Рэп Джони: другие произведения.

Рэксы войны

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
Оценка: 7.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Бытовые будни воинов-контрактников на чеченской войне.

 []
  РЭКСЫ ВОЙНЫ
  ПЕРВЫЙ КОНТРАКТ
  
  КНИГА ТОЛЬКО ДЛЯ ТЕХ, У КОГО ПРАВИЛЬНОЕ СТРОЕНИЕ ЧЕРЕПА.
  
  Дана тебе жизнь для того, чтобы жить,
  Не глупою пешкой по жизни бродить.
  Не каждый рождается с чистой душой,
  Нужда выживать берёт верх над тобой.
  2012 год
  
  ОТ АВТОРА
  На войне, как на войне, было всё,
   как в страшном сне, но не сон...
  
  Такими словами я решил начать песню, о которой в своё время после очередной поездки в Чечню в лице воина контрактника велось немало переговоров с одним из моих друзей:
  - Напиши - говорил он, - Или я за себя не отвечаю! Такую песню хочу, чтобы она, как пуля достала меня до глубины души! Понимаешь?
  - Нет! - ответил я другу, - Не понимаю!
  - Почему? - сморщил он лоб, и, казалось, обиделся.
  - Во-первых, чтоб песня получилась хорошая, мне надо хоть что-то знать о вашей непонятной войне!
  - Во-вторых? - теребил он.
  - Во-вторых, чтоб что-то знать, мало твоих рассказов! Мне надо в окопах с вами посидеть, баланды вашей поесть, снаряды подносить и т.д.
  На этом, казалось, разговор по поводу песни был закончен. И, честно говоря, я вообще забыл об этой истории, однако, спустя месяц друг перезвонил.
  - Ты готов?
  - Куда готов? - не понял я и решил уточнить.
  - Куда, куда! - завёлся неугомонный солдат, - Мы завтра уезжаем в Чечню и договорились насчёт тебя - с нами поедешь! Ты же хотел в окопах посидеть?
  Конечно же, я никуда не поехал. И несерьёзно было, не зная брода, кидаться в бой. Хотя песню, посвящённую войне, я всё же написал, но...
  К сожалению, отдать её солдату так и не получилось, так как волею обстоятельств я вскоре был осуждён и отправлен в места лишения свободы, где, стоит признать, данная тема, связанная с военными действиями, вновь предстала передо мной. И, не скрою, крайне меня заинтересовала, потому как мой сокамерник, который в своё время являлся непосредственным участником сражений, касаемых Северного Кавказа, а именно Чечни, поведал мне об истинном положении дел, точнее сказать, о фронтовых буднях воинов-контрактников, что, стоит отметить, далеко не соответствует тем событиям, которые мы привыкли черпать из средств массовой информации.
  То есть, поведал мне Лёха всю правду быта своей армейской службы. В связи с чем, слушая своего рода повествования великого воина, которому эхо войны по прежнему не даёт покоя, я решил данную книгу посвятить этой теме.
  Джонни Р,эп 2012 год
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Это было начало новой эпохи. 2000 год - год "Дракона", который волею судьбы напрямую был связан с одним из самых важных событий, происходящих в нашей стране. А точнее сказать, с провозглашением господином Ельциным своего преемника на пост президента Российской Федерации.
  В тот же самый момент в Орловской глубинке молодой 24-летний юнец Лёха, как впрочем и многие подобные ему, своим волевым решением посягнул в лице воина контрактника послужить Отечеству в горячих точках нашей необъятной страны. И тем самым (если не убьют), образно говоря, заработать бабла, которого порой так не хватает, особенно в молодые годы, когда вокруг и около царит огромный соблазн. А так же в принятом Лёхой решении свою роль сыграли следующие обстоятельства. Сидя дома у экрана телевизора, он увидел трансляцию о взрыве жилого дома в Москве на Каширском шоссе, что однозначно в душе будущего воина родилась ненависть, как к террористам, так и иным врагам государства Российского. А в двух слова, стало Лёхе за державу обидно. И спустя какое-то время, обсуждая со своими друзьями увиденное на ТВ, при этом разливая по стаканам спиртное, Лёха публично заявил о своём решении стоять на смерть и до последнего патрона бороться с мировым терроризмом.
  - Ты сейчас прикололся? - спросил Лёху обалдевший от его речей друг.
  - Почему прикололся? Нет! Сознательно поеду и покажу им Кузькину мать!
  Одним словом, не поверили Лёхе парни. И, как часто бывает в таких ситуациях, был заключён спор на самое "святое", что есть в этой жизни - ящик водки.
  Таким образом, лютая ненависть к террористам, обида за державу, спор с товарищами и, конечно же, заработать бабла вкупе привели Лёху в местный военкомат.
  - Здравствуйте! - сказал Лёха военкому, когда зашёл к нему в кабинет, и, не дожидаясь ответа на своё приветствие, продолжил, - я пришёл сказать Вам, что хочу на войну! Возьмите меня добровольцем в Чечню!
  И, как я понял из рассказа Лёхи, он непроизвольно улыбнулся своим словам, вспоминая известный фильм "Комсомольцы - добровольцы". Но, слава Богу, взял себя в руки, и, переваливаясь с ноги на ногу, ждал ответа военкома. Видя неадекватное поведение странного добровольца, военком решил уточнить:
  - Ты твёрдо решил ехать или так дурака валяешь?
  - Твердее не бывает! - стоял на своём Лёха и, казалось, окаменел, пытаясь всем своим видом показать, что в своих решениях он кремень.
  - Ладно! - сказал военком, - Иди в кабинет напротив, возьмёшь направление и пройдёшь медкомиссию! И как у тебя с работой? Работаешь или нет?
  - На стройке я, плиточник! - на автопилоте вырвалось у Лёхи.
  - Кто ты, меня не интересует! Сделаем тебе командировку и вперёд!
  - Спасибо Вам! - сказал довольный Лёха и, больше ничего не обсуждая с военкомом, пошёл за направлением в кабинет напротив.
  И в тот же день медкомиссия Лёхой была пройдена по всем указанным пунктам.
  - Лёха! - говорили ему друзья, - Какая на хрен война сегодня?
  - А что? - возмутился он, - Поеду постреляю! Там, говорят, хорошие деньги можно срубить!
  - А кем ты там будешь? - спросил Лёху один из друзей, кто был потрезвей, - В смысле, в разведку пойдёшь или так, писарем в штабе останешься?
  - Каким писарем? О чём ты? Пойду, блин, как Санька Матросов, языков брать.
  - Ты тогда нам хоть фотку вышли, ну в бронике там, в каске, с полковой собакой! А то, спор есть спор, надо подтвердить!
  - Пришлю! - ответил Лёха и отправился домой, думая по дороге о том, как лучше сообщить родителям о своём решении.
  К счастью, дома отец был один, так как мать была на работе. Выбрав для разговора более удачный момент, Лёха сказал:
  - Батя, надо поговорить!
  - О чём? Спросил сына отец, видя, что он сильно взволнован, чего раньше за ним никогда не замечалось.
  - Я уезжаю в Чечню! - сказал, как отрезал, Лёха.
  - Тебе что жить надоело или нечем себя занять?
  - Бать, мне надо, понимаешь? Причину долго объяснять.
  - И когда ты собираешься поехать? - поинтересовался отец, понимая, что сына уже не остановить.
  - На днях поеду! Только ты, Батя, матери ничего не говори!
  - Я-то не скажу, но ты же знаешь мать! Она всё равно рано или поздно узнает!
  - Всё это, Батя, будет потом, узнает, не узнает! Ты, главное, сейчас не говори!
  И на этом разговор отца с сыном по поводу внезапной командировки, казалось, был закончен. Однако в день отправки, когда Лёха проснулся ни свет ни заря, мать своим материнским чутьём поняла неладное. К тому же так рано сам по себе Лёха никогда не вставал и родители порой уставали его будить. И хотя сын всем своим видом пытался показать, что пошёл на работу, материнское сердце ему было не обмануть. Поэтому, когда Лёха покинул порог своего дома, мать, стоя у калитки, долго смотрела ему в след, что, со слов Лёхи , он ощущал всем своим нутром.
  Далее будущий воин-контрактник согласно предписанию военкома подорвался на вокзал. Купил, как положено, билет и отправился в город орёл к месту сбора, собственно, куда было условлено собраться всем "пилигримами" войны предстоящей компании.
  По прибытии на место сбора у входа в здание, оборудованное под казарму, Лёха встретил своего старого знакомого Николая, с которым в своё время при отправке в Югославию с миротворческой миссией состоялось их первое знакомство. После недолгой беседы с товарищем Лёха зашёл в казарму, где уже собралось немало добровольцев подобных ему. Знакомство с парнями прервал некий майор, который нарисовался, как призрак, возможно, наблюдавшим за происходящим в казарме со стороны, и без каких либо предисловий предложил бойцам пройти в так называемый класс. Как только парни заняли свои места за "партами", майор у каждого у них забрал личные дела и военные билеты. После чего началась обычная перекличка: Иванов, Петров, Сидоров и т. д. А как только в руки майора попал военный билет Лёхи, он, казалось, своим суровым взглядом сразит его наповал.
  - Пока все свободны! - причитал "бог войны", - а вас, "Штирлец", я попрошу остаться! - было направлено его обращение к Лёхе, и без каких-либо объяснений, когда в классе они остались одни, спросил:
  - Как твоё имя отчество, боец?
  - В военном билете всё написано! - ответил ему Лёха.
  - Я повторяю вопрос, как твоя фамилия, имя, отчество?!
  Понимая, что майор упёртый и низа что не отстанет, Лёха представил ему свои данные.
  - Год рождения? - теребил он.
  - К чему такая формальность? В военном билете написаны и год, и число, и месяц, - спокойно сказал Лёха.
  - Я спрашиваю у тебя год рождения! - стоял на своём майор.
  - 76-й! - ответил будущий солдат.
  - Как зовут родителей, и какой дома телефон?
  - Я не понимаю, к чему такой допрос! Я что, подозреваемый?
  - Телефон домашний! - как чайник, кипел майор.
  И, конечно же, Лёха, понимая, что перед ним, как минимум, контуженый, и спорит бесполезно, сказал ему всё, что от него требовалось. Он в свою очередь набрал данный ему номер и, как назло, попал на Лёхину матушку.
  - Здравствуйте! Вас беспокоят с орловского призывного пункта! У Вас есть сын?
  Судя по дальнейшим словам майора, не трудно было понять, что ответила мать.
  - Хорошо! А где он? - продолжал " контуженый" доставать матушку.
  Лёха, честно говоря, готов был порвать майора голыми руками. Такое скопилось зло, и представить трудно! Ведь, по сути, военачальник тайну, которую хранили отец с сыном, просто раскрыл.
   А когда этот непонятный дознаватель спросил у матери, где находится паспорт сына, Лёха не выдержал, поскольку, этот вопрос послужил последней каплей.
  - Послушай, майор, если тебя что-то интересует, спроси меня, а мать оставь в покое! Паспорт в моём шкафу на верхней полке, а ствол в сарае на чердаке!
  Майор, видя в глазах Лёхи злобу, тут же положил трубку и, слава Богу, остыл.
  - Ты не кипятись, боец! Просто сам понимаешь, у тебя в военном билете вклеена левая фотография, и поэтому у меня возникли подозрения, кто ты на самом деле! И только после этих слов Лёха вспомнил, каким образом данная фотка оказалась там. А именно, вспомнил, что в то время, когда старая фотография отклеилась и потерялась, он на её место приклеил другую, вырезанную из школьного альбома.
  Ночь, проведённая в казарме, прошла, как в тумане, так как знакомство "пилигримов войны" друг с другом проходило на высокой весёлой ноте, подогреваясь спиртным. И уже рано утром, когда в казарму зашли люди в форме, и прозвучала команда "подъём", всех тут же сопроводили на местный вокзал, откуда с двумя пересадками в Москве и Нижнем Новгороде Лёха со своими друзьями благополучно, что означает, без приключений, прибыл в посёлок Сормово, где находился штаб дивизии мотострелковых войск. Новобранцев привели в мед. часть. И, как положено, провели лёгкий медицинский осмотр в плане примет и прочего. А так же в обязательной форме у каждого из них с головы состригли пучок волос, что вполне объяснимо, так как именно по этим приметам опознают погибших бойцов, именуемых "двухсотый". После чего всем парням выдали жетоны и заключили с ними контракт. Таким образом, Лёха был вправе считать себя полноценным воином. И далее уже по распоряжению военачальников Лёха со своими друзьями был откомандирован непосредственно в посёлок Мулено, где стоял полк. На этот раз казарма, куда временно определили прибывших бойцов, находилась на третьем этаже в одном из высотных зданий, расположенных на территории части. Предварительно, конечно же, накормив "пилигримов" в местной столовой, поскольку голодного воина воином явно не назвать. В казарме, где уже находились ранее прибывшие бойцы, после очередного знакомства выяснилось, что среди парней был тот воин, кому подобные командировки, в смысле компании, являлись не в новинку, то есть предстал пред ними некий Калужский Андрей, и , как принято в подобных случаях, все, естественно, проявили к нему своё уважение, благо, было за что.
  Ближе к вечеру Лёха и его кореш Игорь, с которым они вместе прибыли из Орла, вышли из здания на воздух, что бы оглядеться и, своего рода, проветриться, где у входа в этот момент курили два незнакомых чувака. А чтоб было более понятно, кто есть кто, условно окрестили их "ЧУ" и "Вак".
  - Здорово, пацаны! - сказал им Лёха со старта.
  - ЗдорЁва! - пробубнил один из них в ответ на приветствие Лёхи.
  - Как живёте, пацаны? "Пиковые" не мешают? - поинтересовался Игорь.
  - Да нет! - спокойно ответил Вак.
  - А сами откуда, земляки? - продолжали пробивать странную пару "пилигримы".
  - Из Дагестана! - выдавил, как пасту из тюбика, недовольный "Чу" и тут же решил высказать в адрес Лёхи своё недовольство.
  - А чего вам "пиковые" типа не нравятся?
  После чего, естественно, между ними началась словесная перепалка, которую непроизвольно увидел и услышал один из парней команды "пилигримов", так как тоже решил выйти на воздух проветриться. Но спор, представший его взору, заставил воина вернуться в свою казарму, то бишь, подняться наверх.
  - Парни, там внизу "пиковые" наших бьют! - сказал он с порога бойцам, и в один миг, словно по команде, толпа "пилигримов" численностью не менее двадцати человек подорвалась на улицу, потому, как слова "наших бьют" в среде контрактников является нечто святым.
  "Чу" и "Вак", видя численное превосходство противника, не раздумывая побежали в свою казарму, то есть к своим, в надежде на помощь своих соплеменников, где тут же спрятались за спины русских солдат срочной службы. Но разъярённую толпу подвыпивших "пилигримов" это не остановило.
  - Разойдись, сынки! - обращаясь к русским, сказали бойцы, - И, лучше, не мешайте!
  После чего, соответственно, гвардию чуваков без каких-либо переговоров "пилигримы" по-своему уничтожили. А все те, кто оказался посмышлёней и сумел устоять на ногах, лихорадочно попрыгали в окна, спасаясь бегством. После данного инцидента военачальники во избежание подобных конфликтов решили избавиться от буйных "пилигримов" и, не дожидаясь утра, отправили их по назначению в Чечню.
  И стоит, наверное, отметить, что данная потасовка, которая произошла с ровного места, сблизила многих из Лёхиной команды до глубины костей.
  По дороге к пункту назначения в поезде бойцы, понимая, что в последний раз они видят друг друга и воочию смотрят на окружающий мир, так как пуля в понятии человека - дура, и, откуда она прилетит, только Богу известно. Тосты поднимали один за другим без перекуров. А тем временем милицейские наряды на различных полустанках брались за своё дело и, выполняя свой служебный долг, при этом используя физическую силу, снимали с поезда самых, можно сказать, буйных нарушителей правопорядка. И, возможно, тем самым, кому-то из них сохранили жизнь, поскольку всё было и есть в руках Божьих. И, как любили говорить наши предки, просто так в нашей грешной жизни ничего не бывает. Одним словом, к конечному пункту, то бишь, в Чечню добрались не все. Поезд припарковался в городе Моздок, где на тот момент была беспросветная ночь. То есть 25 января 2000 года, сойдя на перрон, Лёха, можно сказать, встретил свой очередной день рождения. И по этому случаю под покровом ночи парни на свой страх и риск (так как город не знакомый, и произойти может всё, что угодно) затарились в магазине водкой, чтоб таким образом отметить именины друга. К счастью, контролируя все свои действия, находясь, как им казалось на территории врага, сильно спиртным не увлекались. Поэтому под утро вполне здраво соображая, дружненько пришли на аэродром, где во всей своей красе их ожидал военный вертолёт, окрещённый "корова". Но перед тем, как произвести посадку, как будто сознательно перед солдатами удачи пронесли на носилках куски человеческих тел, небрежно обмотанных медицинской фольгой. Видя подобный ужас, многие из тех, кто впервые изъявил желание поехать на войну, тут же изменили своё решение и, не раздумывая, вернулись домой, что в подобных ситуациях вполне очевидно. А все, кто остались в строю и остались преданы своему решению, в том числе и Лёха с Игорем немедля проследовали на посадку, и через мгновение ожидавшая их "Корова" поднялась в воздух. Сам по себе полёт на данном воздушном судне оказался недолгим и занял не более часа. А когда "Корова" приземлилась, и солдаты удачи пересели в "Урал", а один из воинов, насквозь пропитанный и закопчённый местным климатом, судя по всему, шофёр закрывал борт машины, парни решили у него спросить:
  - Ну как тут у вас жизнь в плане войны?
  Долго не думая, своим ответом он своего рода "порадовал" добровольцев, сказав им:
  - Добро пожаловать в ад!
  И, конечно же, после таких слов на всём протяжении пути будущие воины пребывали в лёгком помешательстве. Ведь, что ни говори, а война войной, судьба судьбой, но жизнь одна. "Урал" доставил парней в полк, который был расположен вблизи Ханкалы. И уже после обычного построения перед ними предстали так называемые покупатели, целью которых являлся отбор пополнения для своих подразделений. Но вскоре данный отбор был прерван, так как на БРМ подрулили солдаты в белых маскхалатах и, подойдя к строю спросили:
  - Кто из вас хочет послужить в разведке?
  Видя оживление в рядах вновь прибывших, предложили желающим по одному зайти в палатку на собеседование. Стоит отметить, что каждый из "пилигримов" перед тем, как переступить порог палатки, мысленно представлял себя гвардейцем-разведчиком. Но, к сожалению, не всем удалось воплотить свои мечты в жизнь, что можно было понять по их разочарованным лицам после собеседования.
  - Значит, в разведке хочешь служить? - спросил Лёху на вид старый солдат, когда он предстал перед ним.
  - Хочу! - последовал ответ.
  - А что такое "шмель"?
  - Птица! - не думая, сказал Лёха и, понимая, что лоханулся, добавил, - Я точно не знаю, но что-то среднее между трубой и пушкой!
  Воин, глядя на Лёху, чуть было не прослезился, как тот самый Шурик из любимого всеми фильма "Кавказская пленница".
  А если реально представить, что будет с птичкой после обстрела из термобарического огнемёта, то будем откровенны, что той птичке из фильма, которая обожгла свои крылья под лучами солнца, ещё повезло.
  - Какое у тебя звание? - спросил разведчик у Лёхи.
  - Старшина! - ответил он.
  - А спортом когда-нибудь занимался?
  - Да! Пауэрлифтингом!
  Судя по тому, что разведчик не стал интересоваться истинным значением слова "пауэрлифтинг", Лёха понял, что разъяснений по этому поводу никаких не требуется.
  - А стрелять-то ты умеешь?
  - Я, конечно, не ворошиловский стрелок, но в козла на скаку попаду! Стрелял как-то в армии на полигоне!
  - Ладно, иди, разведчик! - сказал офицер.
  Так, можно сказать, Лёха и ещё четверо из вновь прибывших парней попали в разведку. А так как их поместили в палатку, где кроме голода и холода, которые валили парней с ног, ничего не было, Лёха решил отправиться на поиски полевой кухни, предполагая, что базируется она не далеко от их палатки.
  - Здравствуйте! - сказал Лёха молодой поварихе, которая с трудом передвигая свою задницу, суетилась с дровами в близи оборудованной столовой.
  - Здравствуй! - оценивая пришельца взглядом, ответила она, - А ты кто?
  - Как кто? Лёха!
  И, чтобы ответ его был более убедительным, через паузу добавил:
  - Разведчик! Я просто кушать хочу! А то нас привезти привезли, покормить забыли!
  - А откуда вас таких красивых привезли? - с улыбкой на лице поинтересовалась она.
  - С орловской области я! Правда, есть хочу, сил, нет! Помоги! - причитал Лёха, стараясь спрятать от поварихи свои застенчивые глазки.
  - Постой здесь! - сказала девица и убежала в палатку.
  А Лёха тем временем, поглядывая по сторонам и морщась от холода, молча ожидал, заведомо предвкушаясь хорошей едой. Хотя ушлая повариха, видя перед собой голодного разведчика, и так прекрасно понимала, что такой, как он просто так не уйдёт, и отказать ему будет себе дороже. Таким образом, спустя несколько минут и рыбные консервы, и тушёнка и многое-многое другое попало в Лёхины руки, и, соответственно, радость переполняла его светлую душку. Поэтому, чтоб не терять время, попросту поблагодарив даму, он побежал к своим. Повариха тем самым с грустным и разочарованным видом смотрела Лёхе в след, проклиная всё то, что на тот момент её окружало. И девчонку в этом легко можно было понять, поскольку она явно ожидала не словесную благодарность от воина-разведчика, а нечто большего. Едва парни, сидя в своей палатке, успели удовлетворить жажду голода, как за ними приехали и доставили в город Грозный, где на тот момент производилась погрузка боеприпасов, принадлежащих подразделению разведки. То есть из оного здания Лёхина рота должна была перебазироваться в другое.
  Таким образом, вновь прибывшим бойцам непроизвольно пришлось на первом этапе своих военных будней послужить в роли грузчиков. А как только все благоустройства с жильём, казалось, были закончены, Лёху вызвал к себе ротный и вручил автомат АКМ с четырьмя обоймами и, согласно распределению, направил его в первый взвод. И, наверное, главное, что необходимо отметить, это то, что все жители пятиэтажного дома, в который поместили бойцов, были вынуждены уступить свои квартиры и переехать в повал. К сожалению, для них таковы были правила, которые следовало исполнять без каких-либо обсуждений и слёз.
  Первый взвод, куда был распределён Лёха, встретил его добродушно, и буквально с порога каждый из разведчиков дал Лёхе дополнительный рожок со словами "Пока отдыхай и осматривайся!". То есть дали ему с дороги прийти в себя. Когда Лёха присел на отведённое ему для отдыха место (матрац на полу), то непроизвольно слыша слова снайпера, который решил прогуляться и от души пострелять в проходящие мимо "мишени", Лёха был поражён, поскольку услышанное произвело на него колоссальное впечатление. "Геройский хлопчик" - мысленно рассуждал он, - "ничего не скажешь". И, наверное, машинально представил себя рядом с ним. Так как ни для кого не секрет, что многие добровольцы в глубине своей души желали стать героями или в крайнем случае "Рембами".
  Утром первое ощущение войны коснулось непосредственно Лёху. Когда бойцы из его взвода предложили горячий завтрак и, как положено, нагрузили Лёхину тарелку до краёв, где-то этажом выше раздался взрыв, и, соответственно, потолок не выдержал.
  - Блин! - сказал сам себе Лёха, глядя на содержимое тарелки, то есть штукатурку и прочий хлам. Его обида в данном случае была вполне обоснованной, поскольку в Лёхином понятии, пусть лучше получить ранение, чем вот так просто потерять утренний хавчик и остаться голодным. Да ещё воспоминание ночного сна, в смысле кошмара, по-своему теребили Лёхину душу. Повариха, которую он, можно сказать, проигнорировал, явилась к нему во сне и всячески приставала со своими шалостями.
  - Привыкай! - успокоили его парни, видя, как он засуетился, - Здесь подобное бывает частенько!
  Не успели бойцы отойти от взрыва и перевести дух, как в "квартиру" к ним заглянул взводный. После чего прозвучала команда "На выход!", то есть на задание, которое включало в себя обследование одного из районов на предмет обнаружения противника. Таким образом, для Лёхи это был первый боевой выход, чему он в душе искренне гордился, как первоклассник, впервые переступивший порог школы.
  - Не газуй, Лёха! - сказал ему один из воинов, который замыкал группу разведчиков, - Тут снайпера, бывает, постреливают, так что зря не подставляйся!
  - Хорошо! - ответил Лёха, половчее распихивая по карманам рожки, так как специальную "разгрузку" для магазинов ему не дали, и, как он понял из слов взводного, всё необходимое ему требовалось раздобыть в бою.
  Продвигаясь в указанный район, страхуя друг друга, в окнах одного из домов разведчики увидели странное движение, и на первый взгляд казалось, что дом был захвачен боевиками. А как только бойцы пошли на штурм, и присутствующие в доме, казалось, были обречены на неминуемую гибель, то, слава Богу, вовремя выяснилось, что никаких боевиков в доме нет. А все движения в окнах и прочую суету создавали собой русские пехотинцы, именуемые "мародёрами", которые являлись большими любителями пополнить свои запасы халявной провизией, то бишь, харчами, так как голод в рядах вооружённых сил России всегда имел своё место. Таким образом, в своём первом боевом походе Лёха, к его сожалению, никого не убил, хотя в душе был явно готов отличиться. По возвращению в своё расположение разведчики в качестве трофея с собой принесли лишь ржавую немецкую каску, которая одиноко лежала в огороде одного из обследуемых домов, видимо потерянная кем-то из немецких солдат во время Великой Отечественной. К слову сказать, судя по рассказу Лёхи, условно назовём его "Добрый", а то всё Лёха да Лёха, не совсем звучит, а, к примеру, погоняло "Добрый" в скором будущем вполне себя оправдает само по себе. Так вот, из рассказа Доброго можно было понять, что он очень сожалел о том, что не ему удалось первому обнаружить в огороде трофей.
  В расположении роты разведчики едва успели отдохнуть, как тут же вновь поступила команда на переезд, что значит, вновь пришлось менять место жительства, и в роле грузчиков переносить все свои, как вещи, так и боеприпасы в другое здание. А уже рано утром взводу разведчиков была поставлена новая боевая задача продвигаться в расположение пожарной части города на выявление там вражеских подразделений. И кроме, как очередного разочарования в лицах бойцов, вернувшихся с данного похода, не было, поскольку и в этот раз в районе пожарной части по-своему прошлись и обо всём позаботились мародёры-пехотинцы. То есть получается, что по всюду они шли на опережение, ничего не оставляя после себя. Единственное, что можно отметить во время похода, это странного чувака, который на свою голову попался разведчикам на пути. А странным он был, потому что, не думая о каких-либо последствиях, свиста шальных пуль, взрывов и подобного, спокойно шёл навстречу бойцам посреди улицы с газетой в руках. При этом чувачёк всем своим видом пытался показывать, что чтение газеты его крайне интересует. А так как, судя по внешнему виду странника, то бишь борода, одежда и прочее, можно было смело сделать вывод, что ни кто иной, как враг. Разведчики мгновенно кинули парня на асфальт, и, как обычно, изрядно помяли, поскольку его наглость выпрашивала сама за себя. А когда обалдевший обладатель газеты "СПИД-инфо" пришёл в себя и чисто на русско-рязанском языке заговорил:
  - Парни, вы что творите, я же свой, Ёк-мокарёк!
  Разведчики с силой, буквально отрывая от него Доброго, извинились и тут же отправили, уже можно сказать, инвалида первой группы в мед роту. А чтоб хоть как-то отвести душу, решили по дороге заглянуть в аптеку, чтоб хоть чем-то затариться. Однако, как выяснилось позже из медикаментов, кроме, как таблеток, предназначенных для усмирения буйных в больницах с приставкой "спец", ничего не оказалось. Так как опять же "друзья" мародёры побывали в аптеке сутками раньше и, естественно, всё необходимое прибрали к рукам. Далее опять последовал переезд роты на другое место жительства, но в этом случае бойцов разместили в одном из богатых домов, где каждому взводу было отведено своё крыло. Расположившись на новом месте, один из бойцов Лёхиного взвода вспомнил о трафеях, изъятых, как вещь док у врага-аптекаря. А как только страстный любитель закинулся десятком таблеток (потому как две или три, на его взгляд, для здорового мужика - это слёзы), то аминазин, конечно же, не заставил себя долго ждать, в смысле, его действие. Поэтому бедолагу вскоре скрутило, как штопор и тут же парализовало.
  - Слабак! - глядя на него, сказал Лёха Брянский и съел пясточку непонятных на его взгляд "колёс". А почему пясточку? Чтоб не мелочиться. В связи с чем уже вскоре обоих бойцов-экстрималов пришлось отнести в мед роту, то есть к врачам, чтобы вывести из штопора. Честно скажу, слушая Лёху, я не думаю, что аминазином у них решили закинуться лишь двое разведчиков, поскольку все последующие события могут быть под силу только неадекватному человеку, под воздействием именно психотропных препаратов. Ну а так как мы вполне доверяем Доброму в его повествовании, то пусть всё остаётся, как есть, и здравый рассудок его друга Андрюхи, будем принимать за истинный, как, впрочем, и чистейший рассудок самого Лёхи.
  - Вставай, Добрый! - дёргая его за ногу, сказал испуганный "Доктор" (погоняло одного из разведчиков).
  - На фишку, что ли? - спросил его Добрый, глядя на часы, - Так ещё рано, я же с трёх до четырёх заступаю!
  - Какая на хрен фишка! Там Андрюха стреляем в меня из "стечкина", говорит, что прикольно, представляешь?
  Когда Лёха вышел во двор, его друг добивал одного контрабаса (контрактника), причём не просто добивал, а бил гранатой по голове. В связи с чем жертву уже при всём желании было бы не узнать, так как кровь, которая фонтаном хлестала из его ран, казалось, что не сможет уже остановить весь медицинский персонал армии.
  - Ты что делаешь, Андрюха? - спросил его Добрый.
  - Наглый он! - ответил друг, - Представляешь, я спал, а этот! - пнул Андрюха бесчувственное тело, - на меня упал!
  - И что теперь? - поинтересовался Добрый, оглядываясь по сторонам.
  - Убить его надо, и концы в воду! Ты как думаешь? - посмотрел на Лёху друг.
  - Что думать? - спокойно отреагировал Добрый, - давай убьём! Только в подвал потом кинем, сапёры дом взорвут, и никаких проблем.
  - В подвал - не интересно! Мы его тут убьём! - не соглашался с предложением друга Андрюха.
  - Хорошо! - сказал Добрый, прокручивая в голове варианты, - тогда засунь ему гранату в карман, а там уж, как фишка ляжет!
  И так как в словах Доброго просматривалась справедливость, в смысле списать всё на иронию судьбы, Андрюха больше ни о чём не задумываясь, выкрутил из гранаты взрыватель и засунул его в нагрудный карман наглому "контрабасу". После чего друзья, на всякий случай, решили отойти подальше от жертвы и наблюдать за взрывом со стороны.
  - Живой "шельма"! - сделал вывод Андрюха, слыша стон раненого.
  - Выходит, повезло! - сказал Лёха, подойдя к истерзанному телу, - повторим или в мед роту отнесём?
  - Отнесём! - согласился он.
  И больше не рассуждая на эту тему, друзья понесли полуживое тело в мед роту.
  - Что с ним? - спросил парней местный хирург.
  - Падал много! На доски, а там гвозди! Пьяный, наверное, был! - как можно убедительней пытался объяснять Лёха.
   - А сами-то вы откуда? - поинтересовался врач.
  - Сами из разведроты! - дружно ответили они.
  - Тогда всё ясно, можете ничего не объяснять! - сделал заключение хирург и принялся штопать.
  - А выпить у Вас есть? - спросил Добрый, чувствуя, как тошнота в его желудке подходит к завершительной стадии. Видя состояние Лёхи, а главное, понимая, в чём дело, врач, слава Богу, не отказал и налил друзьям спирта.
  - Ну, Вы и мясник, доктор! - сказал захмелевший Добрый, видя, как ловко хирург орудует скальпелем.
  Убедившись, что дело сделано, то есть на весах жизни и смерти наглому контрабасу выпала жизнь, друзья покинули медицинскую роту и побрели в распоряжение своего взвода, где по дороге встретили уже знакомых мародёров. И, конечно же, не упустили из виду в руках одного из них литровую канистру, которую тут же решили проверить на содержимое.
  - Бензином пахнет! - сказал Андрюха.
  - Да! - согласился, принюхиваясь Добрый, - но спиртом, по-моему, пахнет больше!
  Мародёры, молча слушая рассуждения нюхачей, старались не вмешиваться в их разговор и, уж тем более не спорить. Поэтому после недолгой дискуссии друзей на тему, чем больше данная канистра пахнет, было принято единогласное решение пить и тем самым разобраться в истинном продукте её содержимого.
  К счастью, после ряда выпитых проб из канистры при возвращении в роту друзьям навстречу никто не попался. А то ведь сложно даже представить, что могло бы произойти.
  На следующее утро взвод разведчиков получил новое задание, а именно выдвинуться в район спиртзавода и при необходимости уничтожить всех, кто попадётся на их пути, естественно врагов.
  Безусловно, Лёха был искренне был рад тому, что предстояло, ведь что не говори, а за время, проведённое в Грозном, он по прежнему оставался чист, то есть, никого не убил. А в данном случае, судя по раскладу задания, у него появился реальный шанс отличиться и, наконец, показать, кто есть кто. Но когда бойцы без единого выстрела вышли в условленный район и расположились в одном из зданий, один из офицеров поставил перед Лехой в кавычках боевую задачу проложить кабель связи из комнаты в комнату и сделать это приказал так, чтоб сам по себе кабель по коридору не проходил.
  ─ Опять двадцать пять! - ругал судьбу Леха, - То грузчик, блин, то разведчик! А теперь вот вообще шахтер долбанный! - и, переваливаясь с ноги на ногу, с кувалдой в руках пошел выполнять задание.
  Долго за его действиями со стороны наблюдал парень-сапер и, понимая, что сам по себе Леха от стенки не отступит, потому как упертый, пытаясь с помощью кувалды пробить дыру, сапер сказал:
  ─ Добрый, отдохни, давай я попробую!
  ─ Хорошо! - ответил ему Леха и протянул кувалду, но парень, предложивший свою помощь, от нее отказался, и решил это сделать более привычным для себя способом, используя тротиловую шашку, после взрыва которой, дырка в стене была на все случаи жизни.
  После успешной прокладки кабеля, то есть выполнения поставленной задачи, Леха со своей ротой прибыли на площадь "Минутка", где на тот момент уже собралось не малое количество "братни" из команды телевизионщиков и корреспондентов, которые своими репортажами и бредовыми трансляциями на экранах "ТВ" грузили и грузят российских граждан своими якобы сенсационными версиями.
  Что собственно и в данном случае далось воочию увидеть всей разведроте. А именно была надумана очередная лажа в демонстрации редких кадров, связанных с героизмом наших доблестных воинов из частей "СОБРа" и "ОМОНа", которые якобы должны были штурмовать многоэтажный дом до "краев" наполненный боевиками и, судя по сценарию, всех уничтожить.
  Что можно сказать прошло на редкость удачно в смысле без травм, нанятых каскадеров и, конечно же, удачно смонтировано на пленке.
  Правда, в действительности, никаких боевиков не существовало, а сам по себе дом был совершенно пуст.
  Далее полк, в котором служил "Добрый" был переведен в окрестности "Урус-Мартана", где, стоит отметить, встреча местными жителями воинов оказалась далеко не добродушной, так как даже их маленькие детки изо всех сил старались кидать в солдат камни, что само по себе уже говорило о многом.
  На первом этапе полк остановился вблизи села "Танги-чу", на окраине которого и поставили свою палатку взвод разведчиков.
  Первое задание, поставленное взводу, произвело на бойцов неблагоприятное впечатление, поскольку район, который подлежало обследовать, был обстрелян своими войсками. И если бы не чутье ротного, благодаря которому он вовремя сумел вывести бойцов из гиблого места, навряд ли кто-то из разведчиков, в том числе и Леха, смогли бы вернуться в свое расположение живыми.
  Таким образом, и сами разведчики чуть было не попали под артобстрел своих войск и благодаря непонятному заданию не могли помочь колонне 752 полка, которая в ста метрах от взвода разведки завязала с боевиками бой.
  А непонятному заданию, потому что, как выяснилось позже, военные начальники сами все перепутали, и тем самым заведомо послали людей на явную гибель.
  На следующий день, когда взвод разведчиков ушел на очередное задание "Добрый" и еще двое бойцов некий Виталик и Алексей остались в палатке, куда вскоре заглянул Рома - старшина роты и привел с собой какого-то левого прапора.
  ─ Пусть пока побудет у вас! - сказал Рома и тут же исчез.
  Добрый и его друзья естественно встретили гостя, как полагается, не забывая накормить парня и напоить героя чаем.
  Дружеская беседа сблизила прапорщика с разведчиками, и, казалось, их дружбе уже никогда не будет конца. Но, где-то, через полчаса, Рома вновь нарисовался и сказал:
  ─ Убивайте его!
  И с этой минуты все теплые отношения к герою автоматически изменились, поскольку любое слово, сказанное Ромой, для бойцов разведки являлось железобетонным и никогда не обсуждалось.
  Гость прибывал в шоке от внезапных перемен, свалившихся на его голову, так как на первом этапе казни ему просто напросто прикладами автоматов сломали ребра и ноги, чтоб не смог убежать. А дальше с целью выяснения у него правды гость был полностью раздет и помещен на специальный резиновый коврик, предварительно смоченный ключевой водой, после чего к частям его истерзанного тела, как положено, были подсоединены провода от военно-полевого телефона, окрещенного "Тапик" и путем интенсивных прокручиваний метод дознания был проведен успешно. И уже можно сказать после этого полуживое тело гостя призналось во всем. А именно в том, что он весь недельный запас роты харчей продал и пропил, что в рядах воинов считалось крысятничеством и жестко карается.
  В связи с чем "казнь" гостя была продолжена и тело "крысы" аккуратно опустили в "зиндан", то есть четырех метровую яму и за ним естественно полетела дымовая шашка белого дыма. Более того, гость обязан был каждые десять секунд выбрасывать из ямы горсть грязи, в противном случае вместо дымовой шашки Добрый по-дружески обещал бросить ему в яму гранату.
  А посему жертва лихорадочно выполняла все, что от него требовалось. Но вскоре на поверхности вместо очередной грязи вылетела дымовая шашка, в связи с чем "милосердный" Виталик тут же бросил ее обратно в яму и добавил к ней новую.
  А как только Добрый приготовился бросить к жертве обещанную гранату, вновь нарисовался Рома и в какой-то мере дальнейшие события казни предотвратил.
  ─ Вы что, обалдели? Дым с "зиндана" как с женской бани! Он же там задохнется! Киньте ему противогаз!
