У нее есть ключ от любой двери, но нет желания их открывать.
Она может рассмешить любого, но сама не любит смеяться.
Вокруг нее много людей, но они не могут прогнать ее одиночество.
Говорят, она безумна. Да и сама она почти уверена в этом...
Познакомьтесь - Лале Опал, шут Ее величества.
* * *
ОБНОВЛЕНИЕ! Добавлено несколько иллюстраций от Ольги Харитоновой - и, на мой взгляд, Лале просто прелесть ))
КЛЮЧ ОТ ВСЕХ ДВЕРЕЙ
Старики в одной деревне решили поделиться с внуками мудростью. Созвали молодежь и стали рассказывать:
"Помните, дети, - вещал тот из них, кто всю жизнь провоевал. - Много у вас на пути преград будет, много крепостных стен, но сдаваться нельзя. Всякую дверь откроют упорство и сила".
"Это для тех, кого духи разумом обделили, - посмеивался тот, кто торговал. - Я же скажу вот что: много мне довелось поездить по городам и селам, и часто меня гнали, но любую дверь открывают хитрость и лестное слово".
"Любую дверь открывает знание", - уверенно возразил старый колдун.
"Талант, только талант", - покачал седой головой бард.
"Власть", - твердо ответил староста.
А малявки на сходке заскучали... Еще бы - в душной избе, в темной - только свечи и горят.
Не стали детки терпеть - прошмыгнули, будто мышки, на улицу.
Дверь-то открыта была.
Глава первая, в которой шут Ее величества совершает героический поступок, а также обучает Мило премудростям ремесла.
Одиночество не может длиться слишком долго. Год, два, а потом ты либо привыкаешь, либо тихо сходишь с ума. Это аксиома.
Я так и не привыкла.
Конечно, на первых порах помешательство было незаметным, необременительным. Оно начиналось с мелочей. Рассеянность, отстраненность, безразличие к деталям... Подумаешь - надела разные чулки. Под платьем все равно никто не видит. И расчесываться каждый день вовсе не обязательно, ведь некому оценить усилия. Разговаривать с собой вслух... А почему бы и нет? Кто осудит? Это было даже удобно - плевать на всех, не чувствовать ничего, кроме боли, ставшей уже глухой и привычной... Так продолжалось, пока однажды я не заглянула в зеркало - и ужаснулась.
Ах, разумеется, я пыталась бороться с подступающим безумием. Цеплялась за каждый всплеск эмоций, как утопающий за соломину. Если смеялась - то до колик, до спазмов в груди и сведенных судорогой губ. Если злилась - то с криком, до сорванного горла, до разноцветных пятен в глазах, топая ногами и колотя хрусталь. Если плакала...
Впрочем, нет. Чего тогда не было, так это слез.
У меня появились новые ритуалы. Теперь не менее двух часов в день уделялось косметическим процедурам. Я заплетала волосы в сотню тонких косичек - не потому, что мне нравилась такая прическа, просто она отнимала достаточно много времени и не требовала посторонней помощи. Краска на лице - нарочито яркая. Сегодня - черные губы, завтра - белые ресницы, а через неделю - нарисовать золотой и алой тушью перо на виске, занавесив вторую половину лица неровно отстриженными прядями.
Спустя какое-то время я начала замечать взгляды. Разные - от осуждающих и сочувственных до завистливых и восхищенных. Но безразлично отвернуться не мог уже никто.
Я ликовала. Не одна!
А потом однажды в спину, как плевок, долетело брезгливое - "сумасшедшая". И почему-то это наполнило меня гордостью. И злостью. Что ж, хотите увидеть одержимую - пожалуйста. Получайте, с печатью и вензелем королевского дома. Я украсила косички бубенцами, сожгла ненавистные юбки. Моей излюбленной одеждой стали бриджи и чулки до колен - теперь уже намеренно разные. Белые блузы с пышными воротниками, жилеты, разноцветные пояса и шейные платки - что ж, теперь меня не спутают с добропорядочной горожанкой. Еще пару лет общество милосердно терпело безрассудные выходки и жестокие розыгрыши, а потом меня просто перестали приглашать в свет. Нет, никто не высказывал осуждения открыто - Хранительница ключа, как-никак! - но постные лица, но опасливые шепотки... Я перестала выезжать из имения.
А еще через год из королевского дворца пришла бумага, украшенная теми самыми печатями и вензелями. Меня приглашали ко двору и жаловали званием шута.
Так я стала одной из карт в раскладе Дома Камней и Снов.
- Госпожа! Госпожа, просыпайтесь, прошу вас. Ее величество настаивает на вашем присутствии во время беседы с послами Дома Раковин и Песка.
Тон просительный, опасливый, чуть восхищенный. Иногда проскальзывают покровительственные нотки. Как же, что бы делала госпожа без помощи этого... этого... кхм.
К слову, знакомьтесь. Мило Авантюрин, мой, страшно сказать, ученик. По крайней мере, номинально. На деле же - нянька, комендант и прислуга в одном лице.
- А госпожа настаивает на спокойном сне - по меньшей мере, до полудня, Мило, - ядовито откликнулась я, не открывая глаз.
- Так время уже к закату, - вкрадчиво заметил мальчик, раздвигая шторы. Даже сквозь веки я ощутила ало-золотой солнечный жар.
Кончается день - начинается жизнь. Во дворце это так.
- А когда ожидается прибытие послов?
- Через час, госпожа Опал.
- Что?! Не мог разбудить хозяйку раньше, лентяй?!
Меня подкинуло на кровати. Одеяло отлетело, как пушинка. Тяжелая, набитая ароматными травами подушка врезалась в стену на ладонь выше головы ученика. Мимо, увы... Старею.
- Никакого завтрака, Мило, - усмехнулась я, поднимаясь и потягиваясь. - Запомни, розыгрыши тогда будут злее и язвительнее, когда шут голоден и крепко не выспался
- Запомню, госпожа, - серьезно кивнул ученик, накидывая на мои плечи фланелевое покрывало. Я благодарно потрепала мальчишку по светлым вихрам (для этого мне пришлось встать на цыпочки) и, зевая, отправилась в купальню.
