручкой. Как я когда-то - после ранения...
    ШУМИЛОВ. А вы в каких частях воевали?
    ОТЕЦ. В танке. Да я и не воевал почти - всего-то одно сражение... Боезапас израсходовали, горим посреди поля, а он по нам садит прямой наводкой... Из люка высунулся - меня как жахнет! Руки поперебило, осколками посекло, - словом, приятного мало... Потом госпиталь, после госпиталя опять на трактор - такая моя война...
    ЗАСТУПИН. Его же комиссовали, вчистую: одна рука разгибается и то еле-еле...
    ОТЕЦ. Во, во. "Инвалид", говорят, "негожий"... Это я-то? Я инвалид?! (Поднимается во весь рост.) Есть же руки, не оторвало? А то что не разгибаются - так это мы разогнём...
    ШУМИЛОВ. И получилось?
    ОТЕЦ. А как же. До войны я двухпудовиком крестился, силёнка была. Не сразу, понятно; сразу я только на тракторе приспособился... Ох же я их ломал, помню, - и гирями гнул, и подвешивался... Семь лет гнул, понемножку, по миллиметрику, криком кричал, зубами скрипел, но гнул... И сладил-таки! (Разгибает руку.) Никто не верил, профессора на мне крест поставили, а я сладил! Сняли с меня инвалидность, пришлось снять... Сейчас покажу. (Уходит в соседнюю комнату.)
    ЗАСТУПИН. Батя, по-моему, накачался, - приступает к поднятию тяжестей...

    Из комнаты появляется Отец с двумя гирями.

    ОТЕЦ. Это, конечно, игрушки, всего по пуду... Илюшкины, он у меня слабосильный...
    ЗАСТУПИН. Радиация, батя, химия, подорваны в самом корне...
    ОТЕЦ. То-то не богатырь... Учись! (Крякнув, поднимает гири на вытянутых руках.)
    ЗАСТУПИН. Слушай, ты поберёгся бы. Рука-то побаливает...
    ОТЕЦ. Изыди! И раз, и два, и три-четыре... (Крестится левой гирей.)
    ТОСЯ (аплодируя). Браво, Федот Макарыч!
    ОТЕЦ. Слабо, Илюшка?! И раз, и два... (Начинает креститься правой и вдруг, охнув, застывает, медленно выпуская гирю из рук.) Ох, мать честная...
    ЗАСТУПИН (подхватывая). Хорош, батя... Силу ты показал, садись попой. (Уносит гири обратно в комнату.)

    Отец, поддерживая согнутую руку, садится за стол.

    ОТЕЦ (Шумилову). Рванул слишком резко - заклинило... (Осторожно укладывает руку на стол.) Ф-фу...
    ШУМИЛОВ. Мне даже и так не сделать - ни в жисть.
    ОТЕЦ (Паше). Играй, Павлуша, - Тоська, вон, извелась. Влупи-ка по-нашему, с перебором... (Наливает себе.)
    ПАША (Тосе). "Соловейку"?
    ТОСЯ. Его, дядя Паша. (Любе) Любочка, ты - вторым голосом...
    ЛЮБА. Споёмся - нам не впервой...

    Заступин, вернувшись, останавливается за стулом Отца.

    ПАША. Хор имени Павла Балазова! Состав исключительно женский!
    ОТЕЦ. Ой, Паша, будет тебе "состав". Жёнка-то у тебя ревнивая - холку тебе намнут... (Хлопает Пашу по шее здоровой рукой.) Милый ты паренёк, Павлуша, - жульничал бы поменьше...
    ПАША (растягивая меха, весело). Кто жульничает, Макарыч?!
    ОТЕЦ. Кто, кто... Люди видят.
    ЛЮБА (Отцу). После поговорите, мы петь хотим! Веничка, подтяни, у тебя голос высокий...
    ПАША. Нет, я отвечу. (Отцу) Мастера вы считать, Макарыч: что я себе с фермы - это вы пишете, а что от себя на ферму - это в уме? Благодарили б, что я вам план выполняю при нашей организации; обижусь - тогда попляшете...
    ЗАСТУПИН (Струеву). Веня, тебя же позвали...
    СТРУЕВ. Позвали - тут же беги... (Подходит к группе вокруг Паши.)
    ТОСЯ (возбуждённо). А ну мы ещё по махонькой... (Наливает.)
    ЛИПКИНА. Антонина, тебе не хватит?
    ТОСЯ. Хватит - когда поползу. Чего осторожничаешь, подружка? Шанс появился - не упускай!
    ЛИПКИНА. Разумней, по-моему, упустить, чем ошибиться.
    ТОСЯ (неожиданно). Рыба ты - вот ты кто. Нототения. Жизнь тебе не диктант, жизнь - она из ошибок...
    ОТЕЦ (Тосе). Мели, емеля, твоя неделя...
    ШУМИЛОВ (Любе). Любаша, внемлите голосу свыше. Её устами вещают боги.
    ЛЮБА. Я вижу. Наклюкалась наша Тосенька...
    ТОСЯ (громко). За наши ошибки! Чтобы их было побольше! (Пьёт.)
    СТРУЕВ. Весёленький тост...
    ТОСЯ. А ты, Веня, в армии оставайся - тебе там самое место. Там тебе и порядок, и дисциплина, и эта... Субро... Сурбор... Как её?
    ЗАСТУПИН. Субординация, Тось.
    ТОСЯ. И это вы знаете... (Струеву) А здесь не эта... не срубордирация, здесь жизнь! Жизнь, Веничка, страсти, неразбериха... (Обнимает Пашу.) Пашенька, не томи!
    ШУМИЛОВ (Любе). Она мне всё больше нравится, ваша Тося...
    ЛЮБА. Больше меня?
    ШУМИЛОВ. Любочка, ну уж вы-то - вне конкуренции! Вы у нас несравненны...
    ПАША (Отцу). Хоть меня и обидели, но ради встречи... (Растягивает баян.) На два голоса - и!.. (Играет.)
    ДАМЫ (поют втроём).
    "Ты воспой, ты воспой в саду, соловейка!
    Ты воспой, ты воспой в саду, соловейка!.."
    (В песню вступают Струев, Заступин и Отец. Отец даже чуть пританцовывает на месте.)
    ВСЕ (хором).
    Ох, я бы рад тебе-е-е воспевать!
    ох, я бы рад тебе-е-е воспевать!..

    Я бы рад, я бы рад тебе воспевати,
    я бы рад, я бы рад тебе воспевати, -
    ой, мово голосу-у-у-у нема!
    Ой, мово голосу-у-у-у нема!"
    ПАША. А поживей вы не можете?! Что вы такие дохлые?! И!..
    ХОР (в полную мощь).
    "Потерял-растерял я свой голосочек!
    Потерял-растерял я свой голосочек!
    Ой, по чужим сада-а-ам летая!..
    Ой, по чужим сада-а-ам летая!.."

    Струев толкает склонившегося к поющим Заступина.

    СТРУЕВ. Илья Федотыч, к вам гости...
    ЗАСТУПИН (поднимая голову). Где?

    В дверях, привалившись к косяку, стоит ВАСЁК. Песня ломается, комкается и гаснет. Васёк, пожёвывая мундштук папироски, обводит взглядом собравшихся.

    ВАСЁК. Тихо - как в морге...
    ОТЕЦ. Илья, приглашай гостя, - что ж он в дверях?..
    ЗАСТУПИН. Сперва пускай кепку снимет - не на вокзале.

    Васёк, усмехнувшись, поправляет свою кепчонку.

    ШУМИЛОВ (Любе на Васька). Отрицательный персонаж?
    ЛЮБА. Он самый. Васёк, тёмная личность.
    ЗАСТУПИН (Ваську). Оглох, Вася? Напоминаю - про кепелюху...
    ВАСЁК (вяло). Одни про "совесть" напоминают, другие - про "уважение", третьи - про головной убор... А у меня, может, память слабая. Со школы ещё хромает - с уроков истории...
    ТОСЯ (Отцу). Федот Макарыч, скажите ему! Чего он взъелся?
    ОТЕЦ (Заступину). Илья, ты же хозяин, - стыдно...
    ЗАСТУПИН. Зато вот ему не стыдно. Изгаляется тут над нами...
    ТОСЯ. Кто изгаляется?! Он же не к вам, он зашёл на минутку...
    СТРУЕВ. К тебе зашёл, да?! Ханыг она зазывает на праздник!
    ВАСЁК (Струеву нехотя). Ты, рыжий, помалкивай. С Илюшкой-то мы хоть в детстве корешовали, а тебе, если что, кассации подавать бессмысленно. Не помилую.
    СТРУЕВ (взвившись). Что, что?!
    ОТЕЦ (удивлённо). Гляди - угрожает...
    ШУМИЛОВ (Любе). Оригинальный типажик: милует он, казнит, этакая "рука фортуны"...
    ЗАСТУПИН. Значит, не снизойдёшь, Вась?
    ВАСЁК (Тосе). И здесь "принудиловка", и на воле... (Заступину) Не снизойду - не надейся, не для того я вылазил...
    ЗАСТУПИН (задумчиво). И отчего так: чем сам человек паскудней, тем больше он всех других презирает? По себе, что ли, судит?
    ВАСЁК. Не по тебе же. Ишь, куркулёк, - в дом к нему не войди... А как же "у нас всё общее"?
    ЗАСТУПИН. Это у вас. "Твоё - моё, моё - не твоё", - встречал я таких "общественников".
    ВАСЁК (лениво). Видеть мне вас противно, жуки вы навозные... (Бросает под ноги папироску.) Тьфу на вас.
    ЗАСТУПИН. Всё, Вася? Тогда прими... (Шагнув к Ваську, быстрым движением сбивает с его головы кепку.)

    Васёк, дёрнувшись, останавливается и, угрюмо смотря на Заступина, засовывает руки в карманы.

    ТОСЯ. Илья Федотыч, но вы же сами!.. Как вы себя ведёте?!
    ВАСЁК. Ему зачтётся. На дождике постою - не сахарный... (Поддевает кепку ногой, ловит.) Шустро, Илюша, - тебе бы в угрозыск... (Нахлобучивает.) Не надо бы так со мной... (Выходит.)
    ЛИПКИНА (Шумилову). Вы видите, видите? Грубые все, разнузданные...
    ШУМИЛОВ. Да, странно... Странно, что он не ответил.
    ЛИПКИНА (лихорадочно). Всё в лоб, всё бесстыдно, все пьянствуют, все ругаются, удобств никаких... А мне тут три года! Три года - одной!
    ШУМИЛОВ. Не расстраивайтесь, в тундре пока и в чумах живут...
    ЛИПКИНА. "В тундре" - вы успокоили! Я же не в тундру ехала...

    Тося идёт к двери, Заступин её останавливает.

    ЗАСТУПИН. Антонина, есть разговор. Да подождёт он, не напирай...
    ТОСЯ. Опять разговоры... Вы только Вениамина спровадьте, ему как бы ножки не повыдёргивали... (Садится возле двери.)
    ЛИПКИНА. Они меня звали - они мне райские кущи сулили...
    ШУМИЛОВ. Я понимаю. (Любе) Любочка, Алёне пора домой, учителя нынче хлипкие.
    ЛЮБА (подходя). Рай у нас летом, Алёна Витальевна, когда тепло, а так скукотища... (Поднимает её.) Идёмте на свежий воздух...
    ЗАСТУПИН (Струеву). Веня, тебе поручение. Иди-ка сюда.
    СТРУЕВ. Гоняете из угла в угол... (Подходит.)
    ЗАСТУПИН. Доставишь Алёну Витальевну, ей что-то не по себе...
    ЛЮБА (вручая Липкину Струеву). Веня, будь добр...
    ЛИПКИНА (цепляясь за Струева, Шумилову). Вот мне и провожатого выделили - по накладной. Получите и распишитесь...
    СТРУЕВ (Тосе). Тонечка, поднимайся...
    ТОСЯ. Я не спешу.
    ЗАСТУПИН (Струеву). Пусть сидит, вам вместе сейчас опасно.
    СТРУЕВ. Из-за этого?!
    ЗАСТУПИН. И помолчи ты, когда пойдёте. От Василёчка только и жди подлянки... (Пропускает Струева с Липкиной.) А я прослежу.
    СТРУЕВ (Тосе). Ну, я возле дома покараулю...
    ТОСЯ. Карауль на здоровье. (Тихо) Хоть до утра.

    Заступин, Струев и Липкина выходят в прихожую.