  В общем, после недолгих переговоров, было принято решение достать гостя. А когда вытащили, то, честно говоря, сразу его не узнали и грешным делом подумали, что кто-то парня подменил, так как из худого и невзрачного прапора получился монстр, размером с воздушный шар, готовый в любую минуту от внезапного перевоплощения лопнуть.
  Поэтому Рома быстро соображая как в таком случае поступить принял решение отнести "киборга" в мед. роту на вздутие.
  ─ Это опять вы? - с порога сказал бойцам уже знакомый хирург-мясник.
  ─ Мы! - ответил ему Добрый.
  ─ Что с ним? - глядя на чудовище, спросил доктор, - Опять на гвозди упал?
  ─ Нет! Этот с брони скатился. А земля мерзлая и видно поранился! Поэтому мы, когда увидели его, сразу решили принести к вам!
  ─ Вы же из разведки, так? - решил уточнить хирург.
  ─ Ну да! - кивнул головой Добрый.
  ─ Тогда понятно! Не зря про вас легенды повсюду ходят, что у вас хуже чем в гестапо!
  ─ Почему гестапо? - сморщил лоб "милосердный" Виталик.
  ─ Ладно! - махнул рукой "мясник", - Кладите тело на разделочный стол и свободны!
  Когда рота вернулась с очередного задания в полк, один из шакалов (так между собой воины называют офицеров) привел в расположение разведки какого-то "контрабаса" и просил жестко его наказать за якобы потерянный им "нюх". Добрый тем временем решил выяснить истинную причину конфликта и, раскручивая провода "Тапика", подойдя к обреченному, спросил:
  ─ Колись, за что он тебя привел к нам?
  Бедолага, твердо зная, что парни из разведки очень опасны, поспешил поведать им, все, что случилось между ним и "шакалом"", то есть поведал следующее:
  Когда они с друзьями отдыхали после трудовых будней, образно говоря, бухали, этот необузданный шакал прибежал к ним в палатку и стал наезжать за то, что естественно был нейтрализован ударом в голову.
  ─ Ты правильно сделал! - сказал Добрый, - И поэтому заслуживаешь жизнь, но так как привели к нам, ночь придется посидеть в палатке. Потопить печку и на этом разойдемся! Согласен?
  ─ Конечно, согласен! - не думая сказал парень и понятно почему, поскольку скажи он в этот момент нечто другое, сидеть бы ему ночь в яме и...
  Далее можно отметить, что по всему Чеченскому фронту никаких происшествий, которые хотелось бы описать, не происходило. То есть армейские будни взвода разведчиков проходили в обычной повседневной рутине. А все за этот период задания и прочие команды проводились без единого выстрела и приключений.
  Но спустя пару недель данной никчемной жизни вновь начались неординарные события, которые заслуживают внимания. А именно появление любимцы всего полка "Лоры", которую, как выяснилось позже, один из воинов, отправляясь в командировку домой, возил с собой.
  Сама по себе "Лора", конечно же, была не женщиной и уж тем более не проституткой, если кто-то из читателей успел именно в этом образе ее вообразить. Лорочка была добродушной собачкой, то есть по своей "родословности" "северо-кавказская" овчарка, и на этом ее краткая характеристика могла бы ограничиться, однако Лора имела одну маленькую особенность, о которой умолчать нельзя, поскольку порой странное поведение и несвойственные для обычных собак привычки, не вычеркнешь как из сюжета книги, так и из ее личной жизни.
  Хозяин Лоры, некий Вадик, нашел ее еще щенком среди развалин жилого дома и с тех пор они как отец с дочкой во всем старались быть едины и неразлучны.
  Знакомство доброй Лоры с Добрым Лехой тоже произошло при странных обстоятельствах, и собственно, после этого случая Леха впервые узнал о Лориной тяге к человеческому мясу, то есть людоедству.
  Однажды, когда Добрый, сидя после своей палатке, молча занимался трапезой (консерву с кашей), Лора, видя подобное со стороны, и, естественно понимая, что каша без мяса это деньги на ветер, ничего не говоря, принесла к ногам Доброго "человеченки", и, слегка улыбнувшись, казалось, этим проявила к нему свое уважение.
  Леха, прервав трапезу, и, видя у своих ног свежий локоток, отодвинул его ногой в сторону и высказал Лоре по этому поводу свое неудовольствие:
  ─ Лора, ты что обалдела! Я же ем!
  И, конечно же, после данных слов он с Лорой где-то с неделю не разговаривал, но вскоре один случай их все же примерил и отныне они уже были большими друзьями.
  На этот раз задание, поставленное перед взводом разведки казалось было более приближенным к реальным военным действиям и уже мысленно собираясь в дорогу Добрый всем своим нутром чувствовал, что постреляет он как во славу отечества, так и во славу себе. В связи с чем его главной задачей было одно - это не забыть взять с собой в бой как можно больше патронов. Более того, накануне данного похода, старшина Рома выдал Лехе к автомату "ПБС" - прибор бесшумной стрельбы, в простонародии окрещенный "глушителем", а также подствольный гранатомет и "НРС" - стреляющий нож разведчика.
  Таким образом, если на Доброго посмотреть со стороны, то, к примеру, вооруженного до зубов "Рембо" даже. Рядом с ним не поставишь, поскольку одни патроны в количестве две тысячи штук уже многое значит.
  И пока время до выхода на задание, слава Богу, позволяло, Добрый решил все данное ему вооружение проверить в действии и, выбрав себе в виде мишени оборудованный в стороне "нужник", то бишь туалет, открыл по нему прицельный огонь. Естественно, на первом этапе своих действий, делая одиночные выстрелы, так как после каждого из них, выглядывая из своего укрытия Добрый, щуря глаза, присматривался, не выскочит ли кто-то из "нужника".
  А когда убедился, что там возможно никого нет, разрядил туда всю обойму.
  После чего, приготовив подствольный гранатомет к выстрелу, Добрый задумался и своего рода взял для себя "Тайм аут". И видимо понимая, что выстрел из гранатомета в нужник разведчиков принес ущерб и размажет по стенам дерьмо, он решил выстрел произвести в воздух, то есть вверх, что собственно и сделал.
  Но, согласно закону физики о всемирном тяготении "ВОГ" - выстреливаемая осколочная граната, естественно вернулась на землю и, как назло, в этот самый момент Рома вышел из своей палатки и тут же, слыша взрыв, как ошпаренный, упал на землю, по привычке накрывая свою голову руками. А Добрый тем самым, стоя на своем месте, спокойно перезаряжал, готовясь к новому выстрелу.
  ─ Ты что творишь, Леха? - поднимая голову, закричал как умалишенный Рома, понимая, откуда прилетела граната, - Обалдел что ли, хорошо, что все обошлось, а если бы к штабу полетела!
  ─ Какой штаб, я же вверх стрелял! - ответил Добрый, и чтоб продемонстрировать, как он это делал, выстрелил вновь.
  И, конечно же, Роме ничего не оставалось делать, как вновь припасть к земле и как в свое время учили в учебке ловкими движениями менять свою диспозицию, то есть перекатиться в сторону.
  А когда опомнился и поднял голову, то увидел перед собой благородного Доброго с ножом в руках.
  ─ Что случилось, Рома, на тебе лица нет? - спокойно спросил Леха.
  ─ Ничего не случилось! - пробубнил обалдевший старшина, поднимаясь и стряхивая с камуфляжа грязь.
  ─ Ладно, тогда я пойду! Только дай мне еще патронов к ножу пострелять!
  Но Рома на это ничего не ответил, и больше не задерживаясь, ушел в свою палатку, ну, а Добрый, естественно, остался его ждать.
  ─ Ты что тут трешься, Леха? - проходя мимо, спросил начальник штаба.
  ─ Рому жду, патроны обещал вынести!
  ─ Пойдем со мной, я сам тебе дам! - сказал нач. штаба, и на этом, можно сказать, испытание нового оружия Добрый закончил.
  А как только они зашли за палатку, и начальник штаба решил испытать свое оружие "ПС" - спец. пистолет, стреляя из него по банкам, Рома, услышав выстрелы из палатки, и подошел к ним.
  ─ Старею! - мазал нач. штаба, ругая себя.
  ─ Давай я попробую! - решил блеснуть Рома и... промахнулся, так как банки, по которым велась стрельба, находились от них не близко, к тому же было заметно, что после недавних взрывов Рома еще не пришел в себя.
  ─ А мне можно попробовать? - осторожно спросил Добрый и, получив из рук Ромы ствол, как ковбой "Джанго", расстрелял банки и все то, что находилось рядом.
  ─ Вот так надо стрелять! - отметил начальник штаба, делая тем самым комплимент Доброму.
  Да! - подумал про себя Рома, - Знал бы ты, как этот ковбой недавно постреливал из гранатомета, так бы точно не говорил.
  Когда до выхода в поход оставались часы, в роту разведчиков прибыло пополнение и по распределению трое из них попали уже в неизвестный нам взвод. А именно, прибыли некий Малина, Данила и Николай "Пыткин" из колхоза "Путь Ленина", которому место в палатке было отведено рядом с Добрым.
  ─ Ты-то к нам как попал? - спросил его Леха.
  ─ Денег заработать хочу, чтоб долг отдать!
  ─ А кому задолжал? - пробивал Николая Добрый.
  ─ Колхозу! На тракторе как-то ехал и врезался в столб, они говорят, плати!
  ─ За столб? - решил уточнить у Пыткина Леха.
  ─ Да нет! - растаял в улыбке он, - За трактор! - после чего вытащил из своего вещ. мешка огромный кусок сала и предложил Лехе, - Будешь?
  ─ Буду! - ответил Добрый, оглядываясь по сторонам.
  Как только бойцы перекусили и вышли из палатки проветриться и перекурить, Добрый увидел в стороне одиноко припаркованный "БМП".
  ─ Завести сможешь?
  ─ Конечно! - ответил Николай и без лишних слов залез в люк, принадлежавший водителю.
  А поскольку рост "Пыткина" превышал рост профессионального баскетболиста, то естественно он словно останкинская башня торчал из люка. И стоит отдать ему должное, завел "БМП", как говорится с пол оборота.
  К счастью уехать бойцам далеко не удалось, так как на шум двигателя выскочил из соседней палатки хозяин и вовремя угонщиков остановил.
  Во время выхода на задание Леха прибывал в хорошем расположении духа. А в двух словах 600-й Рембо шел как электроник, стараясь ни на секунду не потерять бдительность.
  В задачу взвода входило пройти в указанный квадрат, обследовать местность, занять позиции и дождаться пехоту, то есть своих. Взвод благополучно добрался до места, расставил, где требовалось мины, растяжки, сигналки и т.д. После чего все дружно стали окапываться, занимая позиции.
  Тем временем Добрый, чтоб его позиция была более убедительной и защищенной от шальных пуль, в буствер начал вставлять кирпичи, но Сергеич, старый и закаленный войной прапорщик, видя, образно говоря "картину маслом", а в двух словах строение Доброго, сказал:
  ─ Ты что, Леха, хочешь, чтоб тебя осколками посекло от кирпичей! Оставь одну землю и целей будешь!
  Прислушиваясь к словам Сергеича, который заслужил к себе уважение еще на афганской войне, Добрый решил полностью перестроить свой небольшой окопчик, то есть сделать "окоп-люкс".
  Из данных разведки количество боевиков, которых взвод должен был остановить и уничтожить ожидалось не менее сотни и поскольку все разведчики знали о данной информации как Отче наш, то естественно окопаться старались по самое некуда, так как будем откровенны, что не боится ничего в этой жизни только дурак. И как не крути, а превосходство противника один к десяти уже многое значит. Даже если Добрый половину из них решит взять на себя.
  А чтоб было более понятно, как бойцы строили свое временное убежище, опишу строительство Санька - снайпера, который в последующих событиях со своей аккуратностью и холоднокровием по любому начнет появляться в "кадре".
  Он после того как вырыл окопчик длиной в свой рост смонтировал внутри маленькую печку и соответственно вывел трубу (ночью дым стелется по земле и его не видно).
  А далее, когда печурка была готова и растоплена Санек прилег и, как положено, накрыл окопчик плащ-палаткой. К тому времени когда начинало темнеть позиции у бойцов взвода разведки были готовы и заняты. И с той минуты уже потянулись томительные часы ожиданий, о которых не в сказках сказать, ни пером описать. То есть каждый из парней в этот момент думал исключительно о своем насущном, как, впрочем, и Добрый, который желал крови больше всего на свете, и в этом его можно было понять.
  А вблизи от воинов, брошенные на произвол судьбы, молча стояли "БМП" и "КШМ" - командно-штатная машина, в которой мирно спали авиа разведчики, и водитель, видимо полностью доверяя свои жизни через раз дышащим воинам, находившимся в засаде.
  ─ Добрый! - шепотом спросил при обходе позиций Сергеич.
  ─ Да! - едва слышно ответил он, и, судя по ответу, у старого солдата сложилось такое впечатление, что Добрый закопал себя в землю метров на сто не меньше.
  ─ Здесь я, товарищ Сергеич! - опять едва слышно ответил он.
  ─ Потише лежите "чуваки", не базарьте! - дал последнее распоряжение Сергеич, проходя вдоль позиций.
  Добрый Леха в своем окопчике очень переживал о том, что когда увидел в р-дэшке-рюкзаке десантника сало и непроизвольно поругал Пыткина словами "все ж положил шельма" не взял кусочек с собой, поскольку, было бы чем себя занять и скоротать время.
  Вскоре неожиданный свет фонарика, мелькнувший на сопке, прервал воспоминания Доброго как о сале, так и о той единственной девчонке, которую он оставил в родном городе и не успел предупредить о своем решении пойти на войну.
  ─ Сергеич, фонарик видишь? - крикнул Леха, пытаясь доложить первым и тем самым показать свою невероятную зоркость.
  А вместо благодарности и "ордена" за отвагу, проявленную в бою, Сергеич Доброго обругал.
  ─ Замри, зоркий сокол! Мать тебя ети!
  "Фонарик" на удивление всем спокойно прошел через все растяжки и мины, подошел к "КШМКЕ", обследовал ее, не упустил возможность заглянуть в "Бэху", и так же спокойно возвратился на сопку, то бишь назад.
  После чего к позициям бойцов вновь подошел Сергеич и со словами:
  ─ Сейчас пойдут, приготовьтесь! - занял свою позицию.
  Странная война, подумал про себя Добрый и спустя несколько минут своим зорким глазом увидел очередной свет, но на этот раз "Фонарик" направлялся прямо на позиции бойцов и через какое-то время тишину нарушил свист одной из сигнальных мин, что конечно же сразу сыграло определенную роль с нервами воинов разведчиков. Поэтому один из них тут же подорвался к пулемету, готовясь стрелять.
  ─ Подождите сынки, не стреляйте! - пытался докричаться до обозленных бойцов Сергеич, - Подождите сынки, надо по рации сообщить, чтоб нам пустили светилку!
  Пока связист пытался "дозвониться" до артиллеристов, прошло минут сорок и соответственно "Фонарик" спокойно ушел.
  А когда световую ракету все же пустили, то уже было поздно, горизонт оказался чист.
  ─ Сергеич! - кричали хором бойцы, - Как же так получилось, ведь могли же шмалять! Объясни что происходит?
  ─ Пацаны! - понимая состояние бойцов, начал он, - Во-первых нас бы они просто смяли, а во-вторых, поймите меня правильно, мне до пенсии осталось несколько дней! Не обижайтесь, ей Богу!
  На этой, можно сказать непонятной ноте, где было и разочарование парней и в какой-то мере радость, что остались жить, ночь близилась к концу и уже под утро, продвигаясь в то место, где сработала сигнальная мина, разведчики увидели следы боевиков и на первый взгляд можно было предположить, что прошли не одна сотня противников. И означало это одно, что Сергеич оказался прав на счет ближайшей пенсии, до которой очень хотелось дожить.
  По возвращении в полк, разведчики все ж нашли, как говорится крайних, и естественно набили связистам лица, так как они вовремя не передали артиллеристам по поводу световой ракеты.
  И единственное, что успокаивало Доброго, это огромный трофейный тулуп, найденный им во время "похода".
  Желая данный тулупчик подарить другу Пыткину на день рождение, Добрый решил привести его в Божеский вид, поэтому отнес в прожарку. А когда после хорошей прожарки тулупчик вернули, Доброму казалось, что у него глюки, поскольку то что он увидел никаким объяснениям не подлежало. А именно, из огромного и на редкость длинного тулупчика, вдруг он стал дай Бог на младенца, и соответственно, такой как Пыткин, после удачной прожарки, мог засунуть в его рукав лишь один палец.
  Не успели разведчики, после на их взгляд несерьезного выхода, прийти в себя, и, как подобает в таких случаях, насытить свою похоть, как их тут же вызвал к себе начальник штаба:
  ─ Довожу до вас, бойцы, новое задание! Вам надо выдвинуться в определенный квадрат, обследовать его и о результатах доложить! А теперь слушайте мой приказ! - посмотрел он на томные лица бойцов, - Приказываю всем вернуться живыми!!!
  ─ Так точно! - дружно ответили разведчики, и ушли в туман.
  Причем туман в этот день действительно стоял непроглядный и соответственно обследовать указанную в задании местность было и и при желании не реально.
  В связи с чем, после недолгих переговоров связистов со штабом и бессмысленного хождения по "лесам", воины вернулись в свое расположение и можно твердо сказать, что приказ нач. штаба они выполнили на пятя баллов, так как возвратились живыми.
  Более того, госпожа фортуна, которая до поры до времени сопутствовала воинам разведчикам, и в этот раз по своему улыбнулась им, поскольку еще до выхода в указанный квадрат каждый из них знал, что в полк приедет Алена Апина и, конечно же, все как один были очень расстроены тому, что не смогут услышать и воочию увидеть такую прекрасную девчонку, а главное, если повезет, то хотя бы дотронуться до ее гибкого тела.
  Поэтому, можно смело сказать, что благодаря туману, возвращаясь в полк, взвод разведчиков, не заходя в палатку, то есть при полной боевой выправке, тут же направились к импровизированной сцене (кузов зила), чтоб своим присутствием проявить уважение к любимой певице.
  ─ В джинсах приехала, блин! - подойдя в плотную к борту машины, сказал Пыткин.
  ─ Холодно! Как бы в оправдание ее "кишек", в смысле одежды отметил Добрый и мысленно представил Алину в юбке, - Но все равно она бомба, на час бы такую!
  ─ Час с такой мало, ночь минимум нужна! - не унимался Прыткин и, видя что Добрый смеется, спросил, - Что это тебя понесло?
  ─ Да, представил тебя с ней на тракторе и в столб! - пошутил он и видя в стороне "чувака", понимая, что Апина, возможно, разделяет с ним свое ложе, толкнув Прыткина в бок, спросил, - Кто это?
  ─ Охранник, наверно! - недумая ответил он, - А почему "пиковый"?
  ─ Почему, почему! Да хрен его знает, наши ведь все на войне, поэтому этого таскает! Прет наверно ее, сученок! - рассуждал в слух Прыткин.
  В этот момент Апина закончила свою очередную песню и обращаясь к воинам, сказала:
  ─ Ребята, говорите, что вам спеть на прощание, а то холодно у вас очень!
  ─ Леху давай! - изо всех сил закричал Добрый и после небольшой паузы (т.к. все замерли, глядя на него), песня:
  ─ Леха, Леха, Леха мне без тебя так плохо..., - полилась из уст Апиной.
  После концерта Добрый не торопился уходить и провожая певицу взглядом решил проследовать за ней и если повезет, то взять на память автограф.
  А когда Апина исчезла в палатке, перед Добрым как призрак предстал тот самый "чувачек" из охраны певицы и тем самым заслонил проход.
  ─ Алену позови! - вполне серьезно сказал Леха "стражнику" и, видя суровость в глазах вооруженного до зубов воина, не рискнул спросить и нырнул в палатку.
  ─ Заходите, кто там! - услышал голос Апиной Добрый и, не мешкая, быстро вытирая об угол палатки грязную обувь, зашел.
  ─ Извините, можно попросить ваш автограф.
  ─ Да ради Бога! - с улыбкой ответила Апина, - На чем вам написать?
  Добрый в душе радуясь столь быстрому везению, лихорадочно засуетился, вытаскивая из своих карманов все подряд, то есть магазины с патронами, гранаты, харчи и т.д. и, наткнувшись на военный билет, тут же протянул его Апиной.
  ─ Что прямо на нем? - разглядывая военный билет, спросила она, - Это же документ!
  ─ Мне по барабану! - успел сказать Добрый и, слыша в словах Апиной просьбу:
  ─ А можно с вами сфотографироваться? - казалось, потерял разум.
  Не знаю и могу судить лишь по рассказу Лехи, но по моему его "исповедь" по поводу певицы была не совсем откровенной. И пусть фотография, на которой он действительно посадил Апину себе на колено и нежно обнял за талию в какой-то мере подтверждает его слова, но я, почему то уверен, что в своих мыслях особенно ночью Добрый вытворял с Аленой такие акробатические этюды, о которых можно говорить только шепотом, хотя от нас он подобное скрыл, не желая никого пускать в свои таинства.
  На следующий день операция, условно назовем ее "выход в туман", повторилась, правда в этот раз "поход" можно было считать полноценным и вполне оправданным в плане выполнения боевых задач.
  Когда взвод разведки вышел к позициям "в.вэшников" (внутренние войска), то судя по раскладу связанному с дальнейшим переходом, появилась необходимость в проводнике, так как дорога, по которой предстало пройти разведчикам, оказалась заминированной.
  ─ Дальше не пойдем! - сказал проводник "в.в." ротному, - Здесь кончаются наши поля, а впереди минировали другие! Так что если решите самостоятельно продолжить свой путь, то пойдете на свой страх и риск!
  И видя вдалеке убитого волка, который подорвался на мине, воины непроизвольно спешились и заволновались.
  ─ Темнеет! - сказал ротный, - Поэтому ночевать будем здесь, ищите себе более удобные позиции и занимайте круговую оборону! А ты, Добрый, с Кабаном пройдете вдоль ущелья и там займете позицию!
  Таким образом, Добрый с Кабаном должны в слепую пройти по минному полю и по необходимости, если боевики проявят свою активность, завязать с ними бой.
  Начиная свое движение, буквально в пяти метрах от своих товарищей, Доброго можно сказать Бог уберег, поэтому отныне, вспоминая тот случай, Леха непроизвольно поднимает свой взор к небу, чтоб воздать Господу свою благодарность.
  А все дело в том, что буквально в миллиметре от установленной растяжки ногу Доброго зацепил куст ежевики и тем самым предотвратил шаг. А иначе и он и Кабан, который шел следом, остались бы в том квадрате навсегда.
  ─ Там мины! - вернувшись назад, сказал ротному Добрый, - Нам по любому будет не пройти!
  ─ Хорошо! - ответил он, - Значит, с этой стороны на нас никто не нападет. А вы тогда пройдите к дороге, где лежит волк, и там займите позицию!
  Друзья, пройдя в условленное место и видя в стороне от дороги бревно, решили расположиться рядом, выбирая для себя сектор обстрела.
  А в двух словах как два бревна просто упали на землю и в ожидании противника, замерли.
  ─ Так! - сказал сам себе Добрый, - Что я имею! Две тысячи патронов в "эрдешке", триста шестьдесят в магазинах и того будет? Кабан! - толкнул Леха друга в бок.
  ─ Две тысячи и триста шестьдесят, это две тысячи триста шестьдесят! Правильно?
  ─ Правильно! - ответил Кабан, - А зачем тебе это?
  ─ Да так, свое! - задумался Добрый, - Хотя вру, 2361, про нож забыл! (нож носит собой один патрон).
  Кабан, понимая что, Добрый гонит в смысле "поганивает", решил не задавать ему лишних вопросов.
  А Леха тем временем продолжал рассуждать вслух:
  ─ Четыре гранаты на мне, плюс банка тушенки и "Наденька" (ф.1 граната последняя надежда, так называют ее бойцы, так как именно ей подрывают себя, чтоб не попасть в плен). Плюс семь гранат в "эрдешка" и того 12-ть! Кабан, правильно?
  ─ Правильно! - опять согласился друг, - А зачем тебе это, и, причем тут Надя?
  ─ Не понимаешь ты Кабан! Это наша с тобой жизнь!
  ─ Ладно! Жизнь так жизнь! - ответил он, хотя ни хрена не понял!
  ─ Кабан, я тут посчитал и знаешь, если духи на нас попрут, мы сутки сможем легко подержаться! Правда, у нас с хавчиком напряг! У тебя что-нибудь есть?
  ─ Есть галеты! - признал он.
  ─ И все что ли? - не понял Леха.
  ─ Почему все! Сало еще есть, а ты что похавать хочешь?
  ─ Хочу!
  ─ Послушай Добрый ты "сиднокарп" сегодня не ел? - не выдержал Кабан и решил поинтересоваться, так как поведение друга было явно необычным ("сиднокарп" - таблетки, которые выдают бойцам спец. подразделений для притупления голода, страха и т.д.).
  ─ Съел перед выходом пяток! А что?
  ─ Да ничего! - ответил Кабан и протянул Лехе галеты с салом.
  А Кабан тем временем чтоб легче было понимать друга и не отставать от него, тоже решил закинуть пяток "сиднокарпа". Вскоре начал накрапывать дождик, и друзья услышали шаги.
  ─ Кто-то идет! - сказал Добрый, Ты слышишь?
  ─ Шаги! - прошептал Кабан, - Слышу шаги!
  Дождь продолжался минут тридцать, но как бы бойцы не старались напрягать свое зрение, никого перед собой не замечали, хотя шаги не прекращались.
  ─ Долго идет! - отметил Добрый, - Ты его видишь?
  ─ Нет, не вижу, но где-то идет! - прошептал Кабан.
  Вскоре дождь кончился и шаги пропали, поэтому Добрый, глядя на друга, сказал:
  ─ Не понял, где они! Ведь шел, я сам слышал!
  ─ Может, прилег! - предположил Кабан.
  ─ Может! - согласился Добрый, - А может еще по три?
  И без каких-либо по этому поводу обсуждений, друзья съели еще по три таблетки.
  ─ Представляешь, Кабан! Духи сейчас попрут, а мы с тобой на передке! - начал загружать друга Добрый, - А за спиной у нас пацаны, я думаю, мы им крикнем "Уходите пацаны" и будем их прикрывать! У меня 2361 патрон, пока все не закончатся, буду рубиться до конца!
  ─ Да! - ответил на это Кабан, - Мы будем биться до последнего патрона, а когда кончатся, мы пойдем в штыковую атаку!
  ─ Нет, Кабан! Сначала гранаты все кинем, у меня из 12-ть, а потом пойдем в ножевую! Но сначала давай закинемся еще по три, а то мало!
  И после рассуждений друзей про душевную отвагу и тактике ведения боя, а также употребления дополнительной дозы таблеток, вновь начался дождь.
  ─ Шаги слышишь? - шепотом сказал Кабан.
  ─ Слышу! - ответил Добрый, - Опять идет!
  Но в этот раз странные шаги, которые доносились до воинов, казались, скачками и вместе с ними, в смысле с шагами, казалось, что скакали два огонька, - Глаза видишь? - едва слышно спросил Кабан, - Вижу! - щуря свой лоб, согласился Добрый.
  И понимая, что "глаза" приближаются, бойцы как по команде прижали свои головы к земле и накрыли руками.
  А как только скачки, то бишь шаги затихли, Добрый шепотом спросил:
  ─ Кабан, он нас видит?
  ─ Он нас нюхает! ответил друг и как можно сильнее прижал свою голову к земле,
  ─ Как нюхает? - не понял Добрый и медленно поднимая голову, увидел перед собой волчицу, которая стояла с телом убитого волка.
  ─ Кыш! - сказал Добрый, и, не веря своим глазам, тряхнул головой.
  А когда можно сказать пришел в себя, дождь закончился, шаги пропали, а волчица ушла.
  ─ Кабан я писать хочу!
  ─ Нашел время! Пробубнил Кабан, - Делай только очень тихо! - И вставай медленно, чтоб ни чем не хрустнуть!
  Добрый, понимая, что Кабан по-своему прав, да и любой шум может привлечь внимание боевиков, потихоньку, миллиметр за миллиметром, начал подниматься. Прошло минут сорок, пока Добрый осуществлял свой подъем, и то, судя по состоянию здоровья, смог сделать это лишь на половину, то есть стоял на коленках.
  ─ Кабан, влево не могу повернуться, там веточка, она сразу хрустнет! И встать не могу, тоже хрустнет, поэтому буду поворачивать к тебе!
  ─ Только очень медленно поворачивайся, иначе хана! Понимаешь?
  ─ Понимаю! - прошептал Леха и начал поворот, но до конца развернуться, к сожалению, не смог, так как под колено попала ветка и слегка хрустнула.
  ─ Замри! - вырвалось у испуганного Кабана, и как памятник, но, спустя несколько томительных минут, памятник все ж ожил и заговорил,
  ─ Кабан, я не могу больше терпеть, буду писать!
  ─ Писай! прошептал друг.
  И казалось, что в плане оправки все получилось, но шум, который поднялся в квадрате, условно назовем его "36-80", где находились бойцы, не только резал парням слух, но и разбудил все окрестные селения в радиусе ста миль. В связи с чем, где-то вдалеке за сопкой, тут же начался бой. Не друзья, не обращая внимание на далекие взрывы и доносившиеся до них свисты пуль, по-прежнему прибывали в своей стихии.
  ─ Кабан, я, кажется, писаю тебе в ботинок!
  ─ Да ссы ты Леха куда хочешь, только быстрее! - не на шутку засуетился друг, и его можно было понять, поскольку струя, исходящая от Доброго, била ему в ботинок как Ниагарский водопад.
  Слава Богу, все закончилось хорошо, и Добрый сумел оправиться, и война за сопкой прекратилась, но вновь начался дождь и очередные, непонятные шаги, почти час по-своему держали бойцов в напряжении, а как только шаги закончились, как впрочем, и дождь, Добрый сказал:
  ─ Послушай, Кабан, я тут подумал и, наверно, не буду долго воевать! Если духи попрут, один рожок стреляю, кричим пацанам чтоб уходили и все!
  ─ Я тоже! - согласился Кабан, - Гранату кину, и уходим! Но пацанам сразу кричим!
  ─ Договорились! - успокоился Добрый и молча ожидал атаку противника,
  А когда метров в десяти за их спинами заиграла гитара и полилась песня, парней как молнией стегануло,
  ─ Что это? - успел спросить Кабана и тут же услышал, что кто-то подошел сзади и начал опорожняться,
  Бойцы почти одновременно начали осторожно поворачиваться в сторону пришельца и их глаза с ним встретились,
  ─ Кабан, как ты думаешь, он нас видит? - шепотом спросил Добрый.
  ─ Думаю, что не видит! - ответил друг, и возможно данное зрелище и размышления по поводу странного писуна имело бы свое продолжение, если бы к ним не подошел взводный,
  ─ Ну как вы тут, не уснули?
  ─ Нет! в один голос ответили друзья.
  ─ Поднимайтесь. Сейчас собираемся, завтракаем и выдвигаемся дальше!
  Здесь, наверно, стоит отметить, что очередное накрапывание дождя в момент разговора бойцов с ротным по прежнему продолжалось и, возможно, по этому с непонятными шагами Кабан с Добрым своего рода смирились.
  А так как уже светало, и в их секторе обстрела никого не наблюдалось, они просто забили на данные шумы.
  Кабан, как ни странно поднялся легко и непринужденно, а вот Доброму в этом плане явно что-то мешало.
  ─ Подожди Кабан! - крикнул он, видя, что друг уходит, - Помоги мне, а то что-то меня прет не по-детски! А как только Кабан помог Доброму встать, он, опустив голову вниз, в ужасе обнаружил, что у него нет ног,
  ─ Кабан!!! - как медведь после спячки закричал Леха, - У меня нет ног!!!
  И казалось, что после данного крика, все местные птицы в округе сразу подорвались из этого района и отныне уже, в близи селения "Танги-чу" их больше ни кто не видел.
  ─ Ты гонишь Добрый, открой глаза, ноги на месте! - ответил обалдевший от крика друг.
  ─ Правда?! - не поверил он и снова взглянул вниз, а когда увидел, то, слава Богу, успокоился.
  Ротный и все собравшиеся разведчики, слыша подобное, прибывали в легком помешательстве и, переглядываясь друг с другом, обсуждали между собой поведение Доброго.
  ─ Смотри Кабан! - направив свой взгляд за лежавшее рядом бревно, сказал Добрый, - Вот они наши шаги!
  Кабан, видя хрустящий целлофан от галет, который под натиском дождя сморщился как засохший мухомор, понял, где была собака зарыта и, слегка улыбнувшись, скорей над собой, друзья подтянулись к своим. После легкого завтраки и горячего кофе Кабан решил отдохнуть, благо до выхода еще оставалось время, а Добрый, намереваясь прилечь, к сожалению, тут же обломался, так как у ротного к нему было серьезное дело.
  ─ Там на соседней сопке сидит наш третий взвод, слышал, наверно, ночью была стрельба?
  ─ Да! - ответил Добрый, вспоминая ночные кошмары.
  ─ Так вот! - продолжил ротный, - Надо туда провести пехоту, посадить ее там и тогда уже наш взвод снимется и вернется в расположение полка! Но смотри Добрый, пройти там надо очень аккуратно, надеюсь, ты помнишь, что все подходы они заминировали?
  ─ Да помню я! Все будет нормально, и проведу без проблем! - ответил он ротному.
  Судя по раскладу пехотинцев Добрый должен был забрать в расположении "в.вэшников", которые сутками раньше давали взводу разведки своего противника, в связи с чем ему предстояло самостоятельно пройти по минному полю и по возможности постараться не наступить на мину.
  ─ Ты помнил дорогу? - спросил я Леху прежде чем продолжить писать.
  ─ Если честно! - ответил он, - Не совсем!
  Таким образом, не совсем помня дорогу, Добрый отправился по минному полю выполнять задание. А когда прошел, то судя по его словам, сам себе не поверил, однако что было, то было и от этого нам не уйти, единственное, что можно отнести к ряду экстремальных ощущений в данном переходе было то, что Добрый, выходя из леса, все ж умудрился своей могучей ногой зацепить растяжку сигнальной мины, и спасло его лишь то, что он в этот момент не растерялся, а как ошпаренный кипятком выбежал из леса и только таким образом "в:вэшники" сумели его лицезреть, в противном случае, после интенсивного арт. обстрела устали бы искать не только Доброго ботинки, но и выколупывать из ствола дерева, его добрые и честные глаза.
  ─ Пацаны, извините, не заметил! - пытался в свое оправдание объяснить пехотинцам Добрый, хотя парни как выяснилось, и так не сердились на него, зная кто он, и откуда пришел.
  К счастью, группу бойцов, которую следовало отвести, искать не пришлось, они сами на "Бэхе" подрулили к Доброму, так как запарились его ждать. И после недолгих переговоров, почему такая задержка, и прочей бодяги, Добрый забрался на "Бэху" и, указывая водиле дорогу, все дружно поехали в заданный квадрат.
  Проезжая деревню "Танги-чу", Добрый обратил внимание на двух обаятельных девчонок, которые, видя на "Бэхе" бойцов приветствовали их, махая платками, и казалось, остановись в тот момент Добрый у них на ночлег, то уже свадьбы ему было явно не избежать.
  На протяжении всего пути следования, если судить по рассказу Доброго, он не унимаясь загружал парней какой-то невероятной историей, что для нас вполне объяснимо, поскольку таблетки в количестве 15 штук по прежнему действовали на него не по-детски. А на вопрос, что именно в тот момент грузил он бойцам, ответ был один:
  ─ Не помню!
  Поэтому понятно, почему парни отвернулись от Доброго на втором часу рассказа, так как достал он их своей бодягой до глубины души.
  Зато, когда приехали к месту расположения третьего взвода и взводный подошел к "Бэшке", то из всех прибывших бойцов, им был отмечен именно Добрый:
  ─ Наконец-то, хоть один нормальный человек приехал! Странный конечно вывод взводного, но все было именно так.
  После чего, указывая пехотинцам места их позиций, взводный подошел обсуждать с командиром все дальнейшие действия. А Добрый в тот час решил обойти всех своих знакомых и тем самым скоротать время.
  Подойдя к одному из окопов, он увидел бойца, который, сидя на корточках, что-то нашептывал себе под нос, и на первый взгляд можно было сделать вывод, что парень кем-то сильно напуган.
  ─ Что тут произошло? - оглядываясь по сторонам, спросил у бедолаги Добрый.
  ─ Ночью, когда на сопке раздался лошадиный храп, и сработала сигнальная мина, мы сразу начали шмалять из всего, что было и шмаляли минут тридцать не прерываясь!
  ─ Ты тоже шмалял? Поинтересовался Добрый.
  ─ Да так, водил автоматом по брустверу, а попал, не попал, не знаю! - и уже утром мы увидели трупы лошади и какого-то духа, а я потерял от автомата затворную раму! - Теперь не знаю что делать, не могу найти!
  ─ Да, забей и все! Ты же в бою потерял! - решил поддержать парня Добрый, замечая в стороне тело лошади и соответственно тело боевика, которого уже при всем желании не смогли бы опознать лучшие криминалисты страны, а так же заметил разбросанные по земле харчи, начина от хлеба и кончая различными консервами, видимо последствия ночного боя.
  Перепуганный до смерти парень, понимая, что Добрый проявляет к нему искреннее благодушие, тут же решил ответить ему своей взаимностью и более подробно поведать о ряде событий, произошедших накануне боя.
  ─ Странные вещи были у нас до тока, как началась стрельба! - Я до сих пор не знаю, как мне об этом доложить ротному!
  ─ Как есть, так и доложи! - высказал свое мнение Добрый, - А что было?
  ─ Согласно приказу, я должен был вести наблюдение за указанным сектором и обо всех передвижениях тут же докладывать! - И вдруг в темноте отчетливо увидел, как из-за дерева выглянула голова бегемота.
  ─ Кого ты увидел? Не понял Добрый и решил уточнить.
  ─ Бегемота! - уверенно ответил воин, - Он смотрел прямо на меня, а потом вдруг бегемот резко убрал голову за дерево, наверно испугался меня, так как я, не веря своим глазам, даже сменил позицию! - И что интересно, голову свою он убрал, а ноздри остались!
  ─ И что дальше? - заинтересовал Доброго рассказ парня.
  ─ А дальше я испугался и даже..! засуетился боец, всем своим видом показывая свое смущение.
  ─ Что, "днище" порвало? - спросил Добрый, решая помочь парню в чистосердечном признании.
  ─ Нет, не совсем так! - ответил он и, видимо, размышляя, как лучше сказать о случившемся, добавил! - в общем, серьезно все было!
  ─ А ноздри где? Что с ними было? Продолжал пробивать парня Добрый.
  ─ А ноздри потом ушли и больше я их не видел!
  ─ Да! - сказал про себя Добрый, бывает же такое.
  И мысленно представляя картину, рассказанную парнем, побрел к взводному, чтоб узнать у него, где можно найти одного из своих знакомых!
  ─ Наркомана не видал? - спросил он, подойдя к взводному.
  ─ Вон! - показал взводный рукой в сторону, - Сидит за деревом, видишь? - Снайпера какого-то ловит!
