Аннотация: Фоллаут, Нью-Вегас. Казино "Лаки-38", почти сразу после второй битвы на дамбе Гувера. Тянуло меня, тянуло написать. И вот такая странная история получилась...
Я не знаю
Кэсс прогрохотала по лестнице так, точно не бежала, а падала с нее. Высокая, жилистая; с копной всклокоченных, рыжих, жестких, как проволока, волос и фонарем под глазом. Таким, что, казалось, мог затмить по мощности дамбу Гувера и станцию "Гелиос-1".
-- Нет, ты представь! -- завопила она пронзительным голосом. -- Он мне говорит, что мой лицевой паттерн не совпадает с записанным в базе!
Девушка, замершая перед смотровым окном пентхауса казино "Лаки-38", не пошевелилась. Свет был погашен. Худой силуэт смутно выделялся на фоне серебристого сияния наружной иллюминации, больше похожий на манекен, чем на живого человека.
-- А ты что? -- прозвучал с другой стороны ехидный голос, тоже девичий.
-- А я звезданула ему кулаком в морду, -- Кэсс подула на пальцы. -- Рисованную эту, на корпусе. Думала, расстреляет. Не, признал.
-- А покажи-ка мне этот твой паттерн, -- ехидина спустилась по второму пролету и, скривившись от запаха перегара, ловко повернула лицо Кэсс к себе за подбородок. Щурясь, всмотрелась из-под капюшона мешковатой хламиды (на нее, похоже, и пошел мешок), осторожно потрогала пальцем опухоль. -- Хороша-а... Радует, что скоро Аркейд явится. Так и быть, уделю тебе пять минут его драгоценного времени. А кстати, где это тебя так?
Кэсс скривилась, косясь на молчаливую третью.
-- А не помню, Вики. Ну... сперва я отправилась отмечать победу. В "Гоморре", потому как всего дорогу перейти.
Вероника пожала худыми плечами:
-- Не понимаю. Тут на месте все есть -- и выпивка, и закуска. Из номера не выходя.
-- Сравнила! -- буркнула Кэсс. -- Там шум, жара, свет, люди толпятся; новости, музыка, разговоры. А тут как в могиле. Комфортабельной, но могиле. Еще и роботы эти, стукнутые на всю голову. Сперва-то я думала, что буду здесь торчать, пока виски не кончится, а на деле...
-- Кажется, тут я тебя понимаю, -- сказала Вики примирительно. -- В бункере у нас в последнее время было то же самое. Ай, чего теперь... А она? Молчит?
-- Как статуя на Мохавском аванпосту, одна за двоих, -- едко высказалась Кэсс. -- Еще и свет выключила.
Вероника хмыкнула:
-- Так у тебя он с собой.
И тоже потянула Кэсс к окну, за которым далеко впереди на фоне неба рисовались горные пики, а глубоко внизу сияли редкие огоньки.
-- А вот представь, -- заговорила Вики мечтательно, -- что когда-то там огней было море, черноты ни пятнышка...
-- Пришлось бы спать, завернувшись с головой в одеяло, -- буркнула Кэссиди. И звезд не видно.
-- Ну и хрен с ними, -- вздохнула Вероника разочарованно. -- Пойду, переоденусь. Скоро Аркейд появится. Повод -- ее нога, -- еще один осторожный взгляд на молчаливую, -- а истинная причина -- моя несравненная красота.
Девушки переглянулись и зафыркали.
-- Ты бы лучше присела, Курьер, а то Геннон нам головы отвернет! -- бросила Вики и брызнула к лестнице.
Молчаливая дернула плечом.
-- Оборванке с пустошей досталась страна, а она не знает, что с ней делать, -- Кэсс выцарапала из заднего кармана брюк плоскую фляжку и шумно отхлебнула.
-- Не знаю.
-- И ты отгородилась ото всех, пялишься вниз и ищешь в темноте ответ? Или тебе просто рожи наши прискучили? -- жилистая хмыкнула. -- Зависла, прямо как я на аванпосту. А твой этот робот самоустранился, -- она зыркнула на стадо разновеликих экранов над пультом, наводящим на мысли то ли об АЭС, то ли о звездном корабле.
Молчаливая снова неопределенно пожала плечами.
-- Ну да, я сидела в тамошней казарме, и пила, и думала, что все у меня сгорело, и больше не на что опираться, и облажалась я со своей самостоятельностью по самые уши. И виски то в горло не шло, то не обжигало. Мать его! -- поскольку рядом не оказалось ничего, чтобы разнести, Кэсс ударила кулаком в ладонь. -- Больно... Я вон тоже. Подняла свой караван из ничего, выпестовала, выкормила с рук, и потом его сожгли. Просто сожгли, даже не разграбили. Чтобы подгрести под себя мое имя.
