Худшие мои подозрения оправдались - когда я, возмущенная, вызвала Колда по Амальгаме, он уполномочил нас с Рохом в качестве представителей от многоликих, не слушая моих воплей. Еще и инструкций надавал столько, что пришлось записывать. На мои ехидные подначки, не боится ли он, что мы опозорим всю нашу расу, Колд высокомерно не поддавался. Рох, впрочем, меня быстро успокоил, соблазнив тем, что увидеть представителей всех рас в одном месте в одно время - такое увидишь нечасто.
В императорском тереме царила суета, местами переходящая в панику. Готовили покои для послов, спешно переделывали мебель, посуду и сами комнаты. Для эльфов изготавливали стулья - с тем учетом, что бы лицо сидящего эльфа оказывалось на одном уровне с лицами прочих собравшихся. На кухне тем временем до хрипа спорили - убирать грибы из меню, или нет. Из покоев для гоблинов выносили всю мебель, а стены и пол закрывали коврами и гобеленами. Комнаты для гномов стали топить в полсилы, а для орков и сумчатых - в два раза сильнее. Особое затруднение вызвали покои кентавров - понятно, что полуконю-получеловеку по лестнице подниматься неудобно, да и размеры той лестницы на кентавров не рассчитаны. Тотем с ними, с лестницами, покои были на первом этаже. А мебель? Как спать кентавру? Стоя, как лошадь? Лежа, как человек? Никто не знал наверняка, и поэтому, народ фантазировал. Я над такими вещами раньше не задумывалась, и оттого, растерялась, когда меня позвали в третейские судьи по этому важному вопросу. Не императора же беспокоить? Ощутив небывалый груз ответственности перед двумя странами одновременно, я ляпнула: 'Лежа', и как ни странно, угадала.
Первыми добрались фьординги. Земли фьордингов не входили в состав Златополья, а на обратном, впрочем, никто и не настаивал. Суровые рыжие мужики в рогатых шлемах, пропахшие солью, рыбой и пивом. С секирами они не расставались ни при каких обстоятельствах. Вели себя воспитанно - особенно после случая, когда один из прибывших попытался, было, умыкнуть дочку Милонега, и получил от статной красавицы достойный отпор. При поспешном отступлении на заранее подготовленные позиции, потерял два зуба и дубленый плащ. Красавица фыркала как рассерженная кошка, тар Милонег улыбался в усы, викинги извинялись за товарища.
После их приезда суматоха, царившая в столице слегка улеглась. Далее гости прибывали группами - молчаливые орки и вертлявые гоблины, в кои то веки сумевшие договориться. Сумчатые прибыли с кентаврами, до глубины души довольные компанией друг друга - эти две расы всегда плодотворно сотрудничали. Представителей малого народца - хоббитов и лепрехунов любезно привезли пегасы. Отдельными делегациями прибыли гномы и эльфы. Последние вызвали больше всего переполоха - за пределами эльфийского леса их днем с огнем не сыскать, а тут целая группа, аж из пяти штук. Это, кстати, меня больше всего и насторожило - значит, дела обстоят не так уж и хорошо, если вечные затворники покинули свой лес.
Послы акклиматизирывавылись, гуляли по столице, сплетничали и обменивались бородатыми анекдотами. Маги, коих набралось по два штуки в каждом посольстве, обменивались опытом. Мы с Рохом тоже присутствовали и обменивались опытом - среди кентавров и орков присутствовали целители, и примерно неделю мы очень плодотворно провели.
Очень весело проходило общее знакомство. Фьординги - вот кто вызывали больше всего эмоций - как положительных, так и не очень. Гоблинов они раньше видели, орков и хоббитов тоже, про лепрехунов и эльфов только слышали. Про кентавров и сумчатых даже не слышали. Про многоликих слышали, но не представляли себе - как это. Ровно до того момента, когда рыжие узнали, что мы с Рохом не совсем люди, общение проходило примерно на таком уровне - дернуть меня за отросшую косицу, Роха хлопнуть по плечу и позвать 'поразмяться'. Один из фьордингов - молодой парень с волосами цвета ржавчины, явно был ко мне неравнодушен. Узнал, что я целитель, и долго придумывал достойный повод ко мне обратиться - потому что просто обратиться ко мне ему мешал Рох, весьма красноречиво об этом намекнувший. Терзания парня усугубляло то, что он был самым молодым из своих, а так же то, что болезни у фьордингов считались чем-то неприличным. Боевые раны - другое дело, это почетно и достойно мужчины. А мужчины не болеют. Вообще. И не танцуют. Они даже двигаются с трудом - до того момента, пока что-то срочно не понадобится. Оригинальные люди, одним словом.
В общем, до общего знакомства, мы с фьордингами успели почти подружиться. Это было не очень легко, потому что примет и нюансов поведения у фьордингов было еще больше, чем у гоблинов, а это заметно усложняло общение. На Большом Знакомстве ситуация сложилась почти комическая. Тар Ярополк представлял всех по очереди - сначала шли орки, потом гоблины, и так далее. Последними шли мы с Рохом. Тар Ярополк говорит:
- Многоликие, представляющие Тогеду: тан Тильда Камп и тар Рохтан Част. - Мы с Рохом встаем и улыбаемся присутствующим. Присутствующие, изрядно утомленные процедурой, нам тоже улыбаются, но тут опять влезают рыжие. До этого они влезали, когда представляли кентавров и сумчатых (какое представление было, когда они впервые их увидели, я вообще молчу). Гуннар - старший из всей компании, тоже встает и интересуется:
- Что значит многоликие?
Ему пытаются объяснить - мол, много ликов у них, и так далее. Ни в какую. Не бывает такого, и все. Меня этот весь балаган уже начал раздражать, и я не в совсем приличных выражениях объясняю, что я есть. Вижу - не верят. Можно понять людей - их уже несколько раз накололи местные шутники. Для наглядности быстро оборачиваюсь в лису, потом в кошку. Принимаю человеческий облик, выжидательно смотрю на Гуннара сотоварищи. Обветренное лицо каменеет:
- Оборотень! - Тут уж я совсем вышла из себя:
- Это ты оборотень! То человек, то баран!
Дальнейшие мои слова потонули в общем хохоте. Громче всех ржали рыжие. Ну, да Тотем с ними. Обстановка разрядилась, вопреки моим опасениям.
Но тем не менее, за косицу меня больше не дергали, да и Роха больше с лавки похлопываниями не сбивали.
Решено было назначить общий сбор на семнадцатое апреля - на этом настояли волхвы. Возражений не было - семнадцатого, так семнадцатого. В кои-то веки собравшимся людям и нелюдям, было о чем пообщаться, да и привыкнуть друг к другу не мешало.
