Крещенские дожди. Играй, зима,
На древней арфе медленной реки.
Как сиротливо смотрятся дома,
Когда глядишь на них из-под руки!

Северо-запад. Кортик именной
Материку не возвратил Гольфстрим.
Гнилая осень рандеву с весной
Назначила и смыла белый грим.

До края полнясь небом и тоской,
Которые тождественны уже,
Зима-арфистка музыку-покой
Придумала.
А я придумал... жест.        
 
Клочок провисшей грязной бахромы
Мгновенно изловчившись оторвать,
Луч-первенец упал на слово "мы".
А следующий - на твою кровать,
Увитую диковинным плющом...

Ты улыбнулась лучику во сне.
Улыбкою оправдан и прощён,
Не вспомню даже, что она - не мне.

Не вспомню, что, когда и почему
Происходило, замыкало цепь.
Искромсанную светом бахрому
Фантазий буря - в самом их конце - 
Решила просто.
Яблоконьютон.
Кружились письма между этажей.
И бахромою... железобетон
Мне представлялся в ленте миражей.

Мы тоже миражи, и наш волчок
Закручен круто музыкой зимы.
Зарыта арфа.
Трудится смычок
Над скрипкой во дворе моей тюрьмы.