Горячая, исходящая паром, непрозрачная вода темно-синего цвета одуряюще пахла ландышами. То, что нужно, чтобы прийти в себя. Я села на дно бассейна, притянув колени к подбородку, и откинула голову на край. Тяжелый резной ключ на цепочке никак не хотел теплеть и куском льда льнул к разогретой коже. Впрочем, от этого холода не спасали даже корсеты, в те времена, когда я их носила... Спустя положенные по этикету пять минут дверь застенчиво скрипнула. Звякнули о камень пола стеклянные флаконы и шкатулка из черненого серебра. Прохладные пальцы осторожно оттянули мои волосы.
Шею обдало сквозняком. Я поежилась, сползая в воду почти до подбородка. Мальчишка что-то недовольно проворчал, осторожно разделяя непослушные пряди щеткой.
- Разбудишь меня, когда закончишь, Мило, - я смежила веки.
- Да, госпожа.
Разумеется, спать я не собиралась. Просто мне необходимо было обдумать предстоящую встречу с послами, вспомнить все, что известно о Доме Раковин и Песка... А еще, когда притворяешься задремавшей, гораздо меньше вероятность, что раскроется постыдная тайна: королевский шут, первейшая язва двора, наводящая страх на высший свет, девятая в раскладе и шестая в совете, Хранительница ключа и просто уважаемая дама Лале Опал... стесняется слуг.
Позор на мои седины. Видимо, плебейские замашки не изжить и за две сотни лет.
- Две сотни и девять лет, госпожа, - педантично поправил бессовестный ученик.
- Нахал.
- Госпожа изволила говорить вслух.
И эту привычку, увы, не искоренить.
Впрочем, не столь важно. Верность Мило даже не обсуждается, а потому я могу быть уверена, что ни единое слово не покинет пределы этой комнаты. Так что можно расслабиться и подумать о деле.
Дом Раковин и Песка... Что же я знаю о нем? Небольшое королевство с классической тройственной системой управления - монарх, совет и ратная служба. Расположено на побережье, в заливе, богатом жемчужницами и многочисленными сортами рыбы. Граничит с четырьмя Домами, с одним из них, Домом Волн и Парусов, находится в довольно напряженных отношениях. С тремя оставшимися успешно торгует - перлами, морепродуктами, пурпурной краской и редкими алхимическими компонентами. Чтобы добраться до побережья из нашей благословенной столицы, придется преодолеть таможенные заставы еще двух государств... Словом, это весьма отдаленное, мирное и практически не имеющее веса в политике королевство. Если бы не экспорт пурпура и кое-каких ценных элементов, то вряд ли бы кто-нибудь вспомнил, что оно вообще существует.
Вроде бы все. Или...
Ах, да. Недавно там сменилась правящая династия. Сменилась мирно - последний король почил, не оставив наследника, и на престол возвели одного из юных родственников его покойной супруги, обладающего достаточной силой, чтобы стать первым в раскладе.
Хм. Что может заставить монарха, едва приступившего к обязанностям, отправить посольство в весьма влиятельную и воинственную страну, находящуюся на значительном расстоянии от его собственной?
- Как ты думаешь, Мило, почему Дом Раковин и Песка решил наладить дипломатические отношения с нашим двором? - озвучила я вопрос.
Руки, заплетающие косичку, на мгновение замерли.
- Не знаю, госпожа, - ровно отозвался мальчик. - Могу ли я услышать ваше мнение?
- А куда ты денешься, - хмыкнула я, открывая глаза. Волосы уже были вымыты, высушены, а прическа - почти закончена. Оставалось только закрепить на концах полутора сотен тонких косичек звонкие медные бубенцы.
Всего полчаса прошло. Мило становится настоящим умельцем. Интересно, а справился бы он с этой задачей, не прибегая к волшебству?
- Мое мнение, мальчик, что у побережников на носу война.
Звяк, звяк, звяк - разлетелись бубенчики по местам. Я поморщилась. Несколько прядей дернуло слишком сильно.
- Простите, наставница, - повинился Мило. - А почему именно война?
- Не знаю даже, - вылезать из воды не хотелось, но время уже поджимало. А опаздывать, разочаровывая Ее величество, было бы весьма недальновидно. - Посуди сам. Государство слабое, а сейчас ослаблено еще больше из-за смены династии. Один постоянный конфликт имеется. Армии, напротив, нет. Наш Дом же славится своими легионами...
- Как и Дом Осени, к примеру, - возразил мальчик, укутывая меня полотенцем. - У них даже есть общие границы с побережниками. Почему тогда дипломатов послали к нам?
- Потому и послали, что у нас совместных границ нет, глупый. Дабы мы не воспользовались оказией и не присоединили к своим землям лакомый кусочек... "Дополнительная гарантия", вот как это называется. К тому же Осенние в давней дружбе с Парусами и Волнами, неофициально. А с нами - в столь же давней борьбе. Интересы пересекаются, сталкиваются... Мило, чулки одинаковые.
- Зато восхитительно полосатые, - хихикнул ученик. - Уверяю, это будет выглядеть смешно, госпожа. В нынешнем сезоне в моде цветочные узоры, так что вряд ли кто-то наденет такие же чулки, как у вас. Ох, вы столько знаете о политике... Я многое понял только сейчас.
- Плохо, что так поздно, - вздохнула я, застегивая ботинки. Конечно, одевать хозяйку - забота слуги, но мне легче самой справиться. - Шут обязан разбираться и в мировой политике, и в семейных неурядицах самого распоследнего аристократа в стране, не говоря уже о чаяниях простых горожан. Как иначе он сможет делать свою работу? Выходки должны быть смешными, злободневными, остроумными, своевременными и не выходящими за границы дозволенного. А без высокой степени осведомленности от природного чувства юмора мало толку. Еще спровоцируешь международный скандал... Придворному дураку, конечно, многое прощают, но рисковать не стоит. Голова-то одна...
Мальчик кивнул и задумчиво сощурился. Когда его мысли занимало что-то по-настоящему интересное, эти глаза принимали совершенно невероятный оттенок. Темно-карие, в фиолетовый отлив, с россыпью колючих золотых искр - словно драгоценный авантюрин на солнце. Именно из-за этого волшебного, фантастического взгляда я и выручила некогда Мило из неприятностей, в которые он вляпался по неопытности.
Давно это было... Десять, двадцать лет назад? Уже и не помню.