    ПАША. Федот Макарыч, предлагаю употребить... (Наливает.)
    ОТЕЦ. С Илюшкой бы ничего не случилось. Связывается со всякими... (Встаёт.)
    ЛЮБА. Вас там не доставало. Найдутся мужчины и кроме вас...
    ШУМИЛОВ. Есть, есть мужчины, не перевелись...
    ОТЕЦ. А меня вы уже списали? (Складывает пальцы в кулак.) Я, между прочим, ежели засвечу - другого раза не требуется...
    ЛЮБА. Вы как появитесь, драки не миновать - это точно. "Дедуля"! Гвозди он кулаком заколачивает - с внученькой развлекается... Вы не забудьте очки надеть, а то кого бить перепутаете.
    ОТЕЦ. И здесь подкузьмила!
    ШУМИЛОВ. А милиция, Любочка? Она у вас существует?
    ЛЮБА. Существует - в единственном экземпляре. Уладится как-нибудь, лишь бы Илюша не обострял...
    ПАША (поднимаясь с баяном). Пойду я, наверно. Водка выпита, песня спета, в побоищах не имею права - у меня пятеро... (Отцу) А что ж, ты думаешь, я тяну? Для них всё, для ребятишек! Пятеро - мал мала меньше...
    ОТЕЦ. Сказился, Паша... У тебя ж старшая замужем.
    ПАША (изумлённо). Уже?!
    ОТЕЦ. Уже, Павлуша, уже. Дедом ты скоро станешь.
    ПАША. Как "дедом"? А я не хочу. Не хочу, Макарыч, я молодой...
    ТОСЯ (язвительно). Мальчонка вы, дядя Паша. "Парнишка кудрявый".
    ПАША (совершенно ошеломлённый). Да как же... Когда?! Только ухаживал, только в армию провожали, только что на руках держал, на ладошке, крохотную такую... А они - на тебе! Они взрослые, я старый, да как же так?!.. (Уставившись на баян.) Баян вот, батя мне подарил, покойный, "учись", говорит, "талант у тебя", - разве ж я не учился?.. Я же тут заводилой был: девчата всегда кругом, поют, обнимают... И где всё? Куда подевалось? И молодость, и талант - почему так?! Все взрослые, а я и не жил ещё... Не жил я! Не жил! И не желаю я взрослым! Не собираюсь! Э-эх!.. (Рывком растягивает баян.) Ай-нэ-нэ-нэ-нэ-нэ-нэй-нэ-нэ!.. Ай-нэ-нэ-нэ-нэ-нэ-нэй-нэ-нэ!.. (Орёт, играя и пытаясь что-то сплясать, но его всё время заносит к столу.)
    ОТЕЦ (очень довольный). Началось - Пашка в кураж вошёл...
    ЛЮБА. Пашенька, не бузи. Свалишься - инструмент разобьёшь.
    ПАША (неукротимо). И разобью! Возьму и раскокаю! На что он мне!.. (Стаскивает с плеча ремень.)
    ЛЮБА (Отцу). Федот Макарыч...
    ОТЕЦ (Паше). Пашка, не порти музыку. Идём-ка, ты мне сыграешь... (Одевает ремень обратно, Любе) Заодно и проконтролирую.
    ПАША (вдруг). А за баян, батяня, низкий тебе поклон... (Пробует поклониться и чуть не встревает в стол.)
    ОТЕЦ (подхватывая его). Играй мне, Павлуша, играй... Люблю тебя слушать... (Ведёт Пашу к двери.)
    ПАША. Да я для тебя, батяня... (Рванув баян, трескается рукой о косяк.) Ух ты, врубил! (Косяку) Что думаешь, не сыграю? А я одной!.. Батянечка, подсоби, - выдюжим!.. (Напевает, играя) "По чужим, по садам, садам летаючи! По чужим, по садам, садам летаючи! Горькую ягоду-у-у клю-ючи..."
    Отец, помогая растягивать баян, выволакивает вопящего Пашу. Тихо.
    ШУМИЛОВ. Да, "Соловейка"... А я ведь, пожалуй, постарше его.
    ЛЮБА. Позвольте вам не поверить.
    ШУМИЛОВ. Всё равно вы узнаете - в бухгалтерии. И лет сколько, и стажа, и кому алименты...
    ЛЮБА. У вас ко всему и дети побочные?
    ШУМИЛОВ. Только побочные - иных нет. Расскажу вам при случае, история поучительная. Антонина у нас скучает...
    ТОСЯ. Я не скучаю. Я, к сожаленью, трезвею.
    ЛЮБА. Ты бы хотела наоборот - как Пашка?
    ТОСЯ. Хотела бы. Чтоб треснуться, а боли бы не почувствовать.
    ШУМИЛОВ. Один мой приятель - он тоже так. Тоже "треснулся"... (Любе) Сидел у себя на кухне на подоконнике, сорокалетие мы его обмывали, а потом вдруг и говорит: "Я, - говорит, - зарок себе дал: если до сорока ничего из меня не выйдет великого, то к чёрту всё! Сегодня мне сорок..." Да брык назад - головой вниз. Август, жара, окна открыты, а у него двадцатый этаж... (Тосе) Но боли он не почувствовал - умер, пока долетел.
    ЛЮБА. Дикость какая... Кем же он был, ваш приятель?
    ШУМИЛОВ. Никем. Многоталантливый дилетант: что-то пописывал, что-то снимал, и всё это - между прочим... А самое скверное - слишком уж твёрдо знал, что и как следует делать, и потому делал всё много хуже, чем мог бы. В искусстве, видимо, надо не знать, а чувствовать...
    ТОСЯ. Не только в искусстве. (Выливает себе остатки вина.)
    ЛЮБА. Антонина, кончай лакать. (Забирает у Тоси рюмку.) Спьяну глупостей натворить - легче лёгкого... (Пьёт сама.)
    ТОСЯ. Ты-то не натворишь, у тебя и причин нет. А я бы, позови кто меня, я бы с любым, в любом направлении, но чтобы здесь не торчать!..
    ШУМИЛОВ (Любе). Загадка номер один, Любаша. "Торчать - но не здесь!" "Менять - всё равно на что!" Не перестаю удивляться...
    ТОСЯ. И что же вас удивляет?.. Или по-вашему другой жизни я не заслуживаю? Другой - нормальной! - такой, как у вас?.. Сами живёте, а нас отпихиваете?! Удивительно вам - конечно! Ещё бы вам сверху не удивительно! "Чего там людишки наверх карабкаются? Чего им тут нужно?"
    ШУМИЛОВ. Удивляет меня иное: как эти ваши "людишки", столь активно перемещаясь в пространстве, умудряются абсолютно не изменяться внутренне... Кстати, насчёт "нормальности" моей жизни, - я не советовал бы испытывать. Искренне не советовал бы... (Отворачивается к окну.)
    ЛЮБА. Нет, Антонина, сегодня я тебя к нему не пущу...
    ТОСЯ. Кто ты такая. В гувернантках я не нуждаюсь.
    ЛЮБА. А в чём нуждаешься?
    ТОСЯ. В толчке.
    ЛЮБА. И дальше пусть кувырком?.. Ты хоть любишь его?
    ТОСЯ. Неважно. Главное - не как все, это главное...
    ЛЮБА. Хуже, лучше - тебе безразлично?
    ТОСЯ. Да, безразлично. И не мешай мне - я всё обдумала.
    ЛЮБА. Ну, если обдумала, то пожалуйста. Кувыркнись...

    Тося, не отвечая, выходит из комнаты через прихожую на крыльцо, к стоящему там Заступину. Люба идёт за ней.

    КРЫЛЬЦО, ДВОР, КАЛИТКА НА УЛИЦУ. У калитки, подняв воротник пиджачка, ВАСЁК. Тося задерживается на крыльце - одевает пальто и обувь.

    ЗАСТУПИН. Опять ты торопишься, Антонина...
    ТОСЯ (одеваясь). Не поторопишься - не успеешь.
    ЛЮБА. Я объясняла, Илюша, - она не слушает...
    ТОСЯ (впихивая ногу в сапог). Я двадцать лет слушала, и в итоге? Счастливее я от этого?! Говорильня, везде говорильня: и в школе, и на собраниях, и по телику... У всех разрешенья спрашивай, все за меня всё знают!.. (Пихает другую ногу.) Вот вы мне мозги вправляете - вам-то какое дело?..
    ЗАСТУПИН. Нам? Отдавать тебя неохота...
    ТОСЯ (раздельно). Ни "отдавать", ни "брать" я себя никому не позволю. Ясно? И своей жизнью я буду распоряжаться сама!
    ЗАСТУПИН. Ты не могла б погодить, Антонина, "распоряжаться"? Минуту, не дольше... (Шагает к ступенькам.)
    ТОСЯ (хватая его). Илья Федотович, ну зачем?! Ему же плохо сейчас, он один!..
    ЗАСТУПИН. Свитер порвёшь... Два слова - и точка. (Спускается.)
    ЛЮБА (Тосе). Антонина, не суетись, имей же ты гордость...

    На крыльцо выходит ШУМИЛОВ.

    ШУМИЛОВ. Ну, как разворачиваются события?
    ЛЮБА. Пока без жертв. (На калитку) Встреча на высшем уровне...

    Заступин подходит к Ваську, стоящему по другую сторону низенького - по грудь - заборчика.

    ЗАСТУПИН. Всё мокнешь, Вася?
   
    Васёк, молча, через плечо глядит на Заступина.
   
    ЗАСТУПИН. Слушай, есть просьба. Ты дома всё же, хоть здесь-то можно по-человечески?
    ВАСЁК. Как вы со мной, так и я, баш на баш. А вы меня за решётку... И что за просьба?
    ЗАСТУПИН. Не порти ей жизнь - девчонка уж больно славная. Сделай доброе дело.
    ВАСЁК. Сделаю - будь уверен. Верну с процентами. Мне-то от всех вас - одно добро... А ты её для себя готовил?
    ЗАСТУПИН. Городишь невесть что...
    ВАСЁК. Жалко, да? Изо рта кусок вырываю?.. (Повернувшись к Заступину, тихо) Откуда вам знать, что для неё "доброе", что "не доброе"? Или патент есть - на непогрешимость, - ксива такая с корочкой?! (Хрипло) Уйди - не дразни...

    На крыльце опять возмущение - Заступина заждались.

    ТОСЯ. Пусти-ка, Любаша... (Спускается с крыльца.) Долгие проводы - лишние слёзы...
    ЛЮБА. Ты завтра на репетицию приходи...
    ТОСЯ. Завтра ещё когда... (Подходит к калитке.) Илья Федотыч, спасибо за угощение...
    ЗАСТУПИН (Тосе). Уходишь? Дело твоё... (Идёт к крыльцу.)
    ТОСЯ. Моё - разумеется. (Выходит к Ваську.) Ждёшь, Василёк?
    ВАСЁК. Жду. Однако, вы проваландались...
    ТОСЯ. Отпускать не хотели - я бы давно...
    ВАСЁК. Надумала?
    ТОСЯ. Да.
    ВАСЁК. Вдвоём, Тось, хата свободна. А я тебе не Илюшка...
    ТОСЯ (тихо). Я помню. Помню, Васенька, всё я помню, ты только не спрашивай ни о чём...
    ВАСЁК. Решила рискнуть?
    ТОСЯ. Да, решила. Идём.
    ВАСЁК. Идём, Тосик, идём... Пощупаем жизнь с изнанки... (Обняв, уводит её по улице.)

    Заступин, отвернувшись к реке, курит возле крыльца.

    ШУМИЛОВ. "И всюду страсти роковые"... Любочка, кипятку вы мне не дадите? Сейчас кофейку растворимого трахну - и за работу...
    ЛЮБА. Конечно, Вадим Анатольевич. Я вас теперь холить буду - чтоб вы почаще к нам приезжали... И лелеять.
    ШУМИЛОВ. Тогда я, может, и не уеду. С мужем вот, правда, сложно: двинет ещё по шапке, как этому... (Заступину с иронией) Нет, чтоб посострадать "падшему брату", нет, чтоб сочувствие проявить...
    ЗАСТУПИН. Проявляли уже. Чем больше его жалели, тем крепче он нам на шею садился... (Шумилову) Это со стороны вам трогательно - жалеть, а нам с ними жить, с "падшими". Тому на выпивку не хватило - пошёл кого-то ножом пырнул, тот девочку изувечил на танцах - танцевать с ним, видишь ли, отказалась... А те у насыпи залегли - и дробью по проходящим вагонам! "Зачем вы?" - спросишь. "А жить скучно!" "Нас не жалеют - и мы не будем"...
    ШУМИЛОВ. Резонно. Вот вам истоки, Илья Федотович.
    ЗАСТУПИН. Истоки?.. (Яростно) Да пусть они прежде сами кого-нибудь пожалеют, сами! "Падшие", - оправданье себе нашли! Упасть-то легче всего - на ногах сумей удержаться! Или уж встать тогда, если упал... Привыкли - "лежачих не бьют", "лежачих не бьют", а они уже не "лежачие", они - ползучие.
    ШУМИЛОВ. Каламбурами так и сыплет...
    ЛЮБА. Он вам загнёт - вы его за живое заденьте...
    ШУМИЛОВ. Заденешь, а он ответит. Пожалуй, остерегусь... Идёмте?
    ЛЮБА. Идёмте, Вадим Анатольевич, я чай поставлю и уберу. Могу посидеть у вас, если хотите, вдруг я понадоблюсь...
    ШУМИЛОВ. Любочка, угадали! Я вслух, знаете ли, мечтать люблю, с партнёром, в живом общении... Как раз и программу обсудим. (Заступину) Вы не очень рассердитесь?
    ЗАСТУПИН. От вас зависит. До скольки вы мечтать будете и до чего домечтаетесь...
    ШУМИЛОВ. Ну, это ясно. (Открывая перед Любой дверь в дом) Любочка, вы удивительно чуткая женщина! Я такой не встречал...
    ЛЮБА. Не всем же везёт, как некоторым. (Уходя) Илюшенька, не забудь про обувь...

    Шумилов, покусывая бородку, идёт за Любой.

    ЗАСТУПИН (один). С вами забудешь. Ухаживаешь за вами, как нянька... (Вытаскивает из-под крыльца таз с водой.) И что за день бестолковый - пьём и пьём... (Ставит таз на перила, берёт с крыльца сапог.) И дождь ещё - как нарочно... Ох, жизнь!.. (Напевая вполголоса, начинает мыть обувь.)
    "Горькую ягоду, ягоду-калину,
    горькую ягоду, ягоду-калину
    я ма-алиною-у-у закушу...
    Я ма-алиною-у-у закушу..."

    Смывая дневную грязь, Заступин поёт и всё смотрит сквозь мутную морось, всё смотрит и смотрит на бескрайние, плывущие в ночь поля...


    ВСТРЕЧА ВТОРАЯ


    МАШИННЫЙ ДВОР. Слева, под навесом, у открытой двери в гараж, сидят за деревянным столом ЗАСТУПИН и СТРУЕВ с тряпками, протирают какие-то детали; посередине - выезд со двора, перегороженный, как шлагбаумом, длинной жердью; возле выезда, справа перед забором, скамейка для перекуров; ещё дальше вправо - кусок площади с перекинутой через грязь доской, за ним - окружённый кустами скверик. Вдали - за сквериком, за площадью и за выездом - легко сбегающая по склону рощица, поля и пронзившее их, уносящееся за горизонт шоссе. Дождя уже нет, обычный блеклый осенний день.

    ЗАСТУПИН (Струеву). Долго вчера дежурил?
    СТРУЕВ. До двадцати трёх. Я и к вам потом подходил, но у вас тихо... Она с ним ушла - с блатняком этим?!
    ЗАСТУПИН. Ушла, не ушла - тебе-то она авансов не выдавала...
    СТРУЕВ. А танцевали мы с ней?! В день урожая - когда нас чествовали как победителей, когда грамоты нам вручали?!..
    ЗАСТУПИН. Это - под настроение. С победителем да на празднике - тут, Вень, любая запляшет.
    СТРУЕВ. Ничего, ничего, из армии возвращусь - пожалеет. Почву я подготовил, прозондировал кое-где, как-нибудь в люди выйду...
    ЗАСТУПИН. "В люди" это куда? Или ты всех нас - по вертикали? Внизу - всякие разные, повыше - люди, а ещё выше кто? Небожители?
    СТРУЕВ. Как-то вы видите всё...
    ЗАСТУПИН. Ну, как нам видеть - этому ты, надеюсь, учить нас не собираешься?..
    СТРУЕВ. Кто знает, Илья Федотыч. Порядок давно пора навести.
    ЗАСТУПИН. Знакомые речи... Порядок, Веничка, не "наводят", а создают. "Наводят" разве что тень на плетень.
    СТРУЕВ. Опять вы перетолковываете!
    ЗАСТУПИН. Словам я, Веня, не доверяю, словами-то все размахивают... "Порядок"! Да ты, вон, вокруг себя оглянись, - тут до порядка пахать ещё и пахать... А ты, Вень, пахать-то и не желаешь.
    СTPУEB. А я, по-вашему, не работать?! Везде работа!
    ЗАСТУПИН. Работа везде, вопрос только, где у тебя интерес твой: здесь, на земле, или там, "в сферах". Направленность, понимаешь, разная... Кто пашет, куда его ни поставь, а кто на чужом горбу в рай въезжает.
    СТРУЕВ. Тщеславие, между прочим, черта положительная, я читал...
    ЗАСТУПИН. "Честолюбие", деятель! Честолюбие - положительная, оно для дела, ты перепутал... Впрочем, не ты один.
    СТРУЕВ. В общем, сиди - не прыгай? А я вот, к примеру, повыше хочу - чем плохо?..
    ЗАСТУПИН. Плохо не то, что хочешь, а то, что ты сам себя в лучшие выдвигаешь...
    СТРУЕВ. От вас дождёшься! У вас же все мужики на счету...
    ЗАСТУПИН. Война, Вень, война. Считай, до сих пор расхлёбываем... Мы же такого мастера вырастили - жалко терять...
    СТРУЕВ. Особенно вам.
    ЗАСТУПИН. Конечно, мне хуже всех. Люблю я тебя.
    СТРУЕВ. По присказке - "бьёт - значит, любит". И Тоська по вашему принципу... (Мрачно) Наеду на этого Васю трактором - раздавлю, как клопа...
    ЗАСТУПИН. Трактором нерентабельно. Лучше под паровой каток положи. Знаешь, асфальт укатывают?..
    CTPУEB. Не верите, да? Не верите?! Вы доведёте, я учиню!..
    ЗАСТУПИН. Ты что, всерьез?.. Ты отвечай, Веничек, отбивайся...
    СТРУЕВ. "Отвечай"... Над вами бы так...
    ЗАСТУПИН. И так, и этак, и вся душа в синяках...
    СТРУЕВ. А у меня?! Мне не больно?! А вы смеётесь, вы измываетесь, все вы!.. (Схватив со стола детали, ныряет с ними в гараж.)

