Ревенок Александра Александровна: другие произведения.

Долго без тебя

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Ирландия - холодная страна, где живет горячий народ. Народ, который уговорил Господа разрешить им колдовать. Народ, который уговорит кого угодно. Народ, который говорит с журчащим, как горный ручей, акцентом. Народ, который расскажет вам множество удивительных историй о проказах и шутках неугомонных фейри. Только вот Патрику О"Браену было совсем не до смеха, когда после шторма на берегу он обнаружил... мешок с золотом лепрекона?

  

Долго без тебя

  
  

Пролог

  

"Вихрь в далеком море Я,

  

Волны бьются в берег Я,

  

Гром прибоя это Я..."

  

Гимн Амергина

  
  Ирландия - холодная страна, где живет горячий народ. Народ, который уговорил Господа разрешить им колдовать. Народ, который уговорит кого угодно. Народ, который говорит с журчащим, как горный ручей, акцентом...
  Именно здесь, в Ирландии, фэйри рассеиваются с утренним туманом, прячутся за лучом солнца, исчезают в мгновение ока. Здесь жители оставляют немного молока у очага для брауни. Здесь люди перед смертью слышат стоны банши. Здесь люди в канун дня всех святых вырезают на овощах страшные рожицы, чтобы прогнать Джека и других, чья душа не попала ни в рай, ни в ад. Здесь души - бабочки.[1] Здесь внутри холмов живут сиды. Здесь любые ваши три желания исполнит в обмен на свою свободу лепрекон, но не пытайтесь выманить золотую монету из его кошелька: в вашей руке она превратится в золу. Здесь трудно найти грань между волшебством и колдовством, выдумкой и реальностью. А, может быть, выдумок тут вообще нет? Может быть, все правда? Кто вам даст ответ на этот вопрос?
  
  
  

Глава 1

  
  

Есть волшебный остров, на котором живут феи.

  

Время там может идти очень быстро или очень медленно... [2]