Кисточка порхала от одной баночки к другой, не забывая ластиться к коже, все еще румяной после горячей купальни. Обведенные медной краской глаза, прозрачные "капельки" на ресницах, хрустальная "слеза" на левой скуле... Я придирчиво оглядела результат в зеркале и осталась довольна. Черно-белые полосатые чулки, ботинки с огромными пряжками, серые атласные банты под коленями, удерживающие штанины, жилет цвета сажи с серебряным шитьем и пепельная рубашка с высоким горлом - то, что надо.
- Гм, наставница... Время, - ненавязчиво кашлянул мальчик. Я недовольно тряхнула головой, пробуя звон бубенцов на вкус. Безупречно. А вот горе-ученичок... Мои пальцы быстро распустили бант на коленке. Если закрутить ленту помудренее и приколоть ему на воротник - вполне сойдет. А еще - добавить руну "печаль" на виске алой краской... Вот так. Надо бы ему уши проколоть, а то позор - у мальчика четвертый десяток пошел, а все как ребенок, ни единого украшения.
- Знаю, Мило, - я отступила на шаг, любуясь результатом. Ну вот, так ты уже больше похож на шута. - Идем. Как раз успеваем.
- Но до зала приемов идти не меньше четверти часа!
Я выпростала из-под рубашки цепочку и подкинула ключ на ладони. Тяжесть приятно оттягивала руку.
- Скажем так, Мило, я знаю короткую дорогу.
Узорчатый металл легко вошел в скважину, будто был создан для нее. Вход в купальню, или перегородка кареты, или просто стенной шкаф - не важно, что за дверью, которую мне вздумалось открыть. Я всегда попадаю именно туда, куда надо.
Это мой дар и моя ноша.
Я - Лале Опал, советник Ее величества, королевский шут и Хранитель ключа от всех дверей.
-...с величайшим к Вам почтением вручаю эти верительные грамоты от государя нашего Ларры Ночного Бриза!
Как замечательно, что за троном есть потайная дверца! Можно не спеша высунуть нос, оглядеться, просчитать ситуацию...
- Почему так долго, Лале? - Ее величество кокетливо прикрыла губы веером, улыбаясь послу глазами. Слова, произнесенные шипящим шепотом, даже мне нелегко было расслышать. - Церемония подходит к концу. Ты не собираешься исполнять свои обязанности?
О, этот тон... Иногда манерой поведения она сильно напоминает своего отца - и не с лучшей стороны. Впрочем, пора начинать представление.
- Ах, не рассказать ли мне байку? - радостно пропела я, выкатываясь колесом из-за трона. Тихо, скороговоркой, королеве: - Ваше величество, каких пор вы именно это подразумеваете под моими обязанностями? А как же служба безопасности? - громко и весело, послам: - Ба, да у нас гости! О, моя госпожа! Почему вы хранили это в тайне? Я бы хоть подготовилась... - удрученно. - А так даже ленту свою не отыскала... Вы ее не видели? - я вытянула вверх ногу, демонстрируя хлопающую штанину. Взгляды послов метнулись сначала к моим чулкам, потом к банту под коленкой, потом - к серой ленте, ярко выделяющейся на фоне алого камзола Мило. Вежливо-каменное выражение не сходило с лиц. Пф!
- Опал, как смеешь ты врываться во время приема! - гневно выпрямилась на троне королева. Надо сказать, что это выглядело весьма внушительно. Все-таки росту в ней почти два метра... - Лале, я не могу отдать приказ обыскать послов. Это будет дипломатический скандал, - еле заметно шевельнулись губы.
Я пала ниц, расстилаясь на каменных плитках.
- О, простите свою ничтожную слугу, моя леди! - в моем голосе появился трагический надрыв. - Но мне так хотелось посмотреть на гостей! Прошу вас, не гневайтесь!
Выработка достоверно жалобной физиономии категории "глаза на мокром месте" - вопрос времени. У меня его было предостаточно. Даже многоопытных дипломатов проняло... По меньшей мере один из них смотрел с сочувствием. Совсем еще мальчишка, наверное, первая его миссия... На фоне остальных застывших истуканами послов он выглядел потрясающе искренним и живым.
Хм... А дипломат ли он вообще? Больше похож на провинциального аристократа, впервые попавшего в свет. Надо взглянуть при случае поближе...
- Ах, Лале, Лале, - "смягчилась" Ее величество, скрывая веером довольную улыбку. Что ж, такие грубые представления, вроде того, что я разыграла сейчас, как раз в ее вкусе. - Прошу простить меня, господа, - она, извиняясь, улыбнулась дипломатам. - Леди Опал служила еще моему прадеду, поэтому ей дозволяется чуть больше, нежели остальным подданным. К тому же бремя, которое она несет...
Я тем временем уже уютно устроилась на ступеньках, ведущих к трону, поджав под себя ноги и нацепив на лицо счастливую слабоумную улыбку. Ключ на цепочке застенчиво поблескивал на угольно-черном атласе жилета.
- Как вам угодно, - отвесил учтивый поклон глава миссии, пожилой мужчина в пышном парике, украшенном жемчугом. - Если вы доверяете госпоже... Лале... то и нам не остается ничего иного, как последовать вашему примеру.
- Доверяю, как себе, - вежливо улыбнулась та, что носила имя Тирле Обманчивый Сон. Моих ушей коснулся тишайший шепот: - Действуй, Лале... - и громкое: - Итак, Опал, можешь остаться, но не слишком докучай господам посланникам.
- О, моя королева! Вы - самая великодушная королева из всех, что я знала, а поверьте, мне есть с чем сравнивать! - патетически воскликнула я, вновь падая ниц. - А... можно на них поближе посмотреть? О, прошу вас! - мои глаза увлажнились.
- Да, Лале, конечно, - благожелательно ответила Тирле - и быстро переглянулась с дипломатами.
Те наверняка были недовольны - как же, нарушение протокола! - но промолчали, не подав и виду. Во-первых, как я и говорила, дуракам прощается многое... А во-вторых, побережники все-таки крайне нуждаются в нашей помощи, раз терпят подобное обращение. И грех этим не воспользоваться.