    Во двор, протиснувшись рядом с жердью, входит ОТЕЦ ЗАСТУПИНА.

    ОТЕЦ. Вениамина гоняешь?
    ЗАСТУПИН. В правление, батя? Утренний моцион?
    ОТЕЦ. Ты не увиливай-ка, подтырщик. Нашёл на ком упражняться.
    ЗАСТУПИН. Пусть привыкает, потом-то соломки им не подстелят. Как в борьбе: покуда падать не научился, борец из тебя никакой...
    ОТЕЦ. То-то вы с Васькой борцы - смотрел я вчера на вас. Один языком молотит, другой руками, - кутята, честное слово! За шкирки бы вас обоих - и лбами...
    ЗАСТУПИН. Терпеть я должен? Действую, как воспитан, по справедливости.
    ОТЕЦ. Действуешь чересчур активно - шрамов много. Понятно - в молодости: дружины всякие, боевые, дежурства; бритвой тебя уже полоснули... Но это ты в городе, с посторонними, - здесь-то чего шуметь?
    ЗАСТУПИН (со злой иронией). Чувства переполняют. Живём - лучше и не бывает! сами - верх совершенства! а главное - ничего другого и не хотим!..
    ОТЕЦ. Хотеть-то хотим, Илюша, - ресурсы не позволяют. Сейчас хоть долг нам списали, шоссе наконец построили, а прежде... И ведь трудились, поболее твоего трудились, надсаживались из года в год. А ты ещё странствовал столько...
    ЗАСТУПИН. Но я же вернулся.
    ОТЕЦ. Пораньше б, Илюша, мы бы с тобой на пару... A так ты вроде меня заменить вернулся. (Снимает очки.) Глаза ни к чёрту - с утра разболелись...
    ЗАСТУПИН. Нечего было гири таскать. Ну, как там эти артисты - проснулись? Часов до трёх полуночничали, Любка насквозь прокуренная...
    ОТЕЦ. Спелись они, Илюша: он ей всё "Любочка, Любочка", - она прямо тает... И смотрит он на неё...
    ЗАСТУПИН. Пусть смотрит, лишь бы руками не трогал. У них же принято в театре, у них иначе, - Любаша меня водила, когда училась... Да он для неё, если ты хочешь знать, - событие в жизни! Она сейчас наизнанку вывернется - только бы чтоб удобно, чтобы понравилось...
    ОТЕЦ. Ещё б не понравилось - на всём готовом и кучу денег в придачу. Я бы не отказался.
    ЗАСТУПИН. Ты бы не отказался, а у него таких предложений навалом, может, и лучше есть. Теперь не схалтурил бы. Сляпает абы как, на живую нитку, потом доказывай...
    ОТЕЦ. А это мы не позволим, Илюша. "Шебаи" нам однажды "сляпали"... Как вспомнишь, что там творилось, в этом свинарнике, когда эта стенка рухнула, - как мы наутро тех поросят ломами да топором изо льда вырубали, - я б их своими руками бы придушил...

    Во двор входят ПЕТРОВНА и ПАША. Паша сегодня необычайно тих - видно, вчерашнее ухарство даром ему не прошло.

    ОТЕЦ. А, Павел Савельич! Как самочувствие? Петровна, здравствуй...
    ПЕТРОВНА. Здравствуй, Макарыч. Хорошо встретила, буду на Пашку жаловаться...
    ПАША. Кто "Пашка", хотел бы я знать?! Не почитают начальство...
    ПЕТРОВНА. Ты дрых бы поменьше, "начальство". (Отцу) Вы же дружки были с его отцом - всыпал бы ты ему... (Паше) Когда ты нам транспортер починишь? Когда, ирод?! Долго нам с вёдрами бегать, железные мы по-твоему?! Привык он на жёнке своей кататься!..
    ПАША (потирая затылок). На ней покатаешься. Так лягнёт - глаза на лоб выскочат... (Отцу) Слушай, я никого по пути не бил? Рука распухла, свёз до костяшек...
    ЗАСТУПИН. Это о дверь. Играть ты, надеюсь, сможешь?
    ПАША (уклончиво). Анестезия нужна. Придётся мне к Антонине зайти.
    ЗАСТУПИН. Ну, ты не очень... (Петровне) Сказала бы мне, Петровна, про транспортёр, - заглянул бы, поковырялся...
    ПЕТРОВНА. Так он не велел! "Через меня, - говорит, - не прыгайте, я - начальство, я и решу!" Сегодня уж я не выдержала - выволокла его... (Паше) Всучить бы тебе эти вёдра, чтоб знал! Пропойца несчастный...
    ПАША. А то счастливый. Может, мне хорошо, как я выпью, может я человеком себя тогда чувствую... Решил я, Петровна, - Илюша нам всё починит. Небось не захочет, чтоб я его Любочке агитбригаду их завалил...
    ЗАСТУПИН. Я же не откажу, Павлуша, ловчить-то тебе зачем?
    ОТЕЦ. Отвыкнуть трудно. Во всём свою выгоду ищет.
    ПАША. Ладно, ловчить нельзя, а просить? Телевизор у нас мелькает - ты не посмотришь? Можно с Вениамином.
    ЗАСТУПИН. Заказ принят. Ты лучше в ящик уткнись, чем в буфет.
    ПАША (живо). Я лучше и то и то...
    ЗАСТУПИН. А жаль. Я бы тебе второй подарил, цветной, если бы помогло.
    ПЕТРОВНА. Ему, Илюша, только что и поможет - хороший дрын.
    ПАША. Но, но, Петровна... Без замечаний.

    Из гаража появляется Струев.

    СТРУЕВ. Здрасьте. Что у вас за синклит?
    ЗАСТУПИН. Ты и словечками щеголяешь...
    ПАША. Здорово, Вениамин, лёгок ты на помине... Дочурка моя о тебе расспрашивала, очередная. Ты ж у них "гордость школы", в хронике вас показывали с Илюшкой, - она и втрескалась...
    ЗАСТУПИН. "Звезда экрана" - естественно.
    ОТЕЦ. Илья, не подкалывай.
    СТРУЕВ. Рано ей, дядя Паша, - пускай растёт...
    ПАША. Да это быстро. Через два года уже невеста.
    СТРУЕВ. Два года, а вы мне сватаете...
    ПАША. Чтобы не прозевать. Три девки подряд - не хочешь, засуетишься.
    ПЕТРОВНА. По тебе оно видно. Как зима - у тебя спячка.
    ПАША. Летом умаялся - вот и сплю.
    ОТЕЦ. Точно, Петровна, летом-то Пашка - как угорелый... Ульи теперь завёл - свой мёд у нас появился...
    ПЕТРОВНА. Хомяк - я же и говорю. Летом припасы делает, зимой спит.
    ПАША. Ругаются, оскорбляют, и всё безнаказанно! Руководи после этого: всем не такой, все причёсывают, прав никаких - сплошные обязанности...
    ЗАСТУПИН (Струеву). Веня, стоит прислушаться. Что значит выбор: кто-то хозяином, кто-то шестёркою на подхвате...
    СТРУЕВ. Тоже мне мудрость. "Всяк сверчок..."
    ЗАСТУПИН. И я о том же. В "сверчки" тебе ни к чему, я думаю? Между прочим, Петровна, где что собрать-разобрать - обращайся к Вениамину, меня он уже догнал. (Паше) А в телевизорах он, пожалуй, пограмотней. Такие схемы мне расшифровывает... (Тихо) Предлог, Павлуша, повод для приглашения...
    ПАША (громко). Мастер, ты говоришь? А испытать его можно?
    ЗАСТУПИН. Если он согласится. Сейчас заберёшь?
    ПАША. Нет, вечерком, - сейчас у меня транспортёр на очереди. (На Петровну) Бабы живьём сожрут...
    ЗАСТУПИН. Бери и на транспортёр. (Струеву) Справишься, Веня?
    СТРУЕВ. Чего ж не справиться. А репетиция?
    ЗАСТУПИН. А ты не задерживайся. Вот, инструменты мои возьми... (Сворачивает набор инструментов в брезентовом чехле и вручает Струеву.)
    СТРУЕВ. Вручение именного оружия...
    ЗАСТУПИН. Малость повеселел? Дуй, Веня, осваивай смежные специальности... Потом прямиком к клубу.
    ОТЕЦ. Пожалуй, и я схожу. Скучно в правлении...
    ПАША. О, сколько вас! Я там лишний...
    ПЕТРОВНА. Чтоб ты, Павлуша, да не отмазался - такого не было!
    ПАША. Дела, Петровна, дела. Я не внучок твой, на мне ответственность.
    ПЕТРОВНА. Ты за себя бы хоть отвечал, "ответственность"... (Отцу) Пошли, Макарыч, его не проймёшь.
    СТРУЕВ (подходит к Петровне). Петровна, мастер готов!
    ПЕТРОВНА. Ну, ты и дылда, - когда же ты вымахал? Уже выше отца, а я его нянчила... Жили-то голодно после войны, в землянках, - я их тут всех подкармливала: и родителя твоего, и Пашку-обжору...
    ПАША. Петровна, я попрошу...
    СТРУЕВ. Мне уж и лет слава Богу, а вы всё "Веничек", "Веничек"...
    ЗАСТУПИН. Какой "Веничек" - метла настоящая...
    СТРУЕВ. Вы это к тому, чтобы я выметался?
    ОТЕЦ (Заступину). Отбрил, Илюшка, отбрил. Натаскал на свою голову... (Петровне) Компашка у нас, Петровна, что надо: и стар, и млад, и опыт, и сила... Во мужик! (Припечатывает своей лапищей Струеву по плечу, другой деликатно поддерживая, чтоб не упал.)
    СТРУЕВ (стоически перенеся ласку Отца). Вы так меня в землю вгоните... (Поправляет шляпу.) По шляпку.
    ЗАСТУПИН. Молодцом, Веня, - удар ты держишь...
    ПЕТРОВНА. Пошли, работнички. Магарыч за Пашкой.
    ОТЕЦ. Пошли, Петровна, пошли, кормилица... (Выводит её со двора.)

    Отец и Петровна идут через площадь. Струев, почёсывая ушибленное плечо, - следом.

    ПАША (вслед Струеву). Ишь, биток, чего ему не расти... Поголодали б с моё - тоже бы запасались на чёрный день, тоже бы уставали... "Тяну" я им, видишь ли!.. Да, тяну! Я в этих землянках сердце себе испортил, я, может, помру не сегодня-завтра, - и кто их тогда обеспечит? Моих, пятерых, - кто?!.. Нет уж, пускай хоть у них... Чтобы ни в чём отказа, ни в чём!..
    ЗАСТУПИН. Мало, Павлуша. Петровна, вон, в своего Васька - напихивала, как в гуся, - он и привык...
    ПАША. Вроде, с тобой не так. Тебя, по-моему, и не выпороли ни разу.
    ЗАСТУПИН. Батя боялся. Приложился бы нежной ручкой - и мокрое место...
    ПАША. И в переделках тебе везло. А нас в детстве мать лупцевала почём зря, как будто мы виноваты, что отца у нас на войне убило... Да и потом... В ресторан в кои веки выбрался - поцапался моментально. Подходит один - культурный на вид, в бабочке... "Уважаемый, - говорит, - покиньте вы, будьте любезны, залу..." "Вы, - говорит, - вы мне своей кугутской внешностью отравляете и без того редкие минуты отдыха!" Слово в слово. А вышли - он мне бутылкой по черепу. Рубец вот, пощупай...
    ЗАСТУПИН. Всех бьют, Павлуша, всем достаётся, не бутылкой, так чем другим... Только кому-то это битьё характер выковывает, а кого-то совсем расплющивает.
    ПАША. Всё намекаешь... Кстати, насчёт бутылок. Пора бы мне Тонечку навестить - затылок давит...
    ЗАСТУПИН. Ты заодно и явку её обеспечь, вместе с собой и с баяном.
    ПАША. Заповедь ты напомнил, армейскую. "Никогда ничего начальству не предлагай - выполнять придётся тебе"... Я исчез.

    Поглаживая затылок, Паша плетётся к выезду и с не очень приятным изумлением обнаруживает за жердью подходящих к двору ТОСЮ и ВАСЬКА.

    ПАША. Я к ним, а они сюда... Тосенька, добрый день. А кто же на боевом посту?
    ТОСЯ (почти не замечая его). Сейчас, дядя Паша, идите. Я скоро... (Сияющими глазами, не отрываясь, смотрит на трезвого и задумчивого Васька.)
    ПАША. Погибну во цвете лет - твоя вина...
    ТОСЯ. Да, да, я сейчас же...
    ПАША (оглядев обоих). С вами всё ясно. Я там подожду, если скоро... (Вдруг запевает, чуть дребезжа, но вполне музыкально и с чувством) "Не уходи - ещё не спето столько песен! Ещё звенит в гитаре каждая струна!.." (Скрывается за забором.)
    ВАСЁК. Заблеял - певец родных просторов... (Тосе) Тосик, сходи, напои страждущего. С утра за мной - как привязанная...
    ТОСЯ. Надоела?
    ВАСЁК. Кто надоел-то? И не распробовал... (Привлекает её.) Ты, может, последняя у меня...
    ТОСЯ. Ну, Василёчек... Опять угрюмый... (Нежно целует Васька.)

    Заступин, предупреждающе кашлянув, склоняется над столом. Его, однако, не очень-то замечают.