  
  Вместе с сильным порывистым ветром по высокому скалистому берегу разносилось прекрасное пение. Крепкие ветви вековых деревьев загибались с громким треском. Волшебный куплет повторялся в эльфийском кругу снова и снова. Кто-то слушал переливающуюся песню эфемерных фейри с замиранием сердца, кто-то, опасаясь за здравый ум, уходил подальше, но никто не смел перебивать.
  Старшие говорят, что жил в Ирландии один добрый человек с воистину изумительным музыкальным слухом. Он дописал новые гармоничные строки к этой песне фей холмов, сделав ее еще более прекрасной. В благодарность осчастливленные представители малого народца на утро избавили его от врожденных увечий, и с тех пор золоченый солнечный свет освещал не только его душу, но и всю округу небывалой красотой человеческого лика...[3]
  Малахитово-зеленая пена светилась радугой на кучерявых гребнях высоких морских волн, что с неудержимой силой ударялись о скалы высокого утеса, разлетаясь в хрустальные брызги. Сквозь прозрачную воду виднелись алые шапочки мерроу...
  У подножия волшебного холма раскинулся просторный зеленый луг, изумруд которого разбавляли сочные колеры лепестков ярких пышных соцветий, но самым насыщенным из них был бронзово-золотой колер, развевающихся на порывистом ветру, длинных густых волос, что скрывали хрупкую, низко склоненную фигуру девушки. Юная особа старательно собирала полезные травы и безмятежно улыбалась, наслаждаясь прекрасным пением фей и внимательно, с терпением, отделяя стебель от стебля, лепесток от лепестка...
  После смерти старухи Винни - приемной матери - Мюренн осталась единственной целительницей на всю округу. К ней обращались и стар, и млад поздней ночью и в разгар дня, жарким летом и лютой зимой. И девушка шла, шла в соседний дом и в соседнюю деревню. Ее почитали и любили почти также сильно, как и священника. Даже властный английский барон относился к девушке с большим уважением после того, как та спасла от сильной лихорадки его сына - единственного наследника.
  Ветер становился все сильнее и гибкие прутья кустарников все ниже клонились к земле, а шум листвы едва не заглушал волшебную песню, которая разносилась на все большие расстояния. Мерроу с любопытством выглядывали из воды, пристально рассматривая края высокого утеса, внимательно прислушиваясь к веселому пению эфемерных сородичей и подергивая в такт своим серебристым хвостом. "Скоро начнется шторм..."
  Эти особенные минуты Мюренн очень любила с самого детства. Восторженно смотреть на могущественную бушующую стихию - вот что для нее было истинным наслаждением. Девушка осторожно подошла ближе к краю величественного утеса и глубоко вдохнула соленый морской воздух, который оказался неестественно холодным для окончания лета.
  Ее длинные рыжие локоны разлетались в разные стороны, подчиняясь сильным порывам ветра. Выцветший от старости, поношенный шерстяной плащ, больно дернув завязки, сорвался с тонких плеч и улетел в море. "Какой красивый мир!" Силы стихий восхищали ее, удивляли и пугали. Тяжелая морская волна набирала мощь и с небывалой скоростью приближалась к незыблемым, массивным скалам...
  От радостного предвкушения по коже пробегали мурашки. Хрустальные капли брызг переливались, как лед в морозный день. Казалось, будто даже земля подрагивала в ожидании стремительного удара водного потока. Солнце, тусклые лучи которого прорывались через обрывки густых темно-серых туч, отсчитывало драгоценные мгновения. Осталось еще чуть-чуть, еще немного... Девушка крепко сжимала сумку с травами. Она сделала еще один глубокий вдох и пошатнулась, ощутив сильный толчок - это задрожали камни, когда стремительная и быстрая, как сокол, волна тяжело ударилась в высокий утес.
  Громкий, заглушающий шум ветра и воды треск раздался на всю округу. Шторм сотрясал все живое. Неожиданно Мюренн почувствовала, как основательная, плотная земля уходит из-под ног, а она сама падает вниз, вслед за ней, успевая только в волнении хватать ртом леденящий душу воздух с особым ароматом соли. Стихии кружились вокруг... Солнечный свет слился с искрами от ударяющихся друг о друга камней и разгорелся ясным пламенем. Земля окружала все ее существо, но так и оставалась бесконечно далеко. Уже не сохраняющая тепла одежда развевалась под мощными порывами ветра... Еще мгновение, и холодные волнующиеся воды плотно окутали ее будто мягкая льняная пелена беспомощного младенца. Они безжалостно и неумолимо утягивали ее в неизведанную бездну, все дальше унося от берега, край которого теперь остался в другом мире, мире волшебных фейри...
  
