# 0.0 Старая сказка на новый лад

Аноним Решительный

Давным давно люди заточили монстров под землю. Истоки войны, приведшей к этому никому неведомы, но жизнь в Подземелье сплотила монстров. Они не стали возвышенной расой, но хотя бы сохранили свою "человечность". Но далеко не все.

Гора Эботт. Королевство монстров, Подземелье. Руины.


"Давным-давно две расы правили Землёй: ЛЮДИ и МОНСТРЫ. Однажды началась война между двумя расами. После долгой битвы, люди победили. Они запечатали монстров под землёй с помощью магического барьера. И лишь семь человеческих душ могли его разрушить..." - порядком истершаяся надпись на старом барельефе в руинах уже не вызывает никаких эмоций. Эта история изначально весьма мутная, а уж факт того, что и у людей, и у монстров есть своя версия этих событий, со своими подтверждёнными фактами, зачастую противоречащими друг другу, и вовсе подтверждает, что соваться в это дело не стоит - у меня и без этого работы хватает.


Впрочем, как бы не хотелось обратного - в этой надписи нет ни слова лжи. Люди живут на поверхности, монстры заперты под землёй, а барьер можно разрушить лишь используя человеческие души. Или душу - хватит всего одной или двух, если те будут достаточно сильны. Хотя таким людям незачем залезать на гору Эботт, под которой мы и похоронены живьём.


И если они даже заберутся на гору, пользующуюся весьма дурной славой, специально о нашем доме у упавших сюда спрашивал, то вряд ли такие люди просто возьмут и сваляться к нам через один из многочисленных обвалов пещер. Аж про то, что, кто-то спустится сюда добровольно, и говорить не стоит - барьер весьма ослаб за годы, но при приближении всё ещё успешно нагоняет жути на любого. Но хотя бы, если человек и входит внутрь, то выйти уже не способен и вынужден идти почти через всё Подземелье - королевство монстров, потому что единственный выход отсюда находится под королевским дворцом, стоящим на противоположном конце Подземелья.


Руины представляют из себя огромный лабиринт, выдолбленный в горной породе. Точнее, раньше это был целый город, но спустя столетия большинство монстров ушли глубже под гору, где в зависимости от их предпочтений поселились в холодных еловых лесах Сноудина, засушливых магмовых склонах Жаркоземья или на бесконечных островах Водопадья, а те, что остались, живут ближе к границе со Сноудином. Без надлежащего ухода город вскоре обветшал, часть проходов обвалилась, некоторые стены обрушились образовав новые, а уж про полное отсутствие хоть какого-то освещения и говорить не стоит, так что без точной карты здесь легко потеряться, если не знать пару секретов.


А ещё в местной пыли очень хорошо отпечатываются подошвы сапог, которые местные монстры не носят, ввиду особенностей их физиологий. Поэтому отследить путь человека не составляет никакого труда даже для неискушённого в чтение следов. Очередной человек свалился к нам с поверхности. И что им там наверху не сидится?


Спустя несколько переходов почти в полной тьме, видеть в которой больше помогало строение глаз, чем нагрудный фонарик, в нос ударил терпкий запах человеческой крови. Пойдя за ним я вскоре напоролся на небольшую лужу почти свежей алой жидкости. Похоже, кое-кто умудрился не слабо пораниться, когда падал сюда, или же кто-то его ранил уже здесь? Нет, вряд ли, в руинах живут весьма слабые монстры, предпочитающие бою побег, если их, конечно, предварительно не загнать в угол.


Тогда даже фроггиты резко меняют свой настрой и идут в атаку. Не то чтобы они были действительно опасны: их кислотная слюна слишком слаба, чтобы оставить хоть сколько бы то ни было серьёзный ожог, а небольшое, от десяти до двадцати килограммовое тельце ростом около метра, больше всего напоминающее крупных лягушек-альбиносов и лишенное когтей или клыков, даже с хорошего разгона не может оставить на теле неприятеля ничего кроме синяков.


