Пушкарева Юлия Евгеньевна: другие произведения.

Шестой акт

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
Оценка: 7.28*5  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Попытка осмыслить "Гамлета". Или переосмыслить. Возможно, постмодернистская попытка. Итак - что будет, если дать слово Горацио?


   ШЕСТОЙ АКТ
  
   Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам.
   Есть многое на свете, друг Горацио...
   Есть многое на свете...
   Старик лежал на спине, шевеля сухими губами. Шёпот, срывающийся с них, едва-едва можно было разобрать - только если подойти совсем близко, если подробно разглядеть жёлтую паутину морщин и глаза, подёрнутые плёнкой. В них отражался полог кровати - роскошный, расшитый звёздами балдахин, подарок невестки; но они ничего не видели и, казалось, не выражали. Глаза старика бессмысленно распахнулись в пустоту. Или, наоборот, настолько осмысленно, что уже не были внятны живущим.
   По дну зрачков старика, точно речная рябь (о эта рябь - чёрная вода, усыпанная цветами - зачем, Офелия?..), пробегали воспоминания. Но на ум ему отчего-то не приходило ничего действительно важного, ничего, что принято считать важным. Не припоминались в подробностях ни университет, ни хмельные поединки, ни женитьба по приказу отца, ни многолетняя служба при дворе Эльсинора. Даже бесконечные войны - с норвежцами, с саксами, снова с норвежцами, и тот сумасбродный поход в земли франков - возвращались размытым туманом, будто не он, а кто-то другой участвовал в них, кто-то другой отдавал приказы и кромсал мечом чужую плоть, кто-то другой, другой... Всё это было теперь как во сне.
   Совсем иные видения пожаловали к старику, то ли чтобы помучить его напоследок, то ли чтобы подарить ещё один глоток счастья. Ещё один, последний, пожалуйста; ведь счастья всегда мало, и кончается оно быстро, как южные вина в погребах данов - не живётся им здесь, среди снегов и тумана, и каменистых утёсов, и башен Эльсинора, упрямо взрезающих мглу. Ещё один... И память сыпалась на старика клочками, обрывками древних фолиантов - а может быть, цветными кусочками витражей или обрезками чёрной ткани? Чёрной-чёрной; ты всегда любил чёрный, друг мой, и до траура тоже: не зря в университете тебя прозвали датским вороном.
   Ты всегда любил чёрный, Гамлет. Друг мой. Ваше высочество.
   Бессвязные клочки упрямо кружились вокруг старика, пока он умирал. Горацио не хотел видеть, не хотел вспоминать - но вновь вспоминал, вновь видел. Странное завещание Гамлета (рассказать о нём правду - о, можно ли, и как?.. он знал, что провалил эту задачу), и вечные пятна чернил на его пальцах, и пытливо нахмуренные брови над черепом шута, и бой с Лаэртом, а потом тело у себя на руках - холодное, отяжелевшее.
   Тот, кто всегда был живее живых и мудрее мудрых, чей язык резал вернее стали - почему, зачем так рано ушёл? Ни тогда, ни сейчас Горацио не понял. Он был одинок, беспомощен в своём непонимании; глухой стеной оно отделило его ото всех в Эльсиноре и Дании, не дало принять новые времена. Свою жизнь он прожил, точно чужую, навсегда отстранившись и от невзгод, и от радостей. Навсегда остался один. А точнее - наедине с ночными кошмарами, призраками Эльсинора и гибельным вопросом, ответа на который нельзя найти.
   Есть многое на свете, друг Горацио...
   Горацио вспоминает.
   ...Вот двое мальчишек играют в одном из заброшенных залов. Выцветшие гобелены угрюмо скалятся со стен, заодно с охотничьими трофеями предков Гамлета. Здесь же, с ними, старый шут Йорик, чьё глупо-яркое одеяние расшито колокольчиками. Йорик обожает Гамлета. Кажется, это взаимно. Горацио ещё не понимает, почему их до странности безумные (и до безумия странные) разговоры так увлекают его - и почему у него не получается в них участвовать.
   - ...А если подумать, скучно. Можно ведь и поменяться, - со совсем не детской полуулыбкой роняет принц. - Йорик, не хочешь побыть наследником Дании?
   - Тогда Вам придётся стать шутом, мой принц, - (с важностью). - Это место не должно пустовать. Среди людей так много дураков - один обязан быть и в Эльсиноре.
   - Ну уж нет, дураком будет Горацио, - тихо смеётся Гамлет, и Горацио тоже смеётся, но сердце ухает в пустоту. - Как тебе такой расклад, дружище? Будешь шутом? А я стану другом наследника - тоже ведь важная роль.
   Горацио соглашается, почти не думая. Игра начинается по новой. Он не знает, почему идея быть шутом Гамлета - пусть даже понарошку - и пугает, и отталкивает, и притягивает его. Просто так и было всегда, разве нет?.. Есть принц и он - при принце. Горацио-тень. Горацио-наперсник.