  Рассвет... Волшебный час... На все еще ночно-синем небе появились серые отблески, свидетельствующие о том, что слепящие солнечные лучи вот-вот прорвутся сквозь толщу морской воды, которая все еще мерцала свинцом. Таких отблесков с каждой секундой становилось все больше. Их количество росло с геометрической прогрессией и стремилось к бесконечности. Даже воздух переливался каким-то особенным магическим оттенком, будто скрывал от человеческого глаза что-то важное. Весь мир представал эфемерной дымкой.
  Патрик любил после долгой ночи интенсивной и продуктивной работы расслабленно наблюдать, как природа готовится к солнечному свету. В эти мгновения все словно рождается заново, выстраивается в правильный порядок, появляется какая-то особая слаженность. И вот, когда мир достиг, казалось бы, экстремума, максимального волшебного цветущего состояния гармонии, поднимается золотистое солнце, одаряя гладкое, как зеркало, море ярким теплым светом и делая этот мир еще более прекрасным.
  Вчера, сидя в саду и наблюдая, как Мэри старательно пропалывает свои любимые клумбы, повторяя идеально выстроенный цикл упорядоченных действий, он неожиданно нашел невероятно простое и в то же время неординарно-сложное решение задачи, которую пытался решить уже месяц. Долгий месяц усиленной работы и постоянного поиска, что по неизвестной причине никак не мог увенчаться положительным результатом и, соответственно, успехом решения задачи. Но это случилось! Случилось! Он решил! Он написал программу! Истинное вдохновение посетило его, и креативные идеи посыпались, словно из рога изобилия.
  Глупцы те, кто говорит, что программисты - это не художники! Что они сухие логики! Разве можно такое предполагать?! Нет! Ни в коем случае! Да, царицей их вселенной является математика, но разве она не покровительница творчества?! Из математических знаков и переменных складывается программа, кажущаяся простому обывателю бессмысленным набором букв и символов, многие даже не различат в них функций и действий. Но стоит ее запустить, и она заиграет, как симфонический оркестр: слаженно и гармонично...
  Но это все потом, когда довольный пользователь получает возможность быстро и с максимальным удобством работать, используя результат труда грамотных и талантливых "художников"-программистов. Однако ни один из благодарных пользователей, как правило, даже не догадывается, что это такое, составить, например, удобный интерфейс, при использовании которого инструкция скорее является приятным дополнением, нежели необходимой действительностью. Сколько текущего бурным горным потоком времени нужно? Сколько упорного труда и кропотливых исследований? Сколько для этого нужно людей, талантливых "сухарей"-математиков? И только завершив этот особый цикл подготовки, слаженная команда вдыхает свои идеи и мысли в поток функций и переменных, которые, обретя стройность нотных записей, заиграют, как Цветочный вальс Чайковского или Турецкий марш Моцарта.
  Для этого нужно вдохновение, творческий порыв, выброс восторга! И именно поэтому талантливых логиков никак нельзя называть сухарями, ведь, чтобы мыслить логично, тоже требуется художественная гениальность. Математики - это художники. Математика - это гармония.
  Вчера днем именно такое художественное вдохновение посетило Патрика О"Браена и подвигло его на созидание, отчего тот не мог оставить свой драгоценный компьютер, пока все идеи и мысли, накрывающие высокой штормовой волной, не воплотились в жизнь, не обратились в прекрасную гармонию переменных и функций... Такие же штормовые волны бушевали и за окном, полностью накрывали узкую полоску песчаного берега, с грохотом тяжелых орудий ударялись в подножие скал, громко шипя, пенились и снова бросались на них, стараясь унести за собой хотя бы камень, хотя бы малый осколок, крохотную часть волшебного Зеленого Острова.
  И уж не известно, Патрик подпитывал своим заразительным энтузиазмом стихии, кроме того подначивая их бессмертными мелодиями Вивальди, или это великие и могущественные воплотили всю свою силу и энергию во вдохновении молодого одаренного программиста. Когда же работа подошла к концу, а "нотные записи" из функций и переменных выстроились в слаженное творение, шторм стал стремительно угасать. И уже спустя час Мерроу уплыли восвояси, а волны все дальше и дальше откатывали назад, освобождая вымокшую полоску песка и снимая завесу воды с черных ниток морской растительности, что под их гордым напором была вытеснена на берег. Море успокаивалось, и даже плавные покачивания становились с каждым неуловимым мгновением все медленнее, пока их движение стало и вовсе незаметно человеческому глазу. И тогда свинцово-серая гладь с особым блеском отразила в себе яркие и сочные, как спелые лимоны, звезды, которые важно переливались на все еще ночном небе.
  Прошедшая ночь была воистину плодотворной...
  