- Как интересно... - пробормотала я, широко распахнув глаза. В такие минуты становилось жаль, что провидение наделило меня темно-серыми, почти черными глазами - сложно с таким материалом сыграть наивность. Густые трогательно-рыжие ресницы частично компенсировали это, как и невинный завиток, падающий на лоб, но общее впечатление все равно было тяжелым, опасным: по-лисьи острые черты лица, порывистые жесты пораженной безумием, млечно-белая кожа - результат ночного образа жизни. Из-за маленького роста меня часто путали с ребенком, особенно в последнее время, когда трон заполучила Тирле Обманчивый Сон. Нынешняя королева была очень стройной, высокой женщиной, пожалуй, даже красивой, если не принимать в расчет слишком большую голову и скверную привычку поджимать губы, складывая их в тонкую линию. С воцарением Тирле в моду стремительно вошли туфли на высоких каблуках и платформах и объемные короткие прически. Я не собиралась меняться, подстраиваясь под временные течения - сколько их уже было на моем веку, а сколько еще будет! Но появляясь в свете, начинала чувствовать себя неуютно среди рослых дам с пышно уложенными волосами.
Впрочем, на то и шут, чтобы смешить господ придворных.
- Сколько камешков! - мой восхищенный шепот шорохом осенних листьев разлетелся по залу. Королева небрежно взмахнула веером, не прерывая ответную речь, давая понять, что на меня не стоит обращать внимания.
Я обходила послов по широкой дуге, Мило уныло тащился следом, не забывая вполголоса причитать "Осторожней, хозяйка! Не споткнитесь, хозяйка! Не надо грызть ключ, хозяйка, возьмите леденец!". Отыскать взглядом спрятанное оружие - не такой уж большой труд, если вы обладаете обширным опытом. У меня не было недостатка в практике, да и в отличие от профессиональных соглядатаев королевы я могла незаметно обыскать подозрительную персону под предлогом осмотра прекрасных жемчужных украшений, не нарушая традиций - с безумной что возьмешь? Разумеется, у всех членов миссии обнаружились запрещенные предметы: острая шпилька в волосах самого посла, кинжал в сапоге мальчишки, пара лезвий в складках одежд леди-секретаря и целый арсенал у негласных телохранителей, также нацепивших на себя придворные платья... Ничего выходящего за рамки. Вряд ли королеве грозит опасность, ведь от метательного оружия и попыток прорваться к высочайшей особе по ступеням пьедестала защищает древнее волшебство дворца, созданное еще во времена моего предшественника. Так что вся эта горка железа должна была, скорее, успокоить самих дипломатов, подарив им ложное ощущение безопасности. Шалости ради, а также чтобы преподать Мило очередной урок, я переложила кинжал паренька из одного сапога в другой и подбросила в карман послу свернутую в клубок удавку телохранителя, а потом знаками велела вернуть все на место. К чести юного Авантюрина, он почти справился, мне пришлось вмешаться лишь раз, когда один из дипломатов не ко времени обернулся... Но обошлось.
Напоследок я еще раз окинула всю миссию взглядом - не притаился ли где коварный убийца. Нет, чисто... И только собралась доложить королеве, что приказ исполнен, как Мило дернул меня за одну из косичек, подавая условный сигнал.
Девица, которую я посчитала секретарем, незаметно поднесла руку к волосам, а когда опустила ее, в кулаке уже было что-то зажато. Будто бы дурачась, я кувырком подобралась поближе и замерла на полу в очевидно неудобной позе, якобы разглядывая туфли одного из дипломатов. Мило, притворно ругаясь громким шепотом, заходил с другой стороны, чтобы подстраховать меня.
Подозрительная леди незаметно огляделась. К счастью, на нас она практически не обращала внимания... жестокая ошибка. Сейчас я была уверена, что женщина что-то замышляет. О, да, она великолепно владела лицом и телом, но это напряжение в глазах, и запах... Запах затаенного в глубине сердца страха, профессиональной уверенности и терпеливого ожидания. Так пахнут наемные убийцы. Но неужели она нацелилась на королеву? Невозможно. Да и Мило стоит у нее на дороге, закрывая траекторию. Кто же тогда...
Кисть незаметно шевельнулась, будто взбалтывая что-то. В голове тут же вспыхнула картинка из далекого прошлого, когда мой наставник и спаситель рассказывал об обычаях западных царств. Неловкое на первый взгляд положение руки сразу обрело смысл... И я увидела жертву.
Мальчишка! Да кто же он?!
Время привычно замедлилось.
Я отчетливо увидела, как расширяются зрачки убийцы, как слегка напрягаются мышцы, как начинают сжиматься пальцы... Решение пришло мгновенно. Черно-рыжей молнией я сорвалась с места с восторженным визгом "Ах, Мило, там бусинка упала!" и метнулась между леди и ее жертвой. Что-то несильно укололо бедро, и почти сразу же в этом месте разлилось онемение, сменившееся навязчивым жжением - яд, и довольно быстрого действия. Ключ мгновенно нагрелся, пораженную ногу свела судорога... Я запнулась, почти упала, но Авантюрин успел вовремя, подхватив меня под руки.
Место укола в последний раз обожгло болью и все закончилось.
- Госпожа, все в порядке? - в его голосе была настоящая тревога. Я незаметно провела рукой вдоль бедра, убирая иголку в кулак, а затем в секретный карман. Позднее разберусь. Быстро сложила пальцы, подавая знак Ее величеству, сияюще улыбнулась и только после этого ответила:
- Да, Мило, все хорошо. Я такая неловкая...
Тирле поняла все правильно. Краем глаза я заметила, как зашевелились за потайными панелями и фальшивыми картинами подчиненные Тайной канцелярии. Теперь можно быть спокойной. Больше с леди-секретаря глаз не спустят. Осталось выяснить: что это за мальчишка такой, что его пытаются убить с огромным риском для исполнителя, но непременно так, чтобы подставить наш Дом?
Впрочем, у меня есть уже предположение... И еще, чуть не забыла, надо потом поблагодарить Мило. На диво способный мальчик! И удачливый, что еще важнее.
- И бусинку потеряла... - я готова была "захныкать". Авантюрин с почтением поставил меня на ноги, оправил задравшийся жилет, поправил бант под коленкой, а затем протянул раскрытую ладонь.
- Возьмите, госпожа. Это не бусина, это жемчуг, или перл. Наверно, гости вам его теперь подарят, раз вы его нашли...