Эти факторы, а ещё их ярко выраженная нелюбовь к яркому свету, сделали лабиринты из руин их идеальным домом, ведь здесь полно небольших закутков, куда пролезут лишь они и другие им подобные мелкие монстры, вроде плакселотов, мигоспов и вегетоидов, то есть всех мелких монстров, которые не смогли приспособиться к условиям жизни в других регионах подземелья. Впрочем, есть и исключения, которые пришли сюда, будучи недовольны нынешней политикой короля Азгора касаемо людей...


- Мне жаль... - раздался писклявый голос и спустя секунду из-за очередного поворота вылетел недавно упомянутый плакселот. Небольшое, метровое тельце с двумя парами нижних и верхних конечностей, заключенных в хитин и одетое в мешковатый плащ, поддерживается на лету с помощью пары полупрозрачных крыльев и небольшого веса. К сожалению минусом такой формы существования стала относительная хрупкость и следующая из неё плаксивость, в честь которой и был назван этот вид монстров. Вот только конкретно этот представитель был ещё и кем-то напуган досмерти, поэтому, не смотря по сторонам, влетел прямо в меня. - Ты человек? - с ясно читаемой опаской спросил плакселот, отлетев от меня на пару метров, но при этом ещё и посматривающий назад.


- А похож? - легко сократив дистанцию, хватаю его за хрупкий корпус, от чего он бледнеет от страха, и притягиваю к капюшону, дабы одно трусливое членистоногое могло тщательно рассмотреть мои черные белки глаз и пульсирующую фиолетовым светом радужку, после чего монстр отрицательно замотал головой и я плавно отпустил его назад. - То-то же. Судя по тому, как ты улепётывал, ты видел человека, не так ли?


- Прости меня... - затараторил Плакселот, едва ли заботясь о том, чтобы его речь была понятной. Впрочем, некоторый опыт в общения с этими монстрами у меня был, поэтому главное я всё же вынес: человек рядом и он уже вкусил крови монстров, прикончив двух фроггитов.


Это плохо. Опустим моральные вопросы - сейчас для них не время, но монстров и так немного, около тысячи на всё подземелье, рассчитанное на десятки тысяч, потому что каменные своды не слишком-то способствуют тяге к рождению детей. Только плохой родителей хочет, чтобы его ребенок рос в гигантской каменной клетке, пусть и со всеми удобствами. Лишь сильная поддержка государства, берущего на себя все расходы на ребёнка, спасает дело, но ситуацию это спасает не сильно, поэтому смерть каждого монстра - это траур.


А ещё это означает то, что ни о каком захвате скорее всего не может быть и речи. Люди, убившие монстра становиться сильней. Не знаю точно, почему, а чтобы узнать, нужны эксперименты, мерзкие уже с моральной точки зрения, но такие люди в короткое время становятся довольно опасны. Их взгляд меняется, и они начинают смотреть на нас, монстров, словно на добычу. Подобное вскоре заканчивается их смертью от рук уже куда более подготовленных королевских стражников, но сколько мирных монстров погибнет перед этим?


Отпустив плакселота, спешно сбежавшего в хитросплетения руин иду на запах праха, в который стремительно обращается тело слабых монстров после смертельных ран. Тела сильных же вполне успешно сопротивляются губительному воздействию излишне насыщенного магического фона, оставаясь целыми достаточно долго, чтобы откачать монстра или же подготовить тело для дальнейшего хранения и использования.


Ветер дует прямо в лицо, принося аромат праха монстров и человеческой крови, поэтому выследить человека довольно просто. Оставаться при этом незамеченным самому намного сложней, но темные тона мешковатой одежды и отсутствие освещения в коридорах делают своё темное дело и я могу подобраться к нему почти вплотную незамеченным.