  Добрый, замечая за деревом Андрюху, окрещенного среди своих "Нариком", сразу отправился к нему. А когда приблизился, видя озабоченного своим наблюдением друга, тихонько спросил:
  ─ Чего там?
  ─ Молчи! - ответил Андрюха, - Там снайпер за елкой сидит! - Видишь, как у него ствол маячит?
  Добрый, щуря свой зоркий глаз, тоже увидел за деревом ствол.
  ─ Ё-маё..! В натуре сидит! И тут же, без лишней суеты подорвался к взводному:
  ─ Моисей, Нарик не гонит, там действительно кто-то есть! Взводный, глядя в глаза разведчику, сказал:
  ─ Блин, Добрый! - и ты такой же, как они!
  ─ Почему такой? Не такой! - ответил он.
  ─ Ну раз нет, тогда давайте, собирайтесь, уходим отсюда и возьмите с собой убитого.
  ─ Его-то зачем? - высказал свое неудовольствие Добрый, - Может лучше здесь закопаем, а то запаримся, тащить на себе, он воняет как чмошник! - Весь в дерме!
  ─ Я сказал взять с собой и не обсуждать! - Он нам для отчетности пригодится!
  В общем, пошли разведчики мудрить, каким образом лучше, так называемый, вещь-док им взять с собой.
  И тут Добрый решил вновь отличиться, то есть, проявить в этом хлопотном деле, свою инициативу.
  ─ Давайте его на лошадь посадим и поведем за узду, как в фильме: "Всадник без головы"!
  Но так как само по себе тело, приближаться к которому, это все равно, что войти в привокзальный нужник, самостоятельно на коня не вскочит. А поднимать и благоустраивать желающих не оказалось, бойцами было принято решение привязать к ноге духа проволоку и соответственно зацепить ее за седло, чтоб таким образом этапировать тельце до "Бэшки".
  А когда бедная лошадь доставила непонятный на ее взгляд груз к месту, тело наполовину стерлось и понятно почему. А поскольку по мнению бойцов для отчетности порой было достаточно одной головы, транспортировка останков тела была продолжена уже на "Бэшке". И если на подобное зрелище наблюдать со стороны, то картина писанная маслом, была бы на лицо, а к примеру такие известные личности как господин Пикассо, Репин и даже Леонардо Ди Каприо, то есть Да Винчи со своими картинами даже рядом бы не стояли. Потому как даже местные аксакалы (жители деревни), которые за свою жизнь видели не мало крови, замечая как к передку "Бэхи" было приковано распятое тело, бежали в ужасе.
  А те две очаровательные девчонки, которые давиче весело приветствовали проезжавших мимо их дома бойцов, в этот раз просто падали в кому.
  До расположения "в.вэшников", "Бэшка" доехала без приключений, но похождения по Чеченской земле Доброго-воина на этом не закончилась, так как ему предстояло очередное форсирование минного поля, поскольку как не крути, а обстоятельства обязывали Доброго возвращаться к своим, причем возвращаться в полном одиночестве.
  В связи с чем, не теряя напрасно время, да и усталость давала о себе знать, воин попрощавшись с "в.вэшниками" и с грустью в душе провожая взглядом третий взвод разведчиков, которые направлялись в полк, потрусил к своим.
  ─ А как же мины? - спросил я его.
  На что он ответил: - Ни как!
  А точнее сказать, вспомнил Добрый про них только тогда, когда поле прошел.
  К тому времени когда Добрый добрался до своего взвода, Кабан уже проснулся и судя по всему, в какой-то мере отошел от воздействий тех самых несусветных колес.
  Не успели друзья поделиться своими впечатлениями о прошедших событиях, как была дана команда ротного собираться и выдвигаться дальше.
  Таким образом, расстроенный до "не могу больше", Добрый вынужден был готовиться к очередному походу в глубь вражеской территории, но в пути, насколько нам было известно ранее, усталость начала вновь прогрессировать, и такие, к примеру, снаряжения как автомат, "эрдэшка" с патронами и гранатами и прочее начинали Доброго своей тяжестью валить с ног.
  А когда силы окончательно покинули его и товарищи обратили внимание, что походка у Доброго стала в стиле "не топчи газон", то решили помочь другу и забрать у него все боевое снаряжение.
  А так как его по-прежнему продолжало "рубить", парни вновь нашли выход из сложившейся ситуации и, открыв на ходу банку с кашей, отдали ему.
  В связи с чем, подпитывая свой организм консервой Добрый, казалось, шел.
  Единственное препятствие, которое самостоятельно он одолеть не мог, это небольшой подъем в гору. Потому бойцам пришлось подталкивать своего друга в спину. Но так как данное передвижение тормозило всех, поскольку тяжесть огромного воина давала о себе знать, один из друзей, буквально на пике горы вынужден тянуть Доброго с помощью пулемета, то есть Добрый держался за ствол, а воин тянул.
  ─ Ты не похож на разведчика, слабый какой-то, не выносливый! - Может пора домой или переведешься в пехоту! - сурово сказал Доброму ротный.
  ─ Нет, домой мне нельзя, а в пехоту тем более, пацаны не поймут! - А то, что устал, это таблетки рубят, думал просроченные, а оказалось наоборот!
  ─ Ну тогда, бери себя в руки и вперед, а то все движение тормозишь, блин!
  Не мудрено, что после таких слов Добрый, казалось, ожил и образно говоря, топал, замыкая свой взвод как оловянный солдат. Но, когда бойцы продвигались по рву, чтоб не позволить боевикам себя обнаружить, Добрый опять отчудил, и пусть все, что произошло, произошло не специально, все ж бойцы на его слова тут же отреагировали и приготовились к бою.
  А когда обнаружили предполагаемого противника, поняли, что у Доброго просто на просто была очередная вспышка воздействия колес, то есть глюки. Так как пеньки (видимо оставшиеся после старых вырубов делянки), которые показались ему боевиками, молча стояли на поляне, и не проявляли ни какой активности.
  На ночлег взвод остановился в лесу, потому как переход оказался не близким, и усталость действительно валила бойцов с ног.
  И хотя Добрый всем своим видом пытался показать ротному, что готов продолжать движение, ротный (как) все ж пожелал ему, как, впрочем, и всем остальным хорошего сна. Плащ-палатку, которую выдали Доброму, он обмотал вокруг "шеи", поскольку на благоустройство спального места в лесу и прочих процедур, связанных с ночлегом, необходимо время и не только время.
  Поэтому утром, конечно же, после команды подъем, все "аукнулось", и подняться Доброму было очень проблематично, так как ночные заморозки сделали свое дело и его ноги без "ледоруба" оказались обесточены и обречены. Спасибо друзьям, видя в глазах Доброго ужас и полную беспомощность, помогли подняться. А иначе прощай молодость и здравствую госпожа, инвалидная коляска.
  ─ Пить! - лихорадочно повторял он про себя и все мысли его после подъема были только об этом, но осуществить свое желание, к сожалению, так и не удалось, поскольку все запасы воды у бойцов были исчерпаны. В связи с чем, утомленный засухой, Добрый черпанул из лужи, и хорошо взвод, после обследования необходимого квадрата, возвращался в полк - в противном случае пришлось сидеть ему час за часом у каждого кустика.
  И пусть прорвало его уже в расположении полка, все ж до нужника добежать он так и не успел.
  Пользуясь случаем, хочется обратиться к военно начальникам чтоб не держали зла на Доброго за то, что присесть он был вынужден у самого штаба, а кто-то, возможно, выходя из штаба, не заметил, и...
  Зато подобное утоление жажды послужило для Доброго хорошим уроком, и отныне он уже из лужи никогда не черпал, а научил себя пользоваться препаратом "Акватапс" (средство для обезораживания воды).
  Два дня Доброго доставала собой "Диарея", и, судя по его словам, доставала не по-детски.
  ─ Хоть в петлю лезь! - говорил он, - Днище просто отрывало.
  И спасибо новое задание спасло и тем самым помогло Доброму взять себя в руки.
  Таким образом, получив от ротного приказ, первая группа разведчиков в количестве шесть человек вошла в состав подразделений, которым была поставлена боевая задача - взять в кольцо село "Комсомольское", чтоб заблокировать все выходы боевикам из данного населенного пункта.
  Добрый, к сожалению, в группу не попал, чему был сильно огорчен, не находя себе места. Но, когда утром привезли из-под села Комсомольское раненого в шею пулеметчика, и, беседуя с ним о случившемся, Добрый всем своим нутром понял, что расслабляться нельзя, и что с минуты на минуту всех остальных разведчиков роты тоже отправят в район села.
  И, стоит отметить, что чутье Доброго действительно не подвело, так как в палатке у разведчиков вскоре нарисовался уже знакомый нам ранее Сергеич.
  ─ Надо прогуляться, сынки! - сказал он, - Еды берем на три дня, так что давайте собирайтесь, на все про все у вас один час! Таким образом, группа бойцов во главе с Сергеичем выдвинулась в заданный квадрат, и после двух часового перехода лесами и вольными тропами разведчики прибыли в указанный район, где по приказу Сергеича заняли свои позиции, блокируя выход.
  Поскольку именно в их направлении якобы ожидался прорыв противников.
  К счастью, в этот раз бойцам не пришлось благоустраивать свои окопы, так как еще с прошлых военных действий (прошлой компании) осталось все перерыто и оборудовано.
  Таким образом, трое суток, не смыкая глаз, разведчики были вынуждены находиться в режиме ожидания, сидя в своих окопах как тени, поэтому даже пехота, занимая свои позиции в ста метрах от разведчиков, не знали об их существовании.
  ─ Сколько нам еще тут сидеть? - трещал Сергеич по рации, - Три дня прошло, запасы еды закончились, когда нам уходить?
  И судя по словам Сергеича, ответ начальника был один:
  ─ Сидите, ждите, а когда и что вам скажут дополнительно!
  ─ Так что сынки! - говорил он, - Остается ждать и всем своим видом изображать пехоту! - Таков приказ, а приказы не обсуждают!
  ─ А что с хавчиком? - спросил Добрый, - А то не жрамше, не пимше и не ...
  ─ С хавчиком сказали, подвезут, так что терпите! - ответил он.
  И, не теряя время, группа разведчиком, монтируя себе землянку, полностью перевоплотилась в пехотинцев.
  На четвертые сутки к лже-пехоте приехала "БРМ" - боевая развед машина в сопровождении "Урала", который, слава Богу, доставил бойцам горячую (L) пищу и боеприпасы, что конечно не радовало, а главное радовало то, что начальство не обмануло.
  Как только водила "БМР" открыл люк десанта, оттуда, во всей своей красе выскочила радостная Лора, всячески показывая бойцам свое приветствие.
  ─ Зачем Лору привезли? - спросили парни у "Капченого", - механик водитель.
  ─ Спасаем от пули! - с улыбкой ответил он, - Ночью, когда к нам в палатку хотел заглянуть начальник штаба, она укусила его за задницу! - Причем не просто укусила, а вырвала кусок мяса!
  ─ Голодная наверно была! - посмеялись бойцы.
  ─ Да нет, не голодная, она же всегда его не любила, а тут он как шпион подкрался к палатке. Мы в шоке были, когда ночью услышали крик! А потом укушенный начал по Лоре шмолять и мазать! Она же хитрая шельма и издевалась над ним как хотела, прыгая как белка от пуль, ели угомонили придурка! - Так вот он, как только остыл, сразу дал команду Лору казнить!
  ─ Убейте суку! Кричал он как умалишенный, представляете?
  ─ Ну, а к нам то зачем привезли, мы может завтра отсюда уйдем! - сказал Добрый.
  ─ Какой завтра, о чем ты! - возразил Капченый, - Вам не меньше месяца здесь париться! - А Лора сама виновата, мы ее спрятали в "десант", хавчик втихаря носили, а она развылась там на весь полк как девченка, хоть уши затыкай! Мы же сказали нач. штаба, что застрелили ее!
  ─ Ладно! - смирились бойцы с появление Лоры, а вот новость по поводу задержки на месяц огорчила всех.
  Томительно тянулись последующие дни, бойцы по-прежнему имитировали пехоту, а Лора сутками напролет бегала по позициям, и что характерно, ни сколько не брезговала побегать по минным полям, которые были заминированы бойцами еще в день прибытия.
  ─ Не боится! - отметил Добрый, - Мины наверно в шоке от ее наглости!
  ─ Ничего с ней не будет! - ответил "Малина", - Она хитрая, на мину ни за что не наскочит!
  ─ А что она ест не пойму! - задумался Добрый, - Ведь, что не говори, а каждый день возвращается с полным брюхом!
  ─ Говорят, ее видели в селе, кур у кого-то трепала! - А может опять расчлененкой опять занялась, у нее в этом не заржавеет!
  ─ Может быть! - согласился Добрый, мысленно вспоминая ее прошлые по этому поводу шалости.
  Голод, вскоре, все ж достал бойцов окончательно, да и начальство по этому поводу не суетилось, а точнее сказать вообще на счет хавчика забило. Поэтому "пехотинцы" приняли волевое решение съездить в село "Комсомольское" и добыть себе хавчик. А главное во всем этом то, что все бои, которые велись в селе, бойцам были по барабану, так как хавчик в рядах вооруженных сил всегда был и будет самым святым.
  План, то есть операция под кодовым названием "хавчик" у "пехотинцев" на тот момент был простой: садятся на "Бэху", если понадобится с боем пробиваются в село, на халяву, где получится, отовариваются и сразу назад, то есть как в песне А. Розенбаума "на гоп-стоп". Сергеичем данный план был тут же одобрен, и движение в его осуществлении не заставило себя долго ждать.
  Единственное, что слегка обламывало на пути следования бойцов, это мерзкая погода (дождь со снегом).
  Когда выехали на прямую, и до села "Комсомольское" оставалось рукой подать, панорама впереди показалась явно не благоприятной, а скорее не желательной. Слева от себя голодные бойцы заметили командный пункт войска российского, а справа подразделение танков, готовых в любую минуту ворваться в село и сравнять его с землей.
  Бойцы на "Бэхе" не стали заострять свое внимание на царившую впереди панораму, так как на карте стоял свой интерес и о том, чтоб повернуть назад не могло быть и речи.
  Когда "Бэшка", летевшая на полном ходу, сравнялась с танками, начался обстрел "Град" (град - это очень страшное оружие), который, не разбирая, где наши, а где ваши, сметал все на своем пути. Видимо, тот, кто наводил ракеты на цели тоже не отказывал себе удовольствия, чтоб закинуться "сиднокарпом", потому как танкисты, вокруг которых непрерывно взрывались ракеты "Град", как умалишенные выскакивали из своих танков и, паникуя, ныряли под них.
   Зато бойцам "пехоты" действительно все происходящее вокруг было по барабану, они мчались к своей цели и, казалось, что никто уже был не в силах их остановить.
  ─ Это кто такие? - спросил командующий, видя в бинокль "Бэху", - И как смело идут!
  ─ Похоже, мои! - признал командир полка, вглядываясь в даль, да и сама по себе отвага парней, мчавшихся на "Бэхе", уже говорила о многом.
  ─ Не тормози! - кричал Сергеич Капченому, - Сынки, приготовились к бою!
  А когда до села оставались считанные метры, навстречу "Бэхе" выскочило обезумевшее от взрывов стадо коров и, видя перед собой голодных воинов, которые тут же открыли огонь, как по команде сменили свое направление.
  ─ Берем! - кричал Добрый, - Выруливай Капченый, вон к той, пожирней!
  "Бэха" на всем ходу повернула в сторону коров и по полю началась своего рода гонка в прямом смысле слова.
  А когда Капченый тормознул, Нарик, с ножом в руках, сразу же подорвался к выбранной Добрым тушке.
  ─ Занять оборону! - кричал Сергеич, так как духи тоже не дремали и обратили внимание на странную охоту российских войск, а посему иногда постреливали. Таким образом, Нарик, ловко потроша тушку, можно сказать, разделывал ее под прикрытием своих товарищей.
  А на командном пункте командующий, видя нечто невероятное, решил вновь поинтересоваться у подчиненных:
  ─ Так чьи же это бойцы?
  ─ Не мои! - тут же отказался от своих командир полка, - Судя по всему пехотинцы, товарищ командующий!
  ─ Уходим! - кричал бойцам Нарик, на которого страшно было смотреть, поскольку выглядел он как мясник после хорошей бойни, и, соответственно, группа "пехотинцев", без каких-либо промедлений, в одно мгновение закинула тушу на "Бэху", погрузились сами и повернули назад.
  ─ Через деревню давай, Капченый! - кричал Сергеич как дикий зверь.
  И трудно себе представить, как выглядит со стороны весь этот кошмар.
  Во-первых, обалдевшая "Бэха", которая как заяц прыгала по кочкам и маневрировала после каждого взрыва.
  А во-вторых, разделанная туша коровы на передке, где ее кровь и плоть, можно сказать, сливались воедино. Поэтому данное зрелище после поворота "Бэхи" в деревню привело в ужас всех ее жителей без исключения.
  А один из крутых поворотов в середине деревни, который умудрился накрутить водила Капченый, такому ассу, как господин Шумахер никогда не повторить, даже если за данный трюк ему предложат огромные деньги.
  Когда добрались до своего расположения, встречала бойцов лора, поэтому за ее верность и преданность она тут же была презентована хорошим, а главное свежим куском коровятины. И, естественно, сами бойцы старались в этом от нее не отставать и дружно, собравшись у костра, готовили себе хороший хавчик.
  Что не говори, а коровятинки бойцам хватило не надолго, и следует наверно отметить, что военно начальникам о том, чтоб подогреть разведчиков горячей пищей по-прежнему было плевать.
  В связи с чем, парни в этом плане были брошены на произвол судьбы, а посему осуждать их за подобные вылазки из укрытий будет явно грешно.
  Более того, вскоре у них закончились дрова, что вообще помутило их разум, так как на голодный желудок ходить по лесам с топорами и пилами это самого себя не уважать.
  Поэтому бойцы и в этом нашли для себя выход, который особо не напрягал, а наоборот вдохновлял и в какой-то мере, прикалывал. А именно, было принято решение колоть пни пулеметом "ПК" (т.е. пулемет оружейника Калашникова), который хорошо справлялся со своим новым предназначением.
  Но дрова дровами, а харчи все-таки харчами, потому что кушать хочется всегда.
  В связи с чем бойцам было принято решение сделать еще одну вылазку в район военных действий, то есть в село Комсомольское. Правда в этот раз появилась необходимость не только разжиться хавчиком, но и по возможности приобрести строительные материалы, ковры и подобный ширпотреб. Поскольку, что не говори, а обычная землянка, по мнению бойцов, далеко не соответствовала европейским стандартам.
  В связи с чем, естественно, у парней появилось большое желание благоустроить свое жилье.
  Итак, новая операция "Хавчик-2" Сергеичем была одобрена и бойцы, погрузившись на свой "летучий голландец", то бишь "Бэху", тронулись в путь.
  ─ Давай, Капченый, выруливай на прямую!
  И Капченый, без лишней суеты тут же вывел свою боевую машину на последний рубеж.
  ─ Опять они! - сказал на наблюдательном пункте командующий своим подчиненным. - Интересно, что на этот раз выкинут эти никому не известные пехотинцы?
  ─ Куда они? - засуетился командир полка, видя, что "Бэха" на полном ходу ворвалась в село, - Там же бой!
  ─ По-моему им до этого боя как нам с вами до Китая! - сделал свое заключение начальник штаба, тоже наблюдая за "Бэхой" (во всяком случае, обо всех разговорах на командном пункте и прочих соображений именно начальник штаба в последствии поведал ротному разведки).
  Бойцов на "Бэхе" бой действительно не смущал и уж тем более не мог остановить. Напротив, они под покровом взрывов и пуль беспрепятственно ворвались в село, и, видя в стороне от себя на их взгляд приличный домик, подрулили к нему.
  А по поводу боевиков, которым реально не повезло, поскольку оказались они, даже говорить не хочется, так как смели их "пехотинцы", образно говоря, "метлой". А тех, кто успел укрыться в доме, выкурили как назойливых "мух". И как ни в чем не бывало, приступили к своей непосредственной задаче, шарясь по дому в поисках добычи.
  ─ Где Добрый? - спросил Сергеич у Малины.
  ─ В подвале, духов гасит! - ответил он.
  ─ Тогда посматривай по сторонам, чтоб нам ни кто не помешал! А ты, Капченый! - продолжал раздавать распоряжения Сергеич, - Подруливай к курятнику, там Санек (снайпер) кур уже нашмолял пару десятков! - А остальные берите живыми, птицефабрику приедем, построим! - посмеялся он.
  Когда Капченый зашел в сарай, первое что бросилось ему в глаза это гора стреляных кур, а тех, кто остался в живых, можно было сосчитать на пальцах. И стоит признать, что не просто давалось бойцам захватить напуганных кур в плен.
  Добрый тем временем, отоварившись в доме, увидел в окно жирную утку, которая на свой страх и риск выглядывала из-за угла, намереваясь выскочить и перебежать улицу.
  ─ Шельма! - улыбнулся Добрый и, ничего не говоря больше, срезал ее автоматной очередью.
  ─ А зачем тебе картина? - спросил Сергеич у Доброго, видя, как он выносит ее из дома.
  ─ Пусть будет! В землянке повесим, все-таки домашняя обстановка! Там Серега ковер со стены снял и фанеру какую-то прет!
  ─ Ладно! - махнул рукой Сергеевич, понимая, что парней уже ничем не остановить. - Заканчивайте поскорей и надо отсюда валить, пока нас не накрыли!
  Бойцы дружно погрузили все свои трофеи на "Бэху", Капченый, естественно, вырулил на исходную, и как только тронулись, Добрый вдруг закричал:
  ─ Сергеич, смотри Джип! Когда еще будет такая возможность его расстрелять?
  ─ Стреляйте! - дал добро Сергеич и, видя, как Добрый с Серегой побежали к дому, где парковалась машина, не стал их тормозить, а лишь сказал Капченому подрулить ближе и подстраховать.
  После расстрела джипа воины заскочили в дом, где в ушкапчике Добрый нашел 400 баксов, и по пути не упустил возможность сорвать со стены огромные рога горного барана и срубить еще одну курочку, которая нагло путалась под ногами.
  ─ Зачем она тебе? - спросил Санек, - У нас их и так полные мешки!
  ─ Для Лоры! - спокойно ответил он.
  ─ А рога зачем?
  ─ Капченому подарим, пусть на передок поставит и будет у нас рогатая "Бэха"! - посмеялся добродушной души человек.
  ─ Возвращаются! - сказал на наблюдательном пункте командующий.
  ─ Кто возвращаются? - не понял командир полка, и посмотрел в бинокль. А когда увидел, из его уст вырвалось, - Матерь Божья! Что творят!
  ─ Зато как творят! - продолжал командующий, - Посмотри, как красиво идут, с рогами!
  И все как один, офицеры, находившиеся в тот момент на наблюдательном пункте после слов командующего, тут же припали к своим "окулярам". Не трудно понять, что перед их взором предстало и в какой-то мере привело в легкое помешательство.
  Беха, груженная, как Боинг строй материалами и провиантом, а главное с рогами на передке, мчалась по прямой, оставляя за собой пылающее от многочисленных взрывов село Комсомольское. А в двух словах была картина, писанная неизвестным художником под названием "С ярмарки".
  Как такое чудо проехало по улицам деревни, и что о них подумали местные жители остается только догадываться.
  Однако, до своих позиций "пехотинцы" доехали без приключений, и никакое "ган" не рискнуло их остановить.
  По приезду бойцы, не забывая покормить Лору, решили к захваченным в плен курам, то есть к их лапам привязать веревочки, чтоб до поры до времени потихоньку паслись и поклевывали травку.
  А Лору уговорили присматривать за ними и охранять, на что, естественно, она согласилась, так как понимала, что среди курочек бродит и ее курочка, которую она скоро съест. Спустя пару дней, в расположение разведчиков пришли "гентамировцы" - местные менты, в сопровождении российских офицеров. Суть визитеров заключалась в том, чтоб с помощью бойцов разведки забрать пленных боевиков на окраине села Комсомольское, и передать их в руки особого отдела.
  Поэтому, какой бы не была данная операция скучной, все ж бойцам пришлось согласиться.
  А когда сопровождали пленных и один из них, якобы раненый, своим стоном создавал бойцам дискомфорт, Добрый, конечно же, не упустил шанс оторваться на нем и тем самым согнать свое зло:
  ─ Еще раз услышу твое нытье! - сказал он, - Отрежу уши!
  И с той минуты весь оставшийся путь стонов уже от якобы раненого духа никто не слышал.
  Как только в установленном квадрате люди из особого отдела забрали у разведчиков пленных, их миссия под селом Комсомольское была закончена. А по возвращению "домой", полк готовился перебазироваться в другое место, то есть в "Урус-Мартан" и соответственно роте разведчиков тоже пришлось сворачивать свои матрасы и готовиться к переезду.
  Главное событие, которое хочется отметить - это объявление благодарности роте разведчиков от командира полка за проявленную отвагу и героизм в селе Комсомольское.
  Таким образом, Добрый и его товарищи автоматически стали героями, что непременно сразу решили обмыть.
  Более того, по прибытию полка на новое место жительства, бойцам-героям в качестве поощрения было дано право поставить свои палатки рядом с палатками медицинской роты, что означало "праздник", который готовились устроить для себя бойцы после нелегких боевых дней, могли украсить собой прекрасные девчонки из мед. персонала.
  А посему Добрый и его кореш Малина заранее пошли договариваться с медсестрами о совместном банкете, и даже определились с местом предстоящей сходки, то есть на территории мед. роты.
  Поскольку, что не говори, а разведчиков в полку действительно побаивались все без исключения, и решиться на то, чтоб пойти на ночь в палатку к ним, было равносильно засунуть свою голову в пасть раненого льва.
  Далее герои, как положено в таких случаях, затарились водкой и заранее занесли ее в условленное место, после чего, ожидая банкета, по-своему готовились, смывая с себя грязь и копоть, полученную в момент проявления отваги и героизма в боях под Комсомольским. И, конечно же, никто из них в этот вечер не мог даже предполагать о том, что все их мечты грядущей ночью кого-то обнять за талию и если повезет проводить до "библиотеки", так и не сбудутся. Ближе к вечеру, когда герои-разведчики, у которых блеск сапог освещал прицелы вражеских снайперов, затаившихся в миле от места базирования полка, подошли к палатке девчонок, на месте никого не оказалось, так как ушли они к своему начальнику на день рождение.
  В связи с чем, разочарование бойцов можно было понять любому здравомыслящему человеку, но не часовому, который нес свою службу на входе в палатку медицинских сестер.
  И естественно, по долгу своей службы видя, что парни наглым образом заглядывают в окно палатки (желая для себя выяснить, где водка) сделал им замечание, пытаясь отогнать:
  ─ Отойдите, однако! - Чего это вы в окошко смотрите! - сурово сказал он.
  ─ Не понял? - ответил добродушной души человек. - А ты чей, холоп, будешь?
  ─ Какой холоп, я часовой! - успел сказать он, и был наказан за свою дерзость ударом в пузо.
  ─ И...? - спросил я у Лехи.
  ─ И немножко в голову! - признался он, - А потом мы забрали у него автомат и спрятали!
  Как хочешь, так и понимай, задумался я, дерзость это была со стороны часового или служебный долг. Но на этом ночные похождения оскорбленных бойцов не закончились, а напротив, были продолжены с большим энтузиазмом, поскольку как говорится, служба службой, а табачок врозь.
  К тому же были предположения, что девчонки их просто развели на водку, и, конечно же, после таких мыслей парни приняли решение вернуть свое до последнего цента.
  Таким образом, герои, слыша песни и пляски, исходящие из палатки начальника медицинской роты, направились к ним в "логово". А когда зашли музыка, тут же прекратилась и замершие "манекены" гуляющих, глядя на лица героев поняли, что это для них вариант в сложившейся ситуации это как можно быстрее расходиться по домам. Однако, не поднимая лишнего шума и не устраивая кровавой бойни (хотя было желание посадить всех на кол), оскорбленные бойцы забрали со стола всю водку, вывели из строя именинника, чтоб не кричал при транспортировке, после чего аккуратно положили обмякшее тело на плечо Доброму и без единого слова спокойно ушли. Возвращаясь к себе в палатку, бойцы бросили тело именинника в "зиндан", и молча пошли пить, чтоб хоть как-то остыть от случившегося недоразумения и тем самым придти в себя. А поскольку спиртное имеет свойство кончаться, то Добрый с Серегой сбегали к местным барыгам, чтоб купить еще. А когда вернулись и увидели построение полка, то естественно легкий холодок охватил собой их героические души, так как "эхо" о ликвидации часового, словно гром прогремело над дислокацией роты разведки, где, судя по всему, происходил разбор полетов в поисках виновных ночного происшествия.
  ─ Командир взвода, подойдите ко мне! - сурово сказал начальник штаба.
  Если предположить, что Сергеич смог выполнить его приказ, то будет не совсем правильно, потому как не было у командира взвода на то сил, поскольку, делая попытку выйти из строя, он как росинка, подкошенная косой, просто упал лицом в грязь и, казалось, что временно умер.
  Сложно было представить шок в глазах командира полка, видя, как его подчиненные несут свою службу, а точнее сказать, как они складываются принципом домино.
  А так как начальник штаба с уважением относился к развед-роте и во всех ситуациях старался быть на их стороне. Знать и этот случай не мог являться исключением.
  ─ Поднимите его! - обращаясь к бойцам, сказал он. - А по поводу происшедшего ночью я объявляю вам благодарность! А все, кто, стоя на посту, будут так же терять свою бдительность, и проявлять халатность к своим непосредственным обязанностям, понесут суровое наказание!
  ─ Служим России! - дружно ответили разведчики, едва сдерживая себя на ногах.
  ─ Да, но автомат часовому придется вернуть. И не забыть из "зиндана" выпустить пленного! - сделал свое заключение ком. полка.
  Утром, когда бойцы проснулись и непроизвольно, вспоминая свои ночные приключения, искали, как правило, крайних, в палатку к ним заглянул ротный:
  ─ Собирайтесь, и с вещами на выход!
  ─ Куда в этот раз? - решили уточнить бойцы.
  ─ В ссылку! - ответил он, и ничего не объясняя, сразу ушел.
  Таким образом, палатка (3) разведчиков и, соответственно, все содержимое в ней по личному распоряжению ком. полка нашла свой приют на самой можно сказать окраине.
  В течение дня все у бойцов-героев проходило в обычном режиме. И все, быть может, со временем устаканилось, поскольку не зря же говорят, что время человека лечит, однако у бойцов сложилось такое впечатление, что явно кому-то неймется. А точнее сказать, сидит какая-то сволочь на печке и палец в своей заднице держит, при этом посылая в адрес разведчиков различные проклятья, что в нашем суетливом мире вполне очевидно.
  ─ Смотри! - сказал Серега Доброму, когда они вышли из палатки вдохнуть свежий воздух, - Это что за гоблины скачут по нашей территории?
  ─ Сейчас узнаем! - вскипел Добрый и встал у них на пути.
  Все дело в том, что никто не имел право самостоятельно ходить по территории развед-роты, поскольку таковы в этом плане были правила и соответственно никто не мог их нарушать. Поэтому, конечно же, реакция бойцов на наглых "туристов" была однозначной.
  ─ Вы что тут третесь, суслики! - вежливо спросил Добрый, - Или страх потеряли?
  ─ А чего! - грубо возразил один из пришельцев.
  ─ В том то и дело, что ничего! - ответил Добрый и резко ударил второго, который молча стоял рядом и "ловил мух".
  А поскольку первый, не понимая, что произошло в какой-то степени растерялся, Сереге этого вполне хватило, чтоб успеть положить его мордою в грязь.
  Что было дальше страшно даже подумать, так как шумок данного конфликта каким-то образом все ж просочился в палатку и, изрядно подвыпившая гвардия бойцов, выйдя из нее, завершили начатое Добрым с Серегой дело.
  После чего бесчувственные тела пришельцев были брошены в "зиндан" и для профилактики подогреты дымовыми шашками. А, спустя пару дней, в расположение роты разведчиков пришел, судя по всему, их начальник, который, извергаясь слюной, требовал немедленного освобождения своих подчиненных.
  А когда их вытащили из "зиндана" начальник вообще пришел в ярость и объявил разведчикам "вендету", так как жаждал мести (вендетта - в его понятии означало одно, что никто якобы отныне из роты разведчиков не сможет пройти по их территории, куда все без исключения ныряют за водкой).
  Поэтому, когда вечером, согласно его величеству жребию, бойцы собирались за водкой, то готовились они, стоит отметить, как на войну, заранее зная, что драки не избежать.
  Несколько часов после ухода отсутствовали гонцы и своей задержкой заставили переживать друзей. А когда терпение кончилось, и, вооружившись, кто чем, разведчики вышли из палатки, намереваясь отправиться им на выручку. К счастью вдали увидели своих собратьев, которые приближались к ним.
  ─ Что случилось? - спросил Добрый, всматриваясь в лица друзей, где синяки, гематомы и различные ссадины говорили сами за себя.
  А если обратить внимание на внешний вид вернувшихся парней, в смысле на их одежду, то можно смело сказать, что противостоять им пришлось ни кому-нибудь, а стае волков, поскольку все у них было изорвано в клочья.
  ─ Напали суки! - ответил один из героической четверки пришедших, - Пришлось отбиваться!
  ─ Ну и как, отбились? - поинтересовался Серега.
  ─ Отбились не то слово! Главное водку принесли! - улыбнулись они, и подобного ответа было достаточно.
  Безусловно, после всеобщего распития и воспоминаний о прошлой бойни, разведчики отправились на разборку, однако придя на территорию условленного противника, их встретили там весьма добродушно. Более того, сразу была накрыта "поляна", сидя за которой обсуждался вопрос о примирении и уже впредь с разведчиками вообще старался никто не спорить и жить дружно.
  Вскоре ротный вновь навестил бойцов и загрузил новым заданием, а именно в этот раз разведчикам требовалось зачистить "зеленку", вокруг условленного объекта и совместно с саперами произвести разминирование.
  В связи с чем, все пьянки, гулянки, а так же все Таньки и Маньки должны были до поры до времени забыть своих героев, так как им предстояло вновь послужить российской империи.
  Прочесывание зеленки до указанного объекта ничего не принесло, поскольку в заданном районе на тот момент во всех отношениях стоял мертвый штиль.
  После обследования саперами заброшенной фермы все взрывоопасные вещества и предметы были собраны в кучу и уничтожены.
  Таким образом, можно смело сказать, что обследование бойцами было завершено на все 100 процентов, и, пользуясь временным привалом после "трудового" дня, разведчики решили заняться трапезой.
  А как только хавчик был готов к потреблению и уже ничего, казалось, не могло этому помешать, то есть сделать, как любит говорить Добрый: - Буль, буль, Ням, ням! Неожиданно, словно пчелы на улей со всех сторон налетели "парни" в голубой спец. форме в крапинку.
  ─ Опять съемки наверно! - предположил Добрый, глядя на стаю "пчел".
  ─ Да! - согласился Малина, - Очередной спектакль будут снимать, видишь, сколько цветных понагнали?
  ─ А ведь народ хавает эту пропаганду! - высказал ротный свои мысли и направился к ним, чтоб уточнить сценарий.
  ─ Мальчишки, уйдите, пожалуйста, подальше от фермы! - подойдя к разведчикам, сказал какой-то прилизанный на всю голову шатен, судя по всему, голубой, так как куриная походка, окрещенная в местных кругах "интер-бой", явно выдавала его истинную сущность, хотя он всячески пытался это скрыть.
  ─ Ты что, чудовище, не видишь, что мы тут харчуемся! - вежливо сказал Добрый.
  ─ Почему, вижу! Но у нас тут намечена съемка! - стоял на своем гоблин и, казалось, ничего не боялся, - Поэтому, мальчишки, убраться отсюда будет в ваших интересах!
  ─ А ты, сам-то, что за хрен? - спросил Малина, понимая, что пора грузить "интер-девочку" на "Бэху", которая подруливала к месту стоянки бойцов.
  Кроме того, эта гребаная шатенка итак уже была обречена, поскольку своим наглым появлением и непонятной просьбой прервала святую трапезу бойцов, что без суда и следствия жестко каралось.
  ─ Я оператор! - успел сказать он и..., временно отключился, потеряв сознание.
  Ну а дальше уже все действия разворачивались по обычному сценарию: пленного погрузили в "зиндан" и немножко поучили как вежливости, так и уму-разуму.
  Ближе к вечеру в палатку разведчиков заглянул начштаба - собственной персоны.
  ─ У вас пленный?
  ─ У нас! - ответил Добрый, - В яме сидит!
  ─ А за что вы его посадили и сорвали очередную съемку? - решил уточнить для себя начштаба.
  ─ Наглый он! - не думая ответил Малина, - А их лажа уже всех задолбала!
  ─ Что верно, то верно! - согласился начальник, - Но отпустить все равно придется!
  На утро Добрый с Серегой решили дойти до барыги, так как вспомнили за те самые трофейные 400 баксов, добытые в боях под селом Комсомольское и, соответственно, желали потратить данные бабосы с пользой.
  Барыга встретил парней на пороге, и, видя в руках у Доброго доллары, без какой-либо вспомогательной аппаратуры понял, что это фальшивка, в связи с чем, отказал.
  ─ Подожди, дядя, не газуй! - тормознул его Добрый, - У нас есть и русская валюта, так что без водки мы по-любому не уйдем!
  И видя суровые лица разведчиков и здраво понимая их намеренья, а главное, какими могут оказаться последствия, барыга не рискнул спорить и уж тем более оставлять бойцов без спиртного. А посему быстренько сбегал в дом, и все, что от него требовалось, сразу же принес.
  ─ Куда теперь эти доллары денем? - спросил Серега у Доброго, когда они возвращались в свое расположение.
  ─ Пехоте в "нужник" подкинем! Пусть ныряют чуваки! - ответил он, что собственно впоследствии и было сделано.
  Пару недель продолжались беспробудные пьянки в стане развед. роты и слава Богу существенного за этот период времени ничего не произошло, хотя на мой взгляд Добрый сознательно не согласился ряд ... событий предать огласке и это его полное право.
  ─ Хватит отдыхать, есть работа! - сказал ротный разведчикам, зайдя к ним в палатку. - Завтра двумя взводами выходим сопровождать сборный батальон полка до "Веденского" ущелья, так что готовьтесь!
  И, конечно же, после таких слов бойцам было более чем понятно, что из себя представляют данные "походы".
  Поэтому хмель хмелем, а данная работа многого стоила, где по любому необходимо быть в здравом уме и как говориться, во все оружие.
  Утром, как и предполагалось, два развед. Взвода погрузились на "Бэхи" и, возглавляя колонну, тронулись в путь.
  И, что характерно в подобных ситуациях, какое бы "мероприятие" не намечалось, а "Бэха" с разведчиками всегда шла впереди танка с "яйцами" (яйца - это катки для разминирования мин, которые как ковш у трактора устанавливаются впереди танка), который, согласно своему предназначению, всегда обязан быть первым, а не вторым и уж тем более не третьим.
