Спустя несколько часов Лорд все же меня навестил. Ведя себя, как джентльмен (что было совсем дико, если сравнить с предыдущей нашей "встречей"), проявлял заботу и уважение.
(чушь! черт, еще буквально пару таких "свиданий" - и меня уже тошнило от его манерности...)
Привел к себе в спальню, усадил в дальнее кресло, как раз напротив себя...
... живо кинулся в сторону - подхватил со стойки скрипку.
Резкий шаг в центр комнаты - выпрямился, вытянулся, как истинный музыкант, АРТИСТ (перед зрителем), и было уже, подумала, что сейчас зазвучит музыка, но ошиблась ...
... как-то нездорово, непривычно, изнеженно прижал тот свой инструмент к щеке, и неспешно, ласково провел по тонкой талии корпуса, словно по обнаженному телу любовницы, шаловливо перебирая пальцами, изучая все горбинки...
... в глазах его блестели, плясали черти - безумство, оно, буквально, так и перло из него,... пугая, шокируя меня до дрожи и заледенения конечностей...
- Вот она. Моя драгоценность, моя любовь, моя Богиня.
Понимаешь, Каролина, однажды...
- Оливия. Я - Оливия.
(несмело, едва слышно прошептала я)
- Нет. Теперь тебя будут звать Каролина. И запомни, - (его голос еще был нежен и ласков, в то время как в каждом звуке звучала жестокость и угроза, а глаза блестели от ярости). - Я ненавижу, когда меня перебивают.
(виновато опустила взгляд, а на устах застыло несмелое "простите")
- Так вот, однажды побывав в самой Мекке скрипачей, в Кремоне, я раз и навсегда влюбился,... стал пленником этой жестокой, холодной Королевны. Я стал ее рабом, а она - она лишь, когда вздумает,... одаривает меня своей добротой.
Послушай, послушай,... как звучит!
... Он играл, играл часы напролет, а я не смела даже виду подать, что устала, что хочу спать, что - неинтересно...
Я чувствовала, чувствовала каждой своей клеткой, что если нарушу его феерию - то в этот же миг умру.
Лишь иногда приоткрывались его веки, бросая короткие взгляды в реальный мир, и ничего, ничего, кроме безумства я там не видела...
***
Что было потом? Что?
Хотелось бы мне найти такие ножницы, которыми можно было искромсать прошлое. А если не факты, то хотя бы свою память вырезать, истязать до полной белизны.
Но нет.
Не существует ничего подобного, и пути назад - нет. Исправить - не как.
Наигравшись, накупавшись в своем помешательстве, Лорд аккуратно, бережно уложил Королеву опочивать, и принялся... играть уже в другое безумство.
Неспешно подошел ближе, протянул ко мне руку, предлагая встать - подчинилась.
Прижал, притиснул к себе, жадно обнял за плечи.
- Каролина, как же я по тебе ... скучал.
(нервно сглотнула я; промолчала)
Губы, его губы коснулись моей шеи и, прилипши наигранно нежным, приторно сладким поцелуем, покорно замерли, наслаждаясь своей грезой (он внимал, внимал биению моего сердца, вслушивался... в бренную жизнь, как звенит она, переливается, обещая тут же прерваться, если будет нарушено, хоть одно правило).
Вдруг его руки скользнули с моих плеч и, несмело коснувшись талии, вмиг замерли, ожидая моего участия. Его губы приблизились к моим, требуя ответных ласк.
...
- Прошу, пожалуйста... всё, что угодно, только не...
(я боялась договорить; но мои слезы и так многое, более... чем достаточно, сказали)
(печально улыбнулся)
- Зря. Зря ты не хочешь подчиниться Сказке. Ведь роль твоя давно уже расписана и менять я не буду.
Вдруг резкий рывок, и дерзко, грубо схватив меня за волосы, вмиг запрокинул голову, высвобождая целое поле для раздолья. Проворное движение - и в следующий миг... его клыки тут же вонзились мне в горло. Запекло, зажгло, будто кто раскаленные спицы мне вогнал в шею. Но доли секунды - и очередной шок... смел все предыдущие страхи.
Нехотя оторвавшись от трапезничества, обмякшее мое тело тут же швырнул от себя на кровать.
Повис, повис сверху. Ловкие, проворные движения и уже в новом месте запекли шпоры, погоняя во мне беспамятство.
В ту ночь я не умерла. Мало того, я многое помню из всего последующего. То, как насиловал, то, как мерно, но жестоко наслаждался новыми укусами. То, как выпивал меня... едва ли не до самого дна, замирая на грани дозволенного и запретного. Наслаждаясь игрой... со смертью, моей... смертью.
И так было каждую ночь.
Утро увенчивалось тем, что "пожилая дама" уводила, едва ли не уносила меня в ту, мою темницу,... и там отпаивала меня какими-то травами, настойками. Я рыдала, я блевала, я Богу душу отдавала... и тут же возвращалась назад. Из этого ада не было выхода. Здесь не было... дверей.
И чем сильнее я кричала, сопротивлялась или молила остановиться, тем его жестокость становилась изощренней. Игра любовника давно переросла в "покаяние" маньяка. Всё, чего я боялась - стало реальным, только подарив мне еще возможность быть снедью... вампира.
![[]](/img/r/reznichenko_o_a/vragi9/19967211.jpg)