Романова Любовь: другие произведения.

Медовые собачки

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Жуткая история о любви к детям:) Превращения, злая колдунья, героическая девочка и целая стая пушистиков - все в комплекте:)
  Хрясь! Телефон врезался в стену. Бордовая панелька полетела в сугроб. Блок питание завертелся волчком на скользком тротуаре. Корпус новенькой "соньки" вопреки всем законам баллистики описал обратную дугу и замер возле ног хозяйки. На темнеющем экране таяла надпись "Вызов завершен".
  Аська мотнула головой, прогоняя соблазнительное видение. Сотовый был все еще зажат в ее руке, и из него по-прежнему доносился мамин фальцет.
  - Анастасия! - вопила Александра Сергеевна Мирошникова. - Ты меня слышишь? Ответь немедленно!
  Справившись с желанием убить мобильник об стену, Аська скороговоркой произнесла:
  - Слышу плохо. Ответить не могу. Скоро буду. Пока, - и нажала на отбой. Потом, подумав пару секунд, выключила телефон.
  - Что, опять чудит? - с пониманием спросил Культепов.
  - Мягко сказано, - Аська спрятала мобильник в рюкзак. - Видите ли, она целых три раза набирала меня после уроков, а я не ответила. Теперь все выходные просижу дома. Здорово, правда?
  - Бред! - искренне возмутился приятель. С первого класса предоставленный сам себе, Ромка таких родительских пердимоноклей категорически не понимал. В его картине мире каждое живое существо от рождения обладало правом на свободу. То есть приходи домой, когда хочешь, убирай свою комнату, только если из-за наваленного хлама перестала открываться дверь, и питайся, чем бог пошлет. Культепову он обычно посылал чипсы с шоколадными батончиками, на которые уходили все "обеденные" деньги. - Мы же в раздевалке толклись. Там не то, что телефона, пожарную сирену не услышишь!
  - Не будь наивным. Она специально такой момент подгадала. Просто ищет повод для домашнего ареста. И так всегда!
  Аська не врала. И даже ни капли не преувеличивала. Превращение бухгалтера в домохозяйку два года назад развило в матери трех дочерей болезненную тревожность. Стоило одной из них не выйти вовремя на связь или вернуться с прогулки на десять минут позже оговоренного срока, как дом Мирошниковых превращался в Садом, помноженный на Гоморру. Мать семейства принималась метаться по квартире, оглашая многоэтжку стонами почище, чем собака Баскервилей - торфяные топи. Если появление блудных дочерей откладывалось еще минут на пятнадцать, то начинался шквальный обзвон друзей, родителей друзей, учителей и бывших парней.
  - Знаешь, мне кажется, мамон так куролесит из-за чувства вины, - однажды поделилась с Асей Лиза - старшая в троице. В этом году она заканчивала первый курс медакадемии.
  - Думаешь, отцу изменяет? - тринадцатилетняя Ася тут же предположила худшее.
  - Дура! - возмутилась сестра. - Нет, она мается, что не работает. По сути, бездельничает. Дом весь на нас, хобби у нее нет, подруги впахивают круглые сутки - вот и пытается себя чем-нибудь занять.
  - Ерунда какая-то. Папа же сам упросил ее бросить работу.
  - Мало что упросил. Чувство вины - не алгебра с геометрией, в теоремы не укладывается.
  Объяснение Лизы возымело на младшую сестру действие, как осенние дожди на старенький велосипед - оно, точно ржавчина, начало день за днем подтачивать дочернюю некритичность. Ася внезапно заметила, что мама с упоением смотрит все криминальные сводки и ток-шоу, посвященные пропаже людей. Некоторые передачи она даже записывала на видео, чтобы потом изучить в одиночестве.
  - Зачем? - допытывалась Аська.
  - Я должна знать! - сердилась Александра Сергеевна Мирошникова, от чего вокруг ее тонких губ появлялись вертикальные морщинки. Аську это почему-то бесило.
  - Что знать? - почти кричала она. - Что у твоей паранойи есть хоть какая-то причина? - и уже тише принималась втолковывать, - Мам, мы не пьем, не колемся, в плохих компаниях не состоим. Лизка с Веркой учатся круглые сутки. Чего ты психуешь?
  Но спорить с Александрой Сергеевной было все равно, что жаловаться гаишнику на коррумпированность дорожной полиции. Женщина хотела бояться и усердно искала повод. Она тренировала свой страх, точно силу воли или память. Подкармливала его питательными добавками в виде теленовостей, чтобы со спокойной совестью глотать настойку пустырника, запивая ее кофейным ликером.
  - Ну чего теперь? Домой пойдешь? - с тоской во взгляде карих глаз спросил Культепов.
  - Вот еще! - последнее время Аська все чаще устраивала акции семейного неповиновения. В конце концов, сколько можно почесывать за ухом маминых гиен? - Мы уже почти на месте.