  Первый день следования колонна прошла без каких-либо приключений, а поскольку до прибытия в заданный квадрат путь предстоял не близкий, к вечеру был организован привал между "Центароем" и "Боче-юртом", то есть на ночлег батальон раскинул свой стан прямо в поле, а разведчики решили остановиться в лесопосадке подле дороги. И чтоб хоть как-то утолить усталость и перевести дух бойцы закинулись уже известными нам колесами "сиднокарпом" и, естественно, для концентрации продукта запили все спиртом. А значит, не мудрено было то, что Малине под воздействием такого "ерша" в импровизированной палатке (четыре колышка и крыша из брезента), привиделась шахматная доска, на которой он настойчиво предлагал Доброму сыграть партию с использованием "сицилианской" защиты.
  ─ Малина, я не вижу никакой доски? - округлив свои глаза, ответил Добрый на его предложение.
  ─ Как не видишь! - стоял на своем Малина, - Вот же она, на брезенте!
  ─ На брезенте? - нагнулся Добрый, заглядывая в палатку и понимая, что друга глючит, со словами, - Ладно, ты пока расставляй фигурки и делай ход! - просто ушел.
  А когда спустя пару часов, проведенных в обществе женщин, вернулся, Малина, судя по всему, уже доигрывал свою партию уже в глубоком сне.
  Утром, после всеобщего подъема бойцы с трудом узнавали друг друга, так как туман стоял непроглядный в прямом смысле слова. И как бы обидно на этот счет не было, все ж долг перед родиной бойцам надо было блюсти. К тому же за спинами у разведчиков двигалась колонна, что по всем понятиям жизни контрактников являлось дороже как самой родины, так и ее флага.
  Что не говори, а попытки обследовать местность в "слепую" по любому не могли принести положительных результатов, поскольку дальше своей руки действительно мало что было видно.
  И хорошо навстречу разведчикам вышли бойцы пехоты и в какой-то мере пояснили положение дел на передовой. В связи с чем, согласно данной информации взводный мог смело передать по рации командиру батальона, чтоб колонна начинала движение.
  А когда под пристальным наблюдением со стороны, колонна проследовала мимо разведчиков, "Бэха" свернула на грунтовку и, направляясь наверх к сопке, бойцы как могли, старались обследовать фланги, чтоб тем самым не позволить боевикам устроить засаду.
  Следуя в тумане, "Бэха" наткнулась на шлагбаум, который непроизвольно вынуждал бойцов сделать остановку и соответственно зафиксировать свои ушки на макушке.
  А когда в тумане замерцал силуэт человека, начальник разведки тут же отреагировал:
  ─ Эй, организм, подойди сюда!
  И стоит отметить, что "организм" на странный зов из тумана не просто подошел к пришельцам, а подбежал "рысью".
  ─ Открой нам! - продолжил начальник разведки.
  ─ И побыстрей открывай, а то тормозишь все движение!
  Часовой, не раздумывая, выполнил все, что от него требовалось, и, путаясь с пуговицей, поправляя свой застиранный воротничок, молча, провожал взглядом, проезжавшую мимо "Бэху".
  Так называемый шлагбаум, как выяснилось, был установлен на въезде в расположение полка (не будем указывать какого, чтоб не раскрывать военную тайну), поэтому беспрепятственно проезжая по месту его базирования, "Бэха" тормознула рядом с пекарней и пока начальник разведки бегал по своим нуждам в штаб, бойцы не упустили возможность затариться горячим хлебом с тушенкой, в чем, конечно же, им не отказали. А как только "Н. Р." появился, бойцы разведки продолжили движение, следуя по хребту, откуда видимость колонны, то есть основных сил, наблюдалось более чем достаточно, чтоб ее вести.
  Прыгая с сопки на сопку, казалось на мгновение "Бэха" тормознула, находясь передком вниз, и начальник разведки, рассматривая карту, сказал:
  ─ Ничего не понимаю!
  Бойцы, если честно, видя своего образно говоря "Боса" невольно улыбнулись, хотя всем своим нутром понимали его больше чем кто-либо другой.
  ─ Товарищ майор! - сказал после сознательно выдержанной паузы Серега, который сидел рядом с ним, - Вы смотрите карту вверх ногами, переверните!
  ─ Поехали! - махнул рукой "Н. Р." и "Бэха" послушно стартанула дальше. А как только пошла на очередной подъем сопки, словно призрак на пути показался огромный волк, который к счастью успел среагировать и не попасть под колеса.
  Однако водилу такое неожиданное явление все ж заставило сбавить ход, что, безусловно, по мнению бойцов, и сыграло в дальнейшем определенную роль.
  А именно, когда на вершине сопки водиле пришлось стартануть, чтоб нагнать упущенное, при этом, сопутствуясь привычной инерцией, Добрый отчетливо увидел облако черного дыма, из которого летела болванка и, наверно машинально, толкая ногой сидевшего рядом сапера, буквально за долю секунды до взрыва нырнул за ним сам.
  Впоследствии сделали для себя вывод, что было все это нечто иное как знаком свыше, поскольку будь все иначе, "Бэха" была бы обречена.
  Ответ не заставил себя долго ждать и словно по команде в сторону предполагаемого противника (откуда прилетел снаряд), грянул шквальный огонь.
  Боевики естественно не желали отступать, и, ведя беспорядочную стрельбу в сторону "Бэхи", которая успешно скрылась за кладбищем, выдавали свои позиции. Поэтому разведчики, прикрывая друг друга, передвигаясь короткими перебежками, успели разделиться, чтоб, таким образом, было легче достать противника.
  А посему, оставляя в стороне ведущих непрерывный бой Сергеича с Виталом, Добрый с Серегой благополучно пробежали вперед к кладбищу, после чего умышленно делая паузу с оставшимися в стороне бойцами в плане стрельбы, завязали бой, при этом сознательно позволяя боевикам перевести свой взор в их направление, то есть, вызывая огонь на себя.
  При данной стратегии ведения боя, Сергеич с Виталом автоматически получили преимущество, и соответственно владели сложившейся ситуацией, видя перед собой цели.
  Вся жизнь за какое-то мгновение пролетела в голове Доброго, когда находясь под прицелом боевиков, а точнее сказать, под их огнем, его спасла надгробная плита, куда неведомая сила ему подсказала нырнуть.
  А как только Доброго, казалось, замкнуло и он, как ошпаренный кипятком, выскочил из своего укрытия, при этом выстреливая в лесной массив очередной магазин. Бойцам эта картина "маслом" напоминала собой фильм с Альпачиной "Человек со шрамом", особенно сумасшедшие крики Доброго во время стрельбы.
  ─ А я стою, сволочи! И хрен вам всем меня взять!
  Во всяком случае, именно так парни после боя прикалывали ему.
  Но, как бы все хорошо не складывалось, бой на этом не закончился, так как противостояли разведчикам не просто боевики, а их элитный отряд подрывников, которые, как правило, при любом раскладе, пусть даже отходе, имеют свою определенную тактику, то есть кто-то уходит, а кто-то остается их прикрывать, причем делают это весьма слаженно и умело.
  Пока Добрый, пользуясь небольшой заминкой, заряжал магазин (хотя мог просто достать из "разгрузки" готовый рожек, о чем сам позже признавал), бой вновь набирал свою силу, так как вовремя подрулила на "Бэхе" пехота и, устанавливая на сопке пулемет "Утес" калибра 12,7 мм и минометы, начали крушить в лесном массиве все живое и не живое.
  А Добрый тем самым со снайпером Ромой, который подтянулся от "Бэхи" ближе, обойдя под шумок кладбище, направились, добивая оставшихся боевиков с другой стороны.
  Однако вскоре всем стало ясно, что данные маневры и минометные залпы пехотинцев результата не принесут, так как боевики оказались тоже не шилом бриты. А посему батальон, видя и слыша бой, стал разворачивать лагерь, направляя в квадрат военных действий еще одну "Бэху" развед. роты. А также по рации из полка были вызваны вертушки.
  Бесспорно, позиции, занятые боевиками во многом превосходили позиции российских войск. Более того, скрытый обход, как ,впрочем, и подход свежих сил уже говорил сам за себя, так как "арык" (Аростительный канал) в любом бою многого стоит. В связи с чем боевики не собирались сдаваться и несмотря на численное преимущество противника продолжали стрельбу. Ближе к вечеру, когда бой, казалось, прекратился, а Добрый с Ромой прочесывали позиции духов, то кроме как крови и множества воронок никого не обнаружили. К тому же все трупы и прочие боеприпасы, оставшиеся в живых, боевики, судя по всему, унесли с собой.
  Далее Добрый с Ромой, погрузившись на "Бэху" третьего взвода разведки, поехали в расположение батальона. А когда прибыли туда, то складывалось такое впечатление, что смотрели все на выживших после боя парней как на вновь родившихся. А в двух словах, как на героев Великой Отечественной. И пусть у Доброго на тот момент грудь была колесом и в плечах, казалось, раздался, все ж усталость рубила и валила его с ног, что даже медицинская помощь, которая по всем понятиям должна была привести бойца в чувство, оказалась бессильна.
   Даже крепкий на утро, видя состояние друга, которому сон не пошел на пользу, бойцы решили не брать с собой Доброго на очередное задание, чему он, можно сказать, за все время службы был искренне рад, поскольку безразличие в его глазах, как в зеркале отражало в нем все, и за и против.
  ─ Я тогда за повара сегодня загружусь! - сказал он своим товарищам, когда они уходили, - Хоть чем-то буду полезен!
  ─ Хорошо! - ответил ему Малина, - Только кухню нам не взорви!
  ─ А причем тут кухня? - насторожился кристально чистой души человек, - Хотя у меня будет время об этом подумать.
  ─ Не надо Добрый! - вмешался в разговор Сергеич, - Думать надо тогда, когда есть чем, а у тебя сегодня в голове сплошные помехи!
  Когда группа ушла, Добрый, пользуясь трофейными бич-пакетами, которые были "захвачены" у боевиков сутками раньше, надумал устроить себе макаронный день, но предварительно, шарясь по месту базирования батальона, решил в качестве подопытного кролика выхватить одного из пехотинцев, чтоб позволить ему продегустировать весь трофейный хавчик. А как только убедился в том, что боец жив и еще поживет, присел харчеваться сам.
  С одной стороны приглашение Добрым якобы голодного бойца к столу в качестве кролика может показаться не благородным поступком, хотя с другой стороны, думал кухонных дел мастер, пусть лучше один человек умрет, чем весь вернувшийся с задания взвод траванется данным трофейным хавчиком. Поэтому, можно и в этом случае признавать Доброго человеком вполне здравомыслящим и отдававшим отчет всем своим действиям.
  Бойцы взвода Доброго пришли во второй половине дня, и хотя зачистка очередной зеленки разведчиков не напрягала, потому, как ничего серьезного на пути не произошло, все ж аппетит по прибытию в свое расположение парнями овладел явно не на шутку. Поэтому макароны Доброго казались им круче "сибирских" пельменей, сморщенных "оливье" и даже круче "бабкиных" семечек.
  Утром следующего для Добрый проснулся раньше положенного, так как вновь блюсти службу на кухне в качестве повара его, честно говоря, не плющило, что глядя на героя было заметно невооруженным взглядом, поскольку его выправка и суровый взгляд воина были на лицо.
  Не знаю и не берусь судить к счастью это или к несчастью, однако подобные выходы на так называемые зачистки ничего в "копилку" воинов не приносили, духи, казалось, вымерли. А штиль, причем не просто штиль, а штиль мертвый по-своему напрягал. Так как каждый из бойцов хорошо знал святую мудрость наших отцов и дедов то, что любое затишье в скором времени несет за собой большую бурю.
  На одном из подобных, то есть порожняковых выходов разведчики, отдыхая на сопке, услышали позывной десантников (попали на их волну), которые вели бой в "Введенском" ущелье и просили по рации помощь. А так как подрываться к ним на выручку взвод реально не мог, поскольку до места боя переход через сопки занял бы минимум полдня. Парням оставалось слушать, как гибнут их соотечественники, и так же в очередной раз слышать, как наши уважаемые военно начальники обещают им помощь и соответственно не дают.
  Тяжело представить, как в своих сердцах бойцы переносят услышанную лажу, отчетливо понимая, что завтра в такую же ситуацию как их собратья десантники могут попасть они, и военно начальники также со словами:
  ─ Держитесь, помощь идет! - на них просто забьют хрен.
  Вот и думай после этого за державу обидно или...
  Время шло, а боев никаких не было, что порой расслабляет бойцов и многие из них непроизвольно начинают терять свою бдительность, что на любой войне, как правило, является наказуемым.
  В тот день разведчиков разделили на две группы и многие из тех, кто по известной причине не пошел в ущелье и не смог прикрыть спину друга (потерявшего ту самую бдительность), были искренне огорчены.
  Добрый, следуя в группе, которая должна была взять в кольцо село "Дарго", где по данным разведки проживали родственники известного Хаттаба по возможности и выдернуть оттуда кого-нибудь из них, тоже проклинал.
  А проклинал он его, на его взгляд непонятное задание, потому что, как и в большинстве случаях оно не было доведено до конца, так как в самый последний момент последовала команда отбой. И хотя место, на котором стояло село "Дарго", являлось не совсем удачным для проведения штурма, поскольку со всех сторон хорошо просматривалось, все равно, считал Добрый, можно было рискнуть и задание выполнить.
  А то ведь правда получается под селом облажались, и второй группе, которая вступила в бой, не смогли помочь.
   В связи с чем, по возвращению, бойцы молча стояли в мед. палатке, глядя на тело своего убитого друга, и, каждый из тех, кто не оказался в трудный момент рядом с ним, по своему просили у него прощение.
   Вскоре пришла вертушка, и тело Сереги было отправлено в полк. А разведчики тем самым тоже поспешили сворачивать свое временное "стойбище", и готовиться к обратной дороге, то есть возвращение в полк, не забывая при этом помянуть друга, и перед выходом закинуться "сиднокарпом" для того, чтоб легче было воспринимать действительность. Где-то за километр от города "Гудермес" колонна, разворачивая лагерь, остановилась на привал, к тому же день был, можно сказать, праздничный и, конечно же, в российских войсках всегда имел уважение, то бишь - 9 мая.
  А посему повсюду звучали тосты и теплые слова, адресованные погибшим товарищам.
  И как обычно бывает в таких случаях, водка у бойцов вскоре закончилась, в связи с чем, было принято решение сделать в "Гудермес" частный выход, чтоб затариться. Занимая на "Бэхе" места, группа разведчиков тронулась на осуществление своих планов, а на все непредвиденные обстоятельства, которые могли произойти в любую минуту, им было просто по барабану. Видя рядом с комендатурой ментов, сухарившихся под шифром "СОМ" (сводный отряд милиции), "Бэха" тормознула, и после недолгого приветствия "откуда, куда, зачем", разведчики узнали у них, где лучше взять водки.
  ─ С водкой не проблема! - ответил, судя по "заточке" бывалый мусорок, - Единственное, это ехать придется на нашей машине, чтоб "Бэху" не светить и все оружие с "разгрузкой" тоже с собой не брать, а оставить в машине.
  ─ Да нет проблем! - ответили бойцы умнику и заняли места в машине "Волга".
  А когда подъехали к рынку, мент категорически отказался пойти вместе с парнями, предпочитая остаться в машине, а точнее сказать, просто побоялся.
  Итак, Добрый, Игорь и Данила, в тряпках от "Дядюшки Сэма", с голливудскими улыбками "мама не горюй" и бородами "Аля-Вахабит", направились к центру рынка, где звучала известная в тех краях песня со словами "Город Грозный живет...".
  Местные барыги, видя перед собой потенциальных клиентов, не заставили себя долго ждать, и подрулили к ним.
  ─ Что-нибудь желаете приобрести? - спросил какой-то мутный "чувак", - Водочки например или герыч? А может просто курнуть?
  ─ Для начала водочки принеси нам ящик! А на счет остального, подумаем! - ответил Добрый, желая не обижать "чудотворца".
  Когда грузили водку в машину, конечно же, прикололи менту по поводу героина, в плане того, что при желании его легко можно приобрести, на что он отреагировал однозначно:
  ─ Раньше никогда у нас подобного не было, чтоб барыги сами предлагали наркоту! - поведал он.
  Распрощавшись с ментами, бойцы прибыли в расположение батальона и, закинувшись "сиднокарпом", шлифуя его благородным напитком, продолжили праздник.
  ─ Кипеш слышу, а где не пойму! - ответил он, всматриваясь вдаль, - Такое ощущение, что кому-то яйца оторвали!
  Вскоре на данный кипеш в зеленке отреагировал весь взвод, и, переглядываясь между собой, не понимая сути, парни дружно отправились в направлении крика.
  ─ Кто там у нас остановился? - спросил Малина у Доброго.
  ─ Третий взвод! - Из "Бэха" туда повернула!
  ─ Стой! - крикнул Малина Доброму, когда они шли по полю.
  ─ Не понял! - тормознул он, фиксируя свою ногу в воздухе, - Растяжка, что ли?
  ─ Тихо, Добрый! По-моему тут сейчас червяк прополз, в смысле мутант!
  ─ Какой нахрен мутант! О чем ты? - засуетился Добрый, напрягая свое зрение, чтоб как можно лучше рассмотреть в темноте ползуна. - Да они тут семьями ходют! Валим отсюда!
  Все дело в том, что на поле действительно происходили странные вещи, правда по земле ползали не чевяки-мутанты, как показалось разведчикам, а бойцы из пехоты, так как их "отцы" командиры издали такой приказ, поскольку один из них (бойцов), как выяснилось позже, потерял "РПГ" (ручной противотанковый гранатомет), и задача пехотинцам была поставлена его искать. А наших героев, естественно, под воздействием колес в очередной раз просто начинало глючить.
  ─ Свалить всегда успеем! - ответил Малина, и ничего не говоря больше, погнался за одним из "мутантов". А когда настиг, то картина происходящего, в плане странных ползунов тут же прояснилась, - Вы кто? - в смысле ты кто? - спросил Малина лежавшее на земле "чудовище", придавливая его коленом.
  ─ Рядовой Дятлов! - как на автопилоте ответил испуганный "червяк".
  ─ А что ты тут ползаешь рядовой Дятлов? - подойдя ближе к телу, поинтересовался Добрый.
  ─ Наш парень где-то "РПГ" потерял, поэтому ищем! - пояснил он.
  ─ А где сам потерпевший? - пробивали разведчики, так как все происходящее вокруг казалось не только странным, но и забавным.
  ─ Его в третий развед-взвод увезли! - слышите, кричит?
  ─ Так это выходит, что ему яйца отрывают? - высказал свое предположение Малина, всматриваясь в зеленку.
  ─ Ну да! - признал ползун, - Выходит что ему!
  ─ А чего ты лежишь? Вставай, замерзнешь! - сказал добродушной души человек.
  ─ Нет! - ответил пехотинец и со словами, - Увидят, себе дороже! - пополз дальше, а за ним и все остальные, которые во время разговора лежали рядом и, поднимая головы, смотрели на разведчиков, надеясь на их помощь.
  Провожая взглядом странных "червей" Добрый с Данилой пошли догонять своих товарищей, которые уже заходили в "зеленку", где стояла палатка третьего взвода, а в стороне у них был привязан к дереву, судя по всему, "горе" гранатометчик, подключенный проводами к "тапику".
  ─ Кому продал гранатомет! - сыпались вопросы от бойцов третьего взвода к парню.
  ─ Я его потерял! - отвечал он, - Поверьте мне, я говорю правду!
  ─ За что пытаете парня? - спокойно спросил Добрый, и, видя умоляющие глаза пехотинца, который со слезами смотрел на прибывших бойцов, что-то явно подсказывало ему, что он не виноват.
  Ответ у развед-взвода на тот момент был один, - Продал "граник", сука, и будет отвечать!
  ─ Ладно! - сказал Добрый, - Поизголялись и будя, развязывайте его!
  Однако их взводный не спешил этого делать и, казалось, вообще проигнорировал слова Доброго, чем естественно навлек беду не только на себя, но и на своих подчиненных, то есть пришлось наносить их организмам телесные повреждения.
  После чего, бойцы-герои, отвязали от дерева узника, отвели его к пехотинцам, дали отбой ползунам и спокойно пошли в свое "логово" продолжат праздник.
  Когда на следующий день колонна прибыла в полк, то есть в "Урус-Мартан", начальник штаба уже разведчиков ждал и понятно почему, поскольку любая "новость", особенно конфликт между бойцами к тому же подогреваемый ябедой (который быстрее ветра донес свою челобитную в штаб), от начальства не скрыть.
  ─ Что вы опять не поделили с третьим взводом? - спросил он бойцов-героев.
  ─ Наглые они! - ответил Данила.
  ─ Наглые не наглые, а их взводный сам никогда не угомонится, так что в этот раз мне будет не просто прикрыть ваши задницы!
  ─ Предупрежден, это все равно, что вооружен! Правильно я понимаю? - решил спросить Добрый.
  ─ Ладно! - махнул рукой нач. штаба, - Идите и больше не шалите!
  ─ Сука! - выдавил Добрый, зайдя в свою палатку.
  ─ Ты про взводного? - рискнул уточнить Данила, видя злобного друга.
  ─ Да! - ответил он, - И нам надо на кол козла посадить, а дальше как фишка ляжет! - Один хрен к Сереге на похороны уезжаем, поэтому если даже уволят, то будет по барабану!
  ─ Тогда пошли! - не думая, сказал Малина, слыша треп друзей, - И загасим волка, а то он давно уже выпрашивает!
  Взводного третьего взвода не пришлось долго искать, так как находился он у себя в палатке. А когда бойцы-герои зашли, он сразу понял, что это конец.
  ─ Парни! - запричитал обреченный, - Не надо, парни. Я не хотел... и, казалось, были его последние слова в данной армейской жизни, потому как в другой жизни больничная кровать являлась его единственным местом жительства, с которой впоследствии ему пришлось сродниться в единое целое.
  ─ Я предупреждал вас! - сурово сказал начальник штаба, - Поэтому красавцы идите и пишите на увольнение! - Это ваш гребаный потерпевший теперь распишет так, что в двух руках будет не унести, вплоть до того, что вы лишили его девственности! - И доказывай потом, что это не так, что дырявым он стал еще задолго до армии! - Так что идите и пишите, и скажите спасибо, что еще так обошлось!
  ─ Служим России! - хором прокричали герои и пошли собираться в дорогу.
  ─ Самое лучшее звено и на тебе! - сказал огорченный Сергеич, - Может еще устаканится?
  ─ Не устаканится точно! - ответил Добрый, - Эта сука напела о том, что было и не было, даже говорит, что мы его трахнули!
  ─ А что, действительно трахнули? - переспросил Сергеич.
  ─ Нет! - с сожалением сказал Данила, - Хотя в будущем, все может быть!
  Утром в расположение полка прилетела вертушка, и, прощаясь со своими товарищами, Добрый, Малина, Данила, Игорь и какой-то "Штэпс" из пехоты, отправились на ней в город "Моздок", откуда на попутке до станции Прохладное, где уже пересели на поезд, идущий в Минеральные воды. Судя по раскладу предстоящих дел, первое, что входило в планы бойцов, это согласно контракту получить бабло, то есть с пересадкой в Мин. водах и в Москве прибыть в полк, который базировался в поселке "Мулино" Нижегородской области и только после этого отправиться в Смоленск на похороны друга Сереги (где на тот момент проживали родители Данилы, в смысле в Смоленске).
  В связи с чем все пересадки с "корабля на бал" с "Верблюдов на осликов" и т.д. не позволяли парням как следует расслабиться и со словами:
  ─ Бля буду, не забуду! Напиться и от души поблевать. Что значит, на странного пехотинца "Штэпса" парни обратили внимание только после Москвы. И то потому, что он в какой-то мере сам себя проявить, желая, как говориться на пантах, завязать знакомство с легендарными на его взгляд личностями.
  К тому же их неординарное поведение по отношению к одному из пассажиров, который оказался наглым и, сойдя раньше времени с поезда, был аккуратно предан земле, побудило пехотинца пойти на срочное сближение, то есть знакомство, дабы не быть сброшенным тоже.
  ─ Здравствуйте мальчишки! - сказал проводник, заглядывая в купе, - Водочки купить нежелаете?
  ─ Мальчишки! - с улыбкой повторил Добрый, обращаясь к Даниле, - Сдается мне, что где-то мы уже слышали нечто подобное!
  ─ Да! - согласился он, - Был такой оператор на ферме!
  А когда, после слов, сказанных проводником, все перевели взгляд на "Штэпса", так как обращение "мальчишки" из всех присутствующих, судя по внешности, больше всего подходило ему, он, казалось, ожил и тут же заговорил:
  ─ Конечно, возьмем! - и, ныряя по своим карманам, вытащил оттуда 400 долларов, после чего демонстративно протянул их проводнику.
  Пока проводник рассматривал сморщенные банкноты долларов на предмет фальшивки, чувствуя, что в купе резко смутился воздух. Добрый, наклоняясь к Даниле, спросил:
  ─ По-моему дерьмом пахнет, ты не находишь?
  ─ Не нахожу что? - решил приколоться друг, отвечая шепотом.
  ─ Не находишь гавно! - пояснил Добрый и все их дальнейшие размышления были прерваны проводником.
  ─ Вы меня извините, мальчишки, но это фальшивка!
  И после таких слов глаза "Штэпса" так округлились, что, казалось, вот-вот выпадут, поскольку такого расклада он век не ожидал. А если вспомнить каким образом ему посчастливилось достать такое бабло, то его разочарование и обиду вполне можно было понять.
  ─ Ты случайно не из первой роты? - спросил бедолагу Добрый.
  ─ Да! - придя в себя, ответил "Штэпс", - Мы рядом с вами стояли!
  ─ Ну вот, Данила, и всплыли наши с тобой "бабосы", - А говорят, что деньги не пахнут! Выходит, обманывают!
  ─ Выходит, что так! - согласился он.
  И с этого момента пехотинцу "Штэпсу" было принято решение дать новое прозвище "Ассенизатор".
  Водку, конечно, у проводника взяли и пили до тех пор, пока могли стоять на ногах. А когда упали, то для начальника поезда, точнее сказать старшего проводника, это было равносильно концу света, поскольку его подчиненные боялись отважиться не только разбудить бойцов, но и вообще заходить к ним в купе.
  В связи с чем, домой после данного рейса многие из них явились с большим опозданием, так как вагон, загнанный на вокзале в тупик пришлось охранять до полного пробуждения.
  Когда бойцы пришли в штаб, в финансовую службу, то денег у бухгалтера, естественно, не оказалось. А почему естественно?
  Потому что подобные вещи в российских вооруженных силах встречаются зачастую так, как ряд служащих в данной сфере подонков, которых надо без суда и следствия сажать на кол, таким образом, зарабатывают себе на жизнь.
  ─ Мужчинки! - подбежал к парням один из таких "продуманных", то есть начальник финансов, когда они, выйдя из штаба, направлялись в сторону "КПП", - С каждой сотни десять тысяч мне, такой вариант вас устроит?
  ─ А если нет? - вопросом на вопрос ответил Данила.
  ─ А если нет, то вам придется ждать, и уйдет на это не меньше месяца! - пояснила бойцам "валютная курица" и уже можно было смело сделать вывод, что сука свое отжила, так как сама того не зная, нырнула в сети к добродушным бойцам-героям.
  ─ Договорились! - сказал Добрый и, не давая финансисту порадоваться очередной удаче, ударил его в пузо.
  ─ Ой! - успел выдавить он и сразу присел, чтоб произвести "оправку".
  ─ Где твоя машина, "дырявый"? - спросил у него Данила.
  ─ Вон стоит! - едва слышно простонал он, - Голубая!
  ─ У него даже машина голубая! А мы думали, целка досталась! - высказал свое мнение Малина, поглаживая по лысой голове "финансистку".
  ─ Ладно! - сказал Добрый, - Поехали! - закрывая тело в багажник, машина послушно помчалась по улицам поселка "Мулино", сворачивая на окраине в лес.
  Как только парни добрались до более подходящего для казни места, машина припарковалась. Данила, выпуская из багажника "тело", обнаружил там лопату и канистру с бензином. После чего, быстро размышляя как лучше поступить с пленным, его взгляд остановился на лопате.
  ─ Капай! - спокойно сказал он, кидая лопату к ногам обреченного.
  ─ Вы что, парни! Я же пошутил, деньги есть, все отдам! Поехали!
  ─ Молчи сука! - успокоил его Добрый и ударил вновь.
  Понимая, что в его положении лучше помалкивать и выполнять все, что от него требовалось, обреченный подхватил лопату и начал копать, причем не просто копать, а делать это с большим энтузиазмом. А когда могила была готова, Добрый, проявляя свое милосердие, сказал:
  ─ Итак, убивать мы тебя будем медленно, ну, а если будешь хорошо себя вести, то умрешь быстро! Договорились?
  ─ А что я должен сделать? - с испуганными глазами причитал обреченный! Я все сделаю, говорите!
  ─ Для начала сделаешь звонок другу, чтоб в бухгалтерии нам выдали всю сумму, плюс все те деньги, о которых ты нам говорил! Помнишь расценки?
  ─ Помню! - промычал он.
  ─ Значит, к каждой сотне плюсуем по десять тысяч из фонда вашей конторы! Это первое! Второе, мы тебя закапываем как в фильме "Белое солнце пустыни" по горло и оставляем здесь, если все проходит удачно, даем спасателям твои координаты и жди "МЧС". Ну, а если что-то не так, то умрешь тут как сука позорная! Так что звони!
  Понятно, что все услышанное финансистом было выполнено беспрекословно, как, впрочем, и конечная часть, разложенного бойцами пасьянса.
  ─ Кто вы, представьтесь? - спросил дежурный спасательной службы у Доброго, когда он сливал им координаты странной головы, торчавшей из земли.
  ─ Я, никто! Просто в лес пописать заходил! - ответил он и повесил трубку.
  Слава Богу, до Смоленска парни доехали без приключений, если не считать наглого проводника, у которого не оказалось водки.
  На вокзале грех на себя чуть было не взяли местные менты, когда решили тормознуть веселых парней и прошмонать на предмет запрещенных вещей. И хорошо, что во время догадались, откуда едут гвардейцы, и с чем связано их появление в городе.
  Особенно их охватил собой шок и заставил понервничать, когда у Доброго из "разгрузки" посыпались на асфальт патроны от "ПБС", "УС".
  ─ Все нормально, парни, идите! - сказал один из них, судя по всему старший, и на этом обыск якобы подозрительных лиц был тут же закончен.
  ─ Первое, что решили бойцы, это купить себе вольные "кишки", в смысле тряпки и, приводя в порядок свой внешний вид, меняя армейский китель на костюм от "кардена", отправились на похороны друга.
  Когда подъехали к дому Сереги, души им теребило одно, как встретит их мать товарища и ее возможные мысли, "почему он, а не вы", что стоит согласиться, вполне объяснимо и, соответственно, тревога по этому поводу не давала парням покоя.
  Собравшиеся у подъезда люди, видя бойцов, между собой шептались, "друзья Сергея приехали, с ними он воевал" и т.д.
  А как только поднялись в квартиру, мать обняла каждого из них и была искренне благодарна за то, что приехали.
  Цинковый гроб с телом друга стоял в одной из комнат, поэтому парни, подойдя к нему, каждый по своему прокручивали в голове все события последних месяцев, и мысленно провожали Серегу в последний путь.
  Предание тела земле было скорей показательным, нежели обычным, так как гости собрались и званные и не званные.
  Особенно те, кто своими красноречивыми речами разрывали материнское сердце, а импровизированным салютом подчеркивали свою заведомо спланированную акцию. А в двух словах разводили бодягу и по делу и без дела, имитируя якобы заботу и искреннее уважение к погибшим солдатам и их родным.
  Столы для поминок были накрыты дома, поэтому, возвращаясь с кладбища, парни не спешили уезжать, а решили зайти на "огонек" и еще раз поддержать матушку друга и выпить за его упокой.
  И можно сказать, что именно в этот момент Добрый увидел за столом девчонку, о которой мог только мечтать.
  ─ Я! - поведал мне Добрый, - Такой очаровашки не видел даже в кино! - Смотрел на нее и, казалось, что ноги его под столом тряслись!
  ─ Ладно! - ответил я Доброму, - Значит, про коленки так и напишем, тряслись!
  А он сразу протест, мол, это личное и огласке не подлежит.
  В общем, после длительных переговоров возбужденные под столом коленки решили оставить, и на этом в плане личных чувств пока ограничиться, в смысле на первом этапе.
  ─ Пойдем, покурим на балкон! - сказал Добрый Даниле, - А то меня пучит, то есть глючит!
  ─ Ты что "сиднокарпом" закинулся? С чего тебя глючит? - не понял друг.
  ─ Какой нахрен закинулся! У меня зов природы, блин! Понимаешь!
  ─ Не понимаю! - улыбнулся Данила, видя, что Добрый прибывал явно не в себе.
  ─ Вон, видишь телку, на нас смотрит?
  ─ Какая? - не мог понять кореш, а скорей решил приколоться, - Рыжая с бородавкой на носу или справа с орлиным носом?
  ─ Дурак, что ли, какой нос! Ты куда смотришь? - занервничал Добрый, и, видя подобное, Данила успокоил:
  ─ Не газуй, вижу твой зов природы! Симпатичная, только зачем она тебе?
  ─ Как зачем! Для продолжения рода! - пояснил Добрый.
  ─ У тебя таких продолжений будет выше крыши! - покусывая друга, стоял на своем Данила.
  ─ Нет! Тут ты не прав, я по любому однолюб! - успел сказать Добрый и, видя, что девица встала, сразу засуетился
  ─ Смотри, летит как сойка влюбленная! - ответил Данила, - И заметь, стерва, летит прямо к нам!
  ─ За стерву раскручусь! - едва слышно сказал Добрый и замер как памятник, стараясь скрыть свое несвоевременное смущение.
  И замечая, что девчонка тормознула о чем-то беседуя со своей подружкой, Добрый у Данилы спросил:
  ─ Слушай, а как мне с ней говорить? Что делать?
  ─ Говори стихами! - посоветовал друг, - Сейчас подрулит, а ты "Я помню чудное мгновенье, передо мной явилась ты", или "У Лукоморья дуб зеленый и тридцать три богатыря тебя ко мне несут любя...". Только встань поубедительней, как Ленин, одну ногу немножко вперед, левую руку в карман, а правую подними!
  ─ Ты что, гонишь - наехал Добрый, представляя себя в образе Ленина.
  ─ Идет! - прервал его Данила, - Быстрей вставай в исходную! - и в этот момент на балконе перед ними предстали две очаровательные девчонки.
  ─ Мальцы! Вы не против если мы с вами постоим? - с улыбкой спросила одна из них.
  ─ Постойте! - ответил Данила, - А вы тут каким местом третесь?
  ─ Учились вместе! А что у вас друг глухонемой? - видя рядом с Данилой "памятник", решила спросить она.
  ─ Да, контуженный! Снарядом в Чечне зацепило!
  ─ Каким снарядом! - серьезно возразил Добрый, - Просто стою и все!
  ─ Да ладно, стой! Я же пошутил! - как бы в свое оправдание сказал Данила.
  ─ Меня Леша зовут! - представился Добрый и протянул руку.
  ─ Очень приятно, Света!
  ─ А я Лена! - улыбнулась вторая, обращая свой взгляд к Даниле. - Вы служили с Сережей?
  ─ Да, воевали! В одном взводе были!
  И хорошо, что к влюбленным на балкон вышел какой-то штрих и тем самым прервал их романтическую беседу.
  ─ Парни, я Иван! Живу тут рядом и хочу предложить вам после поминок пойти ко мне в гости! Спокойно посидим, поговорим!
  ─ А ты знал Серегу? - спросил Добрый.
  ─ Да, дружили с детства! - ответил он, - Так вы согласны?
  ─ Если девчонки не против, то конечно согласны, - сказал Данила.
  "Хитер бобер", подумала Лена, но не стала озвучивать и, соответственно, на этой ноте продолжение знакомства "влюбленных" вскоре было продолжено в доме местного Ивана, который, как выяснилось, не обманул, так как действительно проживал по соседству.
  Безусловно, после поминок пойти на "дискотеку" с одной стороны может показаться шагом не правильным и циничным, однако бойцов и в этом плане можно было понять, поскольку война, которая в каждом из них с недавних пор, можно сказать, живет, и будет жить должна иногда снимать свои оковы и позволять бойцам расслабляться.
  Поэтому осуждать парней не стоит спешить, поскольку в настоящей жизни никогда не знаешь, где найдешь, а где потеряешь.
  Как? - думал Добрый после шумного веселья и похотливых плясок остаться с девчонкой наедине, и если повезет, взаимно расслабиться.
  А если она кристально чистой души человек и такого поворота событий в первый день знакомства не поймет и убежит, тогда как быть?
  Все эти рассуждения не давали воину покоя, но он заставлял себя держаться, несмотря на голодную и ярую страсть.
  В конце концов, решение Добрым было принято одно, пойти в комнату и полностью довериться судьбе.
  ─ Ты нас бросил? - спросила прекрасная девчонка, заглядывая в комнату.
  ─ Почему бросил, просто отдыхаю!
  ─ А я случайно не помешаю твоему отдыху? - с улыбкой поинтересовалась она, присаживаясь на край кровати.
  ─ Нет, не помешаешь! - ответил влюбленный, - Наоборот, я буду рад, если ты останешься со мной. А то знаешь, мне что-то не по себе!
  ─ Я понимаю, тебе надо просто расслабиться!
  ─ Да, но как это сделать? - едва сдерживая себя в руках, тихо сказал Добрый, - Знаешь, у меня ведь нет никакого опыта, чтоб общаться с девчонками и уж тем более с такими красивыми как ты! Ничего, что я с тобой так откровенно?
  ─ Нет, почему же говори! Мне очень приятно слушать тебя!
  ─ Не знаю, но мысли о близости с тобой почему то пугают меня! Понимаешь?
  ─ А почему пугают? - заинтересовало ее.
  ─ Честно? - заерзал на кровати Добрый.
  ─ Конечно, честно! - спокойно ответила она.
  ─ Просто боюсь, ты подумаешь, что я маньяк, а если учитывать, что девчонок у меня не было очень давно, то вообще туши свет!
  ─ Знаешь! На счет твоего, как ты говоришь, недостаточного опыта общения с девчонками мне верится с трудом, а на счет нашей близости, то сегодня в любом случае у нас бы ничего не получилось! Просто долго объяснять, но за откровение все равно спасибо!
  ─ Да ладно! - сказал Добрый и вышел из комнаты, направляясь на воздух, чтоб остыть и после такого облома придти в себя.
  ─ Ты что, обиделся? - выйдя к нему на крыльцо, спросила девчонка.
  ─ Почему обиделся, просто сижу! - спокойно ответил Добрый.
  ─ Нет, правда, не обижайся! Ты мне действительно очень нравишься, и я уверена у нас все будет хорошо, но не сегодня! - как можно мягче пыталась сказать она, видя, что Добрый не просто расстроен, а как говорится, сражен на повал.
  Всю ночь продолжалась пьянка в гостях у местного Вани, где "влюбленные" пары не только находили себя, но и периодически менялись партнерами, что естественно происходило на глазах у Доброго и все больше "покусывало" его задетое самолюбие.
  ─ Что-то ты кореш на себя не похож? - сказал Данила Доброму, когда толпа расходилась.