Я притворно ахнула, разглядывая подарок. А в голове меж тем вертелась одна мысль: где-то уже эта жемчужина мне встречалась... Неужели?.. Взгляд метнулся сначала к "бусине", потом к прическе посла.
Так и есть! Шпилька-то теперь простая...
Ну и Мило! Ну и шельма! Я счастливо расхохоталась, запрокинув голову, и выставила на всеобщее обозрение жемчужину во вскинутой вверх руке. И когда этот хитрюга успел вытащить "оружие" нашего дипломата из прически, выломать камень и вставить шпильку обратно, не потревожив человека, да еще и так, что и я не заметила?
Нет, он определенно достоин награды!
- Полагаю, мы можем позволить себе такой подарок, - неожиданно произнес тот, кого я приняла за одного из телохранителей. Рослый седой мужчина, подтянутый, с манерами потомственного военного - о, эту осанку сложно вытравить, это мне известно еще со времен моего ученичества у Холо. Неужели этот мужчина и есть истинный глава миссии? - И дальше продолжить разговор в более узком кругу. А ты, Мариша, допустила ошибку. Можешь передать своим нанимателям, что они зря загубили столь ценного агента.
Леди-секретарь низко опустила голову. Потом вдруг начала заваливаться набок, бескостно, словно мешок с фруктовым желе. Тут же встрепенулась охрана, засуетилась Тайная канцелярия, кто-то позвал лекаря... Лишь королева, лидер побережников да мы с Мило сохраняли спокойствие, ибо знали, как быстро действует западная отрава... Вряд ли девицу еще можно спасти.
Тело унесли, слуг разогнали, а "канцеляристы" исчезли с глаз долой незаметно и совершенно самостоятельно. В зале осталась только Ее величество да делегация из Дома Раковин и Песка, глава которой, отбросив маску охранника, вышел на первый план и теперь недовольно посматривал на Авантюрина и меня.
- Ваше величество... При всем уважении, речь сейчас пойдет о действительно секретных вещах. Не стоит ли удалить посторонних из зала? Или, - он, очевидно, вспомнил, как я заслонила мальчишку собой, - это все же тайные агенты?
Такое предположение меня возмутило. Да, я Хранитель ключа, и еще порой меня призывают как советницу Ее величества по особо важным вопросам, но в первую очередь...
- Да шут я, шут! - я нетерпеливо вскочила с пола и тут же сделала стойку на руках, задорно звеня колокольчиками в рассыпавшейся прическе. - И безумна, как никто другой! Правда-правда, клянусь!
Тирле прикрыла губы веером, скрывая усмешку.
- Дорогая Лале, кажется, наши гости недоверчивы. Сделай милость, рассмеши их, пусть убедятся!
Я изобразила задумчивость, потирая ладонью подбородок. Стоять на одной руке было не очень удобно, но чего не сделаешь ради искусства...
- Ах, и не знаю даже... Никакие шутки в голову не приходят. Разве спеть песенку?
Послы недоуменно переглядывались. Суматоха посбила с них спесь, и теперь им было сложно вернуться к прежнему чурбанному состоянию. "Она серьезно собирается выступать?" - шепнул мальчик своему соседу-телохранителю.
О, они сомневаются? В моем ремесле?
- Мило, доставай флейту. Я буду петь!
Ученик с достоинством поклонился и выудил из рукава инструмент. Я наконец-то приняла нормальное положение, ступив ногами на твердую землю.
- Пой, Лале! - усмехнулась королева.
Дипломаты застыли. С чего бы начать? Эх, начну, пожалуй, с начала!
- Здравствуйте все!
Я шут моей королевы,
Стою здесь во всей красе...
Обернитесь налево -
Это Мило, мой ученик,
Тот, поверьте, еще шутник,
Прозывается Авантюрином...
Ах, он вымахал слишком длинным,
Или я на рост коротка?
Но смотреть на меня свысока
Вам запрещаю железно!
Лучше смейтесь - ведь это полезно, - я сделала "колесо", подскакивая поближе к дипломатам. Те напряженно подались назад - одновременно, будто актеры в спектакле.
- Я - шут, я смешная, честно,
И глядеть на меня интересно!
Ах, вперед меня летит слава...
А теперь посмотрите направо:
Там стоит господин дипломат,
Облаченный в чужой наряд.
Притворяться он любит неглавным.
И, поверьте мне, это забавно!
Даже я не могла понять сходу -
За чужую он взялся работу...
А все, чтобы с толку нас сбить,
Заговорщика определить,
Короля своего защитить... - я обличительно ткнула в мальчишку. Тот испуганно отшатнулся, но быстро взял себя в руки и гневно сверкнул глазами. Охрана - настоящая охрана! - мгновенно придвинулась к нему, вытаскивая оружие. Похоже, последняя строка попала в точку... даже слишком. Надо заканчивать представление... и поскорее, пока излишне ретивые служаки не покрошили меня на бекон для омлета.
- Попрошу вас меня не бить,
А, напротив, с душой любить,
Мою жизнь сгоряча не губить -
Ох, опасно бывает шутить! -
С этими словами я расстелилась перед послами по каменному полу в глубоком поклоне. Бубенчики глухо звякнули о плиты, финально взвизгнула флейта в руках Мило и воцарилась напряженная тишина. А спустя мгновение ее хриплым карканьем разбил смех королевы Тирле.
- Ах, Лале, мастерица, позабавила, - выдохнула она чуть погодя, утирая слезы. - Пожалую тебя орденом.
- Да нужен мне он, и так весь шкаф забит, - чуть слышно буркнула я, поднимаясь с колен.
- Что ты сказала? - брови королевы сурово сдвинулись.
- Что буду ужасно благодарна, Ваше величество.
Со стороны делегации послышался смешок. Мальчишка... нет, похоже, все же король, уже отошел от первого потрясения и теперь улыбнулся - очень по-взрослому.
- Вы и вправду знаете толк в хорошей шутке, госпожа Лале, - величественно кивнул он мне. И как я могла принять его за паренька на побегушках? Ума не приложу. - Благодарю вас за прекрасное представление... и спасение моей жизни.
- Присоединяюсь, Опал, - согласилась королева. - А теперь - ты свободна. Мы же с Его величеством обсудим некоторые детали.