А пятнадцатого ночью меня из кровати выдернул вызов от Рубин. Переполошив половину новых жильцов, мы с Рохом умчались по адресу, попросив, чтобы без нас не начинали - мало ли, как затянется....
Рубин мужественно вышагивала перед домом, растирая поясницу. Бледный как полотно Лом поддерживал ее за плечи и что-то бормотал. Дети со мной общаться не пожелали, Рубин тоже - ей было некогда. Кое-как заведя ее в дом, и уложив на лавку, я принялась за осмотр, а Рох и Лом - за подготовку комнаты. Через пять часов стало понятно, что родовая деятельность слабенькая, и без зелий тут не обойтись. Еще через десять часов я уговаривала по очереди Рубин и детей, объясняя - либо они таки рождаются, либо я помогаю хирургически. Хирургически никто не хотел, а родиться никак не получалось. Потом, все-таки, дело сдвинулось с мертвой точки. Еще через шесть часов на свет появился первый малыш - мальчик. Через полчаса - его сестра. Рох с Ломом удерживали детей у груди молодой матери - сама она была без сознания. Я же приводила в порядок ее организм, измученный и обескровленный. Дети чувствовали себя хорошо - крепкие младенцы с волчьим аппетитом, никак не отличавшиеся от обычных человеческих младенцев. Рубин пришла в себя и тоже ничем не отличалась от молодой мамы - такая же усталая, взволнованная, глаза на мокром месте. Убедившись, что со всеми все в порядке и обсудив все, как следует, мы отчалили. От усталости меня мотало, и я то и дело приваливалась к Роху. По дороге нам встретился Огнедар - с конным разъездом, следившим за порядком. Ребята проводили нас до дому, меня Огнедар взял в седло - после того, как я дважды чуть не облобызала его лошадь. Лошадь на меня косилась с подозрением, а я только спотыкалась и удивлялась - с чего я так вымоталась. Не я же рожала.
Повторно переполошив соседей по этажу, мы ввалились в комнату, и принялись стягивать друг с друга одежду. Не в пароксизме страсти - просто от усталости получалось только запутаться в рукавах и штанинах, а вывернуться из грязной одежды не получалось самостоятельно никак. Рох раскопал на стуле халат - не знаю, откуда такой взялся, в этот халат мы с Рохом вдвоем замотались и порысили в купальню - смывать трудовой пот. Вода была холодной, пришлось магичить. Переполошили всех еще раз - прибежали маги, разбираться, кто тут огнешары использует - им так спросонок показалось. Обозленный Рох, прикрыв меня 'туманом', популярно рассказывал магам, что именно он о них думает. Маги в долгу не остались. 'Туман' потихоньку растаял, и мой грозный рык положил конец всем выяснениям.
В общем, когда мы пришли в чувство - нас позвали завтракать. Так как мы теперь с Рохом были важными шишками, завтракали мы в компании прочих послов и собственно, императора. Не сказать, что мы сильно были этому рады - временами завтраки проходили очень бурно. Орки недолюбливали гоблинов, гоблины не любили кентавров, за кентавров заступались сумчатые, хоббиты просто бубнили, осуждая 'распустившуюся молодежь'. Учитывая то, что хоббиты были самой долгоживущей расой, а данные конкретные представители были старше нас всех вместе взятых, то ворчание почтенных старцев было вполне обоснованным. Я так им и сказала. После этого, хоббиты с нами перестали разговаривать вовсе - пришлось извиняться и нести мазь для суставов. Короче, скучать не приходилось....
Наконец, мы все собрались в большом зале - начался Большой Совет. Я маялась от дурных предчувствий и недосыпа. К тому же, с трудом представляла, каким образом я тут буду выступать - что-либо конкретное высказать присутствующим я никак не могу.
- Ну, давайте начнем. Что нам известно? - решительно сказал тар Ярополк. Общественность загудела. Встал Аманит - старший из эльфов.
- Давайте я изложу те факты, которые не подлежат сомнению, - мягким тихим голосом предложил он. При звуках его речи все стихли и уставились на него. Эльф сдержанно улыбнулся, сделал изящный пасс рукой, и над длинным столом развернулась полупрозрачная картинка. На картинке красовалось... нечто. В трех видах - живое, дохлое, и потрошеное. Я с профессиональным интересом всматривалась в третью картинку, краем уха слушая, что вещает Аманит.
- Перед вами один из немногих экземпляров, которые удалось взять живьем. Мы присвоили ему название ОЭ-1. Существо разумное, к магии не восприимчивое. Причем к любой магии. У нас в запасе были амулеты разных рас, и ни один не дал желаемого результата, - с легким восхищением начал Аманит. Тут же вылез Константин - кентавр.
- Простите, коллега, а о каких конкретно чарах идет речь?
- Огненный кулак, Гроза, Туманность Шахры, Щебенка, и наши чары. Озвучивать название не буду, с вашего позволения, но заверяю вас, что уровень соответствовал.
- Забавно, - пробормотал Константин, и тут же принялся что-то черкать на своем пергаменте.
- Продолжим. Итак, это создание вполне успешно преодолело три магических барьера, пять смертоносных амулетов, и с упорством, достойным лучшего применения, продолжило рваться к моим собратьям. Остановил это создание яд. Не из самых сильных, но достаточно смертельный, - задумчиво заключил эльф, и обвел нас взглядом. Я подавила желание уточнить состав яда, и снова перевела взгляд на иллюстрацию. На этот раз, меня занимала первая картинка - с живой тварюшкой. Ничего интересного - клыки, когти, броня, кажется, еще, жвала.
- Установить природу магического иммунитета удалось? - неожиданно спросил Рох.
- Удалось только снять слепок плетения. Увы, наша раса не слишком сведуща в этом вопросе, возможно, кто-то сможет разобраться в этом лучше, - доброжелательно ответил Аманит.
- С вашего позволения, я бы взглянул, позднее, - так же доброжелательно ответил Рох, а у меня появилось непреодолимое желание заесть всю эту патоку этикета чем-нибудь кисленьким. Сунув в рот пригоршню клюквы, я продолжила прислушиваться к беседе.
- Что показало вскрытие? - поинтересовалась я как бы, между прочим. Эльф скупо улыбнулся:
- Умер от вскрытия.
Я весело хмыкнула и покачала головой. Галс и Фокк, лепрехуны, поперхнулись воздухом от такой шутки.
- А помимо причины смерти? - я подтянула иллюстрацию поближе, и всматривалась в один сегмент. Что-то мне казалось неправильным.
- Я передам уважаемой танне материалы, если у нее будет таковое желание.
- Будет, тар Аманит. - Я широко улыбнулась и получила вполне милую улыбку в ответ.