  Молочно-густой туман, взявшийся неизвестно откуда, рассеивался над умиротворенным морем, и небо довольно светлело, выставляя напоказ свою радужную красоту, а яркое солнце капризно, словно замирая в театральной паузе, все еще отказывалось осветить горизонт хотя бы одним единственным золотистым лучом.
  В эти особенные минуты все чудесные сказки, которые рассказывала Патрику няня Мэри, все волшебные легенды и захватывающие истории - все они становились реальностью, материализуясь из жирного, как сливки, тумана, из искрящейся, как звездный поток, воды, из золото-красного, как крыло феникса, огня, из древних, как остров Авалон, деревьев и черной, как безлунная ночь, земли.
  В такие минуты невозможно отрицать существование мерроу и эльфов, брауни и лепреконов, гримов и банши. Такие минуты волшебны. Такие минуты - счастливые: приятная утомленность сочетается с радостью от выполненной работы, реальность касается сказки... И разве теперь можно утверждать, что математики не художники?
  Мужчина расслабленно гулял по берегу, мокрому и грязному после бурного шторма. На влажном песке чернели водоросли, с каждым моментом приобретая более четкие очертания и темно-зеленый цвет. Патрик чувствовал себя прекрасно: глаза слипались от приятной усталости, а рот расплывался в довольной улыбке. На берегу было еще много всего...
  И вот, будто учтивый конферансье, утренний туман отступил, пропуская на сцену вселенского масштаба золотистые, как спелая пшеница, лучи, что разбегались по сторонам, словно благоговеющие перед своей королевой пажи - в небо гордо поднималось солнце. Расплывчатый взгляд рассеяно блуждал от моря к небу, от неба к скалам, к берегу, к морю... И снова к берегу...
  - Что за?! - Увидев яркое, переливающееся под уже согревающими солнечными лучами, пятно, О"Браен на долю краткого мгновения замер, но тут же сорвался с места и побежал по мокрому берегу к неизвестности, что сияла, как золото лепрекона. Если раньше он улыбался убежденности Мэри в правдивости всех ее рассказов, то теперь ему было не до улыбок... - Хотя, возможно, это просто совпадение, - мужчина облегченно выдохнул: переливающимся золотом оказались ярко-рыжие волосы девушки, что блестели в свете утреннего солнца. Никакой фантастики.
  Молодая особа лежала без сознания на засоренном штормом берегу, не подавая ни единого признака жизни, даже намека. Ее кожа была мертвенно бледной, даже серой с каким-то ужасающим синим оттенком. А губы и вовсе чернели, как сажа на выбеленном очаге. Странный мокрый наряд плотным покрывалом окутывала тина, из-за которой тот казался еще темнее, чем был на самом деле. Незнакомка была, словно пятно ночной тьмы в светлом раннем утре.
  Можно было, конечно, все свалить на усталость, что туманит разум людей похлеще любого алкоголя. Но девушка была абсолютно реальной! От этого сердце в волнении забилось сильнее, отмечая каждый свой удар громким отзвуком в ушах.
  - Вот и не верь потом во все эти рассказы... - Потерянно пробормотал Пат.
  Первым порывом было вызвать констебля, даже рука его инстинктивно потянулась к телефону, но замерла на полпути. Вторым было - и более правильным на взгляд мужчины - попытаться спасти девушку. Так что уже спустя секунду, не испытывая и капли сомнений, Патрик поддался второму порыву.
  Дальше бессмысленные в данный момент раздумья уступили место эффективным и необходимым действиям: искусственное дыхание и массаж сердца. Через некоторое время незнакомка начала судорожно захлебываться, Пат резко перевернул ее одним стремительным и сильным движением, надавил на живот, и барышню тут же стошнило грязной водой.
  Прерывистые хриплые вдохи разносились по пустынному берегу, казалось, вот-вот раздастся испуганный крик, и, возможно, он бы раздался, будь у молодой особы достаточно сил и воздуха в легких, который та хватала с жадностью, будто боясь, что его вот-вот не станет.
  Даже через несколько минут интенсивного, рваного дыхания ее темп не изменился, а каждый удар сердца звоном набата отдавался во всем существе Патрика О"Браена: впервые за много лет мужчина испугался, испугался по-настоящему, с каким-то воистину детским ужасом. И ведь, действительно, последний раз он так пугался только в детстве.
  Вскоре мутные глаза девушки открылись, и их неосмысленный взгляд вперился в лицо мужчины. Это продолжалось недолго, около двадцати секунд, может быть меньше, потом веки устало закрылись, и незнакомка обессилено обмякла в руках Патрика. Единственное, что успокаивало его - так это глубокое, хотя и не ровное дыхание.
  О"Браен подхватил на руки несостоявшуюся утопленницу и понес в дом.
  