  ─ Будешь тут похож, когда такой облом!
  ─ А что у нее месячные или больная? - пробивал причину облома друг.
  ─ Какая больная! Она порядочная девчонка, просто время говорит не пришло! Сегодня вечером к тебе на хату подрулит, ты, если что, погуляешь пару часиков, в смысле оставишь нас одних! Договорились?
  ─ Да не вопрос! А вдруг она опять тебе скажет "время не пришло", будешь ее чаем два часа поить и серенады петь! - посмеялся друг.
  ─ Надо будет, буду петь! - серьезно ответил Добрый.
  К счастью родители Данилы уехали на дачу, чтоб оставить сыну квартиру для своих нужд, так как прекрасно понимали, что друзья, случайные знакомые и прочие интересы Даниле крайне необходимы, чтоб хоть как-то отвлечь себя от недавней войны и ее "звона", который как эхо преследует всех парней - участников боевых действий. Ближе к вечеру девчонка нарисовалась и душа Доброго пела и кричала как у молодого пацана, которому подарили на день рождение велосипед. Ведь что не говори, а у Доброго шансов на данную встречу практически не было, так как его возлюбленная могла просто забить, тем более в этом плане ее ничто не обязывало, а обещания придти могли оказаться просто словами.
  Данила со своей девчонкой, как и договаривались, сразу ушли, а Добрый прибывая в легкой растерянности, посматривая каждую минуту на часы, определяя для себя оставшееся время, угощал свою возлюбленную чаем.
  А когда вопрос о близости, казалось, был решен, причем разрешен взаимно, время оставалось совсем не много, чтоб насытить свою похоть и таким образом наверстать упущенное.
  Со слов Доброго, одно лишь обнаженное тело девчонки, которое предстало перед его взором, могло закончить их горячий секс еще на первой стадии. Однако великий воин всячески старался не думать об этом, сознательно вспоминая различные считалки и таблицу умножения, чтоб хоть как-то отвлечься. После чего, быстро соображая, что пора переходить к активным действиям, Добрый, как учили в "учебке", решился пойти в наступление.
  А когда гибкое тело девчонки невольно дрогнуло и от частых толчков послушно отдалось на волю вибрации, тут же раздался дикий и продолжительный крик.
  Часто, во время полового акта подобное имеет место быть, так как большинство девчонок без стонов и крика секса не представляют и считают бессмысленным, поскольку именно в этом видят, а главное ощущают полноценную близость и откровенную страсть.
  Зато Доброго в этот момент словно током стегало, поэтому, непроизвольно теряя свой прежний ритм, он начал сдавать позиции и соответственно оглядываться назад, опасаясь нежданных гостей.
  Данила тем временем (т.к. условленное время, отведенное Доброму для секса закончилось), услышал крик еще у входа в подъезд, а когда поднялся на лестничную площадку и увидел толпу обозленных соседей, собравшихся у его квартиры, конечно же, обалдел.
  ─ Ты что, Добрый, расчлененкой с ней занимался? - сказал Данила, когда возлюбленные, слыша, что кто-то зашел в квартиру, вышли из комнаты, - Здесь же стены в доме фанерные, на пятом пернул, а на первом воняет!
  ─ Да сам не пойму что с ней? И главное только начал, а она сразу кричать! И опять блин обломался!
  ─ Бывает! - представляя в голове картину случившегося, согласился Данила.
  Таким образом, и в этот раз Доброму можно сказать не повезло, и где-то в глубине души он начинал осознавать, что гражданская жизнь и все, что в ней происходит, это не его "конек".
  Поэтому ко всем неудачам и жизненным перипетиям, он решил относиться проще и не воспринимать как трагедию.
  На следующий день, как истинный джентльмен, Добрый с букетом в руках и шоколадкой в кармане предстал перед вахтершей в женском общежитии, где на тот момент проживала его возлюбленная.
  ─ Свету позови!
  ─ Какую Свету? - выпучила глаза вахтерша.
  ─ Иванову из 37-ой! - сказал Добрый и машинально засунул в карман женщине шоколадку.
  После нежных объятий и поцелуев пара влюбленных покинула стены общежития и направилась в местный парк, где во время прогулки, со слов Доброго, его вдруг резко придавило.
  ─ Не понял? - решил уточнить я, - В такой момент и тебя придавило? Выходит ты с ней, гуляя по парку всю дорогу, терпел, в смысле морщил лоб и все такое?
  ─ Ты сейчас о чем подумал? - спросил меня Добрый.
  ─ О том и подумал! А ты? - спокойно ответил я, и только после этого его понесло.
  ─ Вечно ты испохабишь "картину", я просто трахнуть ее захотел и все!
  ─ Ну ладно! А то ведь я подумал, что надавило тебе на "клапан", и хорошо, что держал, а то ведь могло и прорвать вместе с днищем! Ну, а коль придавило в другом, то Добрый своим соколиным взглядом лихорадочно искал по парку подходящее место.
  ─ Пойдем туда! - показал он рукой на небольшие заросли на окраине парка.
  ─ Ты что, Леша, спятил, здесь же люди кругом! - испуганно ответила девчонка на его предложение.
  ─ А мы, что не люди! - сказал он, - Пойдем, не бойся, я буду присматривать!
  Импровизированная роща, которую выбрал Добрый для сексуальных потех, была необычной и напоминала собой природный "шалаш", сложенный из американского клена и русской сирени, в чтоб туда попасть и не быть замеченным из вне, надо было, пригнувшись, проскочить в нечто похожее на небольшую арку, куда в свою очередь влюбленные и поспешили нырнуть.
  Приготовляясь к сексу, то есть, производя манипуляции с одеждой, Добрый профессиональным глазом разведчика замечал в "арке" мелькающие ноги проходящих мимо людей, в связи с чем, в какой-то мере начинать сближение с телом девчонки не торопился, прислушиваясь к шумам исходящим извне. А как только, казалось, стыковка произошла, и возлюбленная закричала, Добрый в проеме "арки" усмотрел ноги с лампасами по бокам, которые явно замерли на месте.
  Непруха, подумал про себя Добрый, но, не сбивая своего темпа, путем интенсивных фрикций начатое дело продолжил и соответственно стоны возлюбленной не заставили себя ждать и протяжной нескончаемой нотой пронеслись по аллеям парка.
  Трудно представить, что представил на тот момент мент, когда, просовывая, свою голову в арку, увидел откровенный секс. Добрый, замечая обалдевшее рыльце мента, не останавливаясь, легким движением руки, сделал попытку предотвратить внедрение в их "убежище" незваного гостя, что естественно привело органа власти в ярость.
  Ведь, что не говори, а в своем воображении мусарок отчетливо видел на своей груди орден, полученный от руководства РУВД и бесплатную путевку в Сибирь, за поимку очередного маньяка.
  ─ Не понял! - сказал он в ответ на отмашку, показанную Добрым, - Девушка, у вас все хорошо?
  ─ Иди дядя! - простонала она, а что в тот момент сказал ему Добрый, переводу не подлежит, и уж тем более не подлежит описания.
  А в двух словах, он его просто убил своей "добродушной" речью, и покачиванием своим возбужденным членом перед его глазами.
  И, конечно же, на этой печальной ноте очередной секс Доброго со своей возлюбленной был закончен раньше времени. А собравшиеся у "шалаша" зеваки, в смысле случайные прохожие, так и не дождались финала.
  На следующий день Добрый решил в последний раз испытать судьбу и сексуальную потеху со своей избранницей довести до конца.
  Поэтому вновь с букетом в руках и шоколадкой в кармане, придя в женское общежитие, предстал перед вахтершей.
  ─ Тебе Свету? - с улыбкой спросила она.
  ─ Свету! - спокойно ответил он.
  ─ Куда в этот раз пойдем? - спросила у Доброго милое создание, когда они вышли из общаги.
  ─ Тут у меня знакомый недалеко живет, к нему пойдем! - деловито сказал он.
  ─ Хорошо! - улыбнулась она, вспоминая прошлое "свидание" в парке, так же предложенное Добрым.
  А когда на настойчивые звонки в квартиру знакомого никто не отреагировал, так как никого не было дома, Добрый прибывал в таком состоянии духа, что, казалось, любого, кто появится на его пути, он разорвет голыми руками.
  Потому, как говорится в известной притче: "один раз не повезло - это случайность; второй раз - это совпадение; а третий раз - это уже закономерность", что, значит, прав он был в своих рассуждениях, что гражданская жизнь это действительно не его "конек".
  Но так как отступать Добрый не привык, а попытка, как говорится не пытка, он, быстро принимая решение, повлек свою возлюбленную на чердак.
  ─ Куда теперь, Лешенька? - томно спросила она.
  ─ В апартаменты Карлсона пойдем! - ответил Добрый и через паузу, взглянув ей в глаза, спокойно спросил, - А ты, что не хочешь?
  ─ Дурак ты, Леша! - сказала девчонка и подтолкнув его в перед, потрусила сзади.
  К несчастью для обоих чердак был закрыт, видимо Карлсон в тот момент отсутствовал, а так как Доброму, как и в прошлый раз, "надавило", он решил воспользоваться отсутствием "хозяина" и согрешить у него на пороге.
  ─ Что, прямо здесь? - спросила возлюбленная.
  ─ Да! - ответил влюбленный, - Лифт я услышу, а за все остальное не переживай! Только постарайся сдерживать себя, понимаешь! А то опять толпу соберем!
  ─ Не обещаю, но постараюсь! - ответила она, понимая, что секса не избежать, а значит чему быть, того не миновать.
  Обзор, за который загрузился разведчик, был не велик, поскольку с позиции, которую заняли влюбленные, была видна лишь одна квартира, а остальные три закрывал собой лифт, точнее сказать его огромная шахта.
  ─ Поехали! - сказал сам себе Добрый, когда все приготовления были закончены, а как только проникновение, казалось, началось, лифт, как назло, тоже начал функционировать, поднимаясь наверх.
  Нет, думал Добрый, в этот раз меня ничто не остановит. И не обращая внимание на исходящие за спиной шумы, продолжали секс. Лифт остановился на последнем этаже и боковым зрением Добрый уловил не кого-нибудь, а собаку, которая к счастью не стала проявлять никакой активности в плане нападений, а видя незнакомых людей, потихоньку присела сзади, чтоб позволить себе насладиться забавным зрелищем. И судя по всему, можно было сделать вывод, что собака вполне понимала, чем заняты незнакомцы, так как всячески подражала ритмичным движениям Доброго, покачивая головой.
  ─ Фю, фю! - раздался за спиной у Доброго свист, - Ты где, Тузик? Пошли домой!
  Влюбленные, не нарушая избранной позы, замерли как манекены. И сложно представить, что вообразил себе хозяин собаки, когда вышел из-за лифта и увидел странную стыковку из двух полуобнаженных тел.
  ─ Я все понимаю, дело молодое! - сказал, придя в себя обалдевший мужик, и видя жадный взгляд "Тузика", закрыл ему глаза ребром ладони, - Ты еще молод, чтоб смотреть на подобные вещи! - и что-то про себя рассуждая, ушел, уводя за собой возбужденного пса.
  Опять облом, отметил Добрый и, проводив Светлану до общежития, совместно со своими друзьями, то есть Данилой и Малиной отправился в местный ресторан, чтоб после всех неудач по-людски расслабиться и отойти от пережитых стрессов.
  Возможно, все бы прошло без каких-либо происшествий и прочих передряг, свалившихся как снег на голову, если бы Даниле не приспичило отлить, то есть сходить в туалет, где собственно и произошел инцидент.
  ─ Кто это тебя зацепил, кореш? - видя у Данилы разбитый нос, спросил Добрый, когда он вернулся.
  ─ Какой-то "чел", сам не пойму! И главное зарядил с ровного места! Представляешь?
  ─ Где он? - спросил огорченный Добрый.
  ─ Не знаю, был в туалете! - успел ответить он, и бойцы, словно по команде "воздух", подорвались на поиски "чела".
  К счастью долго его искать не пришлось, поэтому, как положено, парни "вбили" обреченного в пол и...
  Вскоре непонятные крики из туалета донеслись до двух ментов, мирно отдыхавших в фойе. И наверно зря они согласились исполнять свой служебный долг, поскольку тут же были нейтрализованы и, лежа на полу лицом вниз им невольно пришлось проклинать несвоевременную инициативу вмешаться в "драку".
  Далее, как обычно бывает в подобных ситуациях, кто-то из доброжелателей вызвал "бобик" мусаров, якобы на выручку своих сослуживцев, и видя превосходство сил противника, разведчики приняли решение поменять позицию и перевести бой в более просторное место, где, круша все на своем пути, продолжили "войну".
  Менты, неся в своих рядах значительные потери и, понимая, что сил у них недостаточно, чтоб атаковать, были вынуждены вызвать подкрепление, в связи с чем, еще один "бобик" с ментами подрулил к ресторану, и без каких-либо приветствий и предупредительных речей, тут же бросились в бой.
  К счастью для органов, представляющих власть, барменша умудрилась вытянуть Доброго из толпы, где он с помощью стола пытался оттеснить вновь прибывших ментов.
  ─ Уходи через черный ход! - кричала ему девчонка, - Они не простят вам, и век потом будет не отмыться!
  ─ Я не оставлю парней! - ответил Добрый и видя, что драка переместилась в зал, поспешил на помощь своим товарищам.
  Менты, конечно, воспользовались отсутствием Доброго и, окружая Данилу с Малиной в плотное кольцо, избрав для себя тактику индейцев племени "маго" пошли на них "саранчой", нападая одновременно со всех сторон.
  Добрый, видя своих товарищей в окружении, не собирался сдаваться, поэтому, не раздумывая, сделал попытку прорваться через кордон, чтоб таким образом прорубить для себя свободный коридор.
  Однако силы оказались не равными и спиртное, выпитое до потасовки, брало свое, чем сыграло на руку ментам и позволило произвести задержание.
  Больше всего из парней пострадал Малина, так как неудачные падения и пьяные выпады принесли собой значительные травмы. В связи с чем, начальник группы захвата принял решение направить его в больницу, а Доброго с Данилой этапировать в Ленинское "РУВД" и поместить в "обезьянник". А уже утром следующего дня их перевели в местное "КПЗ" - камеры предварительного заключения, и, соответственно рассадить по разным хатам.
  ─ Ты кто? - спросил Доброго одинокий сиделец, когда он зашел в камеру.
  ─ В смысле? - не понял Добрый и переспросил.
  ─ В смысле по жизни кто? - пробивал парень.
  ─ По жизни "водолей"! - спокойно ответил он, - А что у тебя какие-то проблемы?
  ─ Нет! - съехал сиделец, видя суровый взгляд Доброго.
  Вскоре двери открылись вновь, так как менялась ночная смена и в камеру зашел по мнению перепуганного сокамерника "чудовище", которых не видывал свет.
  ─ Его все боятся! - причета он Доброму, - Даже менты!
  А дежурный тем самым, поедая взглядом великого воина не проронив ни слова, тут же ушел.
  ─ Не надо, пожалуйста! Не зови его! - слезно просил парень, видя, что Добрый, взяв со стола пустую бутылку, постучал в дверь.
  ─ Что ты как целка скулишь! - сказал добродушной души человек.
  А как только камеру открыли вновь и поинтересовались в чем дело, Добрый, протягивая дежурному бутылку, спокойно спросил воды.
  А когда якобы "чудовище" выполнил просьбу и показал себя вполне порядочным человеком, у сокамерника Доброго от сильного волнения не выдержало сердце, поэтому пришлось придурка, как за ненадобностью бросить на кровать.
  Спустя пару часов ожиданий, Доброго вызвал к себе следователь.
  ─ Что вы там себе возомнили, войну устроили? - наехал с порога следак, - Это вам не "Кандагар", а общественное место!
  ─ А причем тут "Кандагар"? - возразил Добрый, - Ваши лохи сами стали быковать, а мы защищались!
  ─ И поэтому вы отобрали у сотрудника милиции кобуру, перебили в ресторане весь инвентарь на сумму 150 тыс.; восьми представителям власти потребовалась медицинская помощь! - Дальше продолжать? - с ехидной улыбкой спросил следователь.
  ─ Мне по барабану, хотите продолжайте, хотите нет! - серьезно заявил Добрый, - Но даже если бы мы на коло кого-нибудь посадили, на вышку все равно не натянуть! И не хрен здесь глотку рвать, отправляй в хату!
  ─ Ладно, иди! - понимая, что нормального разговора уже по любому не будет, пробубнил следак.
  А через час Доброго вызвал к себе дежурный, и как ни в чем не бывало, спросил:
  ─ Давно из Чечни?
  ─ Нет, недавно! - ответил Добрый, - А что?
  ─ У меня там сын служит! - продолжал прапор, - Полгода как ушел!
  ─ А где конкретно он служит, если не секрет?
  ─ Точно не помню, но где-то в районе "Урус-Мартана"! - напрягая память, сказал мент.
  ─ А как зовут сына? - заинтересовало Доброго.
  ─ Саня Соколов! Не слышал?
  ─ Правда, говорят, мир тесен! - выдохнул великий воин, - Он у нас в разведке был механиком! Чупчик у него, по-моему, крашеный, белый! Так?
  ─ Так! - засуетился мусарок, - А как он там, в смысле как служит?
  ─ Нормально служит! - ответил Добрый, - В разведке всегда все нормально! - как можно убедительнее ответил он.
  И дальше уже можно сказать беседа продолжалась в дружеской обстановке и понятно почему.
  А спустя час Данила и Добрый, благодаря удачному знакомству с якобы злым прапором успешно покинули стены "РУВД" и незамедлительно отправились на поиски Малины, который со слов того же мента убежал из больницы.
  ─ Надо домой ему позвонить! - предложил Добрый, когда они подошли к телефонной будке.
  ─ Навряд ли он дома! - предположил Данила, - Хотя попробуем, заодно, если застанем, приколемся!
  И, набирая номер, предварительно откашлявшись, чтоб как можно лучше изменить свой голос, Добрый слыша гудки, замер.
  ─ Да! - ответил Малина, - Говорите, я слушаю!
  ─ Вас беспокоит старший следователь городской прокуратуры Ложкин Петр Петрович по поводу вчерашнего убийства в ресторане "Большие сиськи", - Андрея Николаевича можно услышать?
  ─ Его нет дома! - занервничал Малина, и, казалось, тут же забуксовал, - Я его родственник, в смысле сосед!
  ─ Представьтесь, пожалуйста, родственник! - продолжал "Ложкин".
  ─ Я Петров Иван Иванович! А что? - спросил Малина.
  ─ Ничего серьезного, просто передайте Андрею Николаевичу, что я сегодня его буду ждать у входа в Смоленский собор в 20.00! и скажите, чтоб не опаздывал, это в его интересах!
  ─ А как он узнает вас, Петр Петрович! - спросил "родственник".
  ─ Узнаете! - серьезно ответил "Ложкин", - Я буду на маленьком ослике сидеть с зонтиком в руках! Когда подойдет, пусть скажет пароль: "Как зовут вашего ослика!" Я отвечу три раза: иа, иа, иа! - и после этих слов Добрый не выдержал, и его понесло, а Малина, естественно, на другом конце провода находился в легком помешательстве.
  ─ Ты слышишь меня, родственник? - уже своим голосом сказал в трубку Добрый, - Нам Малина рубль должен!
  ─ Два! - не сдержался Данила, - Скажи, два рубля нам должен это хренов Ваня!
  В общем, вскоре товарищи все-таки встретились и, как говорится, зализывая свои раны, обменивались между собой последними новостями о том, что предстояло пережить за последние сутки.
  И, соответственно, побег Малины из больницы так же был представлен друзьям в самых, что ни на есть, ярких красках.
  ─ Надо наверно обмыть наше освобождение! - предложил Добрый, - У тебя дома есть что-нибудь?
  ─ Дома нет! Но тут знакомый у меня в соседней парадной живет, у него всегда можно что-нибудь взять и не только спиртное! Идем? - сказал Малина.
  ─ Идем! - почти одновременно ответили Добрый с Данилой, и так как других предложений ни от кого не последовало, парни дружно отправились к знакомому барыге.
  ─ Привет! - сказал ему Малина, когда дверь открылась, и, слыша в одной из комнат шум, спросил: "Ты что не один?"
  ─ Да, гости зашли! Вы проходите, а то соседи на кухне трутся, уши греют!
  Парни, оглядываясь по сторонам, прошли в комнату, где находились какие-то странные "гоблины", потому как, судя по виду, не понятно было к какой епархии они подлежат. А в двух словах, что девчонки, что мальчишки, один хрен и единственное наверно различие - это гребень на голове у мужского пола, а лысая голова у женского.
  ─ Что это? - замечая на столе "колеса" и своего рода десерт (цветные квадратные вырезки из бумаги, размером с монету), спросил Добрый и, естественно, взял в руки.
  ─ Это "экстези"! - пояснил барыга, - А на десерт "марочки", одной достаточно, чтоб убрать с пробега быка!
  ─ Быка говоришь! - продублировал его ответ Добрый, и ничего не говоря больше, решил провести дегустацию, то есть закинул пару колес и догнался "марочкой". После чего спокойно, покачиваясь в кресло-качалке, с интересом листал журнал "плей-бой".
  А друзья тем временем вместе с барыгой куда-то ненадолго ушли.
  Менты!!! Мелькнуло в голове у Доброго и, лихорадочно шарясь глазами по комнате, его мозг искал ответ на вопрос: "Что делать?".
  Замечая у входа лысую девчонку, больше похожую на наркоманку, Добрый, полностью полагаясь на свой, якобы, здравый рассудок, подхватил ее за руку и подтолкнул в коридор.
  ─ Что там? - указал он направо.
  ─ Выход! - ответила обдолбанная до глубины "костей" наркоманка.
  ─ А там что? - указал Добрый влево, видя свет в окне, которое находилось под самым потолком.
  ─ Там ванна! - сказала испуганная спутница.
  ─ Быстро меняем позицию! - прошептал он и тут же короткими перебежками странная пара начала движение по длинному коридору коммунальной квартиры.
  А как только они заскочили в ванну и закрыли за собой дверь, Добрый, как пуля в нее нырнул, после чего, машинально задвигая штору, присел на корточки и, прижимаясь спиной к торцу ванны, как памятник замер.
  Девчонка, стоя у двери, естественно не понимая, что происходит, в ужасе смотрела на необычную позицию незнакомца.
  А если учитывать то, что за годы своей жизни подобного начала секса она даже предвидеть не могла, то ужас в ее глазах был вполне объясним.
  Минут двадцать странная пара прислушивалась к каждому шороху, не проронив ни единого слова, и, видимо, убедившись, что погони за ними нет, "памятник" заговорил,
  ─ Тихо, там менты! - и судя по всему, этими словами посадил свою спутницу на измену.
  ─ Что будем делать? - стараясь не открывать рот, прошипела она. А когда перевела свой взор на окно, то каким-то сверхъестественным для себя движением прыгнула к стене, всячески стараясь слиться с ней в одно целое.
  ─ Ты где? - прошептал Добрый, не понимая ее маневра.
  ─ Я здесь, под окном! - едва слышно прозвучал ответ.
  ─ Что там у тебя? - не видя своей "подельницы", занервничал великий комбинатор.
  ─ Мент в окно смотрит! - поделилась она увиденным.
  ─ Блин! - сказал сам себе Добрый, прокручивая в голове варианта, - Обложили суки!
  ─ Быстро раздевайся и в ванну!
  Девчонка, понимая, что это единственный путь из сложившейся ситуации, быстро сняла с себя всю одежду и, залезая к Доброму в ванну, присела рядом, поедая его своими сумасшедшими глазами.
  ─ Ты что села, дура! - испугался он ее взгляда, - Открывай душ и отойди от меня, чтоб не брызгать!
  А как только поставленная голому телу задача была выполнена, вода игривым ручейком побежала к ногам Доброго, то есть к месту слива.
  Дважды в течение часа "комбинатор" просил девчонку неуловимым для мента движением посмотреть на окно.
  ─ Пятку поставь на борт ванны! - говорил он, - Сгруппируйся и взгляни из-под ноги!
  И дважды после акробатических кульбитов она отвечала, что мент смотрит.
  Извращенец гребаный! - ругался про себя Добрый и принял решение завязывать с душевыми процедурами и переходить к следующей "фазе", так как, по его мнению, мусарок, видя перед собой обнаженное тело ни за что не уйдет, и будет подглядывать дальше.
  ─ Выключай воду! - прошептал он, - И очень медленно начинай одеваться!
  Минут сорок ушло на выполнение очередной команды и все это время в голове у Доброго как вспышки света загорались и гасли картинки суда, где сидевшим в клетке нарко дельцам, то есть ему и голой подельнице, судья выносил приговор.
  ─ Что дальше делать? - спросила девчонка после того, как оделась, чем можно сказать вывела Доброго от помутневших ведений, связанных с судом.
  ─ Где мент? - тихонько спросил он.
  "Подельница", слыша его, тут же забралась в ванну, поставила ногу на борт и изогнувшись дугой, осторожно взглянула в сторону окна.
  ─ Смотрит!
  ─ Куда ты в одежде забралась, дура! - зашипел Добрый, - Пошла вон!
  ─ А что делать? - выпучила глаза девчонка, глядя на "комбинатора".
  ─ Не смотри на меня! - пригрозил он кулаком, - Тазик на столе видишь?
  ─ Вижу! - не открывая рот, прошептала она.
  ─ Что там?
  ─ Замоченное белье! - ответила девчонка, вылезая из ванны.
  ─ Стирай! Только очень медленно! - раскладывая в голове новый "пасьянс", шептал Добрый, и, казалось, как ребенок радовался своему решению, поскольку по его расчетам стирка, полоскание и развешивание белья на веревки, займет не мало, и, уж точно, обломает мента.
  Однако, когда из таза она стала выливать грязную воду в ванну, он проклинал всю эту затею вместе взятую, так как слив в ванне не собирался принимать столь отвратительный поток сразу, в связи с чем великому "комбинатору" периодически приходилось помогать.
  ─ Нефть, что ли? - плевался он, работая своей ладонью над дыркой как "вантусом".
  Когда белье было развешено по веревкам, девчонка тихонько спросила:
  ─ Что делать дальше?
  ─ Сядь на стул! - шептал Добрый, - Голову откинь к стене и медленно рукой начинай вытирать со лба пот, как будто устала и заодно посмотри, где он!
  Когда все, сказанное девчонке, было выполнено, радость овладела ею, поскольку мент наконец-то ушел.
  А как только довольный Добрый с улыбкой на лице подорвался к выходу, точнее попытался встать, ноги не слушались его, так как порядком затекли. В связи с чем, Добрый рухнул, словно прогнившее дерево, цепляя все на своем пути, то есть кран, душевой шланг, веревку с бельем и все остальное, что попадало под руки.
  Беспомощно, лежа в ванне, слезы накатывались на его глаза, а вода как "ниагарский" водопад хлестала ему в спину.
  Шум, возникший от данного падения, переполошил не только друзей Доброго, мирно ожидавших его в комнате у барыги, но и всех жителей коммуналки.
  Поэтому, собравшись у входа в ванну, когда дверь открылась, все как один прибывали в необъяснимом ужасе.
  А Добрый тем временем, половчее обнимая за плечи свою боевую подругу, замечая в толпе Данилу, подошел к нему:
  ─ Менты ушли?
  ─ Какие менты? - не понял он, глядя на мокрого друга, - Четыре часа тут как лохи паримся, а ты телку прешь! Два раза за водкой ходили, будешь?
  ─ Нет! - ответил он, - Пойдем отсюда к Малине, а то..., - не стал говорить Добрый что может быть, если они останутся, поэтому друзья ушли.
  На следующий день Даниле позвонили и сообщили о том, что из Чечни приезжают их сослуживцы и хотят с ними встретиться. На что парни отреагировали положительно и, конечно же, на встречу приехали в полном составе.
  ─ Ну как вы тут на вольных харчах? - спросил один из сослуживцев.
  ─ Нормально! - ответил Добрый, мысленно прокручивая в голове эпизоды последних дней.
  В связи с чем, ответ его "нормально", получился не совсем правдивым.
  ─ Понятно! - улыбнулись они, - А когда ходите, назад не оглядываетесь?
  ─ А почему мы должны оглядываться? - спросил Добрый.
  ─ Ну как же! - взял на себя смелость прояснить ситуацию один из них, который больше всех был знаком с Добрым, и в какой-то мере владел информацией, - Помнишь в "Введенском" ущелье наши завязали бой, где Серега погиб?
  ─ Помню, конечно! Но причем тут мы? Нас ведь тогда разделили и отправили в село "Дарго"!
  ─ Да, но вторая группа там столько шороху навела, что до сих пор говорят шепотом! - продолжал он.
  ─ И что? - вмешался в разговор Данила.
  ─ Да все бы ничего, но вы же знаете духов, им по барабану кто конкретно был, они на всем взводе поставили крест и теперь за ваши головы предлагают приличные бабки!
  ─ Да мы порвем их нахрен! - завелся Малина, заранее зная, что друзья поддержат его предложение.
  ─ Знаешь! - сказал Добрый знакомому парню, - Думал отдохнуть пару месяцев, баб потрахать и все такое, а раз такой расклад, то мы сразу поедем и уже там, на месте, разложим свой пасьянс!
  На этом можно сказать встреча была закончена и что не говори, а данный разговор тяжким грузом упал на плечи друзей и пусть отваги у них было не занимать, а все ж по сторонам парни непроизвольно стали смотреть, поскольку пуля, она всегда была дурой, и ей действительно все по барабану.
  ─ Домой надо заехать, хоть родителей обнять! - сказал Добрый Малине, так как Данила по ряду обстоятельств обязан был с отправкой повременить.
  ─ Не вопрос! - ответил он, - Когда поедем?
  ─ Завтра! - уточнил Добрый, - А сегодня надо к Светке сходить, попрощаться, а то неудобно получилось, итак все через жопу прошло, словно кто-то проклял!
  И уже ближе к вечеру Добрый с цветами в руках и шоколадкой в кармане, зайдя в женское общежитие, предстал перед знакомой вахтершей.
  ─ Свету позвать? - с улыбкой спросила она.
  ─ Нет! - ответил он, чувствуя в своей душе полную пустоту, - Просто цветы ей отдай и все!
  ─ А может на словах что-то передать? - кричала ему в след женщина, когда он уходил.
  ─ Передай, что ушел на войну! - обернувшись, сказал Добрый и закрыл за собой дверь.
  Утром следующего дня, друзья на такси выехали из Смоленска в Орел и соответственно уже вскоре Добрый смог обнять своих родителей и к сожалению, на этом ограничиться, поскольку, как в известном фильме "Баллада о солдате", его ожидала обратная дорога и новый контракт.
  ─ Батя! - оставшись с отцом наедине, сказал Добрый, - Пойми меня правильно, скучно мне здесь, не готов я к этой жизни, пойду опять!
  ─ Что ж, иди! - спокойно ответил отец, - Силком тебя все равно не остановишь и уж тем более не прикажешь! Единственное это мать жалко, она точно не поймет и опять будет слезы лить!
  ─ Все батя, не трави душу! Пойду я по любому, а матери, потом сам все расскажешь!
  Продолжение следует.
  
  
  
  ВТОРОЙ КОНТРАКТ
  ВМЕСТО предисловия.
  В этот раз в военкомате у Доброго никаких проблем не было в плане нестандартной фотографии в военном билете и отсутствием печати. То есть на этот раз все прошло на редкость удачно, если не учитывать маленькие инциденты во время прохождения медицинской комиссии.
  ─ Старая вешалка! - плевался Добрый, выходя от врача, поскольку единственный инвентарь, в смысле, дорогой, которым дорожила врачиха, а именно, весы к ее сожалению после взвешивания могучего воина пришли в негодность.
  ─ Где вас таких берут, медведей! - ворчала она.
  А уже из следующего кабинета молодая врачиха Доброго просто выгнала еще до того, как провести необходимое обследование, и все потому, что на ее требование:
  ─ Раздевайтесь!
  Добрый ответил, - А вы!
  Но, не смотря на все эти незначительные передряги, возникшие с ровного места, к пункту отправки Добрый с Малиной приехали вовремя и после очередного знакомства с новыми "Пилигримами", погрузившись на поезд, прибыли в Москву, а точнее сказать в Нарофоминский район Московской области, где на тот момент стояла воинская часть.
  Построения, как такового, в этот раз не было, и мимо вновь прибывших не проносили носилки с фрагментами тел погибших солдат, так как данное место, куда временно определили новобранцев, служило для них лишь перевалочной базой, на которой каждый из них должен был пройти курс молодого бойца на танковом полигоне данной военной части.
  Поэтому всех, кто имел честь считать себя будущим "пилигримом", тут же сопроводили в местный клуб и путем отбора на предмет пригодности к какому-либо подразделению, производили так называемые смотрины.
  Добрый с Малиной тоже попали под данную раздачу и тем самым были разлучены, то есть Малину причислили к комендатуре, а Доброго в полк.
  В связи с чем, после недолгих переговоров Малина вынужден был плюнуть на данную партию и с очередным набором контрактников, пройдя все необходимые процедуры, нагнать друга.
  ─ Я буду ждать тебя месяц! - сказал Добрый, когда Малина уезжал, - И если через месяц тебя не будет, я тоже возвращаюсь домой!
  Дело в том, что в разведке не было такого понятия, как "дружба - дружбой, а табачок врозь". А посему слова Доброго, сказанные Малине, можно было вполне принять за чистую монету, так как "пацан сказал, пацан сделал", - это святое. Далее всех, кому в этот день, можно сказать, повезло, и они сумели подняться на первую ступень, из клуба перевели в импровизированный палаточный городок и согласно "купленным" при раздаче билетам, были определены на временное место жительство, размещаясь в палатках.
  ─ Какой-то темный "штэпс"! - видя в палатке странного бойца, сказал Добрый своему новому знакомому Максу.
  ─ С чего ты взял? - спросил он.
  ─ У меня на них чуйка! - ответил великий воин, - Особняком будет жить, сученок, к гадалке не ходи!
  А "штэпс", тем временем, не обращая ни на кого внимание, с хмурой "миной"-лицом, озабоченно точил нож, пробуя его на остроту на листе бумаги.
  ─ Может он "Рэмбо"? - предположил Макс, - Хотя на вид не скажешь!
  ─ Мал "золотник", да дорог! - посмеялся Добрый, - Но эта пословица явно не для него!
  На следующий день "пилигримы" на местном полигоне показывали свое мастерство в стрельбе из автоматического оружия и "РПГ" - ручной противотанковый гранатомет, в чем собственно и заключалась основная миссия бойцов-новобранцев. А в двух словах, утром стреляли, а вечером гуляли, то есть пили, благо было, где взять и считалось ненаказуемым.
  Так и Макс с Добрым в один из прекрасных вечеров решили расслабиться и, затарившись водкой, направляясь в свое расположение, увидели на опушке леса двух очаровательных девчонок, которые на их предложение провести оставшийся вечер вместе, не отказались.
  ─ Вы здесь служите, мальчишки? - занюхивая водку травой, спросила одна из девчонок, поскольку закусить у парней по понятной причине не оказалось, да и не думали они кого-то встретить на своем пути.
  ─ Да, служим! - ответил Добрый и, вспоминая свои прошлые неудачи в плане секса, твердо для себя решил, во что бы то не стало наверстать упущенное.
  ─ И кем, если не секрет, служите? - поинтересовалась захмелевшая девчонка.
  ─ Разведчики мы! - почти хором ответили парни и, понимая, что пора разводить "тела" по углам, к тому же на тот момент уже порядком стемнело, выливая в бумажные стаканы остатки спиртного, они подняли последний тост:
  ─ За прекрасных дам! - и намечая для себя кому кого из них брать, потянули своих спутниц в глубь леса.
  ─ Подожди, Леша! - засуетилась под ним пьяная девчонка, - Что-то кусает меня прямо в попку!
  ─ Что кусает! - не понял Добрый, - Может комар!
  ─ Нет! - убедительно заявила она, - Комар так не кусает, это что-то ползает по мне и туда залезает!
  ─ Да что там у тебя! - разозлился Добрый, и, слезая с девчонки, как истинный джентльмен, сделал попытку определить виновника, посягнувшего на ее задницу.
  ─ Спичку зажги, Леша! - лежа на земле, причитала голая девчонка, пытаясь что-то смахивать рукой со своего тела.
  ─ Блин! - ругался Добрый, когда зажег зажигалку, и видя на себе сотню муравьев, запрыгал как молодой заяц, - Вставай, дура! - кричал он, - Иначе съедят нахрен!
  ─ Ой, Леша, они прямо туда забрались! - присела девчонка "на корточки", - Что делать?
  ─ Надо было "калитку" закрывать и не пускать! - ругался Добрый, понимая, что просто так от муравьев не отбиться и, чувствуя, что смутился воздух, спросил, - Ты что срешь?
  ─ Я не могу больше терпеть, Леша! Пожалуйста, не обижайся! - скулила, натягивая она.
  ─ Фу, сука! - плевался он и, отойдя в сторону, чтоб избежать запах свежего дерьма, едва сдерживая себя, сказал, - Ничего, бывает!
  И если данную картину наблюдать со стороны, то зрелище, пусть даже ночью, стоит признать было более, чем "привлекательное".
  На крики ночных "танцоров" прибежали не только Макс со своей пьяной спутницей, но и толпа зевак, то есть бойцов, проходящих мимо, направляясь в часть.
  И уже было понятно, что продолжения секса у Доброго не будет и не может быть, так как хозяин муравейника, который они умудрились потревожить, а точнее сказать пахан муравьев в горячке послал на незваных гостей все свои полчища, которые, неся на своем пути урон, сознательно наровили залезть в каждую дырку, где соответственно писали, помечая тем самым уже захваченные места.
  Безусловно, очередной облом говорил Доброму многое, а главное он понял для себя, что слова в известной народной песне "Первым делом, первым делом - самолету, ну а девушки - естественно потом...". Это его истинный удел, а значит нехрен о бабах думать и забивать себе голову данной темой.
  Утром Доброго опять разбудил "мини-рэмбо", так как точил нож и, что характерно, судя по виду, можно было предположить, что перед Добрым сидел не просто "хмурый" Вован, а Вован с большой буквы, то есть воин бывалый. Более того, навещали Вована не кто-нибудь из простых землян, а люди в черном как сами, так и их тонированная машина, окрещенная "девяткой".
  Да и само по себе поведение странного Вовы тоже говорило о многом, потому как смотрел он всегда на всех, в смысле на своих сослуживцев, как орел с огромного хребта смотрит на свои жертвы, и предпочитал ни с кем не общаться, считая, что это ниже его достоинства.
  А если верить какому из московских кланов он подлежит, то есть "солнцевским", то вообще туши свет.
  В скором времени, вероятно, из чувства голода и привычке к охоте, новобранцы переловили на пруду, который находился на территории местного заповедника, всех уток и, естественно, съели. Но так как на этом "пилигримы" не желали останавливаться, то была открыта новая охота, ни на кого-нибудь, а на собратьев самих динозавров, то есть беззащитных лягушек, которых в последствии так же всех съели.