  Ромка с видимым облегчением сдвинул на затылок свой колпак с кисточкой. Приятель явно не чувствовал в себе сил выполнить задуманное в одиночку. Культепов вообще был существом пугливым. Долговязый, чуть сутулый, он напомнила Аське подросшего Буратино. Деревянного мальчика лет через пять после описанных в сказке событий. Нелепый прикид только усиливал сходство. Ромка носил бесформенные свитера с оттянутыми рукавами, узкие укороченные джинсы и громоздкие ярко-красные ботинки.
  - Как думаешь, какой у него подъезд, первый или второй? - Культепов остановился в нерешительности под окнами старого дома. Такие называли "брежневками". Кажется, по фамилии одного из прежних президентов.
  - Квартира одиннадцать? Конечно, первый, - потом подергала за массивную ручку. - Домофон. Будем звонить?
  - Нет, - Культепов в задумчивости почесал темечко. Из-под полосатой шапки тут же выбилась медная кудряшка - объект тайной зависти женской части класса. Ни одна краска для волос не давала такого чудного оттенка. - Подождем, когда кто-нибудь откроет. А то, чувствует моя сердечная мышца, Ванькина родительница пошлет нас так же, как по телефону.
  Он откровенно побаивался матери друга. Даже не видя ее ни разу в жизни. Ему хватало ужаса в Ванькиных глазах, когда его мобильник разражался совиным уханьем родительского звонка. Спирта в огонь подливал совсем не женский бас, доносившийся из трубки, если какой-то леший дергал Аську с Ромкой набрать Савельева по домашнему телефону. Священный трепет жил в Ромкиной душе еще и потому, что Ванька почти ничего не рассказывал о своей семье.
  - Ты знаешь, что у него брат с сестрой есть? - пижонские ботинки грели плохо - через пять минут ожидания у подъезда Ромка начал неуклюже пританцовывать на месте.
  - Правда? - Аська подняла аккуратные брови.
  - Сам слышал, как Ванька нашей классной говорил. Она какую-то анкету заполняла, вот и спросила его.
  - А они старше или младше Савельева?
  - Понятия не имею. Вроде, младше.
  - Интересные делишки. И где они учатся? Точно не в нашей школе. Иначе, Галина Сергеевна знала бы.
  Шум шагов за дверью подъезда оповестил о конце ожидания. Друзья пропустили мимо субтильную женщину и скользнули в теплую темень.
  Ни Аська, ни Ромка не горели желанием лично знакомиться с матерью приятеля. Они были рады никогда не заявляться к ней в квартиру, если бы Ванька внезапно не пропал. Перестал ходить в школу, брать мобильник и появляться в социальных сетях.
  Поначалу это исчезновение совсем не казалось странным. Подумаешь, заболел.
  - Ваня спит, - объясняла его мать глуховатым басом каждый раз, когда друзьям удавалось дозвониться на домашний телефон. За две недели отсутствия друга это случилось всего три раза. В остальное время трубку никто не брал. - У него ангина.
  - Медведь он что ли, столько дрыхнуть! - сердился Ромка. - Мог бы хоть эсэсмэску чиркнуть.
  Но ни эсэмэски, ни какой другой весточки друзья так и не дождались. Савельевский аккаунт ВКонтакте оставался мертвым, точно заброшенная деревня в средней полосе, а мобильник отвечал равнодушным голосом притворявшегося женщиной робота.
  Аська, которая никогда не питала к Ваньке, впрочем как и к Ромке, романтических чувств, внезапно поняла, что скучает по Савельеву. За семь лет учебы им еще ни разу не приходилось расставаться дольше, чем на пару суток. Конечно, летом все разъезжались по лагерям и дачам. Но во время каникул хватало впечатлений, чтобы не тосковать по своим "оруженсцам", как дразнили мальчишек Аськины сестры. Зато сейчас, в начале третьей четверти, отсутствие одного из двух друзей не давало покоя, словно монотонная песня комара над ухом или вой электродрели за стеной. Аська даже часом забеспокоилась, уж не влюбилась ли она в чернявого коротышку Савельева? Однако, проведя полную ревизию своих чувств, решила: все в порядке, не влюбилась. И скучает она по нему примерно так же, как скучала по Лизке, когда та полгода училась за границей.
  Одиннадцатая квартира ждала гостей на самом верхнем этаже. Культепов первым делом припал ухом к обитой черным дерматином двери.
  - Музыка, вроде, играет, - шепнул он.
  Ася встала рядом.
  - Ага. Женщина поет...
  И тут из-за двери послышалось сердитое бульканье.
  - Собака, - сообразил Ромка, на пару секунд опередив свою подругу. - Маленькая.
  Раньше, чем оба успели удивиться наличию собаки в доме Савельева, раньше, чем Аська вдавила белую кнопку звонка, а Ромка попытался удрать, квартира под номером одиннадцать разразилась многоголосым лаем, и дверь распахнулась. Друзьям открылся живот, обтянутый халатом из лилового атласа.
  - Ой, - сказала Аська, и медленно подняла глаза.
  Первое, обо что споткнулся ее взгляд, были усы. Шикарные смоляные усы с благородной проседью. Они почти касались сочных губ, над которыми усердно поработали сливовой помадой.