Я еще раз поклонилась и, ухватив Мило за полу камзола, направилась к ближайшей картине. Ключ провернулся в нарисованной скважине, дверь с натужным скрипом отворилась, открывая нашим взорам Малахитовый коридор на седьмом ярусе. Вытолкав замешкавшегося ученичка за порог, я осторожно вернула картину на место, отсекая звуки Церемониального зала. Ни к чему нам пока знать детали переговоров... Все равно Ее величество Тирле завтра сообщит мне все действительно необходимое.
- А нам точно следовало уйти? - поинтересовался Мило, недоверчиво ощупывая картину, на которой и следа двери не было.
- Точно, точно, не волнуйся уж, - я, привычно подтянувшись, ласково пригладила его волосы. - Запомни, главное в деле шута - вовремя уйти... Пока смысл шутки не дошел до тех, кого высмеиваешь. Залог долгой жизни, знаешь ли... Да и раз королева нас отослала, то ничего интересного уже не будет. У этой женщины потрясающий нюх на неприятности, почти как у ее бабки, леди Карле Пророческий Сон. Ну, так та обучалась на прорицательницу до того, как встретила Его величество Соло Янтарного.
- Раз вы так говорите... - он послушно кивнул, а потом опустился на одно колено, чтобы мне было удобнее гладить его.
У Мило были совершенно удивительные волосы: вроде бы и светлые, как солнце, а приглядись - удивляешься: да он пегий, как волк. Один волос рыжий, другой белый, а третий и вовсе золотой. И локоны такие мягкие, скользкие, как горный шелк, так и хочется запустить в них пальцы. Ах, когда мой мальчик вырастет, он определенно будет иметь успех при дворе!
- А что там получилось с покушением? Признаться, я проглядел половину... - ученик вопросительно посмотрел на меня снизу вверх. Так мил, так мил...
- Позже, сейчас не хочу это обсуждать, - поморщилась я. - А сейчас...
Я задумалась. Идти спать было определенно рано - время еще только к полуночи, лишь шесть часов назад встала. Королева освободится нескоро, хорошо, если переговоры закончатся до рассвета... Балов сегодня нет, развлечений особых тоже... Разве что лорд Галло Топаз собирался устроить поэтический вечер имени себя. Куда ему в поэты, этому старому, толстому обормоту! А ведь все в менестрели метит. Нет, решено!
- Мило... - по моим губам расползлась проказливая ухмылка. - Как ты смотришь на то, чтобы сыграть небольшую шутку с лордом Галло? Заодно и потренируешься?
Авантюрин мечтательно улыбнулся. Ах, ну что за мальчик, прелесть! А, главное, сразу понимает, о чем я говорю...
- С величайшем удовольствием, госпожа.
Похоже, ночь будет долгой...
Глава вторая, в которой Мило получает подарок, а в кабинете Ее величества ведутся разговоры о политике.
- Солнце завершает круг,
Ты приносишь роз букет...
Ах, мой милый, милый друг,
Я, увы, отвечу "Нет"... - напевала я старинную песенку, крутясь перед большим зеркалом в Зале отражений. Вообще-то это место, представляющее собой огромный лабиринт, украшенный полированными каменными и металлическими пластинами, имело славу "уголка свиданий". Но мы с Мило традиционно использовали его для оттачивания актерского мастерства и пробы новых образов. Вчерашний вечер, вопреки надеждам и чаяниям, закончился для нас раньше обычного, так как лорд Галло, доведенный до кипения насмешливой декламацией его переделанных виршей, таки сорвался и спустил на бедного шута охрану, а когда мой замечательный Авантюрин раскидал этих горе-вояк, вступил в дело сам. Тут уж пришлось удирать, ибо мастерство не пропьешь и не проешь, а генерал Топаз когда-то считался лучшим бойцом своего времени. Да и Ее величество вряд ли бы одобрила, покалечь мы верного вассала короны.
- Ты заметил, Мило, что сейчас люди совсем не ценят искусство иронического экспромта? - пожаловалась я ученику, сосредоточенно рассматривающему свою разукрашенную физиономию в зеркале.
Роскошный синяк, заработанный вчера в честной схватке с лордом Галло, замазывать мы не стали, а напротив, всячески подчеркнули, обведя по кромке золотой краской и нарисовав пару звезд прямо поверх. В сочетании с фальшивыми бинтами там и сям это производило, на мой взгляд, потрясающий эффект. К тому же - о, загадка мирозданья! - глаза Авантюрина казались именно наивными и жалостливыми, несмотря на темный цвет, и большинство встреченных аристократов, уже наверняка прослышавших о вчерашнем провале декламаций отставного генерала, смотрели на нас сочувственно. Похоже, в ближайшее время лорд Галло будет подвергнут порицанию общественности.
И правильно. Нечего было колотить моего Мило. Насмехалась-то над лордом я, просто он посчитал ниже своего достоинства своей рукой ударить женщину, да еще безумную.
Почему натравить на нее же телохранителей было, с его точки зрения, совершенно обычным делом, являлось для меня загадкой. Одна из тех аристократических заморочек, которые я не пойму и через четыреста лет.
- И не говорите, госпожа, - ученик осторожно почесал фингал, стараясь не задеть золотые звездочки. - Совершенно не ценят... Иногда мне даже кажется, что работа шута гораздо опаснее, скажем, профессии военного. Да и бьют чаще...
- А что поделаешь? - философски заметила я, поворачиваясь в попытках разглядеть рисунок на спинке жилета. Надо признать, портрет Галло вышел весьма похожим, несмотря на то, что Тарло Мечтатель рисовал его впопыхах, да еще по скользкому атласу. Впрочем, бездарности в придворные художники и в карты расклада не выбиваются. - И, обрати внимание, Мило, бойцам за риск быть битыми приплачивают, а мы трудимся исключительно на добровольных началах... Разве что Ее величество иногда оделяет нас медалями да орденами... и драгоценными камнями... и золотом иногда... и тот дом в Старом городе сбыть удалось весьма выгодно... Но, в любом случае, вчера было забавно, согласись?
Авантюрин кивнул и расхохотался.
- А помните, с каким он выражением пытался выдернуть застрявшую в стене фамильную шпагу, госпожа? А вы еще стояли и нудили, что, мол, нехорошо обнажать оружие против беззащитных детишек?