Ростом на голову ниже меня, одет в зеленый свитер и серые штаны с кроссовками. Всё обильно запачкано прахом и его собственной кровью, идущей из распоротой, наверное о какой-то камень при падении, голени. В руках нервно сжимает кинжал, очевидно, принесённый им с поверхности. Взгляд настороженный - он переборол испуг от падения в незнакомое место, плюс, убийство одного монстра и побег другого, скорее всего, придало ему уверенности в своих силах. Легкая добыча, вряд ли он выкинет что-то действительно неожиданное, значит можно попытаться взять в плен.


Или же просто подождать, пока он ещё сильней ослабнет от кровопотери: с такой раной это займёт час, может два, зато никакого сопротивления. Но при этом за это время его может найти Ториэль, а это серьёзно усложнит дело - не думаю что у меня хватит сил скрутить её, не навредив, а даже если и хватит, то о никаком доброжелательном отношении и говорить не стоит - не тот у неё склад характера. Значит придётся убить. И нужно прикончить его быстро, пока она не явилась. Желательно без лишнего шума.


Секундная концентрация и поток энергии, вышедшей из руки формируется в короткий клинок, словно выточенный из кости - так будет легче обставить его смерть, словно он закололся собственным кинжалом при падение. И при этом упал на фроггита, задавив его насмерть. Хорошая идея - тот плакселот видел лишь умирающего фроггита и человека нависшего над ним, значит не будет отрицать. На иссохшиеся губы скрытые маской, созданной таким же образом, что и кинжал, налезает кривая ухмылка. План готов и теперь главное просто нанести ему смертельную рану с первого удара: поразить горло или сердце.


- Хей, человек, ты ведь наверняка пришёл сюда, чтобы опровергнуть существование монстров, не так ли? - в кристальной тишине древних руин, прерываемой лишь журчанием водопада, мой скрипучий баритон порождает эхо, которое не даёт определить откуда именно исходит мой голос и человек испуганно озирается по сторонам, пытаясь найти кто именно сказал это. - Чего притих? Закостенел от страха? - жесткий саркастичный каламбур сам срывается с губ, хотя человеку он вряд ли понятен. Нашарив камень бросаю так, что звук падения заставил человека повернуться ко мне спиной.


То ли поняв откуда исходил звук, то ли почувствовав что-то человек не вовремя дернулся в мою сторону и камень вместо того, чтобы пролететь мимо, смачно влетает ему в глаз, заставив зажмуриться от боли. Одновременно с этим срываюсь из-за крупного камня, служившего мне укрытием и устремляюсь к человеку. Времени на раздумья нет - либо я убью его раньше чем он успеет очухаться, либо завяжется драка, на шум которой кто-нибудь да явиться.


В последний момент человек успевает проморгаться и пересечься своим, ещё ничего не понимающим взглядом зелёных глаз с моим. Он ошарашен, но успевает дернуться, из-за чего кинжал проходит мимо горла, впиваясь в плечо. Одновременно с этим живот обожгло болью - похоже он рефлекторно выставил его вперёд с испугу и я сам насадил себя на него.


Вместе свалившись на холодные камни пытаемся убить друг-друга: он упорно давит на нож, торчащий из моего брюха, а я пытаюсь расширить рану в плече, чтобы добраться до артерий. Не знаю, видит ли он в этой полутьме хоть что-то, но вот я уже успешно ослеплен брызнувшей в глаз кровью.


Кубарем катимся по земле и влетаем в какое-то препятствие, преимущественно его спиной вперед, заставляя ослабить хватку. Пересилив человека, наваливаюсь сверху, придавив того к земле. Создаю кинжал во второй руке и пытаюсь хотя бы со второго раза попасть в горло, вот только этот человек до падения в Подземелье явно занимался чем похожим на ножевой бой, и поэтому успешно дёргается, избегая ударов.


Когда кинжал был вытащен из брюха, я даже обрадовался, но последующий удар ногой в живот стал полной неожиданностью, и теперь же человек нависает сверху, собираясь всадить клинок мне в горло. Что же, значит придётся действовать громко.