- Мико-Аманит, - негромко обратился к эльфу один из сумчатых. - А на каком основании был сделан вывод, что существо - разумно?
- Речь является весомым основанием для такого вывода? - с прохладцей спросил Аманит.
- Пожалуй, да. И что же сообщило это создание перед тем, как его начали... вскрывать? - Дело было в том, что у расы сумчатых надругательство над телом умершего считалось самым тяжким преступлением. А вскрытие, понятное дело, считалось надругательством. Потому-то посол от сумчатых и разговаривал довольно неприятным тоном.
- Увы, эту тайну оно унесло с собой. Мы поняли, что это разумная речь, и что нам хотели что-то сказать, но язык был незнаком. - Еще немного, и в зале заиндевеют стены в прямом смысле этого слова.
- Выяснили мы, значит, что поганцы разумны, и что дальше-то? - брякнул Гуннар, видимо, желая разрядить обстановку, но вышло совсем наоборот.
Все бы ничего, но имя Аманит, переводилось с эльфийского, как Поганка. Они числили свой род от того гриба, который дал им жизнь. И что поделать, если уважаемому послу жизнь дал гриб, известный в наших лесах, как бледная поганка?! И простодушный фьординг просто не мог об этом знать - в их полосе только мухоморы и водились, и те обычные, не эльфийские.... В общем, парафин вышел полный. Поэтому я и не переношу подобные собрания и сборища - сесть в лужу здесь проще простого, и отмыться от этого потом ой, как сложно....
- Мне знаете, что интересно, - задумчиво спросил тар Ярополк, доселе молчавший. - Чего им надо-то? Вот к вам они чего сунулись, спрашивается, - обратился он к Аманиту.
- Мы этого так и не поняли. - Эльф сел на свое место и теперь задумчиво перебирал какие-то листочки перед собой. - К сожалению, возможности обсудить этот момент не возникло, так как настроено существо было очень агрессивно.
- Присоединяюсь к уважаемому Аманиту. - Встал один из гномов. Оправил рукоять изящного молота, обвел всех взглядом. - У нас заметили неладное на излете лета.
- И как проявилось ваше... неладное? - заинтересовался другой эльф, Калоцибе.
- Сначала нежить наша заволновалась. И межсезонье вроде, и кладки все повычистили, а откуда-то полезла, пакость. - Поморщился Друм. - Потом вроде как на нижних уровнях что-то видели. Потом стали пропадать гномы. Взрослые, сильные. Два шамана пропало.
Меня ощутимо тряхнуло, и я подсела ближе к Роху. Оказаться глубоко под землей, в узком замкнутом пространстве, один на один с нежитью - какой угодно, неважно.... Вот где страх-то!
- Потом в ночную смену напала целая стая. Сразу понятно было, что это что-то... неместное, - гном тяжело сглотнул и продолжил. - Пока перебили, пока своих вытаскивали,... в общем, стало ясно, что устье надо срочно стеной обносить и ворота ставить, да прочнее, чем на Перевале....
- Какое устье? - не поняли собравшиеся. Друм нехотя пояснил:
- Это мы так называем. Узкое место, там Город стоит. А за Городом и под ним уже другие города.
- Разумно, - пробормотал кто-то из хоббитов. Ненадолго все замолчали. Я с некоторым томлением поглядывала в окно - там уже вовсю буйствовала весна. По лесочку бы прогуляться....
- Давайте, теперь мы расскажем, - встали орки, близнецы. Говорили они по очереди, быстро дополняя друг друга. Слушать их можно было только с закрытыми глазами - как только я глаза открывала, тут же появлялось ощущение, что у меня раздвоение личности.
- У нас стали пропадать дикие Арахны, - начали братья. Я плюнула на приличия и закрыла глаза. - Так бы мы не сразу и заметили, только у кого-то из домашних, Арахен тревогу забил - кто-то из родственников пропал. Еще месяц голову ломали. Потом орки пропадать стали. Взрослые, сильные. Потом напали. Среди белого дня, мы даже понять толком ничего не сумели. Но отбились.
- Вы отбились, а у нас три клана подчистую вырезали, - без привычной склочности отозвался пожилой гоблин, Даджо. - Теперь все кланы съехались в одну кучу и дрожат как свинячьи хвосты. Жить-то охота.
Прочие представители высказались в том же духе. Встал Рох. Я кашлянула.
- У нас первые экземпляры новой нежити были замечены более полугода назад, как вы все знаете. Так вот, мы сначала решили, что это наша нежить, которая просто мутировала.
- С чего вы так решили? - очень живо заинтересовались эльфы. Я вздохнула и тоже поднялась.
- Прошлой осенью, когда я была только на середине пути в Златополье, нам пришлось выдержать несколько стычек с нежитью. Это неизбежно, когда путешествуешь, сами понимаете, - немного нервно начала я. Присутствующие с усмешкой согласились со мной.
- Так вот, примерно в трети случаев, нежить по виду никак не отличалась от обычной, разница была лишь в том, что магия ее не брала, да нападали они как-то....
- Не как хищники, - помог мне Рох.
- А как кто? - заинтересовался кто-то.
- Как существа, знакомые с тактикой, - задумчиво ответила я. Потом спохватилась, находя взглядом эльфа.
- Знаете, мне еще тогда показалось странным. Когда я пострадавших осматривала, и штопала, мне показался неправильным прикус у тех тварей.
- То есть, вы хотите сказать, тан Тильда, что создания, которые нападали на вас, только выглядели как..., как кто, кстати, они выглядели? - Калоцибе азартно подался вперед.
- Выглядели они как рощухи, - подумав, ответила я. - Но магия на них не действовала, как я уже говорила. Мы от них отбились, остатки уничтожили. Но у нашего мага должны остаться записи с описанием этого существа.
- Было бы замечательно с ними ознакомиться, - мечтательно протянул эльф, и мы обменялись широкими ухмылками.
- Еще был случай, когда на дорогу перед мужчиной выскочил какой-то... экземпляр, и даже не попытался напасть на него, - осторожно начал Рох. Присутствующие заинтересовались и принялись обсуждать этот вопиющий момент. - То есть, выходит, не вся новая нежить агрессивна.
- Может, это была самка, - предположил кто-то. - Самки обычно менее агрессивны....
- Да это у вас, может, и не агрессивны, - тут же завопил кто-то с другого конца стола, - а у нас не дай Аурум, на самку нарвешься! Хоронить нечего будет!
- Господа, это был самец, - Рох решительно прервал чужую дискуссию. - У него, простите, гениталии были выдающихся размеров, не заметить было сложно.
- Больной самец? - весело предположила я. Совет начинал мне нравиться. Рох возмущенно фыркнул.
- Что, если яйцы большие, сразу больной, что ли?! - возмутился кто-то.