  - Миссис Макгир! Миссис Макгир! Мэри! - Патрик О'Браен никогда не считал себя слабаком, но несмотря на то, что девушка была совсем маленькой, она была очень тяжелой. Или это он устал после сотни ступенек? Но руки, казалось, вот-вот оторвутся, а собственное тяжелое дыхание причиняло боль.
  В холле появилась низкая черноволосая моложавая женщина лет шестидесяти:
  - Патрик! Мальчик мой! Что случилось?!
  - Мэри помоги! Открой какую-нибудь спальню!
  - Кто это?! - Женщина была крайне удивлена.
  - Я не знаю, Мэри! Помоги! - Мышцы уже начинали деревенеть от напряжения, и Пат чувствовал злость на каждую секунду промедления, а вопросы Мэри раздражали до крайности. Похоже, она это заметила, и больше, не сказав ни слова, стала быстро подниматься по лестнице.
  Как только дверь ближайшей спальни распахнулась, туда влетел Патрик и совсем не бережно бросил незнакомку на кровать, с облегчением глубоко втянув воздух. Несколько минут у него ушло на то, чтобы отдышаться.
  - Я нашел ее на берегу! Вызови доктора! - Мужчина прислонился к стене и медленно съехал на пол. Голова даже немного кружилась. Он провел рукой по волосам и устало усмехнулся: - А я-то считал, что нахожусь в отличной форме! - Мэри же все еще стояла, удивленно переводя взгляд с воспитанника на незнакомку. - Фуф...
  - Врач. - Медленно проговорила женщина и потянулась за телефоном. - А я считала, что меня нельзя шокировать, - сказала она после разговора с доктором Финном.
  - Оказывается можно.
  - Ага. - В комнате повисло молчание, длившееся несколько минут. - Какая же она молодая... - В этот момент, будто по велению волшебной палочки, глаза девушки неспешно открылись.
  
  Мюренн безразлично смотрела вперед: "Где я?" Над головой было что-то непонятное. Ничего не выражающий взгляд скользил по комнате. "Какая она огромная. Больше, чем весь мой дом". Обилие дорогих и незнакомых ей тканей пугало и приводило в смятение. Взгляд девушки опустился на мужчину, сидевшего на полу, и женщину в непонятной тунике: "Странный у них вид. Все это так странно". Глаза девушки медленно закрылись, и она погрузилось в глубокий беспокойный сон.
  
  - Мэри, наверное, ее нужно переодеть и согреть. - Экономка кивнула, но так и не сдвинулась с места. - Мэри!
  - Да, сейчас. Иди... Принеси электрическое одеяло. - Мужчина с трудом поднялся на ноги и нетвердой походкой пошел выполнять команду.
  
  Мэри Макгир редко терялась в стрессовых ситуациях и уж тем более перед трудностями - в конце концов, ей их встретилось в жизни немало - но сейчас женщина была просто обескуражена. И все-таки... Четкими ловкими движениями она принялась освобождать незнакомку от мокрой и грязной одежды, запах которой оставлял желать лучшего, но Мэри даже не поморщилась.
  Нижнего белья на девушке не было совсем, кроме каких-то непонятных тряпок, которые вряд ли могли сойти за белье, скорее за драные нижние юбки, но кто сейчас такое носит? Однако здравый смысл и сосредоточенность на деле, не уступили место бесполезному в данный момент удивлению, поэтому все это, можно сказать, воспринялось, как должное.
  Горячая вода в смежной ванной шумно набиралась, клубясь в воздухе теплым приятным паром, пока экономка старательно растирала руки и ноги молодой странной особы, ожидая, когда появится Пат и поможет перенести девушку.
  - Я скоро рук не буду чувствовать, - пробурчал мужчина, скорее для вида, нежели реально проявляя недовольство. Он медленно нагнулся и аккуратно положил барышню в воду. - Чем еще помочь?
  - Иди уже. Переоденься, пока доктора еще нет. Сам весь грязный.
  Девушка еще пару раз приходила в сознание, но тут же снова ускользала. Когда ее кожа перестала быть землистого оттенка, а тело даже слегка порозовело, Патрик, сон которого выветрился еще час назад, на берегу, перенес незнакомку на перестеленную кровать, а Мэри укрыла ее уже теплым электрическим одеялом. Примерно в это же время раздался звонок в дверь: приехал врач.
  
