Дома оплавились, как свечки.
Что было - сожжено дотла.
Жильцы страдают от утечки
наличных денег и тепла.

И лишь сусальные сосульки,
в слезах судьбу благодаря,
словно хрустальные висюльки,
звенят на люстре ноября.

И город, не привыкший к гриму,
течет, вставая ото сна,
когда по переулкам зиму
ведут, как белого слона.

Он шествует, угрюм и косен,
и, не боясь, ступает в грязь,
скрепляя осеней и вёсен
незримую взаимосвязь.

День пасмурный, сырой, метельный...
Но, предвкушая чудеса,
подзорная труба котельной
глядит в пустые небеса.