  Так собственно изо дня в день, занимаясь не ведомо чем две недели, отведенные на подготовку молодых бойцов к войне, подошли к своей заключительной стадии. В связи с чем, за время нахождения в учебке, полученные навыки отличной стрельбы, сделали из новобранцев почти ворошиловских стрелков, что было равносильно американским морским котикам.
  После чего, как мы выяснили, почти "котики", бойцы были погружены на поезд и отправлены в Чечню, то бишь в "Ханкалу", откуда уже вертушками супер-воинов (супер - потому что перед войной прошли супер-учебку), переправили в Ахинчу-Борзой, где стоял полк. Далее, на всеобщем построении вновь прибывших было произведено распределение по подразделениям и как в прошлый раз при аналогичных обстоятельствах Добрый совместно с Максом, Горшком, Белгородским Ваней и странным "солнцевским" - Хмурым, попали в разведку, куда тут же были направлены после распределения.
  Разведрота располагалась на сопке, как в русской народной сказке: "Высоко сижу, далеко гляжу", где конечно же, своеобразные приколы и прочие элементы фантазии не могли остаться без внимания тех, кто поднимался по склону, как впрочем и внимания вновь прибывших.
  Поэтому шлагбаум, на котором красовался череп с прилегающими к нему человеческими костями, сразу бросался в глаза и говорил, что посторонним проход на территорию разведроты скорей запрещен, нежели разрешен, поскольку существует большая вероятность, что обратная дорога для незваных гостей будет проходить строго через "зиндан" с подключением "тапика".
  В расположении можно сказать было на редкость тихо, так как основной костяк роты отсутствовал, находясь на задании. А те бойцы, кто остался, просиживать штаны в своих палатках не ждали прихода новобранцев и уж тем более не выходили встречать.
  ─ Привет парни! - заглянул Добрый в одну из палаток.
  ─ Привет! - ответили они, поедая взглядом пришельцев, - Вас по распределению?
  ─ Да! - ответил великий воин и, представившись Лехой, решил поинтересоваться у трех присутствующих в палатке бойцов, где остальные.
  ─ Остальные! - щурил свои глаза некий "Ара", - Остальные ушли долг родине отдавать! - А ты откуда, а?
  ─ А я из Орла! - спокойно ответил Добрый и присел на свободную "нару".
  ─ Так надо обмыть ваш приход! - с улыбкой сказал Леха Брянский, понимая, что перед ним сидит далеко не мальчик в плане войны, во всяком случае, чутье его в этом никогда не подводило.
  ─ Не вопрос! - успел сказать Добрый и Ара тут же решил подключиться к обсуждаемой теме, так как без его пантов и вызывающих жестов казалось, что данное мероприятие никогда не будет иметь успех.
  ─ Ты со мной пойдешь! - указал он на Доброго, всем своим видом давая понять, кто в доме хозяин.
  ─ А куда пойдем? - спросил добродушной души человек, - В смысле, где водку берете?
  ─ В деревне! - пояснил Леха Брянский, - Тут рядом, быстро обернетесь!
  ─ Тогда мне нужен ствол! - заявил Добрый, зная, что собой представляют подобные прогулки.
  ─ А без ствола ссышь! - с ехидной улыбкой на лице решил зацепить Ара.
  ─ Ссу я обычно на отрезанные уши, так как привычка с детства! - жестко ответил Добрый, - А головы с недавних пор привык сажать на кол! Так, что ствол неси!
  "Не кнутом, так пряником", подумал про себя неугомонный Ара и повел Доброго, якобы, непроходимым для нормального человека путем, заранее предупредив о минах. А поскольку великий воин в своей прошлой жизни уже имел опыт хождения по минным полям, то сказанное Арой для него не являлось новинкой и уж тем более не испугало его отважную душу.
  Единственное, что напрягало Доброго, идя след в след за своим проводником, это его непонятные выпады, сравнимые со словами песни Аркадия Северного: "Два шага на право, два шага налево, шаг вперед и три назад...". А все потому, что этот гребаный проводник, как выяснилось позже, был изрядно пьян.
  Хотя честно скажу, я бы тоже не прочь посмотреть со стороны как странная пара форсировала якобы минное поле.
  Первая ночь в роте прошла в дружеской обстановке и уже утром после армейского завтрака, что от Доброго, будь он в любом состоянии просто не отнять, с задания вернулись бойцы и, естественно, видя у себя в расположении новеньких, знакомство было продолжено.
  ─ Вас вчера распределили? - спросил ротный у Доброго.
  ─ Вчера! - ответил он, - А что?
  ─ Да так, просто спросил! - задумавшись о чем-то своем, сказал ротный, - Ладно, пока устраивайтесь, а потом поговорим!
  ─ Привет Добрый! - сказал, подойдя к нему, один из разведчиков, когда ротный ушел, - Ты меня не узнаешь?
  ─ Нет, не узнаю! - ответил он, потому как действительно видел этого парня впервые.
  ─ Ну как же Добрый, мы ведь с тобой в одной разведроте служили! Помнишь? - всячески старался парень напрячь память великого воина и стоит отметить, что все как один разведчики, слыша "погоняло" Доброго, тут же зафиксировали свои ушки на макушке, поскольку легенды об его отваге и приключениях, как про Илью Муромца, уже навечно останутся в памяти людей, и будут переходить из поколения к поколению.
  К счастью для парня, который настойчиво пытался прояснить воспоминания Доброго, все вскоре встало на свои места. А иначе он автоматически ставил себя под сомнение, в плане своего прошлого и однозначно сидел бы в "зиндане" до выяснения его истинного происхождения.
  А не узнал Добрый парня лишь потому, что к моменту его появления в разведке по известной причине был вынужден прервать службу. А поскольку, как известно, земля славится слухами, то глупо было бы не знать обо всех событиях, произошедших в легендарном полку, касаемых своих предшественников.
  ─ Выходит ты и есть тот самый Добрый! - сказал ротный, так как "волна" о возвращении великого воина дошла до его палатки и заставила вернуться.
  ─ Выходит, что так! - признал он, - А что?
  ─ Да нет, ничего! Просто потому как ты, если верить слухам, автомат можно не выдавать! Поэтому вот тебе секира, и пусть в дальнем бою она окажется бесполезной, зато в ближнем, сможешь косить ею налево и направо! - посмеялся ротный, как в прочем и все присутствующие бойцы. Но так как в каждой шутке есть доля правды, многие разведчики все ж призадумались, и, глядя на Доброго, то есть воина, с которым бок о бок придется коротать свои солдатские будни, в какой-то мере завидовали его славе и в душе, конечно же, желали быть похожими на него.
  Буквально на следующий день, перед взводом разведчиков стояло новое задание, куда Добрый, к сожалению, попасть не смог, так как, склоняясь из угла в угол по расположению полка, искал себе автомат 7.62 мм "АКМ", поскольку в наличии у ротного были лишь 5.45 мм "АКС", что считалось для него не серьезным оружием.
  Зато его знакомый Макс удостоился такой чести попасть именно на первый выход. Поэтому, наверно, когда воины вернулись, Макса было не узнать, поскольку грудь колесом и необъяснимая гордыня, исходящая от него, говорила сама за себя. Хотя по большому счету данный выход взвода оказался всего лишь прогулкой, причем, судя по лицам бойцов, прогулкой безрезультатной и скучной.
  Так, впрочем, прошел выход взвода и на следующий день, когда уже в строю своих товарищей "шагал" их бравый командир Добрый, и единственное, наверно, происшествие, которое возникло на пути группы, это выход на конопляное поле, где бойцам пришлось задержаться, чтоб пополнить свои запасы трофейным зельем, поскольку что не говори, а хорошо курить в рядах вооруженных сил, являлось обычным делом.
  К слову сказать, прошлый набор контрактников, входящих в подразделение разведки на 70% состоял из наркоманов в прямом смысле слова, где к примеру даже такое понятие как курить практически не воспринималось всерьез, так как в потреблении бойцов имелись более серьезные наркотика, как "дерьмо", то бишь героин и "мясо", то бишь методон.
  В связи с чем, можно сделать вывод, что жизнь в расположении разведроты текла обесбашенной. А если верить байкам, которых не избежать, то назвать жизнь бойцов обесбашенной, это еще мягко сказано.
  К примеру, такого армейского авторитета, как замполит, они просто ставили раком и по-своему имели. А когда подобное развлечение начинало приедаться, ему просто вставили в задницу шланг от противогаза и залили водой, то есть сделали своеобразную клизму, что, конечно же, не забывали внимать на видеокамеру для дальнейшего шантажа.
  И что характерно, свою челобитную на действия "обесбашенных" бойцов замполит и ему подобные написать не могли, так как боялись последствий, ведь судя по тем же слухам, немало было случаев, когда бойцы волею судьбы, попавшие в руки наркоманов, впоследствии, пропали без вести. А, к примеру, весь женский персонал полка каждую ночь обязан был приходить в расположение разведроты, чтоб отдаться насилию, поскольку таковы были правила и никто не мог их нарушать.
  Но как не крути, а во всем этом балагане, все же было понятно одно, что как ниточка не вьется, а все равно конец найдет, что собственно в скором времени и произошло, так как пехота в полку взбунтовалась и, погружаясь на "Бэху" с полной боевой выправкой двинулась на штурм сопки, где под покровом "пиратского" флага стоял лагерь наркоманов.
   И наверно не быть им разведчиками, если б не узнать о столь тайных заговоров бунтарей и об их штурме. Поэтому, конечно же, бойцы роты своевременно заняли свои позиции, и как положено, приготовились к бою.
  Однако, в самый последний момент уже знакомый нам "дырявый" замполит, словно Моисей в пустыне, перегородил пехоте путь и со словами: - Только через мой труп! Можно смело сказать, предотвратил сражение, и его можно было в этом понять, поскольку данный инцидент, это не проткнутая задница, и скрыть подобное кровопролитие, при всем желании было бы не реально.
  Собственно, на этой ноте и была закончена служба обесбашенных наркоманов, которых на следующий же день, отправили по домам.
  Итак, два первых выхода на задание как мы уже выяснили, оказались обычной прогулкой, послужившей своего рода проверкой на "вшивость" вновь прибывших парней. Во всяком случае, со стороны можно было предположить именно так. Таким образом, новое подразделение разведки, потихоньку входя в свое русло, набирало старт, потому как гласит известная пословица, "чем дальше мы будем углубляться в "лес", тем больше на своем пути мы будем встречать "партизанов"".
  ─ Зачем ты носишь на голове черную "бандану"? - накануне очередного выхода поинтересовался у Доброго некий Серега "Дурыч".
  ─ Ты сейчас к чему спросил? - не понял Добрый.
  ─ Да, так! - занервничал парень, переживая за несвоевременный вопрос, - Просто у нас черную одевают только те, кто несет за собой смерть! И боевики, естественно, видя на голове у кого-то из наших повязку, сразу понимают, что идет смертник, в смысле кровник!
  ─ Ладно, проехали! - ответил Добрый, вспоминая смерть своего друга Сереги, - Пусть думают что хотят, мне до звезды.
  Тебе видней! - сказал про себя Дурыч, но озвучивать не стал.
  На другой день к Доброму подрулил некий "Воробей" - заместитель командира взвода, в простонародии "Замок" с очередным вопросом, а точнее с предложением приподнять себя по карьерной лестнице и в скором времени, занять его место, так как собирался увольняться.
  ─ Гонишь, что ли! - посмеялся Добрый, - Какой из меня "замок"! во-первых, хлопотно все это, а во-вторых, случись что-то с парнями, я не смогу с этим жить!
  ─ А мне, думаешь, легко? - стоял на своем "Воробей".
  ─ Ты, это совсем другое, а я...! - задумался Добрый, - В общем, не могу я представить себя генералом, даже пусть самым маленьким!
  ─ Ну ладно! - смирился "замок", - Но ты все равно подумай, вдруг решишь! Вот к примеру Саша "Шнурок" за эту должность задницу свою готов подставить!
  ─ Знаешь? - сказал на это Добрый, - даже если он весь в задницу превратиться, и вест полк в нее станет сливать, мне от этого будет не лучше, не хуже!
  ─ Как знать! - улыбнулся "Воробей", представляя в своем воображении огромную жопу по среди полка, и на этом их разговор по поводу будущей карьеры был закончен.
  На следующий день взвод в полном составе покинул свое расположение и отправился в район нефти-завода, где согласно заданию бойцам следовало занять позиции и вести наблюдение за известной в тех краях дорогой, которая проходила между "Ахинчу-Борзой" и "Боче-Юртом", окрещенной "дорогой смерти".
  Все дело в том, что в данном квадрате на тот момент объявился и соответственно "работал" некий подрывник, причем не, просто подрывник, а профессионал высокого класса, на которого длительное время велась охота всеми службами страны и все безрезультатно.
  В связи с чем, можно было предположить, что главная задача взвода разведки заключалась в поимке неуловимого "фугаса", поскольку именно их он любил устанавливать на указанной дороге.
  А почему выход намечался именно к нефти-заводу, потому как стоял он на возвышенности, откуда просматривалось все как на ладони. Сходу пройти в установленный квадрат по мнению взводного было не желательно, поскольку существовала опасность обнаружить себя до того как занять позиции, что конечно же привело бы к провалу.
  Поэтому взводный принял решение не выходить из "зеленки", то есть из леса и дождаться ночи, чтоб под ее покровом беспрепятственно и благополучно продолжить движение.
  ─ А вы! - обратился он к Доброму, - Пока можете обойти завод стороной, выйти к остановке, откуда до "Боче-юрта" будет рукой подать, где в магазине купите хавчик!
  ─ Не вопрос! - ответил Добрый и во главе группы (так как был на тот момент командиром отделения) в количестве 5-ть человек отправились на выполнение поставленной задачи.
  ─ Тормози автобус! - сказал добродушной души человек, обращаясь к Максу, видя перед собой первую жертву. А когда тот остановился, водила тут же был подхвачен и брошен на землю лицом вниз.
  ─ Куда едешь, дядя? - спросил Добрый.
  ─ В Боче-Юрт! - едва слышно ответил он, а бойцы тем временем производили шмон на предмет якобы запрещенных вещей.
  ─ Уважаемый, деньги у тебя есть? - вежливо поинтересовался Добрый, поинтересовался Добрый, поднимая за волосы голову водилы.
  ─ Есть! - выдавил он, хлопая глазами. Но его чистосердечное признание уже не имело никакого значения, так как Макс, шарясь по автобусу, нашел все необходимое, то есть бабло.
  Следующая жертва, лежа на дороге, категорически отказывалась подчиниться бойцам и отдавать деньги. И только после того, как жертву облили бензином и поднесли зажигалку, он рассказал, где у него тайник.
  ─ Девятка! - определил Макс, замечая, как из-за поворота выруливает новая жертва, и со словами, - Берем!
  Водилу, который не желал остановиться самостоятельно, вместе с машиной пришлось перевернуть и после получения с него "МЗДУ", за проявленную наглость, заставить бежать трусцой, при этом изредка постреливая ему по ногам.
  ─ Берем следующего! - кричал Добрый, и целясь в него из гранатомета, выйдя на середину дороги, перегородил путь.
  ─ Да у него тут пива полная машина! - с восторгом сказал Макс, вытаскивая водилу за шкирку, погружая на землю.
  ─ Мы возьмем ящик! - спросил Добрый, подойдя к жертве.
  ─ Нет, парни! - причитал он, - Я на свадьбу везу, лучше деньгами возьмите!
  Но данный ответ бойцами не принимался, в связи с чем, колеса машины тут же были расстреляны. А когда пять стволов были направлены в голову водителя, он согласился на все.
  ─ Сразу бы так! - сказал Добрый и, забирая из расстрелянной машины ящик с пивом, погрузился в другую, на которой бойцы дружно отправились в магазин за покупками. А водилу, естественно, временно поместили в багажник, так как в салоне для него места не оказалось.
  Быстро затарившись в магазине водкой и хавчиком, бойцы вернулись на остановку и, расположившись на обочине, постелив себе под задницы плащ-палатку, затеяли пьянку, чтоб таким образом скоротать время.
  Машины, которые проезжали мимо, а точнее сказать их водители и пассажиры, видя на обочине воинов, которым казалось все до "звезды", смотрели на них обалдевшими глазами.
  А все те, кто уже были подвергнуты странной группой бойцов к обыску и оштрафованы за нарушение прав дорожного движения, по возвращению, видя на обочине пьянку, бросали свои машины, и в ужасе спасались бегством.
  Как только стемнело, группа в сопровождении Доброго направилась к своим, чтоб в ночных сумерках проскочить скрытно и не привести за собой хвост.
  ─ Что с тобой "шнурок"? - спросил взводный, видя среди прибывшей группы едва живого, растерянного бойца.
  ─ Автомат потерял! - чуть слышно ответил он.
  ─ Ты охренел, боец! - наехал на него взводный, - А ты, Добрый, куда смотрел!
  ─ Я могу ему яйца оторвать, если прикажешь! - сказал добродушной души человек, вспоминая разговор с "Воробьем", ведь именно этот гоблин разрывал свою задницу на части, чтоб занять место "замка".
  ─ Яйца ему еще пригодятся, а вот задницу, если не найдет, порвем точно! - сделал заключение взводный и отправил "Шнурка" обратно, - Иди, ищи и без автомата, лучше не возвращайся!
  ─ Есть еще время до выхода? - спросил у Жени Добрый (Женей звали взводного).
  ─ Да! Через пару часов выдвигаемся! Так что харчуйтесь пока, но много не пейте!
  А так как Добрый в данный момент был сыт, и дополнительной загрузки не требовалось, он решил оставшиеся пару часов отдохнуть и, устраиваясь по удобней на плащ-палатке, подкладывая себе под голову "эрдешку" (эрдешка - рюкзак десантника), сразу почувствовал неладное, а точнее сказать легкость "эрдешки", заставило Доброго проверить ее на содержимое. Поскольку, как не крути, а отправляясь на любое задание, данный рюкзак, особенно пулеметчика Макса, должен содержать в себе пулеметные патроны. А у него, как выяснилось, в "эрдешке", находился хавчик и теплое белье. Стоит отметить, что за подобные вещи, бойцы жестко наказывали продуманных ублюдков, и было на тот момент не столь важно друг он, сват или брат, так как на случай внезапного боя, пулемет всегда являлся "Богом войны".
  ─ Сука ты, Макс! - сказал Добрый, и по-дружески ударил его в пузо. А как только обмякшее тело рухнуло на землю, быстро прокручивая в голове варианты казни, было принято решение подвесить сученка на дерево вниз головой и демонстративно, чтоб послужило уроком для окружающих, забить его прутьями.
  ─ Живой? - спросил взводный, подойдя к импровизированной плахе.
  ─ Дышит! - ответил Добрый и, намереваясь "отрезать" ему уши, в последний момент был остановлен взводным.
  ─ Подожди! Убить всегда успеем, а пока он нам еще пригодится!
  Далее взвод разведчиков разделился на две группы, одна из которых спустилась к дороге, занимая более удобную для себя позицию на случай захвата неуловимого "фугаса".
  А вторую группу Добрый повел к нефти-заводу на сопку, откуда предполагалось вести наблюдение. И, устраивая бойцов по местам, сам с Лехой Брянским заняли позицию в прилагаемой к заводу "зеленке".
  Тишина на тот момент стояла гробовая и порой казалось, что частое дыхание воинов, находившихся в двадцати метрах от позиции Доброго, было отчетливо слышно.
  ─ Что это? - спросил Леха Брянский у Доброго, напрягая свой слух.
  ─ Где? - не понял он и переспросил.
  ─ Какой-то странный хруст, может Санек!
  ─ Может! - согласился Добрый, - Но, ни хрена не видно!
  ─ Пойду, посмотрю! - Ты если что прикроешь меня! - сказал Брянский, и, не дожидаясь ответа, направился в сторону предполагаемого хруста.
  ─ Санек, это ты? - доносился до Доброго сознательно приглушенный голос товарища, - Санек, ты слышишь?
  И спустя еще пару томительных минут из леса раздался крик Лехи Брянского:
  ─ Это не Санек, Добрый! Стреляй! - м, все как один, словно по команде начали прочесывать очередями лес и, соответственно, вся их скрытность с этой минуты была рассекречена.
  ─ Блин! - ругался Добрый, слушая Леху, которому якобы повидалось нечто, - Теперь придется трансформироваться под пехоту!
  ─ Зачем? - решил уточнить Брянский.
  ─ Затем, что просрали мы позицию, так что зажигаем костер и пусть думают, что у нас здесь обычный блокпост! Других вариантов нет!
  Таким образом, бойцы всю оставшуюся ночь, сидя у костра, мирно допивали водку, имитируя пехоту. А как толь стало светать, то внизу у дороги, где предположительно находилась вторая группа, все услышали стрельбу.
  ─ Пойдем на выручку? - спросил Доброго Брянский.
  ─ Зачем! - ответил он, - Там стрельба идет в одном направлении! Наши кого-то кроют.
  И действительно, когда взводный привел своих к заводу, так как тоже можно сказать обложались, и смысла не было дальше просиживать у дороги свои штаны, то выяснилось, что и у них произошло на редкость странное явление и, соответственно, побудило стрельбу. А именно, один из бойцов, наблюдая в огромную трубу, лежавшую под насыпью, то есть дорогой видимо для стека ручья, якобы увидел в проеме пробегавшую мимо собаку, а за ней, скачущего на четвереньках человека и, что характерно, шагов его было практически не слышно.
  А когда все, казалось, устаканилось, на горизонте появился Санек, который судя по его словам, найдя автомат, прилег за остановкой, поспать.
  В общем, не было необходимости больше сидеть в данном квадрате и уж тем более надеяться, что придет к ним "фугас", так как вся округа, вплоть до пролетающих мимо птиц, знали о существовании воинов в лесном массиве, подле "Дороги смерти".
  В связи с чем, взводным принято решение возвращаться в полк и если повезет, то поймать таинственного скакуна "йёте" в следующий раз.
  Несколько дней пролетело как в тумане, поскольку заданий перед разведротой никаких не ставилось и, соответственно, выходить, никуда не требовалось. Поэтому воины мирно несли свою службу у себя в расположении, то есть спали, пили и днями байки травили.
  ─ Завтра вертушка придет в полк с новобранцами! - сказал взводный Доброму, - Сходишь, посмотришь, что по чем!
  ─ В смысле, что посмотришь? - не понял он.
  ─ В смысле, может нормальные парни приедут, и возьмем к себе! - пояснил взводный.
  Утром следующего дня вертушка не заставила себя долго ждать и, наблюдая с сопки ее полет, Добрый действительно увидел прибывших на ней новобранцев, которых, судя по всему, сразу сопроводили на распределение.
  Пока то да сё, преодолевая на его взгляд не легкий спуск, при этом подогревая себя вынужденным похмельем, на распределение Добрый пришел уже к шапочному разбору, поскольку в таких делах как говорится, "мух не ловят" и "рыльцем не щелкают".
  Из всех новобранцев, прибывших на вертушке, оставалось всего два "пилигрима", один из которых был ни кто иной, как Малина.
  ─ Добрый! - обрадовался корешь, - А я думал ты в плену и приехал на выручку!
  ─ С чего ты взял? - спросил Малину великий воин, когда друзья обнялись.
  ─ Да так! - посмеялся он, - Просто сон видел!
  Как выяснилось позже, Малина приехал не один, а с Виталиком (кореш Доброго по первому контракту, с которым в свое время на пару гасили наглого прапора). Но его, согласно распределения, сразу забрали к себе гранатометчики. Поэтому, празднуя приезд Малины, бойцы постановили во что бы то не стало, вернуть Витала в разведку, то есть повернуть то давнее течение в свое русло.
  В расположение гранатометчиков Добрый зашел как к себе домой, но Витала на месте не оказалось. А когда его нашли, образно говоря на заднем дворе, и вернулись в палатку за вещами, один "штэпс" из местной братии вдруг начал быковать.
  ─ Куда это ты намылился без разрешения?
  ─ Намыливаться сейчас придется тебе! - сразу отреагировал Добрый и..., тело наглого бойца, как положено в таких случаях, было захвачено в плен, после чего, аккуратно брошено в "зиндан". Где, стоит признать, бедолаге пришлось волком выть в прямом смысле слова, так как о нем, уйдя на задание, бойцы просто забыли, и, естественно, ни кто другой выпустить пленного из "зиндана" не мог.
  Сопровождать колонну с горючим, которая транзитом проходила через полк, взвод разведчиков выехал в полном составе, то есть Добрый, Малина, Витал, Леха Брянский и другие приближенные к великому воину бойцы.
  Сидя на "Бэхе", возглавлявшей колонну в полном вооружении, воины, как положено, пристально вглядывались по сторонам, чтоб не упустить из вида засаду, если такова есть. На первый взгляд дорога казалась спокойной и тот самый известный "Фугас" себя не проявлял, во всяком случае, на первом этапе пути. Но так как береженого Бог бережет, не доезжая метров сто до села "Джигурты", колонна остановилась и, согласно распоряжению командования из полка был произведен артобстрел по сопкам, прилегающим к селу и за ним для уничтожения там предполагаемых противников. А в двух словах данный обстрел своего рода зачищал для колонны дальнейший путь. И стоит наверно отметить, что зачистка производилась очень убедительной, поскольку от взрывов деревья на сопках вырывало с корнями и горело все подряд, как живое так и не живое.
  Местные жители, к примеру, в ужасе хлопая глазами, бегали по селу из угла в угол. А наводчик в полку, казалось, прикалывался над ними и периодически норовил зацепить, возможно, как и в большинстве случаях, находился под воздействием дурманного зелья, именуемого "марихуаной".
  ─ Берем автобус! - сказал взводный разведчикам, видя, как он выруливает из-за поворота, - До остановки поедем на нем, а колонну оставим на месте! - Боевики не станут взрывать местных жителей! - А ты! - обратился он к водиле "Бэхи", когда "отмашку" дадим, на полном ходу подскочишь за нами!
  И, прокручивая в голове сказанное взводным, бойцы ни минуты не мешкая, погрузились в автобус, на котором благополучно доехали до необходимой остановки.
  А как только была дана "отмашка" "Бэхе", ее водила, следует отметить, здраво понимая возможную опасность, пер по дороге как "шумахер" на формуле один и к счастью задачу, поставленную перед собой, выполнит по шкале "Рихтера" на все десять балов.
  ─ Можно двигаться! - передал взводный по рации колонне.
  А как только движение началось, головная "Беха" пехотинцев попала под "фугас", а точнее сказать почти попала, поскольку взрыв прогремел прямо у нее под носом.
  ─ Блин!!! - как дикий зверь закричал взводный, - Там же Вера! (Вера - любимая женщина механика Гаврилова, в смысле взводного).
  И, следуя внезапному кипешу, "забрало" упало не только у взводного, но и у всех, кто на тот момент находился рядом.
  А посему, все вооружение, имеющееся у разведчиков, в том числе пулемет "ПК" в долю секунды было направлено в сторону села.
  А если учесть, что со стороны колонны то место, где предположительно сидел подрывник, так же поливалось свинцовым дождем, то страшно даже подумать, что там осталось. Когда подбежали к "Бэхе" пехотинцев к счастью Вера оказалась жива, как впрочем, и все остальные. Единственное кому досталось, это их водиле, поэтому медсестра умело перевязала парню голову.
  ─ На "Бэху" быстро! - прозвучала команда взводного. - Едем в село и гасим всех, кто попадется нам на пути!
  На полном ходу разведчики ворвались в село "Боче-Юрт" и тормознули у дома с вызывающей на входе надписью: "Сауна у дядюшки Сема". А когда ворвались внутрь, то казалось в бассейн тут же кто-то нырнул, видимо таким образом неизвестный решил спрятаться от незваных гостей.
  ─ Добрый, засекай время! Посмотрим, сколько продержится этот водолаз! - сказал взводный.
  И обступив бассейн со всех сторон, бойцы, молча, ожидали плавца-мудреца.
  ─ Что-то долго! - доставая из разгрузки гранату, сказал Добрый, посматривая на часы, - Может, поторопим "ихтиандра"!
  ─ Подождем! - старался успокоить бойцов взводный, видя, что терпение у всех явно кончается.
  И спустя еще несколько секунд, первым начал стрелять.
  Но как бы восемь стволов, направленных в бассейн своими пулями не возмущали воду, все ж "водолаз" всплыл не сразу, хотя и этот затяжной "поплавок" в какой-то мере временно успокоил бойцов, жаждущих крови.
  Дом прошмонали быстро, поскольку в целом забирали лишь вещи первой необходимости, то есть шоколад, мороженое и парфюм. А все остальное, в том числе аппаратуру просто расстреляли.
  Выходя из дома и погружаясь на "Бэху", разведчики не упустили возможность заехать в местный магазин, чтоб на халяву отовариться хавчиком и водкой. После чего, провожая взглядом хвост уходящей колонны, стартанули обратно в полк, поскольку их миссия в данном "походе" была закончена и необходимость сопровождать колонну до "Боче-Юрта" завершена.
  Мороженое по приезду в свое расположение разведчики сразу же отправили девчонкам в мед. часть. А все остальное, как очередные трофеи, было решено оставить для личного пользования. Таким образом, своего рода "праздник" по поводу удачного выхода. А что не говори, все вернулись живыми и здоровыми, можно считать удался на славу.
  Единственным, кто на душе не ощущал всей радости жизни, оказался Андрюха, поскольку парню реально не повезло, ведь будучи изрядно пьяным, сидя во время оправки на толчке, он выронил свой пистоле "стечкина" в дырку.
  К сожалению, для убитого горем бойца, дерьма на тот момент в туалете было более чем достаточно. Однако само по себе дерьмо, благодаря хорошей погоде, находилось на стадии вибрации, так как колыхалось от любого прикосновения, что вполне сопутствовало замыслу Андрюхи. Поэтому, долго не думая, а главное, работая тайно, он с помощью лопаты быстро сделал желобок, сознательно направляя его в сторону артиллеристов. А когда все было выстроено и приготовлено к сливу, ворота "дамбы" открылись, слезы счастья показались на глазах Андрюхи, потому как дерьмо, словно горячая лавина после вулкана послушно побежала по крутому склону. И чтоб ускорить данный процесс, счастливый боец, подражая спортсмену гребцу, ловко орудовал импровизированным веслом.
  К утру, любой знающий свое дело ассенизатор мог бы позавидовать такой профессиональной зачистке. В связи с чем, путем различных трюков и вспомогательных средств, пистолет из ямы был извлечен. Правда после этого воняло от него и от Андрюхи еще минимум неделю. А бедолаги артиллеристы, подвергнутые затоплению, периодически поглядывая на сопку, были крайне возмущены. Но воевать с разведротой из-за дерьма все же, решиться не смогли.
  Вскоре, не понятно почему, словно с цепи сорвался начальник штаба и, обвиняя разведчиков в отсутствии профессионализма и вообще в неумении блюсти доверенную им службу, изъявил желание лично заняться их воспитание. А посему решил он возглавить очередной выход. Когда Добрый собирался в данный "поход", то непроизвольно заметил озабоченный взгляд "Хмурого", который наблюдал за ним со стороны. И судя по всему, он явно старался не упустить из своего внимания все то, что с собой загружал Добрый, начиная с патронов в количестве две тысячи штук и т.д.
  Поэтому, не думая о последствиях, сделал тоже самое, загружая себя как "боинг".
  Сам по себе выход был окрещен бездарным еще с самого начала пути, и все как один это прекрасно понимали. Потому что озлобленный до глубины души нач. штаба, будто великий Чапай вел за собой взвод, сознательно выбирая непроходимые тропы, поэтому в квадрат, указанный им на карте, разведчики вышли лишь к вечеру, хотя по сути сам по себе условленный квадрат находился в двух километрах от части, то есть полка.
  На поляне, куда вышел взвод, отмороженный командир, заставил бойцов расставить по краям растяжки, и занять позиции, так как по его якобы планам на поляну должен выйти отряд боевиков, которых следовало сразу же уничтожить.
  Долго парни ожидали появления противника, но кроме маленького ослика, сопровождаемого престарелой женщиной, в секторе обстрела никто не появлялся.
  ─ Приготовились! - едва слышно приказал командир, когда ослик остановился. И честно говоря, все бойцы в этот момент прибывали в шоке, ожидая от отморозка следующей команды, к примеру:
  ─ Атакуем! - или еще лучше, - Берем ослика в плен!
  К счастью никакого приказа больше не последовало, но возвращаясь назад, все же, маленький инцидент нашел свое место. А именно, упал загруженный как "боинг" Хмурый, не в силах дальше продолжать путь.
  ─ Что с тобой, боец? - спросил его командир, якобы по условиям "зарницы", принял решение нести раненого на себе, что, конечно же, тормозило движение своего взвода.
  Зато гребаный начальник штаба, торжествовал, словно сказочный злодей, склонившийся над своей умирающей жертвой, так как нес в себе к бойцам разведки лютую ненависть, что даже не скрывал.
  ─ Больше ни на один выход, ты с нами не пойдешь! - наехал на "Хмурого" взводный по прибытию в полк, - Будешь сидеть здесь, чистить картошку и по совместительству подметать двор!
  Ничего не ответил на это боец, и по понятной причине ответить не мог, поскольку сам обложался, а значит, взводный по любому был прав.
  Не долго на этот раз бойцам далось отдохнуть в свое удовольствие, так как приказ командира полка, сулил им немедленный выход, и если судить по информации исходящей от "фэсиков" (полученная от своих осведомителей), то задача взвода входила выдвигаться в район деревни "Аханчу-Борзай" к речке, обнаружить там противников, которые якобы были замечены на выходе из леса и по возможности задержать, то есть взять живыми с последующей передачей военных в руки ФСБ.
  В связи с чем группа в количестве шести человек покинула свое расположение и уже вечером того же дня вышла в заданный квадрат, где как положено, разделяясь попарно, бойцы заняли избранные для себя позиции.
  Темнело можно сказать на глазах, когда Добрый выгружал из своей загрузки все необходимое на землю, начиная с гранат и кончая осветительными ракетами (красна, из которых считалась тревогой, а зеленая, означала отбой).
  Время, как назло, тянулось медленно, и лежавший в стороне от Доброго Серега, ведя наблюдение в "НСПУ" (ночной снайперский прицел), час за часом, никого не наблюдал.
  Расклад между парнями, до того как занять свои позиции был такой, как только в поле зрения Сереги попадает кто-то из боевиков, он тут же указывает данное направление, стреляет туда трассирующими пулями, что для каждого из бойцов будет служить сигналом к началу боя.
  Доброго рубило в сон, когда вдоль реки он увидел условленный сигнал, поэтому наверно, по инерции сразу начал войну, стреляя в указанное направление и кидая туда гранаты, что естественно, словно по команде, делали и остальные пятеро бойцов.
  А как только все боеприпасы закончились и, казалось, что от берега, куда велась беспорядочная стрельба, осталось лишь мокрое место. Добрый, по запарке, пустил вместо зеленой ракеты, красную, и... спустя какое-то время, почти весь полк подошел к ним на выручку.
  И это, стоит признать, в какой-то мере для бойцов разведки являлось равносильно концом света, потому как отмороженный на всю голову начальник штаба и рвал и метал.
  ─ Представляешь! - говорил Доброму Вова Горшок, которому было суждено подрываться ночью и с основными силами полка идти на выручку разведвзвода, - Где-то, в четыре часа утра, красная ракета, кипешь на весь взвод и всех в ружье. А оказалось...! - не договорил он.
  ─ А оказалось, там "роги"! - посмеялся Добрый, понимая, что на этом данная история с непонятным переполохом не закончится. И уже утром следующего дня, командир полка наехал на взводного, как говорится, по полной программе.
  ─ Вы сами ставили перед нами непонятные задачи, пойти туда, не зная куда, взять там то, не зная что. А потом требуете результат! - пытался отмазаться взводный, хотя по сути именно так и шло.
  И видимо ком. полка, понимая об этом, вскоре остыл, но успел взводному сказать, чтоб на глаза не попадался, во всяком случае, первое время.
  Заданий длительное время действительно не было, и порой, от безделья, бойцам, образно говоря, срывало крышу, особенно после частых употреблений колес и бесконечных пьянок.
  Не зная чем себя занять, Добрый изо дня в день таскал в спортзале железо, искренне желая быть похожим на Шварц-негера, а вечерами, когда в расположение разведроты приходили штабные девчонки, он с удовольствием сопровождал их за ягодами.
  Дело в том, что рядом с палаткой взвода, буквально в двух метрах, находилось огромное поле, где клубника росла как в русской народной сказке, "не по дням, а по часам" и единственную проблему для тех, кто ее любил, создавали собой мины.
  А посему, как не крути, а без сопровождения выходить с корзинкой на поле, было, конечно же, очень опасно.
  Понятно, почему Добрый, когда приходили девчонки за ягодами, предпочитал видеть себя в роли проводника, поскольку одна из них ему явно запала в душу. Если бы не отмороженный начальник штаба, который не давал ей покоя и ревновал к каждому столбу, возможно Добрый взял бы "узду" управления в свои руки и повел ее в ЗАГС.
  Хотя однажды, когда Добрый, таская по спортзалу железо, сорвал себе спину, в связи с чем случай обязывал его обратиться в мед. часть, то есть к ней, то одна, образно говоря, вернула его к полноценной жизни. Таким образом, он не произвольно оказался ее должником, чему, конечно же, радовался как ребенок. А так как баня в полку находилась только на территории разведроты, куда вход был строго по пропускам, Добрый пообещал своей спасительнице бесплатный проход и соответственно пообещал при случае потереть ей спинку.
  Шутки шутками, но вскоре девчонка, правда, пришла, чтоб получить свой "долг". И после очередных сборов ягод, баня распахнула перед ней свои "горячие" двери.
  Момент потираний спины девчонки, как и в прошлые времена у Доброго "придавило" и, не думая о последствиях, уже точно ничто не могло его остановить. Да и она, стоит признать, чувствуя сзади себя возбужденного "коня" не сопротивлялась и с легкостью, прогибая молодую спинку вперед, при этом игриво покачивая бедрами, отдала свою розовую попку во власть великого воина, а как только стыковка произошла, на пороге как призрак появился начальник штаба.
  ─ Вот значит, чем вы тут занимаетесь! - заревел он как раненый зверь, - Да я вас..., - не успел договорить он и не произвольно, сдавая позиции, попятился назад, так как голый воин, пребывая по-прежнему в возбужденном состоянии, приближался к нему.
  ─ Все! - мелькнуло в голове у начальника штаба, - Прощай девственность!
  Однако, теряя сознание, мысли о сексуальном насилии, временно покинули его, а когда очнулся и пришел в себя, то видя перед своими глазами скелет человека, раздирающий его глотку крик, тут же поднялся над сопкой.
  ─ Кто там у тебя в "зиндане"? - спросил взводный у Доброго.
  ─ Нач. штаба воспитываю! - спокойно ответил он.
  ─ А почему так кричит?
  ─ Да хрен его знает! - сказал добродушной души человек, - Замерз наверно!
  А поскольку крики длительное время не умолкали, чего раньше никогда не замечалось, Добрый с Малиной решили проверить жертву, подойдя к яме.
  ─ Если сейчас не заткнешься, я кину тебе гранату! - сказал Добрый, направляя на крикуна свет фонаря, и замечая скелет, молча сидевший на стуле, чуть было не прослезился и, перекрестившись, со словами, - О Боже! - обратился к Малине, - помнишь, мы наглого гранатометчика в "зиндан" посадили, там его скелет!
