Первая беляевская тетрадь.
 
* * *
Мытье посуды - милый ритуал, 
Священный танец - тем, кто понимает. 
О не любил - тот, кто не ликовал, 
Тарелок в раковине груду разгребая.
 
Подтеки жира - признак процветанья. 
В кофейной гуще - я судьбу добуду.. 
Быть может, археолог по призванью 
Я нахожу себя в мытье посуды. 

О как чудесно волю дать рукам 
И плоти - столь привычную работу 
Чтобы душой взобраться к облакам 
И вниз сойти лишь закрывая воду. 
 
 
* * *
:но в этом что-то есть - раздрызганные дни,
Гора золы в камине и гора посуды,
На горстку слов - полтонны беготни,
На грани взрыва, или же простуды?

На грани счастья, в том краю чудес,
Где все меняется, лишь стоит прикоснуться,
Толь ангельский напев, толи попутал бес,
Уже давно пора взлететь или проснуться,

Из дома выйду, солнцу улыбнусь,
И от мороза будто протрезвею,
И словно как слепой, нащупывая путь,
Пойду привычной тропкою своею...
 
 
* * *
Та кухня на девятом этаже 
Особенных отличий не имеет 
И только тем она мила душе, 
Что нету места на земле милее. 

Лишь только тем она душе мила, 
Что там мы были лучше и счастливей, 
Что там могли, забросив все дела, 
Попридержать свой поиск сиротливый. 

Там принимали нас какими есть, 
Ни за что и ни про что нас любили, 
Картошка там не прекращала цвесть, 
И старый сыр водился в изобильи. 

Там старый сыр съедался до нуля 
И запивался бесконечным чаем, 
И за окном летучая земля 
К нам снисходила шерстью и рычаньем 

За форточкой менялись времена, 
Менялись мы, и нам давали визы, 
А здесь был стол складной - и темплая стена 
А выше этажом - луны огрызок. 

А выше этажом - бездонны небеса, 
И холод дьявольский, и бесы суетятся, 
А мы пьем чай, и время на часах 
Всегда как в Петропавловке-Камчатском. 
 
 
 
* * *
Когда вернусь домой, я перестану пить. 
И разведу, как прежде, тараканов..
И вытащу кого-нибудь бродить 
Между Беляево и Теплым Станом. 

Я обойду привычною тропой 
Немного располневших одношкольниц, 
В которых поголовно - Бог с тобой! - 
Влюблен был, и влюблен, увы! - на совесть. 

Я побегу стремглав на Крымский Вал 
И окунусь в любимые полотна 
Из века моего, что миновал 
Бесславно так, и так - бесповоротно.. 

Я буду заявляться без звонка 
Ко всем, кто знал меня тогда - смешным и рыжим 
С бутылкою вина иль коньяка 
Ко всем, кто жив, или с цветами - кто не выжил. 
 
 
* * *
Начни легко, начни случайно 
Зажми в горсти щекотный страх 
Прими решенье моментально 
Влюбись спросонья, впопыхах 

Не замусоливай идею 
Не превращай ее в секрет 
Поди, сходи в галантерею 
И присмотри себе берет 

И шарф немыслимой раскраски 
И комбинаторской длины.. 
Еще беляевской закваски 
Нас есть - в снегах чужой страны 
 
* * *
Ой негоже нам пить втихаря 
Холодильника дверь подпирая 
Или школьную форму зазря 
Мы до дыр на заду протирали 

Зря ль пришлось нам ступени считать 
Кабаков и университетов 
Чтоб теперь на чужбине страдать 
По тем дням сапогов и запретов 

Ой не гоже нам пить в тишине 
Эх дурацкая наша порода! 
Путь назад лишь один - на коне 
Только гордость и только свобода.
 
 
* * *
Я узнаю развитие сюжета 
Сменились декорации и сцена 
Сменилась публика, и труппа, но вообще-то 
Законы жанра пребывают неизменны 

Законы жанра требуют страданий 
И слез, и клятв и прочей дребедени 
Но мнится мне, что время испытаний 
Еще не истекло. И полуночных бдений 

И театральных сцен грядет немало 
Я предвкушаю шепот закулисный 
И ко всему готов, я подниму забрало 
И в путь, не помолясь, навстречу жизни. 
 
 
* * *
У Большого Каменного,
У большого ветренного,
Темнота предутренняя,
Синева бесформенная,

Там бредут влюбленные,
Грустные и сонные,
И под ними - лунная
Дорожка невесомая.