- Так, ну-ка хватит, - рыкнул тар Ярополк, и все тут же смолкли. Я разочаровано вздохнула. - Начали с того, что не вся новая нежить агрессивна, а обсуждаем чужие яйцы! Фу!
Я тихонько давилась смехом и одобрительно похлопывала Роха по плечу.
- Перерыв, - сердито объявил тар Ярополк. - На обед.
Обеду я порадовалась. Все-таки, интеллектуальная деятельность выматывает больше всего. Я вздыхала, кушала, и делала вид, что я глуха и слепа. Кто-то рвался выяснить все подробности относительно размера... вторичных половых признаков.
После обеда подобревшие послы продолжили:
- Тар Ярополк, а что вы нам поведаете? - мягко спросил старший из орков.
- Да все то же самое. Единственное что - как-то мало их у нас. То ли естественной конкуренции не выдерживают, то ли погода им наша не нравится, - тар Ярополк потер подбородок и нерешительно потеребил бороду, превращая ее в мочалку. - Есть у меня одна версия, уж не знаю, насколько она к истине близка....
- Что за версия? - от любопытства я почти подпрыгивала на месте.
- Нечисть наша самая сильная. Согласны?
- Согласны, - задумчиво отозвался один из орков. - Больше половины ваших духов я не знал. А с остальной половиной никогда не сталкивался.
Пока я пыталась понять, что он имел в виду, беседа продолжалась. Орк горячился, и объяснял, что он главный шаман, и про нечисть знает больше остальных. Правда, про свою, родную нечисть. Ему отвечали в том духе, что раз про местную не знает, то нечего и лезть. Разговор снова пошел на повышенных тонах. Конец пререканиям положил старый волхв, про которого вроде успели забыть. Он сказал звучным басом:
- Значение имеет не то, чья нечисть сильнее. Значение имеет то, как этот факт влияет на новую нежить.
Все задумались - а как он должен влиять, и влияет ли вообще. Я лично с трудом могла предположить - как. В конце концов, сошлись на том, что нечисть тут не при чем.
- Ну, не погода же влияет, - возмутился Олаф, один из викингов. - У нас похолоднее, чем тут, и все одно, есть эта погань... пакость, то есть, - поспешно исправился он.
- Похоже, что ты прав, - согласился волхв и прищурился. - Мы забыли про один момент.
- Какой, - заинтересовался тар Ярополк.
- Разливы Силы.
Вот тут я не выдержала и хлопнула себя по лбу. Остальные были сдержаннее в проявлении эмоций, но на волхва тоже поглядывали с уважением. Тар Ярополк распорядился принести карту Разливов, послы зашуршали бумагами, кто-то отправился в покои, за такими же картами. Были они не у всех, понятное дело. Я спешно связывалась с Колдом, затребовав карту. Кажется, этим взволновала его до глубины души. Объяснения много времени не заняли, и Колд передал Амальгаму пожилому картографу, тар Ферсу.
- Вот сейчас у нас есть уникальная возможность проверить теорию Цинтера, - потер руки Константин. Половина присутствующих не поняли, что за теория, и что за Цинтер, но тоже оживились. Пока ждали карты, кентавр вкратце рассказал нам про эту теорию:
- В основе этой теории лежит предположение, что Разливы Силы опоясывают всю планету по спирали. Мы знаем, что за морем лежат другие земли, что они населенные кем-то. И есть вероятность, что не мы одни сейчас ищем ответ на извечный вопрос 'кто виноват, и что делать'.
В принесенные карты вцепились со всех сторон, сметя со стола все, что оставалось. Через полчаса поняли, что так дело не пойдет, и эльф с пожилым хоббитом начали колдовать. Результатом их труда стало то, что над столом повисла проекция карты, на которую мы стали постепенно наносить места Разлива Силы. Карты были у тар Ярополка, у хоббитов, гномов и орков. Прочие кусали локти, или же делали вид, что им все равно.
Дело близилось к вечеру, а почтенные послы спорили до хрипоты, ползали по полу, столу, подпрыгивали или же парили в воздухе. На спине у Авгита балансировал Галс и Аманит - у Аманита уже устали крылья, Галсу подпрыгивать было несолидно, поэтому эта парочка нещадно эксплуатировала молодого кентавра. Поразительно было наблюдать, как с эльфа сошла ледяная чопорность, и он азартно трепеща радужными крыльями наносит на территории эльфов капли Разливов. Карты у них не было, но Аманит и Калоцибе заверили нас, что на память не жалуются, а без Разливов Силы в их деле никуда. У меня же в Амальгаме уже была целая конференция - тар Ферс сориентировался, и вызвал коллег из Бегании, и своего старого учителя. Почтенные картографы тоже принимали бурное участие, от души сожалея, что не могут присутствовать лично.
Итогом наших трудов стала потрясающе красивая проекция шара. Одна половина шара была пуста - мы не знали, какие материки там. Наша же, 'заселенная' половина красиво мерцала хрустальными капельками разных цветов и оттенков. Какое-то время мы молча созерцали эту красоту. Не знаю, как остальные, а я просто любовалась и давала налюбоваться тар Ферсу. Он тихонько что-то шептал и лихорадочно черкал на бумаге.
- Вот, видите? - орк Иол аккуратно провел рукой рядом с коричневыми капельками. - Ярополк, это твои земли. Здесь силы Земли больше всех остальных. Они мешаются с силами Жизни. Сумчатые, у вас Вода и Смерть. Интересно.... У нас Огонь и Ветер. У эльфов Жизнь и Ветер. У многоликих Ветер и Земля. У фьордингов Вода и Ветер. У гоблинов Песок, Вода. Ну да, иначе б не выжить.... Гномы, что тут у вас, понять не могу?
- Железо, Камни, Жизнь, - немного смущенно ответил Лёсс.
- Даже три Силы. Интересно.
- Это все, конечно, здорово. - Константин махнул хвостом. - Но надо же какие-то выводы сделать?! Весь день заседаем, ничего не высидели!
Мы как-то растеряно переглянулись. И правда, весь день языками мелем, и никаких результатов.
- Над выводами можно подумать завтра, - малодушно предложила я. - А пока пойти спать.
- Точно. Как говорят местные - утро вечера мудренее, - усмехнулся Друм.
- Проекцию убирать не буду, - сварливо сказал Аманит. Общение с Галсом наложило свой отпечаток. - Пусть висит, вдруг кого-то завтра прямо на входе озарит?!
Делясь впечатлениями и вяло переругиваясь на ходу, мы покинули зал, разбредаясь по комнатам.
Я попрощалась с картографом, отключила Амальгаму, и уложила голову на плечо Роху. Он потрепал меня по волосам, и заметил:
- Ты видела, что подарочек опять на волосы перебрался?