  ─ Не может быть! - ответил он, - Так быстро разложиться он реально не мог! Может раньше кого-то сажали?
  ─ Раньше мы всех освобождали, а вот последнего, видать, забыли! - рассуждал Добрый в слух.
  И хорошо Серега, подойдя к ним, прояснил ситуацию по поводу скелета в яме, который якобы из учеб. класса принес с собой Горшок и чтоб пленным не было скучно, привязав его к стулу, опустил в "зиндан".
  ─ Смотри сука! - грузил Добрый нач. штаба, когда его подняли из ямы, - Если еще раз встанешь на моем пути, посадим на кол прямо посреди полка, а пожалуешься кому-то, просто убьем!
  В том, что они это сделают нач. штаба ни сколько не сомневался и уж тем более не хотел голой задницей садиться на кол.
  Поэтому впредь решил в корне пересмотреть свое отношение к воинам-контрактникам, особенно к разведроте.
  Спустя пару дней, в полк приехала комиссия, и как часто бывает в таких случаях, своею тупостью с порога начала всех доставать.
  ─ Надо что-то придумать! - сказал взводный Доброму, - Иначе эти лохи нам закрутят гайки так, что устанем потом раскручивать! Есть одна проститутка среди них, конченая мразь! Ему что не делай, а все равно не так. В прошлый раз артиллеристам матку на изнанку вывернул, и сегодня сразу туда побежал!
  ─ А как шаши в прошлый раз отбились? - спросил Добрый.
  ─ В прошлый раз мы разных химикатов по углам разбросали! - с улыбкой вспоминал взводный, - Когда они к нам поднялись, мы все в противогазах из палаток вышли!
  ─ И что? - заинтересовало Доброго, заранее готовя в голове план.
  ─ Ничего! Увидели нас и сразу повернули назад! - Выйдя от Жени и понимая, что задача поставлена ему более чем серьезная, он сразу же направился в расположение пехотинцев, чтоб разложить с ним свой пасьянс.
  ─ Вы сейчас каждый час зеленку обстреливаете? - спросил он у знакомого взводного.
  ─ Каждый! - признал он, - А что?
  ─ А если мы немножко изменим ваш график, ничего страшного не произойдет?
  ─ Нет, конечно! - ответил взводный, размышляя про себя, с чем связан этот разговор и само появление Доброго у них в расположении.
  ─ Значит, сделаем так! - начал грузить он, - Как только комиссия поднимется к нам на сопку, вы тут же начинаете обстрел "зеленки" (лесного массива), и не просто обстрел, а такой, чтоб эта гребаная комиссия обосралась. Мы со своей стороны тоже подключимся к обстрелу!
  ─ Не вопрос! - сказал взводный, мысленно представляя в голове картину.
  Как только комиссия поднялась на сопку в расположение разведроты, началась "война", то есть согласно сценарию пехота тут же начала обстрел зеленки и пулемет "ПК" и скорострельная пушка 30 мм "БМП", выполняли свою работу, как никогда паника стояла в стане разведки необъяснимая (как у известных классиков: Нам не видать таких сражений, носились знамена, как тени и т.д.).
  Выстрелы и взрывы заглушали крики, команды, исходящие от взводного, казались непонятны, и со стороны можно было предположить, что духи готовились к нападению на полк. Во всяком случае, все выглядело именно так, поэтому бойцы, занимая свои расчеты, тоже начинали обстрел предполагаемого противника.
  Комиссия, не понимая, что происходит, все как один прыгнули под огромный стол, на котором бойцы перед "походом" заряжают свои магазины и, сидя там как мыши, загнанные в угол, вздрагивая от каждого взрыва, боялись высунуть нос.
  ─ Хмурый! - как умалишенный кричал взводный, - Уводи отсюда людей по склону! Головой отвечаешь за них!
  Хмурый, понимая серьезность приказа, немедля подорвался его выполнять.
  ─ Как можно ниже пригнулись и по одному за мной! - заглядывая под стол, где пряталась комиссия, кричал он.
  И тут же, напуганные до смерти гости, прикрывая свои головы руками, поскакали гуськом за своим спасителем. И спустя несколько минут на территории разведроты уже никого не было, и соответственно прекратилась война.
  ─ Завтра новый ротный приедет, некто Гусев! - сказал Доброму взводный.
  ─ Это не тот ли "Гусь", о котором байки повсюду ходят? - поинтересовался великий воин.
  ─ Именно он! - подтвердил Женя, - Говорят суку конченая, так что будьте готовы ко всему!
  "Гусь" нарисовался ни свет, ни заря, когда бойцы еще спали и без каких-либо предисловий и прочей бодяги, погнал парней на зарядку, чего раньше, стоит отметить, никогда не было.
  ─ Теперь у вас все будет по другому, а то оборзели тут, что хотят, то и творят! - несло придурка по бездорожью, - Теперь каждое утро у меня будете зарядку делать, рукопашным боем заниматься, и...! - не договорил он, так как Добрый за него продолжил:
  ─ И бальными танцами заниматься!
  ─ Да! - вскипел он, - И бальными танцами!
  Бойцы, честно говоря, были в шоке от такого командира и от его непонятных команд, поэтому смотрели на все скорей с иронией, нежели с испугом.
  ─ А ты что улыбаешься! - пытался Гусь наехать на Доброго, - Я сказал бегом на зарядку!
  ─ Пошел ты нахрен! - спокойно ответил ему добродушной души человек и, не дожидаясь реакции новенького, просто ушел спать, так как его сладкий сон данным отморозком был реально нарушен.
  На следующий день ни один воин из палатки на зарядку не вышел, и как бы "Гусь" не злился и не кричал на бойцов, изрыгаясь слюной, все как один игнорировали его требования и посылали нахрен.
  ─ Где взять водки? - поймал он Доброго на выходе из "нужника".
  ─ Много? - поинтересовался он.
  ─ Пару литров, думаю, хватит! - просчитывал Гусев вслух, - Посидим, спокойно пообщаемся, и, глядишь, узнаем друг друга поближе!
  Вечером Добрый, Горшок и Дурыч зашли в палатку к новому ротному, чтоб продолжить знакомство и, естественно, принесли с собой водку, но свинья всегда остается свиньей и, как правило, грязи найдет.
  На следующий день отморозок решил лично провести контрольный выход группы на задание, чтоб таким образом проверить бойцов в деле или, если понадобится, в реальном бою.
  ─ Если кого-то ранят! - говорил он бойцам перед выходом последние инструкции, - И раненый будет тормозить движение отхода, я лично его добью! Так что лучше лишний раз не подставляйтесь, если начнется бой!
  ─ А если тебя ранят! - ответил ему Добрый, - И ты будешь тормозить движение нашего отхода, тогда я тебя добью, идет?
  ─ Идет! - согласился он, - Сразу можешь добивать!
  Воины, слушая подобное, невольно переглянулись между собой и искренне надеялись, что это всего лишь слова, так как в реальной жизни не было еще никогда такого случая, чтоб кто-то добивал своего раненого товарища.
  Жара в тот день стояла не выносимой и, продвигаясь вдоль ручья, бойцы поочередно старались "нырять" в воду, чтоб хоть как-то освежить свои лица. И возможно по этому, расслабляя и теряя бдительность, Гусев не заметил растяжку, и..., неожиданный взрыв автоматически заставил бойцов припасть к земле.
  Ранение, которое получил Гусев, практически не оставляло ему никаких шансов на жизнь, во всяком случае без получения своевременной мед. помощи он был заведомо обречен. Поэтому и тянуть на себе такой мешок дерьма в расположение части не было смысла. А его гребаное правило добивать своих, на всем протяжении пути теребило душу не только Доброму, но и всем бойцам.
  ─ Помнишь свои слова? - оглядываясь по сторонам, спросил у придурка Добрый, передергивая затвор.
  ─ Да, но...! - из последних сил пытался возразить он, но не успел, так как со словми:
  ─ Это уже не важно! - Добрый нажал на курок.
  ─ Что будем делать с телом? - спросил Малина.
  ─ Здесь закопаем! - спокойно ответил великий воин, и каждый присутствующий на похоронах боец, понимая, был на стороне Доброго.
  Когда пришли в полк, парни из "ФСБ" не заставили себя долго ждать и, естественно забрали Доброго на беседу и уже на следующий день, на вопрос Малины:
  ─ Как все обошлось? - он с улыбкой ответил,
  ─ Нормально!
  Что в очередной раз означало для всех, что в среде ФСБ всегда были и есть нормальные, а главное понимающие реальную жизнь люди.
  Через два дня, после героически пропавшего без вести Гусева, в полк прибыло очередное пополнение, в связи с чем в разведроту кроме нового ротного Уткина по распределению попали еще два бойца из столицы, то есть два "москоля".
  И, наверно, не стали бы мы заострять свое внимание на данном пополнении, поскольку от их приезда ни толку, ни проку, однако один момент, который, безусловно, заслуживает, чтоб о нем рассказать, это проверка на "вшивость", направленная в адрес Доброго от одного из новичков.
  А именно, москаль, не говоря ни слова, надумал произвести выстрел между ног великого воина, видимо рассчитывая на то, что он подпрыгнет и поведет себя как испуганный заяц.
  Но, замечая, что у Доброго после его необдуманной выходки не один волос не дрогнул, стрелок понял, что запорол реальный косяк, и данный инцидент в скором времени будет иметь свое продолжение, что собственно и получилось. Буквально на следующий день во время обеда, когда Добрый с автоматом зашел в столовую трапеза москоля, как впрочем, и всех остальных оказалась законченной, так как все было расстреляно и восстановлению не подлежало. А сам москаль после этого случая трое суток просидел в "зиндане", который на половину был заполнен водой, где от него требовалось спасать не только себя, но и скелет Горшка.
  ─ Ночью, если верить нач. штаба (который с недавших пор сливал всю "инфо" бойцам разведки) будет учебная тревога! - предупредил Доброго взводный, - Поэтому, если что, держи свои ушки на макушке!
  ─ А почему именно ночью? - решил уточнить у него Добрый.
  ─ Не знаю! - ответил он, - Но в любом случае будьте готовы!
  Ночью, как и предполагалось, стрельба началась внезапно, и все, кто на тот момент спали и видели сны, подрывались со своих мест, как угорелые.
  Паника кругом началась ни сколько не меньше, чем в день приезда комиссии, поскольку стрельба из "САУ" (самоходная артиллерийская установка), делала свое дело, заглушая все.
  Разведчики, занимая свои расчеты, тоже не зевали и всеми имеющимися у себя в арсенале автоматическими средствами, отражали атаку условного противника
  И единственный боец, которого в данном "бою" стоит отметить как отличившегося, был известный нам "Ара", который как пуля, выскакивая из палатки, в ужасе от стрельбы и взрывов со словами:
  ─ Не стреляйте, сдаюсь! - упал на землю, рассчитывая, что лежащих не бьют, а значит, боевики его убивать не станут и возьмут в плен.
  ─ Был ты сукой, сукой и умрешь! - сказал ему Добрый, когда учения закончатся и отныне этого Ару, как бойца разведки никто уже не воспринимал всерьез и никаких боевых заданий перед ним больше не ставилось.
  Патрулирование деревни дополнительно пало на плечи разведчиков, сто означало кто-то из них (поочередно естественно), 24 часа в сутки обязан был блюсти свою службу в стане врага.
  И так как Макса подобное новшество вполне устраивало, даже в какой-то мере приносило доход, то никто из бойцов не огорчался данной нагрузке, то есть ответственности.
  Макс же, в свою очередь первым делом обложил данью продавщицу Фатиму, которая без его разрешения не имела права кому-то продавать водку, поскольку с каждой можно сказать бутылки Макс имел свой процент, а значит, контролировал все.
  Как-то в один из вечеров к разведчикам в палатку зашел пехотинец с просьбой разрешить ему затариться водкой по более разумной цене, так как их взводный праздновал день рождение и купить хотел сразу ящик.
  ─ Не вопрос! - ответил ему Добрый, заранее зная, что парень отблагодарит, - Там, у Фатимы сидит наш Макс, скажешь ему, что от меня и возьмешь сколько надо!
  Но спустя час парень вернулся, так как Макс, судя по его словам, послал его нахрен, что, конечно же, сразу привело великого воина в ярость.
  ─ Пойдем! - сказал он пехотинцу, и, не о чем не думая, отправился в магазин, желая лично выяснить что за "шлея" попала под хвост Максу.
  ─ Ты гонишь сученок! - наехал с порога на него Добрый, - Или тебе вообще на все насрать!
  Макс сидел как обиженный, опустив свою голову вниз. А его напарник "Конь", видя подобную картину, решил убежать от греха за магазин и там переждать.
  ─ Придешь утром "домой", поговорим! - сделал заключение Добрый и, видя, что пехотинец затарился, спокойно пошел за ним.
  Утром, когда в палатке допивали "проставу" парня за помощь в приобретении водки, с патрулирования вернулся "Конь", поскольку Макс, понимая, что задницу ему не спасти, сознательно отправил в палатку его как торпеду, а сам решил убежать в расположение артиллеристов и сутки просидел там.
  А тем временем Горшок, Малина, Витал и многие другие не могли угомонить Доброго, когда он добивал лежавшего на земле "Коня".
  Страшная картина на тот момент предстала перед взводным и стоить отдать ему должное, что благодаря лишь его появлению Добрый, казалось, остыл.
  Трижды, впоследствии, Макс пожалел о своем необдуманном решении спрятаться и тем самым подставить "Коня". А также трижды пожалел о том, что не послушал Доброго и остается только догадываться, какое наказание ему пришлось пережить.
  Ближе к обеду к взводному прибежали саперы, и пока он читал какое-то предписание, доставленное ими, они, уже молча, крутились у "Бэхи", ожидая отправки.
  ─ Опять колонна! - сказал он обступившим его бойцам, - От нас требуется довести ее до "Боче-Юрта"!
  ─ А эти пистоны? - показал Добрый на саперов, - Они, что, с нами пойдут?
  ─ Да! - ответил взводный, - Вчера на "дороге смерти" кто-то опять подорвался, поэтому будут смотреть, да и нам лишние проблемы нахрен не нужны!
  Подъезжая к указанному отрезку дороги, колонна встала, а "Бэха" разведвзвода, следуя за саперами как говорится "на тихой цапе", продолжала движение.
  ─ Стоим! - крикнул один из "идущих на смерть", и ловким движением "профессиональной" руки сапер разминировал и извлек первый фугас.
  Мурашки побежали по телу у Доброго, видя перед собой снаряд, ведь что не говори, а такая хрень, не будь с ним рядом саперов, могла бы существенно повлиять на их состояние здоровья в будущем. Поэтому, конечно же, все без исключения бойцы в душе восхваляли работу саперов как героических людей, совершивших на их глазах выдающийся подвиг.
  Таким образом, продвигаясь след в след за бесстрашными героями до "Борче-Юрта", еще два фугаса ими были с легкостью обезврежены. Возвращаясь в расположение полка после выполнения поставленной взводу задачей, Добрый решил лично похвалить одного из саперов за проявленную смелость и профессионализм.
  ─ Ловко у вас получается, а ведь случись что, врачи вряд ли смогли бы собрать!
  ─ Что верно, то верно! - согласился сапер, - Но сегодня не тот случай, просто запарили нас с этими фугасами, мол, никакой отчетности не даем! - Поэтому пришлось самим минировать, и...
  ─ Что и..? - не понял Добрый.
  ─ И свое разминировать, чтоб лишний раз на нас не наезжали! А что?
  ─ Да так! Ничего! - ответил великий воин и невольно улыбнулся, понимая, что и у них "палочная" система в конце каждого квартала имеет свое место.
  На следующее утро после своеобразной зачистки дорогими нашими героическими саперами в полку был создан сборный батальон с целью поймать все того же неуловимого "Фугаса". Видимо командование, идя на такой шаг, решило покончить с ним раз и навсегда.
  Более того, не мало уже наших бойцов погибло от его рук, в связи с чем в районе нефти-завода, у самой можно сказать "дороги смерти", погибшим бойцам был установлен огромный православный крест. Боевики, видя такое чудо, естественно, провели акцию похищения креста, в надежде, что подобное больше никогда не повторится.
  Однако наши бойцы своим упорством все же смогли их достать и минируя со всех сторон подходы к кресту, в конце концов, установили его намертво.
  Был один неугомонный мудрец-пастух, который сознательно сгонял на крест стадо коров, рассчитывая таким способом разминировать подход. Но, к сожалению, все его расчеты оказались не верны, поэтому вскоре фрагменты его тела нашли рядом с телами коров, лежавших вокруг креста.
  Батальон, удачно обойдя стороной нефтезавод, раскинул свой стан в километре от него, расположившись в огромном овраге. Поэтому его скрытность оказалась вполне эффективной и неприступной для внезапных атак.
  Как только стемнело, взвод разведчиков, делясь на две группы, вышли к нефтезаводу в заданный квадрат и, занимая позиции по разные стороны дороги, намечая для себя единый сектор обстрела, "окопались" и замерли.
  Около четырех часов бойцы как батарейки "Джайзер" просидели в режиме ожидания, и все четыре часа любое общение между бойцами было категорически запрещено.
  Но голод, который не давал покоя великому воину был сильнее любого приказа. А посему четыре часа зная о банке тушенки, лежавшей в "эрдешке" и думая о ней рука Доброго не выдержала и самостоятельно извлекла продукт, причем сам он, даже не знал, как это произошло. А как только собрался открыть, заметил впереди себя какое-то движение.
  ─ Дурыч, ты? - тихонько окликнул Добрый.
  ─ А ты думал к тебе сам "Фугас" в гости зашел? - посмеялся Дурыч.
  ─ Думал, не думал, а считай, что в рубашке родился! Говори что там у вас?
  ─ Какие-то два "штэпса" к нефтезаводу прошли, а назад не вернулись! - поведал Доброму Дурыч.
  ─ Возьми Витала и попробуйте пройти к ним ближе! Только сначала со связистами потрите, пусть они с нашими свяжутся, чтоб осветилку послали!
  А как только бойцы, казалось, пошли, Добрый, провожая их взглядом, тушенку решил открыть и, доставая из ножен, пристегнутых к ноге, нож, при этом поднимаясь в своем окопе, заметил впереди себя какое-то странное перемещение "колобка" из одноименной сказки.
  Что это? - успел подумать Добрый и, слава Богу, в этот момент в небе зажглась осветительная ракета. И голова сказочного "колобка", как, впрочем, и голова Доброго, какое-то мгновение смотрели друг на друга.
  Дух! - отчетливо определил для себя великий воин и со словами: - Дурыч, где ты там ходишь? - спокойно присел, пытаясь тем самым схитрить.
  Незаметно перебежать из окопа в окоп особого труда не представляло, возможно, именно этим маневром ночной гость и решил воспользоваться, поскольку буквально через минуту или чуть больше Добрый уже чувствовал его рядом с собой. Всем своим видом великий воин показывал свое безразличие к происходящему справа и, жадно поглощая тушенку, сознательно подпускал жертву ближе к себе.
  ─ Дурыч, тебе оставить тушенки? - спокойно спросил Добрый.
  ─ Нэт! - решил подыграть ему "гость", но игра, к сожалению, для него, как началась, так сразу же и закончилась, так как со словами:
  ─ А зря! - резко повернувшись, великий воин подбросил банку вверх, и секундного помешательства в глазах гостя вполне хватило, чтоб нанести сокрушительный удар.
  ─ За тушенку, раскручусь! - сказал обмякшему телу Добрый и, переворачивая его на бок, расстроенный, пытался найти свою банку.
  ─ Что тут у тебя за кипешь? - придя к Доброму в окоп, спросил взводный, - А это что за хрен?
  ─ Не знаю, мимо проходил! - ответил он, доедая тушенку.
  ─ Ты что, его убил? - пробубнил взводный, пытаясь развернуть тело, и, замечая возвращавшихся Дурыча с Виталом, перевел на них взгляд.
  ─ Тут духов как грязи по окопам шарятся! - почти одновременно сказали они, - Уходить надо отсюда, иначе, полный кирдык!
  ─ Это нормально, не сыте! - обрадовался Добрый и начал выкладывать из "разгрузки" все необходимое, чтоб принять бой.
  ─ Ты что Добрый, воевать собрался? - округлил глаза подтянувшийся к ним Горшок, - Их тут больше сотни, они нас просто сомнут!
  ─ Знаешь! - ответил ему Добрый, связывая между собой гранаты, - Как наши деды в свое время пели, "Мы смело в бой пойдем, за власть советов, и как один умрем, в борьбе за это". Так и мы!
  ─ Ты ненормальный! - едва слышно сказал он и, видя лежавшее на земле тело, спросил, - А это кто?
  ─ Это прохожий! - ответил за него взводный, и видя что никто из бойцов не торопится покидать позиции, решил связаться с полком, чтоб объяснить им сложившуюся обстановку.
  ─ В общем, валить нам приказано отсюда и чем быстрее, тем лучше! - сказал он бойцам решение командования. - Так что, забирай своего пленного, и уходим!
  ─ Зачем уходить! - попытался возразить он, твердо зная, что друзья поддержат его.
  ─ Затем, что сейчас начнется артобстрел и все тут накроет нахрен!
  Аргумент, сказанный им по поводу обстрела, был более чем убедительным и каждый из бойцов это прекрасно понимал. Поэтому хочешь, не хочешь, а пришлось сворачиваться и уходить.
  Добрый, погрузив тело духа себе на плечо, на тот момент не знал, что несет труп, да и некогда было об этом думать и уж тем более проверять.
  А когда вернулись в расположение батальона и передали обмякшее тело в руки особого отдела, Добрый, стоит признать, долго находясь в возбужденном состоянии, проклинал все и вся, так как смеялись над ним не только "ФСБэшники", но и его близкие друзья. С арт-обстрелом по непонятной причине тоже тянули время и более часа огонь в указанный квадрат не открывали (подобное зачастую происходит в рядах вооруженных сил). А когда все же решились, и полтора часа нефтезавод и все к нему прилегающее поливалось свинцовым дождем. Как впоследствии выяснилось, боевиков там уже не оказалось, так как успели уйти.
  ─ Утром! - сказал Доброму знакомый "Фэсик", - Возьмешь с собой своих парней, тех, кому больше всего доверяешь, и часам к пяти подходите к штабу, там будет вас ждать "ФСБэшный" спецназ, и пойдете с ними!
  ─ А с чем, если не секрет, связан такой совместный выход? - решил уточнить Добрый.
  ─ Для тебя не секрет! - ответил он, - Там "Фугас" где-то объявился, поэтому пойдете и подстрахуете наших парней!
  Рано утром, как и было условлено, Добрый со своими друзьями подошли к штабу, где их действительно ждали, и после недолгих рукопожатий обе группы погрузились в машину "Урал".
  Спецназ "ФСБ", по словам Доброго, парни знающие дело и работать с ними в одной упряжке это большая честь. Поэтому каждый из бойцов разведки, гордясь данным совместным выходом, морально был готов на все сто процентов, желая при случае отличиться и уж тем более не подвести. К тому же миссия у обеих групп заключалась в поимке не кого-нибудь, а самого "Фугаса", который как кость в глотке длительное время стоял у всех.
  Местность, по которой разруливал "Урал", казалась не совсем удачной для обычного следования. А если учитывать, что водила прибывал под "шофе" и с тормозами у него не совсем ладилось, то каким бы героем ты себя не ощущал, а все же на многих участках пути, прижимаясь к лавкам, бойцы невольно соглашались с тем, что "очко" у них тоже не железное, особенно в тот момент, когда пьяный "шумахер" непонятно как вписался в поворот, едва не угодив в пропасть.
  Урал остановился далеко от места, где предположительно мог скрываться "Фугас", в связи с чем, короткими перебежками, страхуя друг друга, бойцы пройдя среди сопок вошли в лес и пройдя по нему с километр, увидели на поляне одинокий дом.
  ─ Займите позиции вокруг, и чтоб не случилось в бой не встревать! - давал последние распоряжения Доброму старший группы, - Мы не знаем, сколько человек находится в доме, поэтому ваша задача никому не позволить уйти!
  Добрый с Малиной, устроившись на опушке, хорошо видели, как спецназ ФСБ пошел на штурм дома, и в очередной раз искренне позавидовали необычной ловкости и взаимопониманию друг с другом.
  Не прошло и пяти минут, как из дома вынесли два тела и, сажая обоих на колени, с каждым из них проводилась своеобразная силовая дискуссия. После чего одно из тел было сопровождено обратно в дом.
  А второе, подгоняемое пинками и прикладами, сопровождалось к машине. А группа Доброго, тем самым прикрывала отход.
  ─ Это он? - спросил великий воин у спецназовца, глядя на брошенное в кузове тело.
  ─ Он сученок! - ответил боец, и с явной ненавистью пнул "Фугаса" ногой.
  И пусть по всем понятиям жизни перед Добрым лежал враг номер один, жалости к которому быть не могло, все ж в глубине души он не завидовал его дальнейшей участи, понимая, что гильотина "Фугасу" была бы за счастье, нежели нахождение в руках особистов.
  Вскоре, дошел до Доброго слух, что в деревне Ахинчу-Борзой, кроме Фатимы, водкой подторговывает еще один житель, причем делает это вполне открыто, не боясь последствий. Поэтому в один из вечеров Добрый с Горшком решили навестить наглеца и соответственно при неповиновении платить определенную дань в казну разведроты, жестко его наказать.
  ─ Я уже плачу! - заявил он, - И делаю это справно!
  ─ Кому платишь? - спросил Горшок, намереваясь прострелить ему правое колено.
  ─ Вашему замполиту! - закричал барыга, - Он сам раз в неделю приезжает ко мне за деньгами!
  ─ Теперь будешь нам платить! - спокойно сказал Добрый, - Или!
  ─ Не надо никакого "или"! - заплакал он, - Только решите вопрос с замполитом, а то получится и вам буду платить и ему!
  ─ О нем забудь! А мы будем заезжать к тебе каждую пятницу! - вывел своего "гуся" Добрый и, понимая, что барыга теперь с потрохами принадлежит разведке, затарившись у него на халяву водкой, пошли к себе в расположение, чтоб отпраздновать столь удачную сделку.
  Однако, правда, порой не знаешь где найдешь, а где потеряешь, поэтому бойцам так и не удалось получить свой процент от вновь испеченного барыги, поскольку полк переезжал на другое место в "Аргунское" ущелье. В связи с чем, погрузившись на "Бэху", бойцы, исполняя свой служебный долг, занимая место во главе колонны, двинулись в указанном направлении.
  Подъезжая к "дороге смерти", колонна встала, а головная "Бэха", согласно сведениям саперов одиноко отправилась дальше и не обнаружив на пути возможной засады тормознула за "Центорой", ожидая колонну.
  ─ Что-то долго они едут! - высказал Горшок свое мнение, посматривая на часы, - За такое время можно пешком десять раз пройти туда и обратно, и сто раз можно успеть заминировать!
  ─ А ведь ты прав! - согласился Добрый, понимая, что боевики легко могут это сделать. Ведь после того как "Бэха" прошла, пролетел ни один час, - Кто там у нас во главе?
  ─ Взвод разведки соседнего полка! - пояснил Горшок, - А что ты задумал?
  ─ Поехали! - сказал Добрый, и бойцы, доверяясь его решению без лишних вопросов, отправились навстречу колонне.
  ─ Что ты хочешь сделать? - решил уточнить Горшок, видя, что Добрый находился не в себе.
  ─ Посмотрим! - спокойно ответил добродушной души человек. И видя идущую навстречу "Бэху", с лопатой в руках, перегородил ей путь.
  ─ Ты что Добрый, жить надоело! - успел сказать взводный.
  ─ Надоело тебе! - ответил великий воин, и несколько раз ударил лопатой стоявшего перед ним бойца.
  Видя данную картину, разведчики соседнего полка рискнули пойти на выручку, на что мгновенно отреагировал Горшок и очередью из автомата, отрезал им путь.
  Однако они тоже не дрогнули и, передергивая затворы своих автоматов, реально приготовились к бою, чем заставили подтянуться к Доброму Малину с Виталом и разозлили пулеметчика Леху, который тут же направил свой "ПК" на наглецов.
  Добрый тем временем понимая, что войны не избежать, поскольку все зашло слишком далеко, где стоял вопрос чести, касаемой каждого взвода, обращаясь к лежавшему на земле взводному, сказал:
  ─ Сейчас я не стану тебя убивать, но через час ты со своими бойцами приедешь к заброшенной ферме за "Центарой" и там разговор продолжим!
  К сожалению для Доброго и его друзей, разведчики из соседнего полка стрелку продинамили, так как побоялись. А посему, огорченные воины вынуждены были с этим смириться и продолжить начатый путь.
  Колонну нагнали быстро, так как на ночь она расположилась так же недалеко от "Центоры" и стоит отметить, что "Бэхи" из соседнего полка принимавших участие в сопровождении колонны на месте не оказалось. А после недолгих выяснений, касаемых задержки движения основных сил, из-за чего собственно и произошел весь "сыр-бор" с соседями, выяснилось, что просто ломались машины.
  На следующий день колонна подошла к Грозному, где, следуя его окраиной, Добрый встретил своих товарищей, идущих навстречу, то есть знакомых по первому контракту. Поэтому и Витал с Малиной тоже приняли участие в радостных приветствиях и теплых воспоминаний.
  На въезде в "Аргунское" ущелье, селение с зарубежным названием, как в первомайские праздники было украшено лозунгами, правда не "мир, труд, май", а "русские - уезжайте из Чечни", "русские оккупанты" и т.д.
  Что однозначно говорило бойцам, что место, куда прибыл полк, явно не благоприятное, где даже самая зачуханная собака, "глядя" в сторону прибывших "гостей", показывала свои прокуренные зубы.
  Транзитом проезжая "гостеприимных" хозяев данного чеченского края, колонна остановилась за населенным пунктом, именуемым "Дача-Борзой", где в свое время базировалась часть внутренних войск, то есть "В.В." и, соответственно, все у них было оборудовано по европейским стандартам, начиная от пешеходных дорожек, педантично уложенных из дерна, и кончая различными постройками, смонтированными из того же материала.
  Благоустройство полка на новом месте прошло безболезненно, так как каждое подразделение, зная, где и как парковаться, не искало себе на голову приключений, в плане мы поставим палатку рядом с кухней, а вы вблизи туалета.
  Разведчики тем временем устроились на самой окраине, чтоб находиться как можно дальше от посторонних глаз.
  А прямо за палаткой гвардейского взвода находился крутой обрыв и если, к примеру, по замыслам великого воина каких-либо наглецов аккуратно бросать с данного обрыва, то недра вод протекающей в низине реки "Аргун", будут принимать их в свои объятия.
  Ничего можно сказать существенного за первые сутки проживания на новом месте не произошло, если не учитывать пьяную дуэль Пушкина и Дантеса, то есть двух обесбашенных бойцов, в связи с чем один из них был уволен и отправлен домой, а второй, естественно, считался героически погибшим в прямом смысле слова.
  ─ Мяса хочется свежего! - сказал утром Добрый, обращаясь к Горшку.
  ─ Так в чем дело, поехали, поищем!
  ─ Ты думаешь? - посмотрел на него Добрый, прокручивая в голове варианты.
  ─ Думай, не думай, а само мясо к нам не прибежит! Поехали! - сказал Горшок и слыша их разговор все как один подорвались со своих мест, мысленно желая себе удачной охоты.
  В трех километрах от своей базы, "Бэха" свернула к станице "Асиновская" и видя в поле одинокого быка мирно поедавшего травку, Добрый со словами:
  ─ Берем, травоядного! - начал по нему стрелять.
  Но бычок, судя по всему понимая замыслы незнакомых отморозков, тут же отреагировал и, не смотря на ранение в область ягодиц, всячески старался уклоняться от пуль.
  ─ Смотри, какой наглый! - кричал Горшок, видя невероятную прыгучесть раненого быка, - В голову ему целься или по ногам! А иначе уйдет!
  Очередная очередь заставила быка убавить свой пыл и прекратить бегство. И так как лучшее средство защиты это нападение, бык, развернувшись, пошел на своих врагов, которые приближаясь к нему с ножами в руках, готовились к рукопашному бою. Шестеро голодных воинов, окружая жертву со всех сторон, избрали тактику напасть одновременно и многочисленные колющие удары, в конце концов, свалили настырного быка на землю. Но, даже находясь в лежачем положении, он из последних сил пытался оказывать сопротивление навалившимся на него бойцам. И только отрезанная голова смогла прекратить все порывы скинуть назойливых врагов с израненного тела.
  ─ Пастух! - крикнул Малина, указывая на мужика, идущего со стороны станицы.
  ─ Уходим! - сказал Добрый и, кидая тело быка в "десант", "Бэха" тут же отправилась в дальнейший путь.
  Заезжая на блокпост к пехоте, бойцы подвесили бычка на дерево, быстро разделали его. Благо среди них находился народный умелец и, делясь свежим куском мяса с гостеприимными пехотинцами, разведчики поехали в свое расположение, где намечалась очередная пьянка. На следующий день, едва успев похмелиться, взводу была поставлена задача пройти по ущелью в условленный квадрат и его обследовать на предмет обнаружения противника.
  Жара стояла тот день на редкость удушающая, и лишь благодаря реке, протекающей по ущелью, бойцы в какой-то мере могли приводить себя в чувство и продолжить движение.
  ─ Духи! - успел крикнуть своим товарищам Витал, следуя впереди группы и одновременно с его криком началась стрельба.
  Разведчики, не успевая сориентироваться на местности, были вынуждены припасть к земле и, выглядывая из своих незначительных укрытий, пытались отражать внезапное нападение.
  ─ Вертушку вызывай! - кричал Добрый связисту, лихорадочно отстреливаясь от боевиков, сидевших на сопке, позиции у которых во всем превосходили импровизированные укрытия разведки.
  ─ Сколько у нас время? - спросил у Доброго Дурыч, под шквалом огня пробиваясь к нему.
  ─ Минут двадцать, тридцать! - ответил он, не прерывая стрельбу, - Но сдается мне, что они не дадут нам так просто уйти и даже подняться! - Поэтому когда вертушки придут и отрежут тех, кто на сопке, забираем Витала и в реку!
  ─ Я не умею плавать! - занервничал Дурыч, испуганно глядя на бупное течение горной реки.
  ─ Я тоже когда-то не умел! - успокоил его Добрый, и, казалось, неуловимым движением проскочил к Малине, который, не умолкая, поливал из своего пулемета сопку.
  ─ Этих сейчас вертушки срежут, а ты нижних попробуй оттеснить! - сказал он, замечая как Горшок, прикрывая отход Витала от камня к камню двигается к реке.
  ─ Серега! - кричал Добрый, - По воде будем уходить, когда вертушки придут, и за поворотом встречаемся! Только Виталу с Горшком скажи, чтоб были готовы!
  ─ А ты куда? - спросил он, замечая, что Добрый сдает назад.
  ─ Я к Дурычу вернусь, а то он плавать не умеет!
  Вертушки появились через полчаса, и можно сказать сходу смели боевиков с сопки, а тех, кто находился ниже, к сожалению, достать не смогли, к тому же быстро развернуться в ущелье вертушкам составляла определенную трудность сама местность, то есть ее неудобный рельеф.
  Воспользовавшись помешательством боевиков, разведчики, страхуя друг друга, пробиваясь к реке, начали нырять.
  Добрый же, в свою очередь, увлекая за собой стрелявшего Дурыча, сам не понял как был подхвачен течением и силой его потока вбиваясь в берег, игнорируя поворот, чуть было не потерял друга, который, как выяснилось, действительно не умел плавать и выбираясь на берег, трясся как осиновый лист.
  К счастью все пловцы сразу собрались в условленном месте, поэтому, не пришлось на кого-то из них со словами: Ау, Ау, Ау! объявлять розыск и вызывать МЧС, тем более, что время у парней на "ауканье" не было вообще, поскольку боевики могли в любой момент нарисоваться на прилежащем к реке склоне или же сообщить о странных пловцах своим соотечественникам.
  ─ Машина! - увидел Дурыч, когда бойцы выходили к дороге.
  ─ Берем! - крикнул Добрый, и...
  И ее водила пожалел, что отправился в этот неудачный для него день по данной дороге.
  Благодаря чему бойцы разведки на автомашине "жигули" уже к вечеру прибыли в свое расположение и сидя за столом, вспоминая события прошедшего дня, по-своему смеялись. Хотя в сложившейся ситуации, находясь в ущелье им было далеко не до смеха. Утром следующего дня к бойцам заглянул ротный, так как непонятные шумы и стоны, исходящие от припаркованного у палатки "жигуленка", на протяжении всей ночи не давали ему спать.
  ─ Кто там у вас в машине? - спросил он, обращаясь к бойцам.
  ─ Боин! - вспомнил Добрый, ударяя себя ладонью по лбу, - Там же водила в багажнике!
  А когда бедолагу открыли, и разрешили поехать домой, он, долго хлопая глазами, не мог поверить в свое освобождение и уж тем более поверить в то, что отпустят его живым. Поэтому выгонять водилу пришлось только пинками, в противном случае он категорически не хотел садиться за руль.
  Три дня прошло, после не совсем удачного выхода взвода, и все три дня разведка позволяла себе разгульную жизнь, просыпаясь и засыпая с бутылкой в руках. И лишь на четвертые сутки взводный сообщил бойцам о новом задании, где, по мнению командования, требовалось контролировать выход из леса в район проходящей мимо колонны. А в двух словах, сидеть на кукурузном поле и смотреть на колонну со стороны и если вдруг кто-то в этот момент пожелает выскочить из леса, тут же его убить.
  Поскольку само по себе задание считалось скучным, до того как занять позицию на кукурузном поле (между дорогой и лесом), бойцы заехали в магазин, который расположен на въезде в село "Дача-Борзой" и успешно затарившись хавчиком с водкой. В указанном месте устроили себе очередное похмелье. Томясь более трех часов под открытым небом, "Бэха" нагрелась до такой степени, что хоть яичницу жарь. А воины, естественно от полного безделья, изрядно похмелившись, вынуждены были заняться ерундой в прямом смысле слова. А именно, замечая впереди себя милицейский пост (блокпост), скрытый бетонными блоками, решили проверить его на прочность.
  ─ Сколько до него метров? - спросил Добрый у Малины.
  ─ Метров 500, не больше! - ответил он, выцеливая в сторону блокпоста свой ПК. А как только пулемет затрещал и, казалось, от милицейского поста вскоре не осталось мокрого места, Добрый, наблюдая в бинокль, Малину остановил.
  ─ Подожди, не газуй! Они и так как крысы забегали! Правее возьми, там чей-то конь припарковался!
  И соответственно слушая корректировку огня от Доброго, Малина взял правее.
  ─ Ха-ха-ха! - смеялся добродушной души человек, - Походу ей, бедолаге, всю жопу разорвало! А теперь левее возьми, там у них знак стоит, только повыше!
  А как только от знака, как впрочем и от коня остались "рожки да ножки", минут через десять в проеме между бетонным забором показалась ожидаемая колонна.
  ─ Едут! - сказал Добрый бойцам и с этой минуты все шалости были тут же закончены, так как дело есть дело, а все остальное потом.