   Тогда он понятия не имел, что протаптывает тропу, по которой будет идти всю жизнь. По которой всю жизнь будет следовать за ним - за своим повелителем и другом, оставаясь верным свидетелем его сомнений и страхов, побед и метаний, и боли, извечной, никому не понятной боли за изломанный мир вокруг.
   ...Лекция в университете. Старый профессор преподаёт богословие на латыни, и Гамлет откровенно развлекается, далеко не впервые слушая толкование Книги Иова. Философия и история несравненно больше увлекают его. Особенно философия. Всё чаще Горацио становится жутко, когда он слушает Гамлета. И всё меньше он представляет себе, как будет выглядеть их возвращение в Эльсинор.
   Пинок под скамьёй.
   - Нет, - одними губами шепчет Горацио. Гамлет ничего не говорит - просто чуть поднимает бровь. Горацио вздыхает. - Нет, принц. Я не буду спрашивать об этом.
   - Почему? - он склоняет голову набок. Заинтересованность - или, скорее, любознательный интерес учёного к букашке. Он часто смотрит так на людей: друзей ли, врагов - безразлично. - Боишься?
   - Нет. Это... нехорошо.
   - Спроси. Тебе он ответит. Сам я не могу, он меня не выносит.
   - Есть за что, принц.
   Горацио знает, что может позволить себе такую маленькую дерзость. Больше того: знает, что порой Гамлету это нравится. Гамлет хотел искренности, как жаждущий - воды. Он постоянно мечтал о ней.
   Но Горацио не был уверен, что сам принц умел быть искренним с кем бы то ни было - искренним до конца. Слишком много в нём путалось нитей и тропок, слишком много бродило горького знания. Знания, а потом и мудрости.
   Принц серьёзно кивает.
   - Есть за что. Но ты всё равно спроси.
   Горацио поднимается. Студенты, шуршащие перьями, косятся на него с недовольством.
   - Профессор, можно задать вопрос?.. Скажите, а... - проклятое горло пересыхает, и он вынужден замяться на секунду. Но под взглядом Гамлета невозможно идти на попятный. - А сами Вы смогли бы так, как Иов?
   Седые брови в недоумении хмурятся.
   - Что Вы имеете в виду?
   - Не роптать на Бога, даже будучи поражённым проказой, - (это вопрос Гамлета, конечно, и идея Гамлета. Горацио чувствует себя, как ребёнок, неумело повторяющий слова взрослого). - Смириться с Его волей и восславлять Его, вопреки всему?
   - О... - профессор краснеет. - Я...
   - Или как пророк Даниил - не испугаться львов в яме, веря в то, что спасётесь?
   - Вы...
   - Или как Авраам - положить на жертвенник собственного сына? - Горацио обречённо наносит последний удар - в точном соответствии со схемой Гамлета. Его мутит от стыда. Принц сидит, скрестив руки на груди, с самым невинным видом. Профессор, оскорблённый и злой, смотрит на него в упор: он понимает, что стрела пущена не из лука Горацио.
   - Кто подучил Вас? - шипит старик. - Знаете ли Вы, что сомнение есть ересь, юноша? В Писании ясно сказано: сих великих мужей вела рука Божия...
   - Значит, сами Вы не смогли бы?
   - Я просто грешник, но они...
   - А есть ли тогда смысл говорить о вере в Бога, о Его заступничестве? Раз уж и то, и другое достаётся лишь избранным - тем, кто мудрее или отважнее других? Как это совмещается с тем, что Он - творец и отец всех живущих?
   Горацио сам себе видится палачом, наносящим удар за ударом. Гамлет беззвучно аплодирует ему - так же, как своим любимым бродячим артистам. Он признателен за решимость.
   Горацио стыдно. Очень стыдно - и потом, когда профессор разражается учёной бранью, тоже. Но перевешивает совсем другое ощущение - странная, диковатая щекотка где-то внутри. Он признан. Он исполняет свой долг. Он идёт по своей дороге.
   Играет роль.
   О нет, не слуги, не шута - он вершит свой добровольный выбор. Он смотрит на Гамлета, и обоим кажется, что присяга меж ними произошла задолго до коронации.
   ...- Отойдём в сторону, Горацио, - просит принц, и Горацио следует за ним, как всегда. Они бредут по морскому берегу; в Дании так много моря под серым небом - серым, словно эти дни после смерти короля... В университете Горацио отвык от моря.
   Гамлет по-прежнему не снимает траур, хотя сроки давно прошли. Море, накатывая на гальку, с шипением слизывает невидимые следы. Горацио ещё вчера заметил тонкую седую прядь на виске принца. Он знает, что тот не спит ночами. И догадывается, каковы его кошмары - несмотря на то, что Гамлет никогда не рассказывает.
   Довольно долго они идут молча, отдаляясь от группы придворных. Эту прогулку затеяла королева Гертруда; из-за спины доносятся переливы лютни и чей-то смех. Принц морщится. Горацио знает, как болезненно он влюблён в одиночество, в лес, скалы и море. В библиотеки.
   А ещё он знает, как болезненно принц нуждается в людях - пусть таких несовершенных и таких чужих для него.