Сосредоточиться с раной в животе не самое легкое занятие, но у меня выходит, и под мимолётное сияние энергокинеза человека стаскивает с меня, отправляя куда подальше. В тот же момент в удивленного неожиданным полётом человека летит тройка костяных кинжалов, созданных и отправленных мною в него на рефлексах. Правда нужды в них не было, так как одновременно с их началом полёта в спину человеку влетел огненный шар, вышвырнув того с траектории их полёта. Больше оглушающий, чем поджаривающий, но вот только созданный, увы, не мной. Кажется я провалился.


- Моё дитя, что случилось? - спросила Ториэль, удерживая в руках второй огненный шар. Вообще данное заклинание было создано чтобы наносить цели страшные ожоги, но в данном случае очевидно, она сильно ослабила заряд. Хотя это было далеко не главное.


Бывшая, хоть и лишь формально, так как её регалии у неё никто не отбирал, королева подземелья, Ториэль Дриммур. Высокая, более двух метров в высоту и статная фигура покрытая белой шерстью и одетая в фиолетовый то ли халат, то ли платье с руной дельта - гербом Подземелья, на груди. На руках и ногах, видны когти, которые она сама специально периодически спиливает, а изо рта при разговоре выглядывают клыки, которые та безуспешно пытается прятать.


Когда-то она правила вместе с Королем Азгором, но в результате одного неприятного инцидента, связанного с людьми переехала сюда, в руины. Как противник она была откровенно плоха, да ещё и не любила сражения, но при этом, как и любой член королевской семьи, владела магией огня, с помощью которой могла устроить настоящий шквал из таких же огненных шаров, но уже куда более опасных. Ситуацию осложняло ещё и то, что Король самолично запретил мне ей вредить, справедливо опасаясь, что я могу её покалечить при попытках той помешать моей работе.


Только я собирался придумать какое-то оправдание, как человек, наверное, посчитавший Ториэль более опасным противником, нежели я, подхватил оброненный им при падении кинжал и попытался напасть на неё. Правда не стоило списывать меня со счётов.


Под очередную вспышку энергокинеза человека на ходу впечатывает в ближайшую стену, надежно в неё вдавливая, обездвижив. Не думаю, что продержу его так больше пары минут, но этого хватит, чтобы объяснить ситуацию. Полагаю, можно придерживаться уже придуманной линии, но слегка сместить акценты.


- Сюда упал новый человек и уже прикончил одного Фроггита. - сам факт падения не слишком удивил Ториэль, подобное происходит периодически, но вот смерть одного из местных монстров заставил её взгляд на человека измениться. Точнее проявиться на краю - А правила вы знаете, пусть и не довольны ими. - судя по недовольно поджатым губам она вспомнила их. Законы Подземелья жестоки, но необходимы. Любой человек, упавший сюда должен быть схвачен и доставлен к королю, однако если он убил кого-то их монстров, то захват сменяется казнью. На месте. - И как бы мне не хотелось обратного, но приговор должен быть исполнен.


Создав ещё один кинжал взамен тех, что рассеялись, стоило им потерять контакт со мной, подхожу к человеку. Чуть ли не прибитый энергокинезом к стене, не способный и дёрнуться под давлением моей магии он явно боится скорой смерти. Впрочем тот Фроггит же тоже боялся её, не так ли?


Один резкий выпад и в шее человека появляется сквозное отверстие. Перед концом он, освободившись от давления магии, ещё дергается в предсмертной конвульсии, но вскоре затихает, навсегда погружаясь в вечный сон.


Что же, первая часть моей работы завершена. Теперь осталось заштопать своё вспоротое брюхо и подготовить нужные мне части тела человека к дальнейшей транспортировке, после чего я вполне смогу отдохнуть. Кровь уже перестала идти, да и достаточно сильная регенерация вскоре окончательно зарастит разрыв, но это не значит что внутрь не могла попасть инфекция. Умереть от столбняка при том, что ты пережил нападения человека, было бы очень глупо. Сумка с нужными инструментами для обоих этих дел нашлась там же, где я её и оставил, когда прятался от человека, так что мне даже не нужно было куда-то тащить её к ещё не остывшему телу человеку.


