Боже, как хотелось кричать... визжать от радости, от счастья. Рычать от нужды... лежать на месте, а не прыгать, от безумия.
Срывало крышу, мутнел разум... А мысли, мысли упорно врывались в голову... лишь с одним названием - "Юрочка!!!"
Задыхаюсь, задыхаюсь от эмоций, воспоминаний... удовольствия... осознавать всё это.
Такое впечатление, будто кто вколол мне невероятную дозу наркотика
- от передоза шкалили все датчики,
а эйфория, эйфория жестокими накатами волн сбивала рассудок с рельс, срывала эмоции в хаос, абсурд, беспорядок чувств.
Казалось, еще чуть-чуть... и уже ни один психиатр не вернет мне мою трезвость.
Пол пятого на часах,... а я не сплю,... все еще не сплю. Скоро его увижу. Скоро.
***
- Ау! Девки, вставайте!
- Ты что, Светка, покурила?
Мы еще двадцать минут можем поваляться в постели!
- ВСТАВАЙ!!!! Иначе забуцаю ногами!!!
ВЗВОД СТРОЙСЬ!
А то я за себя не отвечаю...
- Светка, ну ты даешь...
- А что? - мило, невинно улыбаюсь я Лерке.
ПотЕрпите! - Скажите спасибо, что не в пять поднимаю.
- Ты хоть сама спала? А то вид, будто кто ... поколотил тебя ночью.
- Я те поколочу, одевайся быстрее...
***
- Здравствуйте, Юрий Дмитриевич! - радостно закричала я, не имея больше сил сдерживаться.
Ааааа, мой сладенький! Как хочу тебя обнять! Поцеловать!!
- Здравствуйте, - спешно завторили мне девчонки.
- Здравствуйте, - едва слышно, застенчиво прошептал Юрочка.
(заметно, заметно же,... как жадно прикипает ко мне взглядом,
а потом вдруг, одумавшись, опомнившись, резко отводит глаза в сторону, боясь выдать себя).
- Давайте разминочку в семь кружков, и на турники, - смущенно, задумчиво прошептал.
(не спешу, не спешу - пропускаю всех вперед)
- Я скучала, - едва слышно прошептала, (когда остались одни).
- И я скучал. Очень скучал, ... моя девочка...
***
- Так, взвод, занимаем позиции и отрабатываем одиночные выстрелы из АК.
А ты, Киряева, зайди ко мне. Нужно кое-что обсудить, прояснить несоответствие в цифрах, за прошлый раз.
- Конечно, Юрий Дмитриевич, - пристыжено улыбнулась.
Черт... чувствую, что краснею...
Быстрые шаги - и нырнула в подсобку.
Захлопнулась дверь.
Резко ухватил за руку и дернул на себя.
Прибил спиной к стенке (зажал, сжал в объятиях). Голодный, страстный поцелуй в губы.
- Черт, Киряева... я без тебя и часа не могу.
Что ты со мной делаешь?
Молчу. Молчу, стыдливо улыбаясь.
И снова поцелуй, и снова... безумие...
Робко нырнула руками под джемпер. Дотронуться, почувствовать родное тепло,
на ощупь испытать его всего, запомнить ощущения от прикосновений к его телу.
Печально заныл, завыл мне на ушко.
- Рыбка моя, потерпи... молю, потерпи до воскресенья, и там уже от меня не отвертишься.
(пристыжено рассмеялась, прижалась к груди,... носом уткнулась в плечо... и замереть, замереть,... упиваясь бесценным ароматом)
И когда успел мне вместо воздуха стать Юрочка?
Кто знает? Когда?
... мне без него не жить.
***
И снова день. И снова - сумасшествие... лавина чувств.
Прям, как дети...
краснеем, робеем, едва оказываемся рядом...
... ищем уловки, причины, как бы остаться наедине...
как бы дотронуться, просто коснуться друг к другу,
да так, чтобы никто не заметил.
Быть рядом - вот высшая благодать,
счастье, без которого жизнь..., просто, не имеет никакого смысла.
***
Вечерняя пробежка. Последняя возможность его увидеть, услышать...
Как тяжело уходить прочь потом, самой лишать возможности быть с ним рядом. Прикипеть, прирасти бы так, к нему, как сиамский близнец - да и всё... Ничего более. Быть всегда рядом... и умереть вместе.
Почему, почему Бог не придумал такого способа воссоединения со своей половинкой? Почему?
...
- Здравствуй, Фил.
- Привет.
- Здравствуйте, барышни! - мило улыбнулся нам незнакомец, молодой мужчина, (примерно того же возраста, что и Юрчик). - Что, мучает, зверюга?
- Разберемся, непременно разберемся. Накажем и раз и навсегда отучим от плохих повадок.