  Незнакомка, пусть и беспокойно, спала уже сутки. Доктор ее осмотрел и не нашел никаких сильных повреждений, но посоветовал все же отвезти ее в больницу. "Но как ее везти, если он даже не знает кто она? Может быть, ее кто-то ищет? Тогда, наверное, все же стоит отвезти?" О"Браен расхаживал по своей комнате взад-вперед ровно столько, сколько девушка спала, но одеревеневшие ноги этого будто и не ощущали.
  Патрик всегда был очень интересующимся человеком. Это проявлялось во всех сферах его жизни, отчего та становилась все более насыщенной. Разумеется, его любопытство отличалось от того, что проявляют деревенские сплетницы, однако сейчас он был не уверен в этом: подробности жизни незнакомки терзали его не меньше, чем дата его мифической свадьбы владелицу местной продуктовой лавки - миссис Данн.
  Его терзало любопытство и нетерпение, и еще что-то. Вот только что? Вся эта ситуация казалась нереальной. У него вообще было странное ощущение, будто все это происходит не с ним, будто он смотрит нелепый фильм или экранизированную сказку. Перед глазами снова и снова вставал вчерашний рассвет.
  "Что делала она в море? Что это за наряд такой на ней?"
  - Патрик! Мальчик, мой! Она пришла в себя! - Голос Мэри оторвал его от размышлений. Еще пара секунд ушло на осознание полученной информации, и тридцатилетний мальчик бегом отправился в комнату напротив.
  
  
  