- Нет, не видела. - Я ощупывала голову. Нашла оплетенную прядь, подергала ее и покачала головой. - Давно?
- Не знаю, сам только заметил. Пошли-ка спать, солнышко.
Я заглянула в усталые серые глаза и согласилась. Уснула-то я без проблем. Ночью только проснулась от сильной головной боли. Застонала, разбудив Роха и испугав его.
- Тильда, что?
- Го-ло-ва, - прошептала я, заживая виски руками.
- Убери руки, милая, дай я тебе мазь вотру. А это выпей, - под носом уже болталась жидкость в чашке. Я послушно глотнула и скривилась. Любое движение отдавалось в голове всплесками боли. Рох бережно втирал мне в виски мазь с уже знакомым мятным запахом. Закончив, Рох взял меня за запястье, считая пульс. Сосчитав, стал шуршать чем-то в сумке.
- Мне твой ритм не нравится, милая. Что-то сердечко барахлит. Ну-ка, дай я посмотрю в твои красивые глазки. - Рох успокаивающе болтал, потихоньку вливая в меня капли зелий. - Да что ж это такое.....
- Рох, наведи обезболивание, - кое-как выговорила я.
- Боги, Тильда, у тебя сейчас болевой шок будет, - испугался Рох по-настоящему. Дальше все потонуло в спасительном мраке. В нем, впрочем, мелькали иногда вспышки и проблески, которые я игнорировала.
Проснулась я утром, в руках у Роха. Он дремал полусидя, прижав меня к себе. Я была мокрая, как мышь. Голова не болела, что радовало.
- Рох?
- Да, дорогая, - тут же отозвался он, вглядываясь в мое лицо.
- Я в порядке, - заверила я его, и встала.
- Что это было?
- Кабы знать, - вздохнула я, подбирая полотенце.
В купальнях сегодня было на редкость людно. Смыв с себя липкую пленку, я поторопилась на выход - на завтрак я уже начинала опаздывать. Рох ждал меня перед дверями в обеденный зал, оживленно о чем-то болтая с Калоцибе.
- Доброе утро, - весело поздоровалась я. Эльф вежливо отозвался на приветствие, и ретировался.
За завтраком всех распирало поделиться выводами, но все терпели. Зато к Большому залу чуть ли не на перегонки бежали, ага.
А вот там нас ждал сюрприз. Оставленная висеть вчера проекция, претерпела существенные изменения. Пустая часть планеты была заполнена - два материка, множество островов. Отмечены Разливы Силы. Да, теория Цинтера подтверждалась.... Пока мы в обалдении таращились на это диво, в зале стало стремительно холодать светлеть. Я вмиг покрылась потом, и вцепилась в Роха. Тот удивленно оглядывался, но меня обнял. Знакомое состояние накрывало меня водоворотом - отвратительное ощущение присутствия в твоей голове кого-то или чего-то, тоскливое понимание собственной беспомощности.... Я всхлипнула.
- Тихо, тихо, ну, что ты? Все ж нормально. - Забубнил у меня над ухом Рох. К моему немалому удивлению, не по себе было всем. Напряжение нарастало. Воздух заискрился от магии, чар и заклинаний - кто во что горазд, называется.
- Какие все нервные, - раздался чей-то ленивый голос. Не сказать, что это кого-то успокоило. - Я уже иду. - Теперь в голосе слышна была улыбка.
Прямо перед нами из искорок света соткалась человеческая фигура.....
Глава 37.
Перед нами стоял мужчина. С виду, о крайне мере. Круглый живот, круглое веселое лицо, короткие полные ручки и ножки - все излучало какое-то веселое добродушие. Полная фигура весело колыхалась в такт его движениям - он оглядывался, забавно вытягивал шею, высматривая кого-то за спинами. Потом обернулся ко мне и кивнул как старой знакомой:
- Привет, мелкая.
- Здрасссте, - выдавила я, преодолевая желание спрятаться за Роха.
- А остальные где? - толстяк неторопливо подошел к столу, выдвинул стул и уселся. Разговаривал он так, как будто никого кроме нас в помещении не было, и это нервировало ужасно.
- Кто? - рискнула я вступить в разговор.
- Ну, ваши.... - Туманно ответил мужчина и покрутил пальцами в воздухе. - Зря, что ли всех собирали?
- Вы не могли бы выражаться более конкретно? - слабым голосом попросила я, почти вися в руках у Роха. Ноги держать отказывались. Перемены и события, которые мне все мерещились и чудились, нагрянули, и для организма моего это все оказалось стрессом. Так же организм всеми чувствительными местами давал понять, что все это только начало.
- Ну, Джадья, Лачо, Дин, Лимана, Берм, Ивар и остальные? - просьба моя была выполнена в полном объеме, только легче никому не стало.
Мой взъерошенный мозг, наконец, узнал знакомые имена - все перечисленные были в свитах прибывших послов, так или иначе. Самые сообразительные из присутствующих послали за упомянутыми, в слабой надежде, что хоть они что-то прояснят.
- Я сильно стесняюсь спросить, а вы кто? - набралась я смелости, и спросила толстяка, увлеченного рассматриванием резьбы на столбах.
- А ты меня не узнала? - Расстроено спросил он. - Это же я, малыш! Столько ночей вместе, а ты меня не узнаешь!
Мы с Рохом пошли пятнами.
- Если бы узнала, не спрашивала бы, - выдавила я. - Так как нам вас называть?
- Ох, это вечное ваше стремление что-то чем-то назвать, обозначить, упорядочить.... Как будто, оттого, что вы Солнце назовете Луной, оно будет Луной! - Толстяк вскочил и начал мерить шагами зал. Мы, сбившись в одну кучу, поворачивали головы, не спуская с него глаз.
- Извините, - посчитала нужным сказать я. - Я не хотела вас взволновать.
- А, пустое, деточка. О, вот и прочие подходят.... Вы что, до вечера будете ходить? Сразу всем придти нельзя? - Толстяк закатил глаза и покачал головой. На входе толпилась разношерстная компания, явно не понимающая, зачем их позвали.
- Вы не могли бы всех назвать? - вежливо попросил Рох. - Тогда все и придут.
- Сам позову, - проворчал толстяк, и снова махнул рукой. В зале воцарилась напряженная тишина, немного расступившаяся, когда зашел тар Ярополк.
- Доброго утра, - немного растерянно сказал он, обводя всех взглядом. Все вразнобой поздоровались. - А что тут происходит с утра пораньше? - кажется, он не до конца проснулся.