  Если до этого момента Ася сильно сомневалась в том, что на Земле когда-то жили великаны, то встреча с хозяйкой квартиры заставила ее мгновенно поверить: конечно, жили. Как же иначе, раз до сих пор вот так запросто можно встретить их потомков?
  Стоявшая перед друзьями женщина была огромна. Огромна и необъятна, как заводская труба, как ствол гигантской секвойи, как стебель бобового дерева, доставившего пройдоху Джека в страну людоедов. Да и сама она, пожалуй, была родом из этой страны. Аське не стоило труда представить ее в красных отблесках костра со шматом плохо прожаренного мяса в руках. Широкие черные брови Великанши сведены на переносице, угольные волосы змеятся по плечам, ноздри трепещут, в зеленых глазах пляшет отражение огня...
  - Вам кого? - спросила женщина басом, не оставив у друзей и тени сомнения - они пришли по адресу.
  - Ээээ.... Ну... Мы...- заблеял Культепов, судорожно подергивая кадыком.
  - ... к вашему сыну, - помогла ему Аська. - Пришли его навестить.
  Смотреть в лицо ужасной женщине было выше ее сил, поэтому Аська перевела взгляд ниже и невольно уставилась на прикрытые халатом груди. Они могли бы поспорить размером с парой пятилитровых банок. И что самое забавное - выиграть этот спор. Аська почувствовала себя неловко и решила, что будет смотреть в пол. Так спокойнее.
  Но, увидев, кто выглядывает из-за лилового подола, она мгновенно забыла и про Великаншу, и про пятилитровые банки.
  - Какие лапочки! - запричитала Ася, опускаясь на корточки. - Пупсики пупсячьи!
  У ног хозяйки вертелись крошечные собачки. Одна, две, три... Аська тут же сбилась со счета. Собачки в волнении от встречи с незнакомыми людьми перебегали с места на место. Их было никак не меньше пяти. Все разноцветные: белая с розовым носиком, белая с коричневым носикам и рыжими ушками, кремовая, шоколадная и черная, точно нарочно выкупанная в ваксе. Хвостатая компания отличалась лупоглазостью, лобастостью и улыбчивостью. Да, да, Ася могла поклясться, что крохи приветливо улыбались.
  - Это чихуахуа? - спросила она. Ей жутко хотелось собачку такой породы. Ася пересмотрела все части фильма "Крошка из Беверли-хиллс", выяснила цены в питомниках и зачитала до дыр в мониторе форум, где общались заводчики. Но мама, узнав о мечте дочери, приняла позу "звезды". Какие собаки? За вами-то не углядишь, а тут еще щенок...
  - Да, - ответила Великанша. - Миники.
  Аська подняла голову. И этой женщины она боялась? На нее смотрела добродушная усатая тетка. Хозяйка квартиры сияла, точно влюбленная в своего ребенка мамаша при звуках похвалы в адрес обожаемого чада.
  - Миники? Значит, каждая не больше двух килограмм весит? - со знанием дела спросила Ася.
  - Что ты! Не больше полутора! Ёжик, вот этот, черненький, самый тяжелый. Кило четыреста восемьдесят грамм. И то, когда накушается от пузика.
  - Вы их разводите? Да?
  - Только для души! Даже не выставки не вожу.
  Лопоухая малышня, заслышав приветливый тон хозяйки, немедленно обступила все еще сидевшую на карточках Асю. Шоколадный песик с огромными серо-зелеными глазами смело забрался к ней на колени. Пристально посмотрел в лицо и лизнул в нос. При этом умудрился, сложив язык дудочкой, сунуть его гостье в ноздрю.
  - Хулиган, - засмеялась она, чуть не сев пятой точкой на бетонный пол.
  - Что ж я вас в подъезде морожу! - вплеснула руками Великанша, отступив в глубину коридора. - Проходите. Вы ведь Ваняшу хотели навестить? Сейчас я вам все расскажу.
  Культепов с Аськой переглянулись. На Ромкином лице все еще можно было различить следы дважды пережитого потрясения - сначала от встречи с "ужасным монстром", потом - от его превращения в добродушную любительницу маленьких собачек. Приятель протянул Аське руку, помогая подняться, и они, стараясь не наступить на суетливую братию, вошли в квартиру.
  Кто бы мог подумать, что Ванька Савельев живет в таком доме! Огромном, с высоченными потолками, вишневым паркетом на полу и картинами в тяжелых рамах. Просторная прихожая изгибалась буквой "Г". В поле зрения Аси оказались три двери: одна вела на кухню, остальные - в комнаты. Очевидно, за поворотом широкого коридора скрывались еще помещения. Как минимум, ванная с туалетом. Как максимуму, санузел и парочка комнат с кладовкой.
  - Разувайтесь, и на кухню, - скомандовала друзьям Великанша. - Чайник только что закипел. Сейчас медку достану. Высокогорного. У дедулечки одного покупаю. Не мед, а сказка. Дух такой, что до пяток пробирает.