   - Погляди-ка на них, - Гамлет кивает на мелких крабов, что возятся у самой кромки воды. Крабы скользят на мокрых камнях, пытаясь выбраться из западни, в которую сами себя загнали. - Жалкое зрелище, не правда ли? Совсем как люди... Он убил его, Горацио, - говорит он, не меняя ни тона, ни выражения лица. Горацио останавливается. - Нет-нет, иди дальше... Пусть думают, что мы болтаем о пустяках. Да, может, так и есть, - он криво усмехается. - Пустяки... Клавдий убил отца. Я совершенно уверен.
   Горацио не знает, что сказать. Море шумит.
   - А... Ваша матушка?
   - Наверняка знала, - Гамлет пожимает плечами, и небрежность, с которой он это делает, обескураживает Горацио гораздо больше его усмешки. - А может, и нет... Так ли уж это важно? Не знаю, Горацио. Я ничего не знаю. За одним исключением, пожалуй: дьявол бродит среди людей, и это отнюдь не сказки... - Гамлет смотрит на горизонт, прищурившись пытливо и близоруко. Горацио мысленно даёт себе клятву, что будет защищать его до конца. - Наш век вывихнут, Горацио. Наш мир безумен. Безумие, боль, несуразные крики - вот всё, что здесь есть... А впрочем, вздор. Не слушай меня. Ты должен думать о жизни, а не о смерти.
   - У Вас есть доказательства, мой принц? - Горацио осмеливается положить руку Гамлету на предплечье. Сквозь тонкую ткань сорочки чувствуется, что у принца лихорадка. - Это серьёзное обвинение.
   - В подлости? - Гамлет едко хмыкает. - Ничего серьёзного, друг мой. По-настоящему серьёзные обвинения нельзя предъявить всему человечеству, не так ли?.. Ах да, чуть не забыл. Держи, - нервные пальцы принца ненадолго зарываются в карман и извлекают мятое письмо. - Передай ей. Офелии.
   - Дочери Полония? - зачем-то уточняет Горацио. Гамлет невозмутимо кивает. Горацио только теперь замечает сломанную печать. И полудетский почерк - совсем не причудливые угловатые штрихи Гамлета. - Но... это ведь её письмо.
   - Да.
   - Вы прочитали и возвращаете? - новый кивок. - Без ответа?
   - Зачем же спрашивать об очевидном? - раздражённо бросает Гамлет. На лице у него - тени и пятна бессонной ночи; почему-то Горацио приходит в голову, что ответ всё-таки был написан.
   - Это оскорбит её, мой принц.
   - Её?.. О нет. Разве что расстроит.
   - Вы хотите этого?
   - Вовсе нет, но что поделаешь? Правда часто расстраивает, иначе люди не были бы собой... Прекратим этот разговор: нам пора возвращаться, - Гамлет приказывает одними глазами, и Горацио, повинуясь, прячет письмо. - Мне грозит опасность, Горацио. Ты со мной?
   "Я умру за Вас", - хочет сказать Горацио, но у него не поворачивается язык.
   - Конечно. Что я должен делать?
   - Встретимся в полночь на стене замка. Южная смотровая площадка. Это срочно; обязательно будь там.
   Он разворачивается и уходит, как ни в чём не бывало - тонкая, сутулая фигура в чёрном. Горацио смотрит ему вслед.
   Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам.
   Так всех нас в трусов превращает мысль...
   Скончаться. Сном забыться. Уснуть... И видеть сны?
   Горацио уже ничего не видит - и видит всё сразу. Звёзды, вышитые на пологе кровати, вдруг становятся ближе; их холодный мертвенный свет заливает всё.
   Горацио, ты лучший из людей, с которыми случалось мне сходиться.
   Старик жадно хватает ртом воздух. Холодный свет мешает дышать.
   Откуда ты знал?..
   "Будь свободен", - прошептал принц за мгновение до того, как его сердце остановилось. Это было для него, для одного Горацио, не слышное остальным. Постскриптум к завещанию. Просьба жить - или освобождение от присяги?
   Через много лет Горацио понял. В тот день, утратив Гамлета, он действительно стал свободным. Служение больше не висело над ним: он не был тенью, пусть даже тенью грустного полубожества. Он был свободен и одинок.
   Однако сейчас он отдал бы все страшные годы свободы за миг того рабства. За миг, в котором жизнь была бы наполнена смыслом - и смысл бы с каждым вдохом сладко ударял в голову, точно хмель.
   - Я иду, мой друг, - обещает старик - неважно, что это звучит неразборчивым, хриплым бормотанием. - Я уже иду.
   И рассвет занимается над Эльсинором.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

1

  
  
  
  

Оценка: 7.28*5  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com И.Иванова "Большие ожидания"(Научная фантастика) Т.Мух "Падальщик 2. Сотрясая Основы"(Боевая фантастика) А.Ефремов "История Бессмертного-4. Конец эпохи"(ЛитРПГ) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) А.Робский "Блогер неудачник: Адаптация "(Боевое фэнтези) Е.Вострова "Канцелярия счастья: Академия Ненависти и Интриг"(Антиутопия) Л.Хабарова "Юнит"(Научная фантастика) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик) А.Найт "Наперегонки со смертью"(Боевик) Т.Сергей "Эра подземелий 4"(Уся (Wuxia))
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"