- Ой, давайте я все расскажу, когда все придут, а? - страдальческим голосом попросил толстяк, манерно прикладывая пальцы к вискам. Снова наступила тишина. - О, ну, наконец-то! - Толстяк живенько вскочил, и замахал на нас руками. Растерянные нелюди переглядывались. - Садитесь, давайте, скорее. Ну, живее, живее. Стоп, а еще один где? А, ну да.... Ладно, за ним потом сходим.... Садимся, не стесняемся!
Настороженно переглядываясь, напряженные послы расселись. Тар Ярополк занял привычное место во главе стола, положил перед собой переплетенные пальцы и вопросительно посмотрел на толстяка.
- Ну, раз все в сборе, начнем! - вдохновенно начал он и взмахнул коротенькими ручками. - Весь вопрос, с чего начать! С чего, как вы думаете? - как в школе обратился он к нам. Я сразу почувствовала себя нашкодившей школьницей и заерзала. Поднялся самый храбрый - Калоцибе.
- Давайте, начнем с того, кто вы и как вас зовут.
- Вот за это я и люблю эльфов, - похвалил толстяк. - Всегда голова варит, что бы ни было. - Калоцибе пошел пятнами и сел.
- Ладно, - резко посерьезнел он. - Можете называть меня Джамм. Полное мое имя вам без надобности - только язык сломаете. А чтобы понять, что я и откуда взялся.... Пожалуй, не помешает небольшой экскурс в историю, - Джамм сделал сложный пасс бровями, и перед моими глазами потекла, плавясь, картинка.
Вот вид материка с высоты. Не птичьего полета - намного выше. Картинка резко приближается - как будто я камнем падаю вниз. Дороги, дороги, дороги. Невидимые простому взгляду, но мне понятно, что по этим дорогам ходят ОНИ. Кто ОНИ - не знаю. Просто, ОНИ, такие, как Джамм. Раса, всегда находящаяся в движении, берущая от жизни, природы и людей только самое лучшее, живущая по своим законам, руководствующаяся своей моралью. Нет общего дома - только временные пристанища, тщательно скрываемые от посторонних. Вечный поиск ответов на нелепые вопросы. Вечная игра. Постоянная балансировка на грани. И однажды, эта грань нарушается, и маятник, пребывавший в покое, начинает свое движение. Размах все больше, отдача все сильнее, последствия все серьезнее.
Люди и нелюди, которым надоели вечные игруны, собираются силами - объединенные общей ненавистью и завистью к существам, более обласканными высшими, непостижимыми силами. Зависть - оттого, что невозможно даже подражать им. Ненависть - оттого, что ОНИ, забирают последнее, что заставляет цепляться за жизнь - смысл.
Истребление, поставившее перед собой цель - уничтожить всю расу. Под корень. Надежда, что тогда все вернется на круги своя. Исчезнет рвущая сердце тоска о несбыточном. Появится новый смысл жизни - хотя бы один на всех. Станет снова возможным радоваться этой жизни, жить, а не влачить бессмысленно сытое и благостное существование.
Маги, окрыленные Великой Целью, совершили невозможное - дали умение видеть ИХ, убивать. И понеслось. Маятник, с ошалевшей амплитудой, отмечал последние границы дозволенного. Раса оказалась на той заветной грани - вымирания. Существование в закрытом анклаве убивало с еще большей гарантией, чем магия и железо. Выжигало душу, стирая ее из общей картины Мира. Последний рывок умирающего народа открыл Путь. В другой Мир. Как надеялись выжившие - более гостеприимный и терпимый, чем родной. Все же, горький опыт - тоже опыт, и пришедшие в другой Мир, были полны решимости не повторять старых ошибок.
Что было дальше - нам не показали. Я пришла в себя, выдохнула воздух из груди и помотала головой. Рядом точно так же трясли головами остальные, впечатленные столь живым 'экскурсом в историю'. Толстяк равнодушно созерцал потолок, раскачиваясь на стуле.
- Оклемались? - спросил он. - Тогда идем дальше. Я не буду утомлять вас тем, как наш народ выживал в том мире. Скажу, что опыт мы усвоили сполна. И повторять его не намерены. Тот мир становится непригодным для нас. Мы там умираем. А хочется жить. Вполне обоснованное желание, как вы считаете?
- Согласны, - хрипло отозвался тар Ярополк.
- Так вот. Мы хотим вернуться. И мы вернемся. Невзирая на ваше на то мнение, - Джамм обаятельно улыбнулся. - Однако же мы, как создания разумные, попытаемся решить дело полюбовно.
- Поправьте меня, если я ошибаюсь, - снова выступил тар Ярополк. - Когда вас прищучили тут, вы подались туда. А когда там жить стало невозможно, решили вернуться. И наше мнение тут никого не интересует. - У меня рот открылся от удивления. Такая речь императору была, по меньшей мере, не свойственна.
- Вы потрясающе точно сформулировали, тар Ярополк, - Джамм лучился доброжелательностью большой сытой пантеры. Меня передернуло.
В зале поднялся гул, как в растревоженном улье. Джамм выжидал, прикрыв глаза. Я тоже прикрыла глаза и стала прислушиваться. Общее настроение было возмущенно-агрессивным. Кажется, Джамм это тоже уловил, потому что легкая улыбка на его лице была горькой. Я резко встала, оттолкнув стул. Стул грохнулся сзади, и все уставились на меня.
- А теперь поставьте себя на место их народа, - я старалась ни на кого конкретно не смотреть. - Что ВАШ народ травят, и вы даже понять не можете - за что. ВАШИ дети умирают. ВЫ гибнете. Спасаетесь бегством, собираетесь силами, а вам даже передышку не дают. - Перед глазами поплыло, и я ухватилась пальцами за край стола. Осторожно опустилась на стул - благо, его кто-то уже поднял, и уставилась на стол перед собой. Ногти, побелели, выпуская когти. Дерево жалобно хрустнуло.
- Спасибо, сестренка, - неожиданно тепло сказал Джамм. Рох притянул меня к себе. Я спрятала пылающее лицо у него на груди - сейчас вся моя эскапада казалась по-детски глупой и наивной. Рох перебирал мои волосы, легонько покачиваясь. В зале снова заговорили - уже значительно спокойнее.
- Чтобы облегчить вам задачу, я немного расскажу вам о нас. - Джамм легко поднялся и пошел вдоль стен, прикасаясь кончиками пальцев к старому дереву. - А может быть, даже покажу, - легкая улыбка, и его тело снова плывет, принимая совсем другую форму. Женскую. Соблазнительную. Волнующую. Восхитительно воздушную - эфемерную, я бы даже сказала. Дружный вздох в зале.
- В отличие от вас, у нас нет собственного тела в общепринятом понимании. Мы можем только заимствовать. Единого мгновения достаточно, чтобы определить слепок плетения, и готово. Любая раса. Любой пол. Возраст. Малейшие мелочи.