    ВАСЁК. Эх, Тосик, зайчик ты мой курносый. Раньше ты где была!
    ТОСЯ. Уже прошло? Прошло, Василёк, отпустило?..
    ВАСЁК. Почти. Ты на меня лучше водки действуешь.
    ТОСЯ (сияя). Правда?
    ВАСЁК. Истинный Бог. Всю память отшибло.
    ТОСЯ. Ну и не вспоминай, не вспоминай ничего... Забудь.
    ВАСЁК. Забыл бы, если бы мог. Я всё бы забыл. Да ведь напомнят.
    ТОСЯ. Кто, Василёк? А мы удерём отсюда - чтобы не знали. Сбережения у меня, я откладывала...
    ВАСЁК. Деньги-то не проблема, этим мы разживемся... К Илюшке пойду подручным: он совестливый, он нищих не обижает... Так думаешь - удерём?
    ТОСЯ. Конечно. Видишь, как получается, - как отлично...
    ВАСЁК. Сказка. Мы тут мечтаем с тобой, а они там копают...
    ТОСЯ. Где?
    ВАСЁК. Там, в прошлом. (Топает по земле.) Пустота под ногами - чувствуешь? Коп-коп - и засыпался... Ступай, Тосик, мы здесь пошерудим, у Ильи Федотыча...
    ТОСЯ. Драться будете?
    ВАСЁК. Я разве дрался? Нет, Тосик, я смирный: мне дебоширить - всё равно что самому головой на рельсы.
    ТОСЯ. А можно я подарю тебе кое-что?
    ВАСЁК. Себя уже подарила - хватит.
    ТОСЯ. На память - колечко моё... (Снимает с пальца кольцо.)
    ВАСЁК. Будто мы с ней прощаемся. Встретимся через полчаса...
    ТОСЯ (серьёзно). Возьми, Василёк. Оно дорогое, оно по наследству мне, от прабабки...
    ВАСЕК. Точно, с камушками. Мало, наверно... (Примеряет.)
    ТОСЯ. На этот, Васенька, на мизинчик... (Одевает ему кольцо.) Как раз впору. Его ей жених подарил в гражданскую - прадед мой, когда он из банды ушёл...
    ВАСЁК. У вас и разбойники есть в роду - не я один? Колечко-то легендарное...
    ТОСЯ. Какие разбойники, Василёк? Он же и воевал потом, и колхозы организовывал...
    ВАСЁК. Это потом. А колечко, поди, в крови, - снял с кого-то...
    ТОСЯ. Ну, время такое было, - все так...
    ВАСЁК. Чуть-чуть не успел, мне бы тогда родиться... За колечко спасибочки, носить будем, пока не снимут... (Чмокает Тосю.) Значит, у клуба?
    ТОСЯ. У клуба. У нас репетиция, но я отпрошусь...
    ВАСЁК. Зачем же. Я погляжу, бесплатное развлечение...
    ТОСЯ. Только ты не опаздывай, Василёк, мне без тебя тоскливо...
    ВАСЁК. Мне очень радостно. Давай, заяц, скачи...
    ТОСЯ. Я сразу же и обратно... (Взглянув последний раз на Васька, уходит, всё ещё улыбаясь своей счастливой, открытой и безрассудной улыбкой.)

    Васёк перепрыгивает во двор, к копающемуся у стола Заступину.

    ВАСЁК. Кончай-ка спектакль, Илья Федотыч. Ушла она. (Присев на жердь, вытягивает из пачки папиросу.)
    ЗАСТУПИН. Я слышу. Папироску-то убери - у меня керосин в ведре.
    ВАСЁК (усмехаясь). "Я вся горю - не пойму от чего"...
    ЗАСТУПИН. Чего ж не понять. Полыхнёт - от обоих одни скелеты останутся, и то обугленные. И помещения жалко...
    ВАСЁК. Вот это верней. Помещение, сеялки-веялки - это вы пожалеете. А человека - я сомневаюсь. Человек он сгорит - вы и пальцем не шевельнёте...
    ЗАСТУПИН. Ты про себя, что ли?
    ВАСЁК. Хотя бы. Чиркну сейчас зажигалочкой - и взлетит это всё на воздух...
    ЗАСТУПИН. Это всё, может, и не взлетит, а кое-кто по рукам получит. Ты ж не буддийский монах, чтобы самосожжение мне устраивать - с фейерверками... Тем более, праздника нынче нет.
    ВАСЁК. У вас нет...
    ЗАСТУПИН. Что, Антонина? Ну, это не для тебя праздник. Тебе-то без разницы - она, не она, - лишь бы под боком ворочалось...
    ВАСЁК. Не уважаешь, Илюша...
    ЗАСТУПИН. Наивно, Вася: ты нас обкрадываешь, а мы тебя уважать?
    ВАСЁК. Не заслужил, понимаю... А что заслужил? Унижения?
    ЗАСТУПИН. Ловко. Опять не ты виноват, а кто-то.
    ВАСЁК. Нет, я! Я! Нарочно всю жизнь себе изломал, нарочно! И в тюрягу - по собственному желанию! "Вор", "вор", заладили... Может, я риск люблю. Чтоб, знаешь, ножичек в миллиметре...
    ЗАСТУПИН. Знаю, мне доводилось. Я как-то в столице вечером проспект перейти не успел - застрял там на белой линии... Стою, балансирую, машины в четыре ряда, а такси меня с двух сторон прижимают. На полной скорости - и впритирку: так, чтоб задеть, чтобы назад шагнул... А сзади такой же - чтобы вперёд... Тоже миллиметровщики, тоже риск: задели бы - смяли, и до свиданья...
    ВАСЁК. А ты не стой, где не надо.
    ЗАСТУПИН. Ну да, ошибки мы только себе прощаем...
    ВАСЁК. Не ошибки! Может, я пробую? Может, натура такая: пусть редко, но с разворотом, с гай-гуем, с битьём посуды?..
    ЗАСТУПИН. Долго ты, Вася, пробуешь, - жить-то когда?
    ВАСЁК. А для меня жизнь в этом и состоит. Или ты мне сюда предлагаешь - энтузиастом?.. Ты же один, один, как и я, - в городе тебе плохо было?
    ЗАСТУПИН. Мне - хорошо. Мне даже, наверное, чересчур... А у тебя никогда вот тут не скребло? (Показывает на грудь.) Нет?.. А у меня скребло. На сейнерах дрейфовал - скребло, и в городе - то же самое... Одиночество одиночеству рознь: можно вперёд уйти, можно в сторону...
    ВАСЁК. Тули мне, тули. Про "долг", про "призвание", про "любовь к родине"...
    ЗАСТУПИН. Жизнь проходит, Васятка! Я ведь не о словах: живи, как считаешь правильным, тогда это довод... Здесь-то я наконец на месте: всё, что умею, всё нужно.
    ВАСЁК. Нужно - ты и доволен...
    ЗАСТУПИН. Кто же сейчас доволен, Васёк? Все недовольны. Только по-разному недовольны и разным: тебе, например, "рисковать" мешают, а мне - работать, ты "пробы" любишь, а я менять что-то люблю, реально.
    ВАСЁК (хмуро). Не предавали тебя, Илюша...
    ЗАСТУПИН. В друзьях я разборчивый - вот и не предавали.
    ВАСЁК. Кабы друзья...
    ЗАСТУПИН. Понятно. Любимая женщина?
    ВАСЁК. Она, стервоза... Я всё для неё, я на грабёж для неё решился - чтобы она квартиру себе купить могла, чтобы жила отдельно, а эта... Эта змеюка...
    ЗАСТУПИН. Она отказалась?
    ВАСЁК. Отказалась - держи карман! Два месяца потрошила - покуда не замели... Я всю вину на себя: она ни при чём, она и знать ничего не знает, - рыдает, клянётся мне на последнем свидании, ждать обещает, любить, писать... И написала, почти вдогонку. Прости, мол, тебе не скоро, а у меня возраст критический... И больше мне ни словечка - за все пять лет! Вычеркнула она меня... (С яростью) Но я-то её не вычеркнул! Я ждал, я копил, я ненавистью себя подстёгивал... Пришёл к ней после всего, а они там блаженствуют, в той квартирке... В той самой - из-за которой я срок тянул.
    ЗАСТУПИН. "Тянул" ты, скажем, из-за другого. Небось, шикануть хотел, ослепить своим всемогуществом...
    ВАСЁК. Не ослепил, думаешь? Ослепил. В "зоне" ещё глаза ей на фотокарточке выколол...
    ЗАСТУПИН. Немного садистски...
    ВАСЁК. А их убивать надо. Пристреливать в подворотне: его - в затылок, чтобы не впутывался, а ей - погодя - в анфас, пусть видит, от кого смерть принимает... (Умолкнув, остекленевшим взглядом смотрит мимо Заступина.)
    ЗАСТУПИН. Надеюсь, до этого не дошло?
    ВАСЁК (автоматически). До этого?.. (Очнувшись) Всякий может убить, Илюша, - разные ситуации...
    ЗАСТУПИН. Может убить и убил - по-моему, не одно и то же.
    ВАСЁК. И тут ты мне по болячке! Никак у нас разговор не клеится...
    ЗАСТУПИН. Разговор потому что дурацкий. Цену ты набиваешь себе - своими историями?
    ВАСЁК. Набиваю, Илья Федотыч. Я же к вам на работу хочу наняться.
    ЗАСТУПИН. Подавай бумагу в правление - люди всегда нужны. Но только работа - сам понимаешь: навоз... Нет, Василёк, без шуток, останешься - я тебе свой драндулет отдам, честное слово...
    ВАСЁК. Надо подумать. (С издёвкой) Перспективы уж больно радужные.
    ЗАСТУПИН. Вам сколько ни дай, всё мало. (Встаёт.) Иди, кури, выберешь - мы обсудим... (Забрав со стола детали, уходит в гараж.)
    ВАСЁК (встаёт, тихо). Поздно мне выбирать, Илюша, выбрали за меня. И статью выбрали, и параграф, и меру пресечения... (Сцепив пальцы, яростно) Зачем?! Зачем, для чего?! Кому это нужно было?!.. (Стоит некоторое время молча; суёт руку в карман, вытягивает папироску; хмуро) А ни зачем. Так просто: сделал и сделал. И шли бы вы все... (Перепрыгивает через жердь; посвистывая идёт через площадь.)

    У выезда появляются ШУМИЛОВ и ЛЮБА.

    ШУМИЛОВ. Ну, где же ваш "узурпатор"?
    ЛЮБА (заглядывая во двор). Исчез - как специально...
    ШУМИЛОВ. Знаменательный факт. Я бы даже сказал "предначертание".
    ЛЮБА. Может, в правлении?
    ШУМИЛОВ. Тогда мы давайте не торопиться. Сядем на лавочку, отдохнём...
    ЛЮБА (с иронией). Вы устали?
    ШУМИЛОВ. Да нет, я впрок отдыхаю, сейчас завертится свистопляска. (Усаживает её на лавочку перед забором.) Садитесь, моё сокровище...
    ЛЮБА. Ваша ли? (Садясь) Я и забыла, когда ухаживали за мной...
    ШУМИЛОВ. За кем в наше время ухаживают? (Садится рядом.) Ухаживаний мы, в основном, от других ожидаем... Ах, славно! Солнышко, вон, выглядывает...
    ЛЮБА. Спать вы, значит, и не ложились?
    ШУМИЛОВ. В автобусе выспался. Зато сварганил вам кое-что на сегодня... (Похлопывает себя по карману.)
    ЛЮБА. Но вы же себя изматываете.
    ШУМИЛОВ. Изматывает безделье да дрязги житейские - это они впустую... И вообще, чем скорей, тем лучше...
    ЛЮБА. Про что вы?
    ШУМИЛОВ. Я?.. Про темперамент, наверное. В движении легче...
    ЛЮБА. Знакомое состояние. Здесь без работы совсем закиснешь.
    ШУМИЛОВ. Без работы и без контактов. Я сразу почувствовал - мы с вами друг друга поймём...
    ЛЮБА (с улыбкой). И часто у вас такое? В каждой поездке?
    ШУМИЛОВ. Любочка, не воображайте меня этаким "прожигателем жизни", всё куда прозаичней. Больная жена в одной квартире, любимая дочка - в другой, и я - между стульями... Да я тут только и отдыхаю, в этих поездках, ну и финансово помогает... Притом я, как выяснилось, не Станиславский, а это всё-таки польза - и очевидная. Я же селу обязан: выходили меня тогда, после голода... Мать умерла, а меня выходили.
    ЛЮБА (осторожно). А между стульями почему?
    ШУМИЛОВ. Знать бы. Сложилось - я и живу. Второй-то своей семье я, в сущности, и не нужен: являюсь по воскресеньям - дочке пока достаточно, а маме её - хоть вовсе не приходи. Взяла, что ей требовалось, теперь у неё период раскрепощения... Так что и первую мне бросать нет надобности.
    ЛЮБА. Но вы бросали?
    ШУМИЛОВ. Отчасти. Наплёл я ей сгоряча - страх и ужас. "Право на счастье", "без любви аморально", и ножкой топнул, и дверью хлопнул...
    ЛЮБА. И не ушли?
    ШУМИЛОВ. Ушёл да вернулся - чтобы не начудила чего-нибудь. А у неё уже газа полная кухня...
    ЛЮБА. Дурёха...
    ШУМИЛОВ. Больной человек, Любочка. Раньше б она, скорей, меня головой в духовку воткнула, она ж у меня тоже сельская: на телевидении подвизалась корреспондентом... И на машине гоняла, и с сыном на лыжах...
    ЛЮБА. У вас есть сын?
    ШУМИЛОВ. Был. Был - до двенадцати лет. (Тихо) Они тогда в легковушке сидели - отец ей презентовал: она за рулём, а сынишка мой сзади - чтоб безопасней... Я выскочил на секунду, к киоску, - и как он на них налетел, этот грузовик?.. (Молчит.)
    ЛЮБА. Давно это?
    ШУМИЛОВ. Десять лет. Сейчас бы совсем взрослый.
    ЛЮБА. Вот почему вы с ней...
    ШУМИЛОВ. Да, увы. Сперва выхаживал после травм, потом жалел, потом ненавидел, а потом - как и многие: пусто-пусто... Ни жалости, ни любви, ни ожесточенья - каторга этакая обыденная...

    Молчат. Из гаража выходит Заступин. Берёт ведро с керосином, поворачивается уходить и тут слышит на скамеечке за забором голос своей жены.

    ЛЮБА. Не позавидуешь вам...
    ШУМИЛОВ. Я думаю. Нелепо звучит, но уютней мне именно здесь, на выездах...
    ЛЮБА. Естественно - здесь же вас любят.

    Заступин, поставив ведро, вытирает ветошью руки.