(глубокий вдох, резкий разворот и отозвался к Юре)
- Я вот чего пришел. Помнишь, я тебе говорил, что хочу съездить на ночную охоту?
- Дали добро?
- Да.
- И?
- В общем, все бы хорошо, но мне завтра с утра нужно сдать отчет, - дружески обнял за плечи и немного отвел в сторону, голос стих до шепота. - А там кое-что не готово. Можешь, вместо меня... завершить опись. А?
Замер, задумался мой Карасик.
... резкий разворот.
- А, ну да. Возьми кого в помощь - и тогда за час забецаете это дело. А у меня, просто, машина уже ждет. Понимаешь? Юрец, молю... Выручи.
Эй, мне уже точно не нравится, как эта курица напирает на моего Филатова!
Мило улыбнулся.
- Спасибо, Самойлова. Но у меня есть провинившиеся... Киряева. Что молчишь? Не хочешь мне помочь?
- А в чем это я провинилась?
(нет, не так задетая гордость сейчас вопит, как нарочно играю раздражение)
А сама едва сдерживаюсь, чтобы с криком не кинуться на шею...
Да не запрыгать на радостях - остаться наедине, разве... можно мечтать о чем-то большем?
- А кто у нас в прошлое воскресенье на боях халявил?
(удивленно дрогнули брови - вот, гад, что он меня выкрывает при всех?)
Скривилась (пристыжено пряча улыбку)
- Вот и ладненько, - радостно захлопал по плечу "незнакомец". - Я тогда побежал?
- Беги.
- Спасибо, с меня должок, коль что.
- Еще какой! - ядовито добавил мой Юрочка и коварно заулыбался.
***
Склады. Дальнее здание.
... я здесь еще не разу не была.
Заныли угрюмо огромные, стальные двери... зашелестел мелкий графий под ногами.
- И он здесь один работает?
- По вечерам - да.
- Скучно, наверно.
- Светик, работает-то он один. А отсиживается... с кем попало.
- Карты, девки, два ствола?
(перекривила название знаменитого фильма)
- Карты, гитара, песни и шутки.
- И ты здесь зависаешь?
- Бывает дело.
- Ах, вот оно как?
- Ну, а что? Чем еще развлекаться?
- Я тебе дам, развлекаться! - злобно стукнула кулаком в грудь.
- Если бы не эта отрада - мы бы от злости уже всех поубивали.
- И девки бывают здесь? - гну свою линию дальше.
- Какие девки, Киряева? Чисто мужская компания. И то, строго ограниченный круг лиц.
(злобно хмыкнула)
- Смотри мне.
Обнял, обнял за талию и притянул к себе.
- Девочка моя. Ты меня точно доведешь до белого коления... Ну, не могу спокойно на тебя смотреть.
- И нечего смотреть. Лучше целуй... целуй и обнимай.
Припала, притиснулась своими губами к его губам... и замерла на мгновение, упиваясь удовольствием.
Но не дал долго нежиться, не дал - схватил себе на руки (невольно обвилась ногами вокруг поясницы) и куда-то понес.
- Куда?
- Увидишь...
Еще несколько метров вглубь склада, и вдруг... опустил на пол - спешно встала на ноги.
- А теперь давай по лестнице. Вверх.
- Зачем?
- Лезь давай...
Метра в два в высоту...
Как оказалось, это - аккуратно сложенные в "стопку" спортивные маты..., и чтобы забраться на них, приходиться пользоваться этой лесенкой. Еще немного и спрыгнула на
матрасы.
Мечтайте, ничего мягкого в этом нет. Фу, сколько пыли.
- Бе... - шутливо скривилась, невольно вычерчивая линии на сером полотне.
Робкое движение - и забрался под куртку. Рывок - и стянул ее с меня.
Еще движение - и полетела вдогонку футболка...
И я - срываю, сдираю с моего Юрчика одежду...
...
Лишиться, лишиться преград - и целовать, целовать... целовать каждый сантиметр, миллиметр любимого, ненаглядного тела. Ласкать, нежить и прижиматься в ответ.
Дарить друг другу счастье.
Наконец-то можно не сдерживаться, не врать, не играть, не прикидываться...
...
- Черт, - пристыжено рассмеялась.
От моих криков, стонов... луной расходиться эхо.
- Ничего, ничего страшного,... моя девочка, - нежно поцеловал в губы. Прижал крепче к себе...
И вновь язычок скользнул тонкой, шаловливой дорожкой по шее, убегая к груди.
(а я лицом уткнулась в куртку,... зубами вгрызаюсь в одежду - чтобы сдержаться от звуков)
Резкое движение - и в голове снова все темнеет, теряется, мутнеет.
И неважно, неважно, ничего уже не важно. Ни звуки, ни крики, ни стоны... ни последствия.