  Колонна, получая какую-то информацию от ментов, стоит отметить, что уже дальше проезжала при полной боевой готовности. А когда "Бэха" с разведчиками возвращалась в свое расположение, мусарки тоже грузили им разные небылицы про "инопланетян", тарелка которых якобы присела на кукурузное поле.
  Ночью ротный разбудил Доброго и сообщил, что в соседнем полку дезертировал какой-то солдат срочник, поэтому требовалось его найти о по возможности обезвредить.
  Понятно, что огорчение бойцов на тот момент являлось вполне оправданным и справедливым, поскольку поднять ночью с нагретой нары непонятно зачем, навряд ли кому-то понравится, а если спросить: "Причем здесь разведка, то "хирасима" вообще будет непонятной, о чем к гадалке не ходи".
  А посему, злые как динозавры, погружаясь на "Бэху", бойцы заведомо для себя решили устроить себе прогулку более чем привлекательную. И чтоб уже отныне никто даже мыслить не мог о том, чтоб доверить разведчикам нечто подобное.
  Соседняя часть стояла рядом со станицей "Асиновская", в связи с чем "Бэха" уже через десять минут бороздила расположение их полка, выруливая к штабу.
  ─ Помогите найти! - выйдя навстречу, сказал нач. штаба, бойцам, - А то натворит парень бед или не дай Бог в плен к боевикам попадет!
  ─ Давно ушел? - спросил его Добрый.
  ─ Утром! - ответил он, - Мы пытались пойти по горячим следам, но все безрезультатно!
  ─ Ладно! - казалось смирился с его просьбой Добрый, - Мы конечно попробуем по окрестностям пошариться, но ничего не обещаем!
  На этом данная беседа с их нач. штаба была закончена и "Бэха", нигде больше не задерживаясь, помчала бойцов в станицу "Асиновская".
  ─ Вон, какой-то хрен с горы! - указал Горшок на бегущее по улице тело.
  ─ Ловим его! - обратился к водиле Добрый, и "Бэха" на полном ходу, вслед за беглецом, ворвалась к нему во двор, разбивая в щепки огромные ворота.
  ─ Стоять! - закричал Малина, и кинулся вслед за ним в дом.
  А все остальные, как в старые добрые времена обстреливали попавшую под видимость фар закуску, то есть всполошившихся от грохота кур.
  ─ Ты зачем убегал? - спросил Добрый у хозяина, когда его привели, - Водка у тебя есть?
  ─ Я не торгую! - в страхе ответил он, замечая, как его кур бесцеремонно грузят в мешок.
  ─ А кто по твоему торгует? - поинтересовался великий воин, привязывая к его телу веревку.
  ─ На окраине! - едва слышно сказал испуганный мужик, с ужасом разглядывая на себе веревку.
  ─ Тогда вперед, и не задерживай движение! - давал инструкции Добрый, - А то попадешь под колеса и кирдык!
  Что дальше было, можно только догадаться, и если на данное движение взглянуть со стороны, картина маслом была на лицо. И однозначно на всемирном аукционе создавала бы собой конкуренцию картине Айвазовского "Бурлаки на Волге".
  ─ Здэсь! - кричал проводник, указывая на дом, пробегая мимо, поскольку "Бэха" не спешила тормозить, продолжая движение. А когда развернулась и осветила фарами ворота барыги, Добрый решил пожалеть беглеца и, прогоняя его за "Бэху", привязал конец веревки к ручке "десанта".
  Барыга открыл сразу, потому, как подобного шума у них в станице никогда не было, особенно по ночам.
  Дело в том, что местные жители в свое время заключили с боевиками сделку, чтоб они ни при каких обстоятельствах станицу "Асиновская" не бомбили и не тревожили, а в двух словах просто откупились и естественно отвечали взаимностью, не сливая федералам своих.
  Поэтому на каждой улице для боевиков во всем горел только зеленый свет, но даже питерский "омон", базируясь в станице, старался не обращать внимание.
  ─ Водку неси! - сказал Добрый барыге.
  ─ Сколько? - ослепленный фарами, поинтересовался он у ночных гостей.
  ─ Десять бутылок и побыстрей! - подтолкнул его Горшок, направляясь за ним, куда в последствии, оставляя Дурыча и привязанного к "Бэхе" проводника, потянулись остальные бойцы.
  ─ Удачно затарившись у барыги харчами и водкой, не забывая отблагодарить его за теплый прием, и поднять тост за Сталина, бойцы, находясь в бодром состоянии духа, отправились в свое расположение.
  ─ Не понял! - наматывая на руку веревку, сказал Горшок, - А где же пиковый?
  ─ Может пока ехали, стерся! - предположил Добрый, видя пустой конец.
  Может быть! - подумал про себя Горшок, вспоминая, что на обратном пути проводник бежал сзади.
  После чего, сгружая с "Бэхи" трофеи, добытые в "боях", бойцы дружно пошли продолжать поиски дезертира у себя в палатке.
  Утром, когда проснулись и кинулись на поиски похмелья, водки нигде не оказалось, поэтому иного выхода не было, как ехать и покупать.
  Добрый, выбирая самого, на его взгляд стоячего на ногах "Хмурого" (правда, как выяснилось, слегка побитого ночью пулеметной лентой), взял с собой в качестве "принеси-подай". А как только начинали выруливать из своего расположения, у штаба их окликнул генерал, по слухам прибывший в полк с плановой проверкой.
  "Бэха" подчиняясь большому начальству, лихо тормознула у его ног и взбешенный от испуга "проверяющий" засуетился как угорь, при этом глотая свои слова.
  ─ Да я вас! Да вы у меня! Ну-ка быстро к машине! и т.д.
  На что бойцы естественно отреагировали и спрыгнули с "Бэхи", чтоб не будить в нем демона, который и так рвал и метал.
  ─ Что за внешний вид! - продолжал он, - Распустились тут на казенных харчах! - и выбирая себе в жертву Хмурого, сразу врезал ему оплеуху.
  А поскольку больную голову великого воина на тот момент теребили мысли о срочном похмелье и ярость генерала не входила в его планы, а наоборот создавала дискомфорт, то данную команду Хмурому: - Поехали! - можно было понять.
  Зато генерал такого поворота событий явно не ожидал, и истерично топая ногами, посылал вслед уходящей "Бэхе" не одну дюжину неприличных слов, которые переводу не подлежат.
  ─ Не везет тебе чегодня! - глядя на Хмурого сказал Добрый, - За что тебя Ваня приласкал?
  ─ Я пистолет чистил! - исповедовался он, - А когда вытащил обойму, в патроннике остался патрон и...
  ─ И что и...? - переспросил Добрый.
  ─ И случайно выстрелил Вани в ухо, в смысле зацепил!
  ─ И он тебя за это пулеметной летной! Так?
  ─ Выходит что так? - словно выдохнул он.
  Утром начальник разведки сам зашел в палатку к бойцам с очередным заданием, так как требовалось в этот раз сопровождать не какую-нибудь колонну, а самого командира полка, то есть "боса".
  В связи с чем, начальником разведки были обозначены те бойцы, кто непосредственно будут входить в группу сопровождения. А именно, Добрый, Малина, Дурыч, Витал и Макс, причем последнего он обозначил дважды. А если учитывать прошлые заслуги данного воина, то выбор "шефа" разведки многим показался не совсем понятным, но так как приказы, к сожалению, не обсуждаются, то поневоле пришлось бойцам с этим смириться.
  В населенный пункт "Шатой", считавшийся районным центром, спец. колонна доехала без каких-либо приключений и отправляя взглядом ком. Полка в комендатуру разведчики решили посетить местный рынок, чтоб в какой-то мере поправить свое самочувствие.
  Бутылка водки, выпитая прямо за ларьком, была лишь каплей в море для пятерых здоровых парней. А покупать еще, находясь на задании, было не совсем правильно.
  Поэтому, возвращаясь к комендатуре, Добрый решил пробить у местных "гвардейцев" где можно реально купить "травки", чтоб тем самым одурманить свои мозги, которые достали его своим нытьем о срочном похмелье.
  К счастью дом предполагаемого барыги не пришлось долго искать, так как находился он рядом, однако сам по себе разговор о "купле-продаже" "дурман-травы", именуемой марихуана, сложился не в пользу парней.
  ─ Здравствуй отец! - глядя сверху вниз на мелкого барыгу, выразил свое приветствие Добрый, - Курить нам продашь?
  ─ У меня нэт курить! - недумая ответил он, посматривая по сторонам, - Но могу вам яблок предложить!
  ─ Нэт говоришь! - задумался великий воин, - Ну давай хоть яблок!
  А когда он принес бойцы присели на лавку и, не замечая рядом с собой барыгу, думая о своем насущном, молча употребляли продукт.
  ─ А вы откуда? - спросил хозяин яблок, глядя на них со стороны.
  ─ Я из Дагестана! - спокойно ответил Макс.
  ─ А я из Грузии! - поддержал его Добрый, - Алан Сидоманидзе, не слыхал?
  ─ Нэт, не слыхал! - признал барыги и понимая что перед ним далеко не русские солдаты и в их жилах течет кровь великих горцев, тут же решил исправить свою ошибку и принести им курить, причем совершенно бесплатно.
  Пока курили и по своему прикалывались с комендатурской гвардией, нарисовался ком. полка. В связи с чем, погрузившись на "Бэху" сопровождение "боса" было продолжено вновь, то есть возвращались в свое расположение.
  По пути спец. колонна заехала на блокпост к пехотинцам, где "КЭП" решил пообщаться с их командиром батальона и находясь в режиме ожидания апатичный взгляд Доброго вдруг увидел проходившую мимо повариху, которая понимая, что на нее смотрят, игриво покачивая бедрами нагнулась якобы поднять с земли упавшее "весло" - ложку.
  Шельма! - подумал великий воин и, толкая Малину в бок, спросил:
  ─ Ты видел, как красиво прошла?
  ─ С чего ты взял что красиво? - поинтересовался он.
  ─ Ну как же! - возмутился Добрый, - Нести такую "духовку" не каждой бабе под силу, а она губки бантиком и вперед!
  ─ Согласен! - подтвердил Малина, - С такой задницей одного парашюта будет мало!
  ─ В смысле? - не понял добродушной души человек.
  ─ В смысле, если одним парашютом прыгать, то даже караул крикнуть не успеет.
  ─ Вечно ты все испохабишь! - отвернулся от него влюбленный и видя начальника разведки тут же подорвался к нему.
  ─ Командир, разреши остаться!
  ─ Зачем? - нахмурился он, не понимая сути его просьбы.
  ─ Баба понравилась! - признал как есть Добрый, - Да и когда еще подвернется такой случай!
  ─ А как же "КЭП"? - спросил влюбленного командир.
  ─ А что "КЭП"! - стоял на своем Добрый, - Четыре километра пути и без меня довезут. А я завтра вернусь!
  ─ Ладно! - смирился с его просьбой начальник разведки, - Только спрячься куда-нибудь подальше, чтоб он тебя не видел!
  После этих слов Добрый, как пуля, нырнул в огромные заросли крапивы, не думая о последствиях. К тому же возвращался ком. полка и на другие решения время у него уже не оставалось.
  Руки и лицо влюбленного не смогли избежать укусов крапивы, поскольку сидя на корточках в ее владениях он был ни кто иной, как кролик, сознательно сдавшийся в плен. Но крик любви, исходящий из его сердца не позволял ему обращать внимание на возникшие неудобства. В мыслях на тот момент была только она и ее задница, "обзор" которой она посвящала ему.
  ─ Ты остался? - удивленно спросила девчонка, видя идущего к столовой Доброго.
  ─ Да! - смущаясь, ответил он, прикрывая на своем лице ожог от крапивы.
  ─ Тебя что пчелы покусали? - посмеялась она.
  ─ Нет, просто крапива! - едва слышно сказал он и перевел тему, - Ты не покормишь меня?
  ─ Конечно, покормлю! - казалось, обрадовалась девчонка знакомству с ним, и сознательно виляя "хвостом", скрылась в палатке.
  Радость наполняла собой душу великого воина, ведь что не говори, а длительное время без секса дает о себе знать. Поэтому рассчитывая на взаимное желание поварихи, он прибывал на седьмом небе.
  После употребления всех блюд, предложенных милым созданием, по ее просьбе Добрый наполнил все подлежащие столовой бидоны ключевой водой, как "заяц" бегая туда-сюда с ведрами.
  Далее при дружеской беседе о протекающих буднях с прекрасной Елизаветой (именно так представилась ему повариха) влюбленный переколол все дрова и аккуратно сложил их вблизи полевой кухни.
  А когда по ее просьбе подлатал протекающую от дождя крышу и присел на вечернюю трапезу, сомнений в том, что в этот раз им кто-то сможет помешать, никаких не было, потому, как все проходило и близилось к сексу именно по сценарию жизни: "Коль сука захочет, кобель тут же вскочит".
  ─ Ты кто? - услышал Добрый вопрос за своей спиной.
  ─ Как кто? - развернулся он, - Разведчик!
  ─ А здесь какими судьбами? - поинтересовался у странного воина ком. батальона.
  ─ А здесь он, мне помогает! - вмешалась в разговор Елизавета, подойдя к ним, - Так что не ругай его, милый!
  ─ Я не ругаю! - засмущался ком. бат, - А просто спросил! - и обнимая повариху, увлек ее за собой.
  ─ До свидания, Леша! - обернувшись, кричала она, - Спасибо тебе за все!
  Более трех часов с каменным лицом простоял Добрый на месте, словно вкопанный в землю, поскольку такого финала он явно не ожидал и не предвидел. Его сердце, которое совсем недавно пело и трепетало, превратилось в камень. И отныне, вспоминая те минуты разочарований и огорчений, он непроизвольно сочинил для себя стихи, с которыми можно сказать жил все последующие годы и такие стихоплеты как А.С. Пушкин на тот момент "вдохновений" с ним даже не стояли:
  Куда-то делся прежний нрав,
  И родилась в том месте злоба.
  А в сердце, где жила любовь
  Осталась вмятина как проба...
  Придя на блокпост к пехотинцам, парни сразу заметили в великом воине душевную травму, так как лица на нем действительно не было. А взгляд, казалось, нес собой полное безразличие, поэтому они тут же решили предложить ему водки, чтоб таким образом привести его в чувство.
  ─ К своим мне надо! - спокойно сказал он пехотинцам, закусывая водку салом.
  ─ Куда ты ночью пешком! - пытались возразить его решению парни, - Утром кто-нибудь поедет и подвезет!
  ─ Ничего, сам потихоньку дойду! - ответил Добрый и, поблагодарив за теплый прием, пошел, но они его остановили:
  ─ Возьми хоть осла! А то стоит тут второй день без движений!
  ─ А хозяин его где? - спросил Добрый парней.
  ─ Хозяин сбежал как заяц! - посмеялись они, - Так что бери трофей и ни о чем не думай!
  Великий воин, выводя ослика на дорогу потихоньку на него сел и слыша протяжное: - Иа, Иа, Иа! Чуть было не прослезился сам, так как "Конек-горбунок" под его тяжестью, казалось, оставил на старте свой вчерашний обед.
  ─ Потерпи, дорогой! - успокоил его Добрый, - Тут не далеко, четыре километра!
  И маленькие ножки ослика трусцой поспешили по мокрому асфальту.
  Спустя пару часов езды, Добрый услышал голос постового:
  ─ Восемь!
  ─ Оставь меня, любезный, я в печали! - сказал он в ответ, даже не пытаясь вспомнить необходимую цифру, и повезло, что парень на посту хорошо знал великого воина, а иначе дырка во лбу была бы реальной и вполне заслуженной.
  В свою палатку Добрый заехал прямо на ослике, так как лень было с него слезать. И хорошо, что в этот момент все бойцы спали, а иначе трудно себе представить их реакцию при виде данного чуда.
  Привязав ослика рядом со своей кроватью, ни о чем больше не размышляя, Добрый лег спать. А когда утром "конек-горбунок" закричал как угорелый и все присутствующие в палатке были готовы его застрелить, великий воин, не открывая глаз, успокоил обозленных парней словами:
  ─ Оставьте его в покое, это мой друг!
  Когда Добрый пробудился, Малина естественно спросил его о романе с поварихой и, хотя он всячески старался уйти от ответа, очередной облом ему было не скрыть. К счастью Малина, видя состояние друга, не стал по этому поводу разводить бодягу и и прикалываться над ним. Но на счет осла, все же не упустил возможность, чтоб не зацепить:
  ─ Ты мне не дашь своего друга? - спросил Малина у Доброго.
  ─ Зачем он тебе? - не понял он, поглаживая ослика по спине.
  ─ До ларька доеду! - пояснил корешь, - Там все в шоке будут, когда я подрулю и припаркуюсь!
  ─ Бери! - дал согласие Добрый и то сделал это не ради предполагаемого прикола, а из-за того, что сам хотел похмелиться и как говориться забыться, ведь как не крути, а последний облом ему по прежнему теребил душу.
  Малина обернулся быстро, так как ларьки где можно безболезненно приобрести спиртное находились недалеко и, паркуя ослика рядом с кроватью Доброго, с иронией сказал:
  ─ Там за твоего друга предлагали хорошие деньги!
  ─ Кто предлагал? - поинтересовался Добрый.
  ─ Продавщица! - поведал он.
  ─ Да пошла она нахрен! - завелся добродушной души человек, - Я вечером за мост к барыге заеду, он все берет, да и водка у намного круче этого местного пойла!
  ─ Не жалко такого ослика продавать? - вмешался в разговор Горшок, забивая косяк.
  ─ Жалко у пчелки! - резко ответил Добрый, - А если барыге предложим, то глядишь, на халяву лишний раз отоваримся!
  До вечера бойцы, не просыхая, курили план и пили в свое удовольствие, и что характерно, ни то, ни другое Доброго, казалось, не брало, поэтому ближе к вечеру по прежнему расстроенный до глубины души седлая своего "конька-горбунка", он поскакал к знакомому барыге.
  Минуя блокпост, и приветливо махая часовому рукой, солдат еще долго смотрел в след странному всаднику, поскольку подобного чуда за свою службу он еще никогда не встречал.
  Знакомый пехотинец чуть было не поперхнулся, когда выйдя из дома барыги во двор, увидел Доброго сидя на осле.
  ─ Как зовут твоего "коня"? - пряча улыбку, спросил он.
  ─ Иоанн Грозный! - не думая, ответил Добрый, - Барыгу позови!
  Безусловно, черная полоса преследовала воина и наступала на пятки, поэтому барыга не решился брать на себя грех и менять начертанную судьбу Доброго. Более того, ослика, которого добродушной души человек пытался ему продать, он узнал сразу и соответственно не стал покупать, опасаясь его злого хозяина.
  ─ Водки вам дам бесплатно! - сказал барыга, - А осла забирайте с собой!
  ─ Тогда хавчик еще принеси! - ответил ему Добрый, намереваясь с пехотинцем выпить на так называемый посошок. А он в свою очередь решил угостить великого воина хорошим планом.
  Спустя пару часов Иоанн Грозный уже вез своего "жокея" домой, который сидя на нем, был погружен в глубокий сон в прямом смысле слова, так как спиртное, план, переживание и естественная усталость все же в кубе сыграли свое.
  Ослик хоть и животное, а в тот момент соображал не хуже здравомыслящего человека. Поэтому ему не составило особого труда понять, что "жокей" его спит. В связи с чем, согласно известной пословицы: "В гостях хорошо, а дома лучше", принял решение изменить путь.
  ─ ИА, ИА, ИА! - стоя у своих ворот, сказал ослик и спустя пару минут двери открылись.
  А так как черная полоса в судьбе Доброго по-прежнему набирала свой ход, оскверняя путь, хозяин которого в эту ночь навестили боевики, видя на своем осле спящего воина, чуть было не потерял дар речи, поскольку такого подарка он явно не ожидал. А как только пришел в себя и сопроводил ослика во двор, чтоб скрыть от посторонних глаз, то прибегая к помощи своих друзей, великого воина тут же обезоружили, крепко-накрепко связали и бросили в сарай.
  ─ Это тот, за кого дэньги Анвар обещал! - рассматривая лежавшего воина, сказал один из них.
  ─ Да, это он! - "Вэденское" ущелье, развэдчик! - согласился второй, - Надо его переправить на базу!
  И оставляя пленного наедине, что-то между собой обсуждая, ушли.
  Блин! - думал Добрый, придя в себя, и хоть после удара чем-то тяжелым по голове его мысли лихорадочно сбивались в кучу и в полной мере не могли соображать, все ж одно было понятно, что попал он не в очень хорошую ситуацию. А если учитывать их разговор о "Введенском" ущелье, где якобы в прошлом контракте их взвод проявил себя не совсем добродушно по отношению к боевикам, то ожидать от них можно реальной смерти. Причем смерти, как правило, не благоприятной, о чем даже и думать страшно.
  А с другой стороны, если судить опять же по разговорам тех, кто его принимал, убивать будут не в этом сарае и не она, поэтому шанс на спасение какой-никакой, у него все же был.
  Туго связанные веревки сильно впивались в запястье рук великого воина и все попытки освободить их оказались напрасны. Но как бы все для него не складывалось, его потускневший разум все э приходил в чувство и постепенно выдавал ему картину всего происходящего с ним за последние сутки.
  Первое, вспомнил он, все знают, что поехал я к барыге за мост, значит, на кол его посадят однозначно. Второе, пехотинец расскажет, когда и во сколько мы с ним разошлись, поэтому, где искать уже в какой-то мере будет понятно. В смысле пойдут парни к хозяину осла. И остается вопрос, куда отсюда меня повезут? Хотя...
  Вскоре все размышления Доброго были прерваны, точнее сказать, во дворе он услышал движение и какое-то гнусное насвистывание восточной мелодии, видимо исходящей от одного из боевиков-меломанов и далее уже кто-то к сараю подогнал "авто", судя по звукам мотора российского происхождения.
  Повезут! - подумал для себя Добрый и на всякий случай якобы отключился.
  ─ Тяжелый баран! - выдавил как пасту из тюбика один из "грузчиков", кидая тело великого воина в багажник. И спустя пару минут машина уже медленно бежала по улицам неизвестной деревни.
  Добрый лежал как приклеенный клеем момент, поскольку с его "скромной" структурой сложения вбитой в багажник буквой "зю", даже пошевелиться было невозможно. А кричать "sos" на ближайшем блокпосту во время проверки документов не входило в его правила, к тому же любое подобное движение и прочие "вздохи" легко могли спровоцировать боевиков стрелять в невинных солдат. К счастью для духов, проверка документов на посту прошла без каких-либо осложнений, что вполне очевидно, потому как данное "авто" и ее водитель неоднократно имели честь следовать подобным путем. Доброму столь скорая проверка тоже можно сказать была на руку и дополняла все его доводы, связанные с очередной "инфо" для друзей, в плане, где он и куда направлялся.
  Чуть больше часа прошло с тех пор, как проехали пост. А когда остановились, Доброму было отчетливо слышно голоса встречающих машину людей, что означало для него являлось сигналом собираться "с вещами" на выход.
  Из багажника воина вытащили так же грубо, как туда оформляли и с лютой ненавистью в глазах, изрыгаясь в его адрес "ядом", на голову пленнику надели мешок.
  После чего, понимая, что он очень опасен, привязали ему веревку к ногам путо, и петлей затягивая не веревку, потянули за нее как дикого пса.
  Долго, казалось, продолжалось данное движение и частые падения из-за неудобства связанных ног с каждым разом все сильнее возбуждали в великом воине злобу и желание отомстить, ведь что не говори, а поднимали его боевики с помощью пинков и ударов.
  Таким образом, можно смело сказать, что к месту вынужденной стоянки привезли уже не добродушной души человека, а реального монстра. Однако Добрый пока не спешил показывать зубы и прибегать к атакующим действиям, поскольку путы на ногах и связанные руки в данный момент давали преимущество его врагам, зато морально он всем своим нутром при первой возможности был готов умереть, как подобает великому воину.
  ─ Сейчас, баран, мы будем тебя резать! - снимая мешок с головы Доброго, сказал дух и тут же ударил.
  ─ Режь сука! - с улыбкой ответил он, - Но если вы меня сейчас не убьете, то я вам козлам всем головы оторву!
  И получая, прикладом автомата, очередной удар в спину разум, казалось, на время покинул Доброго. А посему уже все последующие события как волокли, как бросали в яму и т.д., как вспышки света мелькали в его голове. Поэтому приходя в себя с трудом поднимая свой взор к небу, он едва различал того, кто, склонившись над ямой, посылал в его адрес сплошные проклятия. А когда, насвистывая все ту же гнусную мелодию, боевик ушел, Доброму не составило труда понять, кто это был, поскольку подобный восточный мотив отныне уже навсегда остался в его памяти. Спустя какое-то время великий воин услышал наверху шаги, явно идущие к яме.
  ─ Я поеду вперед! - говорил кто-то, - И завтра к полудню ждите от Анвара гостей!
  ─ Здэсь его никто не найдет! - отвечал собеседник и этих коротких и обрывистых фраз Доброму вполне хватило понять, что сутки минимум он еще поживет при любом раскладе.
  Светало быстро и, глядя наверх, изучая свое временное жилье, пленнику послышался какой-то непонятный шум, словно кто-то крадется. После чего он отчетливо увидел голову девчонки, которая изучающим взглядом с интересом смотрела на него.
  ─ Кто ты? - спросил Добрый странную незнакомку, и, не дождавшись от нее ответа, попытался встать, чтоб как можно ближе разглядеть ее детское лицо.
  Девчонка молчала как прокаженная, лишь изредка оглядываясь по сторонам, так как явно боялась, что кто-то ее заметит.
  ─ Принеси мне поесть! - сказал добродушной души человек, рассчитывая перед смертью устроить себе последнюю трапезу, к тому же голод его действительно достал.
  ─ Девчонка по прежнему молчала, и видимо, теряя свой интерес к русскому солдату, вскоре ушла.
  Все они такие! - подумал про себя Добрый, Что малый, что старый, один хрен!
  Но не прошло и получаса, великий воин покаялся в том, что плохо подумал о девчонке и подобной ей, так как в яму упал хлеб с луком.
  ─ Может, ножик принесешь, лук порезать? - сказал он своей молчаливой знакомой, хотя сам явно не верил в то, что просил. А когда, буквально через несколько минут, в яму упал нож, то радости великого воина уже, казалось, не будет конца, твердо зная, что живым теперь его, ни одна сволочь не возьмет.
  А тем временем (как стало известно со слов Малины), в расположении разведроты начался своего рода естественный "сыр-бор" по поводу отсутствия Доброго, что однозначно привело бойцов в ярость, ведь что не говори, а подобного у них никогда не было. После недолгих рассуждений, как и предполагал Добрый, разведчики всем составом и при полной боевой выкладке, не забывая прихватить с собой "Тапик", погружаясь на "Бэху", стартанули к барыге.
  Когда сходу ворвались к нему во двор, ломая ворота, он в свою очередь видя озлобленных воинов сделал попытку сбежать, но тут же как заяц был скошен автоматной очередью и с прострелянными ногами после подключения "Тапика" все рассказал. Далее все происходило аналогичным сценарием, ворвались во двор, вытащили из дома хозяина осла и какого-то гостя, который, как говорится, оказался не в том месте, не в тот час, тут же поставили обоих на колени и только после этого вопрос:
  ─ Где он?
  ─ Кто он? - решил на свою голову схитрить хозяин.
  ─ Осел, блин! - ответил Малина и, не раздумывая, выстрелом в голову, убил гостя, - Последний раз спрашиваю, где он, не скажешь, вырежем все село?
  Горшок в тот момент, тоже не терял время даром и тащил к месту казни за веревку осла.
  ─ Он следующий! - перевел Малина ствол на "конька-горбунка".
  ─ Я покажу где! - ответил испуганный хозяин, здраво понимая, что парни не шутят.
  Поэтому спустя пару минут "Бэха" с проводником на борту уже направлялась дальше.
  Слыша какие-то непонятные крики наверху и быстрые шаги к яме, Добрый моментально превратился в связанный беспомощный балласт, и на все оклики, исходящие от боевика, смотрящего вниз, сознательно не реагировал. А когда он попытался спуститься в яму к якобы связанному пленнику, то был заведомо обречен, так как великий воин тут же схватил его в свои железные объятия.
  ─ Молчи сука! - сказал он жертве, - Надо было сразу меня убивать, а ты не послушал, поэтому сам виноват! - и с этими словами "аккуратно" прошелся по его шее ножом.
  Наверху послышалась стрельба, взрывы, крики, что однозначно подсказывало великому воину, что в деревню приехали свои. А посему, оставляя окровавленное тело боевика в яме, он, пользуясь спущенной лестницей поднялся наверх и закричал:
  ─ Бабу, бабу не трогать! Она мой друг.
  ─ Осел тоже был твоим другом, но сукой оказался! - ответил ему Малинная, кидая автомат и Добрый как леопард подорвался в полуразрушенный от гранатометов дом, где под развалинами обнаружил едва живое тело девчонки.
  ─ Вот видишь, как в жизни бывает! - сказал он ей, разбирая завал, - Потерпи, я что-нибудь обязательно придумаю! И бережно поднимая девчонку на руки, не обращая внимание на царившую вокруг стрельбу, понес бедолагу к "Бэхе".
  ─ Куда ты ее прешь? - спросил удивленный Горшок.
  ─ Она мне жизнь спасла! - спокойно ответил Добрый и видя, что все вокруг стихло, крикнул Малине, - поехали в полк!
  По возвращению на базу "Бэха" сразу же подрулила к штабу, где находилась медицинская часть, после чего, отдавая девчонку в руки "Айболита", Добрый сказал,
  ─ Сделай с ней что-нибудь, для меня это вопрос жизни!
  И убедившись, что его услышали, просто ушел.
  Вечером того же дня, сидя в палатке и отмечая свое возвращение, Доброму невольно пришлось выслушать в свой адрес не мало насмешек. Ведь что не говори, а такого попадания в плен за всю историю государства российского еще никогда не было.
  На утро в мед. части великий воин узнал, что девчонку отправили в госпиталь и все у нее слава Богу хорошо. А как только вернулся в свое расположение, у палатки его ожидала местная повариха.
  ─ Помоги! - причитала женщина, - Я бы ни за что не пошла к тебе, но он слишком нагло себя повел!
  ─ Кто? - спросил добродушной души человек.
  ─ Водовоз! - пояснила расстроенная дама, - Взял у меня в долг, а сегодня вообще нахрен послал и сказал, отдавать не буду!
  ─ Хорошо, решим! - ответил Добрый и, не обращая больше на нее внимание, зашел в палатку.
  Все дело в том, что их полк собирался уезжать в Россию, а в двух словах уходить из Чечни. В связи с чем, Добрый, Малина, Горшок и Макс решили увольняться и таким образом отдохнуть от войны и всего, что с ней связано. Ну а дальше уже как фишка ляжет. То есть новый контракт, новый полк и соответственно новые приключения. Поэтому парни готовились к увольнению. А уже ближе к вечеру на намеченную отвальную в палатке разведчиков собрались друзья из других подразделений, что, как положено, проводить парней в "отпуск".
  ─ Надо будет "штэпса" одного наказать! - во время шумного застолья сказал Добрый, обращаясь к Малине.
  ─ Кто он? - поинтересовался друг.
  ─ Так, никто? - ответил он, - Местный водяной! Задолжал поварихе, а она в слезы!
  И понимая друг друга, друзьям не понадобилось обсуждать все дальнейшие действия, поскольку сука была обречена, что значит обречена.
  Водяной спал, когда за ним пришли и без каких-либо объяснений, после недолгой физической обработки, унесли к себе.
  ─ Деньги где? - спросил тего Добрый, когда разум к водяному вернулся.
  ─ Какие деньги? - сморщила лоб тыловая крыса.
  ─ Тапик! - спокойно сказал Малине добродушной души человек.
  И уже через час все его заначки и прочие трофеи лежали в палатке на столе.
  К сожалению, о его дальнейшей участи история умалчивает, и где он впоследствии выплыл никому не известно, потому как после всех выполненных процедур Водяной, согласно своей деятельности был брошен с обрыва в недра реки "Аргун" и подхвачен ее бурным течением.
  Утром следующего дня всех кто увольнялся из полка вертушкой отпрвили в "Ханкалу", откуда дальнейший их маршрут проходил через "Маздок" в Прохладное, и уже, согласно купленным на вокзале билетам, поезд доставил парней до Волгограда. В Волгограде, как выяснилось, до Москвы билетов не оказалось и решая на месте что делать и как в сложившейся ситуации быть перед воинами словно по щучьему велению нарисовались два странных "чувака" кавказской национальности.
  ─ Вам куда? - спросили у парней дети гор.
  ─ Через Орел в Москву! - ответил Добрый, понимая, что подобным вопросом беседа не ограничится, поскольку просто так "пиковые" не решились бы к ним подойти.
  ─ Мы можем девести! - продолжил один из них, - Но вам это дорого обойдется!
  ─ Просто сам путь не близкий! - вмешался в разговор второй, желая тем самым подтвердить якобы завышенную стоимость проезда.
  ─ Идет! - согласились парни и, следуя за ними, погрузились в две припаркованные у вокзала машины, то есть Добрый с Малиной в одну, а остальные в другую.
  Когда отъехали, и, казалось, все складывалось благополучно в плане возвращения домой, на повороте в машину Доброго подсел некто "попутчик", судя по всему, знакомый водилы. Так как он сам его якобы заметил и затормозил. Однако такой "трюк" заставил великого воина задуматься и в какой-то мере насторожиться, поскольку он твердо знал, что в данной жизни просто так ничего не бывает.
  А если учитывать, что русская земля слухами славится, то можно сделать вывод, что "пиковые" предложили свои услуги с одной целью срубить с контрактников бабло, к тому же многие парни уже попадали в подобные ситуации.
  Спустя пару часов езды, размышляя о своем, Добрый чуть было не поперхулся в прямом смысле слова, так как взгляд его на зеркале заднего вида увидел на цепочке жетоны, именуемые среди воинов "смертнички" (на которых выбивается номер для опознания погибших солдат). Причем один из жетонов был его личный, который у него сорвали боевики, когда на коглову одевали мешок. А как только сидевший рядом с водилой "пиковый" стал насвистывать ту самую гнусную мелодию, Добрый ее сразу узнал и непроизвольно вспоминая события прошлого плена, которые как наяву предстали его воображению, понял, где собака зарыта.
  Сука! подумал он, готовясь порвать его голыми руками. И в этот момент началось то, о чем великий воин предполагал часом раньше. А именно его личный враг вдруг резко повернулся и произвел выстрел. А поскольку Добрый морально и физически был готов к данному раскладу, то естественно успел увернуться и нанести удар. Водила, как не старался исправить положение дел, но вытащить свой ствол ему не удалось, так как тоже обмяк. И хорошо, что вовремя отреагировал Малина и схватился за руль. А иначе данная потасовка могла бы обернуться для них совершенно иначе.
  ─ Что это было? - выруливая к обочине и поворачивая ключ зажигания, спросил он.
  ─ Об этом потом! - быстро ответил Добрый и забирая у них стволы вышел из машины.
  - Горшок, Макс и Санёк не могли понять их манёвра, но замечая на обочине Доброго , невольно засуетились, посматривая на своего водилу, который якобы контролируя ситуацию тоже остановил машину.
  - Сидэть!- кричал он, нацеливая на парней пистолет. Но Добрый, следуя по обочине к ним на встречу, уже стрелял в него из обоих стволов. В связи с чем, парни как угорелые выскакивали из машины и падали лицом вниз.
  Убедившись, что "пиковый" - труп, Великий воин, выбрасывая стволы в лес, вернулся, чтобы вытащить из машины ещё живого "духа".
  - Тогда в деревне банковали вы, но упустили свой шанс!- склонившись над ним, прижимая его к асфальту коленом, сказал добродушный человек, - А в этот раз, выходит, что банкую я, и шанс свой не упущу!
  И видя, что жертва, хлопая испуганными глазами, узнала его, он тут же свернул ему шею. После чего, срывая с зеркала связку жетонов и глядя на лежащего рядом с машиной водилу, о котором позаботился Малина, великий воин облегчённо вздохнул.
   Все последующие события развивались как на "автопилоте", поскольку дело сделано, а значит, чему быть - того не миновать, поэтому погружаясь в трофейную машину, изъятую у врага, воины спокойно продолжили свой начатый путь.
   ___________ ПОСЛЕСЛОВИЕ___________
   Безусловно, три трупа брошенные на дороге не остались без внимания проезжающих мимо машин. А, следовательно, "Эхо" войны вскоре прозвучит громом в судьбе каждого участника событий, и отныне уже жизнь Великого воина изменится в корне. Но это уже будет совсем другая история, о которой подробно будет изложено в следующей книге.
  
   ЖДИТЕ КНИГУ : "ЭХО - ВОЙНЫ"......
  P.S.
  Ну а песню, с которой можно сказать всё началось, я как и обещал - написал. Правда получилась она, не совсем "Пиллигримовская", поскольку в окопах мне так и не довелось посидеть, но в любом случае, дарю её всем воинам, как бывшим, так и настоящим:
   "ВОЙНА"
  ВСТУПЛЕНИЕ...(в момент музыки слышны крики и плач людей, взрывы, стрельба, рокот самолета, лай собак и т.д.)
  
   На войне как на войне, было всё как в страшном сне, но не сон (эхо - но не сон)
  И спустя немало лет, эхом души теребит, боли звон (эхо - боли звон)
  То, что спишет всё война, что такой судьба дана, не ответ (эхо-не ответ)
  В день Великого Суда всем заслуги облегчит, Божий Свет.
  ПРИПЕВ: Война войной, судьба судьбой
   А жизнь одна.
   И видит Бог за всем стоит сам сатана.
   Война войной, судьба судьбой, как не крути.
   А за грехи придётся всем ответ нести.
  На войне, как на войне кровь пролилась
  По земле злой рукой (эхо - злой рукой)
  Миллионы грешных душ, сатана он нас
  Увёл, в мир иной (эхо - в мир иной)
  То, что спишет всё война, как сулит нам
  Сатана, не списать (эхо - не списать)
  И пусть милосерден Бог, но самим
  Друзья наш долг, не плошать.
  ПРИПЕВ: ----- " -------
  ПРОИГРЫШ.......
  ПРИПЕВ: ------- " --------
  ( И конец, исполнитель говорит,
  Своими словами;)
  На войне как на войне, было всё
  Как в страшном сне, но не сон......
   Конец.
   Подпись Джони Р,эп.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  -
  
  
  
  
Оценка: 7.00*3  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Т.Ильясов "Знамение. Час Икс"(Постапокалипсис) Д.Сугралинов "Дисгардиум 6. Демонические игры"(ЛитРПГ) Ю.Резник "Семь"(Киберпанк) Э.Моргот "Злодейский путь!.. [том 7-8]"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) Т.Мух "Падальщик 2. Сотрясая Основы"(Боевая фантастика) А.Куст "Поварёшка"(Боевик) А.Завгородняя "Невеста Напрокат"(Любовное фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Путь офицера."(Боевое фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Решение офицера."(Боевое фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

НОВЫЕ КНИГИ АВТОРОВ СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Сирена иной реальности", И.Мартин "Твой последний шазам", С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"