    ШУМИЛОВ. Вы, Любочка, от себя или от коллектива?
    ЛЮБА. Вадим Анатольевич, не опережайте события...
    ШУМИЛОВ. Я не опережаю, я их пытаюсь создать. Вы же из всей компании самая умная...
    ЛЮБА. "Сообразительная" - надо вас понимать?
    ШУМИЛОВ. Иллюстрируете мою мысль. Кстати, и самая привлекательная.
    ЛЮБА. Для вас, для вас, Вадим Анатольевич...
    ШУМИЛОВ. Не скромничайте, Любаша. Просто по роду своих занятий я чаще, чем остальные, решаюсь сказать красивой женщине, что она красива. Обидно, Любочка, горько видеть - сколько же красоты вокруг пропадает! Пока не замужем - это ещё терпимо, ещё есть надежда - вдруг повезёт, вдруг встретит - истинного ценителя...
    ЛЮБА. Кого же встречают?
    ШУМИЛОВ. Встречают, говоря языком политэкономии, "потребителя благ". Расцветёт она где-нибудь, такая вот незабудка, такая трепетная, а он навалится и сжуёт...
    ЛЮБА. Это ежели незабудка. Розу не пожуёшь.
    ШУМИЛОВ. Любочка, вы меня восхищаете!
    ЛЮБА. А вам не кажется, что и вы не очень-то идеальны - по части употребления в пишу?
    ШУМИЛОВ. Не только не "идеален", а прямо наоборот. Вы никогда восточной поэзией не увлекались?
    ЛЮБА. Хотите узнать - гожусь ли я вам в наложницы?
    ШУМИЛОВ. Ну что вы... Я изречение почерпнул у Рабиндраната Тагора, всё объясняющее - всю жизнь.
    ЛЮБА. Всю сразу?
    ШУМИЛОВ. Сами судите. "Я ищу то, что мне не дано найти, и нахожу то, чего не ищу".
    ЛЮБА. Меня вы, естественно, не искали... (Вдруг резко) Зачем я вам, Вадим Анатольевич? Нет, красоту вы спасаете - это понятно, тут вы поднаторели... Но я вам зачем?! Что ж вы всю душу мне открываете?! Вас-то, по-видимому, не то привлекает, вам бы романчик походный - и будет с вас, а вы мне - трагедии... Так нельзя.
    ШУМИЛОВ (в замешательстве). Любочка... Люба, вы ошибаетесь... Я же не потому - разве можно? - этим не спекулируют... Просто мне легче, когда меня любят хоть где-то, когда вспоминают... Легче жить...
    ЛЮБА. Вам легче, а нам? (Встаёт.) Пора, Вадим Анатольевич, сейчас подходить начнут... (Идёт через площадь.)
    ШУМИЛОВ. Любочка, не сердитесь... (Спешит следом.)

    Машинный двор с остолбеневшим Заступиным у забора остаётся сзади - Шумилов и Люба идут по доске к скверику.

    ЛЮБА. Я не сержусь, я удивляюсь. На проходимца вы не похожи.
    ШУМИЛОВ. А на кого я похож?
    ЛЮБА. На типичного человека искусства. В джинсах и с бородой.

    СКВЕРИК ПЕРЕД КЛУБОМ. Кусты вокруг пятачка асфальта, поломанная садовая скамейка в центре, при входе слева - можно сказать, на переднем плане - какая-то тумба с гипсовой вазой. В глубине справа - дверь с внушительным амбарным замком, над ней доска с надписью "Клуб"
.
    ШУМИЛОВ. Забавно переместилось: раньше мужик с бородой, теперь - человек искусства. У вас индустриализация, HTP, у нас поворот к архаике... (Соскабливает о скобу у двери грязь с сапожек.)
    ЛЮБА. Взаимно уравновешиваем. Кому ж не приятно - на прошлое на своё взглянуть - тем более, если выборочно? Сидишь себе в бенуаре, с биноклем, - и умиляешься...
    ШУМИЛОВ. Интересно, чему?
    ЛЮБА (с иронией). Искусству, Вадим Анатольевич. И балакают, вроде, как наша Петровна, и сапоги в раскорячку ставят, а всё равно... Чистенько всё выходит, культурно: хорошие побеждают, проблемы в конце решаются...
    ШУМИЛОВ. Это смотря какие проблемы.
    ЛЮБА. Вам бы, конечно, неразрешимые...
    ШУМИЛОВ. Мне б, Любочка, человека, до проблем-то я как-нибудь доберусь. (Усмехнувшись) Правда, она - в человеках...
    ЛЮБА. Правды нам в жизни хватает, хочется отдохнуть от правды...
    ШУМИЛОВ. Чего у вас не отнимешь, так это честности...
    ЛЮБА. У меня вообще трудно отнять что-либо. (Поймав довольно сухой взгляд Шумилова) Разве что вы меня убедите... (Отводит глаза.) Какое-то спортивное состязание, Вадим Анатольевич. Бой на шпагах...
    ШУМИЛОВ. Ну уж... Вы-то пока что ни одного укола не пропустили.
    ЛЮБА. Пропущу - вы же первый возненавидите.
    ШУМИЛОВ. Кто это вам внушил? Да почему как любовь - так тотчас же на ходули?! "Большая", "вечная", "до гробовой доски"! Других будто бы не бывает... А если маленькая? Если не вечная, а на полторы недели? Но искренняя, но настоящая, - предположите себе... Как что - "Беатриче" да "Беатриче", а Беатриче, к вашему сведенью, замужняя женщина...
    ЛЮБА. Как, и она?
    ШУМИЛОВ. Документально подтверждено. И приблизительно ваших лет: умерла она в двадцать пять.
    ЛЮБА. Ну, я чуть старше... (Улыбнувшись) А вы не Данте, Вадим Анатольевич. Впрочем, посмотрим, что вы в сценарии написали...
    ШУМИЛОВ. Комедию, но вряд ли "Божественную". (Взглянув в сторону площади) Так, пикировка временно прекращается - по-моему, ваш супруг...
    ЛЮБА. Меткое наблюдение. А может, и он поучаствует? Он умеет...
    ШУМИЛОВ. Умеет - по-своему. Разнесёт всё единым махом - весь наш интим, и осколки потопчет.
    ЛЮБА. Пожалуй. Ладно, начнём прикидываться, ввели вы меня во грех... (Достаёт ключ, отвернувшись к двери, открывает замок.)

    На пятачок, поскользнувшись и едва удержав равновесие, вваливается ЗАСТУПИН.

    ЗАСТУПИН. Трам-та-ра-рам-там-там! И пять минут непечатно... (Шумилову) Засмотрелся - чуть в лужу не загремел...
    ШУМИЛОВ. Урок вам - чтоб не засматривались.
    ЗАСТУПИН. Я учту. Буду смотреть в сторону.
    ЛЮБА (шумно возясь с ключом). Илья, помоги мне замок открыть. Опять заело...
    ЗАСТУПИН. Дай-ка сюда. (Быстро поворачивает ключ.) Держи, пахорукая... (Отдаёт Любе замок, скидывает засов.) Желающие могут войти...
    ШУМИЛОВ. Среди присутствующих желающих нет.
    ЗАСТУПИН. И так сегодня весь день: ищу, понимаете ли, жену, а "нахожу то, чего не ищу".
    ЛЮБА. Как?
    ЗАСТУПИН. Что "как"? Нахожу? Случайно, Любаша, без всякого злого умысла. (Шумилову) Вы извините, у нас тут свой разговор... (Вскользь) На "истинного ценителя"...
    ШУМИЛОВ. Я понял. Село, Любочка, - никуда не скроешься!
    ЗАСТУПИН. Что правда, то правда. В городе с этим делом проще: шарфиком замотался, в метро сквозанул - практически, невидимка... Если, понятно, опознавательных знаков не оставлять: адресов, телефонов, мест службы...
    ЛЮБА. Илюша, прервись. Ты мне нужен.
    ЗАСТУПИН (Шумилову). Нужен ещё - представляете?! Бегом побежишь... (Отходит за Любой к клубу.)

    Шумилов, вздохнув, достаёт из кармана листки, просматривает.

    ЛЮБА (тихо). Илья, не волынь, не было ж ничего...
    ЗАСТУПИН. Чего, чего не было? Не расслышал...
    ЛЮБА (устало). Хочешь мне всё сорвать?.. Только образовалось что-то, только вас всех собрала, только этого друга выманила... И каждому угоди, каждый выдрючивается... И всё теперь поломать - так, выходит?.. Что ж мне ему, по физиономии нахлестать для установленья контактов?
    ЗАСТУПИН. Вы установите - у меня на лбу. Ветвистые и разлапистые.
    ЛЮБА. Грубо, Илюша...
    ЗАСТУПИН. Уж как могу. Нет, коли созрела - давай! Давай, действуй! Душить я тебя не буду, вилами не пырну...
    ЛЮБА. Вот спасибо. Я разве когда-нибудь говорила...
    ЗАСТУПИН. А ты скажи. Лучше скажи. По честному, не украдкой: "не люблю" - и полный вперёд!
    ЛЮБА. Ты считаешь меня способной?..
    ЗАСТУПИН. До сих пор не считал. Люди и сами не очень подозревают, на что способны, - особенно, если запаникуют, как ты: "и молодости конец, и жизнь пропадает и красота"...
    ЛЮБА. Пропадает, Илюша. Пропадает и пропадёт. Впряглась я в эту телегу...
    ЗАСТУПИН. Должен же кто-то. Да мы здесь молимся на тебя...
    ЛЮБА. Вы молитесь... Ты, между прочим, о чувствах своих не часто упоминаешь в последнее время...
    ЗАСТУПИН. Были бы чувства. Короче, я устраняюсь, иди к нему... Вадим Анатольевич...
    ШУМИЛОВ (отрываясь от листков). Я весь внимание...
    ЗАСТУПИН. Вы разрешите, я вам вручу - под вашу ответственность? (Подводит Любу.) Но с условием...
    ЛЮБА (укоризненно). Илья...
    ЗАСТУПИН. С условием. Вернёте в целости и сохранности. Согласны?
    ШУМИЛОВ (огорчённо). Теперь придётся. (Любе тихо) Хотя мы, в общем-то, не согласны - ни с чем...

    Вдоль стены клуба бочком выдвигается ЛИПКИНА - в шапочке с бубончиком, в коротеньком полушубке и в ботиках.

    ЛИПКИНА. Добрый день...
    ШУМИЛОВ. Алёнушка, здравствуйте! Сегодня вы просто Снегурочка...
    ЛИПКИНА (краснея). Тогда, извините, вы - Дед Мороз.
    ШУМИЛОВ. Ну уж и "дед"...
    ЛИПКИНА (краснея ещё больше). Я фигурально, Вадим Анатольевич... Вы не старый, вы обаятельный... (Сообразив, что сморозила что-то не то, растерянно смотрит на Шумилова.)
    ШУМИЛОВ. Признание несколько неожиданное. Впрочем, наверное. Какие же мы артисты без обаяния... (Полувопросительно заглядывает в лицо совершенно сомлевшей Липкиной.)
    ЛЮБА (Заступину язвительно). Хозяин, Илья Федотыч... "Вручил" он меня, сосватал, крепостную себе нашёл...
    ЗАСТУПИН. Ты, Любка, и мстительная...
    ЛЮБА. А ты дремучий. По-твоему, раз мужчина и женщина, то никаких других интересов быть и не может - только "лягимте в койку"?
    ШУМИЛОВ. Граждане, не откалывайтесь, шептаться - дома... (Заступину) Илья Федотович, зря вы накинулись - это же не всерьёз...
    ЗАСТУПИН. Да я догадываюсь.
    ШУМИЛОВ. Нет, без подтекста. Это игра, понимаете?
    ЗАСТУПИН. Игра - и довольно азартная.
    ШУМИЛОВ. И это вы повернули... Любочка, я в отчаянье: ваш муж меня обсмеял!
    ЗАСТУПИН (невинно). Я - вас? В мыслях не было. Вы - гость, а гостей мы не привлекаем... (На Любу) Гостей мы любим.
    ШУМИЛОВ (Любе). Вот подтверждение! (Заступину) Конфликт улажен, я полагаю?
    ЗАСТУПИН. Конфликт? А кто здесь конфликтовал? Так, поигрались маленько... В жмурки. (Липкиной) Алёна Витальевна, к вам вопрос. Дочурка наша не хулиганила?
    ЛИПКИНА. Нет, нет, ребёнок организованный... Дерзит иногда, но они все сейчас, все независимые...
    ШУМИЛОВ. Тяжко, Алёнушка? В школе, в начальных классах...
    ЛИПКИНА (влюблённо воззрясь на Шумилова). Наоборот, с ними мне интересней, с ними я и в себе уверена, и во всём... Нет, честно, школа меня спасает...

    У скверика - совсем близко - лихой перебор баяна.

    ШУМИЛОВ. Я вижу, музыка подоспела... С дамой и "подшофе".
    ЗАСТУПИН (взглянув в сторону площади). Да, в лоскуты...

    В скверик вступает ПАША - бодрый, розовоносый и жизнерадостный. С ним ТОСЯ.

    ПАША (беря аккорд "под трубу"). Ту-ту-ту-ту! Мы прибыли!..
    ШУМИЛОВ. Маэстро, я вас приветствую! Тосенька, вы всё красивше - это невыносимо...
    ТОСЯ (сияя). Вы уж терпите, я так и дальше намерена... (Липкиной) Привет, Витальевна, - посекретничаем... (Отводит Липкину к клубу.)
    ЛЮБА (Паше тихо). Рехнулся, Павлуша? С чего это ты набрался?
    ПАША. Я в форме, Любаша, в форме... В самой спортивной.
    ЛЮБА. Чую - на расстоянии. Полставки тебе я не для того выбивала.
    ПАША. Полставки, ха! Павел Балазов за деньги не продаётся! (Вновь выдаёт перебор на баяне.)
    ЛЮБА. Илюша, сейчас я ему этот баян на башке его разобью...
    ЗАСТУПИН. Не стоит. Работать он может, состояние, как говорят врачи, "средней тяжести".
    ШУМИЛОВ. Павел Савельич, я к вам - как профессионал к профессионалу... (Берёт Пашу под локоток.) Идёмте-ка в клуб...
    ПАША. И то. Кучкуемся тут без пользы...
    ШУМИЛОВ (Любе). Любаша, показывайте свои владения...
    ЗАСТУПИН. "Владенья" - киношки только крутить...
    ЛЮБА. Ох, запрягу я тебя, Илюша, чтоб не шпынял. И не отстану, пока мне всю печку не переложишь... (Уходит в клуб.)
    ЗАСТУПИН (идя за ней). Переложил бы, кабы умел...
    ШУМИЛОВ. А мы, Павел Савельич, займёмся переложениями иного рода. (Пропуская Пашу вперёд) Обзорчик на популярные темы, "джемсэйшен"... (Уходит за Пашей в клуб.)

    Тося и Липкина продолжают обмен впечатлениями. На протяжении их беседы из клуба то и дело доносятся обрывки исполняемых не слишком твёрдой рукой Паши мелодий.

