# Двадцать четыре часа

Анна Рожкова

16 сентября 2023


Этот гребаный мир катится ко всем чертям и я вместе с ним. Завтра, ровно в три часа пополудни какая-то хрень врежется в землю. Астероид или комета, пропади она пропадом. А что бы ты делал, если бы узнал, что тебе осталось жить двадцать четыре часа? Отодрал бы мамочку, будь она неладна? Ха ха. Я бы точно отодрал свою, эту сучку, если бы она не сдохла раньше. Оставим сантименты. Мы с моим другом выпиваем. Ха, когда это я выпивал? Бухаем. Какую-то дрянь, от которой дерет глотку и выжигает внутренности. Что это за дыра, Томми? Познакомьтесь, мой лучший друг, Томми-ган. А других друзей у меня отродясь не водилось. "Ящик" не фурычит, я запустил в него стаканом. Да и на хрена он нужен, за окном гораздо интересней. Какие-то парочки совокупляются прямо на улице под улюлюканье длинноволосых типов. Вон толпа подростков в подворотне остервенело насилует тетеньку. И куда ты, дура, поперлась? Церковь не вмещает всех желающих, поэтому они стоят на коленях прямо на дороге. Гребаные святоши. Тьфу. Дойду до кондиции и убью свою женушку, еще одну сучку, которая меня бросила. Ну, держись Бет. Мы с Томми-ганом идем к тебе. Нет, это слишком легкая смерть, ты такой не заслужила. Я буду убивать тебя медленно. О, да. Сомкну пальцы на твоей очаровательной шейке, и буду давить, давить, пока твои длинные ноги не застучат о пол. Хочу услышать, как ты будешь молить меня о пощаде. А, может, трахнуть тебя напоследок? Пожестче, как ты любишь? Надо подумать.

Сколько время? Вот черт, кажется, я уснул. Томми, что же ты меня не разбудил? Ха ха ха. Пора. Моему другу не терпится сделать дырочку в твоей хорошенькой головке, Бет. Вот дьявол. На улице совсем темно, хоть глаз выколи, освещение не включили, ублюдки. За что я плачу налоги? Тащиться по такой темени? Это слишком даже для такого отчаянного парня, как я.

Хрен с тобой, Бет. Живи. Ха ха. У тебя осталось ровно... ровно пятнадцать часов и десять минут, если быть точным. Как и остальному человечеству. Плевать я хотел на этих уродов. Наверное, конец света это красиво, чертовски красиво, почти как фейерверк. Но нет, я не хочу это видеть. Не хочу. Лучше умереть от руки лучшего друга. Ха ха ха. Прощай, Бет. Будем считать, что тебе повезло. Насладись красотой и величием момента. Ха ха ха.


25 сентября 2023


- Кто там?

- Полиция, откройте.

- В чем дело?

- Ваш муж пустил себе пулю в лоб в гостиничном номере. Он оставил записку.

- Бывший муж. Мы пять лет не живем вместе, - поправляю я. - А, ну да, мы не были официально разведены, - смущенно улыбаюсь.

Предсмертная записка? Ты стал сентиментален, Сэмми. Правда, как был слабаком и мудаком, так и остался. У тебя даже не хватило духу дождаться конца. Тебе действительно интересно, что делала я, когда узнала, что мне осталось жить двадцать четыре часа? Ты бы хохотал до истерики, Сэмми. Я читала. Да, "Триумфальную арку" Ремарка. Абстрагировалась от оживших полотен Босха за окном. Но откуда тебе знать, ты не удосужился прочесть ни одной книги за свою никчемную жизнь. Кто такой Босх?

- Рок-музыкант? Нет? А, тот чувак с электро-гитарой?

Так и слышу твой противный смех. До сих пор удивляюсь, как меня угораздило связаться с подобным типом. Но ты был брутален, Сэмми. Этого у тебя не отнять. Любил ездить на "харлеях" и по ушам молоденьких глупышек, вроде меня. Еще ты любил погорячее. Надеюсь, в аду тебе будет достаточно горячо. В одном ты оказался прав, Сэмми, это было красиво, чертовски красиво. Люди высыпали на улицы. Столько людей, что яблоку негде было упасть. Все заворожено смотрели, как на темном небе зажглась красная точка, она все увеличивалась и увеличивалась, пока не поглотила небеса, окрасившиеся всеми оттенками красного: от алого до багряного. Глаза нестерпимо жгло и пришлось их закрыть. Все упали на колени, взялись за руки и читали "Отче наш" в голос. Невозможно описать словами все, что я чувствовала. Сердце сжалось в тугой комок, слезы щипали глаза. Никогда, никогда я еще не ощущала такого единения с другими живыми существами, никогда не казалась себе такой песчинкой в безбрежной пустыне мироздания. Сколько мы так стояли? Минуту, десять, час? Сложно сказать. Я рискнула открыть глаза и окунулась в темный бархат неба, мерцающий бриллиантами звезд. Люди вставали с колен, плакали, обнимали друг друга. Совершенно незнакомых людей.

- Круто, - сказал бы ты.

Это действительно было круто. Я пережила столько эмоций, сколько ты, Сэмми, не пережил за свою бесполезную жизнь. В расчеты ученых закралась маааленькая ошибка. И эта ошибка стоила жизни миллионам людей. У многих не выдержало сердце, у кого-то нервы, как у тебя, Сэмми. Но мир - жив, он в детских криках, доносящихся с улицы, в ворчании старушки соседки, в мурлыкании ластящейся кошки. И это - прекрасно, волшебно, удивительно. Все спешат, торопятся, наверстывают упущенное. И я тоже.

- Элизабет, ты идешь?

- Еще минуту.

Ну, пока, Сэмми, у меня свидание с тем симпатичным полицейским. Что с твоей запиской? Повесить в рамочку? Как бы не так. Она достойна лишь мусорного ведра.

- Иду, дорогой.