  - Мед - это кул! - оживился Ромка. - Мед - это сила, - скинув свои возмутительно-красные ботинки, голодный Культепов припустил на звон посуды.
  Аська раздевалась с меньшим проворством. Она, не торопясь, размотала светло-серый шарф, сняла узкое синее пальто и осталась в сиреневом шерстяном платье с коротким рукавом. Проходя по коридору, Ася заглянула в овальное зеркало. Стряхнула с блестящей челки подтаявшие снежинки.
  "Мирей Матье, версия лайт, - называла сестру Лизка. - Жалко, что не поешь". Аське тоже было жалко, но приходилось ограничиваться внешним сходством: хрупким телосложением, гладкой шапочкой темно-каштановых волос и яркими, красиво изогнутыми бровями.
  - Ой, это Ванины брат и сестра? - спросила Ася, усаживаясь за кухонный стол. Прямо перед ней на бежевой стене висело не меньше десятка фотографий. В основном - портреты собак. И только на одной обнаружился Ванька в обнимку с такими же темноволосыми мальчишкой и девчонкой. На снимке приятель Аси и Ромки было никак не больше одиннадцати. Значит, фотографию сделали два года назад.
  - Да, - неохотно кивнула Великанша. - Анюта и Сережа.
  Продолжения не последовало. По опыту Аськи, все матери на свете только и ждали повода, что бы начать хвастаться своими детьми. Или, на худой конец, жаловаться на них. Но эта женщина оказалась не типичным случаем.
  - Они что, в другом городе живут? - напрямую спросил Культепов. Ему было чуждо чувство такта.
  - Ваня вам не рассказывал? - Великанша ловко разлила черный чай по трем огромным чашкам и поставила на стол. Радом тут же появилась тарелочка с казинаками и пиалы, почти до краев полные золотистой жижи. Асю передернуло от ее мерзкого запаха - она терпеть не могла мед. - Их муж забрал. К себе в Кострому. Так уж вышло...
  Все стало понятно. Развод с разделом детей. Аська легонько пнула Культепов под столом, что бы тот сменил тему. Однако Ромка проигнорировал намек.
  - И часто они к вам из Костромы приезжают? - спросил он, накладывая мед в чай вместо сахара.
  - Так что же с Ваней? - поспешила Аська перебить своего бесцеремонного друга. - Он у себя в комнате? Может, мы к нему заглянем?
  - Ох, Ваня, Ваня! - Великанша шумно отхлебнула чая, намочив усы. - Заболел мой мальчик. Воспаление легких. На "скорой" его увезли, сейчас в реанимации лежит.
  - Что? - хором спросили друзья. Чайная ложка выскользнула из Аськиных рук и во внезапно наступившей тишине жалобно звякнула, ударившись о паркет. Ванька чуть ли не при смерти, а они даже не в курсе. Во дела!
  - В какой больнице? Давайте, мы его навестим! - засуетился Культепов.
  - Вас не пустят, - отрезала женщина, - Туда только родственникам можно.
  - А если ...
  - И сотовыми запрещают пользоваться. Чтобы остальным больным не мешать, - опередила его Ванькина мать.
  - Как он? - Аська осторожно подняла с пола ложку. - Ему уже лучше? Правда?
  - Врачи говорят: прогноз хороший. Скоро в обычную палату переведут. А вы пейте чаек-то. И с медом, с медом. Не стесняйтесь.
  - И все-таки, в какой же Ванька больнице лежит? - Ромка не собирался так просто сдаваться.
  - Да я не помню, если честно, ни номера, ни названия, - отмахнулась женщина. - Где-то на Менделеевской.
  - А адрес? - не унимался Культепов.
  - Да ты у нас настоящий сыщик! - весело погрозила Ванькина мать толстым, с черными волосками на нижней фаланге, пальцем. Великанше явно не нравилась Ромкина настырность, но возмущаться она не спешила. - У меня названия и цифры всегда из головы вылетают. Как идти - да, помню. А с адресом - беда. Кстати, попробуйте-ка другого медка. Гречишного.
  Из шкафа со стеклянной дверцей на стол перекочевала крохотная баночка. Мед в ней был темным, точно кока-кола, а на боку белел пластырь с датой - 02.07. 82 г. "Ему что, тридцать лет? - Аська оторопело наблюдала, как Великанша раскладывает коричневую субстанцию по двум розеткам. - Разве такой можно есть?"
  Словно желая развеять все сомнения подруги, Культепов погрузил ложку в вязкую жижу, а потом сунул в рот.
  - О май гад! Вкусно!
  - Для ценителя ничего не жалко! - просияла тетка. - Кушай, сыщик!
  Появление меда-долгожителя отчего-то сильно взволновало хозяйских собак. Мелюзга начала танцевать вокруг гостей, вставать на задние лапы и заглядывать друзьям в рот.
  - Тоже сладенького хотят, мои ласточки! - заворковал Великанша, почесывая за ушами то одну, то другую кроху.
  - Сложно с ними? - не удержалась Аська, вспомнив мамино: "завел собаку - забудь о жизни". - Ну, там ухаживать надо? Гулять, прививки делать?