Рана выглядит неплохо. Хотя на фоне крайне бледной кожи пятно моей собственной уже застывшей крови и могло напугать кого-нибудь из особо впечатлительных монстров, вроде тех же Плакселотов, но на самом деле рана уже почти затянулась. Нужно было лишь продезинфицировать рану медицинским спиртом, да замотать бинтом. И то и другое в обилии находилось в сумке, поэтому позаботиться о ране было делом пары минут. Тем более, что Ториэль помогла своей магией. Лечить она умела гораздо лучше чем калечить.


- Не нужно смотреть на меня так, словно мне это нравится или я получаю от этого какое-то извращенное удовольствие. - ощутив сверлящий спину взгляд Тори, отвечаю даже не оборачиваясь, ибо слишком занят тем, что раскладываю необходимые инструменты для вырезания органов: различные скальпели, пилы по костям, насос для откачки крови и многие другие, что пригодятся мне для работы.


- Иногда мне кажется, что это именно так. - недовольно пробурчала Ториэль, смотря на то как я буквально разделываю ещё теплый труп человека, складывая извлеченные органы в контейнеры, заполненные специальным раствором для длительного хранения. Подобное зрелище не могло оставить её равнодушной, но почему-то она каждый раз смотрела как я делаю это. И разумеется при этом она будет каждый раз пытаться отговорить меня, прекрасно понимая, что это необходимо.


- Это необходимость и вы прекрасно это понимаете. - а я каждый раз буду игнорировать все аргументы. Потому что иначе мы не можем. Да и дело уже скоро будет законченно, осталось извлечь лишь пару мелких частей, срезать часть мышц, да разлить выкаченную кровь по медицинским пакетам.


Закончив с потрошением уже полностью бесполезного остывшего трупа и сложив все инструменты с контейнерами в сумку, ещё раз оглядываю его. Лишённый глаз, с распоротым брюхом и почти полностью отсутствующим ливером, человек выглядит так, словно я его пытал перед смертью. Перевожу взгляд на Ториэль, также смотрящую на тело. Тут даже не нужно слов, чтобы понять её мысли. Молча заворачиваю труп в ткань и взваливаю на плечо, на неживых объектах энергокинез уже не работает.


- Показывайте, где его можно похоронить. - уже скорее всего хотевшая попросить тоже самое Тори молча кивает и, развернувшись, повела в глубь руин. К самому краю, точнее в одно из мест куда обычно падают люди. Небольшая поляна, на которой росли золотые цветы. Сверху шёл слабый свет, дающий им жизнь, а рядом журчал водопад, образовавшийся скорее всего либо от лопнувшего где-то водопровода, либо просачивающихся с поверхности талых вод. Правда я совершенно не понимаю, что эти цветы, растущие исключительно в окрестностях дворца, делают в руинах. Судя по наличию здесь садовых инструментов именно Ториэль высадила их здесь. Судя по нескольким каменным плитам с надписями он уже будет далеко не первым, кто похоронен здесь. Вот и нашелся ответ, куда девались тела других людей, которые я оставлял в руинах.


Монстры просто дают телам падшим стать прахом, который быстро развеивается ветром по всему Подземелью, в то время как тела людей разлагаются в течении недели пока не останется голый скелет, поэтому обычно люди закапывают своих мертвых сородичей под землю. Не знаю точно зачем они это делают* и что именно случиться с моим телом в случае моей смерти, но надеюсь к тому времени мы уже выйдем на поверхность. Не хочу умирать здесь. По крайней мере напрасно.


Никаких дополнительных объяснений не потребовалось. Лопата лежала среди инструментов, а места под новые могилы заранее огорожены, поэтому я начал копать. Жесткий каменистый грунт в руинах не слишком подходил для подобного, но выбирать не приходилось и оставалось лишь посильней налечь на совковую лопату, чтобы выкопать достаточно глубокую яму.