Глава 2

  
  Через огромное окно солнечные лучи падали прямо на кровать. От них было очень тепло, даже жарко, и просыпаться совсем не хотелось: так приятно оказаться на мягкой перине под теплым и не менее мягким одеялом! Ей так долго было холодно, и вот, она спала в тепле... Девушка медленно открыла глаза и шумно выдохнула: "Ооох! Эта огромная комната никуда не исчезла!" Не позволяя нелепому страху прорваться наружу, Мюренн сглотнула: "Значит, это не приснилось. Как я сюда попала? А с чего ты взяла, Мюренн О"Кифф, что тебе это все не снится сейчас?!"
  Где-то кто-то что-то говорил, но все эти разговоры были далеко, будто отголоски прошлого. Девушка напряженно пыталась вспомнить, что же с ней произошло, но не было ни единой полноценной картинки, все воспоминания на деле оказывались непонятными обрывками, как старые лохмотья. "Луг... Травы... Ветер... Жуткий треск и грохот... Море... Холод... Вода... Яркое солнце..." Мюренн резко села в кровати.
  Она посмотрела на руки. "Совсем голые. Я что вся?! Нет..." Рука нащупала необыкновенно мягкую ткань необычной туники, вырез которой доходил до самого горла. "Что за наряд?" Странное одеяние, несмотря на то, что сверху закрывало грудь до самого горла, бесстыдно открывало голые ноги, выставляя тем самым все напоказ. Девушка смущенно зарделась, стараясь натянуть ткань хотя бы до колена, но та никак не поддавалась. Тогда она натянула одеяло до самой шеи и стала разглядывать комнату, которая зачаровала ее не меньше тех невероятных историй, что рассказывали путешественники и торговцы, побывавшие за морями и видевшие Святую Землю.
  Темная дубовая дверь была открыта настежь, но увидеть, что за ней все равно было невозможно: та была слишком далеко. Что уж говорить! Вся комната была огромной! Пожалуй, даже больше, чем два ее дома, а может быть и огород, в котором Мюренн и Винни выращивали травы.
  Девушка громко сглотнула, вспоминая приемную мать. Столько времени прошло, а она до сих пор по ней скучает. Возможно, старая знахарка была права, когда говорила, что ей - Мюренн - стоит выйти замуж, может быть, она не была бы так одинока? За дверью что-то стукнуло, отчего все тело нервно содрогнулось.
  "Кажется, со мной была женщина. Все-таки, какая огромная комната! Я это еще... Когда? Вчера? Два дня назад?.. Наверное, вчера... Вчера здесь еще был мужчина!"
  И именно этот мужчина только что так быстро вбежал в комнату, будто летел на пожар. Его красивое лицо выражало крайнюю степень взволнованности, а черные, как сажа, волосы были небрежно растрепаны, будто от сильного ветра. Мюренн улыбнулась про себя: "Он как ребенок! Честное слово! Глаза такие большие! Как у деревенских мальчишек, когда рыцари достают из ножен свои огромные двуручные мечи или выводят из стойла боевых коней"!
  Мужчина и сам был похож на рыцаря, высокий, широкоплечий, сильный, только одежда на нем... Совсем не рыцарская... "Странная! Может быть, я попала в Англию? Но не могут же англичане так отличаться?!" Девушка недовольно покачала головой: "Нет. Наш барон совсем по-другому одет... Оооох... Неужели это один из тех островов, про которые рассказывала старуха Винни?"
  - Или это эльфы постарались?
  - Здравствуйте! Мисс! Вы пришли в себя! - Он говорил с таким удивлением, будто не верил ни своим словам, ни своим глазам, очень голубым глазам.
  Мюренн подняла голову и сощурилась, пристально разглядывая незнакомца, который уже подошел совсем близко и возвышался над ней, как скала. В его внешности и было что-то от скал. Тяжелый, как вековые валуны, подбородок и высокие и резкие, как обрывы, скулы, даже его аккуратный прямой нос был больше похож на резкий выступ скалы. Что-то величественное мелькало в его манере двигаться, если только он не торопился, а стоял, как сейчас. Тогда ему и впрямь не хватало кольчуги и меча, а еще развевающегося плаща позади.
  Его вид обязательно восхитил бы ее и заворожил, если бы только... Если бы только она была дома. "Или хотя бы просто знала, где я", - расстроено, вздохнула девушка, еще больше натягивая на себя необыкновенно теплое одеяло.
  - Эээ... Наверное. - "Кто такая Мисс? И вообще, говорит он как-то странно. Даже наш барон-англичанин говорит понятней". - А кто такая Мисс? - "Почему он так смотрит?" - Где я?
  Деревенская целительница, заброшенная волею судьбы неизвестно куда, сидела на постели немного растрепанная, немного бледная и очень взволнованная. У нее родилось очень много разных вопросов и невероятных предположений, а также сомнений в реальности происходящего. "Но я же не стелила постель в очаге..."[4]
  - А где вы надеетесь быть? - "Это только мне кажется все очень странным и не настоящим? Аааах! Милостивый Боже! Помоги мне не утратить разум! Может быть, это все-таки сон? Один из тех, о которых рассказывала старуха Винни?"
  - Я не знаю... - Потерянно вздохнула девушка.
  - Деревня Кладах. Мы в девяти километрах от Уэксфорда. - "И все-таки он странно говорит!" Этот язык значительно отличался от того, на котором говорила сама Мюренн или от того, на котором говорили в соседних деревнях. "Пожалуй, меня действительно морем унесло далеко". Но значительное различие местного и родного языков, волновали ее меньше всего. "Как попасть назад? Из неведомо откуда неведомо куда?" - вот главный вопрос, на который у Мюренн О"Кифф ответа не было. "Девять километров... Сколько это?" - думала она, хлопая глазами, словно лесная сова.
  - А... А девять километров это сколько? - Скованная манера говорить, выдавала ее смущение, которое только увеличилось от осознания своей неосведомленности. И без того разрумянившиеся под жаркими лучами солнца щеки зарделись еще сильнее, став совсем пунцовыми. Но Мюренн вознамерилась узнать точно свое местонахождение, а потому собрала всю свою волю в кулак.
  "Кажется, он удивился. Уэксфорд. Где это?"
  - Ну... В общем... Девять тысяч метров. - "Что ж этот странный мужчина так странно изъясняется?!" Ее существо начало закипать: зачем говорить то, что не имеет смысла?! - Это довольно близко. За часа два - два с половиной можно дойти даже пешком... - Его пристальный взгляд остановился на ее раскрасневшемся лице: - Знаете, это, наверное, травма...
  "Два часа ходьбы... Сколько это? Сколько идти до Дуна? Два часа! Девять километров! Что это такое вообще?!" Девушка сидела, насупившись, некоторое время, а потом снова несмело спросила:
  - А долго идти до Дуна?
  - Дуна? - Непонимающе переспросил незнакомец.
  - Дун - деревня. Это деревня, откуда я родом.
  - Хм... - Хозяин дома - "Если это еще хозяин!" - нахмурился: - Я о такой не слышал.
  - Вы кто? Вы англичанин? - Это было единственным объяснением почему его язык одновременно так похож и так непохож на собственный. Резко очерченные губы плотно сжались, выражая недовольство.
  - Я ирландец, - сквозь ровные белые зубы проговорил мужчина. "Похоже, ему не понравилось, что я заговорила про происхождение. Он не англичанин, как барон. Кто он? Таких ирландцев я еще не видела". - Меня зовут Патрик О'Браен. - "Что браен, то браен! Он, наверное, будет ростом с боевого коня!"[5] невольно подумалось ей. - А как зовут вас, мисс? - "Опять эта Мисс! Да кто же она такая?!"
  - Меня зовут не Мисс! Я Мюренн, Мюренн О'Кифф. - "Снова этот странный взгляд!" Девушка стала раздражаться: никто никогда не сомневался в здравости ее ума.
  - Очень приятно, мисс О'Кифф.
  - Мюренн! - "Что же он смотрит на меня, как на глупую курицу?!"
  Мужчина, в свою очередь, тоже нетерпеливо вздохнул, выказывая свое недовольство.
  - Мюренн. Где находится ваша деревня? - "А где находится моя деревня? На севере. А где я сейчас? А вдруг я сейчас севернее?" Деревня у моря. Дун был у самого моря, порт был прямо в ней. "Поэтому и англичан у нас так много в округе".
  - Моя деревня у моря.
  - Я об этом догадался. Где именно? - "Он злится?" Мюренн раздраженно сжала зубы: "Мне тоже как-то невесело!"
  - О'Браен! Я не знаю где я сейчас! Как я могу сказать, где моя деревня?! Моя деревня на севере. Ну, или... - Девушка замолкла из-за так не вовремя подступивших к глазам слез.
  
