Хосе Хасинто Миланес

                          НИЩИЙ

Был праздник в разгаре. Изящные дамы
в гостиной, где сплошь зеркала и портьеры,
блистали богатством и прелестью самых
изысканных платьев своих; кавалеры
под музыку вальса в сверкающем зале
усердно кружили восторженных дев;
и старцы, взирая на них вспоминали
былую весну, что ушла, отгремев.

Поющие флейты, зажженные свечи,
блеск жемчуга, шелест тончайшего шелка
в помпезных салонах, где льстивые речи
в глаза говорят и хулят втихомолку,
наряды красавиц, обилие света,
веселая музыка, смех, болтовня - 
я был молодым и беспечным - все это
в те годы еще увлекало меня.

Спешил я на бал, и уже на пороге
роскошного зала мы были с друзьями,
когда неожиданно нищий убогий
с рукою протянутой встал перед нами.
Лицо старика исказило страданье,
из глаз его горькие слезы текли,
он голоден был, он просил подаянья,
но юноши с хохотом мимо прошли.

Отвергнутый всеми, бедняк безутешный
ко мне обратился с немыми мольбами,
как все, "Бог подаст" прошептал я поспешно
дрожащими, как в лихорадке, губами
и в отблесках света увидел: стекали
две новых слезы по щекам старика
и взгляд его пристальный, полный печали,
пронзил мое сердце ударом клинка.

Все новых гостей привозили кареты,
вновь нищий протягивал руку, сутулясь,
но тщетно: не подал никто ни монеты,
он их умолял, а они отвернулись -
хотя и светлее и чище блестели
жемчужины слез в уголках его глаз,
чем те жемчуга, что кокетки надели,
чтоб выставить роскошь свою напоказ.

Тем временем, вслушиваясь в разговоры,
застыл я у входа в глубоком молчанье,
трепещущий, будто преступник, который
минуту назад совершил злодеянье;
сознанье вины помутило мой разум,
мне чудилось - каждый меня порицал
за то, что, ответив бедняге отказом,
теперь я пришел веселиться на бал.

Страдая от непоправимой ошибки,
один я стоял в отдаленье угрюмо,
надеясь, что музыка флейты и скрипки
поможет развеять тяжелые думы -
но так и не смог я унять мои муки,
по прежнему сердце снедала тоска:
в мелодиях песен, сквозь нежные звуки,
мне слышались стоны и плач старика.

Когда же закончился бал и в смятенье
побрел я домой по кривым переулкам,
за мной неотступной он следовал тенью,
скрываясь во мраке тревожном и гулком;
как призрак, в жилище мое он прокрался,
в слезах к моему изголовью приник,
и трижды мне в черных кошмарах являлся,
шепча укоризны, злосчастный старик.

                       Перевел с испанского
                       Владимир Резниченко