  - Да что ты! - женщина звонко шлепнула себя по бедрам. - Это же ангелы! Гулять? Так они в лоточке гуляют. А раз на улицу не выходят, то и прививки не нужны. Скажу честно, с ними куда проще, чем с детьми. Не хамят, права не качают, бог знает где, допоздна не шляются, - Великанша взяла одну из собачек и прижала к своей мохнатой щеке. - Самое страшное преступление - это разодранный рулон туалетной бумаги и лужа на ковре. Пустяки, правда?
  - Хорошо, что моя мама об этом не знает, - вырвалось у Аськи. - А то она давно заменила бы меня с сестрами на маленьких собачек.
  Это было сказано в шутку, но женщина даже не улыбнулась. Только посмотрела на свою гостью так, словно размышляла, на какое количество собачек ее удастся обменять. Потом, точно спохватившись, продолжила:
  - А уж какие они у меня артисты! Ёжик вальсирует. Жадик - столбиком стоит. Нюрчик поет. Да, заинька моя? Ну, спой мамочке, спой! - и вдруг неожиданно тоненько затянула, - Хазбулат удало-о-ой, бедна сакля твоя!
  Палевая собачка похлопала выпуклыми глазами, задрала курносую мордочку и начала подпевать. Не подвывать или подскуливать, а натурально подпевать, почти точно выводя мелодию песни.
  - Ни черта себе! - охнул Ромка и быстро вытащил телефон. - Давай, душа, жги! Уже завтра ты будешь звездой ютюба.
  Пока хозяйка пела дуэтом с лопоухим Нюрчиком, Аська быстро поменяла розетки. У Культепова утащила пустую, а ему придвинула свою, полную меда. Пусть лопает. Сама она даже не притронулась к лучшему, по мнению Винн-Пуха, подарку на свете. Ее мутило от одного запаха.
  - Ну что, все съели? - закончив представление, Великанша дотошно осмотрела пустые тарелочки. - Ромка даже вылизать их успел. И свою, и Аськину. - Тогда идемте, я вам покажу, где мои зайки живут.
  Под собак в Ванькиной квартире была отведена целая комната. Большая, с белыми стенами без обоев, шеренгой меховых домиков, коллекцией мисок и парой лотков. На полу лежал немаркий ковролин мышиного цвета. Почти никакой человеческой мебели, вроде диванов и кресел, не наблюдалось. Только в самом углу стоял массивный гардероб из темного дерева. Наверное, старикан был сослан сюда за исключительное уродство.
  Дверь собачьей комнаты закрывалась на ключ. Обнаружив это, Ася почувствовала неприятный холодок в районе солнечного сплетения. Интересно, зачем? Не малявок же запирать! Внизу все равно имелось квадратное отверстие, так что четвероногая малышня могла свободно ходить туда-сюда.
  - Спорим, своих шавок она любит больше, чем детей, - сказал Аське на ухо Культепов.
  - Чего тут спорить? И так все ясно, - хмыкнула она.
  Великанша с гордостью обвела ручищей свой "собачий рай".
  - Нравится?
  Друзья послушно кивнули.
  - Тогда постойте тут пока. Я отлучусь на минутку. Только в больницу Ванечке позвоню... - и с неожиданной торопливостью покинула комнату. Дверь за женщиной недвусмысленно щелкнула.
  - Мне кажется, или нас заперли? - озадаченно сказала Аська, глядя на латунное колесико замка. Она подергала круглую ручку. - Обалдеть! Так и есть! Мы под арестом!
   В тот момент Аська еще не успела испугаться. Ей просто стало немного не по себе, только и всего. Ледяной ужас накатил через несколько мгновений, когда она, удивленная странной тишиной за спиной, медленно оглянулась.
  Ромки в комнате не было.
  Только на груде неизвестно откуда взявшихся тряпок, дрожа маленьким тельцем, стояла собачка. Глазастая, крутолобая, удивительной медной масти.
  Аське стало плохо. Голова закружилась, перед глазами заплясали черные дрозофилы.
  - Ром? - позвала она.
  Песик дернул ушами и неуверенно переступил передними лапами.
  - Это ты?
  Потрясение было таким сильным, что Аська внезапно потеряла способность удивляться. Ага, размышляла она с невозмутимостью бульдозера, собачка сидит на Ромкином свитере и джинсах. Молния не расстёгнута, ремень - тоже. Значит, снять их он никак не мог. В смысле, снять за те несколько секунд, пока Аська стояла лицом к двери. Вывод? Ванькина мама превратила Культепова в чихуахуа.
  Кстати, а только ли Культепова? Может, ни в какую больницу Ваньку не забирали? Бегает сейчас в стае, хрустит сухим кормом и спит в меховом домике? Тогда кто остальные собаки? Например, Ёжик? Уж не Сережа ли, Ванькин брат? А голосистая Нюрчик? Очень смахивает на Анюту.