- Боги, какой простор для шпионажа, - выдохнул кто-то. Красавица улыбнулась, отчего защемило сердце.
- Мы просто хотим жить. В мире. Все.
- Простите, а можно подробнее о плетениях, - попросил Рох.
- Можно, - красавица Джамм снова улыбнулась, и я почувствовала острый приступ ревности. - У вас плетение сформировано. Изначально, с момента зачатия. У нас плетение представляет собой сгусток сырья, которому можно придать любую форму. По сути мы паразитируем на других расах, если можно так сказать. А на нас паразитирует другой организм, из-за которого наше плетение не имеет формы.
- А отделить паразита нельзя? - задумчиво уточнила я.
- Можно. Это происходит в момент смерти безликого.
- И куда девается паразит? Тоже умирает?
- Нет, ищет другого носителя. - Джамм как-то незаметно вернулся к прежней форме толстяка.
- Ааа.... - только открыла я рот, но Джамм отрицательно покачал головой, и я решила отложить вопросы на другое время.
В общем, до хрипоты и криков спорили три дня, не меньше. Мы с Рохом сразу высказались 'за', и от нас отстали. За эти три дня я перезнакомилась заново с теми, кого назвал (назвала?) Джамм, и выяснила кое-что интересное. Не одной мне встретились умирающие предсказатели. Вернее, не только предсказатели. Всегда - умирающие. Что происходило дальше, думаю, рассказывать смысла нет - вариации были незначительные. Попытка изловить и расспросить Джамма ничего не дала, и нас дружно грызло большое любопытство.
Так что, на четвертый день, когда Джамм потребовал окончательного решения, наша теплая компания сидела дружно и сплоченно - подальше от радикально настроенных особ и особей. Джамм (снова мужского пола), отреагировал на это легкой улыбкой и шуточным похлопыванием в ладоши.
Будучи твердо уверены в собственно уникальности и необходимости, а так же, важности, мы сидели с гордо задранными носами и охотно демонстрировали их содержимое. Но Тотем великий, какое же облегчение - знать, что ты не урод, не шутка магического искажения, а просто Особо Одаренный. Ты - Избранный, а остальные так себе. Рылом не вышли.
Кажется, Джамм от души развлекался, глядя на нас. Послы посматривали на нас с недоумением в лучшем случае.
- Итак, - промурлыкал Джамм. Как я ни старалась, ничего, кроме вежливого интереса, уловить в его голосе не смогла. - Я с трепетом жду вашего решения.
- Да бис с вами, живите, - махнул рукой старший от хоббитов.
- Но вы же понимаете, что определенные условия сосуществования имеются, - тут же добавил Иол.
- Я был бы разочарован, если бы их не было, - ласково сообщил Джамм. - Мне не терпится узнать их.
- Прежде всего, позвольте узнать, чьи земли вы осчастливите, - ехидно спросил Константин.
- Всех сразу, - не меняя тона ответил Джамм. - мы не можем жить в одном месте долгое время.
- Скажите, уважаемый, а как вы называете свой народ? Если можно, разумеется, - спросил Авгит. Джамм задумчиво созерцал его. Молодой кентавр стушевался окончательно.
- Пожалуй, вы можете называть нас Безликими. Раз уж Многоликие у вас уже есть, - легкий шутливый поклон в нашу с Рохом сторону. Я ответила кривой ухмылкой.
- Благодарю вас, - вежливый наш Авгит.
- Так вернемся к нашему насущному вопросу, - напомнил Джамм.
- Нас интересует следующее, - встал Аманит. - Какова численность вашего народа. Существует ли возможность отличить представителей вашего народа от прочих.
- Нас не так уж и много, - задумчиво ответил Джамм. - Порядка трех тысяч взрослых особей. А на счет различий.... Нет. Это невозможно.
- Вы отдаете себе отчет, какой это простор для преступного мира? - тихо спросил тар Ярополк.
- В полной мере, - серьезно ответил Джамм. - Но это уже наша забота. За вступление в преступный сговор с представителями другой расы, наказание следует самое суровое.
- То с другими людьми. А между собой?
- А зачем? - обезоруживающе улыбнулся Джамм. - У нас несколько другие потребности организма.
- И возможности, - пробурчала я.
- И возможности, - согласился Джамм. - Ни один... Безликий не пойдет на преступление ради простой наживы. Спасая жизнь своих близких - да. Как и любой из вас.
- Уж если вы такие благочестивые, чем же вы допекли наших предков? - Галс сложил ручки на животе и хитро посмотрел на Джамма. Мне показалось, или он и вправду смутился?
- Много поменялось, сиятельный. Слишком многое. И слишком многим мы дорожим, что бы так глупо терять.
Галс задумчиво мерил того взглядом.
- Как Старший своего народа я отвечаю за своих детей, - Джамм склонил голову. - И наказание, и награду я разделю с ними. Так было, так есть, так будет.
Тотем великий, чую, чую печенкой, только что нам в чем-то поклялись. Весь вопрос - в чем.
- А нельзя придумать какие-то метки, - раздался робкий голосок Джадьи. Ее дед, Даджо, уставился на внучку во все глаза. Остальные тоже. Девчушка испугалась, покраснела, но продолжила. - Ну, знаете, когда двойня рождается, и дети так похожи, что даже родители не могут отличить, они повязывают на запястья разные ниточки....
- Идея не лишена смысла, красавица, - Джамм снова шутливо поклонился. Девушка залилась краской окончательно. - Мы это обдумаем.
- А скажите, Джамм. Вот вы говорите, вас сейчас около трех тысяч взрослых особей. - Аманит задумчиво непроницаемое лицо Джамма. - А когда вы... начнете размножаться? С какой скоростью? Вы же понимаете, что ....
- Я понял вашу мысль, мико-Аманит. - Сухо ответил Джамм. - Вопрос обоснованный и насущный. К нашему сожалению и вашему счастью, плодить себе подобных со скоростью, дарованной людям, к примеру, мы не можем. Ближе всего наши возможности к многоликим. Вернее, разноликим. Не каждый безликий может иметь потомство. Скажу так. Через два века наша численность увеличится на пять-шесть особей. - Ровным спокойным голосом ответил Джамм. Все немного расслабились, напряжение, появившееся в зале после вопроса Аманита, чуть-чуть рассеялось.
- Джамм, - позвала я. Он обернулся, вопросительно подняв брови. Я сглотнула и спросила:
- А что ты скажешь про нас?
- А что ты хочешь услышать, мелкая? - Джамм подошел к нам, и уселся на столешницу.
- Желательно, что-нибудь обнадеживающее. - Я сурово сдвинула брови.