Сами похороны прошли в тишине. Тори положила тело в гроб и что-то неслышно пробормотала под нос, скорее всего пытаясь оправдать мои действия, а может желала лучшего перерождения. Правда на последнее ему рассчитывать не приходилось - осколки его слабой душонки, на которые та развалилась были надежно запечатаны в одном из контейнеров незаметно от неё. Зеленые кусочки, складывающиеся в сферу, сигнализировали что основной чертой его характера должна была быть доброта, но... Не стал бы "добрый" человек убивать монстра, вроде фроггитов. Эти большие белые лягушки слишком для этого оптимистичны и трусливы.


Закончив с погребением человека, Тори повела меня к себе домой. Он стоял на границе руин со Сноудином и имел прямой доступ к одному их входов в этот заснеженный район Подземелья. Сам дом был как и другие сооружения в Руинах просто выдолблен в горной породе и отделен от той каменным кирпичом, высеченным из этой самой породы, сливаясь в полутьме с той в сплошное фиолетовое неразличимое месиво.


Дома у Ториэль было весьма уютно. Прихожая, оформленная в бежевых тонах, помимо входа из руин имела лестницу ведущую прямо к входу в Сноудин, позволяя быстро попасть в остальную часть Подземелья, чтобы пополнить запасы продуктов. Выход вел напрямую в один из самых крупных городов в этом заснеженном регионе, располагаясь примерно в получасе неспешного шага от городской черты.


Войдя внутрь, мы сразу двинулись налево, где была гостиная, оформленная в желтых тонах. Высокий рост королевы Подземелья, относительно других монстров, накладывал определённые неудобства в вопросах добычи качественной мебели, поэтому массивный стол и пара стульев были вручную выточены мною ещё во время её громкого переезда сюда. Позднее сюда, прямо из королевского дворца переехал диван, за которым Ториэль любит сидеть у камина, и пара книжных шкафов. Тащить всё это, кстати, тоже пришлось мне, по настойчивой просьбе короля, о которой сама Тори разве что догадывается, так как на словах король разрешил мне забрать всё это, чтобы обустроить дом себе.


- Сколько ещё ты собираешься работать на короля. - как бы между делом спросила Тори, разливая по чашкам душистый чай из тех самых золотых цветов, что росли возле могил людей. На столе к чаю стоял свежий пирог с корицей. - Ты же понимаешь, что это не доведёт до добра. - опять завела та, свою любимую шарманку.


- Даже если и так, я не могу уйти. - чай приятно грел глотку и, что важней, хорошо смывал послевкусие от пыли, коей в руинах было просто тонны. А пирог, весьма недурной на вкус кстати, неплохо утолял голод, появившийся после ускоренного магией лечения. - Ты же видишь, что именно сокрыто от всех под костяной маской. - ответил я, кончиком когтя постучав по упомянутой маске, лежащей на столе. Именно с её помощью я легко мог жить среди монстров несмотря на своё лицо. - Да и учитывая сегодняшний инцидент ты не можешь отрицать необходимость подобных мер.


В ответ Тори недовольно поджала губы. Несмотря на всю свою добросердечность, в её характере был жесткий стержень, позволяющий идти на крайние меры, если те были действительно необходимые. После её ухода в руины король Азгор ещё месяц лечился от ожогов, хотя и считается одним из сильнейших монстров.


- Как бы то ни было. - одним глотком допив чай, встаю из-за стола. - сообщение о том, что всё законченно королю я уже отослал, так что сегодня, уж извини, но я спать. - Тори явно хотела продолжить увещевания, но по моему усталому взгляду сразу поняла, что за сегодня я уже морально выгорел и меня нужно просто оставить в покое. Хотя завтра, чую, мне устроят словесный разнос, но то уже будут проблемы завтрашнего меня. А сейчас нужно закончить с лечением и поскорей лечь спать, пока фантомные боли от вспоротого брюха меня не доконали.