    ЛИПКИНА. Так, так, Антонина... Значит, решилась? Бросила вызов?
    ТОСЯ. Что я там бросила... Позвал - я и пошла.
    ЛИПКИНА. Позвал, а куда?.. Не жутко было?
    ТОСЯ. Нет, он ласковый. Сначала - конечно: чужой, хмурый, каждое слово - клещами... А потом - нет, потом - как во сне...
    ЛИПКИНА. Счастлива?
    ТОСЯ. А заметно?..
    ЛИПКИНА. Ещё бы. Светишься вся - как Дева Мария. Жениться не обещал?
    ТОСЯ (беззаботно). Я не спрашивала. Зачем? Лишь бы не уезжал, лишь бы рядом...
    ЛИПКИНА. Лишь бы - это пока во сне. А проснёшься?
    ТОСЯ (смеясь). Не хочу просыпаться, Алёнушка, не хочу!.. (Зажмурив глаза, кружит по скверику.) Баю-бай, баю-бай, спи, малютка, засыпай!..
    ЛИПКИНА. Ухнула ты, однако... В "омут страстей".
    ТОСЯ. А ты б не хотела? Ухнуть - и будь что будет!
    ЛИПКИНА. Я и хотела б, да не с кем. Этот, вон, шутит, шутит, а сам всё на Любку косится...
    ТОСЯ. Кто, бородатый? К себе его пригласи, на чай. Стесняешься - давай я...
    ЛИПКИНА (возмущённо) Перестань! Навязываться - как я не знаю... Дико! И стыдно, Тосенька, стыдно...
    ТОСЯ (весело). "Стыд не дым - глаза не выест". А сохнуть в своём углу - это не дико? Решай, подружка, - решай и решайся. Хватит тебе по книжкам...
    ЛИПКИНА. "Решайся"... Я же не ты, что делать...
    ТОСЯ. Что делать? А взять и начхать на всё!
    ЛИПКИНА. То есть, на честь начхать? на порядочность? на культуру?! Так, знаешь, кем можно стать?..
    ТОСЯ (махнув рукой). Лишь бы стать - всё равно кем...
    ЛИПКИНА. Но это... Это безнравственно!..
    ТОСЯ. Что ты, что Веня, - развозите дурость всякую. То-то вы очень "нравственные" - шагу не сделаете без книжки...
    ЛИПКИНА (сухо). Кому что ближе. (В сторону площади) Кстати, ты можешь ему всё высказать - он сюда направляется...
    ТОСЯ. Венька?! Алёнушка, спрячь меня! Испортит мне настроение перед встречей... (Уходит вперёд за тумбу - так что входящим в скверик её не видно.) Скажи, что меня здесь не было...
    ЛИПКИНА. Скажу - пожалуйста...

    В скверик, запыхавшись, влетает СТРУЕВ с заступинским набором инструментов в руках, за ним - ОТЕЦ ЗАСТУПИНА.

    СТРУЕВ. Тоська пришла?
    ЛИПКИНА. Вот мы как - с места в карьер... Здороваются обычно.
    СТРУЕВ. Здрасьте, я извиняюсь. Нынче такие новости - закачаешься!
    ОТЕЦ. Закрой-ка ты свой репродуктор, Вениамин. Уже раззявил...
    СТРУЕВ. Молчу, молчу... Ну, он её сам обрадует...
    ЛИПКИНА. Вы, Веничка, не встревали бы ни во что - дружеский вам совет... (Поворачивается идти в клуб.)
    ОТЕЦ. Илюшку там моего покличьте, если не затруднит...
    ЛИПКИНА. Илью Федотовича? Он здесь. (Входит в клуб.)
    ОТЕЦ. Ты, Веня, и балаболка. Сейчас бы всем растрезвонил...
    СТРУЕВ. Но я же намёком...
    ОТЕЦ. Девчатам ты намекай, на танцульках. Дело нешуточное...

    Из клуба, накинув на плечи куртку, выходит ЗАСТУПИН.

    ЗАСТУПИН. Веничек, опоздал. Ждать себя заставляешь...
    ОТЕЦ. Это из-за меня, Илюша. Мы с ним в правление заглянули, а тут как раз телефон... Из района звонили - насчёт Васятки. За ним какая-то группа едет, из области...
    СТРУЕВ. Не какая-то, а опергруппа. Из уголовного розыска. Самим, сказали, не трогать ни в коем случае. Я и к мильтону нашему забежал, записку оставил, чтоб не спугнул...
    ОТЕЦ. Оружие у него, у Васьки...
    СТРУЕВ. "Особо опасный" - так и сказали...
    ЗАСТУПИН. Понятно, оперативники зря не ездят. (Про себя) Значит, не врал он мне про подругу, не врал... Взял грех на душу.
    ОТЕЦ. Ты с ним, Илюша, поосторожней. Не провоцируй.
    СТРУЕВ. Они и встретиться не успеют, Федот Макарыч. Приедут сейчас, повяжут нашего дядю Васю, обслужат по высшему классу...
    ЗАСТУПИН. Злорадствовать, Веня, - довольно подло. Антонина не знает?
    СТРУЕВ. Откуда? Ей и не надо знать. А что её нет так долго?
    ЗАСТУПИН. Была, отлучилась, должно быть.
    ОТЕЦ. Ну, я - в правление, группу эту ловить, а вы никуда...
    ЗАСТУПИН. Репетиция, батя, - кто нас отпустит...

    В дверях клуба показывается ШУМИЛОВ.

    ШУМИЛОВ (с широким жестом). Господа актёры! Сей храм искуйсства ждёт вас! (Отцу) Храм, правда, слегка не топленный, но это и обнадёживает. Не засидишься. Илья Федотыч, подайте живой пример...
    ЗАСТУПИН. Я только этим и занимаюсь. (Идёт к дверям.)
    ШУМИЛОВ (Струеву). Вениамин, включайтесь! Никак мы без вас не сдвинемся - без вашего соучастия...
    СТРУЕВ. Я - вот он. Готов к любым испытаниям. (Заступину) Наборчик я вам принёс - всё нормально...
    ЗАСТУПИН. Осилил? Личная благодарность, Веня... (Пропускает Струева в дверь, Отцу) Видал, батя? Смена!.. (Уходит за Струевым.)

    Шумилов, окинув своим режиссёрским оком скверик, шагает к двери.

    ОТЕЦ (Шумилову). Можно вас?
    ШУМИЛОВ (оборачиваясь, живо). Да?
    ОТЕЦ. Я за Илюшку хочу просить. Приструните его, если что, - он отчаянный... (Не замечая недоумения Шумилова) Он же один у меня, жена мне других-то не родила, она и этого под расписку, врачи-то ей запрещали...
    ШУМИЛОВ. Сильно болела?
    ОТЕЦ. Болела - как не болеть. В лагере их была, в немецком, целых два года... Я тогда на вокзале её приметил: зачуханная, остриженная, сидит на своём узелке и дрожит... Родных никого, жить негде, сама худющая - ветром её качает, а уж забитая... (Отвернувшись, снимает очки.) Бедная девонька... (Помолчав) Потом-то и подкормили, и отошла понемногу но сердце, знаете, дистрофия... Всего не поправишь.
    ШУМИЛОВ. "Дистрофия", слово какое звучное. И не подумаешь... Меня ведь, Федот Макарыч, тоже приговорили. На эвакопункте, когда через Ладогу переправились... Матушка за водой пошла, а меня в грузовик уже кинули, с покойниками: пульса нет, дыхания нет, - в общем, поторопились... Так шофёр ей ещё отдавать не хотел, она меня выкупила за полбуханки. (Усмехнувшись) Такая вот мне цена, оказывается, - полбуханки... (Отцу) А вы по второму разу жениться не думали? Вам не поздно.
    ОТЕЦ. Где же не поздно? Кожа, вон, высохла, на руках... Да и не надо мне "по второму": любил я её одну и любить буду... (Тихо) Я и местечко отгородил - чтобы уж лечь, так рядом...
    ШУМИЛОВ. Вам ли об этом... Пойду, извините, народ волнуется. (Уходит.)

    Тося, бледная, как полотно, появляется из-за тумбы.

    ОТЕЦ (принимая её появление как должное). Вот так, Антонина, жизнь, почитай, и кончилась... Быстро так - и прошла. Прошла, понимаешь?

    Тося молчит - вероятно, даже не слыша его.

    ОТЕЦ. Внучка дедуленькой величает: "дедуленька" - и гуляй... "Дедуленька" - это мне-то... (Выходит из скверика.)

    Тося, шагнув к скамейке, садится.

    ТОСЯ (пытаясь понять). "Особо опасный"... "Особо"...

    Из-за кустов сзади неслышно выскальзывает ВАСЁК.

    ВАСЁК (обнимая её). Тосик, я здесь. Свободна?
    ТОСЯ (быстро). Васенька... Василёк... Уходи...
    ВАСЁК (сжавшись). Ну, что? Не тяни.
    ТОСЯ. Приехали за тобой, из милиции. Машину прислали специальную...
    ВАСЁК. Всё-таки раскопали... Давно приехали?
    ТОСЯ. Не знаю. Федот Макарыч встречать их пошёл...
    ВАСЁК. Стало быть, на подъезде. Авось обернусь...
    ТОСЯ. Но за что? За что тебя - как преступника?
    ВАСЁК. За вспыльчивость. Счёты неаккуратно свёл. (Жёстко) Обо мне - никому. Успею - я сам к вам вернусь, попрощаться... Иди.
    ТОСЯ. Васенька!.. (Обнимает его.) В самый последний...
    ВАСЁК. И время ты выбрала... (Целует.) Иди и помалкивай.
    ТОСЯ. Беги, Василёк, беги...
    ВАСЁК. Бежал бы, да некуда. Теперь, как шутил мой родитель, "зробим концовочку"... Живым они меня не возьмут. (Ныряет в кусты и так же неслышно скрывается.)
    ТОСЯ. И всё. (Идёт к двери клуба.) Всё... всё... всё... (Входит.)

    КЛУБ. В глубине справа - невысокая сцена с экраном на задней стенке, перед ней на стульях - ПАША с баяном, ЛЮБА, СТРУЕВ и ЛИПКИНА. Слева - дверь, в которую входит ТОСЯ; тут же, у закопчённой, прикрытой плакатами стены, - лавка, на лавке ЗАСТУПИН с развёрнутым чехлом - раскладывает инструменты в должном порядке. ШУМИЛОВ, присев на край сцены, просматривает свои листки.

    ШУМИЛОВ (живо). Тонечка, вот и вы!.. Чем-то огорчены?
    ЛИПКИНА. Не беспокойтесь, Вадим Анатольевич, её утешат. Есть добрые люди.
    ШУМИЛОВ. Ай вы какая, Алёнушка! Я же отечески...
    ЛИПКИНА. А вы нас удочерите тогда, всех трёх, - мы согласны.
    ШУМИЛОВ. Вас-то, Алёнушка, - в первую очередь. Таких-то девочек я и люблю - здоровеньких да румяненьких!..
    ЛИПКИНА (вспыхнув). Вадим Анатольевич, перестаньте меня смущать!
    ШУМИЛОВ. Не перестану. Смущение - это настолько редко: сейчас никого не смутишь, ничем...
    ЛЮБА (Тосе тихо). Антонина, ты что - как в воду опущенная? С Васькой своим полаялась?
    ТОСЯ. С Васькой?.. Мы не виделись, нет...
    CTPУEB. Увидитесь - очень скоро.
    ЗАСТУПИН (сворачивая набор). Вениамин, накажу.
    СТРУЕВ. Понял, военная тайна... Дядь Паша, сбацай чего-нибудь!
    ШУМИЛОВ. После, после... Спасибо, Павел Савельич, настроение создали, а сейчас пауза, начинаем! Садитесь-ка потесней, чтобы я всех вас - единым взором! Особенно дам...
    СТРУЕВ (хватая стул). А мы их вам - в первый ряд! Обозревайте!
    ШУМИЛОВ. Э нет, господа актёры, прошу на сцену. Я - здесь, вы - там, как положено... Ухаживайте, Вениамин.
    СТРУЕВ (хватая второй стул). Мы это - по мановению! (Ставит стулья на сцену.) Дамы, заскакивайте... (Тосе) Помочь?
    ТОСЯ (с ненавистью). Не притрагивайся ко мне... (Идёт на сцену.)
    СТРУЕВ. Фу ты, ну ты... (Снимает шляпу, кладёт на лавку.)
    ШУМИЛОВ (подавая Липкиной руку). А вы, Алёнушка, не откажете?
    ЛИПКИНА (краснея). В чём вам откажешь, Вадим Анатольевич...
    ШУМИЛОВ. Ого! Теперь вы меня засмущали... (Подсаживает её на сцену.)

    Струев тащит ещё два стула.

    ЛЮБА. Илюша, тебя ещё долго ждать? Других уже на руках носят...
    ЗАСТУПИН (вставая). Ты разрешаешь? (Сбрасывает на лавку куртку.) Ну, Любочка, слово сказано... (Бросает на куртку чехол с инструментами.) Сопротивление бесполезно. (Поднимает Любу за талию.) Полетели-полетели...
    ЛЮБА (смеясь). Илюшка!
    ЗАСТУПИН. И - сели... (Опускает её на сцену.)
    ЛЮБА (смеясь). Совсем оборзел...
    ШУМИЛОВ (завистливо покосившись на эти игры, Заступину). А вы в свитерке не замёрзнете? Свежо...
    ЗАСТУПИН (беря стул). Свежо, но безветренно. Не должен. (Запрыгивает со стулом наверх.)

    Участники агитбригады рассаживаются группкой на сцене: Люба, Липкина, Тося - вперёд, Заступин и Струев - сзади. Тося, достав из сумки туфли, переобувается, - непонятно, зачем.