Перед мысленным взором моим встала картина вчерашнего вечера: разгневанный коротышка-генерал, размахивая шпагой, теснит к стене жалобно поскуливающего и взывающего к гостям-аристократам Мило. Притом, что мой ученичок выше его на целых две с половиной головы и тонкий, как тростиночка... Ах, это было неподражаемо!
- И все же, Авантюрин, ты слишком рисковал, - скрепя сердце, пришлось пожурить мальчишку. Конечно, я не дремала и готова была кинуться на защиту ученика, но порой выверты судьбы совершенно непредсказуемы. Вдруг бы под ноги мне подвернулась складка ковра, а Мило замешкался и пропустил удар? Кровь хороша, только если это театральная краска...
- Не больше, чем вы, госпожа, - невозмутимо парировал он.
- На что намекаешь, паршивец? - весело поинтересовалась я, беззлобно дергая его за нос.
- На давешнее покушение. А если бы яд попал в вашу кровь?
Мне стало смешно. До чего наивен!
- Да он и попал туда, глупенький. К счастью, отравой меня не проймешь... Скажу по секрету, если бы вчера негодяй Галло пересилил свое аристократическое воспитание и пырнул меня своей игрушкой в сердце, то и это бы сошло одной нахальной шутовке с рук. А вот ты, дорогой мой, увы, не ворон, имеющий дюжину жизней... Будь осторожнее в следующий раз. Придворному дураку вовсе не зазорно сбежать, когда его преследует дурак вооруженный. Ученик у меня один, и новых я заводить не собираюсь.
- Я буду внимательней, - охотно повинился Мило с редкостно довольной физиономией.
Надо почаще его хвалить, а то совсем зашпыняла мальчика. И, к слову, о подарках...
- Мило, нам нужно заскочить к ювелиру, - непререкаемым тоном капризной светской львицы заявила я, принимая внушительную позу.
Зал мы покинули, вовсю дурачась. Я громко командовала, поправляя воображаемую мантию и корону, скрипуче жаловалась на дурные манеры молодежи, и тут, же, практически без перехода, начинала весело щебетать о фасонах одежды и новейших веяниях моды. Мило тоже с явным удовольствием менял роли, прикидываясь то забитым слугой у властной хозяйки, то пожилым провинциальным лордом, туговатым на оба уха, то галантным кавалером-сердцеедом.
Встреченные придворные спешили слиться с обстановкой, коридоры пустели, как по волшебству. По дворцу вперед нас летела жуткая весть: Лале Опал в ударе, спасайся, кто может! Попавшие под горячую руку подвергались нещадному осмеянию. Чувствительные дамы теряли сознание, благородные господа - самообладание, но, к счастью, сегодня клинков никто не обнажал. Я же, забыв о самоконтроле и милосердии, просто развлекалась и не думала о последствиях. Если заиграюсь, Мило одернет меня до того, как переступлю запретную черту.
- Дайле, открывай двери, когда в них стучит судьба! - бойко заколотила я в узорчатые створки.
Старая ювелирша смачно высказалась в том ключе, что не всяким придворным дурочкам здесь указывать, будь они хоть дюжину раз советницами королевы, а торопыгам к ней и вовсе ход заказан. Чтоб не беспокоили попусту, мол, старые кости. Я глубоко вздохнула, приводя себя в более-менее приличное состояние, и вопросила уже серьезно:
- Госпожа Дайле, не готов ли вчерашний заказ? Если так, то нельзя ли мне его получить? Если же нет, прошу прощения за неурочный визит...
Мастерица поворчала для порядка, но сменила гнев на милость, пуская нас в рабочий кабинет. Разумеется, я могла войти и сама, но это выглядело бы невежливо. А мое уважение к грубоватой пожилой женщине было глубоким и искренним, не имеющим отношения к наносному придворному этикету. Дайле Кремень пережила уже двух королей, в более внушительном возрасте, пожалуй, пребывали только волшебники и некоторые могущественные карты расклада. А эта дама не просто достигла почтенных "золотых лет", но и сумела сохранить себя такой, как в молодости: порывистой, искренней и не имеющей ни единой задней мысли, а это уже немало, если вы живете при дворе, среди интриг, подковерных склок и заспинной брани.
- Оплату доставили? - поинтересовалась я, усаживаясь с ногами на пуфик. Дайле тем временем удалилась в дальние комнаты, чтобы через минуту вернуться уже с бархатным футляром. - Вы всем довольны?
Мое волнение было вполне оправданным - золото и заказ я переслала с мальчишкой-пажом. Вероятность того, что малютка мог что-то перепутать была весьма велика.
- Вполне, госпожа шут, - благосклонно кивнула ювелирша. - Как всегда, вы более чем щедры. Могу я поинтересоваться, для кого предназначен столь дорогой заказ?
- Для моего ученика, - усмехнулась я. Мило, до сих пор равнодушный, навострил уши. - Он вчера показал себя с лучшей стороны.
- Неужели юный Авантюрин также причастен к предотвращению покушения на Его величество Ларру Ночного Бриза?
Меня охватило легкое раздражение.
- Как, об этом уже говорят во дворце? И что за сплетню распространяют здешние болтуны? И кто ее автор?
- Поговаривают, что придворный лекарь, господин Шило Яшма, - Дайле с почтением протянула мне футляр. Я осторожно приоткрыла его и залюбовалась, хотя знала приблизительно, что увижу. На шикарном черном бархате расположилась чудесной работы серьга. Миниатюрный многолепестковый цветок из алого золота, отчасти напоминающий полностью распустившийся бутон розы, выглядел почти живым: каждая жилочка, каждый изгиб листика были мастерски исполнены и разве что не источали сладкий аромат. В центре перламутрово переливалась трофейная фиолетовая жемчужина. Я поневоле поразилась искусству Дайле: сотворить такое всего за одну ночь, пусть даже и по давней заготовке, было фантастически сложно. Другие бы и за неделю не справились. - Якобы он стал свидетелем того, как вы, госпожа, благородно бросились вперед, закрывая собой короля, переодетого слугой, и выхватили из воздуха кинжал, а потом отравили покушавшуюся на него особу жутким ядом с запада.