  Так, думаем дальше. Скорее всего, дело в меде. Темно-коричневом, из маленькой баночки. Великанша достала его, когда Культепов начал наседать с больницей. Видать, занервничала. В таком случае, Аське бояться нечего - она к этой вонючей гадости даже не притронулась.
  Стоп! Что значит, нечего бояться? Спокойствие, словно рукавом стерло. Через минуту, другую людоедица будет здесь. Как она поступит, когда увидит вместо двух собак, собаку и девочку? Аську затошнило. Ей вдруг представилось, что она сидит, привязанная к стулу, а Великанша ложка за ложкой впихивает в нее пахучую жижу.
  Бежать! Срочно!
  Аська рванула было к окну, но замерла на полпути. Пятый этаж в доме с трехметровыми потолками. Летальный исход такого полета обеспечен. Можно попробовать проскочить мимо Великанши, когда та отопрет дверь. Вот только удастся ли покинуть квартиру? Очень сомнительно. Почти наверняка волосатая рука исполинской женщины ухватит беглянку за шиворот, когда она будет возиться с замком.
  Какие еще варианты? Аську начала колотить нервная дрожь. На глаза ей попался обшарпанный гардероб. Не лучший, но все-таки выход. Нужно только, только...
  - Отвернись! - шепнула Аська глазастому собачонку. Господи, пусть Ромка никогда этого не вспомнит! Потом она трясущимися руками стянула платье с колготками. А следом - нижнее белье. Теперь есть маленький шанс, что Великанша поверит в двойное превращение.
  Шаги за дверью раздались, когда Аська уже сидела в шкафу, прикрытая рядом воняющих нафталином шуб и дубленок.
  - Ну как, заждались? - услышала она сладкое гудение Ванькиной матери. - Нет, не бойся, не бойся, мой маленький сыщик. Ох, каким ты стал красавцем! Что за экстерьер! А где же твоя подружка?
  И тут до Аськи дошло: все подвиги напрасны. Она дрожала так, что старый шкаф то и дело нервно поскрипывал. Да и зубы стучали, точно паровозные колеса. Надо быть глухим и слепым идиотом, что бы этого не заметить.
  - Ага, вижу-вижу, спряталась! - радостно воскликнула людоедица.
  Аська в отчаянье уткнулась лбом в голые колени. Все, прощайте платья, юбки и туфли. Здравствуйте шлейки, поводки и меховые домики!
  - Дрожишь, милая? - Великанша стояла совсем рядом, но открыть шкаф почему-то не торопилась. - Давай, покажись. Какая шерстка получилась? Я рассчитываю на цвет "горький шоколад", так что не разочаруй. Ох, и красивые у тебя с твоим дружком детишки будут.
  Идея родить щенят от Ромки подействовала на Аську просто убийственно. Она едва не потерять сознание. Впервые в жизни.
  - Ну ладно, ладно, не буду тебя тревожить, - снова заговорила женщина. - Проголодаешься - сама выйдешь.
  Шаги, скрип двери, щелчок замка и снаружи снова стало тихо. Не может быть - Великанша ушла. Оставила Аську одну.
  Еще минут двадцать она сидела, не шевелясь. Пока не почувствовала, что от страха и выпитого чая ей срочно нужно в туалет. Ну, просто умереть как. Щурясь на свет, Аська выползла наружу.
  В комнате было пусто.
  То есть Великанша не пряталась за шкафом, чтобы с улюлюканьем выпрыгнуть из укрытия, едва ее пленница высунет нос. Зато в одном из домиков дремал Ромка. Разбуженный скрипом гардеробной дверцы, он поднял голову и задумчиво уставился на подругу.
  - Даже не надейся! - прошипела она. - Никаких щенят!
  Ромка тяжело вздохнул. Потом уткнул курносую мордочку в лапы и снова уснул.
  Похоже, превращение не добавило ему ума, грустно подумала Аська. Культепов стал собакой не только снаружи - его мозг тоже пережил трансформацию. Отныне Ромка - это всего лишь хвостатая подушка для дивана. Мечта любой блондинки.
  Растерев покрытые пупырышками плечи, Аська поискала свою одежду. Ее не было. Так же как и Ромкиной амуниции. Похоже, Великанша решила, что платье со штанами ее гостям больше не понадобятся, и унесла их из комнаты. Скверно. Аська подкралась на цыпочках к двери и подергала ручку. Ничего не изменилось - комната была по-прежнему заперта. Ситуацию мог спасти мобильник, но он остался лежать в рюкзаке, а рюкзак - в коридоре. И чего теперь? В туалет хотелось с каждой минутой все сильнее. Пленница в отчаянье уставилась на собачьи лотки.
  Нет! Только не это! Лучше скончаться от разрыва мочевого пузыря.
  Она в очередной раз внимательно изучила свою темницу. И почему здесь нет кадки с фикусом? Была бы хоть какая-то альтернатива лоткам. Минуточку! Аська внезапно увидела то, на что не обратила внимания раньше. За окном, прикрытым светло-серой органзой, прятался заснеженный балкон. Вот оно спасение! Если уж не Аськино, то, по крайней мере, ее мочевого пузыря.