    ЛЮБА (Шумилову). Это нам семечки, Вадим Анатольевич, - он в мороз ледяной водой обливается. И Пушкина мне в пример приводит: вычитал где-то, как тот в ванне со льдом плескался...
    ШУМИЛОВ. Пушкин? Я и не знал... Вы, значит, и с классиками на "ты"?
    ЗАСТУПИН. Ну нет, не столь фамильярно. Вопросики возникали по ходу, искал ответа...
    ШУМИЛОВ. Нашли?
    ЗАСТУПИН. Как вам сказать... Старые разрешил - новые появились. Но хоть не один ты маешься - и то утешительно.
    ШУМИЛОВ. Да, вопросики общие... Расселись? Тогда распорядок следующий: вы сейчас почитаете потихоньку, что я насочинял, а Павел Савельич мне песенки поиграет. (Паше) Чтобы мы с вами на вашем же материале работали, на местном...
    ПАША. Ясно, для колориту...
    ШУМИЛОВ. Вы как себя называете - вашу агитбригаду?
    ЛЮБА. Пока никак. Только что собрались, перед вашим приездом, а то всё с бору по сосенке...
    ШУМИЛОВ. Тот ещё коллективчик... А если попросту - "Соловейки"?
    ЗАСТУПИН. Скорей, "Соловьи-разбойники".
    ЛЮБА (Шумилову). Это он про себя. Название - в самый раз. Голосуем?
    СТРУЕВ. Большинство "за" - значит, единогласно!
    ЗАСТУПИН (хмыкнув). Что-то ты, Веничка, перегнул...
    ШУМИЛОВ. В общем, держите. (Отдаёт Любе листки.) Схема такая: выходим, поём вступительную, затем немножечко позитива - о достижениях, о передовиках, и далее - по конкретным проблемам с песней, то есть, сатира. Ну и в финале выход на перспективы: "что мы имели и что будем иметь".
    ЗАСТУПИН (заглядывая в листки). И что же будем?
    ЛЮБА. Илюша, не юмори...
    ЗАСТУПИН. А мне любопытно. Как это? "Спрашиваем - отвечайте"!
    ШУМИЛОВ (Любе). Он всё выворачивает - любую фразу! (Заступину) Да вам, по-моему, лучше меня известно, у вас же в планах указано...
    СТРУЕВ. Конечно, Илья Федотыч! "Благосостояние" будем и "благоденствие"...
    ЗАСТУПИН. А то ты их не имеешь. (Шумилову) Ну, скажем, планы мы выполним, - выполним, перевыполним, наладим в конце-то концов все эти "отрасли"...
    ПАША (с места). Наладь нам, Илюша, наладь. Сколько ж можно!
    ШУМИЛОВ (на Пашу). Вот вам и "голос масс"...
    ЗАСТУПИН. Масса имеется - килограмм восемьдесят живого веса, а голоса я не слышу. Вяканье разве, невразумительное...
    ЛИПКИНА (Шумилову). Вадим Анатольевич, не перебивайте его!
    ШУМИЛОВ. Это не так-то просто, Алёнушка. (Заступину) И что же вам любопытно, Илья Федотыч? Какой "вопросик"?
    ЗАСТУПИН. Главный, я полагаю. Выходит, до нас жизни клали, и мы сейчас, и всё это только затем, чтобы какой-нибудь Венька Струев "поблагоденствовал" после?
    СТРУЕВ. Я-то при чём?!
    ЗАСТУПИН. Ты - образ, Веня. В тебе же всё - как в зародыше... (Шумилову) Да если мы - ради этого, тогда мне и смысла нет. Я уж тогда о собственном благоденствии позабочусь, чем же я хуже? А средств не хватит - урву, где смогу...
    ЛЮБА. Что наш любезный Павел Савельич с успехом и демонстрирует...
    ПАША (вскидываясь). Павла Савельича не замай!
    ЗАСТУПИН. Сиди, сиди, Паша, - тебя обстоятельства вынуждают... (Шумилову) Так вот "для чего"? И труд наш и жизнь - для чего всё в конечном счёте? Какой смысл?
    ШУМИЛОВ. То есть, глубинный смысл? Сверхзадача - хотите сказать?.. А вам не кажется, что вы чересчур уж грузите на агитбригаду? Эстрада всё-таки, жанр...
    ЗАСТУПИН (резко). Я не о жанрах! "Эстрада", "песенки", "схемы"... А вы никогда не задумывались, откуда она берётся - всякая нечисть? Ворюги эти, пропойцы, хулиганьё малолетнее?.. Не задумывались?..
    ШУМИЛОВ. Почему ж "не задумывался"? Об этом я и программы ставлю. Разные поколенья, Илья Федотыч, отсюда и смысл... Вернее, смыслы.
    ЗАСТУПИН. Да нет, он один. Человек или для человека живёт, или для своего удовольствия.
    ШУМИЛОВ. Остальное вы исключаете?
    ЗАСТУПИН. Остальное - уловки, чтобы не выбирать. Удовольствий-то более чем достаточно. (На Пашу) Кому - спать, водку пить, - пассивные, так сказать; (на Струева) кому - распоряжения отдавать бессмысленные; (Шумилову) а кому - всё искать, искать... Но вот что объединяет, как я заметил: все они, удовольствия, все - во вред. Против других.
    ШУМИЛОВ. Короче, давайте без удовольствий?! Садимся на хлеб и воду, спим на голой земле, и все "подвижники", все "смыслом" одним живут... Так по-вашему?
    ЗАСТУПИН. По моему - люди людьми должны стать. И не частично, не кое в чём... Если искусство, то нечего и увиливать.
    ШУМИЛОВ. Боюсь я формул, Илья Федотыч. Жёстких - тем паче. (Деловито) Мы, может, к программе нашей приступим? Позиции, вроде, выяснили...
    ЛЮБА. Давно бы, Вадим Анатольевич. Замучили вы нас спорами.
    ЛИПКИНА. Что вы, Любаша, потрясающе интересно! Я и не думала...
    ЗАСТУПИН. Да, о программе... (Показывает в листок.) Фамилии есть знакомые - надо бы выкинуть.
    ШУМИЛОВ. Мне лучших дали, я и вписал. Лучший вы или нет?
    ЗАСТУПИН. Ну да, представляю... Мы с Веней выйдем в начале, объявим, и под чечётку - сами же про себя: "Мы лучшие! Мы первые! А потому всем встать!" (Серьёзно) Нам пока хвастать нечем - не чемпионы. Нам до самой обычной жизни, до самой средней, - семь вёрст и все лесом...
    ШУМИЛОВ. Любочка, я сдаюсь! (Заступину) "Не называя имён"? Пожалуйста, хоть всю программу!
    ПАША (с места). Я голосую...
    СТРУЕВ. Ты-то - естественно, дядя Паша. А я против.
    ЗАСТУПИН. Любишь ты, Веничка, "в лучах славы"...
    СТРУЕВ. Заслуженной, между прочим...
    ШУМИЛОВ. Словом, читайте, граждане "Соловейки". А мы с Павлом Савельичем попоём... (Повернувшись к Паше, поёт на какой-то невероятный "страстный" мотив) "Как тяжело ходить среди людей... И притворяться не погибшим..." (Садясь на край сцены, Паше) Просвещайте меня - записываю. Что поёте?
    ПАША (трогая кнопки баяна). Сейчас, дай Бог памяти... (Запевает)
    "Как с вечора, с полуночи, как с вечора, с полуночи
    головка болела, головка болела!
    Ой, головушка моя болела, ой, головушка моя болела,
    гулять захотела, гулять захотела..."
    ШУМИЛОВ. Ваша любимая, вероятно?.. Идёт. Что ещё?
    ПАША. Или эта... (Играет.)

    Шумилов записывает. На сцене читают начало сценария. Струев наклоняется к сидящей перед ним Тосе.

    ЛИПКИНА. Веничка, не дышите мне в шею...
    СТРУЕВ. Я не вам...
    ЛИПКИНА. И не сопите. (Кивнув на совершенно ушедшую в себя Тосю) Вы же видите - здесь всё кончено...
    ЛЮБА. Давайте не отвлекаться...
    СТРУЕВ. Мы на чуть-чуть... (Выпрямляясь, Заступину) А Васеньку-то, поди, забрили... Или отстреливается?
    ЗАСТУПИН. Типун тебе на язык.

    Паша с лихим перебором выдаёт проигрыш "Соловейки".

    ШУМИЛОВ. С этой ясно - это у нас вступительная... Кто там опять?

    В клуб, в сбившемся на плечи платке, входит ПЕТРОВНА.

    ПЕТРОВНА. Илюша, я за тобой... (Идёт к сцене.)
    ЗАСТУПИН. Из дому? (Идёт к краю сцены.) Ну?

    Тося, не сводя глаз с Петровны, встаёт.

    ПЕТРОВНА. Илюшенька, наклонись... Беда!
    ЗАСТУПИН. С Васькой?
    ЛИПКИНА (дёргая Тосю). Антонина, ополоумела? Сядь...

    Тося, не отвечая ей, вырывает руку.

    ЗАСТУПИН (присев, тихо). Что с ним, Петровна? Арестовали?
    ПЕТРОВНА. Хуже, Илюша, хуже... (Понизив голос) Оружие у него, пистолет, - я с фермы-то забежала, в хату вхожу, а он его заряжает... И страшный такой, свирепый... "Уйди, - говорит, - тут скоро пальба начнётся..." Я уж и так с ним и этак, а он рычит, матится по чёрному... Илюшенька, может, ты? Может, уговоришь? Тебя он послушает... Убьют же!
    ШУМИЛОВ. В чём дело, граждане? Почему посторонние в зале?
    СТРУЕВ. Им надо, Вадим Анатольевич, у них экстремальная ситуация...
    ЗАСТУПИН. Ладно, идём. (Встаёт, Шумилову) Простите, требуется моё вмешательство...
    ШУМИЛОВ. Вы насовсем уходите?
    ЗАСТУПИН (с юмором). Нет - будем надеяться. (Любе) Я к Ваське, Любаня. Скажу, чтоб не баловался, и возвернусь.
    ПЕТРОВНА. Илюшенька, побыстрей...
    ЗАСТУПИН. Иду, Петровна...

    Тося, смотря на дверь, вскрикивает.

    ТОСЯ. Ты?..

    В дверях, засунув руки в карманы своего пиджачка, стоит ВАСЁК.

    ЗАСТУПИН. Да вот он, Петровна. Сам объявился.
    ВАСЁК (невесело улыбаясь). Уже настучала, старая? (Заступину) Ну что, Илюша, мандраж в коленках? Я как раз по твою душу...
    ШУМИЛОВ. Это не репетиция, а бодяга! Ходят - кому не лень...
    ВАСЁК. Ага, возмутительно...
    ПЕТРОВНА. Васька, ты что задумал?!
    ВАСЁК. Ты, старая, выдь за дверь. И крестик можешь на мне поставить - мне теперь "вышка".
    ТОСЯ. Что, Вася? Что ты сказал?..
    ВАСЁК. Убьют - "что". Высшая мера. (Петровне) Иди, говорю, - я тут сейчас поминки буду справлять - по себе... И этих, из уголовки, предупреди - пусть не лезут, не то я их всех перебью, всех! Заложники у меня...
    ПЕТРОВНА. Какие заложники?.. Что ты плетёшь?!
    ЗАСТУПИН. Заложники - это мы. Кино - да и только...
    ВАСЁК (подталкивая Петровну к выходу) Пошла, пошла, старая, а то приложусь на прощанье, как в молодости...
    ПЕТРОВНА. Что же ты делаешь, Василёк? Что же ты делаешь?!..
    ВАСЁК. Не причитай. Накрылся твой "Василёк" - каюк. Сколько ни выкарабкивался отсюда, а здесь же и сковырнусь...
    ПЕТРОВНА. A ты не противься, ты повинись, - меньше тебе присудят...
    ВАСЁК (в бешенстве). Катись, я сказал! (Выталкивает Петровну, захлопывает за ней дверь, и всё это - не вынимая правой руки из кармана.)
    ШУМИЛОВ (Струеву). Не совсем понимаю. Хозяйничает, кричит... Он кто?
    СТРУЕВ. Он?.. Он - убийца.

    Тося, вздрогнув, поворачивается к Струеву. Васёк, всё так же следя за сценой, всаживает в ручку двери ножку стула.

    ПАША (наблюдая за манипуляциями Васька). Гляди ты, баррикадируется...
    ЛЮБА (Заступину тихо). Илюша, чего он хочет?
    ЗАСТУПИН. Того же. Удовольствие получить. (Ваську) Так ты говоришь - ко мне?
    ВАСЁК. К тебе, Илюша, к тебе... (Пробует стул - надёжно ли заперто.)
    ЗАСТУПИН. Тогда снимай пиджачок. Поборемся, вспомним детство... (Шагает к краю сцены.)
    ВАСЁК (резко). Стоять - всем! Сейчас поборемся... (Достаёт из кармана пистолет - не очень большой, но увесистый.) Против лома нет приёма.
    ПАША. Ой-ёй, ещё и пистоля...
    ВАСЁК (Паше). А ты положи гармошку и лезь на сцену. Не толкись тут под дулом.
    ПАША. Баян, между прочим, а не гармошка... (Ставит баян на пол, встаёт.)
    ЗАСТУПИН. Э, Вась, нечестно. Силы у нас неравные...
    ВАСЁК. Ничего. Вас много, а я один. (Паше) Ты долго?..
    ЛИПКИНА (дрожа). Он же бандит... бандит...
    ЛЮБА. Спокойней, Алёнушка, не трясись...

    Паша пытается влезть на сцену, нога у него все время срывается.

    ПАША. Подножки какие высокие...
    ШУМИЛОВ. Уймитесь вы, Павел Савельич... (Усаживает Пашу на край сцены, Струеву тихо) А он у него стреляет?
    СТРУЕВ. Наверное. Я отвлеку... (Шагает к Заступину.)
    ВАСЁК. Ты, рыжий, вернись. Перемещаться я запрещаю.
    СТРУЕВ (сразу вспылив). А я тебе не обязан! Не подчиняюсь!..
    ВАСЁК (невесело) Подчинишься. (Демонстрирует пистолет.) На всех у меня - по одной. А через кровь я переступил.
    ШУМИЛОВ (тихо). Как торжественно...
    ЗАСТУПИН (Струеву). Веничек, не геройствуй. Стань, где стоял.
    СТРУЕВ (возвращаясь в свой угол) Дрожим, унижаемся... Перед кем?!
    ТОСЯ. Постойте... Постойте, он же ко мне, он пугает...
    ВАСЁК. Двоих уже напугал - до смерти. (Тосе) Вот так оно, зайчик, в натуре: два трупа...
    ТОСЯ. Не надо, не говори! Ты нечаянно...
    ВАСЁК. Ага, ненароком. Шпалер нечаянно приобрёл, местечко определил... (Жёстко) Два - в прошлом, а в настоящем - сколько вас тут? (Тосе) Тебя-то я - напоследок. Может, ещё попользую...
    ТОСЯ (задохнувшись). Ты... Ты же всё рушишь...
    ВАСЁК. Затем и пришёл. Затем - порушить... (Зло) Ну-ну, ненавидь, клейми, презирай, - опозорил же перед всеми!
    ТОСЯ (тихо). За что ты меня?.. (Отворачивается к Липкиной.)
    ЗАСТУПИН. Ты выбрал, Вася, - самую беззащитную...
    ВАСЁК (взмахнув пистолетом). Хочешь вместо неё?
    ЗАСТУПИН. Ты б не размахивал этой штукой: стрельнёт - штукатурку попортит...
    ВАСЁК (срываясь на крик). Я не шучу! (Задев баян, машинально придерживает его и тут же, вспомнив, со злостью пинает.) Понаставляли!..
    ПАША. Эй, эй, инструмент!.. (Струеву) Слушай, он что, он расстреливать нас собрался?
    СТРУЕВ. До вас и доходит, дядь Паша...
    ПАША (Ваську). А может, отпустишь, Вася?.. (Подхалимски) Хотя бы некоторых, многосемейных?..
    ВАСЁК. Сгинь ты. (Заступину) Сейчас поползёшь, Илюша. Ты - первый. Сперва прощения у меня попросишь...
    ЗАСТУПИН. Я бы не зарекался.
    ВАСЁК. Попросишь - как шёлковый. И за вчерашнее, и за всё... Всю жизнь ты мне - как бельмо, всю жизнь - поперёк дороги! (Вдруг) Апельсинчики не забыл? Я крал, меня убивали, а ели-то мы на пару, вдвоём мы их ели!..
    ЗАСТУПИН. Память феноменальная, напрасно жаловался...
    ВАСЁК. Болтай, болтай... Сейчас я тебя сломаю. (Поднимает пистолет.) Ну-ка, скажи: "Прости меня, Василёк, я не прав".
    ЗАСТУПИН. Прав, Василёк. Да ты, вероятно, и сам догадываешься...
    ВАСЁК. Повторяй, ну! "Прости меня..."
    ЗАСТУПИН (не удержавшись). Бог простит, Вася.
    ВАСЁК (взвившись). Убью - я предупреждаю!
    ЗАСТУПИН (следя за каждым движением Васька). Только и можешь - убить. И то по подлому - из железки...
    ВАСЁК. Значит, не повторишь?
    ЗАСТУПИН. Не люблю я цитат, Васёк. Думать они мешают...
    ВАСЁК. Мыслитель?.. Ну, тогда поразмысли... (Переводит дуло на Любу) Следующая, учти...
    ЛЮБА (побледнев). Молчи, Илюша. Пусть на его совести...
    ЗАСТУПИН (стиснув зубы). Да нет, не пусть. Совести захотела... (Ваську) Как там? "Прости меня - я не прав"?
    ВАСЁК. "Василька" ты забыл. И поклониться.
    ЗАСТУПИН. В пояс?
    ЛЮБА. Илья!
    ЗАСТУПИН. Спокойно. Стой и молчи. (Ваську) В пояс, я спрашиваю?..
    ВАСЁК. Угу, до пола. Поклонишься - и на брюхо... Вот так, Илюша: нащупаешь слабину в человеке - потом из вас хоть верёвки вей...
    ЗАСТУПИН. Да технология мне понятна. А зря, Василёк...
    ВАСЁК. Ты пошевеливайся, мне некогда. Люди ещё на очереди... На брюхо - живо!
    ЗАСТУПИН (чуть наклоняясь перед броском). Уже укладываюсь...
    ВАСЁК (вскидывая пистолет). Стоять!
    ШУМИЛОВ (неожиданно). Ну ладно, граждане, вы тут свои отношения выясняйте, а мне пора покурить... (Подходит к лавке с вещами Заступина.)
    ВАСЁК (удивлённо). Ты, борода, тебя не касается?
    ШУМИЛОВ (невнятно). Я-то при чём... Я приезжий... (Наклоняется и закрывает собой вещи.)
    ВАСЁК. Чего шепелявишь?.. (Держа под прицелом сцену, делает шаг к лавке и оказывается в непосредственной близости от Шумилова.)
    ШУМИЛОВ. Так... Про себя... (Вдруг с разворота коротко бьёт чехлом с инструментами по руке Васька - и пистолет, кувыркнувшись, летит в дальний угол клуба.)
    ВАСЁК (взвизгнув от боли). Падаль! (Ударом левой сбивает Шумилова прямо под ноги Паше.)