Прохожу через прихожую, теперь уже направо, относительно двери. Там находится коридор, обклеенный желтыми обоями, который введёт к трем комнатам. В первой, ближайшей ко входу было нечто вроде гостевой, скорее всего раньше она принадлежала её детям, но после инцидента... не буду вспоминать об этом, да я точно не знаю что именно произошло. Вторая по счёту была личной комнатой Ториэль, никогда меня там не было, но наверное там также уютно, как и в остальном доме. И последняя, ранее бывшая свободной, но сейчас отданная мне в своё личное пользование. Все же мне частенько приходится прочесывать руины, поэтому Тори разрешила мне жить в ней, пока я помогаю ей. Учитывая, что это же один из приказов короля Азгора, о которых Ториэль не знает, то фактически я живу здесь бесплатно.


Моя комната была оформлена в мягких синих тонах. Тори я объяснил, что этот цвет меня успокаивает, но на самом деле я просто взял первые попавшиеся обои, бывшие на тот момент в прямой доступности. Вещей и мебели здесь было довольно много: в дальнем левом углу комнаты стояла массивная кровать, на которой с комфортом бы смогла расположиться даже Тори, на полу лежал огромный ковер, притащенный сюда из Сноудина, на нескольких столах стояли телевизоры, подключенные к камерам, установленным в местах наиболее частого прохода людей, и валялись различные инструменты, среди которых было небрежно раскиданы с десяток инъекторов, наполненных светящейся алой жидкостью, препаратом, сделанным на основе Решимости. Которая сейчас была мне очень нужна.


На автомате стягиваю водолазку, оголив тело, полное следов прошлых инъекций. Тем же отточенным движением, что час назад вонзил кинжал человеку в горло, вгоняю инъектор себе в вену. Алая жидкость, словно жидкий огонь растекается по телу, даря чувство всемогущества, вседозволенности. Если бы не самоконтроль, то наверное я бы уже подсел на этот препарат. И вот волна жара добралась до недавно вспоротого и грубо заживленного брюха. Все тело пронзило болью, словно тысячи игл вонзили прямо в живот, но нужно было стерпеть. Те внутренние повреждения, которые нельзя было залечить магией монстров зарастали, в ответ обжигая организм жуткой болью. Метающийся взгляд сам собой нашел зеркало, повешенное здесь совсем недавно.


Там я видел привычную для себя картину: белая кожа, покрытая множеством швов и шрамов, присущая людям, ярко контрастировала с костяными элементам, вроде нескольких внешних ребер, являющихся отличительной чертой монстров скелетного типа. Такие же бледные руки, сейчас были закованы в образованные магией несъемные костяные перчатки, имитирующие руки монстров. На руках и ногах, покрытых человеческой кожей были заостренные когти, вдоль позвоночника шел костяной гребень, постепенно переходящий в полутораметровый хвост, покрытый крупными пластинами и имевший на конце небольшое лезвие. На лице застыла кривая ухмылка, вызванная гипертонусом мышц из-за инъекция, но выглядела она словно я смеялся над самим собой.


Белые, словно пепел волосы были коротко обрезаны, чтобы случайно не выглядывали из-за маски. В глазах царила частичная гетерохромия. Правый был почти человеческим, только зрачок был заострен и радужка была неественного для людей красного цвета, а вот левый больше подходил монстру, имея полностью черный белок и белую радужку, но при использование магии радужки обоих глаз стремительно меняли свой цвет на фиолетовый. А ещё маска успешно маскировала правый глаз через вставляемую в него мембрану.


Отдельно выделялись два глубоких шрама, пересекающих лицо. Две черные полосы, заполненные соединительной тканью монстров ярко контрастировали на фоне белой кожи. Вниз от левого глаза почти до самых губ и вверх от правого по самый лоб.


Когда жар, терзающий тело поутих, я забрался под одеяла, полностью скрывшись от мира в ворохе подушек и одеял, медленно погружаясь в свои мысли, засыпая.

Я был гибридом. Химерой, состоящей из частей тел людей и монстров сшитых воедино по воле одного безумного ученного. Его самым безумным и опасным творением. Идеальным убийцей людей.