Она шумно вдохнула, верно, жалея, что так и не всадила пули в конкурентов. И продолжила с мрачной убежденностью:
-- А у тебя больше, чем караван. И падать будет больнее, если вообще выживешь. И раз уж хватило наглости извернуться, прокинуть всех и вся, и вырвать кусок из-под оскаленных морд сцепившихся быка и медведя -- продавай его подороже. Прямо сейчас. Пока ты на гребне, пока герой и знамя пустошей, а не просравший все идиот.
Кэсс запыхалась от столь длинной речи, вдохновленной виски, и надолго присосалась к горлышку фляги. Сверху раздались редкие хлопки ладоней.
-- Не слушай ее, -- звонко заявила Вероника. -- Это сейчас НКР и Легион равно взбешены, как ты ловко все провернула у них под носом. А главное, внезапно. Даже для самой себя, так? Они опомнятся, и подумают, и наверняка оценят преимущества буферной державы промежду ними.
Кэсс вздернула голову:
-- Ты еще здесь?!
-- Ага, -- Вики хмыкнула. -- Мне ведь тоже интересно. Да с Мохаве будут пылинки сдувать!
-- Легион?!
-- И он тоже. Потому что пока у нас есть секьюритроны мистера Хауса, мы в состоянии навалять им по самое не хочу, как в этот раз. Ну и торговать порою намного выгодней, чем драться. А легат Ланий -- вовсе не такой упертый дурак, Кэсс, как тебе хочется думать. И если бы ты хоть чуть-чуть знала историю...
И исчезла прежде, чем рыжая разразилась матерной тирадой касательно досужих умников-писцов из Братства Стали.
-- Так что будешь делать? -- спросила Кэсс хрипло, опять поворачиваясь к Курьеру.
-- Легион вернется. И НКР тоже. Империи не могу не расширяться и не захватывать все, что способны подгрести. И нам придется готовиться к этому. А пока, -- она шагнула ближе к стеклу. -- Пока я наберу рабочих замостить Стрип. Потому что надоело все время спотыкаться.
-- Что-о? -- в ошеломлении протянула Кэсс.
-- Мне надоело жить в свинарнике! Я ненавижу эти занавески! Ветхая дрянь! -- она рванула вниз голубовато-серую, точно обгрызенную понизу тряпку в арке между помещениями -- бывшую портьеру. Та упала ворохом под ноги, поднялось пыльное облачко. А девушка, хромая, ринулась ко второй, расправляясь с ней столь же безжалостно. И нацелилась на третью.
-- Они напоминают тебе мистера Хауса?
Курьер развернулась, резко проведя локтем вдоль лица:
-- Он был мерзкий! Опутанный трубками, тощий, как макаронина, полутруп, диктующий свои условия живым. Я не жалею о нем. А занавески. Они колышутся, и...
-- То есть... ты боишься занавесок?
-- Нет, черт возьми! -- взревела собеседница, топая ногой. И опустилась на пол, обхватив голень, кривясь от боли. -- Столько роботов... могли сменить. Или подшить, хотя бы.
Кэсс наклонилась, протягивая руку:
-- Слишком тонкая работа.
-- Для секса они годились. Так что и это бы смогли.
С помощью рыжей Курьер утвердилась на ногах.
-- Я говорила Хаусу, что сильнее люблю Мохаве. Что на пустошах мне лучше, чем в этом городе. Потому что тут все прогнило и изветшало. А мы цепляемся за останки старого мира, не решаясь начать жить заново.
Она замолчала, тяжело и хрипло дыша.
-- Между прочим, -- заметила рыжая назидательно, -- если бы ты не претендовала на самостоятельность и оставила все разгребать НКР, ты была бы счастливее.
-- А другие?
-- Вы можете любить НКР, Кэсс, но другие не обязаны с вами согласиться. Добрый вечер, девушки. Или, верней, доброй ночи. У вас тут что? Генеральная уборка?
С лестницы с добродушной насмешкой глядел сверху вниз мужчина, из тех, что красавцем не назовешь, но симпатичным запросто. Вероника, облаченная в нарядное белое платье, встав на цыпочки, выглядывала из-за его спины.
-- Нет, док. Охота на рваные занавески, -- Кэсс пожала угловатыми плечами. -- Впрочем, это не мое дело.
Он взлохматил соломенные волосы, поправил очки в черной строгой оправе и стал спускаться, задевая о перила металлическим кейсом, сопровождаемый запахом лекарств, как иные запахом хорошего одеколона. Вероника семенила следом, сделав губки бантиком; сверкали темные глаза и уложенные крупными волнами черные волосы.
-- Соратников, что помогали добывать трон, положено возводить в дворянское звание. И раздавать им землю. Я бы хотела получить какую-нибудь старинную библиотеку...
-- Возможно, -- Курьер кивнула. -- Я соберу на совет тех, для кого эта земля столь же важна, как и для нас. И открою "Лаки-38", скорее всего.
-- Откроешь казино? Вот это мудро. Да народ толпами рванет на него посмотреть, -- Вики отбросила прядь со лба. -- Правда, управлением им отнимает кучу времени...