    И в тот момент, когда Васёк, расчистив себе дорогу, кидается было за пистолетом, Заступин, спрыгнув со сцены, сзади обхватывает его.

    ЗАСТУПИН. "На брюхо"? "Прости", да? (Стискивает Васька.) Давить я вас буду... Давить...

    Васёк с прижатыми к туловищу руками дёргает головой, пытаясь ударить Заступина и высвободиться. Люба спешит к Шумилову.

    ЛЮБА. Куда вам?.. Куда попало?..
    ШУМИЛОВ (закрыв лицо). Нос... Платок достаньте...
    ЗАСТУПИН (сдавливая Васька). Венька! Оружие подними!
    СТРУЕВ. Есть! (Бежит в угол за пистолетом.)

    Васёк, изогнувшись, подбивает ноги Заступина - и оба валятся на пол. Однако вырваться "другу детства" не удаётся.

    ЗАСТУПИН (заламывая Ваську руку). Зря, Вася... Зря...

    Струев, схватив пистолет, прыгает перед борющимися.

    СТРУЕВ (целясь). Руки вверх! Руки вверх!
    ЗАСТУПИН (ломая руку). Пашка, возьми его! У него нож в кармане!..

    Паша всей тушей наваливается на другую руку Васька.

    ПАША. Хитрый какой... (Ломает.) Гусь лапчатый...
    ЗАСТУПИН. Пашенька, поднажми! (Струеву) Не прыгай ты! Дай ремень...
    СТРУЕВ. Ремень? Момент, момент... (Путаясь, тянет из брюк ремень.)
    ЗАСТУПИН (Ваську). Не дёргайся - поломаю...
    ВАСЁК (вырываясь). Пусти!.. Пусти - я не буду!.. Убью!..
    СТРУЕВ (с ремнём). Вот он!
    ЗАСТУПИН. Паша, вяжи его... Крепче, - перегрызёт...

    Паша вяжет Васька.

    ПАША. Попался, Васятка, попался, не трепыхайся... Инструмент он пинает - ногой! (Затягивает последний узел.) Готово! (Вставая, быстро суёт Ваську кулаком.) На тебе за "гармошку"... (Поднимает с пола баян.)
    ЛЮБА (Шумилову). Вы голову запрокиньте... Наверх... (Прижимает платок.)
    ШУМИЛОВ (хлюпая носом). "Уберите трупы"... Сцена из "Гамлета"...
    ЗАСТУПИН (возле поверженного Васька). Возись тут с тобой, всю пыль вытерли... (Отряхивает брюки. ) "На брюхо"! Лежи теперь. Вмочить бы тебе...
    ВАСЁК (с трудом поднимая голову). Бей... Бей, ты... Бейте! Все бейте! Все! Убивайте!.. (Вопит, катаясь по полу) Не хочу жить! Не хочу! Не хочу!..
    ТОСЯ. Да посадите же вы его - он убьётся!..
    ЗАСТУПИН (рывком поднимая Васька). Ну, хватит визжать. (Усаживает Васька на лавку.) Истерики на суде будешь закатывать...

    Тося, сойдя со сцены, подходит к Ваську.

    ТОСЯ. Зачем ты?.. Зачем же ты... исковеркал?
    ВАСЁК (хрипит). Шкуры... Подстилки... Дешёвки продажные...
    ТОСЯ (долго смотрит в его искажённое ненавистью лицо). Как зверь... (Заступину) Илья Федотыч, поверните его... (Снимает с пальца Васька своё кольцо.) Оно не тебе... Не такому, как ты...
    СТРУЕВ (поддёрнув брюки, идёт к Тосе). Убедилась? Я говорил...
    ТОСЯ (тихо). Уйди от меня... (Отворачивается к сцене.)

    Паша пробует инструмент - не пострадал ли.

    ПАША. Ишь... Пальцы на кнопки не попадают...
    ЛЮБА (Шумилову). Вам не больно?
    ШУМИЛОВ. Что вы, Любочка! Мне даже лучше, чем было. Млею...
    ЗАСТУПИН (Шумилову). Между прочим, спасибо. (Поднимает с пола набор инструментов.) Я было ринулся, секунда какая-то...
    ШУМИЛОВ. Вы ринулись бы - на пулю. Меня-то в расчёт не брали, плюс он экспериментом своим увлёкся... Психологический пик, для сцены почти беспроигрышно.
    ЗАСТУПИН. Но только у нас не сцена...
    ШУМИЛОВ. Я ощутил. Схлопотал по сопатке.
    ЛЮБА. Вадим Анатольевич, а вы от нас не уедете?
    ШУМИЛОВ. Вряд ли. Меня увезут. Любочка, я человек слова: обещал - значит сделаю... Сейчас отлежусь и продолжим.
    ЗАСТУПИН (Струеву). Веничек, дай сюда... (Берёт пистолет, ставит на предохранитель.) Теперь веди, заодно и ремень заберёшь... (Возвращает оружие.)
    СТРУЕВ. Вам смешно, а у меня брюки падают... (Ваську) Встать!
    ВАСЁК. Ох, рыжий, не глушанул я тебя... (Кивнув на шляпу) Твоя? (Вдруг быстро садится на шляпу Струева.) Была когда-то...
    СТРУЕВ. Ну, ты!.. Встань!.. Встать, кому говорят!..
    ВАСЁК (вставая). Носи, шляпа...
    СТРУЕВ (расправляя смятую шляпу). Испортил - такую вещь!..
    ТОСЯ (тихо). Вещи, вещи... И люди - вещи... (Поднимается на сцену, к плачущей Липкиной.)
    ВАСЁК (Заступину). Запомни, Илья Федотыч: помилуют, выйду - все жилы вытяну, всю кровь по капле...
    ЗАСТУПИН. Дурак ты. Петровну вот только жалко...

    Струев вытаскивает из двери стул, открывает - и в клуб вваливается ОТЕЦ ЗАСТУПИНА. Следом за ним - ПЕТРОВНА.

    ОТЕЦ. Сынок, жив?! Справились, обошлось?.. Я-то и не стучу, Петровна предупредила; пальнёт, думаю, уж тогда... (Ощупывая Заступина) Ты как, цел? Не поранен?..
    ЗАСТУПИН. Цел, батя, цел... Все целы, все невредимы...
    ОТЕЦ. Ну, слава Богу, Илюшенька, слава Богу... Сын всё-таки, продолжение рода... (На Шумилова) А с ним что?
    ШУМИЛОВ. Лёгкие телесные повреждения. Для жизни опасности не представляют.
    ОТЕЦ. Лёгкие? (Замахиваясь на Васька) У, рожа твоя бандитская!..
    ЗАСТУПИН. Знобит что-то, надо бы фуфаец накинуть... (Подходит к лавке, тихо стоящей в дверях Петровне) Порядок, Петровна, больше он не набезобразничал. (Накидывает куртку.) Не дали - усугубить.
    СТРУЕВ. Эти ещё не прибыли?
    ОТЕЦ. Не было. Подъедут - сдадим с рук на руки.
    ПЕТРОВНА (тихо). Василёк, Василёк, на что ж я тебя растила?.. Жить-то мне для кого?..
    ВАСЁК. Да уберите вы старую! Канючит тут над душой!..
    ОТЕЦ. Идём, Петровна, Венька его доставит. Возле правления посидим.
    ПЕТРОВНА (не отрываясь смотрит на Васька). Лучше б ты не рождался. Лучше бы вовсе...
    ОТЕЦ. Ну, будет, будет... (Уводя Петровну, Заступину) Потом расскажешь, как вы его... (Выходит из клуба.)
    СТРУЕВ (Ваську). Следом иди. И вбок ни шагу - ты у меня на мушке...
    ВАСЁК. Конвой сопливый... По стенке б тебя размазать... (В дверях, обернувшись) Пока, землячки. До встречи.
    ЗАСТУПИН. Где это?
    ВАСЁК (усмехаясь). Там, на том свете. В аду. Ха-га... (Хихикнув, вдруг начинает трястись всё сильней) На сково... Сково... родках... В смоле... Голышом... (Кричит) Плюю! Плюю я на вас! Плюю!..
    СТРУЕВ. Пошёл! (Выталкивает орущего Васька, уходит за ним, неся перед собой пистолет.)

    Тихо. Слышно, как всхлипывает уткнувшаяся в плечо Тоси Липкина.

    ЛИПКИНА. Домой... Домой я хочу... Не могу...
    ТОСЯ (отвернувшись). Не ной - ладно. Никто не может...
    ЛЮБА (Шумилову). Уже ничего, уже крови нет... А это я застираю...
    ШУМИЛОВ. Да это не так уж важно. (Вздохнув) Грустно, Любаша, какая-то жизнь у нас... Какая-то несуразная...
    ЛИПКИНА (всхлипывая). Домой...
    ЗАСТУПИН (Паше). Сыграй-ка, Павлуша, - что ж нюни-то распускать... (Подходит к двери.) Солнце светит, земля, вроде, вертится, сами живы... Играй. (Тосе) Заводи, Антонина...
    ПАША. Тосенька, "Соловейку"! (Растягивает баян.)
    ТОСЯ (Липкиной). Слышь, Алёна, подтягивай... Не плачь - пой! (Заводит высоким звенящим голосом)
    "Ты воспой, ты воспой в саду, соловейка!
    Ты воспой, ты воспой в саду, соловейка!.."
Любаша, не отставай! Любовь мою отпеваем!
    ЛЮБА (подхватывает).
    "Ох, я бы рад тебе-е-е воспевать...
    Ох, я бы рад тебе-е-е воспевать..."
    ТОСЯ. Ну же, Илья Федотыч?! Паша?! Все поём, все! Алёна!..
    ЛИПКИНА. Тосенька, ну, не надо! Не надо - я не могу!..
    ТОСЯ и ВСЕ (поют).
    "Я бы рад, я бы рад тебе воспевати,
    я бы рад, я бы рад тебе воспевати,-
    ой, мово голосу-у-у-у нема!
    Ой, мово голосу-у-у-у нема!"
    ТОСЯ. Веселей, Пашенька, веселей! Ну!.. (Спрыгивает со сцены.)
    ЗАСТУПИН. Пашка, не останавливайся!
    ТОСЯ. Хором все, хором!.. (Начинает свой танец.)
    ЛИПКИНА. Вадим Анатольевич!..
    ВСЕ (поют хором).
    "Потерял-растерял я свой голосочек,
    потерял-растерял я свой голосочек..."
    ТОСЯ (уже одна).
    "Ой, по чужим сада-а-ам летая!
    Ой, по чужим сада-а-ам..."
(Задохнувшись, заламывает руки за голову, продолжая плясать.)
    ЗАСТУПИН. Играй, Паша, играй! Надо жить...

    И Паша играет.

    ЛИПКИНА (Шумилову). Вы видите?! Видите - как мы тут?!..
    ШУМИЛОВ. Не плачьте, Алёнушка... Только не плачьте, я вас прошу... Любаша, и вы?.. (Обнимает обеих.) Участницы вы мои!..
    ЗАСТУПИН (исступлённо пляшущей Тосе). Переживём, Антонина, и это переживём, отчаиваться - не в нашем духе... Главное - не одна, все вместе переживём... Вместе - нам по-другому нельзя... Все вместе, правда?!.. Все вместе?..

    Тося, закрыв глаза и закинув руки, отчаянно пляшет в центре полупустого зала. В тишине - только чёткий стук её каблучков да раздирающий душу, захлёбывающийся мотив старой-престарой песни...

    З А Н А В Е С

    январь - март 1984

    ***

 



Популярное на LitNet.com Ю.Резник "Семь"(Антиутопия) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) Б.лев "Призраки Эхо"(Антиутопия) А.Минаева "Академия Алой короны-2. Приручение"(Боевое фэнтези) А.Каменский "Воин: Тени прошлого"(Боевик) Д.Сугралинов "Дисгардиум 5. Священная война"(Боевое фэнтези) Э.Дешо "Син, Кулак и Другие"(Киберпанк) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Д.Сугралинов "Кирка тысячи атрибутов"(ЛитРПГ) А.Кочеровский "Утопия 808"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Батлер "Бегемоты здесь не водятся" М.Николаев "Профессионалы" С.Лыжина "Принцесса Иляна"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"