- Брешет. Все, кроме яда - бред сивой вороны, - презрительно скривилась я. - Ничего из воздуха не ловила, надо больно. На то у Ее величества есть Тайная канцелярия. С них и спрашивайте, а у меня так и своих дел хватает. И лучше бы и каждому так держаться за то, что у него хорошо выходит... Как, например, ваши работы, уважаемая Дайле - выше всяких похвал. Неповторимо, живо, утонченно! То, что надо.
- Благодарю, - наклонила седую голову мастерица. Меня всегда удивляла эта ее манера переходить с площадной брани на светскую болтовню без всякого напряжения. - Мне приятна столь высокая оценка. Куда руки тянешь, паршивец, кота твоего об стену?! - словно в подтверждение моим мыслям тут же взревела она, шлепая Мило веером по пальцам.
- Но госпожа сама сказала, что это для меня, - оскорбленно насупился Авантюрин. Я дружелюбно улыбнулась.
- Не будьте такой строгой, мастер. Право, это подарок для мальчика, и Мило вполне может заглянуть в футляр прямо сейчас, - с этими словами я до конца откинула крышку и сунула шкатулку под нос опешившему ученику.
Некоторое время он хлопал пушистыми ресницами, как девица на выданье, а потом восхищенно присвистнул, позабыв о манерах.
- Госпожа, это... это чудесно! Она действительно для меня, да? Я... я потрясен, нет, правда! Но... - Авантюрин удрученно повесил голову. - У меня уши не проколоты.
- Значит, проколем. Дайле, принесите, пожалуйста, иголку, - твердо заявила я, нацеливаясь на застенчиво розовеющую за золотистыми прядями мочку. Ах, какой стеснительный ребенок! - Давно пора, скоро жениться уже, а все как младенец, ни одной побрякушки.
Мило опасливо отодвинулся от меня, заметив фанатичный огонек в глазах. Ювелирша, поискав в столе, торжественно предложила мне на выбор две игры, золотую и серебряную. Я взяла вторую, ту, что потолще, и решительно поднесла к пламени светильника. Сначала металл обжег пальцы, но лишь на мгновение, пока не проснулся ключ.
- Может, не надо? Буду носить ее, как кулон, - жалобно проскулил он, сглатывая. - Госпожа, ведь и вы тоже не любите украшения, кроме браслетов... Смилостивитесь...
Во мне тут же проснулось что-то хищное. Я толкнула мальчишку на лавку, бесцеремонно ухватив его за рубашку. Мило послушался, хотя чувствовалось, что его колотит. Дрожит, бедняжка... Я почти облизнулась, откидывая волосы с аккуратного ушка. Примерилась, занесла руку... И тут мальчишка вырвался, отскакивая в сторону.
- Я передумал, госпожа, - скороговоркой пробормотал он, отводя взгляд. - Это слишком дорогой подарок для меня, простите, - с поклоном паренек отступил к двери.
- Куда? - по-кошачьи мурлыкнула я, подхватывая его под руку и усаживая обратно. - Я уже решила, не спорь. Где твое мужество, Мило? Ведешь себя, как ребенок.
- Неправда, - он вздернул подбородок. В темных глазах появился странный блеск. Да что это с мальчиком, никогда не замечала в нем трусости! - Я уже взрослый. Просто не хочу, и все.
Дайле наблюдала за этой сценой с потрясающим равнодушием. Будто и не происходит ничего особенного. Ну да ладно, эта женщина лишнего болтать не станет, да и нет таких сплетен, что как-то могут повлиять на мою давно изгрызенную мышами репутацию.
- Взрослый он, как же... - я осторожно помассировала мочку, лишая ее чувствительности. Игры играми, а причинять боль моему несносному мальчишке по-настоящему не хотелось бы. - Рассказывай кому-нибудь другому. До сих пор, между прочим, сладкое предпочитаешь прочей еде, любишь сказки на ночь и с дамами общаешься исключительно на расстоянии анекдота.
Мило краснел, пыхтел, и, наконец, взорвался.
- Да что вы знаете! Я живу рядом с вами, каждый день мы вместе, но разве вам интересно, что происходит в моей жизни? Нет, нет, нет! Все время думаете только о себе, и ни о ком другом! Да к вашему сведению, госпожа моя, я уже лет пять не ем сладкого вообще, двенадцать лет читаю перед сном мемуары Лавре Пустынника и... и... И вообще, леди Сабле уже не раз приглашала меня посетить ее спальню!
Я не знала, смеяться мне или плакать.
- А вот последнее - зря, - мой голос был предельно серьезен. - Скажу тебе по секрету, все кавалеры, посетившие покои леди Сабле, потом обязательно посещают лекаря...
Мило залился краской и вскочил с лавки. Кинул на меня гневный взгляд и кинулся прочь, на ходу оттирая позолоту со щеки, а напоследок хлопнул дверями так, что лепнина лишь чудом не осыпалась.
- И у вас характер не мед, леди... При всем уважении.
Сердце защемило. Какой, не побоюсь этого слова, дурень пустил столетье назад слух, что у королевского шута в груди пусто?
- Думаю, мне пора, - решительно попрощалась я. Колокольцы на концах косичек потерянно звякнули. - Еще раз позвольте восхититься вашим мастерством. На днях вам непременно доставят награду, в полной мере отражающую степень моей благодарности.
- Не стоит, - церемонно отказалась ювелирша. - Мне и самой было приятно работать с таким редким материалом. К тому же вы уже сильно переплатили, позволив мне забрать лишнее золото.
Я раскланялась с госпожой Кремень и вышла. К моему несказанному удивлению, коридор был пуст. Надо же, Мило всерьез разозлился. Вот ведь ненормальный... Да и сама я виновата. В первую очередь потому, что не проявила достаточно внимания. Вот свяжется мой мальчик с такой, как Сабле, придворной вертихвосткой, или нарвется на дуэль - а все потому, что наставница недосмотрела. Позор мне...
Недопонимание между умудренным и юным сердцем... Так ли давно я была по другую сторону этой пропасти? Так ли давно гневно бросала в лицо своему учителю такие же слова, как Мило - мне? И клялась себе, что уж я-то в старости точно отнесусь с пониманием к молодым? Что не забуду, не потеряю это волшебное чувство осознания?
Эх...
Сначала перестала видеть сказку за театральным представлением, разглядев убогие декорации и подтекший грим актеров. Потом разучилась слушать чужие сердца, погрузившись в свое безумие. Стала почти равнодушной...