  Пританцовывая, она вернулась к шкафу и попыталась найти что-нибудь из одежды. Увы, как назло, в нем не оказалось ничего кроме танковых чехлов на меху. Ванькина мать была ну о-о-очень крупной дамой. В конце концов, Аська выбрала норковую шубу, в которой не стоило труда потерять лощадь, и, завернувшись в меховое чудовище, засеменила к балкону.
  На счастье дверь оказалось пластиковой, поэтому открылась почти бесшумно. Снаружи уже успело стемнеть. И, слава богу, подумала Аська, никто не увидит ее позора. Она шагнула в снег и застыла, внезапно обнаружив путь к бегству. Кажется, у нее появился шанс остаться человеком. Сразу за квартирой Савельевых старая "брежневка" делала крутой поворот, поэтому соседний балкон почти вплотную примыкал к тому, на котором стояла Аська.
  Почти. Перила разделяло не больше полуметра. Если через них перелезть, то вполне можно дотянуться до ржавого бордюра по соседству. К счастью, ни один из двух балконов не был застеклен!
  Забыв о деликатной проблеме, Аська приблизилась к ограждению и посмотрела вниз. Мать моя женщина, высоко-то как! Прямо под балконом маячил вход в подвальчик: обледенелые ступеньки, бетонные перила и узкая крыша из железной черепицы. Падать будет неприятно, зато смерть имеет все шансы оказаться мгновенной.
  - Хоть бы выглянул кто, - сказала Аська вслух, посмотрев в сторону соседского окна. Оно ответило безнадежной темнотой. На помощь извне рассчитывать не приходилось.
  - Ладно, мальчики! - обратилась Аська к воображаемым зрителем. - Сейчас вы узнаете, что значит стриптиз высокого полета!
  Сказав это, она сбросила тяжелую шубу и уперлась ладонями в перила. Подтянулась, перекинула ногу.
  - Где же толпа папарацци с мобильниками? - бормотала Аська себе под нос, чтобы не думать о черепице и ступеньках внизу. - Мечтаю насладиться своим видео ВКонтакте. Плачь Леди Га-га, не видать тебе столько просмотров!
  Аська уже стояла снаружи ограждения, вцепившись в перила. Онемевшие пальцы ног лишь каким-то чудом не соскальзывали с узенького краешка бетонной плиты. Странно, холода совсем не чувствовалось. А ведь утром градусник показывал минус три. Сейчас, наверное - минус пять-семь, не меньше.
  Тот, самый трудный шаг над пропастью, дался куда легче, чем можно было представить. Сложнее оказалось перелезть через соседские перила. Может, Аська в адреналиновом угаре и не ощущала холода, но ноги с руками грозили вот-вот перестать слушаться. Еще немного, и объявят полную забастовку. К счастью, раньше, чем это произошло, восходящая звезда ютюба успела оказаться в безопасности, на чужом балконе.
  И там ее ждало неприятное открытие. Оконные рамы и дверь были заперты изнутри. Она стояла по колено в пушистом снегу и смотрела в темноту квартиры, отгороженную двуслойным стеклом. Только клиническая идиотка могла не подумать о таком раскладе. Зато теперь Аська отлично понимала выражение "моча в голову".
  - Мамочка, - всхлипнула беглянка.
  - Уа, - пискнули у нее за спиной.
  Аська оглянулась. На шубе, брошенной перед сеансом эксгибиционизма, вертелась собачка. Белая с рыжими ушами. Она просовывала мордочку между перил, норовя прыгнуть следом за Аськой.
  - Стой! - испугалась та. Разгребла снег, опустилась на колени, просунула руку между железных прутьев и ухватила кроху за шею. Сжала пальцами покрепче, потянула к себе. Одно бесконечное мгновение собачка болталась придушенной рыбешкой над синеющей внизу пропастью. А потом оказалась прижатой к Аськиной груди. - Замерзать так вместе.
  И в этот момент, когда дрожащий комок похрюкивал и пытался лизнуть своюnbsp;
& похитительницу в подбородок, Аська почувствовала боль. Тугую, готовую вот вот-вот распуститься пульсирующим цветком. Болели ноги и кисти рук. Отморозила, испугалась она. Скоро пальцы начнут чернеть и отваливаться.
  Нет, уж! Конечности ей еще пригодятся. Аська пошарила вокруг себя и вскоре вытащила из-под снега брусок ржавого металла. Не большой - сантиметров сорок в длину. Обернула его попавшейся под руку дерюгой и встала перед балконной дверью в позу: "колхозница без рабочего".
  Вдох. Выдох. Замах. Удар.
  И ничего. На преграде между холодной улицей и теплой квартирой остался след, как от встречи щебенки с лобовым стеклом автомобиля. Все.
  - Чтоб ты сдох! - пожелала Аська не известно, кому и с пронзительным криком "кия!" ударила снова.
  Место столкновения с железным обрезком выбросило паучьи лапки трещинок. Едва они достигли рамы, как вниз устремилась лавина крупных осколков. Аська отскочила к перилам, закрывая собой прижатую к груди собачонку.