- Потерпите немного, - умиротворенно попросил Джамм. - Все по порядку.
- А собственно, что с вами не так? - с интересом спросил Аманит, и интерес этот мне не понравился.
- С ними все нормально, - отрезал Джамм, и интерес Аманита затух. - Слушайте. Когда открывается граница Миров, образуется воронка. И чем больше... людей лезет через эту границу, тем больше воронка. А в воронку затягивает всех, кто был... к этому предрасположен. Когда мы шагнули туда, с нами вынесло несколько обитателей этого мира. Люди, гоблины, многоликие.
- Дайте, догадаюсь, - тар Ярополк откинулся на стену. - Когда вы шагали сюда, с вами затянуло несколько сотен местных. Так? Тех милых созданий, - тар Ярополк почему-то кивнул на Аманита, видимо, имея в виду проекцию ОЭ-1.
- Так.
- А когда вы все переберетесь сюда, с вами затянет ооочень много местных обитателей. Так?
- Так.
Снова гул, гомон.
- Весь вопрос, что с этим делать.
- Мне нравится ваш подход, тар Ярополк, - с лица Джамма немного отступила напряженность. - И выход есть.
- Хотелось бы подробнее. - Старший орк, Зерг, трет какой-то старый шрам и задумчиво смотрит на безликого.
- Если мне дадут, я закончу, - едко отвечает тот, и они с тар Ярополком обмениваются совершенно хулиганскими ухмылками. - Да, с нами принесет местных обитателей. И поверьте, они от этого не в восторге. Им тут не нравится, более того, они меняются, и эти изменения их пугают. В сущности, они довольно терпимые создания, с ними можно договориться и жить в мире. Нам это удалось. Вам - не удастся.
- Признаться честно, мы и не стремимся.... - так же задумчиво отметил Зерг. Сдавленное хмыканье прошлось по залу.
- К всеобщему счастью и удовольствию, в этом Мире есть существо, способное отправить всех незваных гостей обратно. Надо только найти его. Как только найдем - можно будет открыть грань.
- Только и всего, - проворчал Гуннар. - Где искать-то?
- За океаном, - обезоруживающе улыбнулся Джамм. Я не выдержала, застонала и немножко побилась головой об стол под недоуменные взгляды.
- Маори. Ваши? - мрачно спросила я, когда поняла, что деревяшка все равно крепче.
- Наши, - со вздохом сознался Джамм.
- Уууу, - я с томлением посмотрела на стол, но биться не стала.
- Так при чем тут мы, - продолжила я гнуть свою линию. Джамм тяжко вздохнул и сознался:
- А вы и будете искать. Нам на другой материк путь заказан. Я затрудняюсь объяснить, почему нам закрыт ход в те далекие земли. Возможно, мы вообще, родом оттуда, и там уже всех допекли, и нас изгнали. Я не знаю. Об этом молчит наша общая память, и хроники молчат тоже.
Любой из нас, кто хоть раз прошел Грань, чувствует того, кто может исправить искажение. Ну, отправить непрошеных визитеров обратно. По большому счету, это не наша беда, как вы будете справляться с вашими новыми агрессивными соседями - нам они не опасны. - Джамм криво усмехнулся. - Но раз уж вопрос хм... мирного сосуществования улажен полюбовно, будем искать. Скажем так - это наша наглядная демонстрация того, что новые старые соседи и их проблемы нам небезразличны.
- Джамм, - тихо спросил тар Ярополк, - когда вы шли сюда, вы не знали, каков будет наш ответ. Но вы заранее подготовились к тому, что он будет положителен. Я прав?
- Отчасти. - Задумчиво ответил тот. - Вероятность положительного ответа была 70 к 30. Более, чем обнадеживающая. К тому же, первый поисковик получился... немного нечаянно. Мы уже знали, что сами найти Нужного мы не сможем, и рассчитывали только на то, что если ваш ответ окажется положительным, поможем изничтожить прибывших с нами. Искать же наобум того, кто нужен - все равно, что искать иголку в стоге сена. Потому как его облик для нас покрыт туманом. Мы его не видим.
- Значит, мы поисковики, - удовлетворенный хоть маломальской определенностью, потер руки Берм, немолодой уже орк. Поисковики переглянулись и плотоядно уставились на Джамма.
- Да. Так вот.... Сюда отправлялись только самые старшие, если не сказать, древние. Один из нас стал умирать здесь, вдали от тех, кто мог проводить его часть души домой. Совершенно нечаянно рядом оказалась Лимана. - Джамм тепло улыбнулся молодой Сумчатой. - И оказалось, что если кто-то искренне, всем сердцем, сочувствует умирающему - уходить легко. И часть его сути остается в провожающем.
- Это мы сейчас возвращаемся к вопросу о паразитах? - на всякий случай уточнила я. Джамм кивнул.
- Так вот и получился у нас первый поисковик - Лимана. В ней есть толика сути нашего народа, которая позволит чувствовать Нужного, и не помешает преодолеть Преграду. - Джамм неожиданно весело хохотнул, - По правде вам сказать, эта Преграда больше смахивает на Забор, но Преграда звучит куда благороднее, так ведь?
- А вы перелезать через Забор не пробовали? - сахарным голоском спросила я. Джамм расплылся в широкой улыбке.
- Мы даже пикировать сверху пробовали. Пружинит и выталкивает. Ну да ладно. В общем, вас набралось ровно четырнадцать особей. Как ты называешь это, Тильда? Особо Одаренные? В самую точку. Вы самые что ни на есть, Особые, и Одаренные полной ложкой. Даже с запасом. Вас надо беречь, как зеницу ока, потому что кроме вас, Нужного найти никто не сможет. И других поисковиков уже тоже не будет. Вы единственные в своем роде. Чуете, к чему я веду?
- Улавливаем, - проворчал кто-то из Особо Одаренных. - К неприятностям.... - Джамм расхохотался.
- Вы иногда как дети, честное слово! Итак, господа послы. Роли поменялись. Теперь в них - ваша надежда.
- Погоди ты молотить, - поморщился Гуннар. - Может, дешевле встанет просто всю эту новую нежить переколотить, да и ехать никуда не надо....
- Сомневаюсь, - вздохнул Джамм. - Если мы все придем сюда разом, воронка будет просто огромной, и больше половины коренного населения окажется здесь. Учтите так же то, что на долю помахать мечом тоже останется, и с избытком - всех разом отправить не получится, кто-то да останется.
Все помолчали, переваривая информацию.
- Ну, значит, пойдем, куда деваться, - Гуннар дернул себя за рыжий ус, и с хрустом потянулся. - Молодость, что ли, вспомнить.... Самому за правило встать? А, Олаф? Что скажешь, застоялись мы тут, сил больше нет.