   Продолжение романа "Долго без тебя" вы можете приобрести здесь:
   http://www.litres.ru/aleksandra-revenok/dolgo-bez-tebya/
  
   
  

Литература

  
  [1] - "Душа-бабочка" - народная Ирландская сказка-легенда
  [2] - Речь идет о волшебном острове Авалон.
  [3] - Нокграфтонская легенда о Лисьем Хвосте.
  [4] - Еще в дохристианское время в Ирландии было поверье: если спать в очаге - будут сниться удивительные сны. Пример: Сказка-легенда "Удивительный сон".
  [5] - Приставка "О" у ирландцев буквально означает "кого" или "из тех-то". Сложилось применение этой приставки при обозначении человека, который сыном не является, но принадлежит к той же семье.
  Брайен - высокий, возвышенность.
  [6] - Легенда о любви короля эльфов Мидхира и жены короля Ирландии Этейн.
  [7] - Четырехлистный клевер является символом удачи лепрекона. А также символом удачи вообще. Трилистник имеет другое значение, но он также является символом Ирландии. На нем святой Патрик, по легенде, наглядно объяснял понятие Святой Троицы: "Так же, как три листа могут расти от одного стебля, так и Бог может быть един в трех лицах."
  [8] - Ирландский Дед Мороз - Отец Рождество или Даид-на-нолаг, в настоящее время Санта Клаус.
  [9] - Ирландская легенда "Ни почему!"
  [10] - Витлуф - салатный цикорий (Cychorium intybus var. foliosum), многолетнее травянистое растение семейства астровых. Возделывают в основном в странах Зап. Европы (Бельгия, Нидерланды). В культуре как одно- или двулетнее р-ние. Холодостоек. В пищу употребляют кочанчики, образующиеся при выгонке из корнеплодов в теплицах и парниках, к-рую проводят спустя месяц после уборки и в зимний период. Тушенный в духовке витлуф является одним из национальных блюд Бельгии.
  [11] - "Фея ручья и веретено", Народная Ирландская сказка-легенда.
  [12] - "Дик и его жена Морская дева", сказка-легенда.
  [13] - из ирландской притчи "Любовь и время"
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"