  Со вторым слоем стекла все вышло проще. Он обрушился после первого удара. Правда часть осколков упала внутрь квартиры. Придется постараться, чтобы не порезаться. Впрочем, выбирать не приходилось. Ноги и руки уже ничего не чувствовали.
  Кое-как очистив раму от торчащих стекол, Аська набросила на нее все туже промороженную дерюгу и осторожно перелезла в квартиру. Потом снова высунулась наружу, чтобы забрать собаку.
  И увидела Великаншу.
  Она стояла на соседнем балконе, по-бульдожьи уперев руки в перила. Стояла и смотрела на Аську. И не было в лице женщины ни ярости, ни злобы, ни, даже, слабенького возмущения. Так, наверное, ученый разглядывает опрокинувших клетку лабораторных мышей. Мыши, они же дуры - чего на них взять? Злобу можно испытывать только к разумным существам.
  Схватив собаку, Аська отпрянула в глубину квартиры. Все! Чтобы там не было, а сюда эта груда мяса в лиловом халате не доберется. И вдруг перед глазами возникла картинка из недавнего прошлого. Соседка по лестничной клетке вручает маме ключи от своей жилплощади. "Держи, теть Саш. Ты же знаешь, какая я ворона, обязательно свои где-нибудь посею. Так пусть запасные у тебя лежат".
  Черт! Надо было сразу подумать. У людоедицы могут иметься ключи от этой квартиры. И словно ответом на эту мысль, собака в руках напряглась и зашлась тревожным лаем.
  Аська неслась к входной двери и слышала, как ворочается ключ в замке.
  - Нет! - заорала она, врезавшись ладонями в коричневую обивку. Нашарила рукой замок. Что-то дернула, повернула и попятилась назад.
  Ключ еще немного повозился, потом затих. И в следующую секунду дверь содрогнулась от мощного удара. Потом еще и еще раз. Вот теперь людоедица разозлилась. Кажется, Аська внезапно превратилась для нее в разумное существо.
  - Зачем вы это делаете? - закричала она, имея в виду превращение людей в собак.
  Великанша отлично ее поняла.
  - Потому что собак проще любить, - услышала Аська приглушенный дверью голос.
  - Проще, чем своих детей?
  - Да, - Великанша гулко, по лошадиному, вздохнула. - Детей всегда любишь за что-то. За талант, за хорошие оценки, за их любовь, в конце концов...
  - Не правда! - вырвалось у Аськи. - Мои родители любят меня просто так!
  - Ой, ли? А ты начни колоться и воровать вещи из супермаркетов, тогда и узнаешь, просто так или не просто так. - Женщина помолчала, видно, ждала новых возражений. Не дождавшись, продолжила. - От собак никогда не требуешь много. Научилась в лоток ходить - счастье. А уж если на задних лапах стоять или понимать слово "нельзя" - так и слов нет! Любовь к этим малявкам не требует усилий. Понимаешь? Она рождается сама собой!
  - Значит, все эти собаки - ваши дети? - Аська пыталась уложить в голове услышанное.
  - Теперь - да. А кого из них я родила, а кто так же пришел друзей искать - уж и не помню. Да и не важно...
  - Чудовище! - прошептала Аська. И тут же закричала во весь голос. - Вы - чудовище! Вас посадят в психушку! Я всем расскажу!
  - Не расскажешь, - хохотнула тетка. - Ты отсюда не выйдешь!
  - Выйду! Хозяева скоро вернуться...
  - Нет. Не вернуться. Уж поверь.
  
  
  Продолжение следует
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
В.Корн "Артуа.Звезда Горна" С.Бадей "Стремительный полет" О.Лукьянов "Лилис" Е.Гордеева "Закон притяжения" А.Тьма "Клинок Белого Пламени" В.Проскурин "Путь Феникса" Д.Казаков "Путешествие на Запад" В.Гвор "Поражающий фактор" Н.Бульба "Время перемен.Воплощенные" О.Филимонов "Уходя,гасите всех" Е.Никольская "Красавица и ее чудовище" М.Николаева "Фея любви,или Демон в юбке" А.Бобл "Мемория" А.Левицкий "Аномалы" А.Матвеева "Досадный случай" Е.Звездная "Катриона.Принцесса особого назначения" И.Петров "Повелитель войны" О.Демченко "Бремя удачи" А.Орлова "Любовь до гроба" Ю.Зонис "Боевой шлюп Арго" А.Кленов "Игра без правил" В.Поляков "Шаг за грань" О.Верещагин, А.Ефимов "Шаг за грань" А.Мегедь "Серый страж" Е.Белецкая, И.Эльтеррус "Лучшее место на земле" С.Лысак "Капитан Летающей Ведьмы" Ю.Новикова "Путь за грань" С.Гатаулин "Вирус" В.Кувшинов "Лэя" М.Михеев "Охота на невесту" Ю.Иванович "Отец Императоров-5.Демоны обмана"

Как попасть в этoт список

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"