-- Управлять будет Франт из "Топса", он туповат, но надежен. А гостиницей займется Сара, она преуспела в этом в "Убежище-21". Да и должна получить компенсацию за то, как Хаус распорядился ее домом.
-- А ты?
-- Я выберу базой либо бывшую тюрьму НКР, либо испытательный полигон "Репкон". Последователи Брайта, улетая в землю обетованную, оставили офис в неплохом состоянии. И начну собирать и тренировать новобранцев для охраны караванов и границ.
Кэсс хмыкнула.
-- Ты говорила, что ничего не знаешь. А тут целый продуманный план.
-- План -- всегда первая жертва боя...
Курьер запнулась и побледнела. Девушки проследили за ее взглядом, желая понять, какого призрака подруга увидела. Но на лестнице стоял обыкновенный мужчина: может, чуть более широкоплечий и рослый, чем прочие. Он был в форме бойца НКР и красном берете с эмблемой, указывающей на принадлежность к снайперам первого разведбата. С рубленым лицом и челюстью, которую принято называть волевой. У рта пролегли жесткие складки. Глаза укрывали солнцезащитные очки, нелепо смотрящиеся в затемненном помещении. Из-за плеча торчал приклад карабина, а на плече болтался вещевой мешок. Похоже, мужчина был полностью готов к дороге. Он собирался что-то сказать. Но Аркейд опередил.
-- Бун, погодите с вашим судьбоносным заявлением, пока я не обработаю рану. У меня времени совсем ничего, а тут и вторая пациентка нарисовалась, -- док дернул головой в сторону Кэсс. Вики хихикнула.
-- Девушки! -- Аркейд улыбнулся самой обаятельной улыбкой, какую только смог изобразить. -- А не поехать ли вам в президентский люкс? Чем меньше вы станете меня отвлекать, тем скорей я прибуду...
-- Ну-у, если наша помощь здесь совсем не нужна... -- Вероника дернула голым плечиком. Подхватила Кэсс под руку: -- Что же... Бедным девушкам придется развлекать себя самим. Но, не дождавшись, мы вернемся!
Аркейд, казалось, мгновенно выкинул их из головы.
-- Та-ак... А почему ты, собственно, стоишь? -- обратился он к Курьеру.
-- А что, лежать?
-- Ну... лежа ты бы выглядела на так сурово. Да и пижама на тебе смотрится элегантнее, чем бронированный наряд из элементов раскладушки.
Он хмыкнул.
-- Вики верно говорит. Ты неоправданно строго к себе относишься. Прежде, чем задумываться о высоких материях, следует банально выздороветь. Где-то тут была кровать.
Аркейд подставил согнутый локоть, чтобы раненая могла опереться.
-- Я отнес бы тебя на руках. Но твой снайпер буравит мне взглядом спину, выбирая место для аккуратной маленькой дырки, если я окажусь чересчур фамильярен.
-- Он не мой.
-- Хорошо, не твой. Но в броне ты все равно тяжеловата.
Док довел Курьера до постели. Зажег бра и настольную лампу. Открыл чемоданчик. Извлек и надел халат с острыми складками, жесткий от крахмала; вынул несколько стимуляторов. Лекарствами запахло сильнее. Аркейд отправился мыть руки, бросив через плечо:
-- Стягивай штаны, ложись на живот и постарайся не дергаться. Помни, что я не особо нежен при перевязках.
Несколько минут он сосредоточенно занимался делом. Сгреб в пакеты грязные бинты и использованные шприцы. Снова отошел, чтобы вымыть руки.
-- Так. Давай-ка переворачивайся. Денька три потемпературишь, и, считай, обошлось.
Помог ей лечь на бок, укрыл одеялом.
-- Я тут подумал... на досуге... занимаясь в форте больными и ранеными. Роботы -- это чудесно. И все же тебе нужен телохранитель-человек. Удерживать от глупостей. Прикрыть с тыла. Потому что, ставлю плазменку против горсти крышек, на тебя уже идет охота. И, как с Бенни, в этот раз может просто не повезти.
Пальцы, стиснувшие его запястье, были липкими и горячими. Губы Курьера дрожали и зрачки плавали в огромных глазах. И не знай ее док достаточно, подумал бы, что подсела на мед-икс.
-- Он не согласится.
-- Я спрошу.
-- Геннон! Нет!
Бун стоял в арке, и Аркейд с неудовольствием отметил, что все-таки глядит на него, пусть совсем немного, но снизу вверх. И потому даже не попытался скрывать раздражение. Тем более что и разговор его с Курьером снайпер прекрасно слышал.
-- Можете застрелить меня к чертовой матери, ваше право. Но что девочка еще должна совершить, чтобы вы ее заметили?
-- Вас не просили в это лезть.
-- Я и не лезу. Что мне ей сказать?
Бун отодвинул Аркейда с дороги. Подошел к кровати. Присел на корточки. Взял ладонь Курьера в свои, тяжелые, со вздувшимися венами:
![скрин [Бефесда-Обсидиан]](/img/r/rakitina_n_d/nezna/55.jpg)